ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ 

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001  E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А66-2350/2023

г. Вологда

02 октября 2024 года

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе  председательствующего Корюкаевой Т.Г., судей Писаревой О.Г. и Шумиловой Л.Ф.  при ведении протокола секретарем судебного заседания Ерофеевой Т.В.,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы  общества с ограниченной ответственностью «Завидово ЖБИ № 1» и  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Строй-Альянс» ФИО1 на определение Арбитражного  суда Тверской области от 17 июня 2024 года по делу № А66-2350/2023,  

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суд а Тверской области (далее – суд) от  29.03.2023 принято к производству заявление межрайонной инспекции  Федеральной налоговой службы № 9 по Тверской области (далее –  уполномоченный орган) о признании несостоятельным (банкротом) общества с  ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Строй-Альянс»  

(ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 171272, 

<

...>; далее  – Общество, должник).  

Определением суда от 13.12.2023 в отношении Общества введена  процедура наблюдения, временным управляющим должника утверждена  ФИО1.  

Решением суда от 24.05.2024 должник признан несостоятельным  (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным  управляющим должника утверждена ФИО1  

ООО «Завидово ЖБИ № 1» (далее – Компания) 16.01.2024 обратилось в  суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника  требования в размере 8 566 327 руб. 65 коп. основного долга.  

Определением суда от 17.06.2024 требование Компании в сумме 

8 566 327 руб. 65 коп. признано обоснованным и подлежащим удовлетворению  после погашения требований кредиторов Общества, указанных в пункте 4  статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  

(банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в очередности, предшествующей  распределению ликвидационной квоты.  

Компания с определением суда от 17.06.2024 не согласилась и обратилась  в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой  просит указанный судебный акт отменить, разрешить вопрос по существу. В  обоснование жалобы апеллянт указал, что дата возникновения признаков  неплатежеспособности судом первой инстанции не установлена. По мнению  апеллянта, признаки неплатежеспособности возникли у должника, начиная с  25.08.2022, а, исходя из доказательств, представленных с требованием,  усматривается, что до даты их возникновения, то есть в период с 27.01.2022 по  24.08.2022 кредитор исполнил денежные обязательства должника на сумму  

4 839 343 руб. 07 коп. Считает, что анализ финансово-хозяйственной  деятельности не отвечает требованиям достоверности и его нельзя принять в  качестве доказательства. Кроме того, по мнению Компании, вопрос о наличии  оснований для понижения очередности требования в оставшейся части,  составляющей 3 726 984 руб. 58 коп., подлежит разрешению с учетом размера  стоимости активов должника, изъятых в середине 2023 года и выкупленных  должником в конце 2023 года, исходя из которой суд первой инстанции должен  был решить вопрос о том, являлись ли признаки неплатежеспособности,  возникшие вследствие недоимки перед уполномоченным органом,  преодолимыми или носящими неизбежный характер.  

Конкурсный управляющий должника ФИО1 с определением  суда от 17.06.2024 также не согласилась и обратилась в Четырнадцатый  арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит указанный  судебный акт отменить и принять новый об отказе в удовлетворении  заявленных требований. В обоснование жалобы апеллянт ссылается на мнимый  характер задолженности, фактическую аффилированность должника и  Компании, несоответствие поведения Компании поведению независимого  участника гражданского оборота. Указывает на то, что практически все  обязательства должника, которые остались не погашенными и включены в  реестр требований кредиторов, существовали в период осуществления  заявителем платежей за должника. Полагает, что в спорный период должник  находился в состоянии неплатежеспособности, у него отсутствовали денежные  средства для исполнения обязательств перед кредиторами.  

Уполномоченный орган и ООО «Техносфера» в отзывах возражали  против удовлетворения апелляционной жалобы Компании.  

Лица, участвующие в рассмотрении спора, надлежащим образом  извещены о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб в порядке,  установленном пунктом 16 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения  законодательства, регулирующего использование документов в электронном  виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов»,  представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассматривается в их  отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Исследовав доказательства по делу, проверив законность и  обоснованность судебного акта, арбитражный суд апелляционной инстанции  приходит к следующим выводам.  

Пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве установлено, что дела о  банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных  предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам,  предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными настоящим  Федеральным законом.  

Согласно пункту 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей участия в  первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к  должнику в течение тридцати календарных дней с даты опубликования  сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в  арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением  судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих  требований. Данные требования включаются в реестр требований кредиторов  на основании определения арбитражного суда о включении указанных  требований в реестр требований кредиторов.  

В силу пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов  включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него  арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на  основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и  размер, если иное не определено настоящим пунктом.  

Согласно статьям 71, 100 Закона о банкротстве требования кредиторов  вне зависимости от того, заявлены по ним возражения или нет, могут быть  включены в реестр требований кредиторов только на основании определения  суда после проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в  реестр требований кредиторов.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что  проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется  судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований  между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие  возражения, с одной стороны и предъявившим требование кредитором с другой  стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам  следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства  наличия и размера задолженности.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  Компания в период с 27.01.2022 по 21.03.2023 на основании обращений  должника исполняла денежные обязательства должника перед третьими лицами  (оплачивала лизинговые платежи) на общую сумму 8 566 327 руб. 65 коп.  

Согласно статьям 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации  (далее – ГК РФ) обязательства, возникшие из договора, должны исполняться  надлежащим образом, в соответствии с условиями обязательства и  

требованиями закона, односторонний отказ от исполнения обязательства и  одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением  случаев, предусмотренных законом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 313 ГК РФ исполнение обязательства  может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных  правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает  обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор  обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.  

Как следует из пункта 2 указанной статьи, если должник не возлагал  исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять  исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих  случаях: 1) должником допущена просрочка исполнения денежного  обязательства; 2) такое третье лицо подвергается опасности утратить свое  право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это  имущество.  

К третьему лицу, исполнившему обязательство должника, переходят  права кредитора по обязательству в соответствии со статьей 387 ГК РФ (пункт  5 статьи 313 ГК РФ).  

В подтверждение заявленных требований представлены платежные  поручения, обращения должника в адрес кредитора, первичные документы,  свидетельствующие о возникновении денежного обязательства должника перед  третьими лицами.  

Таким образом, суд пришел к обоснованному выводу о том, что наличие  задолженности подтверждено надлежащими и достаточными доказательствами.  

Вместе с тем согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации,  изложенной в определении от 01.11.2019 № 307-ЭС19-10177(2,3) и абзаце  девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор),  подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед  заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное  исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание  возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает  арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности  определить очередность удовлетворения данного требования.  

В рассматриваемом случае суд первой инстанции сделал вывод о наличии  правовых оснований для понижения очередности требования Компании.  

Данный вывод апелляционная коллегия считает верным. 

В целях понижения очередности требования кредитора необходимо  установить его аффилированность с должником (осуществление контроля над  ним), а также факт предоставления компенсационного финансирования в  условиях имущественного кризиса последнего.  

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным  лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц либо  

являются по отношению к нему аффилированными. Таким образом, критерии  выявления заинтересованности в делах о несостоятельности через включение в  текст закона соответствующей отсылки сходны с соответствующими  критериями, установленными антимонопольным законодательством.  

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только  через подтверждение аффилированности юридической (в частности,  принадлежности лиц к одной группе компаний через корпоративное участие),  но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца двадцать  шестого статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не  исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда  структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет  избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность  оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности.  

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать и  поведение лиц в хозяйственном обороте.  

О том, что бремя доказывания аффилированности – а точнее, ее  отсутствия, – лежит на потенциально связанном с должником  кредиторе, Верховный Суд Российской Федерации указывал во множестве  своих решений. По сложившейся практике, суд может возложить на него  обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки  либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.  

Кредиторам должника достаточно заявить разумные сомнения или  возражения, после чего бремя доказывания обоснованности требований  переходит на заявителя этих требований.  

При этом аффилированный кредитор не имеет каких-либо препятствий  для представления суду полного набора дополнительных доказательств,  находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит,  устраняющего все разумные сомнения по поводу истинной цели сделки.  

В силу статьи 65 АПК РФ на предъявившей требование Компании лежало  бремя доказывания того, что в рассматриваемых отношениях должник и  кредитор действовали самостоятельно, независимо друг от друга, в отсутствие  соглашения между ними, а их поведение не являлось скоординированным.  

Таких доказательств не представлено. 

Судом первой инстанции по результатам анализа бухгалтерской  отчетности Общества установлено, что финансовым результатом должника в  2022 году стал убыток в размере 23,6 млн руб., в 2023 году – убыток в размере  27,9 млн руб.  

Доводы апеллянта о необходимости учета для определения качества  финансового состояния должника показателя превышения размера активов над  суммой убытка отклоняются апелляционной коллегией.  

Исходя из данных бухгалтерской отчетности Общества, на протяжении  2022 – 2023 годов должник обладал признаками недостаточности имущества,  поскольку размер его денежных обязательств значительно превышал стоимость  имущества (активов) должника: так в 2022 году при балансовой стоимости  активов Общества в размере 104,4 млн руб. размер его обязательств составлял  116,4 млн руб., в 2023 году – 10,9 млн руб. и 50,7 млн руб. соответственно.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца  тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве обстоятельства наличия у  должника задолженности перед кредитором, требования которого в  последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним  сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения  оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника.  

В данном случае на момент предоставления Компанией финансирования  Обществу у последнего уже имелись кредиторы, чьи требования впоследствии  включены в реестр требований кредиторов (уполномоченный орган,  

ООО Дорсервис», ООО «Техносфера», ООО «АФЕКСГРУПП», ООО «Конто- Ойл»).  

Из анализа финансово-хозяйственной деятельности должника,  осуществленного временным управляющим и представленного в материалы  дела, следует, что по состоянию на 31.12.2022 размер чистых активов должника  составлял отрицательную величину, к 31.12.2023 отрицательная величина  чистых активов еще более увеличилась.  

Коэффициент автономии должника по состоянию на 31.12.2021 был  равен 0,08 при его нормативном исчислении в размере, превышающем 0,45, на  31.12.2022 уже был равен –0,11, по состоянию на 31.12.2023 еще более  уменьшился и был равен –3,67, что по итогам 2022 и 2023 годов  свидетельствует об отсутствии у организации собственного капитала, его  значении ниже нормы по итогам 2021 года.  

Ссылки апеллянта на необходимость учета и определения финансового  состояния должника по состоянию на конец 2021 года несостоятельны и  отклоняются апелляционной коллегией.  

Как следует из материалов дела, коэффициент обеспеченности  собственными оборотными средствами должника был отрицательным по  итогам 2021, 2022, 2023 годов при его нормативном значении 0,1 и более.  

Значения коэффициента обеспеченности собственными оборотными  средствами в течение периода 2021 – 2023 годов не укладывались в  нормативные.  

Коэффициенты как текущей, так и абсолютной ликвидности должника по  итогам 2021, 2022, 2023 годов имели значение ниже установленных норм.  

Вопреки мнению апеллянта, определение суда от 13.12.2023 о введении в  отношении Общества процедуры наблюдения не содержит выводов о  появлении у должника признаков неплатежеспособности с 25.08.2022.  

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к правильному  выводу о нахождении Общества в состоянии финансового кризиса в период  осуществления за него платежей Компанией.  

При этом судом первой инстанции установлено, что Компания и  Общество являлись аффилированными лицами, поскольку контролировались и  управлялись родными братьями: единственным участником и руководителем  должника был ФИО2, а Компании – ФИО3.  

В условиях осведомленности о финансовом кризисе Общества, заявитель  не раскрыл разумные мотивы осуществления кредитором платежей за  должника.  

Кредиторы, возражающие против заявленных требований в порядке,  предусмотренном пунктом 3 статьи 71 или пунктом 3 статьи 100 Закона о  банкротстве, вправе обозначить сомнения в аффилированности заявителя с  должником на предмет соответствия его статусу конкурсного кредитора, а  последний обязан опровергнуть данный факт либо подтвердить его с учетом  реальности гражданских правоотношений и, соответственно, предъявленного  денежного обязательства, равного по своей природе требованию обычного, не  входящего с должником в группу лиц.  

Если аффилированный кредитор не представляет такого рода  доказательства, то считается, что он отказался от опровержения факта, о  наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его  процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 АПК РФ).  

Таким образом, согласованность действий должника и Компании  предполагается.  

В пункте 4 Обзора указано, что очередность удовлетворения требования  кредитора, аффилированного с лицом, контролирующим должника, может быть  понижена, если этот кредитор предоставил компенсационное финансирование  под влиянием контролирующего должника лица.  

Исходя из заложенной в Обзоре презумпции, не устраненные Компанией  разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им  финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых  кредиторов (пункт 3.4 Обзора).  

Поскольку требование Компании о взыскании денежных средств за  осуществление кредитором платежей за должника, по сути, является  требованием о возврате компенсационного финансирования, то к нему  применим соответствующий режим удовлетворения.  

Суд апелляционной инстанции констатирует, что апелляционные жалобы  не содержат никаких доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции  и какие-либо основания для отмены или изменения судебного акта.  

Судом первой инстанции полно и всесторонне исследованы  обстоятельства дела, нарушений или неправильного применения норм  материального и процессуального права не допущено, оснований для отмены  определения суда апелляционная коллегия не усматривает.  

Расходы по уплате государственной пошлины относятся на апеллянтов в  силу статьи 110 АПК РФ, так как в удовлетворении жалоб отказано.  

Руководствуясь статьями 110, 268, 269, 271, 272 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный  апелляционный суд  

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Тверской области от 17 июня  

2024 года по делу № А66-2350/2023 оставить без изменения, апелляционные  жалобы общества с ограниченной ответственностью «Завидово ЖБИ № 1» и  конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью  «Строй-Альянс» ФИО1 – без удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Завидово ЖБИ   № 1» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере  

3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Строй-Альянс»  в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере  

3 000 руб. за рассмотрение апелляционной жалобы. 

Постановление может быть обжаловано в течение месяца со дня  принятия в Арбитражный суд Северо-Западного округа.  

Председательствующий Т.Г. Корюкаева  

Судьи О.Г. Писарева 

Л.Ф. Шумилова