АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

11 марта 2025 года

Дело № А33-28155/2024

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 25 февраля 2025 года.

В полном объеме решение изготовлено 11 марта 2025 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Нечаевой И.С., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «АльПроМед» (ИНН 

<

***>, ОГРН

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания Эковит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании компенсации,

с привлечением третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>), индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН 

<

***>), общества с ограниченной ответственностью «Русские корни» (ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании:

от истца (онлайн): ФИО5, представителя по доверенности от 30.08.2024, представлен диплом о высшем юридическом образовании, личность удостоверена паспортом,

от ответчика (онлайн): ФИО6, представителя по доверенности от 28.06.2024, представлен диплом о высшем юридическом образовании, личность удостоверена паспортом,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Наказновой С.А.,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «АльПроМед» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Производственная компания Эковит» (далее – ответчик) о взыскании 1 000 000 рублей компенсации за нарушение исключительных прав на средства индивидуализации – товарные знаки №998024, №806330.

Исковое заявление принято к производству суда. Определением от 11.09.2024 возбуждено производство по делу, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуального предпринимателя ФИО1, индивидуального предпринимателя ФИО2, индивидуального предпринимателя ФИО3, индивидуального предпринимателя ФИО4.

Определением от 28.11.2024 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Русские корни».

Определением от 15.01.2025 судебное заседание отложено на 25.02.2025.

В судебное заседание 25.02.2025 явились представители истца, ответчика.

Третьи лица явку представителей в судебное заседание не обеспечили, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе в порядке статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. Согласно статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие иных лиц, участвующих в деле.

Представитель истца поддержал исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика поддержал ранее изложенную позицию.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Истцу принадлежат исключительные права на следующие товарные знаки: товарный знак № 998024 (дата регистрации 05.02.2024, срок действия до 22.08.2033), товарный знак № 806330 (дата регистрации 08.04.2021., срок действия до 27.08.2030)

В целях защиты своих исключительных прав истцом произведен комплекс мероприятий.

11 октября 2023 года составлен протокол автоматизированного осмотра информации в сети Интернет №1697031294322 от 11.10.2023, а именно страниц сайта:

Страница в сети интернет расположенная по адресу: https://magazintrav.ru/

Страница в сети интернет расположенная по адресу: https://magazintrav.ru/product/lagial_svechi

Страница в сети интернет расположенная по адресу: https://magazintrav.ru/product/lagial_v_svechi.

06 марта 2024 года составлен протокол нотариального осмотра доказательств №36АВ4323713 по результатам осмотра страниц в сети Интернет:

https://www.wildberries.ru/catalog/167267768/detail.aspx

https://www.wildberries.ru/seller/123928

Согласно данному протоколу ответчик при продвижении своей продукции, а именно «крем карандаш с гиалуроновой кислотой» использовал словесный элемент «лагиаль», тождественный товарным знакам истца.

Истцом проведены контрольные закупки продукции ЛАГЕАЛЬ V у различных розничных продавцов:

1. Продавец ИП ФИО2 ИНН 

<

***> на сумму 750 р;

2. Продавец ИП ФИО1 ИНН 

<

***> на сумму 1662 р;

3. Продавец ИП ФИО3 ИНН 

<

***> на сумму 891р;

4. Продавец ИП ФИО4 ИНН 

<

***> на сумму 666р.

В качестве производителя на всех экземплярах приобретённой продукции указан ответчик.

Как следует из иска, товары ответчика являются однородными с товарами, для которых охраняются товарные знаки истца №998024 и №806330.

26.10.2023 в связи с выявленными фактами нарушения исключительных прав истца, в адрес ответчика была направлена претензия от 25.10.2023 об урегулировании спора в досудебном порядке, которая была проигнорирована ответчиком полностью и оставлена без удовлетворения.

Претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, доказательства оплаты компенсации, урегулирования спора в материалы дела не представлены.

Полагая, что ответчик при реализации указанного товара незаконно использовал товарный знак и произведения изобразительного искусства, чем нарушил исключительные права, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Возражая относительно заявленных исковых требований, ответчик представил в материалы дела отзыв, в котором указал на следующие доводы:

- претензия от 25.10.2023 содержит указания на выявление истцом нарушений в части использования товарного знака № 806330; при этом, доказательств обращения к ответчику о нарушении исключительных прав использования товарного знака № 998024, а также по факту предложения о продаже Эковит на сайте не представлено;

- производителем товаров является ООО«ПК Эковит» по заказу ООО «Русские корни»;

- ООО «ПК Эковит» в отношении спорной продукции является разработчиком и изготовителем продукта по ТЗ заказчика; при изготовлении с заказчиком было согласовано техническое задание на продукцию, а именно свечи с гиалуроновой кислотой; сторонами договора выбран способ взаимодействия по печати упаковки через поставщика, то есть ООО «ПК Эковит» выступает только посредником между заказчиком и типографией, для оптимизации процесса производства продукции; впоследствии заказчиком предоставлены согласованные им макеты упаковки для передачи в печать, ООО «ПК Эковит» содержание данных макетов продукции не меняло, оснований не доверять заказчику у него не было; таким образом, ООО «ПК Эковит» в части упаковки спорного товара в настоящем случае выступает посредником между заказчиком и типографией, а именно осуществляет действия по направлению созданного и согласованного заказчиком макета в типографию и получением готовой упаковки для дальнейшей фасовки; соответственно, ООО «ПК Эковит» не осуществляет действия, направленные на взаимодействие с товарными знаками истца, равно как и не осуществляет их использование; заказчик спорной продукции самостоятельно осуществлял разработку дизайна, текстового и графического наполнения упаковки;

- на момент изготовления спорной продукции по заказу товарный знак № 998024 (дата регистрации 05.02.2024) зарегистрирован не был;

- ООО «ПК Эковит» полагает, что истцом не доказан факт совершения ООО «ПК Эковит» нарушения исключительных прав истца, поскольку ответчик не осуществлял действия, направленные на взаимодействие с товарными знаками истца, равно как и не осуществлял их использование, не определял макет упаковки, содержание данных макетов упаковки продукции не менял, оснований не доверять заказчику у него не было;

- словесное упоминание «лагеаль» в описании к спорному товару было использовано сотрудниками компании и носило исключительно информационный характер о продукте, исходя из его состава и назначения, в качестве аналога продукции; упаковка, рекламные буклеты, информация на официальном сайте ООО «ПК Эковит» не содержит ни упоминания «лагиаль», ни товарного знака истца; ответчик полагает, что принимая во внимание размещенную на упаковке продукта крем-карандаш информацию, дизайн, использование собственного товарного знака ООО «ПК Эковит», иную цветовую гамму, у потребителя отсутствуют основания полагать о принадлежности данных товаров одному производителю.

Истцом представлены возражения на отзыв ответчика.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с подпунктом 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) товарные знаки и знаки обслуживания являются средством индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана.

Пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением). Другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных ГК РФ. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными ГК РФ), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1477 ГК РФ на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Как следует из положений статьи 1482 ГК РФ, в качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации. Товарный знак может быть зарегистрирован в любом цвете или цветовом сочетании.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 того же Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. При этом исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе (пункт 2 статьи 1484 ГК РФ).

В силу пункта 3 статьи 1484 ГК РФ никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

На основании пункта 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешений обозначение, являются контрафактными. Указанная норма применяется в нормативном единстве с пунктом 4 статьи 1252 ГК РФ, в соответствии с которым в случае, когда изготовление, распространение или иное использование, а также импорт, перевозка или хранение материальных носителей, в которых выражены результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации, приводят к нарушению исключительного права на такой результат или на такое средство, такие материальные носители считаются контрафактными. Из содержания указанных норм права следует, что использование в гражданском обороте на территории Российской Федерации товарного знака может осуществляться только с разрешения правообладателя или уполномоченного им лица. Предложение к продаже, продажа, хранение и иное введение в хозяйственный оборот товаров с товарным знаком или сходным с ним до степени смешения обозначением, используемых без разрешения его владельца, является нарушением права на товарный знак.

Из материалов дела следует, что ООО «АльПроМед» является обладателем исключительных прав на товарные знаки №806330 (дата государственной регистрации 08.04.2021, в отношении товаров 03 класса, а именно: карандаши косметические, растворы вагинальные для интимной гигиены или в качестве дезодоранта), №998024 (дата государственной регистрации 05.02.2024, в отношении товаров 03 класса, а именно: кремы косметические, карандаши косметические, крем интимный очищающий и уходовый, растворы вагинальные для интимной гигиены или в качестве дезодоранта; товаров 05 класса, а именно: суппозитории, изделие медицинского назначения (пластырь, суппозитории вагинальные, ректальные), растворы вагинальные для медицинских целей).

Как следует из материалов дела и установлено судом, в целях защиты исключительных прав правообладателя истцом произведен комплекс мероприятий.

11 октября 2023 года составлен протокол автоматизированного осмотра информации в сети Интернет от 11.10.2023 №1697031294322, а именно страниц сайта:

Страница в сети интернет расположенная по адресу: https://magazintrav.ru/

Страница в сети интернет расположенная по адресу: https://magazintrav.ru/product/lagial_svechi

Страница в сети интернет расположенная по адресу: https://magazintrav.ru/product/lagial_v_svechi

Из указанного протокола следует, что на данном сайте помимо прочего предлагались к продаже свечи «Лагеаль V», производителем которых является ответчик.

Нотариусом 06.03.2024 года оформлен протокол осмотра доказательств, зарегистрированный в реестре: № 36/77-н/36-2024-1-434. В указанном протоколе приведены результаты осмотра страниц:

https://www.wildberries.ru/catalog/167267768/detail.aspx

https://www.wildberries.ru/seller/123928

Согласно данному протоколу Ответчик при продвижении своей продукции, а именно «крем карандаш с гиалуроновой кислотой» использовал словесный элемент «лагиаль».

Истцом проведены контрольные закупки продукции ЛАГЕАЛЬ V у продавцов ИП ФИО2 на сумму 750 руб., ИП ФИО1 на сумму 1662 руб., ИП ФИО3 на сумму 891 руб., ИП ФИО4 на сумму 666 руб., что подтверждается представленными в дело чеками, фотографиями приобретенных товаров.

В результате контрольной закупки установлено, что в качестве производителя на всех экземплярах приобретённой продукции указан ответчик.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 162 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление Пленума № 10), для установления факта нарушения достаточно опасности, а не реального смешения товарного знака и спорного обозначения обычными потребителями соответствующих товаров. При этом смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак. Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

При оценке тождественности или сходства до степени смешения между противопоставляемыми обозначениями и товарными знаками следует руководствоваться не только положениями ст. ст. 1229, 1252, 1477, 1484 ГК РФ, но и нормами, регулирующими вопросы сравнения обозначений, предусмотренными Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденными приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482), а также разъяснениями высшей судебной инстанции, содержащимися в постановлении № 10.

В соответствии с пунктом 41 Правил № 482 обозначение считается тождественным с другим обозначением (товарным знаком), если оно совпадает с ним во всех элементах. Обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия. Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил.

В соответствии с пунктом 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в настоящем пункте, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Сравнив изображения по графическому и смысловому критериям суд пришел к выводу о том, что спорные обозначения ответчика являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца в глазах потребителя ввиду наличия достаточного количества совпадающих признаков.

Сравнение перечней товаров с целью определения их однородности показало, что товары (средства личной гигиены), для которых зарегистрированные товарные знаки истца и товары, производителем которых является ответчик, однородны, поскольку относятся к одному роду и виду, имеют одно функциональное назначение, один круг потребителей, в связи с чем, указанные товары могут быть отнесены потребителями к одному и тому же источнику происхождения.

Состав товаров «Лагиаль» истца (Hard fat (т.е. твердое масло), Sodium hyaluronate(т.е. натриевая соль гиалуроновой кислоты), Latic acid (т.е. молочная кислота)) и «Лагеаль V» ответчика (гиалуроновая кислота (натриевая соль) 10мг, молочная кислота 5 мг, основа масло какао) так же является идентичным.

Незначительные графические отличия в размере букв, шрифтах, цветах шрифта не изменяют существо товарного знака, воспринимающегося как одно обозначение. Напротив, словесные элементы, выполняющие основную индивидуализирующую функцию сравниваемых обозначений, несут в себе фонетически тождественные признаки при том, что они выполнены крупным шрифтом и буквами одного алфавита.

Сравниваемые обозначения отличаются одной буквой, но при этом звучание их полностью совпадает, так как буквы Е/И являются безударными и произносятся одинаково.

На основании критериев, перечисленных в Правилах № 482, суд признает сходными до степени смешения обозначения, размещенные на товаре Лагеаль V, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся ответчиком, с товарными знаками истца, поскольку данные обозначения способны вызвать у потребителя ассоциации о принадлежности данных товаров истцу.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров и услуг не требуется (абзац седьмой пункта 75 Постановления Пленума № 10).

Исходя из изложенного, суд оценивает представленное ответчиком заключение специалиста от 15.11.223 № 2023-11/ТЗС-341 как выражение субъективного мнения отдельного специалиста.

Доказательства, свидетельствующие о наличии согласия правообладателя товарных знаков на реализацию товара с размещенными на нем обозначениями или о наличии у ответчика прав на используемые обозначения, в материалы дела не представлены.

На основании части 3 статьи 44 АПК РФ ответчиками являются организации и граждане, к которым предъявлен иск. С учетом части 2 названной статьи следует признать, что ответчиком является лицо, привлеченное к участию в деле в связи с заявлением истца о том, что таким лицом оспариваются или нарушаются принадлежащие истцу права. Суд по своей инициативе без заявления либо согласия истца не вправе привлечь в дело второго ответчика. Право выбора ответчика принадлежит исключительно истцу, что является его дискреционным правомочием. В настоящем деле иск обществом предъявлен именно к производителю, а не к производителю спорного товара.

Ответчик, являющийся производителем товара, несет самостоятельную ответственность за допущенное правонарушение.

Ответчик полагает, что поскольку он осуществлял производство спорной продукции Лагеаль V по заказу ООО «Русские корни», то не осуществлял действия, направленные на взаимодействие с товарными знаками истца, равно как и не осуществлял их использование.

Вместе с тем, ответчик, как субъект предпринимательской деятельности, самостоятельно обязан анализировать документацию и сведения на наличие признаков нарушения прав интеллектуальной собственности, в том числе при поставке, производстве товаров по заказу третьих лиц, собирать дополнительную информацию для проверки деятельности, вызывающей подозрение. Сведения о зарегистрированных товарных знаках являются общедоступными. Из представленных документов не следует, что спорное обозначение ЛАГЕАЛЬ V является зарегистрированным товарным знаком. Представленный договор на производство продукции по заказу ООО «Русские корни» с приложениями не снимает ни с ответчика ответственности за совершенные действия.

Приводя данный довод в отзыве, ответчик ссылается на абз.3 п. 73. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», в котором прямо указано, что описанная ответчиком ситуация образует нарушение исключительного права (Использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации по поручению или заданию лица, нарушающего исключительное право правообладателя, в свою очередь, также образует нарушение исключительного права).

ООО «Русские корни» также входило в состав лиц, которым была направлена претензия о нарушении исключительных прав истца. Спор между истцом и ООО «Русские корни» был урегулирован в досудебном порядке путём подписания соглашения о прекращении нарушения и выплате истцу компенсации за нарушенные права. Как пояснил истец, ответчик урегулировать спор в досудебном порядке отказался и продолжил нарушение в предложениях о продаже продукции собственного производства.

Из представленного договора на производство продукции не следует, что производство осуществлялось по поручению ООО «Русские корни». В договоре прямо и неоднократно указано, что условия производства, в том числе вид продукции, включая дизайн и способ упаковки, согласуются сторонами. В договоре стороны прямо разделили кто разрабатывает рецептуру, а кто дизайн, но согласование и того и другого осуществляется обеими сторонами.

По договору Поставщик (ответчик по настоящему делу) принял на себя обязательства произвести продукцию в соответствии с требованиями действующего законодательства, т.е. произведённая по договору продукция, в том числе не должна нарушать прав третьих лиц на ОИС.

При согласовании дизайна, упаковки, используемых наименований поставщик был обязан провести проверки и на этот предмет, подтверждение прав на используемые обозначения к договору приложены не были и согласовывались сторонами в процессе выполнения обязательств.

Согласно п. 71 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», требование о применении мер ответственности за нарушение исключительного права предъявляется к лицу, в результате противоправных действий которого было нарушено исключительное право. В случаях ряда последовательных нарушений исключительного права различными лицами каждое из этих лиц несет самостоятельную ответственность за допущенные нарушения.

Доказательства, подтверждающие наличие у ответчика предусмотренных законом оснований для использования товарных знаков, права на которые принадлежат истцу, в материалах дела отсутствуют.

При указанных обстоятельствах, требование истца о взыскании компенсации заявлено правомерно.

В соответствии с пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ за незаконное использование товарного знака правообладатель вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

1) в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения;

2) в двукратном размере стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, или в двукратном размере стоимости права использования товарного знака, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование товарного знака.

Как разъяснено в пункте 62 Постановления № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (пункт 3 части 1 статьи 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункт 3 части 5 статьи 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, а именно - в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, исходя из характера нарушения, в размере 1 000 000 руб.

Согласно пункту 62 Постановления № 10 при определении размера компенсации, суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Как указано в Постановлении Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П, нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Компенсация может быть больше (в умеренных пределах), чем цена, на которую правообладатель мог бы рассчитывать по договору о передаче права на использование объекта исключительных прав. Штрафной ее характер - наряду с возможными судебными расходами и репутационными издержками нарушителя - должен стимулировать к правомерному (договорному) использованию объектов интеллектуальной собственности и вместе с тем способствовать, как следует из определения Конституционного Суда Российской Федерации от 10.10.2017 N 2256-0, восстановлению нарушенных прав, а не обогащению правообладателя (Постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 № 40-П).

В обоснование предъявленной ко взысканию суммы компенсации истец пояснил, что необходимо учитывать развитие бренда «Лагиаль» истца; что деятельность истца по производству и продаже свечей-карандашей для женского здоровья «Лагиаль» является основным видом его предпринимательской деятельности и основным источником дохода на протяжении более 4 лет; истец активно продвигает крема-карандаши «Лагиаль» в своей предпринимательской деятельности; товары для женского здоровья «Лагиаль» активно продвигаются Истцом на различных маркетплейсах, в том числе через Wildberris, Яндекс Маркет, Мегамаркет, Ozon; компенсация за допущенное нарушение в размере 1 000 000 рублей составляет 13% от выручки истца от реализации продукции с использованием своего товарного знака за не полный 2024 год, а именно по состоянию на 3 сентября 2024.

Суд учитывает, что нарушение ответчиком совершено впервые.

В иске истец ссылается на произведение контрольных закупок продукции Лагеаль V у различных розничных продавцов (ИП ФИО2, ИП ФИО1, ИП ФИО3, ИП ФИО4) с приложением к иску соответствующих доказательств (истцом приобретено 5 единиц продукции).

Кроме того, судом установлено, что ООО «Русские корни» (ИНН 

<

***>), по заказу которого ответчиком осуществлялось производство спорной продукции Лагеаль V, прекратило деятельность 30.09.2024, таким образом, прекратились действия, приведшие к нарушению прав истца.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, с учетом характера допущенного ответчиком нарушения, масштабов изготовления товаров, в целях установления баланса между применяемой мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба, причиненного в результате нарушения исключительного права, степень вины нарушителя, вероятные убытки правообладателя, принципы разумности и справедливости, определил соразмерную сумму компенсации последствиям допущенного ответчиком нарушения прав истца в общем размере 100 000 руб.

Основания для снижения размера компенсации в большем размере судом не установлены.

Довод ответчика о несоблюдении истцом претензионного порядка отклонен судом.

По смыслу пункта 8 части 2 статьи 125, части 7 статьи 126, пункта 2 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату государственной пошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

Основная задача применения досудебного порядка урегулирования спора состоит в том, чтобы побудить стороны самостоятельно урегулировать возникший конфликт или ликвидировать обнаружившуюся неопределенность в их отношениях. Его использование позволяет стороне, права которой предполагаются нарушенными, довести до сведения другой стороны (предполагаемого нарушителя) свои требования, а нарушителю - добровольно удовлетворить обоснованные требования, не допуская переноса возникшего спора на рассмотрение суда.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.10.2015 N 304-ЭС15-11596, претензионный порядок урегулирования спора преследует цель его разрешения во внесудебном порядке. Оставление иска без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка основано на реальной возможности разрешения спора в таком порядке при наличии воли сторон к совершению направленных на это соответствующих действий.

Таким образом, исходя из указанных выше целей претензионного порядка, при решении вопроса о возможности оставления иска без рассмотрения суду необходимо учитывать перспективы возможного досудебного урегулирования спора.

Несоблюдение такого порядка не может являться безусловным основанием для оставления иска без рассмотрения, так как такое решение может привести к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон (пункт 4 раздела II Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.12.2015).

В материалы дела представлена претензия от 25.10.2023 с доказательства направления в адрес ответчика. Ответчик подтверждает получение претензии от 25.10.2023 года о нарушении исключительных прав истца, которое выразилось в использовании ответчиком обозначения «Лагеаль V», сходного до степени смешения с товарным знаком №806330 («Лагиаль») в отношении однородных товаров.

В условиях высокой степени сходства товарных знаков истца (№998024, №806330), ввиду тождества словесных элементов, выполнения их на русском языке, ясности требования истца, направленного на защиту своего исключительного права, содержащегося в направленном претензионном письме, отсутствия какого-либо намерения со стороны ответчика урегулировать спор в досудебном порядке, само по себе отсутствие упоминания в претензии истца товарного знака №998024, не свидетельствует о несоблюдении истцом досудебного порядка урегулирования спора применительно к товарному знаку № 998024.

Утверждение ответчика о том, что истцом не соблюден претензионный порядок по факту предложения о продаже ответчиком на сайте httрs://www.wildberries.ru/catalog/167267768/detail.aspx не соответствует действительности, ссылка на сайт httрs://www.wildberries.ru/catalog/167267768/detail.aspx, как факт нарушения исключительных прав истца также содержится в претензии от 25.10.2023.

Исходя из цели претензионного порядка и перспективы досудебного урегулирования настоящего спора, а также принимая во внимание позицию ответчика, из которой не усматривается его намерение добровольно и оперативно урегулировать возникший спор, у судов первой и апелляционной инстанций не имелось оснований для оставления настоящего иска без рассмотрения.

Оставляя иск без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд исходит из реальной возможности разрешения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на самостоятельное урегулирование спора.

В рассматриваемом случае доказательств реального намерения решить спор во внесудебном порядке ответчик не представил, наоборот, в оспаривал совершение им инкриминируемого нарушения, ввиду чего довод о несоблюдении претензионного порядка суд признает несостоятельным.

При изложенных обстоятельствах суд отклоняет доводы истца и ответчика в соответствующих частях и удовлетворяет требование истца о взыскании с ответчика 100 000 руб. компенсации. В удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в пользу истца пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, т.е. в размере 2 300 руб. В остальной части расходы истца по уплате государственной пошлины относятся на него.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Производственная компания Эковит» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «АльПроМед» (ИНН 

<

***>, ОГРН

<

***>) 100 000 руб. компенсации, взыскать 2 300 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

Судья

И.С. Нечаева