АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

НИЖЕГОРОДСКОЙ ОБЛАСТИ 

Именем Российской Федерации 

Р Е Ш Е Н И Е

 Дело № А43-27247/2023 

г. Нижний Новгород 20 марта 2025 года  

Резолютивная часть решения объявлена 17 марта 2025 года 

Полный текст решения изготовлен 20 марта 2025 года 

Арбитражный суд Нижегородской области в составе:  

судьи Главинской Алёны Александровны (шифр дела 55-763), при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Богатыревой К.Ф., рассмотрев в судебном заседании дело 

по иску общества с ограниченной ответственностью «Юникор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) г. Дзержинск, Нижегородская область,  

к ответчикам ФИО1 (ИНН 

<

***>), ФИО2, ФИО3  

о привлечении к субсидиарной ответственности и солидарном взыскании 51 959 руб. 38 коп., в связи с неявкой сторон, аудиозапись не велась 

установил:

иск заявлен о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КликПарт» и солидарном взыскании 51 959 руб. 38 коп.  

 Стороны, надлежащим образом, извещенные надлежащим образом извещенные о рассмотрении дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.  

 На основании ст. 156 АПК РФ дело рассмотрено в отсутствие сторон. 

 Определением от 23.10.2024 принят отказ от заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности признанного умершим ФИО4 (ИНН 

<

***>).  

 Рассмотрев заявленный отказ, суд установил, что он не противоречит закону и не нарушает прав иных лиц, в связи с чем производство по делу в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 (ИНН 

<

***>) подлежит прекращению на основании пункта 4 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Исследовав материалы дела, суд усматривает основания для удовлетворения исковых требований, исходя из следующих обстоятельств дела, норм материального и процессуального права.  

 Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 03.08.2021 по делу № А43-16697/2021 взыскано с общества с ограниченной ответственностью «КликПарт»(ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) г. Нижний Новгород в пользу общества с ограниченной ответственностью «Юникор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) г. Дзержинск Нижегородской области 36 929 руб. 20 коп. задолженности по договору поставки от 13.02.18 (универсальные передаточные документы за период с 09.01.20 по 19.03.20), 18 095 руб. 30 коп. договорной неустойки за период с 01.04.20 по 03.08.21 и 2 078 руб. госпошлины.  

 26.04.2022 взыскателю выдан исполнительный лист серии ФС 036572136, на основании которого было возбуждено исполнительное производство № 86439/21/52005-ИП от 06.12.2021г.  

 12.08.2022 вынесено постановление об окончании исполнительного производства и возвращению исполнительного листа взыскателю в связи с невозможностью установить местонахождение Должника, его имущества либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, вкладах или хранении в кредитных организациях.  

 Требования исполнительного документа не исполнены, размер задолженности ООО «КликПарт» перед ООО «Юникор» составляет 51 959 руб. 38 коп.  

 ООО «КЛИКПАРТ» зарегистрировано в качестве юридического лица 12.11.2015, о чем в ЕГРЮЛ внесена соответствующая запись.  

 15.09.2022 внесена запись о прекращении деятельности ООО «КликПарт» в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности в Единый государственный реестр юридических лиц.  

 Директором Общества с 12.11.2015 по 12.10.2020 являлся ФИО2.  

 Учредителем Общества с 12.11.2015 по 30.04.2021 являлся ФИО3, с 30.04.2021 - ФИО1.  

 Полагая, что в связи с исключением недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ ответчики, как лица, контролирующее ООО «КликПарт», обязаны возместить исполнителю убытки в виде неполученных денежных средств по исполнительному листу серии ФС № 036572136, истец обратился в суд с настоящим иском.  

Согласно статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Они несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием) (пункты 1 и 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон № 14-ФЗ, Закон об ООО)).  

Согласно пункту 1 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации считается фактически прекратившим свою деятельность и подлежит исключению из ЕГРЮЛ в порядке, установленном законом о государственной регистрации юридических лиц, юридическое лицо, которое в течение двенадцати месяцев, предшествующих его исключению из указанного реестра, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету (недействующее юридическое лицо).  

В пункте 3 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что исключение недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ не препятствует привлечению к ответственности лиц, указанных в статье 53.1 названного кодекса.  

Согласно пункту 1 статьи 399 Гражданского кодекса Российской Федерации до предъявления требований к лицу, которое в соответствии с законом, иными правовыми актами или условиями обязательства несет ответственность дополнительно к ответственности другого лица, являющегося основным должником (субсидиарную ответственность), кредитор должен предъявить требование к основному должнику. Если основной должник отказался удовлетворить требование кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответ на предъявленное требование, это требование может быть предъявлено лицу, несущему субсидиарную ответственность.  

В силу пункта 1 статьи 21.1 Закона о регистрации юридических лиц юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически  

прекратившим свою деятельность. Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном данным законом.  

Предусмотренный указанной нормой порядок исключения юридического лица из ЕГРЮЛ применяется также в случае наличия в ЕГРЮЛ сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи (пункт 5 статьи 21.1 Закона о регистрации юридических лиц).  

В соответствии c правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2020 № 307-ЭС20-180 по делу № А21-15124/2018, для кредиторов юридических лиц, исключенных из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о регистрации юридических лиц законодателем предусмотрена возможность защитить свои права путем предъявления исковых требований к лицам, указанным в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ (лицам, уполномоченным выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица), о возложении на них субсидиарной ответственности по долгам ликвидированного должника. Соответствующие положения закреплены в пункте 3.1 статьи 3 Закона № 14-ФЗ.  

Согласно указанной норме одним из условий удовлетворения требований кредиторов является установление того обстоятельства, что долги общества с ограниченной ответственностью перед кредиторами возникли из-за неразумности и недобросовестности лиц, указанных в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В силу положений пункта 1 статьи 48, пунктов 1 и 2 статьи 56, пункта 1 статьи 87 Гражданского кодекса Российской Федерации законодательство о юридических лицах построено на основе принципов отделения их активов от активов участников, имущественной обособленности, ограниченной ответственности и самостоятельной правосубъектности.  

Это предполагает наличие у участников корпораций, а также лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений и, по общему правилу, исключает возможность привлечения упомянутых лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам юридического лица перед иными участниками оборота.  

В то же время из существа конструкции юридического лица вытекает запрет на использование правовой формы юридического лица для причинения вреда независимым участникам оборота (пункты 3 - 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10, статья 1064 ГК РФ, пункты 1 и 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", далее - постановление № 53).  

Следовательно, в исключительных случаях участник корпорации и иные контролирующие лица (пункты 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ) могут быть привлечены к ответственности перед кредитором данного юридического лица, в том числе при предъявлении соответствующего иска вне рамок дела о банкротстве, если неспособность удовлетворить требования кредитора спровоцирована реализацией воли контролирующих лиц, поведение которых не отвечало критериям добросовестности и разумности, и не связано с рыночными или иными объективными факторами, деловым риском, присущим ведению предпринимательской деятельности.  

Так, участник корпорации или иное контролирующее лицо могут быть привлечены к ответственности по обязательствам юридического лица, которое в действительности оказалось не более чем их "продолжением" (alter ego), в частности, когда самим участником допущено нарушение принципа обособленности имущества юридического лица, приводящее к смешению имущества участника и общества (например, использование участником банковских счетов юридического лица для проведения расчетов со своими кредиторами), если это создало условия, при которых осуществление расчетов с кредитором стало невозможным. В подобной ситуации правопорядок относится к корпорации так же, как и она относится к себе, игнорируя принципы ограниченной ответственности и защиты делового решения.  

К недобросовестному поведению контролирующего лица с учетом всех обстоятельств дела может быть отнесено также избрание участником таких моделей ведения хозяйственной деятельности в рамках группы лиц и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства перед независимыми участниками оборота, например, перевод деятельности на вновь созданное юридическое лицо в целях исключения ответственности перед контрагентами и т.п. (определения  

Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.11.2022 N 305-ЭС22-11632, от 15.12.2022 N 305-ЭС22-14865).  

При этом исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени, недостоверность данных реестра и т.п.), не препятствует привлечению контролирующего лица к ответственности за вред, причиненный кредиторам (пункт 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью), но само по себе не является основанием наступления указанной ответственности (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 N 306-ЭС19-18285, от 25.08.2020 N 307-ЭС20-180, от 30.01.2023 N 307-ЭС22-18671).  

Изложенное соответствует правовой позиции Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 06.03.2023 N 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020.  

Кроме того, из принципов ограниченной ответственности и защиты делового решения (пункт 1 постановления № 53) следует, что подобного рода ответственность не может и презюмироваться, даже в случае исключения организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании статьи 21.1 Закона о государственной регистрации. При разрешении такого рода споров истец должен доказать, что невозможность погашения долга перед ним возникла по вине ответчика в результате его неразумных либо недобросовестных действий.  

Критерии добросовестности и разумности действий руководителя юридического лица приведены в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление № 62)  

В пунктах 4 и 5 Постановления № 62 установлено, что добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки. При оценке добросовестности и разумности подобных действий (бездействия) директора арбитражные суды должны учитывать, входили или должны ли были, принимая во внимание обычную деловую практику и масштаб деятельности юридического лица, входить в круг непосредственных обязанностей директора такие выбор и контроль, в том числе не были ли направлены действия директора на уклонение от ответственности путем привлечения третьих лиц.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений.  

Исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285).  

В соответствии правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020, в соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65  

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации процессуальная деятельность суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор.  

Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53).  

При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 N 6-П).  

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.03.2023 № 304-ЭС21-18637 по делу № А03-6737/2020 относительно процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания по данной категории дел, указано, что соответствии с положениям части 3 статьи 9, части 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации она должна осуществляться с учетом необходимости выравнивания объективно предопределенного неравенства в возможностях доказывания, которыми обладают контролирующее должника лицо и кредитор. Предъявляя иск к контролирующему лицу, кредитор должен представить доказательства, обосновывающие с разумной степенью достоверности наличие у него убытков, недобросовестный или неразумный характер поведения контролирующего лица, а также то, что соответствующее поведение контролирующего лица стало необходимой и достаточной причиной невозможности погашения требований кредиторов. В случае предоставления таких доказательств, в том числе убедительной совокупности косвенных доказательств, бремя опровержения утверждений истца переходит на контролирующее лицо - ответчика, который должен, раскрыв свои документы, представить объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 56 постановления № 53). При этом суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).  

Суд в порядке статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации истребовал следующую информацию и документы:  

у ИНФС России по Нижегородскому району г. Н. Новгорода информацию об открытых (закрытых) банковских счетах общества с ограниченной ответственностью "Кликпарт".  

у АО "Тинькофф Банк", ВОЛГО-ВЯТСКОГО БАНКА ПАО СБЕРБАНК  

расширенные выписки с банковских счетов (депозитах), открывавшихся обществу с ограниченной ответственностью "КЛИКПАРТ".  

ИФНС направило в адрес суда данные налоговой отчетности ООО «КЛИКПАРТ». Вместе с тем, сведения о налоговой отчетности за 2021 год отсутствуют.  

Исходя из представленных сведений за 2020 год, а именно, декларации по налогу на прибыль организации (квартальный период, за первые 3 месяца) чистая прибыль организации составила 50 298 рублей.  

В дальнейшем, ООО «КЛИКПАРТ» фактически прекратило вести хозяйственную деятельность, что подтверждается отрицательным значением прибыли по истечении 8 месяцев 2020 года. Фактическое прекращение деятельности также подтверждается и тем, что итоговая годовая отчетность за 2020 года так и не была представлена в налоговую инспекцию.  

В материалы дела также поступили выписки по расчетным счетам, движении денежных средств ООО «КЛИКПАРТ», открытых в АО «Тинькофф Банк» (р/с 

<

***>) ПАО «Сбербанк» (р/с 

<

***>).  

Исходя из данных выписок основные денежные средства ООО «КЛИКПАРТ» аккумулировались на расчётном счете ПАО «СБЕРБАНК», с помощью данного счета организация вела свою хозяйственную деятельность. При этом, расчетный счет АО «Тинькофф Банк» использовался в основном для оплаты обязательных платежей, для переводов между счетами, вывода денежных средств, и расчетов с некоторыми контрагентами (получение денежных средств за услуги по перевозки грузов, являющейся не основной деятельностью организации).  

Расчетный счет АО «Тинькофф Банк» открыт 10.10.2018 закрыт 10.03.2021 (фактически операции прекращены 12.10.2020). Таким образом, данный счет фактически перестал использоваться в день прекращения полномочий директора общества ФИО5 и закрыт за месяц до прекращения полномочий учредителя ФИО3  

После этого согласно, документам управление обществом передано ФИО4 и ФИО1  

С января 2020 года по данному расчетному счету организация исключительно получала денежные средства, осуществляла переводы между своими счетами.  

При этом в указанный период учредителю ФИО3 произведены перечисления денежных средств на общую сумму 345 000 рублей в качестве назначения платежей указаны договоры займа.  

О фактическом прекращении деятельности также свидетельствует и то обстоятельство, что САО «ВСК» произвело возврат неиспользуемой части страховой премии по четырем автомобилям по договору страхования 21.08.2020 год (строка 140-143 выписки АО «Тинькофф Банк»).  

АО «АльфаСтрахование» также произвело возврат неиспользуемой части страховой премии по четырем договорам страхования 28.08.2020 год (строка 144- 147 выписки АО «Тинькофф Банк»).  

При этом, согласно выписке с расчетного счета ПАО «Сбербанк» у ООО «КЛИКПАРТ», имелось три договора лизинга транспортных средств:  

Договор лизинга № 1949НН-КПК/03/2018 от 21.03.2018 Договор лизинга № 1947НН-КПК/01/2018 от 21.03.2018 Договор лизинга № 1950НН-КПК/04/2018 от 21.03.2018 

По всем договорам ООО «КЛИКПАРТ» выплатило отступные платежи ООО «РЕСО Лизинг за период июнь-июль 2020 года (строка 37269, 37979, 37980).  

Отступные платежи выплачиваются при досрочном прекращении договора лизинга. 

Строка 140-143 выписки АО «Тинькофф Банк» содержит номера страховых полисов ОСАГО на автомобили, по которым была возвращена страховая премия.  

Согласно размещенной в открытом доступе в сети "Интернет" базе данных РСА, в которой можно проверить информацию об автомобиле по страховому полису, собственником автомобилей, по которым досрочно возвращена страховая премия, является ООО «Ресо-Лизинг», а страхователем ООО «КЛИКПАРТ».  

Согласно сведениям, размещенным на сайте ГИБДД, все три автомобиля находились во владении юридического лица, однако. с сентября 2020 по октябрь 2020 года, владельцами автомобилей стали физические лица. Данный факт свидетельствует о реализации имеющегося имущества ООО «КЛИКПАРТ».  

Доказательств внесения денежных средств, полученных от реализации трёх автомобилей, в кассу или на счет юридического лица не представлено.  

Расчетный счет в ПАО «Сбербанк» был открыт 20.11.2015 года и закрыт 09.09.2020 года. 

Исходя из изложенного, следует, что ООО «КЛИКПАРТ» не намерено было продолжать свою деятельность, поскольку имеющееся у него имущество (с помощью которого могло  

удовлетворить требования истца) реализовано, денежные средства выведены с расчётных счетов, впоследствии их закрыв, задолго до того, как общество было ликвидировано. При этом никаких попыток к погашению задолженности не предпринималось.  

Впоследствии, ООО «КЛИКПАРТ» исключено из ЕГРЮЛ и исполнение обязательств им оказалось невозможным.  

На дату принятия решения о смене директора и учредителя ФИО5 и ФИО3 было известно о наличии задолженности ООО «КЛИКПАРТ» перед ООО «Юникор».  

При этом, ни ФИО5, ни ФИО3, достоверно зная из судебных актов о наличии задолженности перед истцом не предприняли мер к погашению задолженности, произведя при  

этом перечисление денежных средств в сумме 345 000 руб. ФИО3, и реализовав три транспортных средства, выручка от реализации которых не поступила юридическому лицу (доказательств обратного не представлено).  

ООО «КЛИКПАРТ» систематически принимало на себя обязательства, которые заведомо не собиралось исполнять, при этом, какие либо меры к погашению задолженности либо к обращению в суд о признании ООО «КЛИКПАРТ» банкротом ответчиками не предпринимались, что позволяет сделать вывод о недобросовестности участников общества и доведения общества до банкротства.  

ФИО1, согласно реестру дисквалифицированных лиц, дважды был дисквалифицирован по основаниям ч. 5 ст. 14.25 КоАП РФ. Даты начала дисквалификации 23.08.2022 и 04.10.2022. Обе дисквалификации сроком на один год.  

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, что ФИО4, ФИО1, будучи директором и учредителем ООО «КЛИКПАРТ» принимали какие-либо действия по фактическому управлению обществом, в частности отсутствуют сведения о наличии каких-либо хозяйственных операций, о сдаче обязательной отчетности. Однако, сам по себе статус "номинальных" руководителя и учредителя общества не может являться основанием для освобождения от ответственности.  

Вместе с тем, учредители ФИО3 и ФИО1, устранились от контроля за финансово-хозяйственной деятельностью общества, не проявив должной степени заботливости и осмотрительности для надлежащего исполнения обязанности по контролю за деятельностью общества, и в силу положений статей 15, 401 ГК РФ несут ответственность за бездействие, которое привело к нерациональной хозяйственной деятельности и последующему исключению общества из ЕГРЮЛ.  

При этом, учредитель, имеющий право осуществлять контроль за деятельностью юридического лица, самоустраняясь от хозяйственной деятельности организации, сохранив при этом право на получение дохода в период финансовой стабильности, освобождается от какой-либо имущественной ответственности перед кредиторами за принятие неразумных экономических решений, выбранным им руководителем, что противоречит принципам привлечения контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.  

В материалах дела отсутствуют документы или сведения, подтверждающие то, что ФИО3 и впоследствии ФИО1 как мажоритарными участниками общества, предпринимались какие-либо действия по контролю за финансово-хозяйственной деятельностью общества в целях недопущения исключения общества из ЕГРЮЛ, в том числе по смене единоличного исполнительного органа должника.  

При этом, как указано выше, ФИО3 предпочтительно перед независимыми кредиторами имущества получены денежные в средства в сумме 345 000 руб. по договорам займа.  

При этом самих договоров займа, подтверждающих их реальное существование, ответчиками в материалы дела не представлено.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в постановлении от 21.05.2021 № 20-П «По делу о проверке конституционности пункта 3.1 статьи 3 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» в связи с жалобой гражданки ФИО6», если истец представил доказательства наличия у него убытков, вызванных неисполнением обществом обязательств перед ним, а также доказательства исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц, контролировавшее лицо может дать пояснения относительно причин исключения общества из этого реестра и представить доказательства правомерности своего поведения. В случае отказа от дачи пояснений (в том числе при неявке в суд) или их явной неполноты, непредоставления ответчиком суду соответствующей документации бремя доказывания правомерности действий контролировавших общество лиц и отсутствия причинно-следственной связи между указанными действиями и 10 невозможностью исполнения обязательств перед кредиторами возлагается судом на ответчика.  

В абзаце 2 пункта 4 и абзаце 1 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что при обосновании добросовестности и разумности своих действий (бездействия) директор может представить доказательства того, что квалификация действий (бездействия) юридического лица в качестве правонарушения на момент их совершения не являлась очевидной, в том числе по причине отсутствия единообразия в применении законодательства налоговыми, таможенными и иными органами, вследствие чего невозможно было сделать однозначный вывод о неправомерности  

соответствующих действий (бездействия) юридического лица. В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В рассматриваемом деле истцом доказано наличие у него убытков, вызванных неисполнением ООО "Клипкарт" обязательств перед ним, а также факт исключения общества из единого государственного реестра юридических лиц в административном порядке.  

Ответчиками в свою очередь не представлено доказательств, позволяющих установить, что ими приняты все возможные меры для исполнения обществом обязательств перед своими кредиторами.  

Доказательства наличия объективных независящих от ответчиков обстоятельств, препятствовавших ему прекратить деятельность общества через процедуру ликвидации либо банкротства, с соблюдением прав и законных интересов его кредиторов суду также не представлено.  

Оценив в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о доказанности истцом совокупности обстоятельств, подтверждающих недобросовестность действий ответчиков, повлекших неисполнение обществом обязательств перед истцом.  

Размер возмещения убытков рассчитывается с учетом особенностей гражданского законодательства. Так, лицо, причинившее вред или убытки, по общему правилу должно возместить их в полном объеме. Применительно к денежным обязательствам в соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязуется возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением условий договора. Размер возмещения представляет собой денежную сумму, которая должна компенсировать ущерб кредиторов. Денежная сумма, подлежащая возмещению, рассчитывается в зависимости от вида и характера убытков.  

Институт субсидиарной ответственности представляет собой механизм восстановления нарушенных прав кредиторов посредством взыскания с контролирующих должника лиц суммы их непогашенных требований. Возмещение убытков в ходе привлечения к субсидиарной ответственности направлено на восстановление прав кредиторов по общим основаниям гражданского законодательства.  

Суд проверил правильность расчета размера субсидиарной ответственности и признал его верным части требований ООО «КликПарт» в связи с чем подлежит взысканию солидарно с ответчиков в сумме 51 959 руб. 38 коп.  

Расходы по государственной пошлине за рассмотрение искового заявления в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся ответчиков.  

Настоящий судебный акт выполнен в форме электронного документа, подписан усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и будет направлен лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте Арбитражного суда в сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.  

 Руководствуясь статьями 110, 112, 167-170, 176, 180-182, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

РЕШИЛ:

Принять отказ от заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО4 (ИНН 

<

***>). В указанной части прекратить производство по делу.  

 Взыскать солидарно с ФИО1 (ИНН 

<

***>), ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>) в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «КликПарт» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Юникор» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) г. Дзержинск, Нижегородская область, денежные средства в сумме 51 959 руб. 38 коп., а также 2 078 руб. 00 коп. расходов по государственной пошлине.  

 Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по ходатайству взыскателя.  

 Настоящее решение может быть обжаловано в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Нижегородской области в течение месяца с момента его принятия.  

Решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу обжалуемого судебного акта, при условии, что оно было предметом рассмотрения Первого арбитражного апелляционного суда апелляционной инстанции или Первый арбитражный апелляционный суд отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.  

Судья А.А. Главинская