АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МАРИЙ ЭЛ

424002, Республика Марий Эл, г. Йошкар-Ола, Ленинский проспект 40

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

РЕШЕНИЕ

арбитражного суда первой инстанции

 

«

Дело № А38-8574/2019

г. Йошкар-Ола

9» июля 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 2 июля 2019 года.

Полный текст решения изготовлен 9 июля 2019 года.

 

Арбитражный суд Республики Марий Эл

в лице судьи Комелиной Т.И.

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании дело

по иску Республики Марий Эл в лице Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл

к ответчику главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о взыскании средств гранта

с участием представителей:

от истца – ФИО3 по доверенности, 

от ответчика – ФИО4 по доверенности 

 

УСТАНОВИЛ:

Истец, Республика Марий Эл в лице Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл, обратился в Арбитражный суд Республики Марий Эл с исковым заявлением к ответчику, индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2, о взыскании гранта в сумме 1 395 000 руб. 

В исковом заявлении и дополнениях к нему изложены доводы о том, что 04.06.2014  между участниками спора заключен договор о предоставлении гранта № 010/14, по условиям которого ответчику был предоставлен грант в сумме 1 395 000 руб., в том числе за счет средств республиканского бюджета Республики Марий Эл в размере 362 700 руб., за счет средств федерального бюджета – 1 032 300 руб.

Участник спора указал, что по результатам выездной проверки выполнения ответчиком обязательств по договору № 010/14 от 04.06.2014, проведенной Министерством сельского хозяйства РМЭ, установлено невыполнение условий предоставления гранта, предусмотренных приложением № 2 к приказу Минсельхоза России от 22 марта 2012 года № 197 и договором № 010/14 от 04.06.2014, а именно:

1) не выполнено обязательство обеспечить среднегодовую численность наемных работников в количестве трех человек, предусмотренное бизнес-планом (проектом), начиная с первого года реализации проекта. Так, в 2014-2016 годах ФИО2 не уплачивал страховые взносы в Пенсионный фонд РФ за наемных работников. С 3 квартала 2017 г. по 1 квартал 2018 года ответчик уплачивал страховые взносы за 2 наемных работников;

2) не достигнуты показатели бизнес-плана деятельности крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2, являющееся условием предоставления гранта. При этом истцом отмечено, что из представленной ответчиком отчетности по форме № 1 –КФХ, 2-КФХ за 2014-2017 годы следует, что крестьянским (фермерским) хозяйством ФИО2 не выполняются следующие целевые показатели бизнес-плана: численность пчелосемей, производство меда, среднегодовая численность наемных работников. 

3) нарушено условие о том, что крестьянское (фермерское) хозяйство,главой которого является ФИО2, должно являться единственным местом его трудоустройства;

4) не подтверждается факт использования приобретенного за счет средствгранта грузового автомобиля и полуприцепа бортового по целевому назначению. Так, в нарушение бизнес плана не была осуществлена транспортировка ульев пчел в зимние месяцы в более теплые регионы России (Краснодарский край). Кроме того, последующее отчуждение предпринимателем приобретенного на средства гранта транспортного средства свидетельствует о фактическом прекращении ФИО2 деятельности по наращиванию производства пчеловодческой продукции, на реализацию которой был предоставлен грант. Следовательно, по мнению истца, ответчиком не выполнено условие договора о необходимости осуществления деятельности крестьянского (фермерского) хозяйства в течение не менее пяти лет после получения гранта.

По мнению участника спора, норма пункта 3 статьи 78 Бюджетного кодекса РФ предполагает возможность возврата субсидий в случае нарушения условий их предоставления, которые установлены в нормативных правовых актах, регулирующих предоставление субсидий.

Истец полагает, что полученная сумма гранта подлежит возврату получателем, поскольку в результате проведенной проверки выявлены обстоятельства, свидетельствующие о невыполнении условий предоставления гранта.

Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл также указало, что в соответствии с Законом Республики Марий Эл от 01.12.2017 №53-З «О республиканском бюджете Республики Марий Эл на 2018 год и на плановый период 2019 и 2020 годов» оно является главным распорядителем бюджетных средств и осуществляет возврат излишне полученных субсидий (грантов) в соответствующий бюджет.

В правовом обосновании требования истец сослался на статьи 78 Бюджетного кодекса РФ, статью 1102 ГК РФ, а также пункты 17-19 постановления Правительства Республики Марий Эл от 25.05.2012 №172 «Об утверждении Правил предоставления грантов на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство начинающим фермерам» (т. 1, л.д. 5-11, 115-116, т. 2, л.д. 67-69, 136-143, т. 3, л.д. 148-150).

В судебном заседании истец поддержал заявленное требование в полном объеме, просил иск удовлетворить (протокол судебного заседания от 02.07.2019).

 

Ответчик в отзыве на иск и в судебном заседании требование истца не признал. Возражая против иска, участник спора указал, что имеющиеся в материалах дела документы подтверждают, что условия получения гранта ответчиком выполнены, бюджетные средства направлены исключительно на развитие крестьянского (фермерского) хозяйства.

Участником спора указано, что в целях исполнения договора № 010/14 от 04.06.2014 предпринимателем приобретены транспортные средства (пчелопавильон и грузовой седельный тягач). При этом договор не содержит требование об обязательном нахождении в собственности грантополучателя транспортного средства, приобретенного за счет средств гранта, равно как и не запрещает отчуждать имущество в течение определенного срока. Ответчиком отмечено, что в связи с неработоспособностью приобретенной техники и нецелесообразностью проведения ее ремонта ФИО2 для нужд крестьянского (фермерского) хозяйства было приобретено новое транспортное средство.

Кроме того, ответчик не согласился с выводами, изложенными в акте от 13.07.2018 проверки выполнения условий договора № 010/14 от 04.06.2014. Так, по утверждению предпринимателя, в крестьянском (фермерском) хозяйстве ФИО2 рабочие места созданы, недостижение показателей бизнес-плана вызвано объективными причинами, а именно, гибелью пчел после зимовки и неблагоприятными погодными условиями для сбора и производства меда.

С учетом изложенного, ответчик просил в удовлетворении иска отказать (т. 2, л.д. 87-88, т. 3, л.д. 80-82, протокол судебного заседания от 02.07.2019).

 

Рассмотрев материалы дела, исследовав доказательства, выслушав объяснения сторон, арбитражный суд считает необходимым отказать в удовлетворении иска по следующим правовым и процессуальным основаниям.

 

Из материалов дела следует, что 19 мая 2016 года на основании постановления Правительства Республики Марий Эл от 25.05.2012 №172 «Об утверждении Правил предоставления грантов на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство начинающим фермерам» между истцом, Министерством сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл, и ответчиком, главой крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (получателем государственной поддержки), заключен договор № 010/14 о предоставлении гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство, согласно которому Министерство обязалось предоставить грант на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство получателю государственной поддержки в порядке, установленном Правилами предоставления грантов, а получатель обязался создать крестьянское (фермерское) хозяйство по направлению деятельности (отрасли) сельскохозяйственного производства пчеловодство, предусмотренному мероприятием «Поддержка начинающих фермеров в Республике Марий Эл на 2012-2014 годы» с учетом балансов производства и потребления сельскохозяйственной продукции, противоэпизоотических и фитосанитарных (карантинных) мероприятий, на территории Хлебниковского сельского поселения Республики Марий Э, а также иные совершить действия, указанные в пункте 2.3 договора (т. 1, л.д. 18-23).

В соответствии с пунктом 2 статьи 421 ГК РФ стороны могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. В ГК РФ такой вид договоров как договор о предоставлении гранта не поименован. При этом возможность заключения подобного договора вытекает из бюджетного законодательства.

Согласно пункту 1 статьи 78 Бюджетного кодекса РФ субсидии юридическим лицам (за исключением субсидий государственным (муниципальным) учреждениям), индивидуальным предпринимателям, а также физическим лицам предоставляются – производителям товаров, работ, услуг предоставляются на безвозмездной и безвозвратной основе в целях возмещения недополученных доходов и (или) финансового обеспечения (возмещения) затрат в связи с производством (реализацией) товаров, выполнением работ, оказанием услуг. При этом из бюджета субъекта Российской Федерации субсидии предоставляются в случаях и порядке, предусмотренных законом субъекта Российской Федерации о бюджете субъекта Российской Федерации и принимаемыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации или актами уполномоченных им органов государственной власти субъекта Российской Федерации.

Договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора (пункт 1 статьи 432 ГК РФ).

Анализ условий договора № 010/14 от 04.06.2014 позволяет сделать вывод о том, что оно содержит условия о предоставлении гранта, его размере, целях и порядке использования. Тем самым существенные условия, в том числе условие о предмете, сторонами согласованы.

Соглашение оформлено путем составления одного документа, от имени сторон подписано уполномоченными лицами, чем соблюдены пункт 1 статьи 161 и пункт 2 статьи 434 ГК РФ. 

Таким образом, соглашение соответствует требованиям гражданского и бюджетного законодательства о его предмете, форме, цене и поэтому его необходимо признать законным и заключенным. О его недействительности стороны в судебном порядке не заявляли. 

Из договора в силу пункта 2 статьи 307 ГК РФ возникли взаимные обязательства сторон. При этом каждая из сторон считается должником другой стороны в том, что обязана сделать в ее пользу, и одновременно ее кредитором в том, что имеет право от нее требовать (пункт 2 статьи 308 ГК РФ).

 

Согласно статье 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов.

Министерство осуществляет перечисление гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство на банковский счет получателя государственной поддержки в течение 5 рабочих дней со дня поступления средств из республиканского бюджета Республики Марий Эл на лицевой счет Министерства (абзац 3 пункта 6 Правил предоставления грантов).

Получатель государственной поддержки заключает договоры с поставщиками товаров, работ и услуг в соответствии с утвержденным планом расходов, срок исполнения которых не превышает 12 месяцев со дня зачисления гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство на банковский счет получателя государственной поддержки.

На основании заключенных ответчиком договоров Министерством сельского хозяйства Республики Марий Эл на приобретение сельскохозяйственной техники и инвентаря, грузового автомобильного транспорта, оборудования для производства и переработки сельскохозяйственной продукции за счет средств федерального и республиканского бюджетов произведен расчет размера причитающейся суммы гранта ФИО2, оформленный реестрами (т. 1, л.д. 29-30). Факт получения гранта индивидуальным предпринимателем не оспаривается.

Предоставленный ответчику грант имел целевое значение и не мог быть использован получателем в иных целях, чем это предусмотрено Правилами предоставления грантов на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство начинающим фермерам, источником финансового обеспечения которых являются денежные средства из федерального и республиканского бюджетов, утвержденных постановлением Правительства Республики Марий Эл от 25 мая 2012 г. №172.

При этом гранты предоставляются крестьянским (фермерским) хозяйствам, прошедшим конкурсный отбор в порядке, установленном приказом Минсельхоза Республики Марий Эл от 28 мая 2012 года № 99, на цели, определенными Правилами, утвержденными постановлением Правительства Республики Марий Эл от 25 мая 2012 года № 172, с учетом условий отбора, установленных приказом Министерства сельского хозяйства РФ от 22 марта 2012 года № 197 «О реализации постановления Правительства Российской Федерации от 28 февраля 2012 г. № 166».

В случае нецелевого использования получателем государственной поддержки полученного гранта на развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство средства, составляющие их сумму, подлежат возврату в соответствующий бюджет согласно бюджетному законодательству РФ.

Согласно документам по отчетности, представленным главой крестьянского (фермерского) хозяйства в Министерство сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл, ответчик на средства гранта приобрел транспортные средства - грузовой седельный тягач МАН ERF ECT 26.420 6*2 и полуприцеп бортовой под пчелопавильон SDC в соответствии с планом расходов.

Между тем на основании приказа Минсельхоза РМЭ от 20.04.2018 № 85 истцом проведена выездная проверка выполнения ответчиком обязательств по договору № 010/14 от 04.06.2014 года и выполнение условий предоставления гранта, предусмотренных приложением № 2 к приказу Минсельхоза РФ от 22 марта 2012 года № 197.

В ходе проверки целевого использования ответчиком бюджетных средств специалистами Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл отмечено, что ответчиком не выполнены условия предоставления гранта, а именно:

- не выполнено обязательство обеспечить среднегодовую численность наемных работников в количестве трех человек, начиная с первого года реализации проекта;

- не достигнуты показатели бизнес-плана деятельности КФХ ФИО2, являющиеся условиями предоставления гранта;

- не подтвержден факт использования приобретенного за счет средствгранта грузового автомобиля и полуприцепа бортового по целевому назначению (т. 1, л.д. 31-35).

Полагая, что ответчиком не выполнены установленные законодательством условия предоставления гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство, истец обратился в арбитражный суд с требованием о взыскании неосновательного обогащения.

В силу пункта 1 статьи 78 Бюджетного кодекса РФ субсидии юридическим лицам (за исключением субсидий государственным (муниципальным) учреждениям), индивидуальным предпринимателям, а также физическим лицам - производителям товаров, работ, услуг предоставляются на безвозмездной и безвозвратной основе в целях возмещения недополученных доходов и (или) финансового обеспечения (возмещения) затрат в связи с производством (реализацией) товаров (за исключением подакцизных товаров, кроме автомобилей легковых и мотоциклов, винодельческих продуктов, произведенных из выращенного на территории РФ винограда), выполнением работ, оказанием услуг.

Однако требование о безвозвратности субсидии не действует в случае нарушения условий, установленных при предоставлении субсидий. Так в соответствии с пунктом 3 статьи 78 Бюджетного кодекса РФ нормативные правовые акты, муниципальные правовые акты, регулирующие предоставление субсидий юридическим лицам (за исключением субсидий государственным (муниципальным) учреждениям), индивидуальным предпринимателям, а также физическим лицам - производителям товаров, работ, услуг, должны определять: 1) категории и (или) критерии отбора юридических лиц (за исключением государственных (муниципальных) учреждений), индивидуальных предпринимателей, физических лиц - производителей товаров, работ, услуг, имеющих право на получение субсидий; 2) цели, условия и порядок предоставления субсидий; 3) порядок возврата субсидий в соответствующий бюджет в случае нарушения условий, установленных при их предоставлении; 4) порядок возврата в текущем финансовом году получателем субсидий остатков субсидий, не использованных в отчетном финансовом году, в случаях, предусмотренных соглашениями (договорами) о предоставлении субсидий; 5) положения об обязательной проверке главным распорядителем (распорядителем) бюджетных средств, предоставляющим субсидию, и органом государственного (муниципального) финансового контроля соблюдения условий, целей и порядка предоставления субсидий их получателями.

Следовательно, указанная норма предполагает возможность возврата субсидий (гранта) в случае нарушения условий их предоставления, которые установлены в нормативных правовых актах, регулирующих предоставление субсидий, в частности, юридическим лицам.

 

Пунктом 17 Правил предоставления грантов предусмотрено, что в случае нарушения получателем государственной поддержки условий предоставления гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство, установленных настоящими Правилами и договором, Министерство в течение 10 рабочих дней со дня выявления указанного нарушения направляет получателю государственной поддержки уведомление о возврате полученного гранта.

Добровольный возврат полученного гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство происходит путем безналичного перечисления денежных средств на лицевой счет Министерства не позднее 10 рабочих дней со дня получения получателем государственной поддержки уведомления. Платежное поручение на бумажном носителе в течение 5 рабочих дней со дня получения отметки банка о его принятии представляется получателем государственной поддержки в Министерство (пункт 18 Правил предоставления грантов).

В случае нарушения срока, установленного для добровольного возврата предоставленных гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство, выделенные средства взыскиваются в доход соответствующего бюджета Министерством в судебном порядке (пункт 19 Правил предоставления грантов).

Полагая, что ответчиком как получателем гранта не выполнены условия предоставления гранта, Министерство сельского хозяйства и продовольствия РМЭ направило главе КФХ ФИО2 требование № 04-42/163 от 16.07.2018 о возврате средств полученного гранта (т. 1, л.д. 96-97).

Уклонение ответчика от возврата полученных денежных средств послужило основанием для обращения в арбитражный суд с иском.

 

Арбитражным судом по правилам статьи 71 АПК РФ приняты меры к подробному исследованию доводов и доказательств, представленных истцом и ответчиком по делу.

Изучив материалы дела, арбитражный суд приходит к выводу, что в них отсутствуют доказательства нарушения ответчиком условий предоставления гранта.

Так, истец в качестве доказательства невыполнения ответчиком обязательств, принятых по договору № 010/14 от 04.06.2014, ссылается на акт проверки от 13.07.2018. Однако в материалах дела имеется акт проверки целевого использования бюджетных средств ИП главой КФХ ФИО2, проводимой Министерством сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл от 15.05.2015, в соответствии с которым фактов нецелевого использования бюджетных средств, полученных ответчиком, не выявлено (т. 2, л.д. 107).

Постановлением от 22.01.2019 прекращено производство по делу об административном правонарушении № 14-10/2019-2 в отношении индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (т. 3, л.д. 57-66).

Более того, как следует из пояснений ответчика в крестьянском (фермерском) хозяйстве ФИО2 созданы условия для организации 3 постоянных рабочих мест, в настоящее время в хозяйстве работают ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8 на основании трудовых договоров (т. 2, л.д. 90-101).

Выявленный проверкой факт неуплаты страховых взносов индивидуальным предпринимателем не свидетельствует об отсутствии рабочих мест, не является нарушением заключенного сторонами договора №010/14 от 04.06.2014 и Правил предоставления грантов на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство начинающим фермерам, поскольку на момент обращения, получения, предоставления гранта.

По общему правилу трудовые отношения между работником и работодателем - физическим лицом (являющимся или не являющимся ИП) или работодателем - субъектом малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, возникают на основании трудового договора. Трудовой договор заключается в письменной форме и составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 и ч. 3 ст. 303 ТК РФ).

Доказательства наличия трудовых отношений между КФХ ФИО2 и его работниками представлены в материалы дела. При этом отсутствие сведений о перечислении страховых взносов за указанных работников может свидетельствовать лишь о нарушении КФХ ФИО2 действующего трудового и налогового законодательства.

 

Арбитражный суд также оценил выявленное нарушение ответчика в виде недостижения показателей бизнес-плана деятельности ответчика.

Так, по утверждению ответчика, снижение показателей вызвано объективными причинами, а именно, гибелью пчел после зимовки и неблагоприятными погодными условиями для сбора и производства меда (т. 2, л.д. 103-106).

При этом в пункте 2.3 договора № 010/14 от 04.06.2014, в которым установлены обязанности получателя гранта, отсутствует обязанность ответчика достижения результатов бизнес-плана на 100 %.

Напротив, указанным пунктом установлена обязанность главы крестьянского (фермерского) хозяйства осуществлять деятельность в течение не менее 5 лет после получения гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство. При этом при проведении проверок Министерством не установлены и не представлены соответствующие доказательства иных нарушений, свидетельствующих об использовании гранта на иные цели, не связанные с созданием и развитием крестьянского (фермерского) хозяйства и бытовым обустройством фермы. При этом следует отметить, что недостижение значений показателей результативности использования гранта, установленных соглашением, не предусмотрено Правилами предоставления грантов на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства в качестве основания для возврата гранта.

 

Арбитражным судом отдельно исследована позиция истца о нарушении ответчиком условий предоставления гранта со ссылкой на подпункт 2.14 пункта 2 приложения № 2 к приказу Министерства сельского хозяйства Российской Федерации от 22.03.2012 № 197 и абзаца 8 пункта 2.3. договора № 010/14 от 04.06.2014, выразившееся в том, что индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 состоит в трудовых отношениях в иной организации.

Согласно абзацу 8 пункта 2.3. договора получатель государственной поддержки обязан переехать на постоянное место жительства в муниципальное образование Республики Марий Эл по месту нахождения и регистрации крестьянского (фермерского) хозяйства, главой которого он является, и данное крестьянское (фермерское) хозяйство должно являться единственным местом трудоустройства претендента (в случае иного постоянного места жительства).

По утверждению ответчика, по буквальному толкованию названного пункта договора крестьянское (фермерское) хозяйство должно являться единственным местом трудоустройства ФИО2 только в том случае, если предприниматель фактически проживает по иному месту жительства. Поскольку единственным местом жительства ответчика является дер. Нижняя Мосара Мари-Турекского района, где им осуществляется деятельность по ведению крестьянского (фермерского) хозяйства, требование договора о наличии единственного места трудоустройства на предпринимателя не распространяется.

По мнению истца, абзац 8 пункта 2.3. договора предусматривает, что крестьянское (фермерское) хозяйство должно являться единственным местом трудоустройства получателя средств гранта независимо от того, проживает ли он по иному месту жительства или нет.

Тем самым у сторон имеются неустранимые разногласия в понимании условия договора, предусмотренного абзацем 8 пункта 2.3.

Согласно пункту 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 14 марта 2014 г. № 16 «О свободе договора и ее пределах» при разрешении споров, возникающих из договоров, в случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон с учетом цели договора, в том числе исходя из текста договора, предшествующих заключению договора переговоров, переписки сторон, практики, установившейся во взаимных отношениях сторон, обычаев, а также последующего поведения сторон договора (статья 431 ГК РФ), толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия.

Так как условия договора от 04.06.2014 определены истцом и приняты ответчиком путем присоединения к договору в целом, спорное положение подлежит истолкованию в его пользу. Поэтому арбитражный суд приходит к выводу о том, что предусмотренное абзацем 8 пункта 2.3. договора требование об обязательном осуществлении получателем средств гранта трудовой деятельности исключительно в созданном крестьянском (фермерском) хозяйстве следует распространять на ситуации, при которых получатель гранта проживает в ином месте.

Поскольку единственным местом жительства предпринимателя ФИО2 является крестьянское (фермерское) хозяйство, главой которого он выступает, основания для вывода о признании его нарушившим абзац 8 пункта 2.3. договора отсутствуют.

 

Арбитражным судом также признан несостоятельным довод истца о нецелевом использовании индивидуальным предпринимателем ФИО2 приобретенного на средства гранта транспортного средства. 

Из материалов дела следует, что 12.12.2014 по договору купли-продажи транспортного средства № 21664 ФИО2 приобретен грузовой седельный тягач, МАН ERF ECT 26.420 6*2, 2002 года выпуска, VIN 

<

***>, государственный регистрационный номер 

<

***> стоимостью 850 000 руб. (т. 3, л.д. 140).

В связи с неисправностью тягача, установленной по результатам диагностики транспортного средства, он был отчужден индивидуальным предпринимателем ФИО2 по договору купли-продажи от 27.11.2017 по цене 250 000 руб. (т. 3, л.д. 84, 133). Взамен проданного транспортного средства ответчиком приобретен новый грузовой седельный тягач МАЗ 543203-220, государственный регистрационный номер В113ОС716, что подтверждается договором купли-продажи от 01.02.2019 (т. 3, л.д. 83).

По мнению истца, ответчик, продав изначально приобретенное транспортное средство, неосновательно обогатился за счет публично-правового образования. В обоснование заявленного довода истцом указано, что поскольку грузовой седельный тягач приобретен предпринимателем в исправном техническом состоянии, впоследствии транспортное средство за пределы Республики Марий Эл в нарушение условий договора № 010/14 от 04.06.2014 ФИО2 не эксплуатировалось, утверждение ответчика о ненадлежащем техническом состоянии автотранспорта лишено достоверного документального обоснования. Также представителем публично-правового образования отмечено, что новый седельный тягач приобретен главой фермерского хозяйства только спустя два года после обнаружения неисправности первоначального транспортного средства. Таким образом, по утверждению истца, недобросовестные действия ответчика свидетельствуют о намерении ФИО2 использовать средства гранта на цели, не связанные с развитием крестьянского (фермерского) хозяйства (т. 3, л.д. 148-150, протокол и аудиозапись судебного заседания от 02.07.2019).

Доводы истца подлежат отклонению судом по следующим правовым и процессуальным основаниям.

Так, из комплексного анализа положений договора № 010/14 от 04.06.2014 следует, что в обязанности Министерства входит предоставление главе фермерского хозяйства гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства для приобретения сельскохозяйственной техники и инвентаря, грузового автомобильного транспорта, оборудования для производства и переработки сельскохозяйственной продукции. ФИО2 в свою очередь обязался оплатить за счет собственных и (или) заемных средств не менее 10 процентов от ее стоимости (пп. 2.1, 2.3 договора). При этом договором не урегулированы вопросы, связанные с поведением сторон в случае, когда приобретенное за счет средств гранта транспортное средство окажется в неисправном техническом состоянии.

Согласно статье 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражным судом признается доказанным заявление предпринимателя о неисправности транспортного средства, приобретенного за счет средств гранта. Так, в подтверждение довода о ненадлежащем техническом состоянии грузового седельного тягача ответчик представил в материалы дела справку по результатам диагностики транспортного средства, в которой была установлена неисправность двигателя грузового автомобиля и произведен расчет стоимости его восстановительного ремонта (т. 3, л.д. 84). Осмотр транспортного средства проводился индивидуальным предпринимателем ФИО9, основным видом деятельности которого согласно выписке из ЕГРИП является техническое обслуживание и ремонт автотранспортных средств (т. 4, л.д. 1-2). Напротив, истец каких-либо доказательств, опровергающих позицию ответчика, не представил.

В отношении довода публично-правового образования относительно длительного уклонения ответчика от приобретения новой техники ответчиком в судебном заседании отмечено, что ФИО2 в начале 2018 года предпринимались попытки заключения договора купли-продажи неисправного транспортного средства, однако в связи со сложностями, возникшими в ходе постановки его на регистрационный учет, сделка по приобретению имущества не была совершена. Между тем перед предполагаемой покупкой грузового автомобиля ответчиком была проведена экспертиза транспортного средства (т. 4, л.д. 3-10), что также документально подтверждает утверждение ответчика о намерении приобрести новый транспорт для выполнения условий договора от 04.06.2014. Вопреки правилам статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания представленная справка об исследовании маркировочных обозначений грузовых автомобилей от 30.03.2018 истцом не опровергнута. Кроме того, ответчиком на обозрение суду была представлена копия договора купли-продажи, между тем в связи с возражениями истца документ к материалам дела приобщен не был (протокол и аудиозапись судебного заседания от 02.07.2019).

Из пояснений ответчика, сделанных в ходе судебного заседания, также следует, что до 2019 года вывоз пчел за пределы Республики Марий Эл не осуществлялся в связи неисправностью грузового автомобиля. Однако в настоящее время предпринимателем ФИО2 осуществлена транспортировка ульев пчел в Краснодарский край на новом грузовом седельном тягаче (протокол и аудиозапись судебного заседания от 02.07.2019). Согласование выезда за пределы Республики Марий Эл подтверждается справкой Комитета ветеринарии Республики Марий Эл от 26.02.2019 № 03-30/430 (т. 4, л.д. 18). Следовательно, приобретенное по договору купли-продажи от 01.02.2019 транспортное средство используется главой фермерского хозяйства для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства.

Таким образом, учитывая потребность индивидуального предпринимателя ФИО2 в исправном транспортном средстве для выполнения условий договора от 04.06.2014, сокращенные сроки реализации гранта, арбитражный суд приходит к выводу о том, что действия ответчика по отчуждению и последующему приобретению грузового седельного тягача являются разумными и сами по себе не могут служить достаточным основанием для вывода о нецелевом использовании предпринимателем средств гранта.

Тем самым судом не установлен факт получения ответчиком гранта с нарушением условий, установленных при его предоставлении, а также нарушение условий использования средств гранта, позволяющих истцу требовать их возврата.

На основании изложенного, арбитражный суд приходит к итоговому выводу о том, что истец неправомерно требует от индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 возврата гранта, перечисленного на основании договора о предоставлении гранта на создание и развитие крестьянского (фермерского) хозяйства и единовременной помощи на бытовое обустройство.

При таких обстоятельствах требование истца о взыскании средств гранта в размере 1 395 000 руб. является незаконным и необоснованным, поэтому подлежит отклонению.

 

В соответствии со статьей 110 АПК РФ судебные расходы по делу подлежат отнесению на истца. Однако поскольку истец в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.37 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины, вопрос о ее распределении судом не рассматривался.

 

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 2 июля 2019 года. Полный текст решения изготовлен 9 июля 2019 года, что согласно части 2 статьи 176 АПК РФ считается датой принятия судебного акта.

 

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 АПК РФ, арбитражный суд 

 

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления Республики Марий Эл в лице Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Марий Эл к главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения отказать.

 

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Первый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Марий Эл.

 

Судья                                                                                                   Т.И. Комелина