ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №   А46-7960/2015

23 октября 2017 года

город Омск

 

Резолютивная часть постановления объявлена  17 октября 2017 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 октября 2017 года

 

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Зориной О.В.,

судей  Семёновой  Т.П., Шаровой  Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11561/2017) публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» на определение Арбитражного суда Омской области от 02 августа 2017 года по делу № А46-7960/2015 (судья Хвостунцев А.М.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (ИНН 

<

***>) о признании недействительным соглашения об отступном от 14.05.2015, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ИНН 

<

***>), и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 305550601400537),

 

при участии в судебном заседании представителей:  

от публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» - представитель ФИО4, доверенность от 19.12.2016, срок до 29.02.2020; 

от индивидуального предпринимателя ФИО3 – представитель ФИО5, доверенность от 31.12.2016. срок до 31.12.2017;

финансовый управляющий индивидуального предпринимателя ФИО2 ФИО6 -  лично,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Эксперт-Центр» обратилось в Арбитражный суд Омской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) индивидуального предпринимателя ФИО2 (далее -ИП ФИО2, должник).

Определением Арбитражного суда Омской области от 15.07.2015 заявление принято, возбуждено производство по делу № А46-7960/2015 о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО2

Определением Арбитражного суда Омской области от 18.08.2015 (резолютивная часть определения объявлена 13.08.2015) в отношении ИП ФИО2 введена процедура наблюдения сроком на четыре месяца, временным управляющим утвержден ФИО7.

Решением Арбитражного суда Омской области от 16.12.2015 (резолютивная часть решения объявлена 10.12.2015) ИП ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Определениями Арбитражного суда Омской области от 14.06.2016, от 11.10.2016, от 02.05.2017 срок реализации имущества должника продлен до 10.10.2017.

Публичное акционерное общество «Банк Уралсиб» (далее - ПАО «Банк Уралсиб», кредитор) обратилось 06.05.2016 в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным соглашения об отступном от 14.05.2015, заключенного между ИП ФИО2 и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (далее - ИП ФИО3) и о применении последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда Омской области от 02 августа 2017 года по делу № А46-7960/2015 в удовлетворении требований ПАО «Банк Уралсиб» отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ПАО «Банк Уралсиб» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и принять новый судебный акт о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

В обоснование жалобы ее податель указал, что материалами дела подтверждается наличие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной. ПАО «Банк Уралсиб» считает, что акт № 1 от 29.06.2015 об установленном расхождении по количеству и качеству при приемке товарно-материальных ценностей с приложениями по форме ТОРГ-2 и соглашение между ИП ФИО3 и ИП ФИО2 о соразмерном уменьшении стоимости поставленного товара имеют признаки фальсификации и составлены после подачи искового заявления о признании недействительным спорного соглашения. Банк обращался к суду первой инстанции с ходатайством о назначении по делу повторной судебной экспертизы давности представленных документов, в удовлетворении которого судом первой инстанции отказано. Податель жалобы ссылается на то, что согласно товарным накладным от 08.04.2015 при приемке расхождений по количеству принятого товара, а также нарушений его упаковки не выявлено. Поскольку товарные накладные подписаны представителем ИП ФИО3 08.04.2015, претензии к ИП ФИО2 по выявленным в дальнейшем недостаткам принятого товара не могли быть предъявлены должнику. Кроме того, согласно акту расхождения по количеству и качеству принятого товара выявлены с 09.04.2015 по 29.06.2015, то есть еще до момента наступления срока оплаты по договору и заключения спорного соглашения. Таким образом, соразмерное уменьшение стоимости должно было отражаться в стоимости поставленного товара, указанного в спорном соглашении, однако на момент его заключения эти сведения не отражены. Судом первой инстанции неполно исследован вопрос о дальнейшей реализации отбракованного товара, полученного от ИП ФИО2 Как полагает податель жалобы, обстоятельства деле свидетельствуют о том, что изначально товар ИП ФИО3 принят в полном объеме без выявленных дефектов, а дальнейшее представление в материалы дела акта с приложениями и соглашения о соразмерном уменьшении стоимости направлено на намеренное введение суда в заблуждение.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2017 апелляционная жалобы принята к производству, назначена к рассмотрению в судебном заседании на 17.10.2017, председательствующий судья Бодункова С.А.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2017 удовлетворено заявление судьи Бодунковой С.А. о самоотводе, произведена замена председательствующего судьи Бодунковой С.А. при рассмотрении апелляционной жалобы (регистрационный номер 08АП-11561/2017) на судью Зорину О.В.

В письменном отзыве на апелляционную жалобу ИП ФИО3 возразила против доводов апелляционной жалобы.

От ПАО «Банк Уралсиб» поступило письменное ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы акта № 1 от 29.06.2015 с приложениями, соглашения от 21.07.2015 о соразмерном уменьшении стоимости товара по ранее поставленным вопросам. Податель жалобы просил производство повторной судебной экспертизы поручить ФБУ Российский Федеральный центр судебной экспертизы при Министерстве юстиции Российской Федерации. В случае отказа суда от назначения вышеуказанного учреждения - производство судебной экспертизы поручить ФБУ Сибирский региональный центр судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ПАО «Банк Уралсиб» поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить. Поддержал письменное ходатайство о  назначении повторной экспертизы.

Представитель ИП ФИО3 считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Возражал против удовлетворения ходатайства о проведении повторной экспертизы.

Представитель финансового управляющего должника считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являются несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения. Возражал против удовлетворения ходатайства о проведении повторной экспертизы.

В соответствии с частью 3 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании или истребовании которых им было отказано судом первой инстанции.

На основании части 2 статьи 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

В удовлетворении ходатайства ПАО «Банк Уралсиб» о назначении повторной экспертизы судом первой инстанции отказано. Отказ в удовлетворении ходатайства суд первой инстанции мотивировал пояснениями эксперта, опровергающими доводы о допущенных нарушениях при проведении экспертизы.

Оснований для назначения по делу повторной экспертизы по ходатайству ПАО «Банк Уралсиб» судом апелляционной инстанции не установлено по причинам, изложенным в мотивировочной части постановления.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы и отзыва, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке статей 266, 268 АПК РФ, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого определения исходя из следующего.

Согласно статье 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

ПАО «Банк Уралсиб» в  качества основания для оспаривания сделки указал статью 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3-5 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Из приведенных положений следует, что они направлены на регулирование отношений связанных с оспариванием сделок граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. При этом действовавшее до 01.10.2015 законодательство допускало возможность оспаривания сделок заключенных предпринимателями на основании главы III.1 Закона о банкротстве.

На дату совершения оспариваемой сделки – 14.05.2015 ФИО2 был зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя. Регистрация ИП ФИО2 признана утратившей силу решением Арбитражного суда Омской области от 16.12.2015 о признании ИП ФИО2 банкротом и введении в отношении него процедуры реализации имущества гражданин. 

Таким образом, названная сделка может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) в силу пункта 3 статьи 61.1. Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 указанной         статьи сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Как следует из материалов дела, производство по делу о банкротстве должника – ИП ФИО2 возбуждено 15.07.2015.

Соглашение об отступном заключено 14.05.2015, т.е. за два месяца до принятия арбитражным судом заявления о банкротстве должника, что укладывается в сроки пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ, данным в пункте 9 Постановления № 63, при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения (пункт 8 Постановления № 63).

Согласно статье 409 ГК РФ по соглашению сторон обязательство может быть прекращено предоставлением отступного - уплатой денежных средств или передачей иного имущества.

Как следует из материалов дела, 14.05.2015 между ИП ФИО3 (должник) и ИП ФИО2 (кредитор) заключено соглашение об отступном (о передаче в отступное недвижимого имущества) на следующих условиях.

В рамках соглашения  стороны должник  и  кредитор подтверждают  наличие существующих между ними обязательственных отношений, вытекающих из нижеследующего договора:

Договора поставки № 06/04 от 06 апреля 2015, согласно которому кредитор (поставщик)  поставил  (передал в собственность)  покупателю товар  по товарным накладным № 6 от 08.04.2015, № 7 от 08.04.2015, № 8 от 08.04.2015, № 9 от 08.04.2015, № 10 от 08.04.2015, №11 от 08.04.2015, №12 от 08.04.2015 на общую сумму 10 013 990,65 руб., а должник (покупатель) принял и обязался оплатить товар в соответствии с условиями договора в срок до 12 мая 2015 года (пункт 1.1).

Оплата товара по договору поставки не была произведена в указанный срок, в связи с чем должник признает имеющуюся на момент заключения настоящего Соглашения у него задолженность перед кредитором по договору поставки на общую сумму 10 013 990,65 руб. (пункт 1.2).

Стороны заключением настоящего соглашения договорились о прекращении вышеуказанных обязательств должника на сумму 10 013 990,65 руб. путем предоставления должником кредитору взамен денежного исполнения в качестве отступного в соответствии со ст. 409 Гражданского кодекса Российской Федерации недвижимого имущества, стоимость которого стороны определили в вышеуказанном размере, то есть 10 013 990,65 руб. Таким образом, стороны согласны прекратить обязательства должника перед кредитором в размере 10 013 990,65 руб. (пункт 1.3).

В погашение задолженности (требований кредитора), указанной в п. 1.3. настоящего соглашения, в сумме 10 013 990,65  руб. должник передает по настоящему соглашению кредитору в собственность в качестве отступного принадлежащие должнику на праве собственности 7 (семь) объектов недвижимого имущества (далее - имущество), перечисленные в Приложении № 1 к настоящему Соглашению (пункт 1.4).

В качестве отступного по соглашению передано следующее недвижимое имущество:

1.  административное здание, назначение: нежилое. Площадь: общая 515 кв. м. Инвентарный номер: 4378. Литер: А. Этажность: 2. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р-он, 

<

...> Б. ФИО8 номер: 55:17:280115:11;

2.  автомобильный гараж, назначение: нежилое. Площадь: общая 188,2 кв. м. Инвентарный номер: 4744. Литер: Б. Этажность: 1. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р-он, 

<

...> Б. ФИО8 номер: 55:17:280115:15; 

3.   земельный участок. Категория земель: земли населенных пунктов - для использования в целях размещения офисных помещений. Площадь: 2 230 кв. м. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р-он, 

<

...>. ФИО8 номер: 55:17:280115:1;

4.  столовая, назначение: нежилое. Площадь: общая 444,7 кв. м. Инвентарный номер: 4383. Литер: А. Этажность: 1. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р- он, 

<

...>. ФИО8 номер: 55:17:280113:14;

5.   земельный участок. Категория земель: земли населенных пунктов - для использования в целях общественного питания. Площадь: 898 кв. м. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р-он, 

<

...>. ФИО8 номер: 55:17:280113:2;

6. нежилое помещение № 2П, назначение: нежилое. Площадь: общая 122,2 кв. м. Этаж: 1. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р-он, 

<

...>. ФИО8 номер: 55:17:280113:17;

7.   земельный участок. Категория земель: Земли населенных пунктов - для использования в целях торговли. Площадь: 272 кв. м. Адрес (местоположение): Омская область, Нововаршавский р-он, 

<

...>. ФИО8 номер: 55:17:280113:5.

Государственная регистрации права собственности ИП ФИО2 на указанное выше недвижимое имущество произведена 04.08.2015.

В заявлении ПАО «Банк Уралсиб» указало на несоответствие указанной в соглашении стоимости – 10 013 990,65 руб. рыночной стоимости переданных объектов недвижимого имущества. Так, решением Арбитражного суда Омской области от 15.12.2014 по делу № А46-13177/2014 подтверждается, что спорное недвижимое имущество передано ИП ФИО3 по акту приема-передачи от 03.04.2014 ООО ПК «СТБ» в лице конкурсного управляющего ФИО9 в счет частичного погашения требований по цене 1 864 367,54 руб., как имущество, оставшееся нереализованным в ходе проведения торгов и в отношении которого другими кредиторами не изъявлено желание на его принятие в счет удовлетворения требований.

То есть, на дату приобретения имущества ФИО3 оно являлось неликвидным, поскольку реальный спрос на него отсутствовал.

В подтверждение довода о несоответствии стоимости недвижимого имущества, указанной в соглашении, рыночной, заявителем представлено заключение об оценке имущества от 25.03.2016, подготовленное главным специалистом Дирекции оценки рисков и залогов по портфелю СДРД ФИО10, из которого следует, что стоимость вышеуказанных объектов недвижимости составляет 1 429 000 руб.

Как разъяснено в пункте 8 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Исходя из положений пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанции, оценивая оспариваемое соглашение, должен установить обстоятельства  получения сторонами равноценного встречного исполнения по этой сделке.

В материалах дела имеется договор поставки № 06/04 от 06.04.2015, заключённый между ИП ФИО2 (поставщик) и ИП ФИО3 (покупатель).

По договору поставки № 06/04 от 06.04.2015 (т. 3, л.д. 62-64) поставщик обязался поставить (передать в собственность) в обусловленные договором сроки покупателю товар для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием, а покупатель обязуется принимать этот товар и оплачивать его (пункт 1.1. договора поставки).

Товаром по настоящему договору являются товары, согласно ассортиментному перечню, предлагаемому поставщиком (пункт 1.2. договора поставки).

Согласно пункту 3.1 договора цена на товар и стоимость конкретной партии товара устанавливается в российских рублях и указываются в счете, товарной накладной.

Покупатель обязуется производить расчет за каждую полученную им по настоящему договору партию товара с рассрочкой платежа не позднее 30 дней с даты поставки товара (пункт 3.3. договора поставки).

В подтверждение факта передачи товара на сумму 10 013 990,65 руб. ИП ФИО3 в материалы дела финансовым управляющим представлены подписанные сторонами товарные накладные от 08.04.2015 № 6 на сумму 1 092 276,63 руб., № 7 на сумму 1 210 395,13 руб., № 8 на сумму 1 733 131,19 руб., № 9 на сумму 1 735 426,24 руб., № 10 на сумму 1 441 851,05 руб., № 11 на сумму 1 375 135,88 руб., № 12 на сумму 1 425 774,53 руб. 

Со стороны ИП ФИО3 товарные накладные подписаны ФИО11, полномочия которого на получение товара подтверждены представленными доверенностями (т. 3, л.д. 65-82).

В письменном отзыве на заявление (т. 1 л.д. 57-60) доводов о том, что товар был поставлен на меньшую сумму, финансовым управляющим не приводилось. Напротив, финансовый управляющий настаивал на равноценности задолженности ИП ФИО3 перед должником по договору поставки -  10 013 990,65 руб. и представленного должнику отступного.

Финансовым управляющим в отзыве указано, что ранее недвижимое имущество, переданное по оспариваемой сделке, являлось предметом торгов в процедуре банкротства общества с ограниченной ответственностью Производственная Компания «СТБ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) по делу № А46-22097/2012, согласно сведениям, размещенным в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве (сообщение 132547 от 28.03.2013), стоимость недвижимого имущества в соответствии с отчетом № 30 от 20.02.2013, подготовленным ИП ФИО12 («Альянс-Оценка»), составила 10 385 600 руб. 

Также финансовым управляющим представлена выдержка из  отчета № 489/2015 от 16.11.2015, подготовленного ФИО13 по заказу временного управляющего ИП ФИО2 Тарана А.Б., из которой следует, что рыночная стоимость объектов недвижимости по состоянию на 16.11.2015 составляет 10 615 000 руб. (исследовательская часть отчета не представлена).

Таким образом, процессуальная позиция финансового управляющего первоначально сводилась к равноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке в сумме -  10 013 990,65 руб. (стоимость поставленного товара) и 10 385 600 руб. (стоимость недвижимого имущества).

Аналогичную правовую позицию первоначально заняла и ФИО3, которая первоначально не ссылалась на то, что задолженность по договору поставки в действительности составляет меньшую сумму, а настаивала на том, что  стоимость переданного должнику имущества  соответствует сумме долга по договору поставки (том 1 листы дела 71-73).

Определением Арбитражного суда Омской области от 28.07.2016 по делу была назначена экспертиза об определении рыночной стоимости объектов недвижимости, переданных по соглашению, по состоянию на 14.05.2015, проведение экспертизы поручено обществу с ограниченной ответственностью «ОМЭКС».

26.08.2016 обществом с ограниченной ответственностью «ОМЭКС» представлено заключение эксперта № 68/16 от 25.08.2016, согласно которому рыночная стоимость объектов исследования составляет 3 775 000 руб. 

В силу статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта оценки, указанная в отчете, составленном по основаниям и в порядке, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, признается достоверной и рекомендуемой для целей совершения сделки с объектом оценки, если в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, или в судебном порядке не установлено иное.

Обстоятельств и доводов, опровергающих выводы эксперта в заключении ООО «ОМЭКС» № 68/16 от 25.08.2016, ни финансовым управляющим, ни ответчиками не представлено.

Банк также дальнейших шагов по оспариванию этой стоимости не предпринял, с заключением согласился.

По смыслу статьи 11 Федерального закона от 29.07.1998 N 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в Российской Федерации" выдержка из отчета, содержащая только итоговую величину оценки, не является отчетом оценщика, так как не  соответствует требованиям проверяемости, достоверности использованной информации, однозначности толкования.

Поэтому  такая выдержка из  отчета № 489/2015 от 16.11.2015, подготовленного ФИО13 по заказу временного управляющего ИП ФИО2 Тарана А.Б., достоверным доказательством цены спорной недвижимости не является.

Выводы, содержащиеся в отчете ООО «ОМЭКС» № 68/16 от 25.08.2016, не опровергнуты. Возражений по выбранным оценщикам методам оценки, проведенному анализу, объектам-аналогам ответчиком не приведено.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает возможным  при оценке довода заявителя о неравноценности встречного исполнения обязательств исходить из стоимости объектов, полученных по оспариваемой сделке должником, определенной на основании заключения общества с ограниченной ответственностью «ОМЭКС» - 3 775 000 руб.

26.08.2016 финансовым управляющим в материалы дела представлены полученные им от ИП ФИО3 соглашение о соразмерном уменьшении стоимости товара, поставленного по вышеуказанным товарным накладным, сопроводительное письмо ИП ФИО3  от 10.07.2015 о направлении     экземпляров соглашения в  адрес должника, акт № 1 от 29.06.2015 об установлении расхождения по количеству и качеству при приемке товарно-материальных ценностей с приложениями.

Как следует из пояснений представителя ИП ФИО3, товар по договору поставки должником был передан ненадлежащего качества, в связи с чем соглашением сторон стоимость товара согласована в размере 2 103 139,95 руб.

Акт об установлении расхождений по количеству и качеству при приемке товарно-материальных ценностей датирован 29.06.2015 № 1. Согласно акту приемка товара проводилась в период с 09.04. по 29.06.2015.

С письмом от 10.07.2015 покупатель якобы направил поставщику два экземпляра соглашения об уменьшении стоимости товара по договору поставки № 06/04 от 06.04.2015 и стоимости объектов недвижимости.

В соглашении от 21.07.2015 ИП ФИО3 (сторона 1) и ИП ФИО2 (сторона 2) указали, что:

в связи с выявившимся несоответствием товара по количеству и качеству условиям договора поставки № 06/04 от 06 апреля 2015 года стороны договорились о соразмерном уменьшении стоимости товара, поставленного (переданного в   собственность)  Стороне 1 (покупателю) по товарным накладным № 6 от 08.04.2015, № 7 от 08.04.2015, № 8 от 08.04.2015, № 9 от 08.04.2015,   № 10 от 08.04.2015, № 11 от 08.04.2015, № 12 от 08.04.2015 до 2 103 139,95 руб.;

принимая во внимание, что по условиям Соглашения об отступном от 14 мая 2015 года сторона 1 в счет погашения задолженности за поставленный по договору поставки № 06/04 от 06 апреля 2015 года товар передала в собственность Стороне 2 объекты недвижимого имущества, определив их стоимость равной стоимости переданного товара, в связи с обстоятельствами, указанными в п. 1 настоящего соглашения, Стороны пришли к соглашению принять совокупную ость объектов недвижимого имущества также равной 2103139,95 руб.

Из указанных документов следует, что покупатель принял товар по товарным накладным от 08.04.2015. С 09.04.2015 начал распаковку тар и приемку товара.

С учетом этого, если считать обоснованными доводы о поставке товара ненадлежащего качества, по состоянию на 14 мая 2015 года (на момент подписания соглашения об отступном), в течение месяца проводя приемку товара, покупатель не мог не знать о наличии недостатков по качеству и количеству товара.  

В такой ситуации подписание покупателем соглашения от 14.05.2015 о передаче в отступное недвижимого имущества с указанием стоимости товара и стоимости недвижимого имущества - 10 013 990,65 руб. не может являться разумным, а значит, его наличие не является достоверным.

06.10.2016 ПАО «Банк Уралсиб» представлено письменное заявление о фальсификации доказательств (т. 3, л.д. 118-121) в отношении акта № 1 от 29.06.2015 об установлении расхождения по количеству и качеству при приемке товарно-материальных ценностей с приложениями и соглашения о соразмерном уменьшении стоимости товара.

Статьей 161 АПК РФ установлено, что если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд:

1) разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления;

2) исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу;

3)  проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу.

В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

Определением Арбитражного суда Омской области от 25.11.2016 назначена судебная экспертиза по делу № А46-7960/2015 следующих документов: акта № 1 от 29.06.2015 с приложениями, соглашение от 21.07.2015 о соразмерном уменьшении стоимости поставленного товара. На разрешение экспертному учреждению -ФБУ «ОЛСЭ» Минюста России поставлены вопросы:

1)   Какова давность проставления подписей, оттисков печатей и выполнения рукописного текста, содержащихся в представленных на исследование документах?

2) Соответствует ли дата составления акта № 1 от 29.06.2015 и приложений к нему времени их изготовления?

3) Имеют ли представленные на исследование документы признаки искусственного старения?

4)   Могли ли быть изготовлены представленные на исследование документы позднее даты 06.05.2016?

В заключении от 30.03.2017 № 2899/1-З, экспертом ФБУ «ОЛСЭ» Минюста России ФИО14 сделаны выводы, что установить, какова давность проставления подписей, оттисков печатей и выполнения рукописных тексов (записей), содержащихся в представленных на исследование документах, установить, соответствует ли время выполнения акта № 1 от 29.06.2015 и приложений к нему датам, проставленным на документах, установить, могли ли быть выполнены представленные на исследование документы позднее даты 06.05.2016, не представляется возможным. Также указано, что в штрихах печатных текстов, в штрихах подписей, в штрихах записей, в штрихах оттисков печатей, выполненных в документах, на поверхности бумаги документов, признаков термического, светового, химического воздействий, которые применяются для искусственного состаривания документов, обнаружено не было.

Экспертом ФБУ «ОЛСЭ» Минюста России ФИО15 в заключении от 20.01.2017 № 2898/2-З сделаны выводы, что установить время нанесения оттисков печатей индивидуальных предпринимателей ФИО3 и ФИО2 в  соглашении  о соразмерном  уменьшении стоимости поставленного товара от 21.07.2015 и акте № 1 от 29.06.2015 неразрушающим методом не представилось возможным.

В удовлетворении ходатайства ПАО «Банк Уралсиб» суд первой инстанции отказал.

То есть установить факт фальсификации нового доказательства, представленного ФИО3 и финансовым управляющим должника уже после проведения экспертизы   стоимости недвижимого имущества, с помощью экспертизы не представилось возможным.

Риск этой невозможности был возложен судом первой инстанции на истца.

Между тем,  такое распределение бремени доказывания суд апелляционной инстанции считает необоснованным.

Так, суд возложил на истца бремя доказывания отрицательного факта – неподписания сторонами акта № 1 от 29.06.2015 в ту дату, в которую он якобы был составлен, что является недопустимым (Определение Верховного Суда РФ от 10.07.2017 N 305-ЭС17-4211 по делу N А40-11314/2015).

Тем более это является недопустимым при  наличии доказательств, свидетельствующих о недостоверности представленного доказательства.

Необходимость проведения по делу судебной экспертизы давности документов была связана с изменением процессуальной позиции финансового управляющего и ИП ФИО3 в настоящем обособленном споре. 

Как уже было сказано выше,  изначально они настаивали на равноценности встречного предоставления по оспариваемой сделке в сумме 10 013 990, 65 руб., что свидетельствует о том, что на дату предоставления отзыва спорных документов об уценке товара  еще не существовало.

Данные документы, в том числе акт № 1 от 29.06.2015, был представлен в дело только после проведения экспертизы, то есть когда  финансовый управляющий и контрагент по спорной сделке узнали цену недвижимости,  определенную по результатам оценки.

После представления в дело заключения судебной экспертизы рыночной стоимости объекта недвижимости (рыночная стоимость определена в размере 3 775 000 руб.) в материалы дела были представлены документы также в подтверждение равноценности встречного предоставления, но в другой сумме. Финансовый управляющий и  ответчик стали настаивать на поставке должником уценённого товара – на сумму 2 103 139,95 руб.

Далее, вся поставка была осуществлена по накладным от 08.04.2015 года до подписания соглашения об отступном. 

При этом никаких претензий по качеству товара вплоть до  проведения экспертизы  предъявлено не было, несмотря на то, что товар якобы являлся явно и очевидно некачественным (уценка в пять раз) и факт его несоответствия качеству мог быть установлен путем осмотра. Ряд дефектов вообще связан с упаковкой, то есть с внешними повреждениями.

При этом проверить данное обстоятельство (наличие дефектов в товаре) невозможно, поскольку как указывает ФИО3, она перепродала этот товар ФИО16, который утверждает, что представить товар для осмотра невозможно, так как указанный товар реализован и его невозможно отделить от иного товара (том 5 лист дела 131).

Соглашение об отступном было зарегистрировано 4.08.2015 года, то есть с момента подписания соглашения об отступном и перехода права собственности на недвижимость прошло два с половиной месяца. При этом  29.06.2015 был якобы подписан акте об уценке товара. А началом приемки в акте указано 09.04.2015, то есть к моменту подписания  соглашения обе стороны уже знали о якобы имеющихся претензиях по качеству, а к моменту его регистрации эти претензии уже были якобы зафиксированы.

Между тем соглашение об отступном было представлено на регистрацию  в прежней редакции.

При этом в соглашении об отступном, раскрытом для внешних пользователей, прямо указано, что ФИО3 признает имеющуюся у нее перед ФИО2 задолженность по договору поставки в сумме 10 013 990 руб. 65 коп. 

А соглашение об уценке от 21.07.2015 года на регистрацию не представлялось и для внешних пользователей не раскрывалось.

Как указывает финансовый управляющий,  документами об уценке он не располагал и они были впервые направлены в адрес  ФИО6 только 25.08.2016 года от ФИО3, несмотря на то, что ФИО2  указан в качестве лица, подписавшего эти документы (том 2 лист дела 20, 29-30).

Все эти обстоятельства свидетельствуют о том, что вновь представленные документы об уценке товара, а значит, об уменьшении суммы прекращенного  спорной сделкой долга не прошли проверку на достоверность в совокупности с другими доказательствами (части 1-4 статьи 71 АПК РФ).

В таких обстоятельствах возлагать на кредитора (Банк) риск невозможности установить экспертным путем дату изготовления спорных документов суд не имел права, поскольку кредитор участником спорных правоотношений не является и поскольку стороны соглашения об уценке  раскрыли для внешних пользователей совсем иную картину своих правоотношений, представив на регистрацию сделку с иными условиями.

Соответственно, бремя заявления ходатайства о проведении повторной экспертизы в связи с  неудачным исходом первоначальной лежит на финансовом управляющем, занявшем позицию контрагента по сделке, вопреки очевидным противоречиям в представленных документах,  и на ФИО3 

 Между тем против назначения по делу повторной судебной экспертизы финансовый управляющий и  ИП ФИО3 категорически возразили, указав, что считают имеющиеся в материалах дела достоверными и достаточными доказательства в подтверждение действительности оспариваемой сделки, а  дальнейшее проведение экспертизы  нарушающим их права на рассмотрение дела в разумный срок.

В силу части 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суд апелляционной инстанции полагает, что возложение бремени доказывания на ПАО «Банк Уралсиб» противоречит обязанности ответчика и финансового управляющего  представить достоверные и достаточные доказательства в обоснование своих возражений.

В ходатайстве ПАО «Банк Уралсиб» о проведении повторной экспертизы суд отказывает, поскольку именно ответчиком и финансовым управляющим не исполнены обязанности по доказыванию и поскольку представленные ответчиками доказательства не прошли проверку на достоверность, а значит, необходимости в дальнейшей проверке заявления о фальсификации нет.

Проведение повторной экспертизы не повлияет на  результат рассмотрения жалобы, а значит, нарушит право лиц, участвующих в деле на рассмотрение спорного вопроса в разумный срок.

Ссылка финансового управляющего в отзыве (т. 3 л.д. 108) на то, что в соглашении от 14.05.2015 суммы указаны без учета выявленных недостатков, так как процесс оформления таких недостатков не был завершен, и стороны могли в любой момент изменить условиях соглашения,  не принимается во внимание.

Последующая уценка товара в связи с недопоставкой и (или) поставкой товара ненадлежащего качества в такой ситуации предполагает изменение размера предоставления покупателем исполнения. В данном случае предоставление со стороны покупателя осталось тем же. 

Так, в соглашении от 14.05.2015 стороны договорились о соразмерном уменьшении стоимости товара в связи с выявившимся несоответствием товара по количеству и качеству условиям договора поставки № 06/04 от 06 апреля 2015 года. 

При этом объективных причин, в силу которых одновременно уменьшена стоимость предоставленной в качестве отступного недвижимости, в соглашении не приведено. 

Следовательно, ФИО2 изначально был осведомлен о том, что предоставляемая ему недвижимость  в несколько раз дешевле, чем цена, указанная в спорном соглашении.

Учитывая, что должник являлся предпринимателем, трудно предположить, что он не владел информацией о  стоимости аналогов и первоначально предполагал простить долг в  сумме 10 013 990 руб. 65 коп.  взамен получения недвижимости, чья стоимость не превышает 2103139,95 руб.

Его осведомленность о действительной стоимости  недвижимости подтверждает  позицию  Банка о заведомом заключении сделки вопреки интересам кредиторов должника, а также подтверждает наличие сговора  ФИО2 и ФИО3 по созданию видимости  равноценного встречного предоставления взамен на исключение реального денежного долга из конкурсной массы должника.

Фактически, если исходить из существа возражений на иск, при подписании соглашения от 14.05.2015 стоимость объектов недвижимости была завышена, а в дальнейшем уменьшена произвольно. 

То есть, все поведение и процессуальная позиция финансового управляющего и ответчика свидетельствуют о намерении подтвердить равноценность встречного предоставления по соглашению от 14.05.2015, вне зависимости от реальной рыночной стоимости переданного товара и объектов недвижимости. 

Поэтому составленные ответчиками акт об установлении расхождений по количеству и качеству при приемке товарно-материальных ценностей от 29.06.2015 № 1 и соглашение от 21.07.2015 суд апелляционной инстанции считает недостоверными.

Суд апелляционной инстанции также учитывает следующее.

Делая вывод о невозможности установить время нанесения оттисков печатей, в заключении от 20.01.2017 № 2898/2-3 эксперт указал, что при сравнении исследуемого оттиска печати ИП ФИО2 с оттисками-образцами установлено, что они отличаются по общим и частным признакам, дающим основания сделать вывод о том, что оттиск печати ИП ФИО2 в соглашении нанесен не клише печати ИП ФИО2, оттиски-образцы которой представлены на исследование (т. 5 л.д. 101).

Отличие оттисков печати на соглашении от 21.07.2015 от оттисков-образцов финансовый управляющий суду апелляционной инстанции обосновал наличием у ИП ФИО2 двух печатей, одна из которых обычно использовалась для заверения документов, другая – хранилась у бухгалтера. Соответственно, на соглашении от 21.07.2015 и акте от 29.06.2015 № 1 проставлена вторая печать.

Вместе с тем, в ситуации, когда обычной практикой должника являлось проставление на документах с контрагентами одной печати, использование другой печати именно на спорных документах вызывает сомнения. Причин и обстоятельств, в силу которых должником не могла быть проставлена обычно используемая печать, не приведено. 

Как следует из заключения экспертизы, в качестве сравнительных образцов в распоряжение эксперта представлены следующие документы,  содержащие оттиски печати ИП ФИО2: анкета физического лица от 28.03.2014, договор аренды № 74 от 01.05.2014 с приложениями, доверенностью от 18.06.2014, письмо от 30.06.2014, дополнительное соглашение от 01.07.2014 к договору аренды № 42 от 01.02.2014, дополнительное соглашение № 2 от 31.07.2014 к договору № 4/1-2014 аренды нежилого помещения от 11.01.2014, акт возврата нежилых помещений от 31.07.2014, договор аренды недвижимого имущества № 2/50-2014 от 01.08.2014, договор № 99 субаренды жилого помещения от 18.08.2014 с приложениями, дополнительное соглашение № 1 от 31.08.2014 к договору субаренды нежилого помещения от 01.04.2014, акт приема-передачи нежилых помещений по договору субаренды от 31.08.2014, дополнительное соглашение № 2 от 15.12.2014 к договору аренды № СТЕ-2014/85, акт приема-передачи помещения от 15.01.2014, акт приема-передачи нежилого помещения от 31.12.2014 по договору аренды № М2-170/14 от 02.01.2014, дополнительное соглашение к договору аренды недвижимого имущества № 2/50-2014 от 20.01.2015, акт приема-передачи нежилого помещения из аренды от 31.01.2015, договор № 37-А-1/2015 аренды жилого помещения от 01.02.2015 с приложениями; письмо от 02.04.2015; соглашение о расторжении  договора  аренды   от  30.04.2015   №  СТЕ-2014/85 нежилого помещения от 15.01.2014; акт   приема-передачи    нежилого    помещения    из    аренды    от   30.04.2015    с приложением, дополнительное соглашение к договору аренды павильона от 01.05.2015 № Д-13/98-1 от 01.10.2013 с приложением, соглашение № 1  о количестве и сочетании подписей в карточке с образцами подписей и оттиска печати от 08.02.2016; заявление     на     изготовление     сертификата     открытого     ключа     аналога собственноручной подписи № 3 от 09.02.2016.

Из характера указанных документов следует, что в отношениях с контрагентами должник использовал только одну печать, которая не совпадает с печатью на спорных документах. 

В качестве документов-образцов ни одного документа с оттиском другой печати, аналогичным тому, который проставлен на акте от 29.06.2015 № 1 и соглашении от 21.07.2015, не представлено.

Суд апелляционной инстанции учитывает, что, даже если вторая печать, действительно, у должника имелась, оформление спорных документов именно второй печатью должник никак не обосновал.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает недостоверными пояснения финансового управляющего ФИО6 как о наличии у должника второй печати, так и о времени ее предоставления финансовому управляющему, поскольку его активная позиция по опровержению разумных и добросовестных доводов Банка о заключении спорной сделки вопреки интересам кредиторов может свидетельствовать о его заинтересованности в исходе дела.

Более того, ссылка финансового управляющего на то, что он доверял стоимости недвижимости, определенной в отчете оценщика, представленного ему временным управляющим, является несостоятельной, поскольку оценка имущества должника в наблюдении, по общему правилу, не проводится, а в силу пункта 2 статьи 213.26 Закона о банкротстве  оценка имущества гражданина, которое включено в конкурсную массу в соответствии с настоящим Федеральным законом, проводится финансовым управляющим самостоятельно.

В такой ситуации акт от 29.06.2015 № 1 и соглашение от 21.07.2015, представленные в обоснование соразмерного уменьшения стоимости товара по договору поставки, не могут считаться достоверными.

Суд апелляционной инстанции считает, что материалами дела не опровергнут факт поставки ИП ФИО2 покупателю ИП ФИО3 товара на сумму 10 013 990,65 руб. Иного не доказано.

Предоставление в качестве отступного по обязательству в сумме 10 013 990,65 руб. недвижимого имущества рыночной стоимостью 3 775 000 руб. в качестве равноценного предоставления расцениваться не может.

Поскольку наличие иной (добросовестной) цели заключения соглашения об отступном от 14.05.2015 при недоказанности равноценного встречного предоставления в пользу должника не раскрыто и поскольку ни должник, ни контрагент  не могли не осознавать того, что принятием в качестве отступного неравноценного предоставления  они уменьшают вероятность погашения требований кредиторов должника, цель причинения вреда кредиторам суд апелляционной инстанции считает доказанной.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что совокупность условий, предусмотренных пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания оспариваемого соглашения об отступном от 14.05.2015 недействительным установлена.

После оглашения резолютивной части постановления суд апелляционной инстанции установил, что не разрешил вопрос о возврате должником ИП ФИО3 недвижимого имущества, полученного по недействительной сделке.

В связи с этим вопрос о вынесении дополнительного постановления назначен судом в отдельное судебное заседание.

При таких обстоятельствах определение Арбитражного суда Омской области от 02 августа 2017 года по делу № А46-7960/2015 подлежит отмене, апелляционная жалоба ПАО «Банк Уралсиб» – удовлетворению. 

Расходы по оплате государственной пошлины по иску и апелляционной жалобе в порядке статьи 110 АПК РФ относятся на ИП ФИО3

Руководствуясь статьей 271, пунктами 3, 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционную жалобу (регистрационный номер 08АП-11561/2017) публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» удовлетворить.

определение Арбитражного суда Омской области от 02 августа 2017 года по делу № А46-7960/2015 (судья Хвостунцев А.М.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (ИНН 

<

***>) о признании недействительным соглашения об отступном от 14.05.2015, заключенного между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ИНН 

<

***>), и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 305550601400537), отменить.

Принять новый судебный акт.

Признать недействительным соглашение об отступном от 14.05.2015, заключенное между индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>) и индивидуальным предпринимателем ФИО3 (ИНН 

<

***>).

Восстановить задолженность индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>) перед индивидуальным предпринимателем ФИО2 (ИНН 

<

***>) в сумме 10 013 990 руб. 65 коп. по договору поставки № 06/04 от 06.04.2015.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН 

<

***>) в пользу публичного акционерного общества «Банк Уралсиб» (ИНН 

<

***>) судебные расходы по оплате государственной пошлины в сумме 9 000 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Cибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

 

Председательствующий

 

О.В. Зорина

Судьи

 

Т.П. Семёнова

Н.А. Шарова