ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ессентуки                                                                                              Дело № А63-746/2021

02.04.2025

Резолютивная часть постановления объявлена 19.03.2025

Полный текст постановления изготовлен 02.04.2025

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Сулейманова З.М., судей: Годило Н.Н., Белова Д.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Погорецкой О.А., при участии в судебном заседании представителя ФИО1 и ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 25.03.2024), конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью агрокомплекс «Прикумский» - ФИО4 (лично), в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью агрокомплекс «Прикумский» ФИО4 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 24.12.2024 года по делу № А63-746/2021,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Агрокомплекс «Прикумский» (далее – должник) в Арбитражный суд Ставропольского края обратился конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, в котором просит признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и приостановить производство по заявлению о привлечении ФИО1, ФИО5, ФИО2, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в части определения размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 24.12.2024 года по делу № А63-746/2021 суд выделил требования в отношении ФИО7 и ФИО5 в отдельное производство и отложил рассмотрение заявления в указанной части, в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2 суд отказал в удовлетворении требований. Судом сделан вывод об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 и ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий обратился в суд апелляционной инстанции с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Ставропольского края от 24.12.2024 года по делу № А63-746/2021 и удовлетворить заявленные требования.

          Доводы апелляционной жалобы сводятся к тому, что указанные им лица являлись в различные периоды деятельности должника его учредителями и руководителями, подпадают под понятие контролирующих должника лиц, своими действиями допустили невозможность полного удовлетворения требований кредиторов из-за не предоставления конкурсному управляющему документов о деятельности должника, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы должника, из-за совершения ими недействительных сделок, которые повлекли образование крупной задолженности должника, а также способствовали выводу имущества должника из конкурсной массы. Кроме того, конкурсный управляющий просит привлечь к ответственности руководителя должника и его учредителя на том основании, что данные лица, располагая информацией о наличии у должника признаков неплатежеспособности, не обратились своевременно с заявлением о признании должника банкротом.

          В отзыве на апелляционную жалобу ФИО1 и ФИО2  доводы апелляционной жалобы отклонили.

          Конкурсный управляющий в судебном заседании поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил ее удовлетворить.

          Представитель ФИО1 и ФИО2  поддерживают доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, просят определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

            Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в связи с чем, на основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проведено в их отсутствие.

          Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав представителей сторон и проверив законность обжалуемого судебного акта, арбитражный апелляционный суд пришел к выводу, что определение Арбитражного суда Ставропольского края от 24.12.2024 года по делу № А63-746/2021 подлежит оставлению без изменения, исходя из следующего.

          В обоснование привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, конкурсный управляющий указывает на то, что им не была передана бухгалтерская и иная документация должника, что в силу статьи 61.11 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) является основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

          В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при не передаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

          Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

          В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в не передаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

          Предусмотренная Законом о банкротстве ответственность за непередачу документов должника направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

          Таким образом, конкурсный управляющий должен представить суду доказательства, подтверждающие, что отсутствие документации или отсутствие в ней полной информации, или наличие в документации искаженных сведений повлияло на проведение процедур банкротства.

          Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также невозможность определения основных активов должника 5 и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

          В бухгалтерском балансе должника на 2020 год (последняя отчетная дата до обращения с заявлением о банкротстве и возбуждения дела о банкротстве) сумма активов должника в виде требований к контрагентам составляет 10 080 000 руб.

          Конкурсным управляющим были поданы заявления о взыскании дебиторской задолженности, по которым были возбуждены дела А63-8300/2023, А63-605/2023 – к ООО «Инженер»; А63-19954/2022 – к ООО «РАИ», А63-16774/2022 – к ООО «Евростройинвест», А63-16732/2022 – к ООО «Мельзавод».

          Результатом рассмотрения вышеуказанных заявлений было удовлетворение требований конкурсного управляющего, принятие соответствующих решений, из чего можно сделать вывод, что не предоставление документации руководителем должника не повлияло на способность и возможность конкурсного управляющего о взыскании дебиторской задолженности.

          По вышеуказанным спорам взыскано всего 7 197 828,96 руб. Кроме того, при рассмотрении заявления ООО АК «Прикумский» к ООО ЮК «Рускон М» в деле А40- 261927/2022, а также в рамках обособленного спора по настоящему делу о признании договора на оказание юридических услуг недействительной сделкой было установлено, что ООО ЮК «Рускон М» получило от должника денежные средства в размере 700 000 руб. по договору об оказании юридических услуг г №01-07/2020-ЮР от 01.07.2020, а также 2 400 000 руб. по договору займа от 09.06.2020 г.

          Определением от 18.12.2023 по делу №А63-746/2021 признаны недействительными: договор оказания юридических услуг №01-07/2020- ЮР от 01.07.2020, дополнительное соглашение к договору от 01.10.2020, акты оказанных услуг от 30.09.2020, 31.12.2020, 31.03.2021, 30.06.2021, акты взаимозачета от 31.12.2020, 31.03.2021 и 30.06.2021, заключенные между ООО «Юридическая компания Рускон М» и ООО Агрокомплекс «Прикумский», применены последствия недействительности сделок, а именно с ООО ЮК «Рускон М» в конкурсную массу ООО Агрокомплекс «Прикумский» взысканы денежные средства в размере 700 000 руб. и восстановлена задолженность ООО «Юридическая компания Рускон М» перед ООО Агрокомплекс «Прикумский» в размере 2 488 502,26 руб.

          Задолженность по договору займа в размере 2 727 121,28 руб. взыскана конкурсным управляющим в деле А40-261927/2022 решением от 13.06.2024. Всего взыскано с ООО ЮК «Рускон М» денежных средств в размере 3 427 121,28 руб.

          Таким образом, конкурсный управляющий осуществил мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, которая была отражена в бухгалтерской документации по итогам 2020 года на основании той документации, что была предоставлена ему руководителем должника и которую он получил из независимых источников, взыскано было денежных средств в размере 10 624 950,24 руб., что сопоставимо с размером дебиторской задолженности, отраженной в бухгалтерской отчетности должника.

          При таких обстоятельствах суд первой инстанции правильно пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с не предоставлением части документации о хозяйственной деятельности должника, в виду недоказанности конкурсным управляющим возможного причинения ущерба кредиторам, а также невозможности осуществить взыскание задолженности по причине отсутствия отдельных бухгалтерских документов.

          Рассмотрев заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц в связи с совершением сделок, причинивших вред кредиторам должника, суд первой инстанции правильно и обоснованно пришел к следующим выводам.

          Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305- ЭС19-10079).

          Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

          Поскольку суд первой инстанции рассматривал требования в отношении ФИО1 и ФИО2 во внимание следует принимать сделки, совершенные в период их деятельности в качестве руководителя и учредителя должника, т.е. сделки, совершенные ФИО1 после 04.12.2018 и сделки совершенные должником после 02.08.2019 (с даты когда единственным учредителем должника был ФИО2).

          Как указывает конкурсный управляющий решением Арбитражного суда Ставропольского края от 01.03.2023 по делу № А63- 16732/2022 был частично 8 удовлетворен иск ООО Агрокомплекс «Прикумский» к ООО «Мельзавод», с ООО «Мельзавод» в пользу ООО Агрокомплекс «Прикумский» взыскана основная задолженность в размере 801 000 руб., проценты за пользование займом за период с 10.08.2020 по 20.02.2023 в размере 86 235,39 руб., проценты за пользование займом за период с 21.02.2023 по дату фактического исполнения обязательства в размере 4,25 % годовых на сумму долга за каждый день пользования займом, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 11.01.2022 по 31.03.2022 и с 02.10.2022 по 20.02.2023 в сумме 46 677,44 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 21.02.2023 по дату фактического исполнения обязательства исходя из ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды.

          В указанном решении суда было установлено, что единственный участник ООО Агрокомплекс «Прикумский» ФИО2 приложил к отзыву дополнительные соглашения № 1 от 30.12.2020 и № 2 от 30.12.2021, согласно которым срок возврата займа продлевался до 31.12.2021 и 29.12.2022 соответственно.

          Также конкурсный управляющий указывает на то, что 17.09.2019 между ООО «Инженер» и ООО Агрокомплекс «Прикумский» был заключен договор займа № 8 под 7 % годовых, срок возврата займа – не позднее 01.12.2019. Дополнительным соглашением № 1 от 30.11.2019 к указанному договору стороны согласовали новый срок возврата займа – не позднее 16.09.2020 включительно; дополнительным соглашением № 2 от 15.09.2020 сторонами изменен срок предоставления займа – по 14.09.2021; дополнительным соглашением № 3 от 13.09.2021 также изменен срок предоставления займа – по 12.09.2022.

          02.09.2019 между ООО «Реализация арестованного имущества» (ООО «РАИ») и ООО Агрокомплекс «Прикумский» был заключен договор займа № 4 под 7,25 % годовых, сумма займа 1 000 000 руб., срок возврата займа – до 01.09.2020. Дополнительным соглашением № 1 от 12.09.2019 к указанному договору стороны увеличили сумму займа до 1 800 000 руб.; дополнительным соглашением № 2 от 30.08.2020 сторонами изменен срок возврата займа – не позднее 29.08.2021; дополнительным соглашением № 3 от 28.08.2021 срок возврата займа также продлен до 27.08.2022.

          Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 07.03.2023 по делу № А63- 19954/2022, иск ООО Агрокомплекс «Прикумский» к ООО «РАИ» удовлетворен частично, с ООО «РАИ» в пользу ООО Агрокомплекс «Прикумский» взыскано 1 800 000 руб. основного долга, 453 909,59 руб. процентов за пользование займом, 68 178,08 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 32 296,1 руб. пени за просрочку уплаты процентов, а всего 2 354 303,87 руб., а также проценты за пользование 9 займом, начисленные от суммы задолженности с 01.03.2023 по день фактического исполнения обязательств исходя из размера 7,25 % годовых, проценты за пользование чужими денежными средствами начисленные от суммы задолженности с 01.03.2023 по день фактического исполнения обязательств исходя из размера ключевой ставки ЦБ РФ, действующей в соответствующие периоды и пени, начисленные от суммы задолженности по процентам с 01.03.2023 по день фактического исполнения обязательств исходя из размера 20 % годовых.

          Вместе с тем, суду первой инстанции не представлены доказательства, что в результате совершения указанных сделок должник стал отвечать признакам объективного банкротства, или в результате совершения указанных сделок была окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

          В связи, с чем суд первой инстанции правильно пришел к выводу о том, что совершение указанных сделок, подписание дополнительных соглашений к ним не являются основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО2

          Доводы апелляционной жалобы о том, что в качестве основания для привлечения к субсидиарной ответственности ссылается на заключение с ИП главой КФХ ФИО8 договора совместно осуществляемых операций по производству сельскохозяйственной продукции, заключенного 01.07.2019, дополнительных соглашений к нему, в результате чего из владения должника выбыли здания, земельные участки, оборудование подлежит отклонению.

          Как следует из материалов дела, между должником и ИП главой КФХ ФИО8 01.07.2019 был заключен договор совместно осуществляемых операций по производству сельскохозяйственной продукции, по условиям которого участники объединили свои ресурсы и усилия с целью совместного производства сельскохозяйственной продукции и совместно действовать с использованием собственных активов в целях проведения сельскохозяйственных работ на земельных участках. Под совместно осуществляемыми операциями понимается проведение необходимых сельскохозяйственных работ по уборке пшеницы 2019 года, севу, выращиванию и уборке сельскохозяйственных культур урожая 2020 год.

          Раздел 2 «Доли участников» договора предусматривал, что доля участника 1 - ООО Агрокомплекс «Прикумский» составляет 10%, доля участника 2 ИП главы КФХ ФИО8 – 90%.

          В тоже время, согласно дополнительному соглашению №1 от 10.07.2019 к договору совместно осуществляемых операций по производству сельскохозяйственной продукции от 01.07.2019 (пунктов 2.3 и 2.4 указанного дополнительного соглашения) вклады участников были признаны равными, участника 1 – ООО Агрокомплекс «Прикумский» 48%, участника 2 – ИП главы КФХ ФИО8 52%.

          Ссылка на то обстоятельство, что конкурсным управляющим подано заявление в рамках настоящего дела о банкротстве должника об оспаривании вышеуказанных сделок с ИП главой КФХ ФИО8 судом отклоняется, поскольку на момент вынесения настоящего судебного акта данное заявление не рассмотрено, до вынесения судебного акта по этому заявлению сделки считаются действительными и законными, добросовестность сторон по ним презюмируется.

          Рассмотрев заявление в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности суд первой инстанции правильно установил отсутствие оснований для его удовлетворения.

          Дело о банкротстве было возбуждено на основании требований, вытекающих из постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.12.2020 по делу А63- 6367/2018.

          При этом в процессе рассмотрения кассационной жалобы было подано ходатайство о приостановке действия обжалуемых судебных актов.

          Данное ходатайство было удовлетворено, постановлением от 29.10.2020 исполнение определения Арбитражного суда Ставропольского края от 23.06.2020 и постановления Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.08.2020 по делу № А63- 6367/2018 было приостановлено до окончания рассмотрения кассационной жалобы.

          После вынесения 25.12.2020 постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа, 14.01.2021 должник обратился в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением об отсрочке исполнения определения Арбитражного суда Ставропольского края по делу № А63-6367/2018 от 23.06.2020, указав на то, что ООО Агрокомплекс «Прикумский» является сельхозпроизводителем, возможность исполнения судебного акта появится по окончании уборки и реализации сельхозкультур.

          Несмотря на то, что производство по настоящему делу ведется не по правилам параграфа 3 Закона о банкротстве, суд учитывает доводы ФИО1 о формировании основной части прибыли должника от использования арендованных и собственных земельных участков сельскохозяйственного назначения, продажи сельскохозяйственной продукции. Данные обстоятельства подтверждаются как выпиской на должника из ЕГРЮЛ, где указан основной вид деятельности «Выращивание зерновых (кроме риса), зернобобовых культур и семян масличных культур», а все дополнительные виды деятельности связаны с выращиванием и торговлей сельскохозяйственной продукцией, так и тем обстоятельством, что должник в рамках дела А63-319/2023 взыскивает арендную плату, которую выплачивал в денежной и натуральной форме за пользование земельными участками сельскохозяйственного назначения с к.н. 26:17:000000:1467 и 26:17:000000:169 вплоть до 2021 года.

          Следовательно, сельскохозяйственные циклы имеют для должника такое же важное значение, как и для сельскохозяйственных предприятий, соответственно, должник имел право просить об отсрочке платежа до сбора урожая нового года.

          Определением Арбитражного суда Ставропольского края от 18.01.2021 заявление об отсрочке было принято к производству, судебное заседание назначено на 10.02.2021. Заседание по рассмотрению данного заявления откладывалось. 10.03.2021 суд отказал в предоставлении отсрочки исполнения судебного акта. Таким образом, окончательно вопрос о наличии задолженности должника и сроках её удовлетворения был решен только в марте 2021 года.

          Согласно п. 8 Постановления № 53 руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

          Согласно пункта 9 этого постановления обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

          Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их  преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

          Суд считает, что ФИО1 приложил разумные и достаточные усилия для сохранения деятельности должника путем уменьшения долговой нагрузки на должника, и ранее марта 2021 года подавать заявление о признании должника банкротом для руководителя должника противоречило его поведению в рамках рассмотрения заявления о предоставлении отсрочки исполнения судебного акта.

          Как было указано ранее дело о банкротстве должника было возбуждено 01.02.2021, т.е. после марта 2021.

          Рассматривая действия единственного учредителя должника ФИО2, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

          Согласно положениям пункта 13 Постановления № 53 при неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).        

          По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

          это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

          оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности;

          данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию  соответствующего решения;

          оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

          Соответствующее приведенным условиям контролирующее лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности по обязательствам, возникшим после истечения совокупности предельных сроков, отведенных на созыв, подготовку и проведение заседания коллегиального органа, принятие решения об обращении в суд с заявлением о банкротстве, разумных сроков на подготовку и подачу соответствующего заявления. При этом названная совокупность сроков начинает течь через 10 дней со дня, когда привлекаемое лицо узнало или должно было узнать о неисполнении руководителем, ликвидационной комиссией должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве (абзац первый пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

          Как было установлено судом, основания для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом возникли после вынесения постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 25.12.2020 и определения об отказе в отсрочке исполнения судебного акта от 10.03.2021, тогда же отменено приостановление судебных актов о взыскании 38 000 000 руб. задолженности.

            Учредитель должника смог узнать о формальной необходимости обратиться в суд с заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника только после фактического возбуждения дела о его банкротстве, что исключает его вину и создает условия для неприменения к нему статьи 61.12 Закона о банкротстве.

          Кроме того, законодатель ограничивает ответственность руководителя и учредителя по статье 61.12 Закона о банкротстве согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве совокупным размером обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникшим в период со дня истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня возбуждения дела о банкротстве.

          Конструкция данной статьи подразумевает, что все обязательства должника, возникшие после даты возникновения признаков банкротства, установленных в статье 9 Закона о банкротстве, и до даты возбуждения дела о банкротстве могут быть возмещены за счет контролирующих должника лиц.

          Доводы апелляционной жалобы о том, что если максимальное значение убытка у должника достигнуто в 2020 году, то это позволяют сделать вывод об обязанности бывшего руководителя должника ФИО1 и единственного участника ФИО2 обратиться в суд с соответствующим заявлением о признании должника банкротом с 09.01.2020 и не позднее 09.02.2020, то есть момента, указывающего на объективное банкротство должника, не находят своего подтверждения в материалах дела.

          Моментом возникновения обязанности обратиться с заявлением о признании должника банкротом мог послужить момент возникновения обязанности осуществить выплату по судебному акту от 25.12.2020 по взысканию задолженности в пользу ООО «СевКавАгро» по сделке о купли-продажи КРС в размере 38 531 699 руб.

          Учредитель должника на 01.01.2020 не знал и не мог знать о наличии такой обязанности, поскольку вышеуказанный судебный акт от 25.12.2020 не был вынесен, а бухгалтерская отчетность по итогам 2020 года создается в вышеуказанные сроки только в 2021 году. На начало 2020 года у контролирующих должника лиц была информация о финансовых итогах 2019 года, которая согласно материалам настоящего обособленного спора свидетельствовала о наличии прибыли у предприятия, то есть об отсутствии какихлибо признаков несостоятельности.

          Доводы апелляционной жалобы о том, что с 31.12.2019 на стороне должника образовалась существенная кредиторская задолженность, что свидетельствовало о нахождении его в предбанкротном состоянии, являются необоснованными.

          Согласно определения Верховного Суда Российской Федерации от 2 февраля 2024 г. N 305-ЭС19-27802(6,7,8,9) значительная кредиторская задолженность общества сама по себе в отрыве от иных финансовых показателей хозяйственной деятельности не говорит о неплатежеспособности общества.

          С момента вынесения акта от 25.12.2020 по делу А63-6367/2018 и до даты фактического возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника прошел срок в размере 1 месяц и 7 дней.

          Доводы апелляционной жалобы о совершении руководителем сделок по пролонгации сроков возврата по договорам займа с ООО «Мельзавод», ООО «РАИ» и с ООО «Инженер», в том числе с нарушением подписания данных сделок неуполномоченным лицом подлежат отклонению.

          Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, в силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

          Указанное означает, что по общему правилу контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

            Из представленных в материалы дела расчетов, на которые конкурсным управляющим не было представлено контррасчетов или возражений, следует то обстоятельство, что в случае отсутствия заключенных дополнительных соглашений о продлении срока возврата сумм займа по всем вышеуказанным делам увеличение требований составило бы сумму 739 526,24 рублей, что явно не могло явиться основанием банкротства должника, а также явно недостаточно для погашения требований кредиторов. Согласно бухгалтерскому балансу на 2020 год сумма кредиторской задолженности должника составляла 114 430 000 рублей, то есть соотношение вышеуказанной суммы процентов по договорам займа к общим долгам должника составляет менее 1%, признать такой прирост существенным объективно невозможно.

          Если же брать сумму процентов за пользование чужими денежными средствами за периоды, на которые распространялись недействительные дополнительные соглашения (которые не были учтены судом), речь вообще идет о буквально десятках тысяч рублей. Кроме того, важно учитывать, что конкурсный управляющий не оспаривал заключенные дополнительные соглашения к договорам займа как сделки, заключенные с 5 целью причинить ущерб кредиторам, следовательно, данные сделки следует рассматривать как законные и заключенные в пределах разумного и обоснованного поведения, сделку по заключению дополнительного соглашения ненадлежащим руководителем суд при взыскании задолженности ко вниманию не принял, проценты за данный период были начислены судом и взысканы решением.

          В данной части доводы управляющего также не нашли своего подтверждения и опровергаются объективными обстоятельствами.

            Выводы суда основаны на доказательствах, указание на которые содержится в обжалуемом судебном акте и которым дана оценка в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

            Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

          Учитывая изложенное, оценив в совокупности материалы дела и доводы апелляционных жалоб, судебная коллегия считает, что выводы, изложенные в обжалуемом судебном акте, соответствуют обстоятельствам дела, судом применены нормы права, подлежащие применению, вследствие чего апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 271, 272, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 24.12.2024 года по делу № А63-746/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                                                                        З.М. Сулейманов

Судьи                                                                                                     Н.Н. Годило

Д.А. Белов