АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-6107/2019

23 декабря 2019 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 18 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Кушнаревой И.Ф.

судей Лазаревой И.В., Шведова А.А.

при участии:

от ПАО Сбербанк – ФИО1, по доверенности от 26.02.2018 № ДВБ/234-Д, ФИО2, по доверенности от 05.07.2019 № ДВБ/177-Д

от конкурсного управляющего ООО «Восточный проект»                     ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 01.03.2019 № 1/3670/2016

от ФИО5 – ФИО6, по доверенности от 23.05.2019 № 27 АА 1143284

от ФИО7 – ФИО6, по доверенности от 07.06.2019 № 27 АА 1424600

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу публичного акционерного общества «Сбербанк России» 

на определение Арбитражного суда Хабаровского края от 15.07.2019, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019

по делу №  А73-3670/2016 

по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 117997, 

<

...>)

о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7 и ФИО5 в размере 498 997 550,20 руб. 

в рамках дела о признании общества с ограниченной ответственностью «Восточный проект» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес: 682800, 

<

...>) несостоятельным (банкротом)

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Хабаровского края от 23.03.2016 по заявлению ФИО8 возбуждено производство по делу о признании общества с ограниченной ответственностью «Восточный проект» (далее - ООО «Восточный проект», должник) несостоятельным (банкротом). 

Определением от 12.09.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.  

Определением от 12.05.2017 в отношении ООО «Восточный проект» введена процедура внешнего управления сроком на 18 месяцев, внешним управляющим ООО «Восточный проект» утвержден ФИО3

Решением суда от 16.04.2018 (резолютивная часть оглашена 09.04.2018) ООО «Восточный проект» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО3 

Определением от 20.06.2018 конкурсным управляющим                             ООО «Восточный проект» утвержден ФИО3 

В рамках дела о банкротстве ООО «Восточный проект» публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк, кредитор, Банк) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением к ФИО7, ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании 498 997 550, 20 руб. 

Определением от 15.07.2019, оставленным без изменения постановлением Шестого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019, в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме. 

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ПАО Сбербанк обратилось в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационной жалобой, в которой просит определение от 15.07.2019 и апелляционное постановление от 16.10.2019 отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований.

По мнению заявителя жалобы, суды пришли к ошибочному выводу об отсутствии у ФИО7 обязанности по обращению 05.02.2016 в суд с заявлением о признании ООО «Восточный проект» несостоятельным (банкротом), при доказанности заявителем признаков неплатежеспособности ООО «Восточный проект» уже во второй половине 2015 года. Отмечает, что должник, начиная с октября 2015 года добровольных гашений задолженности перед Банком не производил; по кредитным договорам, заключенным с ООО «Цивилизация», ООО «Привал»,                                                ИП ФИО10, ИП ФИО11, по которым ООО «Восточный проект» выступает поручителем, должник перестал исполнять свои обязанности по гашению задолженности, начиная с 05.02.2016. При этом указывает, что 05.01.2016 ООО «Восточный проект» получило требование от                   ФИО12 о погашении задолженности в размере 584 319 167, 49 руб. Выражает несогласие с выводом суда относительно того, что возникновение признаков банкротства ООО «Восточный проект» следует рассматривать в совокупности с финансовыми показателями всей Группы компании «Минутка». Ссылается на то, что вывод судов о непредставлении заявителем доказательств наличия вины руководителя должника применительно к требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) и пункта 2 статьи 61.12  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) сделан с нарушением принципа распределения бремени доказывания. Считает доказанным наличие совокупности всех обстоятельств, установленных пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, учитывая заключение контролирующими должника лицами фиктивных сделок с аффилированными лицами в целях причинения вреда кредиторам должника и сокрытия доходов в отсутствии доказательств обратного. Исходя из правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8), приводит доводы о необходимости проведения исследования вопроса о мнимости заключенных договоров аренды.

ФИО7, ФИО9, отмечая законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, представили возражения на приведенные в кассационной жалобе доводы. В обоснование своей позиции ответчики сослались на несостоятельность довода заявителя о нецелесообразности установления того обстоятельства, что возникновение признаков банкротства ООО «Восточный проект» следует рассматривать в совокупности с финансовыми показателями всей Группы компании «Минутка». Ссылаясь на то, что величина активов должника существенно превышала величину его пассивов, отмечают отсутствие у руководителей оснований для подачи заявления о признании ООО «Восточный проект» банкротом в 2015 году, учитывая, что сведениями о финансовой состоянии должника они стали обладать в конце  марта 2016 года. Приводят доводы о добросовестном исполнении обязанностей в интересах должника и отсутствии причинно-следственной вязи между действием (бездействием) ответчиков в результате заключения сделок и банкротством должника. Указывают на несостоятельность довода заявителя относительно нарушения судами норм процессуального права о распределении бремени доказывания. 

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ПАО Сбербанк поддержала доводы, изложенные в кассационной жалобе; представитель конкурсного управляющего ООО «Восточный проект»                     ФИО3 согласился с позицией заявителя; представитель ответчиков просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу без удовлетворения.

Проверив по правилам статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, в пределах доводов кассационной жалобы, судебная коллегия Арбитражного суда Дальневосточного округа приходит к следующему.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и следует из материалов дела, ФИО7 являлся учредителем общества с 05.08.2010, также являлся директором общества с 10.12.2015. ФИО5 являлся директором общества с 20.11.2008 по 10.12.2015. 

Предъявляя в рамках дела о банкротстве требования к бывшим руководителям должника и учитывая период совершения ответчиками предполагаемых неправомерных действий (бездействия), послуживших, по мнению кредитора, необходимой причиной объективного банкротства должника, Банк просит привлечь ФИО7, ФИО11 к субсидиарной ответственности на основании статей 9, 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) в редакциях, действовавших до вступления в законную силу положений Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях».

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 указанного Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Федерального закона.

В обоснование своей позиции Банк указал, что начиная с октября 2015 должник добровольных гашений задолженности перед кредитором не производил. При этом 05.01.2016 ООО «Восточный проект» получило требование от ФИО13 о погашении задолженности в размере                        584 319 167, 49 руб., а 02.02.2016 – требование от ПАО Сбербанк о погашении задолженности перед Банком (по кредитным договорам, заключенным с ООО «Цивилизация», ООО «Привал»,                                                       ИП ФИО10, ИП ФИО11, по которым должник выступает поручителем). 

Таким образом, по мнению заявителя, начало исчисления срока на подачу заявления в суд о признании должника несостоятельным (банкротом) следует исчислять с 05.02.2016, поскольку с этого момента общество стало обладать признаками недостаточности имущества должника, превышением размера денежных обязательств над стоимостью имущества (активов) должника.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ответчиков по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 9 Закона о банкротстве, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в пункте 9 постановления от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума  № 53), правовой позицией, изложенной в пункте 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, и исходил из недоказанности момента, с которого руководители должника должны были обратиться с заявлением о признании общества банкротом. 

Согласно пункту 4 постановления Пленума № 53 под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов. 

В силу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника. 

Принимая при установлении признаков несостоятельности необходимо оценивать их наличие или отсутствие по совокупности обстоятельств. 

Как указал Верховный суд Российской Федерации в определении от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, показателей только бухгалтерской отчетности для вывода о наступлении условий, предусмотренных статьей 9 Закона о банкротстве, недостаточно. 

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче заявления должника в арбитражный суд, должны объективно отображать наступление критического для общества финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц. Действующее законодательство не предполагает, что руководитель общества обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, как только активы общества стали уменьшаться, наоборот данные обстоятельства позволяют принять необходимые меры по улучшению его финансового состояния. 

Суд первой инстанции, с выводами которого согласился апелляционный суд, отметил, что наличие у  ООО «Восточный проект» задолженности перед Банком, не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацами пятым и шестым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, поскольку отражает лишь общие сведения по тем или иным позициям активов и пассивов применительно к определенному отчетному периоду.

Кроме того, судебными инстанциями учтена позиция Конституционного Суда Российской Федерации, изложенная в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, согласно которой формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве.

Также судами обеих инстанций не установлено оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска

В пункте 1 постановления Пленума № 53 указано, что привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

При рассмотрении обособленного спора суды установили, что                       ООО «Восточный проект» входит в группу компаний «Минутка», основной деятельностью которой является розничная и оптовая торговля, оказание услуг населению, гостиничный бизнес; коллектив компании около 600 человек; группа компаний «Минутка», в том числе общество «Привал», расположенные в г. Советская Гавань (численность население немногим более 20 000 человек),  предоставляли населению обширный спектр, как социальных услуг, так и обеспечивали досуг.  

Требования кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, ПАО Сбербанк, АО «Россельхозбанк» возникли из договоров поручительства и залога, в которых должник как поручитель и залогодатель обязался солидарно с заемщиком отвечать перед банком как кредитором группы компаний «Минутка» за исполнение в полном объеме обязательств по договорам об открытии кредитной линии. 

Вместе с тем суды сочли, что наличие заключенных договоров поручительства и залога, вступивших в законную силу судебных актов о взыскании задолженности не свидетельствует о немедленном возникновении признаков банкротства у поручителя и залогодателя ООО «Восточный проект». Следовательно, без оценки возможности погашения задолженности перед банком иными поручителями и залогодателями, определить наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества должника у ООО «Восточный проект» не представляется возможным. 

Деятельность общества продолжалась до введения процедуры банкротства должника, что подтверждается показателями финансово-экономической деятельности ООО «Восточный проект» за 2013, 2014, 2015 года, сведениями об отсутствии задолженности по заработной платы перед работниками и по обязательным платежам. Более того, определением суда от 12.05.2017 в отношении ООО «Восточный проект» вводилось внешнее управление. В указанном определении судом установлено, что на текущий момент основным видом деятельности должника является сдача торговых площадей в аренду, от оказания данных услуг ООО «Восточный проект» получает постоянный ежемесячный доход в размере 161 888, 89 руб., что свидетельствует о стабильности финансового положения должника. 

При этом задолженность, возникшая 05.02.2016, с которой Банк связывает возникновение неплатежеспособности или недостаточности имущества должника ООО «Восточный проект», составляет                                         584 337 879, 02 руб., возникшей на основании договора цессии от 30.12.2015, который в дальнейшем был признан недействительным.

Лицами, участвующими в деле не представлены доказательства, что заключенные сделки директорами ООО «Восточный проект»                   ФИО7 и ФИО11 причинили ущерб обществу и его кредиторам и повлекли рост задолженности по зарплате перед работниками. 

При этом, оценивая действия по совершению должником сделок (аренды, займа, уступки права требования), одна из которых впоследствии была признана недействительной апелляционным определением Хабаровского краевого суда от 13.06.2018 по делу № 33-3360/2018, суд первой инстанции счел недоказанным наступление негативных последствий совершения этих сделок, поскольку перенаправление финансового дохода в пользу других лиц и увеличение кредиторской задолженности должника не произошло.

Учитывая разъяснения, содержащиеся в пунктах 9, 16 постановления  Пленума № 53, суд первой инстанции принял во внимание раскрытие ответчиками экономических мотивов заключения сделок.

Доводы о заключении договоров аренды с аффилированными лицами по заниженным ценам обоснованно отклонены судами со  ссылкой на то, что ООО «Восточный проект» с 2016 года повысило арендную плату, что очевидно отвечает интересам его кредиторов. Кроме того, по условиям договоров заключенным с 2016 года, арендаторы приняли на себя существенные финансовые обязательства по обеспечению за свой счет коммунального содержания и сохранности объектов недвижимости                      ООО «Восточный проект». 

При этом отмечено, что Банк являлся залогодержателем части данного имущества, однако по арендным отношениям должника с ООО «САМБЕРИ»,                         ООО «Стройальянс», ООО «Бизнесгруппа» возражений не заявлял, сделки не обжаловал. 

Ссылка Банка на нарушение права кредиторов в виде заключения договоров аренды ниже рыночной цены судом не принята, поскольку носит предположительный характер, доказательств возможности заключения таких сделок в материалы не представлено. 

На основании изложенного суды первой и апелляционной инстанций, оценив представленные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств по правилам главы 7 АПК РФ, пришли к обоснованному выводу о недоказанности ПАО Сбербанк совокупности условий, необходимых для привлечения ФИО7 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям статей 9, 10 Закона о банкротстве.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в материалах дела доказательствам.

Доводы заявителя кассационной жалобы повторяют утверждения, исследованные и правомерно отклоненные судами первой и апелляционной инстанций и не могут служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм материального и процессуального права, а направлены на несогласие с выводами судов обеих инстанции и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных в статье 286, части 2 статьи 287 АПК РФ.

Процессуальных нарушений, перечисленных в части 4 статьи 288 АПК РФ, влекущих безусловную отмену судебных актов, не установлено.

При изложенных обстоятельствах основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 15.07.2019, постановление Шестого арбитражного апелляционного суда от 16.10.2019 по делу №  А73-3670/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                           И.Ф. Кушнарева                   

Судьи                                                                                    И.В. Лазарева         

 

А.А. Шведов