ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

11 июня 2025 года

Дело №А56-98150/2024/тр.2

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи       Слоневской А.Ю., рассмотрев в документарной форме без вызова сторон и без проведения судебного заседания апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-10098/2025) временного управляющего обществом с ограниченной ответственностью МПК «Петровские деликатесы» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2025 по делу № А56-98150/2024/тр.18, принятое по заявлению ФИО1 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью МПК «Петровские деликатесы»,

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражном суде города Санкт-Петербурга и Ленинградской области находится дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью МПК «Петровские деликатесы» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, 196246, Санкт-Петербург, ш. Московское, д. 13, литера АЕ, помещ. 58Н, далее - Общество).

Определением суда от 13.12.2024 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

ФИО1 обратился в суд с заявлением о включении задолженности в размере 32 500 000 руб. в реестр требований кредиторов Общества.

Определением суда от 31.01.2025 заявление ФИО1 принято к производству без судебного заседания и вызова лиц, участвующих в деле, с указанием на представление возражений в срок до 03.03.2025.

Резолютивной частью определения от 07.03.2025 требование ФИО1 в размере 32 500 000 руб. основного долга включено в третью очередь реестра требований кредиторов Общества, требование в размере 275 000 руб. расходов по уплате государственной пошлины признано обоснованным и учтено отдельно в реестре требований кредиторов и подлежат удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. Судом составлено мотивированное определение от 04.04.2025.

Не согласившись с указанным судебным актом, временный управляющий обратился в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить обжалуемое определение в части очередности и принять по делу новый судебный акт, признать требование ФИО1 обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после завершения расчетов с кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов, в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. По мнению подателя жалобы, требования кредитора основаны на договорах займа, однако ФИО1 на дату предоставления указанных займов являлся учредителем (участником) Общества с долей участия 16,8%, в связи с чем полученные займы следует квалифицировать как компенсационное финансирование.

ФИО1 представил отзыв на апелляционную жалобу, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, ссылаясь на то, что он не является аффилированным к Обществу лицом, поскольку размер его доли составляет менее 20%. Также, по мнению кредитора, не представлены доказательства того, что он является контролирующим должника лицом, а на момент предоставления займов финансовое состояние Общества являлось стабильным, отсутствовали признаки неплатежеспособности.

Общество с ограниченной ответственностью ТК «Партнер» представило мнение, в котором полагает обоснованной апелляционную жалобу временного управляющего, ссылаясь на то, что стороны договоров займов являются аффилированными, финансовое положение Общества является нестабильным, о чем также свидетельствуют факты неисполнения Обществом обязательств перед другими кредиторами. Также ООО ТК «Партнер» полагает, что при выяснении обстоятельств дела договоры не проверены на предмет их мнимости и не установлено, на какие цели Обществом направлены полученные по договорам денежные средства.

Возражение на мнение ООО ТК «Партнер», представленное ФИО1, не приобщено к материалам дела, поскольку подано за пределом установленного апелляционным судом срока для представления возражений, а также в нарушение требований части 3 статьи 65 АПК РФ не раскрыто перед участниками процесса.

Решением суда от 16.05.2025 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №91 от 24.05.2025.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

Лица, участвующие в деле о банкротстве, считаются извещенными о вынесении определения о принятии заявления к производству на следующий день после дня размещения текста судебного акта в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" без дополнительного направления копии определения о принятии на бумажном носителе (абзац второй части 1 статьи 122, часть 1 статьи 186 АПК РФ ( пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 N 40 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года N 107-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации").

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверена в апелляционном порядке  в силу части 5 статьи 268 АПК в обжалуемой части установления очередности удовлетворения требования кредитора при отсутствии возражений.

Как следует из материалов дела, ФИО1 и Обществом заключен договор займа №3 от 22.03.2022, согласно которому кредитором Обществу предоставлены денежные средства в размере 17 500 000 руб. под 24% годовых на срок до 22.03.2023. Стороны подписывают к указанному договору займа дополнительное соглашение от 26.12.2022, согласно которого срок возврата суммы займа и выплата процентов за пользование займом продлевается на срок до 23.03.2025. Факт предоставления заемных средств должнику подтверждается платежными поручениями от 28.03.2022 №1, от 28.03.2022 №761764. В нарушение принятых на себя обязательств должником заемные средства возвращены не были, в  связи с чем у него перед кредитором образовалась задолженность в размере        17 500 000 руб. основного долга.

ФИО1 и Обществом заключен договор займа № 6 от 02.11.2022, согласно которому кредитором Обществу предоставлены денежные средства в размере 6 000 000 руб. под 24% годовых на срок до 01.11.2023. Стороны подписывают к указанному договору займа дополнительное соглашение от 26.12.2022, согласно которого срок возврата суммы займа и выплата процентов за пользование займом продлевается на срок до 30.10.2024. Факт предоставления заемных средств должнику подтверждается платежными поручениями от 28.03.2022 №1, от 28.03.2022 №761764. В нарушение принятых на себя обязательств должником заемные средства возвращены не были, в  связи с чем у него перед кредитором образовалась задолженность в размере  6 000 000 руб. основного долга.

ФИО1 и Обществом заключен договор займа № 9 от 20.12.2023, согласно которому кредитором Обществу предоставлены денежные средства в размере 9 000 000 руб. под 24% годовых на срок до 19.12.2024. Факт предоставления заемных средств должнику подтверждается чеком по операции от 20.12.2023. В нарушение принятых на себя обязательств должником заемные средства возвращены не были, в  связи с чем у него перед кредитором образовалась задолженность в размере 9 000 000 руб. основного долга.

Суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленного требования и не нашел оснований для понижения очередности его удовлетворения.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ и пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Включение требований в реестр требований кредиторов должника в процедуре наблюдения осуществляется по правилам, предусмотренным статьей 71 Закона о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд в электронном виде в порядке, установленном процессуальным законодательством, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований. Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление №40) при применении положений статей 71 и 100 Закона о банкротстве арбитражному суду следует исходить из того, что в реестр подлежат включению только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В соответствии с пунктом 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020) (далее – Обзор от 29.01.2020) контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности посредством предоставления данному обществу финансирования (далее - компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в 2 том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (часть 1 статьи 2 ГК РФ). Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Из содержания абзаца 8 пункта 3.1 Обзора следует, что для установления факта компенсационного финансирования необходимо установить, что денежные средства от кредитора должнику перечислялись в ситуации имущественного кризиса должника. При этом, исходя из заложенной в Обзоре презумпции, не устраненные обществом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

На основании пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве, в целях настоящего Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006       № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входят в одну группу лиц с должником. 

Пунктом 2 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции установлено, что группой лиц признаются юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо.

Как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, на дату предоставления займов ФИО1 являлся учредителем (участником) Общества с долей участия 16,8%. Указанное обстоятельство сторонами не оспаривается. Апелляционный суд приходит к выводу о том, что кредитор является аффилированным с Обществом лицом.

Согласно разъяснениям пункта 1 Обзора от 29.01.2020, учитывая нереальные условия предоставленных указанных выше займов обычаям делового оборота наряду с другими фактами и доказательствами, в частности банковскими выписками по счетам должника, при анализе которых возникают сомнения в существовании факта самого долга, аффилированный кредитор не может ограничиться представлением минимального комплекта документов (например, текста договора займа и платежных поручений к нему, отдельных документов, со ссылкой на которые денежные средства перечислялись внутри группы) в подтверждение реальности заемных отношений. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения самой заемной сделки, оснований дальнейшего внутригруппового перераспределения денежных средств, подтвердив, что оно соотносится с реальными хозяйственными отношениями, выдача займа и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами.

Согласно разделу 3.2. Обзора от 29.01.2020 невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или законом (например, пункт 2 статьи 811, статья 813 ГК РФ), или подписание дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу являются формами финансирования должника.

Если такого рода финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

Контролирующее лицо, которое пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности, избрав модель поведения, отличную от предписанной Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства.

Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Таким образом, при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункт 8 статьи 63 ГК РФ (пункт 3.1 Обзора от 29.01.2020).

Таким образом, в силу пункта 3.4 Обзора не устраненные аффилированным лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов.

В период срока действия договоров займа Обществом в пользу ФИО1 выплачивались проценты за пользование заемными средствами по всем договорам из расчета 24%о годовых. По договору займа от 22.03.2022 N93 на сумму                  17 500 000 руб., в период с 31.03.2022 по 22.08.2023 выплачены проценты за пользование займов в размере 5 891 506,83 руб. По договору займа от 02.11.2022 - на сумму 6 000 000 руб, в период с 01.12.2022 по 31.08.2023 выплачены проценты за пользование суммой займа в размере 1 187 506,84 руб. По договору займа от 20.12.2023 № 9 на сумму 9 000 000 руб. выплачены проценты за пользование займом 28.12.2023. в размере 5 000 000 руб.

В данном случае передача заемных денежных средств подтверждается безналичным банковским переводом, что свидетельствует о реальности заемных отношений и опровергает доводы кредитора о мнимости договоров займа.

На момент заключения договоров займа от 22.03.2022 на сумму 17,5 млн.руб. у Общества отсутствовали иные обязательства перед кредиторами, в том числе перед ПАО АКБ «Металлинвестбанк» по кредитному договору от 12.09.2022              № 9488-К на сумму 80 млн.руб. 

На момент предоставления займов по итогам 2021 и 2022 годов финансовое состояние должника являлось стабильным, что подтверждается бухгалтерской отчетностью. Так, по итогам 2021 года размер активов должника составлял           300,5 млн.руб., при наличии пассивов в размере 247 млн.руб., то есть стоимость чистых активов составляла 59,3 млн.руб. Судебные акты о принудительном взыскании задолженности с Общества отсутствовали. 

Договор займа от 20.12.2023 на сумму 9 млн.руб. заключен при наличии возбужденных дел № А41-76844/2023 и № 56-101812/2023. В рамках дела №А41-76844/2023 взыскивалась задолженность в размере 3,4 млн.руб., производство по делу прекращено в связи с заключением мирового соглашения определением от 22.02.2024. В рамках дела № А56-101812/2023 размер иска к Обществу составлял 195,4 млн.руб. Согласно бухгалтерскому балансу Общества по состоянию на декабрь 2023 года стоимость чистых активов должника составляла 63,6 млн.руб., размер активов 353,3 млн.руб. Таким образом, наличие возбужденных арбитражных дел № А41-76844/2023 и № 56-101812/2023 сами по себе не свидетельствуют о нахождении должника в состоянии имущественного кризиса на дату предоставления займа, поскольку взыскания осуществлялись в рамках обычной хозяйственной деятельности должника. Иных доказательств, свидетельствующих о наличии имущественного кризиса на момент предоставления кредитором займов, в материалы настоящего обособленного спора не представлено. 

Кредитор привел приемлемые пояснения относительно существенных обстоятельств заключения и исполнения заемных сделок, подтвердил, что они соотносятся с реальными хозяйственными отношениями, выдача займов и последующие операции обусловлены разумными экономическими причинами. 

Апелляционный суд приходит к выводу о том, что не доказано наличия совокупности признаков, подтверждающих предоставление кредиторов должнику компенсационного финансирования, исходя из разъяснений, приведенных в пункте 3 Обзора от 29.01.2020. 

При изложенных обстоятельствах основания для понижения очередности удовлетворения требования кредитора ФИО1 отсутствуют. 

Апелляционная жалоба временного управляющего Общества не подлежит удовлетворению. 

Обжалуемый судебный акт является законным и обоснованным. 

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.04.2025 по делу № А56-98150/2024/тр.18 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение одного месяца со дня принятия.

Судья

А.Ю. Слоневская