АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

Дело № А03-778/2022

г. Барнаул

17 октября 2022 года

Резолютивная часть решения суда объявлена 10 октября 2022 года.

Решение суда полном объёме изготовлено 17 октября 2022 года

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Захаровой Я.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», г. Бийск Алтайского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к открытому акционерному обществу «Дорожно-строительное управление № 1», г. Бийск Алтайского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью «Олимп»,  общества  с ограниченной ответственностью «Вэнта», ФИО2, г. Бийск Алтайского края, временного управляющего ОАО «Дорожно-строительное управление № 1» ФИО3, Управления федеральной налоговой службы по Алтайскому краю, г. Барнаул Алтайского края, о взыскании 14 356 500 руб. задолженности по арендной плате за период с 01.05.2021 года по 30.09.2022 года по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года и обязании открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление №1» вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» переданное по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года имущество - установку асфальтосмесительную КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа,

по встречному исковому заявлению открытого акционерного общества  «Дорожностроительное управление № 1» к обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», о признании договора аренды № 21/20 от 30.04.2020 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Компания ДС» и открытым акционерным обществом «Дорожно-строительное управление № 1», недействительной сделкой,

при участии в судебном заседании представителей сторон:

от истца по первоначальному иску –  ФИО4, паспорт, по доверенности № 9 от 01.10.2022 года, диплом, 

от ответчика по первоначальному иску – ФИО5, паспорт, доверенность от 13.09.2022 года, диплом регистрационный номер 39 от 03.07.2017 года, выдан ФГБОУВПО «Алтайский государственный университет» г.Барнаул,

от третьих лиц: от ООО «Вэнта» - ФИО6, по доверенности от 17.01.2022 года, паспорт, диплом регистрационный номер 1460 от 15.03.2012 года выдан АОУВПО «Ленинградский государственный университет имени А.С. Пушкина» г.Москва; ФИО7, паспорт, доверенность от 17.01.2022, диплом; ФИО8, удостоверение №1123 от 22.10.2010 года, паспорт, 

иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, извещены,

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», г. Бийск Алтайского края обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Дорожно-строительное управление № 1», г. Бийск Алтайского края, о взыскании 844 500 руб. долга по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года и обязании возвратить арендованное имущество.

В ходе рассмотрения дела истец неоднократно уточнял заявленные требования, в конечном виде просил взыскать 13 512 000 руб. арендной платы за период с 01.05.2021 года по 31.08.2022 года, обязать вернуть переданное по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 г года имущество: установку асфальтосмесительная КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск-Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа.

Первоначальные исковые требования обоснованы со ссылками на статьи 153, 191, 622 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы ненадлежащим исполнением обязательств по арендной плате, а также обусловлены необходимостью возврата имущества, являющегося объектом договора аренды.

В ходе рассмотрения дела к производству принято встречное исковое заявление открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1», г. Бийск Алтайского края к обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», г. Бийск Алтайского края, о признании договора аренды № 21/20 от 30.04.2020 года, недействительной (притворной) сделкой.

Встречные исковые требования обоснованы со ссылками на статьи 10, 170, 421, 422, 431, 606, 611, 779, 780, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации и мотивированы тем, что фактически между сторонами был заключен договор оказания услуг по эксплуатации установки асфальтосмесительной КДМ 20137, прикрытый договором аренды № 21/20 от 30.04.2020 года. 

Далее, истцом по встречному исковому заявлению требования было уточнены, открытое акционерное общество «Дорожно-строительное управление № 1» ссылаясь на статьи 170, 421, 422, 431, 779, 780, 781 Гражданского кодекса Российской Федерации указало, что в рассматриваемом случае между сторонами фактически был заключен договор оказания услуг по эксплуатации установки асфальтосмесительной КДМ 20137, прикрытый договором аренды №21/20 от 30.04.2020. Заключение между сторонами именно договора оказания услуг, а не договора аренды подтверждается следующим: 1) фактически имущество во временное владение и пользование ОАО «ДСУ №1» никогда не передавалось, ответчиком и его работниками никогда не эксплуатировалось; 2) имущество всегда находилось во владении и пользовании ООО «Компания ДС», эксплуатировалось силами ООО «Компания ДС», работниками ООО «Компания ДС» или привлеченными им лицами; 3) ОАО «ДСУ №1» и его работники не имели необходимой квалификации для запуска и эксплуатации Установки КДМ 20137; 4) использование установки КДМ 20137 в производственных целях ОАО «ДСУ №1» осуществлялось обслуживающим персоналом ООО «Компания ДС» в количестве 5 человек (п. 1.1 договора №21/20 от 30.04.2020); 5) услуги 5 работников, поименованных в договоре от 30.04.2020, фактически оказывались только в период с мая по ноябрь 2020 года, что подтверждается УПД № 23 от 31.05.2020, УПД № 24 от 30.06.2020, УПД № 39 от 31.07.2020, УПД № 52 от 31.08.2020, УПД № 66 от 30.09.2020, УПД № 78 от 31.10.2020, УПД № 87 от 30.11.2020, а также данными бухгалтерского учета ОАО «ДСУ №1» с расшифровкой дебиторской и кредиторской задолженности ОАО «ДСУ №1»; 6) в период с декабря 2020 года по настоящее время услуги по эксплуатации установки КДМ 20137 не оказывались, работники ООО «Компания ДС» не находятся в г. Мариинск Кемеровской области (место нахождения имущества и точка его эксплуатации), установка не эксплуатируется, так как на точке объекта с декабря 2020 года не находятся работники ООО «Компания ДС», услуги по эксплуатации установки не оказываются; 7) договор № 21/20, как договор оказания услуг, вступал в силу с 01.05.2020 и действовал до окончания проведения сезонных работ ОАО «ДСУ №1», на что указывал первоначальный Истец в исковом заявлении и письменных пояснениях 8) договор № 21/20 не подлежал пролонгации без соответствующего соглашения сторон, в настоящее время договор сторонами не пролонгирован; 9) с декабря 2020 года установка фактически находится на хранении ОАО «ДСУ №1» без права использования (п. 1.1 договора № 21/20). Таким образом, ОАО «ДСУ №1» никогда самостоятельно не эксплуатировало установку КДМ 20137, услуги по ее эксплуатации с мая по ноябрь 2020 года оказывались самим ООО «Компания ДС». После окончания проведения сезонных работ ОАО «ДСУ №1» надобность в оказании услуг ООО «Компания ДС» отпала в силу погодных условий (в зимний период времени установка асфальтосмесительная не эксплуатировалась, дорожные работы не проводились и проводиться не могли, так как при отрицательной температуре асфальтовая смесь замерзает). ООО «Компания ДС» не представила в материалы дела доказательства следующих имеющих значение для данного дела обстоятельств: нет доказательств пролонгации договора № 21/20 (договор не содержит условия о пролонгации договора, сторонами не заключалось дополнительное соглашение о пролонгации договора, услуги по изготовлению смеси с использованием установки КДМ 20137 не оказывались, УПД и акты выполненных работ пятью работниками ООО «Компания ДС» после ноября 2020 года не подписывались); - доказательств возможности и целесообразности эксплуатации установки КДМ 20137 после окончания сезонных работ, то есть в зимний период времени (после ноября 2020 года); - доказательств нахождения 5 работников ООО «Компания ДС» с декабря 2020 года по настоящее время в г. Мариинск (местонахождения установки): нет дополнительных соглашений к трудовым договорам с работниками об изменении места работы (с Алтайского края на Кемеровскую область), сведений о производимых начислениях и выплатах зарплаты 5 работникам за выполнение работ в г. Мариинск, нет доказательств руководства деятельностью 5 работников (кто и каким образом отдавал работникам поручения по обслуживанию установки, каким образом была организовано работа сотрудников в зимний период времени при условии невозможности использования установки и производимой ею смеси); - доказательств составления и подписания сторонами УПД к договору №21/20 за период с декабря 2020 года по настоящее время, дополнительного соглашения о пролонгации договора (ООО «Компания ДС» не подтвердило, что его работниками действительно обслуживалась установка в спорный период). ОАО «ДСУ №1» самостоятельно не могло использовать установку в своих производственных целях и именно поэтому для такой эксплуатации были привлечены работники ООО «Компания ДС», обладающие соответствующей компетенцией, квалификацией по запуску и использованию установки КДМ 20137. В результате, фактически между сторонами был заключен договор оказания услуг по эксплуатации установки КДМ 20137, услуги по спорному договору оказывались в период с мая 2020 по ноябрь 2020, в заявляемых истцом период с декабря 2020 года по апрель 2022 года услуги не оказывались, установка никем не эксплуатировалась. Тем самым, договор аренды № 21/20 от 30.04.2020 фактически прикрывает собою договор оказания услуг, так как при аренде истцу нет необходимости доказывать предоставление своих работников для эксплуатации установки в производственных целях ОАО «ДСУ №1» и факт оказания услуг по производству смеси (нет необходимости составлять УПД и акты оказанных услуг). Для такой прикрываемой сделки будет достаточно лишь одного факта отсутствия обратного акта приема-передачи имущества в целях начисления необоснованной задолженности ОАО «ДСУ №1» перед ООО «Компания ДС». На основании изложенного, договор аренды № 21/20 от 30.04.2020 является недействительной (притворной) сделкой, фактически прикрывающей собою договор оказания услуг по эксплуатации установки асфальтосмесительной КДМ 20137. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: временный управляющий открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1» ФИО3, общество с ограниченной ответственностью «Олимп», общество с ограниченной ответственностью «Вэнта», ФИО2, Управление Федеральной налоговой службы по Алтайскому краю.

Определением о замене судьи по арбитражному делу от 27.06.2022 года произведена замена судьи Атюниной М.Н. путем автоматизированного распределения программным комплексом «Судебно-арбитражное делопроизводство», дело передано в производство судьи Захаровой Я.В.

Третье лицо - общество с ограниченной ответственностью «Олимп» в судебное заседание не явилось, о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом, что подтверждается материалами дела.

В соответствии с п .5 ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд перешел к рассмотрению дела в отсутствие третьего лица.

Ко дню судебного заседания от третьего лица общества с ограниченной ответственностью «Вэнта» поступил отзыв на исковое заявление, в котором указано, что при анализе представленных в материалы дела документов усматривается, что имущество, оборудование и техника, которые по документам передавались должнику, фактически находились в собственности бенефициарных владельцев. Взыскание задолженности по формальным сделкам приведет к выводу денежных средств из конкурсной массы, так как эти суммы относятся к текущим платежам, а текущие платежи удовлетворяются пред реестровыми. В результате этого взыскания пострадают интересы всех кредиторов, включенных в реестр. В связи с этим, следует обратить внимание, что в данном случае осуществляется взыскание не просто дебиторской задолженности, а взыскание задолженности в рамках гражданского производства, отягощенного банкротным элементом. По мнению третьего лиц, настоящий спор отягощен банкротным элементом, следовательно, изменяется стандарт доказывания, то есть степени требовательности суда к составу и качеству доказательств, необходимых и достаточных для формирования у суда убежденности о существовании доказываемых обстоятельств, применяемого в зависимости от категории спора, а также его конкретных обстоятельств. Согласно имеющейся информации должник ОАО «ДСУ №1» и ООО «Компания-ДС» являются аффилированными (взаимозависимыми) лицами, через бенефициара – ФИО9, что подтверждается материалами следственной проверки № 1310 из СУ СК РФ по Алтайскому краю, которыми установлено что фактическим собственником и руководителем общества с момента его создания (регистрации в налоговом органе) в 2008 году и по 2021 года являлся ФИО9, который так же в период с 2012 года по 2021 года являлся фактическим собственником и руководителем ООО «Олимп». В ходе проверки были опрошены лица, имеющие отношение к ООО «Компании ДС» (Том 7 материалов проверки): ФИО10 (действующий директор и учредитель - 51%); ФИО11 (учредитель, с 15.11.2012 - 100%, с 19.05.2021 - 49%);ФИО12 (директор с 04.07.2016 по 11.05.2021). Показания указанных лиц являются взаимодополняющими друг друга, отражающими следующие обстоятельства деятельности общества: ООО «Компания ДС» было создано 04.05.2008 года ФИО9 как аффилированное предприятие, обеспечивающее деятельность ОАО «ДСУ-1». ФИО9 руководил напрямую или через подконтрольных ему лиц деятельностью обоих обществ. Перед назначением ФИО11 на должность руководителя и введением его в состав учредителя из ДС было выведено все имущество в ООО «Олимп». Из показаний указанных свидетелей следует, что все сделки совершались формально для обоснования перечисления денежных средств между предприятиями без цели их последующего исполнения. Свидетели пояснили следующее: в распоряжение ДС денежные средства поступали исключительно на конкретные нужды (выплату заработной платы, налоги, аренду и т. д.). Остальные денежные средства предназначались для ОАО «ДСУ-1». Такие финансовые взаимоотношения были введены ФИО9, так как ДС создавалось с целью участия в торгах как предприятие малого бизнеса. Объяснения, полученные у ФИО9, ФИО13, ФИО14, ФИО15 и иных опрошенных лиц подтверждают объяснения ФИО10, ФИО11, ФИО12 Кроме объяснений в материалах проверки имеется распечатка телефонных переговоров между ФИО16 и ФИО9 (Том №5 материалов проверки, последний лист, переговоры от 23.03.2021 года 11:19:25). Из указанных переговоров видно, что в марте 2021 года ФИО9 принимает решения по деятельности ООО «Компания ДС». Так, ФИО16 являясь заместителем генерального директора по строительству в ОАО «ДСУ-1» согласовывает с ФИО9 увольнение из ДСУ-1 с целью трудоустройства в ДС. Из кадровых документов, предоставленных помощником временного управляющего видно, что 24.03.2021 года ФИО16 увольняют из ДСУ-1 по собственному желанию. В этот же день 24.03.2021 года от ООО «Компании-ДС» на его имя выдана полная управленческая доверенность ФИО12 (Том 5 л. 165 материалов проверки). Сам ФИО12 пояснил, что доверенность была выдана на ФИО16 по распоряжению ФИО9 Таким образом, все объяснения лиц подтверждаются документальными доказательствами и распечатками телефонных переговоров, приобщенными в материалы дела. Кроме того, аффилированность также подтверждается учредительным документами, сведениями из налогового органа. Кроме того, ФИО10, ФИО11, ФИО12 дали объяснения в рамках материалов следственной проверки о том, что с назначением учредителем ФИО11 (в 2012 года) все имущество было выведено из общества в ООО «Олимп» по распоряжению ФИО9, так как это выступало гарантией сохранения имущества в фактической собственности последнего. ООО «Олимп» и ООО «Компания-ДС» фактически данным имуществом не распоряжались, этим имуществом распоряжалось по указаниям бенефициара ОАО «ДСУ-1».В 2016 году (на момент назначения ФИО12 руководителем общества) единственным имуществом общества был офис, расположенный по адресу: 

<

...> (юридический адрес компании). В рамках другой следственной проверки (КРСП №17 от 14.07.2022 г. по заявлению ФИО10, получены от представителя внешнего управляющего) ФИО13 объясняя обстоятельства передачи АСУ в ООО «Компанию-ДС» указала: «...перед заключением договора о залоге с банком (Алтайкапитал банк) необходимо было передать технику в залог для получения кредита на ООО «Компанию ДС», для этого составлялся документ о передаче техники в ДС. Уже не помню, кто именно был инициатором этого документа, так же не помню точную дату его составления. Документ был лишь для оформления кредита, кредит уже возвращен, сама техника, в том числе и АСУ никогда ДС не принадлежала в собственность. Документ о передаче техники составили задним числом, так как лица, от имени которых он подписывался, были учредителями до 15.10.2009 года. Но в это время установка АСУ не могла быть передана, так как ООО «Олимп» получило его по договору лизинга в 2012 году (точная дата мне не известна)». Представленная должником переписка с ООО «Компания-ДС» свидетельствует о том, что претензии, выставляемые от третьих лиц в адрес ДС, перенаправлялись для дачи ответа в ОАО «ДСУ-1» (претензия от ООО «Компания-ДС» от 25.09.2019 года № 1723 о перенаправлении претензии МКУ «УКС» от 24.09.2019 №840). Фактически общество даже не выступало самостоятельным субъектом во взаимоотношениях с третьими лицами. Аналогичный режим пользования имуществом установлен и в ходе выездной налоговой проверки ОАО «ДСУ-1» за 2009-2011 годы, где вместо ООО «Компании ДС» собственником имущества выступало ООО «АБС» взаимозависимое к должнику лицо, формально владеющее им, фактическое владение и распоряжение же осуществляли работники ОАО «ДСУ-1» (решение по делу № А03-19647/2012). Собственником имущества ФИО9 и подконтрольными ему руководителями, и учредителями ООО «Компании - ДС» был создан формальный документооборот с целью участия общества в торгах, как представителя малого бизнеса. При этом в момент исполнения обязательств у руководства общества не стояло цели получения от ОАО «ДСУ-1» оплат по договорам, так как все имущество находилось в собственности бенефициарного владельца, а его перевод из одной организации в другую носил лишь формальный характер.С приходом нового руководителя и учредителя ООО «Компания-ДС» - ФИО10от данного общества стали появляться многочисленные судебные заявления как в отношении ОАО «ДСУ-1», так и в адрес иных лиц (в общегражданском производстве) с целью получения денежных средств по формальным операциям. Мнимость договора аренды № 20/21 от 30.04.2020 года обусловлена тем, что предметом данного договора является установка асфальтосмесительная КДМ 20137 с обслуживающим персоналом в количестве 5 человек. Стороны подтвердили, что эксплуатация АСУ и производство асфальтобетонной смести в зимний период не производилась, в связи с нормативами: СП 78.13330.2012, ГОСТ Р 58406.2-2020 это невозможно. ООО «Компания ДС» не является и никогда не являлось собственником установки асфальтосмесительной КДМ 20137М, в материалы дела №А03-778/2022 был представлен договор №0012-14-КП-Л от 01.10.2014 года заключенный между ЗАО «Восток-Лизинг» (продавец) и ООО «Олимп» (покупатель) на покупку асфальтосмесительной установки (АСУ) КДМ-2037М. Следовательно, с учетом взаимозависимости лиц, внесение участником асфальтосмесительной установки КДМ 20137М в качестве вклада в 2009 года не могла предшествовать его покупке в 2014 году. В 2012 году в ОАО «ДСУ-1» проводилась выездная налоговая проверка за период с 2009-2011 годы включительно, которая опровергает наличие и использование установки, предоставленной ООО «Компания-ДС» до 2012 года. Согласно материалам проверки (осмотрам, допросам) было установлено, что ОАО «ДСУ-1» эксплуатировало только одну установку АСУ, которая находилась в собственности ООО «АБС».Согласно протоколу осмотра территорий №029-18 от 24.01.2012 г., используемых ОАО «ДСУ-1» был проведен осмотр АСУ, расположенной по адресу: пос. Чуйский 373 км. Трассы М-52, напротив Верх-Катунской дробильно-сортировочной фабрики (при рассмотрении настоящего дела кредитор ФИО8, она же юрист ООО «Компании ДС» пояснила, что именно по этому адресу располагалась АСУ, являющаяся предметом по настоящему спору). В ходе осмотра произведена фотосъемка и допрос, в результате чего было установлено, что АСУ принадлежала ООО «АБС», иных АСУ обнаружено не было. Все работники так же пояснили, что работы ведут именно на данной АСУ. Таким образом, реальность обладания установкой по документам 2009 года ООО «Компания ДС» не может быть установлена. Третье лицо указало, что характер установленных расхождений в представленных документах так же свидетельствует об их фиктивности. Стоимость имущества в документах разная. Согласно протоколу от 25.06.2009 года: «стоимость на момент передачи по данным бухгалтерского учета ЗАО НПК «ДСТ» составляет 1 613 540,87 руб. (без НДС)», а согласно акту приема передачи объекта основных средств от 30.06.2009 года:«остаточная стоимость - 919167,78 руб.». За пять календарных дней стоимость имущества уменьшилась практически вдвое. Место передачи имущества разное. В акте приема передачи от 25.06.2009 года содержатся сведения, что на момент передачи имущество осмотрено, повреждений не обнаружено, при этом акт составлен в с. Нижнекаменка Алтайского района Алтайского края, тогда как местонахождение ЗАО НПК «ДСТ» - Омская область г. Омск. В акте приема передачи объекта основных средств от 30.06.2009 года в качестве места нахождения указан г. Бийск. При рассмотрении настоящего дела кредитор ФИО8, она же юрист ООО «Компании ДС» пояснила, что место хранения установки был Бийский район, п. Чуйский, напротив Верх-Катунской дробильно-сортировочной фабрики. Объект передачи в документах разный. Согласно протоколу от 25.06.2009 года предметом является АСУ КДМ 20137М, а согласно акту приема передачи основных средств от 30.06.2009 года - Асф-Бетонный завод. Монтаж АСУ с битумным участком. Согласно УПД, представленным в материалы дела, в аренду сдавалось АСУ КЛМ 20137.Наименование АСФ-Бетонный завод является обобщенным названием любого бетонного завода, при этом АСУ КДМ 20137М и АСУ КДМ 20137 это абсолютно разные модели бетонных заводов, имеющие различную комплектацию. Согласно данным официального сайта завода изготовителя ЧАО «Кредмаш» (г. Кременчуг Украина) это совершенно разные установки с разной производительностью и показателями. Ни в одном документе установка не имеет индивидуализирующих признаков, везде указаны различные модели этих установок. Дополнительные признаки фальсификации документов: в одном документе - акт приема передачи основных средств датирован 30.06.2009 года, а завизирован 25.06.2009 (то есть документ утвержден раньше, чем он был составлен). Подпись ФИО17 в акте приема передачи основных средств и протоколе от 25.06.2009 абсолютно разные, не имеющие ни одного общего элемента. Учитывая вышеизложенное, третье лицо считало, что договор аренды №20/21 от 30.04.2020 года является ничтожным, и не порождает правовых последствий.

Суд приобщил отзыв третьего лица ООО «Вэнта» к материалам дела.

Истец по первоначальному иску представил в судебном заседании уточненное исковое заявление о взыскании 14 356 500 руб. задолженности по арендной плате за период с 01.05.2021 года по 30.09.2022 года по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года и обязании открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление №1» вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» переданное по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года имущество - установку асфальтосмесительную КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа.

Суд, на основании п.1 ст.49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принял к производству уточненное исковое заявление.

Истец по первоначальному иску на удовлетворении заявленных требований настаивал в полном объеме, по встречным исковым требованиям возражал.

Ответчик по первоначальному иску возражал против удовлетворения требований, встречные исковые требования оставил на усмотрение суда.

Третье лицо общество с ограниченной ответственностью «Вэнта» по первоначальному иску возражало, поддерживало встречные исковые требования.

Истец по первоначальному иску и третье лицо ФИО8 возражали по ходатайству третьего лица ООО «Вэнта» о приобщении к материалам дела дополнительных документов.

Ответчик по первоначальному иску по ходатайству третьего лица ООО «Вэнта»  о приобщении дополнительных документов  не возражал. 

Суд приобщил к материалам дела дополнительные документы третьего лица ООО «Вэнта».

Открытое акционерное общество «Дорожно-строительное управление № 1» в отзыве на исковое заявление указало, что заявленные требования не подлежат удовлетворению, ввиду того, что при подписании договора аренды истец не сообщил, о том, что собственником имущества является ООО «Олимп». Кроме того, 20.05.2021 года в адрес истца от директора ООО «Олимп» поступило уведомление о расторжении договора аренды спорного имущества. Следовательно, по мнению ответчика, договор субаренды между ООО «Компания-ДС» и ОАО «ДСУ №1» прекратил свое действие с 20.05.2021 года. А, следовательно, требование о взыскании платежей за период с мая 2021 года в настоящее время удовлетворению не подлежит. Кроме того, не подлежит удовлетворению требование о возвращении арендованного имущества, поскольку истец не является собственником, ООО «Олимп» обратилось в ОАО «ДСУ № 1» с просьбой обеспечить сохранность имущества (л. д. 50, т. д. 1). 

На указанный отзыв были поданы письменные возражения ООО «Компания-ДС», согласно которым общество указало, что довод ответчика о том, истец не является собственником имущества, поскольку доказательств обратному не представлено в суд, а в связи с этим (по мнению ответчика) необходимо было предъявить согласие собственника на сдачу имущества в субаренду считаю не только необоснованным, так как ответчиком не предъявлено никаких доказательств того, что истец не является собственником арендуемого имущества, но и опровергается материалами дела, а именно: договором аренды №21/20 от30.04.2020года, согласно п. 1.4. которого, на момент заключения настоящего договора имущество, сдаваемое в аренду, принадлежит Арендодателю на праве собственности, в залоге и под арестом не находится и не является предметом исков третьих лиц; универсальными передаточными актами обоюдоподписанными сторонами. ООО «Олимп» никогда не являлся собственником арендуемого имущества и в адрес истца уведомлений не направлял, не заявлял о нарушении его права при сдаче якобы в субаренду спорного арендуемого имущества и не предъявлял требований о признании договора аренды недействительным. Истец сослался на пункт 12 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 года № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», положения статьи 608 Гражданского кодекса Российской Федерации не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. Доводы арендатора, пользовавшегося соответствующим имуществом и не оплатившего пользование объектом аренды, о том, что право собственности на арендованное имущество принадлежит не арендодателю, а иным лицам и поэтому договор аренды является недействительной сделкой, не имеет юридического значения. Следовательно, отношения арендатора с собственником по договору аренды не влияют на правоотношения сторон по договору субаренды и не могут явиться основанием для признания его недействительным. Таким образом, даже не смотря на то, что ответчиком не обоснованно заявлен довод об отсутствии у истца права собственности на арендованное имущество, ссылка ответчика на отсутствие полномочий у истца на сдачу спорного имущества в субаренду в связи с непредоставлением в материалы дела отдельного письменного согласия арендодателя на передачу этого имущества в субаренду, подлежит отклонению, со ссылкой на разъяснения, изложенных в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» (л. д. 54-56, т. д. 1). 

В дополнительных письменных пояснениях к исковому заявлению от 07.05.2021 года (л. д. 77-78, т. д. 1), истец по первоначальному иску указал, что свое заявление о принадлежности установки ООО «Олимп» подтверждает лишь копией договора №0012-14-КП-Л (купли-продажи имущества) от 01.10.2014 года, заключенным между ЗАО «Восток-Лизинг» и ООО «Олимп», при этом оригинал договора суду на обозрение не представлен. Также не представлены доказательства нахождения данного имущества в собственности ЗАО «Восток-Лизинг». Исходя из пояснений директора ООО «Олимп», данных им в рамках материала проверки №1310 в отношении ФИО9 и ФИО13 проведенной следственным управлением Следственного комитета РФ по Алтайскому краю, договор №0012-14-КП-Л (купли-продажи имущества) от 01.10.2014 года являлся формальной сделкой, приобретенная формально ООО «Олимп» техника физически никуда не перемещалась, она как находилась в Компании (ООО «Компания-ДС»), так и продолжала находится. Имущество, переданное по договору аренды, установка асфальтосмесительная установка КДМ 20137 принадлежит арендодателю на праве собственности на основании протокола внеочередного общего собрания участников Общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» б/н от 25.06.2009 года, акта приема-передачи от 25.06.2009 года, акта №00000019 от 30.06.2009 года о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий и сооружений) согласно которых, закрытое акционерное общество Научно-производственная компания «Дорожно-Строительные Технологии» во исполнение решения участников ООО «Компания-ДС» передало, а ООО «Компания-ДС» приняло на основные средства указанное выше имущество. Принадлежность спорного имущества истцу также подтверждается: - приложенными УПД, согласно которых ООО «Компания-ДС» приобретало запасные части и комплектующие для Установки, а также оплачивало работы по техническому обслуживанию Установки; - договором №36М на осуществление работ по техническому обслуживанию и замене программного обеспечения АСУ КДМ-2013 от 16.04.2018 г. - договором о залоге (движимого имущества) №Б05/130220-04 от 13.02.2020 года, согласно которого истец выступая Залогодателем передал в залог Асфальтосмесительную установку «КДМ 20137М» в целях обеспечения договора кредитная линия с установлением лимита задолженности № Б05/130220, заключенного между ООО «Компания-ДС» и ООО КБ «Алтайкапиталбанк»; - договором №759 на оказание услуг по оценке от 30.04.2019 г., отчетом №759/05.19 об оценке движимого имущества от 07.05.2019 г., согласно которых, по заданию Заказчика (ООО «Компания-ДС») была произведена оценка Установки; - сертификатами о калибровке Установки; - в-третьих, заявление ответчика о мнимости сделки по спорному договору аренды является не обоснованным, так как ответчиком не представлено не одного доказательства указывающее на мнимость договора. Истец по договору аренды передал Установку Ответчику, о чем свидетельствует сам договор, приказ о перебазировке асфальто-бетонного завода от 27.01.2020 г., согласно которого директор ООО «Компания-ДС» приказывает в срок до 30.04.2020 осуществить перебазировку асфальто-бетонного завода с земельного участка, расположенного по адресу: 

<

...> км, на земельный участок в Кемеровской обл., с. Раевка, обход г. Мариинска, нахождение Установки по на новом месте базирования также подтверждается представленной в материалы дела перепиской между истцом и ответчиком, Арендатор (ответчик по делу) пользовался Установкой с мая по ноябрь 2020 года, что подтверждается подписанными Сторонами УПД за указанный период, служебными заданиями для направления в командировку и отчет о его выполнении за период с мая по ноябрь 2020 года на работников истца, причем на служебных заданиях за 01.11.2020 года стоит штамп ответчика о выполнении задания и произведении консервации Установки. Реальность сделки по договору аренды №21/20 от 30.04.2020 года, также подтверждается: - письмом ответчика, направленным истцу №735 от 18.08.2020 г.; - письмом ответчика в адрес истца №1111 от 10.11.2020 г. Кроме того, спорное имущество передавалось истцом ответчику неоднократно, в том числе по договору №50-8/09-а (Аренда АСУ) от 25.07.2009 года, по договору №94/12 (аренда АСУ) от 15.05.2012 года, при этом у Арендатора не возникало сомнения в том, что арендованное имущество принадлежит Арендодателю, и что также говорит о реальности сделки. 

В уточненном встречном иске ОАО «ДСУ-1» указало, что фактически договор аренды № 21/20 является договором оказания услуг, которые оказывались ответчику только в период с 01.05.2020 по 30.11.2020. Фактически оказанные услуги за период с 01.05.2020 по 30.11.2020 относятся к реестровым требованиям ООО «Компания ДС» и подлежат рассмотрению в деле о банкротстве № А03-5121/2021. Услуги в период с 01.05.2021 по 30.04.2022 ООО «Компания ДС» не оказывало, следовательно, оснований для взыскания текущей задолженности за этот период у первоначального Истца не имеется. Поскольку после 30.11.2020 услуги ООО «Компания ДС» не осуществляло, то заявляемый период с 01.05.2021 по 30.04.2022 не подлежит удовлетворению, так как: - договор № 21/20 от 30.04.2020 не пролонгировался сторонами, и прекратил свое действие в момент окончания проведения сезонных работ (п. 6.1 договора №21/20); - услуги по эксплуатации установки КДМ 20137 в период декабря 2020 по апрель 2022 не осуществлялись, имущество не эксплуатировалось; - признаваемый Ответчиком период (с мая по ноябрь 2020 года) оказания услуг и задолженность за данный период подлежат рассмотрению в деле о банкротстве № А03- 5121/2021; - в деле отсутствуют доказательства оказания услуг в период с 01.05.2021 по 30.04.2022: нет УПД, актов выполненных услуг, иных доказательств фактического оказания услуг по эксплуатации установки КДМ 20137. В соответствии с п. 1 ст. 781 ГК РФ, заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг. Поскольку услуги по договору № 21/20 в период с 01.12.2020 по 30.04.2022 работниками ООО «Компания ДС» не оказывались, установка КДМ 20137 силами ООО «Компания ДС» не эксплуатировалась, возможности делать это самостоятельно у ОАО «ДСУ №1» не имелось, то у суда отсутствуют основания для удовлетворения первоначального требования ООО «Компания ДС» о взыскании с ОАО «ДСУ №1» задолженности по договору аренды №21/20 от 30.04.2020 за период с 01.05.2021 по 30.04.2022 (л. д. 29-31, т. д. 12).

В отзыве на уточненное исковое заявление ООО «Компания-ДС» указало, что, во-первых, истец (ответчик по встречному иску) утверждает, что в рассматриваемом случае между сторонами фактически был заключен договор оказания услуг по эксплуатации установки асфальтосмесительной КДМ 20137, прикрытый договором аренды №21/20 от 30.04.2020 года, при этом не указывает какие именно, по его мнению, оказывались услуги. Отличительной особенностью договора аренды от договора возмездного оказания услуг является то, что предметом первого является передача во временное владение и пользование имущества, тогда как предметом второго - выполнение исполнителем своими силами и средствами работ и принятие заказчиком их результатов. Исходя из буквального значения условий спорного договора, а именно п. 1.1. договора: «Арендодатель предоставляет за плату во временное владение и пользование, а Арендатор принимает следующее имущество: установка асфальтосмесительная КДМ 20137 (далее имущество) с обслуживающим персоналом в количестве 5 человек для использования в производственных целях Арендатора.» Пунктом 1.3. договора, определено, что продукция и доход, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются собственностью арендатора. Также из буквального значения остальных пунктов спорного договора, очевидно, что это договор аренды и действительная общая воля сторон при заключении этого договора была направлена на заключение сделки по аренде имущества. В договоре нет ни одного пункта, который бы мог толковаться как договор оказания услуг, потому как в спорном договоре предусмотрена именно передача во временное владение и пользование имущества, а не выполнение силами и средствами исполнителя по заданию заказчика каких-либо результатов, которые заказчиком в последующем должны быть приняты. В спорном договоре достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора аренды, в связи с чем он считается заключенным. На основании вышеизложенного ООО «Компания-ДС» требования, изложенные в уточненном встречном исковом заявлении о признании договора аренды №21/20 от 30.04.2020, заключенного между ООО «Компания-ДС» и ОАО «ДСУ-1», недействительной (притворной) сделкой считал не подлежащими удовлетворению, первоначальные требования ООО «Компания-ДС» просил удовлетворить в полном объеме (л. д. 42-43, т. д. 2).

Третьего лицо ФИО8 первоначальные требования поддержало в полном объеме, по встречному иску возражала, по доводам, изложенным в отзыве на исковое заявление. В материалах дела имеется отзыв, в котором третье лицо указало, что спорный договор аренды асфальтосмесительной установки КДМ – является договором аренды, а не договором оказания услуг. Участие обслуживающего персонала данного оборудования в период ее аренды является обязательным, так как оборудование является сложно-техническим. По мере необходимости по заявке арендатора его необходимо перенастраивать в связи с выпуском разных типов и марок асфальтобетонных смесей, а также следить, чтобы это оборудование исправно работало. Так как оборудование находилось территориально очень далеко от места постоянной базировки – Бийский район, то в договоре стороны прописали, что оборудование передается с обслуживающим персоналом, в том числе, чтобы избежать его простоя в работе. При этом, нахождение персонала независимо от его количества в месте аренды не влияет на его стоимость аренды, так как это не влияет на работоспособность арендуемого оборудования. Также третье лицо отметило, что при расчете оплаты по договору аренды не имеет юридического значение сколько именно дней или месяцев в период действия договора использовалось оборудование арендатором, если об этом нет особой оговорки в самом договоре. В соответствии с действующим законодательством, и по условиям заключенного договора аренды, арендатор обязан вернуть арендованное оборудование арендодателю в место, указанное в договоре, иного действующее законодательством не предусматривает. Заявитель является единственным владельцем спорного оборудования начиная с 2009 года и по настоящее время. Третье лицо - ООО «Олимп» не предоставило в материалы дела относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о владении и распоряжении спорного оборудования, а также факта передачи этого оборудования от ООО «Компания-ДС», несмотря на то, что суд неоднократно предлагал третьему лицу представить соответствующие доказательства в материалы дела. 

В материалах дела также имеется отзыв на исковое заявление со стороны третьего лица Управления федеральной налоговой службы по Алтайскому краю, в котором указано, что задолженность по арендной плате подтверждается универсальными передаточными документами от 31.05.2020 № 23, от 30.06.2020 № 24, от 31.07.2020 № 39, от 31.08.2020 № 52, от 30.09.2020 № 66, от 31.10.2020 № 78, от 31.11.2020 №87. Договор от 30.04.2020 № 20/21 заключен до принятия заявления о признании 21.04.2021 (дата определения суда о принятии заявления о признании должника несостоятельным (банкротом)), следовательно, задолженность по договору от № 20/21 подлежит включению в реестр требований кредиторов. В качестве неисполнения договора от 30.04.2020 № 20/21 ООО «Компания- ДС» представлены универсально передаточные акты, которые свидетельствуют, что данная задолженность не является текущей. В представленном договоре аренды от 30.04.2020 № 21/20 в пункте 6.1 «Изменения, дополнения и порядок расторжения договора» указано, что договор вступает в силу 01.05.2020 и действует до окончания проведения сезонных работ арендатором. Согласно своду правил 78.13330.2012 Автомобильные дороги. Актуализированная редакция СНиП 3.06.03-85 (с изменением № 1) основания и покрытия из смесей с неорганическими вяжущими материалами производится при среднесуточных температурах воздуха в пределах от плюс 5 °С до минус 10 °С. Следовательно, окончание всех работ по строительству и ремонту дорог должно быть завершены в октябре, когда температура воздуха в пределах от плюс 5 °С до минус 10 °С. ООО «Компания - ДС» не представлены доказательства пролонгации договора аренды от 30.04.2020 № 20/21 на 2021, 2022 годы, не представлены универсально-передаточные акты за 2021, 2022 год. Таким образом, у ООО «Компания - ДС» отсутствует текущая задолженность по договору аренды. Несмотря на то, что ОАО «ДСУ № 1» не исполнило обязанность по погашению задолженности по договору от 30.04.2020 № 20/21 ООО «Компания -ДС» не обращалась с исковым заявлением в суд о взыскании заложенности по договору. ООО «Компания - ДС» в адрес ОАО «ДСУ № 1» 18.05.2021 направило претензию о возврате оборудования в связи с прекращением договора аренды от 30.04.2020 № 20/21 спустя 7 месяцем после окончания срока договора и только после возбуждения процедуры банкротства в отношении ОАО «ДСУ № 1» (21.04.2021 дата возбуждения производства по делу о банкротстве). В претензии ООО «Компания - ДС» ссылается на договор аренды от 30.04.2020 № 20/21 данный договор в обоснование своих требований ООО «Компания - ДС» не представило. С исковым заявлением о взыскании задолженности с ОАО «ДСУ № 1» ООО «Компания - ДС» обратилась лишь 25.01.2022 спустя 14,5 месяцев с даты заключения договора, что говорит о не добросовестном поведении участника гражданского оборота. Так уполномоченным органом установлено, что ОАО «ДСУ № 1» и ООО «Компания - ДС» являются аффилированными (взаимозависимыми) лицами, через бенефициара - ФИО9. Постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 10.01.2022 года и материалами проверки Следственного комитете РФ по Алтайскому краю (которые были истребованы в рамках дела №А03-5121/2021), установлено, что фактическим собственником и руководителям ООО «Компания - ДС» с момента его создания (регистрации в налоговом органе) в 2008 году и по 2021 г. являлся ФИО9 Сотрудники ОАО «ДСУ № 1» и ООО «Компания - ДС» получали доход в обеих организациях. Следовательно, ОАО «ДСУ № 1» и ООО «Компания - ДС» являются аффилированными компаниями. В связи с тем, что ООО «Компания - ДС» не представлен договор аренды от № 20/21, не представлены доказательства образования текущей задолженности, ООО «Компания - ДС» и ОАО «ДСУ №1» являются аффилированными лицами уполномоченный орган просит в удовлетворении искового заявления ООО «Компания - ДС» отказать в полном объеме (л. д. 14-17, т. д. 2). 

Судом, на стадии исследования письменных материалов дела, в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации был объявлен перерыв в судебном заседании до 10 октября 2022 года. После перерыва в судебном заседании слушание дела продолжилось прежним составом суда. В судебное заседание явились те же представители сторон.

Истец, ответчик и третье лицо ФИО8 ходатайствовали о приобщении к материалам дела письменных прений.

Суд приобщил к материалам дела письменные прения сторон. 

Выслушав пояснения и возражения лиц, участвующих в деле, изучив первоначальное и встречное исковые заявления, исследовав письменные материалы по делу и отзывы на первоначальный и встречный иск, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела:

Как следует из материалов дела, 14.04.2021 года согласно штампу регистрации канцелярии суда (13.04.2021 в электронном виде путем заполнения форм, размещенных на сервисе Верховного суда Российской Федерации (http://my.arbitr.ru)) в Арбитражный суд Алтайского края поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО18 (ИНН 550409650451ОГРНИП 306550425600012), г. Омск, Омская область о признании открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление №1» (ИНН 

<

***> ОГРН

<

***>), г. Бийск, Алтайский край (далее – должник, ОАО «ДСУ-1») несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 21.04.2021 года по делу № А03-5121/2021 заявление принято к производству и назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 12.07.2021 (резолютивная часть от 09.07.2021) по делу № А03-5121/2021 в отношении ОАО «ДСУ-1» введена процедура наблюдения на срок до 23.12.2021.

Временным управляющим должника утвержден ФИО3, ИНН222212218794, член саморегулируемой организации – Союз арбитражных управляющих«Возрождение» (107078, г Москва, 

<

...>), регистрационный номер в сводном государственном реестре арбитражных управляющих – 364, почтовый адрес арбитражного управляющего: 656066, г. Барнаул, а/я2862.

Объявление о признании должника банкротом опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 17.07.2021 № 124, стр. 147 (в печатной версии).

В соответствии с пунктом 1 статьи 126 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 года № 127-ФЗ с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства все требования кредиторов по денежным обязательствам, об уплате обязательных платежей, иные имущественные требования, за исключением текущих платежей, указанных в пункте 1 статьи 134 настоящего Федерального закона, и требований о признании права собственности, о взыскании морального вреда, об истребовании имущества из чужого незаконного владения, о признании недействительными ничтожных сделок и о применении последствий их недействительности могут быть предъявлены только в ходе конкурсного производства; прекращается начисление процентов, неустоек (штрафов, пеней) и иных санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей, а также процентов, предусмотренных настоящей статьей. 

По смыслу абзаца 2 пункта 1 статьи 5 Федерального закона № 127-ФЗ текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. 

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 года № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», по смыслу упомянутой нормы текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. 

В договорных обязательствах, предусматривающих периодическое внесение должником платы за пользование имуществом (договоры аренды, лизинга), длящееся оказание услуг (договоры хранения, оказания коммунальных услуг и услуг связи, договоры на ведение реестра ценных бумаг и т.д.), а также снабжение через присоединенную сеть электрической или тепловой энергией, газом, нефтью и нефтепродуктами, водой, другими товарами (за фактически принятое количество товара в соответствии с данными учета), текущими являются требования об оплате за те периоды времени, которые истекли после возбуждения дела о банкротстве. 

Согласно пункту 11 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 года № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» при решении вопроса о квалификации в качестве  текущих платежей требований о применении мер ответственности за нарушение обязательств (возмещение убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, взыскании неустойки, процентов за неправомерное пользование чужими денежными средствами) судам необходимо принимать во внимание, что требования о применении мер ответственности за нарушение денежных обязательств, относящихся к текущим платежам, следуют судьбе указанных обязательств. 

Принимая во внимание, что в рамках первоначального иска заявлены ко взысканию задолженности по арендной плате за период с 01.05.2021 года по 30.09.2022 года по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года и обязании вернуть переданное по договору аренды имущество, обязательства которого истекли после даты возбуждения в отношении ответчика по первоначальному иску дела о несостоятельности (банкротстве), заявленные требования являются текущими и подлежат рассмотрению в общем порядке искового производства. 

Как следует из материалов дела и установлено судом, 30.04.2020 года между обществом с ограниченной ответственностью «Компания – ДС» (арендодатель) и открытым акционерным обществом «Дорожно-строительное управление №1» (арендатор) заключен договор аренды № 21/20 (далее – договор, л. д. 14, т. д. 1), по условиям которого арендодатель предоставляет за плату во временное владение и пользование, а арендатор принимает следующее имущество: установка асфальтосмесительная КДМ 20137 (далее – имущество) с обслуживающим персоналом в количестве 5 человек для использования в производственных целях арендатора (пункт 1.1 договора).

Согласно пункту 1.2 договора, арендованное имущество будет использоваться арендатором в соответствии с конструктивными особенностями и эксплуатационными данными.

В соответствии с пунктом 1.4 договора, стороны договорились, что на момент заключения настоящего договора, имущество, сдаваемое в аренду, принадлежит арендодателю на праве собственности, в залоге и под арестом не находится и не является предметом исков третьих лиц. 

По соглашению сторон настоящий договор имеет силу акта приема-передачи. При подписании настоящего договора стороны подтверждают, что арендодатель передал, а арендатор осмотрел и принял во временное владение и пользование имущество. Имущество передано надлежащего качества в соответствующем договору количестве, технически исправном состоянии и претензий по его состоянию на момент передачи не имеется (пункт 1.5 договора). 

На основании пунктов 2.1 – 2.2 договора, ежемесячная арендная плата устанавливается в размере 844 500 руб. в том числе НДС (20%). Расчёты по настоящему договору производятся арендатором ежемесячно, не позднее 10-го числа, следующего за расчетным периодом месяца, путем перечисления денежных средств на расчетный счет арендодателя.

Разделом 3 договора определены права и обязанности арендодателя, а именно арендодатель обязан:

- предоставить арендатору имущество в состоянии, соответствующем условиям договора и назначению имущества (пункт 3.1.1. договора),

- производить за свой счет в разумный срок капитальный ремонт переданного в аренду имущества (пункт 3.1.2. договора),

- нести иные обязанности, предусмотренные действующим законодательством Российской Федерации (пункт 3.1.3 договора). 

Пунктом 3.2. договора установлено, что арендодатель имеет право:

- в случае невнесения (несвоевременного внесения) суммарно за два расчетных периода и более арендатором арендной платы, потребовать от последнего досрочного ее внесения в полном объеме и (или) расторгнуть договор в одностороннем порядке с последующим уведомлением арендатора (пункт 3.2.1. договора), 

- расторгнуть договор в одностороннем порядке и потребовать возмещения убытков в случае, если арендатор пользуется имуществом не в соответствии с его назначением (пункт 3.2.2. договора),

- иные права, предусмотренные действующим законодательством Российской Федерации (пункт 3.2.3. договора).

Разделом 4 договора определены права и обязанности арендатора, а именно арендатор обязан: 

- выплачивать арендную плату в размерах и сроки, предусмотренные настоящим договором (пункт 4.1.1. договора),

- пользоваться арендованным имуществом в соответствии с его назначением (пункт 4.1.2 договора),

- поддерживать арендованное имущество в состоянии пригодном для его использования, производить за свой счет текущий ремонт и нести расходы на его содержание (пункт 4.1.3. договора),

- в случае гибели или повреждения арендованного имущества возместить арендодателю причиненные убытки в полном размере (пункт 4.1.4 договора). 

- при прекращении договора аренды вернуть арендодателю имущество по адресу: 

<

...> км+242 федеральной автодороги Новосибирск – Бийск –  Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа (пункт 4.1.5 договора). 

Согласно пункту 4.2. арендатор имеет право:

- с письменного согласия арендодателя сдавать арендованное имущество в субаренду (пункт 4.2.1. договора), 

- с письменного согласия арендодателя производить капитальный ремонт имущества (пункт 4.2.2 договора). 

Согласно пункту 5.1 договора, за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств по настоящему договору стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации и настоящим договором.

Пунктом 6.1 договора установлено, что настоящий договор вступает в силу с 01.05.2020 года и действует до окончания проведения сезонных работ арендатором, а в части расчетов — до полного их завершения.

18.05.2021 года общество с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» направило в адрес открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1» требование № 4/21 от 17.05.2021 года о возврате установки асфальтосмесительная КДМ 20137, по адресу: 

<

...> км+242 федеральной автодороги Новосибирск – Бийск –  Ташанта в течении 14 дней с даты получения настоящего требования (л. д. 16, т. д. 1). 

20.05.2021 года открытое акционерное общество «Дорожно-строительное управление № 1» в ответ на требование общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» № 4/21 от 17.05.2021 года, сообщило, что требование о возврате в адрес «Компании-ДС» асфальтосмессительной установки марки КДМ 20137 не может быть выполнено, ввиду вновь открывшихся обстоятельств, получено официальное письмо от владельца данной установки ООО «Олимп», с прямым указанием обеспечения сохранности и недопущения его передислокации без их согласия. Акционерное общество «Дорожно-строительное управление № 1» просило разобраться в данном вопросе о праве владения, до момента разрешения проблемы, установка КДМ-20137М и всё остальное оборудование и техника будут находиться под охраной «ДСУ № 1» и допуск к ней будет запрещен (л. д. 17, т. д. 1).

Истец по первоначальному иску указал, что до настоящего времени арендованное имущество в адрес арендодателя не возвращено, ранее переданное по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года - установка асфальтосмесительную КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск Ташанта, кроме того, арендодатель не оплачивал арендную плату за пользование имуществом арендатора, в связи с чем, образовалась задолженность по арендной плате.

На основании изложенного, общество с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» обратилось к открытому акционерному обществу «Дорожно-строительное управление № 1» с претензией № 34/31 от 25.06.2021 года (л. д. 18-19, т. д. 1), с требованием в срок до 01.07.2021 года произвести оплату задолженности по договору аренды от 30.04.2020 года № 20/21 в размере 8 445 000 руб. В случае невыполнения указанных требований общество будет вынуждено обратиться в арбитражный суд с требованием о взыскании долга, неустойки, убытков с отнесением всех расходов на ваш счет, кроме того, общества требовало пописать акт сверки взаимных расчетов по состоянию на 01.06.2021 года, счета-фактуры, второй экземпляр направить в адрес общества. 

Неисполнение требований претензии послужили основанием для предъявление иска о взыскании задолженности по арендной плате за период с 01.05.2021 года по 30.09.2022 года по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года и обязании открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление №1» вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» переданное по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года имущество - установку асфальтосмесительную КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

 В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями; односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. 

Согласно статье 606 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В соответствии с частью 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. 

Согласно пункту 2 статьи 621 Гражданского кодекса Российской Федерации если арендатор продолжает пользоваться имуществом после истечения срока договора при отсутствии возражений со стороны арендодателя, договор считается возобновленным на тех же условиях на неопределенный срок (статья 610).

В соответствии со статьей 622 Гражданского кодекса Российской Федерации при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором. Если арендатор не возвратил арендованное имущество либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения. В случае, когда за несвоевременный возврат арендованного имущества договором предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки, если иное не предусмотрено договором.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» в случае расторжения договора, предусматривавшего передачу имущества во владение или пользование (например, аренда, ссуда), лицо, получившее имущество по договору, обязано в разумный срок возвратить его стороне, передавшей это имущество. Порядок исполнения этого обязательства определяется положениями общей части обязательственного права, включая правила главы 22 Гражданского кодекса Российской Федерации, и специальными нормами об отдельных видах договоров (например, статьи 622, 655, 664 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо договором, в том числе, если договор регулирует порядок возврата имущества по окончании срока его действия. В таком случае положения главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации применению не подлежат.

 В случае расторжения договора аренды взысканию также подлежат установленные договором платежи за пользование имуществом до дня фактического возвращения имущества лицу, предоставившему это имущество в пользование, а также убытки и неустойка за просрочку арендатора по день фактического исполнения им всех своих обязательств (статья 622 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Взыскание арендной платы за фактическое использование арендуемого имущества после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором (пункт 38 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2002 № 66 «Обзор практики разрешения споров, связанных с арендой»). 

Из условий договора, а именно пункта 6.1 договора следует, что настоящий договор вступает в силу с 01.05.2020 года и действует до окончания проведения сезонных работ арендатором, а в части расчетов — до полного их завершения.

Следовательно, окончание срока сезонных работ определяются по усмотрению арендатора, ввиду того что отсутствует конкретный заданный период определения «сезонности», начало течение срока возврата имущества арендодателю поставленного в зависимость от действий арендатора – обусловлено окончанием сезонных работ.  

Направление (уведомление) извещения об окончании срока проведения сезонных работ фактически зависит от воли арендатора, и не является событием по смыслу статьи 190, 191 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку арендатором начало течения срока окончания действия договора аренды поставлено в зависимость от действий самого арендатора, а не в зависимость от событий, которые неизбежно наступят, бездействие арендатора (не уведомление) и как следствие удержание арендованного имущества свидетельствует о противоречии такого срока окончания положениям статьи 191 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, суд учитывает, что определение «сезонная работа» дано в статье 293 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно сезонными признаются работы, которые в силу климатических и иных природных условий выполняются в течение определенного периода (сезона), не превышающего, как правило, шести месяцев. Частью второй указанной статьи предусмотрено, что перечни сезонных работ, в том числе отдельных сезонных работ, проведение которых возможно в течение периода (сезона), превышающего шесть месяцев, и максимальная продолжительность указанных отдельных сезонных работ определяются отраслевыми (межотраслевыми) соглашениями, заключаемыми на федеральном уровне социального партнерства.

Начало и окончание производства работ в области дорожного строительства устанавливается по климатическим условиям руководствуясь, но не ограничиваясь следующим: СНиП 3.06.03-85 Автомобильные дороги Госстрой СССР. СНиП 2.05.02-85 Автомобильные дороги Госстрой СССР.ОДМ 218.7.001-2009 Рекомендации по осуществлению строительного контроля на федеральных автомобильных дорогах, Росавтодор. Строительство автомобильных дорог: справ, инженера - дорожника, и иных нормативных актов. Таким образом, календарная продолжительность летнего строительного сезона определяется климатическими условиями района расположения участка дороги, а именно Кемеровская область (обвод г. Мариинска). Следовательно, окончание производства всех работ, включая земляные работы, устройство всех слоев дорожной одежды – до 10 ноября.

Исходя из вышесказанного срок окончания договора аренды – не позднее 10 ноября 2020 года.

Согласно статье 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество, либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

Судом установлено и следует из материалов дела, что обязанность арендодателя принять от арендатора имущество в связи с окончанием срока договора предусмотрена непосредственно условиями договора, а именно пунктом 4.1.5 договора, согласно которому при прекращении договора аренды вернуть арендодателю имущество по адресу: 

<

...> км+242 федеральной автодороги Новосибирск – Бийск –  Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа.

18 мая 2021 года в адрес арендатора арендодателем было направлено требование исх. № 4/21 от 17.05.2021 года о возврате оборудования в связи с прекращением договора аренды №21/20 от30.04.2020 года.

 В ответ на требование арендатор отказался вернуть арендованное имущество, ссылаясь на причины, не связанные с условиями договора аренды, а именно на то обстоятельство, что собственником спорного имущества является ООО «Олимп».

Вместе с тем, суд учитывает, что указанные доводы ответчика и третьего лица о том, что арендованное имущество не принадлежит арендодателю не нашли своего подтверждения в материалах дела, представленный ООО «Олимп» договор купли-продажи не оспаривает право собственности истца на арендованное имущество, так как третье лица ООО «Олимп» не подтвердил тот факт, что приобретенное по указанному договору имущество является предметом спора в настоящем деле, по многочисленным запросам суда так и не предоставил документы, либо иные доказательства подтверждающие владение и распоряжение имуществом. 

В соответствии с пунктом 1.4 договора, стороны договорились, что на момент заключения настоящего договора, имущество, сдаваемое в аренду, принадлежит арендодателю на праве собственности, в залоге и под арестом не находится и не является предметом исков третьих лиц. 

Предоставленные истцом документы о праве собственности на арендованное имущество никем не оспорены, заявлений о фальсификации не заявлено. 

При этом истцом, помимо документов, подтверждающих право собственности на арендованное имущество представлены документы подтверждающих владение, распоряжение, несение расходов на содержание арендованным имуществом, именно, установка асфальтосмесительная КДМ 20137 с битумоподготовительным участком, год выпуска 2007, стоимостью 1 613 540 руб. 87 коп., принадлежит арендодателю на праве собственности на основании протокола внеочередного общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» б/н от 25.06.2009 года, согласно которому определено имущество, подлежащее безвозмездного внесения в качестве вкладов в имущество общества со стороны ЗАО НАК «ДСТ» (51 % уставного капитала); на основании акта приема-передачи от 25.06.2009 года, в соответствии с которым ЗАО НПК «ДСТ» передало ООО «Компания-ДС» асфальтосмесительная КДМ 20137 с битумоподготовительным участком, год выпуска 2007, стоимостью 1 613 540 руб. 87 коп.; на основании акта №00000019 от 30.06.2009 года о приеме-передаче объекта основных средств (кроме зданий и сооружений) согласно которых, закрытое акционерное общество Научно-производственная компания «Дорожно-Строительные Технологии» во исполнение решения участников ООО «Компания-ДС» передало, а ООО «Компания-ДС» приняло на основные средства указанное выше имущество. 

Принадлежность спорного имущества истцу также подтверждается универсальными передаточными документами № 206 от 27.04.2020 года, № 280 от 07.05.2018 года, № 129 от 28.03.2018 года, № 453 от 06.07.2018 года, № 487 от 24.07.2018 года, № 272 от 03.05.2018 года, № 280 от 07.05.2018 года, № 20 от 03.04.2019 года, согласно которым ООО «Компания-ДС» приобретало запасные части и комплектующие для установки, а также оплачивало работы по техническому обслуживанию установки.

Кроме того, договором №36М на осуществление работ по техническому обслуживанию и замене программного обеспечения АСУ КДМ-2013 от 16.04.2018 года, заключенного между ООО «КредТехСнаб» и ООО «Компания-ДС»; так же договором о залоге (движимого имущества) №Б05/130220-04 от 13.02.2020 года, согласно которого истец, выступая залогодателем передал в залог асфальтосмесительную установку «КДМ 20137М» в целях обеспечения договора кредитная линия с установлением лимита задолженности № Б05/130220, заключенного между ООО «Компания-ДС» и ООО КБ «Алтайкапиталбанк»; договором №759 на оказание услуг по оценке от 30.04.2019 года, отчетом №759/05.19 об оценке движимого имущества от 07.05.2019 года согласно которым, по заданию заказчика (ООО «Компания-ДС») была произведена оценка установки и сертификатами о калибровке установки.

Следовательно, суд пришел к выводу о том, то указанное имущество принадлежит ООО «Компания-ДС». 

Более того, суд учитывает, что спорное имущество передавалось истцом ответчику неоднократно, в том числе ранее по договору №50-8/09-а (аренда АСУ) от 25.07.2009 года, по договору №94/12 (аренда АСУ) от 15.05.2012 года, при этом у арендатора не возникало сомнения в том, что арендованное имущество принадлежит арендодателю, и что также говорит о реальности сделки. 

Кроме того, согласно разъяснениям указанным в пункте 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 года № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды», положения статьи 608 Гражданского кодекса Российской Федерации не означают, что в ходе рассмотрения споров, связанных с нарушением арендатором своих обязательств по договору аренды, арендодатель обязан доказать наличие у него права собственности на имущество, переданное в аренду. 

Суд, на основании представленных в материалы дела доказательств, также установил, что асфальтосмесительная установка КДМ, которая находится в с. Раевка Мариинского района Кемеровской области, это именно то оборудование, которое было передано заявителем должнику по спорному договору аренды. Иного аналогичного оборудования КДМ у заявителя не имеется, как и ответчику не передавалось. 

Как указывалось ранее, истец является единственным владельцем спорного оборудования начиная с 2009 года и по настоящее время. Доказательств правопритязаний на спорное имущество в материалы дела не представлено. Третьим лицом ООО «Олимп» не представлено, на сегодняшний день ни одного требования по возврату имущества.

По мнению ответчика и третьих лиц, принадлежность установки ООО «Олимп» подтверждается договором №0012-14-КП-Л (купли-продажи имущества) от 01.10.2014 года, заключенным между ЗАО «Восток-Лизинг» и ООО «Олимп», при не представлены доказательства нахождения данного имущества в собственности ЗАО «Восток-Лизинг». Исходя из пояснений директора ООО «Олимп», данных им в рамках материала проверки №1310 в отношении ФИО9 и ФИО13 проведенной следственным управлением Следственного комитета РФ по Алтайскому краю, договор №0012-14-КП-Л (купли-продажи имущества) от 01.10.2014 года являлся формальной сделкой, приобретенная формально ООО «Олимп» техника физически никуда не перемещалась, она как находилась в Компании (ООО «Компания-ДС»), так и продолжала находится. 

Ответчику достоверно было известно, что оборудование принадлежит именно ООО «Компания-ДС», что следовало из заключенного договора аренды № 21/20 от 30.04.2020 года.

Суд учитывает, что третье лицо - ООО «Олимп»  не предоставил в материалы дела относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о владении и распоряжении спорным оборудованием, а также факта передачи этого оборудования ООО «Компания-ДС», несмотря на то, что суд неоднократно предлагал третьему лицу представить соответствующие доказательства в материалы дела.

Также суд критически относится к возражениям кредитора ООО «Вэнта» в части того, что заявитель не являлся собственником спорного оборудования со ссылкой на сведения и документы, полученные от должника, что в 2012 года на территории п. Чуйский налоговым органом была обнаружена только одна асфальтобетонная установка, а по сведениям ООО Компания-ДС в ее собственности имелось две асфальто-бетонных установки, что фактически опровергает владение заявителем спорной установки уже в 2012 году. 

При этом, третье лицо отметило, что речь идет о налоговые проверки - не заявителя ООО «Компания-ДС», а проверки - должника ОАО «ДСУ-1».

При этом, у истца с 2009 и по настоящее время, в том числе и в 2012 году во владении находилась АСУ КДМ, которая с 2009 года, то есть с момента ее передачи и по май 2016 года территориально располагалась на земельном участке – 250 м. от с. Катунское, на Юго-Восток Смоленского района Алтайского края, откуда и была перебазирована в 2016 году на земельный участок п. Чуйский, где и располагалась в последующем. Данное обстоятельство подтверждается и иными документами, договором аренды КДМ от 2009 года, договором поставки № 43/09 от 18.00.2013 года договором на оказание услуг по разработке проектов нормативов ПДВ, агентским договором на оплату электроэнергии и др.) где указано место дислокации АБЗ КДМ - с. Катунь Смоленского района. 

Таким образом, факт владения и распоряжения на протяжении всего периода времени спорным оборудованием истцом подтверждено.

Доводы, перечисленные в обоснование заключения между сторонами именно договора оказания услуг опровергаются материалами дела, а именно довод о том, что фактически имущество не передавалось, а всегда находилось во владении и пользовании ООО «Компания-ДС» опровергается как самим договором (пункт 1.5. договора), так и иными документами: перепиской сторон, из которой следует, что имущество находится в распоряжении ОАО «ДСУ-1», двухсторонними подписанными УПД, договором о перевозке арендованного имущества, заключенным ОАО «ДСУ-1» с ООО «АЛБИК», из которого видно, что ООО «АЛБИК» приняла на себя обязанность произвести перевозку АБЗ из п. Чуйский до г. Мариинск, договором аренды №148 от 15.07.2020 по которому ОАО «ДСУ-1» был предоставлен во временное владение и пользование земельный участок для возведения временного сооружения, необходимого в рамках исполнения договора №87/ОМ СМР от 24.01.2020, договором №6 о возмещении затрат за потребляемую энергию, по которому опять же именно ОАО «ДСУ-1» обязуется возмещать затраты за приобретение электроэнергии потребляемое в том числе АБЗ по адресу: Мариинский район, с. Раевка. 

Таким образом, суд считает, что истцом по встречному иску доказан факт передачи спорной установки в аренду ответчик у – ООО «ДСУ № 1».

При этом, суд учитывает, что при расчете оплаты по договору аренды не имеет юридического значение сколько именно дней или месяцев в период действия договора использовалось оборудование арендатором, если об этом нет особой оговорки в самом договоре.

 В соответствии с действующим законодательством, и по условиям заключенного договора аренды, арендатор был обязан вернуть арендованное оборудование арендодателю в место, указанное в договоре.

На основании вышеизложенного, ответчик своими действиями (в рассматриваемом случае бездействиями по передачи имущества) способствовал возникновению образовавшейся задолженности по арендной плате, иначе арендатор мог вернуть спорное имущество истцу по акту приема передачи (чего не было произведено), сразу же после окончания «сезонных работ», вместе с тем, в нарушение договорных обязательств продолжал удерживать имущество и фактически владеть им. 

Ссылка ответчика о том, что он полагал, что спорное имущество принадлежит иному лицу (третьему лицу ООО «Олимп») противоречит сложившимся договорным обязательствам. Кроме того, указанное обстоятельство на которое неоднократно ссылался ответчик, правового значения в данном случае не имеет, ввиду того, что он был обязан вернуть спорное имущество по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года именно ООО «Компания-ДС».  

У ответчика существовала реальная возможность и необходимость передать имущество арендодателю, что также бы значительно уменьшило размер предъявленной ко взысканию арендной платы, начисленной истцом по первоначальным требованиям.

Более того, суд учитывает, что между сторонами сложились длящиеся гражданские правоотношения, и как следует из материалов дела, ранее также были заключены договоры с аналогичными условиями аренды, в отношении той же установки, с тем же размером арендной платы. 

На основании вышеизложенного, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, установив наличие у ответчика обязанность по передаче принятого им имущества по договору арены, с учетом того, что иного в материалы дела не представлено и не было опровержено, факт уклонения ответчика от передачи имущества арендодателю подтвержден материалами дела, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований об обязнии открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление №1» вернуть обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» переданное по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года имущество - установку асфальтосмесительную КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск Ташанта по акту приема-передачи в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального естественного износа.

Истцом по первоначальному иску также было заявлено требование о взыскании 14 356 500 руб. задолженности по арендной плате за период с 01.05.2021 года по 30.09.2022 года по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. 

Согласно статье 310 Кодекса односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом; порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. 

На основании пунктов 2.1 – 2.2 договора, ежемесячная арендная плата устанавливается в размере 844 500 руб. в том числе НДС (20%). Расчёты по настоящему договору производятся арендатором ежемесячно, не позднее 10-го числа, следующего за расчетным периодом месяца, путем перечисления денежных средств на расчетный счет арендодателя.

Из условий договора, а именно пункта 6.1 договора следует, что настоящий договор вступает в силу с 01.05.2020 года и действует до окончания проведения сезонных работ арендатором, а в части расчетов — до полного их завершения.

Следовательно, окончание срока сезонных работ определяются по усмотрению арендатора, ввиду того что отсутствует конкретный заданный период определения «сезонности», начало течение срока возврата имущества арендодателю поставленного в зависимость от действий арендатора – обусловлено окончанием сезонных работ.  

Направление (уведомление) извещения об окончании срока проведения сезонных работ фактически зависит от воли арендатора, и не является событием по смыслу статьи 190, 191 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку арендатором начало течения срока окончания действия договора аренды поставлено в зависимость от действий самого арендатора, а не в зависимость от событий, которые неизбежно наступят, бездействие арендатора (не уведомление) и как следствие удержание арендованного имущества свидетельствует о противоречии такого срока окончания положениям статьи 191 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, суд учитывает, что определение «сезонная работа» дано в статье 293 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно сезонными признаются работы, которые в силу климатических и иных природных условий выполняются в течение определенного периода (сезона), не превышающего, как правило, шести месяцев. Частью второй указанной статьи предусмотрено, что перечни сезонных работ, в том числе отдельных сезонных работ, проведение которых возможно в течение периода (сезона), превышающего шесть месяцев, и максимальная продолжительность указанных отдельных сезонных работ определяются отраслевыми (межотраслевыми) соглашениями, заключаемыми на федеральном уровне социального партнерства.

Начало и окончание производства работ в области дорожного строительства устанавливается по климатическим условиям руководствуясь, но не ограничиваясь следующим: СНиП 3.06.03-85 Автомобильные дороги Госстрой СССР. СНиП 2.05.02-85 Автомобильные дороги Госстрой СССР.ОДМ 218.7.001-2009 Рекомендации по осуществлению строительного контроля на федеральных автомобильных дорогах, Росавтодор. Строительство автомобильных дорог: справ, инженера - дорожника, и иных нормативных актов. Таким образом, календарная продолжительность летнего строительного сезона определяется климатическими условиями района расположения участка дороги, а именно Кемеровская область (обвод г. Мариинска). Следовательно, окончание производства всех работ, включая земляные работы, устройство всех слоев дорожной одежды – до 10 ноября.

Исходя из вышесказанного срок окончания договора аренды – не позднее 10 ноября 2020 года.

Согласно статье 622 Гражданского кодекса Российской Федерации, при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.

Если арендатор не возвратил арендованное имущество, либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки. В случае, когда указанная плата не покрывает причиненных арендодателю убытков, он может потребовать их возмещения.

В случае, когда за несвоевременный возврат арендованного имущества договором предусмотрена неустойка, убытки могут быть взысканы в полной сумме сверх неустойки, если иное не предусмотрено договором.

Таким образом, плата за фактическое пользование арендуемым имуществом после истечения срока действия договора производится в размере, определенном этим договором. 

Прекращение договора аренды само по себе не влечет прекращение обязательства по внесению арендной платы, поэтому требования о взыскании арендной платы за фактическое пользование имуществом вытекают из договорных отношений, а не из обязательства о неосновательном обогащении. 

В силу пункта 2 статьи 5 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве. 

При этом согласно пункту 1 статьи 5 данного Федерального закона под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после даты принятия заявления о признании должника банкротом. По смыслу данной нормы права, текущими являются любые требования об оплате товаров, работ и услуг, поставленных, выполненных и оказанных после возбуждения дела о банкротстве, в том числе во исполнение договоров, заключенных до даты принятия заявления о признании должника банкротом. 

Поскольку установлено, что по окончании срока действия договора аренды ответчик не вернул арендуемое имущество, что повлекло для него в силу части 2 статьи 622 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 2.1,2.2. договора аренды обязанность производить оплату аренды в соответствии с условиями договора, то естьпериодическими денежными платежами.

Кроме того, согласно пункта 5 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017, арендная плата не подлежит взысканию с арендатора в случае, если в результате противоправных действий арендодателя он был лишен возможности пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды или целевым назначением этого имущества. Арендатор может быть освобожден от обязанности по внесению арендной платы при наличии следующих условий: арендодателем прекращено обеспечение возможности владения и пользования арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды; арендатор не мог использовать по назначению переданное ему имущество, и только в том случае, если указанные препятствия возникли в силу обстоятельств, за которые отвечает арендодатель; в результате противоправных действий арендодателя арендатор был лишен возможности пользоваться арендованным имуществом в соответствии с условиями договора аренды или целевым назначением этого имущества.

 Вместе с тем, наличие указанных обстоятельств, при которых арендатор может быть освобожден от обязанности по внесению арендной платы, ответчиком в материалы дела не представлено. 

Также и доказательств, свидетельствующих о том, что в отношении объекта аренды сложились какие-либо разногласия с истцом, ответчиком не представлено. 

Ссылка ответчика на то обстоятельство, что истец в нарушение условий договора не предоставил 5 сотрудников, которые и должны были осуществлять работу на установке, судом не принимается в связи с тем, что данное обстоятельство не доказывает факт невозможности использования спорной установки. Более того, материалами дела подтверждается факт того, что данная установка использовалась и продукция производилась.

Более того, как указывалось судом, ранее между сторонами существовали договорные отношения по аренде спорной установки, без указания необходимости предоставления сотрудников истца для эксплуатации, с указанием того же размера арендной платы, что и в спорном договоре. Таким образом, из ранее заключенных договоров аренды спорной установки следует, что она может эксплуатироваться и без сотрудников истца, то силами ответчика.

Кроме того, довод ответчика о том, что арендатор в указанный период не пользовался и не мог пользоваться арендованным имуществом суд считает несостоятельным, поскольку обязанность по оплате аренды для него возникает на основании ч. 2 ст. 622 ГК РФ.

Арендованное имущество на сегодняшний день не возвращено по вине ответчика, ответчиком не представлено доказательств оплаты арендных платежей за спорный период, в связи с чем, с учетом вышеуказанного, исковые требования в части взысканияарендных платежей за период с 01.05.2021 года по 30.09.2022 года по договору аренды № 20/21 от 30.04.2020 года в размере 14 356 500 руб. подлежит удовлетворению судом в полном объеме. 

На основании вышеизложенного, судом удовлетворяются первоначальные исковые требования в полном объеме.

 

Открытое акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1» обратилось в арбитражный суд со встречными исковыми требования к обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», о признании договора аренды № 21/20 от 30.04.2020 года, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Компания ДС» и открытым акционерным обществом «Дорожно-строительное управление № 1», недействительной сделкой.

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом. 

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными сделками являются: 

- в силу прямого указания закона на ничтожность сделки, в том числе: мнимая или притворная сделка (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации); публичный договор с условиями, не соответствующими требованиям, установленным пунктами 2, 4 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 73 Постановления № 25)

- сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц (пункт74 Постановления № 25) 

- договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (например, ничтожно условие договора доверительного управления имуществом, устанавливающее, что по истечении срока договора переданное имущество переходит в собственность доверительного 14 управляющего) (пункт 74 Постановления № 25). 

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. 

При этом обязательным условием признания сделки, мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. 

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств. 

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. 

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений. 

Истец по встречному иску утверждает, что в рассматриваемом случае между сторонами фактически был заключен договор оказания услуг по эксплуатации установки асфальтосмесительной КДМ 20137, прикрытый договором аренды №21/20 от 30.04.2020, при этом не указывает какие именно, по его мнению, оказывались услуги. 

Рассмотрев встречное исковое заявление, суд не находит оснований для его удовлетворения ввиду следующего.

Статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. 

Буквальное значение условий договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой данной статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. 

При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

 В соответствии с приведенной правовой нормой толкование судом договора исходя из действительной воли сторон и его цели с учетом, в частности, установившейся практики взаимоотношений сторон, допускается в случае, если установить буквальное значение его условий не представляется возможным. 

По смыслу статьи 779 Гражданского кодекса Российской Федерации предметом договора возмездного оказания услуг является осуществление определенных действий или определенной деятельности по заданию заказчика (при этом указанные действия или деятельность может как иметь, так и не иметь конечный материальный результат), которая, как правило, не сопровождается созданием овеществленного результата.

 По договору аренды арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование (пункт 1 статьи 606 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Отличительной особенностью договора аренды от договора возмездного оказания услуг является то, что предметом первого является передача во временное владение и пользование имущества, тогда как предметом второго - выполнение исполнителем своими силами и средствами работ и принятие заказчиком их результатов.

 Исходя из буквального значения условий спорного договора, а именно пункта 1.1. договора, по условиям которого арендодатель предоставляет за плату во временное владение и пользование, а арендатор принимает следующее имущество: установка асфальтосмесительная КДМ 20137 (далее имущество) с обслуживающим персоналом в количестве 5 человек для использования в производственных целях арендатора.

 Пунктом 1.3. договора, установлено что, продукция и доход, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются собственностью арендатора. 

Согласно ст. 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование. Плоды, продукция и доходы, полученные арендатором в результате использования арендованного имущества в соответствии с договором, являются его собственностью. 

Также из буквального значения остальных пунктов спорного договора, следует, что это договор аренды и действительная общая воля сторон при заключении этого договора была направлена на заключение сделки по аренде имущества.

 В договоре отсутствуют условия, которые могли бы толковаться как договор оказания услуг. 

В спорном договоре предусмотрена именно передача во временное владение и пользование имущества, а не выполнение силами и средствами исполнителя по заданию заказчика каких-либо результатов, которые заказчиком в последующем должны быть приняты.

 Согласно пункту 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка). 

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. 

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (пункт 1). 

 В спорном договоре достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора аренды, в связи с чем, суд считает, что между сторонами был заключен именно договор аренды. 

Как было отмечено судом ранее, реальность сделки по договору аренды №21/20 от 30.04.2020 года материалами дела подтверждена. Спорное имущество было передано ответчику, что фактически последним не опровергается и подтверждается совокупностью документов, представленных в материалы дела.

Кроме того, спорное имущество передавалось истцом ответчику неоднократно ранее, в том числе по договору №50-8/09-а (Аренда АСУ) от 25.07.2009 года, по договору №94/12 (аренда АСУ) от 15.05.2012 года, при этом у арендатора не возникало сомнения в том, что арендованное имущество принадлежит арендодателю, и что также говорит о реальности сделки. 

По доводам аффилированности истца и ответчика, о которой заявил представитель ответчика в ходе судебного заседания, необходимо отметить, что данный вопрос уже был предметом исследования судом при рассмотрении заявления общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), г. Бийск о признании обоснованным и включении реестр требований кредиторов открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>), г. Бийск, Алтайский край требования в размере 4 587 029 руб. 64 коп., по делу А03-5121/2021, в котором участвовали те же лица, судом первом и апелляционной инстанции были сделаны выводы об отсутствии аффилированности между истцом и ответчиком, что подтверждается определением Арбитражного суда Алтайского края от 20.12.2021 года о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов по делу №А03-5121/2021, Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2022 г. по делу №А03-5121/2021. 

Довод третьего лица о том, что на самом деле арендованное имущество не передавалось и сделка является мнимой и фиктивной противоречит доказательствам, имеющимся в деле, а именно договором аренды, УПД за период с мая по ноябрь 2020 года, договорами между ответчиком и третьими лицами, по транспортировке арендованного имущества, аренде земельного участка для его размещения, обеспечении электроэнергией и т.д., опровергается перепиской между истцом и ответчиком по исполнению договора аренды, перепиской между ответчиком и АО «Сибмост» по поводу арендованного имущества, договорами на реализацию асфальтной смеси третьим лицам, согласно которым бралась плата и за содержание установки. При этом как было установлено из договора между АО «Сибмост» и ОАО «ДСУ-1» расходы на перебазировку и пуско-наладку арендованного имущества нес не арендатор, а заказчик АО «Сибмост».

Передача арендованного имущества и его невозврат также подтверждается показаниями свидетеля, допрошенного по инициативе ответчика, являющегося на момент исполнения договора аренды генеральным директором ответчика.

Также, кредитор ООО «Вэнта» все свои возражения относительно заявленных исковых требований, прежде всего, основывает на доказанности афиллированности заявителя и должника, в связи с чем, по мнению представителей ООО «Вэнта» спорный договор - договор аренды оборудования является мнимой сделкой.

Так, кредитор указывает, что в материалах уголовного дела содержатся сведения, подтверждающие их возражения, в том числе ссылается на объяснения некоторых лиц.

Кредитором ООО «Вэнта» представлены в настоящее дело копии материалов доследственной проверки заявления ООО Компания-ДС. 

Кроме того, кредитором «Вэнта» представляется в арбитражный суд  постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, как доказательство с указанием на то, что обстоятельства, установленные им, не должны доказываться вновь и являются бесспорными. Таким образом, по мнению третьего лица, указание кредитором ООО «Вэнта» на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, а также на объяснения иных лиц, не могут быть доказательствами, подтверждающими или опровергающими те или иные обстоятельства, на которые ссылается сторона в арбитражном процессе. Ходатайств о вызове вышеуказанных лиц в арбитражный процесс в качестве свидетелей от ответчика и третьего лица не поступало.

В судебном заседании был допрошен в качестве свидетеля генеральный директор должника – ФИО19, исполнявший обязанности в период заключения и действия спорного договора аренды. Свидетель суду пояснил, что действительно заключал спорный договор аренды, а не договор оказания услуг. Данный договор является реальной сделкой, свои обязанности арендодатель исполнял надлежащим образом, оборудование не было возвращено по требованию собственника, так как у должника не было средств. 

Наличие между ОАО «ДСУ №1» и ООО «Компания ДС» длительных хозяйственных отношений, что не оспаривается лицами, участвующими в деле, не свидетельствует об их аффилированности.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что отсутствуют основания для признания договора аренды № 21/20 от 30.04.2020 года, недействительным.

На основании вышеизложенного, в удовлетворении встречного искового заявления открытого акционерного общества  «Дорожно-строительное управление № 1» суд отказывает.

В соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы истца по первоначальному иску по уплате госпошлины подлежат взысканию с ответчика в пользу истца, так как решение принято не в пользу ответчика.  Недостающий размер государственной пошлины, в связи с увеличением размера первоначальных исковых требований, подлежит взысканию с ответчика в федеральный бюджет.

         Руководствуясь статьями 110, 156, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС» удовлетворить.

Взыскать с открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1», г. Бийск Алтайского края в пользу общества с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», г. Бийск Алтайского края 14 356 500 руб. долга, а также 19 890 руб. в возмещение судебных расходов по оплате государственной пошлины.

Обязать открытое  акционерное общество «Дорожно-строительное управление №1», г. Бийск Алтайского края вернуть по акту приема-передачи обществу с ограниченной ответственностью «Компания-ДС», г. Бийск Алтайского края переданную по договору аренды № 21/20 от 30.04.2020 года установку асфальтосмесительную КДМ 20137 по адресу: 

<

...> км+242 федеральной дороги Новосибирск-Бийск-Ташанта, в состоянии, в котором она была получена по договору, с учетом нормального естественного износа.

Взыскать с открытого акционерного общества «Дорожно-строительное управление № 1», г. Бийск Алтайского края 80 892 руб. 50 коп. государственной пошлины в доход федерального бюджета.

В удовлетворении встречного искового заявления открытого акционерного общества  «Дорожно-строительное управление № 1» отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию – Седьмой арбитражный апелляционный суд,  г. Томск в течение месяца со дня принятия решения. Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение арбитражного суда первой инстанции может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья                                                                                              Я.В. Захарова