АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7384/19 

Екатеринбург

01 августа 2023 г.

 

Дело № А07-13638/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 августа 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Тихоновского Ф.И.,

судей Калугина В.Ю., Савицкой К.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.02.2023 по делу № А07-13638/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании суда округа принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 30.03.2021).

 

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.12.2017 общество с ограниченной ответственностью «УралГаз-Ойл» (далее – общество «УралГаз-Ойл», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 04.10.2021 арбитражный управляющий ФИО4 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением от 26.10.2021 конкурсным управляющим обществом «УралГаз-Ойл» утвержден ФИО5.

Конкурсный управляющий ФИО5 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО1 (далее – ответчик) к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.02.2023, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2023, признано доказанным наличие основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего обществом «УралГаз-Ойл» к ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «УралГаз-Ойл» приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. 

Не согласившись с указанными судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит указанные судебные акты отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований. 

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 приводит доводы о том, что вся имеющаяся бухгалтерская и иная документация должника была передана конкурсному управляющему по актам, иные документы не могли быть переданы, поскольку утрачены в результате прорыва системы отопления, что, в свою очередь, не может быть подтверждено коммунальными службами в силу отопления автономной котельной. Заявитель жалобы не согласен с выводами судов о том, что отсутствие документации воспрепятствовало управляющему провести мероприятия по полонению конкурсной массы, ссылается на сведения о поступлении денежных средств от контрагентов как  доказательство проведения мероприятий по взысканию дебиторской задолженности, отмечает, что задолженность общества с ограниченной ответственностью «Многопрофильная строительная компания» (далее – общество «Многопрофильная строительная компания») в сумме 629 000 руб. была списана ввиду прекращения деятельности дебитора, при этом задолженность была установлена решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 30.04.2015 по делу № А07-12782/2014, на которое выдан исполнительный лист. При этом ответчик возражает против выводов судов о том, что исполнительное производство о взыскании долга с общества «Многопрофильная строительная компания» не возбуждалось, указывает, что представление соответствующих подтверждающих доказательств не представляется возможным ввиду того, что данные банка исполнительных производств по ликвидированным должникам не отображаются на сайте УФССП. Заявитель кассационной жалобы также настаивает на доводах о том, что банкротство общества «УралГаз-Ойл» было обусловлено внешними факторами.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, общество «УралГаз-Ойл» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.02.2009, основным видом деятельности которого является производство прочих комплектующих и принадлежностей для автотранспортных средств; руководителем должника с 31.08.2009 до даты открытия конкурсного производства являлся ФИО1, он же с 22.07.2010. по настоящее время является единственным участником должника.

Согласно отчету конкурсного управляющего на 31.08.2022, в реестр требований кредиторов включены требования кредиторов на общую сумму 51 188 810 руб. 41 коп., в конкурсную массу должника включено имущество общей рыночной стоимостью 30 470 534 руб., реализовано имущество на общую сумму 15 366 055 руб., погашены требования залогового кредитора на общую суму 11 726 009 руб. 62 коп. (24,51%), требования остальных кредиторов не погашались. 

Обращаясь с заявлением о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, конкурсный управляющий указывал на:

- не исполнение руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом;

- не исполнение руководителем обязанности по передаче документов бухгалтерского учета, обязанность по ведению и хранению которых установлена законодательством;

- совершение руководителем должника сделок, способствовавших возникновению неплатежеспособности должника.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего по первому основанию, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве и исходили из того, что к указанной конкурсным управляющим дате (01.12.2015) у должника отсутствовали признаки объективного банкротства (активы должника (дебиторская задолженность, имущество должника, запасы) позволяли погасить задолженность перед кредиторами), и, как следствие, отсутствовала обязанность бывшего руководителя должника по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника.

Выводы судов об отказе в удовлетворении требований в указанной части ответчиком не обжалуются, предметом рассмотрения суда округа является спор в остальной части – установления оснований о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника по пункту 4 статьи 10 (причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения сделок) и подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (за непередачу конкурсному управляющему документов должника).

Рассматривая заявление конкурсного управляющего в обжалуемой части, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что поскольку заявление кредитора и обстоятельства, на которые ссылается кредитор, возникли как до так и после 01.07.2017, заявление подлежит рассмотрению по правилам главы III.2 Закона о банкротстве, а также статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ.

В обоснование требования о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности за доведение до банкротства управляющий указывал на совершение убыточных сделок (платежей, безвозмездное отчуждение имущества), повлекших невозможность полного погашения требований кредиторов.

Возражая против удовлетворения требований управляющего в указанной части, ответчик приводил доводы о том, что совершение сделок, недействительность которых установлена вступившими в законную силу судебными актами, не стало причиной банкротства предприятия.

Рассматривая доводы и возражения сторон в указанной части, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались следующим.

Пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действующей в рассматриваемый период, предусмотрено, что если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

В силу абзаца третьего пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в том числе, в случае причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Исследовав материалы  дела, доводы и возражения сторон применительно к указанному основанию, суды установили, что в рамках дела о банкротстве рассмотрены обособленные споры о признании недействительными сделок должника.

Определением от 11.03.2019 платежи должника в пользу общества с ограниченной ответственностью «Буздякский агросервис», являющемуся аффилированным лицом по отношению к должнику в связи с тем, что его руководителем и единственным участником являлся ФИО1, в период с 17.01.2014 по 21.09.2016 на сумму 5 494 100 руб. признаны недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Определением от 07.08.2020 договор купли-продажи жилого дома от 19.06.2017, заключенный между должником и ФИО1, ввиду безвозмездного отчуждения имущества признан недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Судами установлено, что принятые по результатам оспаривания сделок судебные акты ответчиками не исполнены, при этом определением от 18.09.2019 по делу № А07-25344/17 завершено конкурсное производство в отношении общества «Буздякский агросервис», право требования к ФИО1 по определению от 11.03.2019 реализовано на торгах.

Таким образом, установив, что ответчик являлся конечным выгодоприобретателем вышеуказанных сделок, поскольку был единственным участником и руководителем общества «Буздякский агросервис», а также получателем имущества, отметив, что в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника в худшую сторону, в том числе стало невозможным погашение требований кредиторов, экономические показатели приобрели тенденции на снижение активов, суд установил причинно-следственную связь между данными действиями и фактически наступившим объективным банкротством должника, суды признали доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с невозможностью полного погашения требований кредиторов в результате совершения сделок, признанных судом недействительными.

В качестве иного основания для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника управляющий указывал на то, что ответчиком не исполнена обязанность по передаче документации должника, при этом из имеющихся документов бухгалтерского учета следует, что должник обладал значительными активами в виде дебиторской задолженности и запасов. Конкурсный управляющий указывал, что отсутствие документов об активах воспрепятствовало проведению мероприятий по пополнению конкурсной массы.

Возражая против удовлетворения требований в указанной части, ответчик приводил доводы о том, что имеющаяся документация была передана управляющему, остальная утрачена ввиду затопления помещения хранения. Ответчик также приводил доводы о частичном взыскании дебиторской задолженности, списании части дебиторской задолженности в связи с истечением срока исковой давности.

Рассматривая доводы заявителя и возражения против требований в названной части, в том числе касающиеся обстоятельств передачи документации и имущества должника, апелляционный суд руководствовался следующим.

Пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено ряд презумпций, наличие которых предполагает, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2 пункта 2 названной статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Пункт 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» предусматривает, что ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника, иных органов управления должника и собственника имущества должника - унитарного предприятия (за исключением полномочий общего собрания участников должника, собственника имущества должника принимать решения о заключении соглашений об условиях предоставления денежных средств третьим лицом или третьими лицами для исполнения обязательств должника). Руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В случае уклонения от указанной обязанности руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

При этом привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Применительно к указанному основанию для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности суды первой и апелляционной инстанций установили, что определением от 05.03.2019 на ФИО1 возложена обязанность передать конкурсному управляющему документацию должника.

Исследовав материалы дела, доводы и возражения сторон в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и установив, что данные бухгалтерских балансов 2014-2016 годов свидетельствует об увеличении кредиторской задолженности при значительном сокращении дебиторской задолженности и запасов (запасы в 2014 году – 9 942 тыс. руб., в 2015 году – 14 335 тыс. руб., в 2016 году – 0 руб.; дебиторская задолженность в 2014 году – 12 665 тыс. руб., в 2015 году –11 856 тыс. руб., в 2016 году – 902 тыс. руб.), указав, что акты передачи документов от 10.11.2017, 29.01.2018 не свидетельствуют о передачи первичных документов по дебиторской задолженности, реализации и использовании запасов, в также отклонив возражения об утрате иной документации по причине затопления помещения, в котором она хранилась, ввиду того, что ответчик несет ответственность по организации надлежащего хранения документов, представленный акт от 03.03.2017 не является достаточным доказательством подтверждения факта прорыва системы отопления, поскольку составлен в одностороннем порядке, не заверен коммунальными службами, отметив, что добросовестный руководитель обязан был принять все меры по их восстановлению, суды первой и апелляционной инстанций согласились с доводами конкурсного управляющего об отсутствии необходимой документации и о том, что это послужило препятствием для проведения проверки наличия оснований для оспаривания сделок, обращения с соответствующими заявлениями о признании сделок недействительными, проведения работы с дебиторской задолженностью должника, реализации запасов.

Доводы ответчика о списании дебиторской задолженности общества «Многопрофильная строительная компания» на сумму 629 600 руб. по акту от 31.07.2017 ввиду прекращения деятельности дебитора, а также списание дебиторской задолженности на сумму 126 500 руб. по обязательству от 24.05.2010 ввиду истечения срока исковой давности, рассмотрены и отклонены судами как не соответствующие разумным и добросовестным действиям руководителя, поскольку первичные документы, несмотря на списание по указанным задолженностям, не были переданы арбитражному управляющему, истечение сроков исковой давности является предметом рассмотрения и оценки судом при рассмотрении иска о взыскании, доказательств принятия ответчиком мер по взысканию материалы дела не содержат ни по одному из дебиторов, все обязательства возникли в период руководства должником ответчиком.

Возражения ФИО1 о проведении мероприятий по взысканию дебиторской задолженности отклонены судами, поскольку не подтверждены соответствующими доказательствами (сведениями о проведении работы с дебиторской задолженностью, получении денежных средств должником).

Таким образом, признавая доказанными наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что полное погашение требований кредиторов стало невозможным вследствие действий и (или) бездействия ответчика ввиду того, что документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту принятия решения о признании должника банкротом отсутствовали, в результате чего существенно было затруднено формирование конкурсной массы для полного погашения требований кредиторов должника путем выявления дебиторской задолженности, запасов, а также причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения ответчиком в свою пользу, в пользу аффилированного с должником лица сделок.

Суд округа считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что банкротство общества «УралГаз-Ойл» было обусловлено внешними факторами, судом округа отклоняется с учетом того, что презумпция, предусмотренная абзацем третьем пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве, ответчиком в установленном порядке не опровергнута,

Иные доводы заявителя кассационной жалобы судом округа изучены и отклонены, поскольку не содержат обстоятельств, которые не были проверены и учтены судами первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела и могли повлиять на законность судебного акта либо опровергнуть выводы судов. Оснований для переоценки выводов судов, установленных ими фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств у суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не имеется. 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Действующим законодательством не предусмотрена уплата государственной пошлины за подачу кассационной жалобы на судебные акты о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности, в связи с чем уплаченная ответчиком государственная пошлина подлежит возврату из федерального бюджета на основании статьи 104 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.02.2023 по делу № А07-13638/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.05.2023 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета государственную пошлину в сумме 150 руб., излишне уплаченную по чеку-ордеру от 31.05.2023 (операция 4649).

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                               Ф.И. Тихоновский 

 

Судьи                                                                            В.Ю. Калугин 

 

                                                                                             К.А. Савицкая