СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Томск

Дело № А27-24200/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 января 2022 г.

Полный текст постановления изготовлен 02 февраля 2022 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоФИО6 а А.Ю.,

судей:Кудряшевой Е.В.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мозгалиной И.Н. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 (07АП-8152/2020(5)) на определение от 13.09.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-24200/2018 (судья Лебедев В.В.) о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной ответственностью «Промбетон» (г. Мыски, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 30.04.2021;

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной ответственностью «Промбетон» конкурсный управляющий должником обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 АПК РФ, о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО2 в размере 111 658 965,76 рублей, а также 50 984 640,94 рублей по текущим обязательствам. 

Определением от 13.09.2021 заявление удовлетворено, ФИО2 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Промбетон», с него взыскано в конкурсную массу должника денежные средства в размере 162 643 606, 70 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего в полном объёме.

В обоснование доводов апелляционной жалобы апеллянт указывает на ошибочность выводов суда первой инстанции о том, что необходимым условием банкротства явилось заключение договора поручительства должника с АО «Россельхозбанк». При этом, является ошибочным вывод суда о том, что договор поручительства заключен спустя непродолжительное время после создания общества. ООО «Промбстон» было создано 14.03.2017, договор поручительства был заключен 09.07.2018. Выводы суда о дебиторской задолженности в размере 40 млн. рублей и запасах в размере 1 млн. рублей относятся не к периоду совершения сделки, а к отчетности должника за 2019 и инвентаризации активов за 2020 год. Также, по мнению заявителя, не обоснован вывод о выдаче поручительства АО «Россельхозбанк» как заведомо неисполнимой и убыточной сделки. Также судом указано на заключение договоров субаренды как на заведомо неисполнимые, что их заключение явилось необходимой причиной банкротства должника. Однако, судом не учтено, что по данным договорам взыскивалась дебиторская задолженность, которая включена в реестр требований дебитора - ООО «Водоресурс». Также судом не учтено, что расторжение договоров субаренды произведено в связи с расторжением договоров аренды между Должником (Арендатор) и ООО «Южкузбассбетон» (Арендодатель). Кроме этого, апеллянт указывает, что на дату вынесения обжалуемого определения никаких мероприятий в конкурсном производстве не производились: ни реализация имущества должника, ни расчет с кредиторами.

Принявший участие в судебном заседании представитель апеллянта настаивал на заявленном требовании об отмене определения суда.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий поддержал законность и обоснованность определения суда в части наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, однако, указал, что суд преждевременно определил размер субсидиарной ответственности, поскольку не все мероприятия по реализации имущества завершены.

Письменный отзыв в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) приобщен в материалы дела.

Отзыв на апелляционную жалобу в порядке статьи 262 АПК РФ приобщен в материалы дела.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, не обеспечившие личное участие и явку своих представителей в судебное заседание, извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в связи с чем, суд апелляционной инстанции на основании статей 123, 156, 266 АПК РФ рассмотрел апелляционную жалобу при существующей явке.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьей 268 АПК РФ законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Кемеровской области от 06.08.2019 (резолютивная часть от 05.08.2019) ООО «Промбетон» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением суда от 06.08.2019 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО4.

Определением суда от 24.03.2021 арбитражный управляющий ФИО4 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего.

Определением от 29.04.2021 конкурсным управляющим ООО «Промбетон» утвержден ФИО5.

Обращаясь с рассматриваемым требованием конкурсный управляющий указал на наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Промбетон».

Удовлетворяя требование, суд первой инстанции пришел к выводу, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействий ФИО2, в связи с чем привлек последнего к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, взыскал с него взыскано в конкурсную массу должника денежные средства в размере 162 643 606, 70 руб.

Рассмотрев материалы дела повторно в порядке главы 34 АПК РФ, суд апелляционной инстанции соглашается с правильностью выводов суда первой инстанции в части установления оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности, однако находит ошибочным и преждевременным взыскание с него в конкурсную массу должника денежных средств в указанном размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве, статьей 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)».

Федеральным законом от 29 июля 2017 года № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», вступившим в силу в основной своей части с 30.07.2017, статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу. Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3), учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Таким образом, применение предусмотренных Законом о банкротстве материально-правовых норм, по вопросам привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в той или иной редакции зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

В силу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Судом установлено и из материалов дела следует, что Решением № 4 от 15.11.2017 единственного участника ООО «Промбетон» директором ООО «Промбетон» избран ФИО2 с 16.11.2017 и исполнял обязанности руководителя вплоть до открытия конкурсного производства в отношении должника.

Учитывая, что у ФИО2 имелась фактическая возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (статья 53.1 ГК РФ, статья 61.10 Закона о банкротстве), он вовлечен в процесс управления должником, оказывал влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должник, следовательно, он признается контролирующим должника лицом.

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного обстоятельств, перечисленных в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

К таким обстоятельствам в частности относится ситуации, при которой причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Обращаясь с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий сослался на заключение должником следующих сделок:

- договор поручительства юридического лица № 

<

***>-8/2 от 09.07.2018 с АО «Россельхозбанк»,

- договор № 4-01 -12/17 субаренды имущества от 01.12.2017 с ООО «Водоресурс»,

- договор № 5-01-12/17 субаренды оборудования от 01.12.2017 с ООО «Водоресурс»,

- договор № 6-01-12/17 субаренды недвижимого имущества от 01.12.2017 с ООО «Водоресурс».

Как указано в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закрепленной в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется. Равным образом не требуется и установление всей совокупности условий, необходимых для признания соответствующей сделки недействительной, в частности недобросовестности контрагента по этой сделке.

Под причинением вреда имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (абз. 4 пункта 5 Постановления № 63, абз. 32 статьи 2 Закона о банкротстве). 

Презумпция доведения до банкротства в результате совершения существенно невыгодной сделки (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве) не предполагает наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной, поэтому суд проверяет совершенные должником сделки и основания включения в реестр требований кредиторов.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 16.05.2019 по делу № А27-24200/2018 включены требования АО «Россельхозбанк» в размере 25 018 676,88 рублей основного долга и процентов в третью очередь реестра требований кредиторов. Требования по неустойке в размере 428 034,70 рублей учтено отдельно.

Указанное требование кредитора основано на кредитном договоре № 

<

***> от 23.06.2016, по которому ООО «Промбетон» выступало поручителем, а основным заемщиком ООО «Томь-Усинский завод железобетонных конструкций» (основной заемщик также находится в процедуре несостоятельности (банкротства).

23 июня 2016 г. между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» (Банк, Кредитор) и ООО «Томь-Усинский завод железобетонных конструкций» (Заемщик) заключен договор № 

<

***> об открытии кредитной линии с лимитом выдачи, в соответствии с условиями которого Банк предоставляет Заемщику кредит в сумме 50 000 000 рублей, погашение которого осуществляется частями в соответствии с графиком, установленным пунктом 1.6 договора.

В обеспечение исполнения обязательств Заемщика по кредитному договору № 

<

***> от 23 июня 2016 г. между АО «Российский Сельскохозяйственный банк» и ООО «Промбетон» заключен договор поручительства № 

<

***>-8/2 от 09.07.2018, в соответствии с условиями которого, Поручитель обязуется перед Кредитором отвечать с Заемщиком за ненадлежащее исполнение всех текущих и будущих обязательств по кредитному договору, включая выплату кредита, в том числе, при досрочном востребовании Кредитором, процентов за пользование кредитом, неустоек.

Со стороны ООО «Промбетон» договор подписан директором ФИО2.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 04.09.2018г. по делу № А27-6915/2018 в отношении ООО «Томь-Усинский завод железобетонных конструкций» введена процедура наблюдения.

Определением суда от 18.12.2018 требования Банка по кредитному договору в размере 30 879 676,88 рублей включены в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Томь-Усинский завод железобетонных конструкций». Отдельно учтены требования по штрафным санкциям в размере 428 034,70 рублей и признаны подлежащими удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

ООО «Промбетон» было создано 14.03.2017 договор поручительства заключен спустя непродолжительное время, то есть через 1 год и 9 месяцев с даты учреждения и государственной регистрации юридического лица. При этом организация на момент заключения договора не имела собственных активов и производственных запасов, что апеллянтом не оспаривается.

Как следует из отчетов конкурсного управляющего, по данным регистрирующих органов какое либо недвижимое имущество, самоходные машины, транспортные средства, объекты интеллектуальной собственности отсутствуют.

В ходе инвентаризации имущества выявлены активы в виде ТМЦ в размере 1 007 728 руб. и дебиторской задолженности в размере 40 776 253, 22 рублей.

Таким образом, имеющегося у должника имущества заведомо недостаточно для исполнения обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 23 июня 2016 года, что свидетельствует о ее существенной убыточности.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции обоснованно указал, что совершая сделку по принятию обязательств должником в рамках заключенного должником под руководством ответчика ФИО2 договора поручительства, ФИО2 вышел за пределы риска предпринимательской деятельности, учитывая, что размер принятых должником обязательств значительно превышал размер активов поручителя по договору.

Доводы апеллянта о том, что выдача поручительства АО «Россельхозбанк» не являлась заведомо неисполнимой и убыточной для должника сделкой подлежит отклонению, поскольку как казано ранее, при заключении договора должник не имел собственных активов и производственных запасов, при том, что наличие у должника активов, состоящих их запасов, дебиторской задолженности, выручки на дату предъявления к нему требования как к поручителю, не позволило должнику исполнить принятые на себя обязательства, что в последующем привело к банкротству организации.

По договорам субаренды с ООО «Водоресурс» судом первой инстанции установлено следующее.

По договору № 4-01-12/17 субаренды имущества от 01.12.2017 с ООО «Водоресурс» - сумма аренды в месяц в пользу ООО «Промбетон» - 327 032,30 рублей; по договору № 5-01-12/17 субаренды оборудования от 01.12.2017 с ООО «Водоресурс» - сумма аренды в месяц в пользу ООО «Промбетон» - 62 393,28 рублей, по договор № 6-01-12/17 субаренды недвижимого имущества от 01.12.2017 с ООО «Водоресурс» - сумма аренды в месяц в пользу Промбетона- 177 000 рублей.

Вышеуказанные договоры расторгнуты 01.11.2018, задолженность по аренде образовалась за 11 месяцев (за период с января 2018 г. по дату расторжения). Руководителем должника попытки возврата денежных средств не предпринимались.

Решением Арбитражного суда Кемеровской области от 28.10.2020 по делу № А27-2708/2020 ООО «Водоресурс» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 27.01.2021 (резолютивная часть) по делу № А27-2708/2020 требования ООО «Промбетон» в размере 5 097 830,22 рублей включены в реестр требований кредиторов ООО «Водоресурс».

Поведение директора, выразившееся в не предъявлении требований к ООО «Водоресурс», нельзя признать разумным и отвечающим интересам общества. Бездействие ФИО2 привело к невозможности взыскания дебиторской задолженности с ООО «Водоресурс».

В данном случае факт того, что дебиторская задолженность накапливалась, попытки ее взыскания не предпринимались, что в конечном счете привело к невозможности получения удовлетворения в деле о банкротстве ООО «Водоресурс».

Доводы апеллянта о том, что расторжение договоров субаренды произведено в связи с расторжением договоров аренды между Должником (Арендатор) и ООО «Южкузбассбетон» (Арендодатель) не имеют правового значения, поскольку задолженность по арендной плате сформировалась до расторжения договоров аренды, попытки по ее взысканию не предпринимались.

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии добросовестности и разумности в действиях ответчика по заключению договора поручительства, общий размер которых превышал стоимость активов ООО «Промбетон», а также по невзысканию дебиторской задолженности, что привело к банкротству ООО «Промбетон» и невозможности исполнения обязательств перед всеми кредиторами.

Исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки имеющихся в деле доказательств, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия ФИО2 и наличии оснований для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В целом доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда, положенные в основу принятого определения суда в части выводов о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, направлены на переоценку фактических обстоятельств дела и представленных доказательств по нему, и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Между тем, суд первой инстанции взыскал с ФИО2 в конкурсную массу должника денежные средства в размере 162 643 606, 70 руб. Размер субсидиарной ответственности определен судом с учетом расчета, согласно которому размер непогашенных текущих расходов составил 50 984 640, 94 рублей, размер непогашенных реестровых требований –11 226 622, 56 рублей, размере требований, учтенных отдельно в реестре – 425 843, 20 рублей, размер требований, заявленных после закрытия реестра – 6 500 рублей; итого 162 643 606, 70 рублей.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

В пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что по смыслу пункта 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве приостановление производства по обособленному спору о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, осуществляется судом при невозможности определения размера ответственности, но при установлении всех иных обстоятельств, имеющих значение для привлечения к такой ответственности.

В этом случае суд, в том числе суд апелляционной инстанции (при установлении оснований для привлечения контролирующего должника лица к ответственности при рассмотрении апелляционной жалобы на определение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении соответствующего требования), выносит определение (постановление) о приостановлении производства по обособленному спору, в резолютивной части которого должны содержаться указание на приостановление производства по спору и вывод о наличии оснований привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, а в мотивировочной части приводит обоснование соответствующего вывода. Такой судебный акт как в части вывода о наличии оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, так и в части приостановления производства по спору может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Принимая во внимание, что на дату вынесения обжалуемого определения в конкурсном производстве реализация имущества должника, расчет с кредиторами не производились, а продолжаются торги по реализации имущества и дебиторской задолженности, суд первой инстанции в отсутствие оснований определил размер субсидиарной ответственности ФИО2

Следуя пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве и соответствующим разъяснениям высшей судебной инстанции, рассмотрение заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности подлежало приостановлению до окончания расчетов с кредиторами должника.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Кемеровской области от 13.09.2021 по настоящему делу в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника подлежит отмене в соответствии с пунктами 3, 4 части 1 статьи 270 АПК РФ с принятием нового судебного акта о приостановлении рассмотрения заявления до окончания расчетов с кредиторами должника.

Руководствуясь пунктом 2 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 13.09.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-24200/2018 в части определения размера субсидиарной ответственности ФИО2 по обязательствам должника – общества с ограниченной ответственностью «Промбетон», принять в указанной части новый судебный акт.

Рассмотрение заявления приостановить до окончания расчетов с кредиторами должника.

В остальной части определение от 13.09.2021 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-24200/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

 

ПредседательствующийА.Ю. ФИО6

СудьиЕ.В. ФИО7

ФИО1