АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень	 Дело № А81-4407/2025

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2026 года. Постановление изготовлено в полном объеме 03 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Марьинских Г.В., судей Игошиной Е.В.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу прокурора Ямало-Ненецкого автономного округа на решение от 01.07.2025 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа (судья Ткаченко Г.К.) и постановление от 29.09.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Горобец Н.А., Рожков Д.Г., Тетерина Н.В.) по делу № А81-4407/2025 по иску первого заместителя прокурора Ямало-Ненецкого автономного округа в интересах муниципального округа Шурышкарский район в лице администрации Шурышкарского района (629640, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...> здание 35, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к муниципальному бюджетному учреждению «Шурышкарская средняя общеобразовательная школа «Образовательный центр» (629650, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), обществу с ограниченной ответственностью «Системные решения» (660075, 

<

...>, ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о признании недействительным условия соглашения, взыскании денежных средств.

Суд установил:

первый заместитель прокурора Ямало-Ненецкого автономного округа (далее – прокурор) обратился в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа с иском в интересах муниципального округа Шурышкарский район в лице администрации Шурышкарского района (далее - администрация) к муниципальному бюджетному учреждению «Шурышкарская средняя общеобразовательная школа «Образовательный центр» (далее – учреждение), обществу с ограниченной ответственностью «Системные решения» (далее – общество) о признании недействительным (ничтожным) пункта 3 соглашения от 05.09.2024 (далее - соглашение) о расторжении муниципального контракта поставки интерактивных панелей для обновления материально-технической базы общеобразовательных организаций в целях внедрения цифровой образовательной среды от 05.03.2024 № 2 (далее – контракт), взыскании с общества в пользу учреждения

43 745,25 руб. неустойки за период с 01.08.2024 по 07.05.2025.

Решением от 01.07.2025 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа, оставленным без изменения постановлением от 29.09.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с решением и постановлением, прокурор обратился в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на допущенное заказчиком (учреждение) нарушение подпункта 1 пункта 15 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), предписывающего ему обязанность принять решение об одностороннем отказе от исполнения контракта в ситуации его неисполнения обществом, ничтожности по статье 168 Гражданского кодека Российской Федерации (далее – ГК РФ) в связи с этим соглашения как нарушающего явно установленный запрет и посягающего на публичные интересы в части освобождения последнего от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства в виде взыскании штрафа и возможного включения сведений в реестр недобросовестных поставщиков.

Отзыв администрации приобщен к материалам кассационного производства (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в их отсутствие.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов, суд кассационной инстанции полагает их подлежащими отмене в части результатов разрешения требования о взыскании неустойки с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом (поставщик, исполнитель) и учреждением (заказчик) заключен контракт, по условиям пункта 1.1 которого поставщик принял на себя обязательство поставить товар, а заказчик - принять и оплатить его в порядке и на условиях, предусмотренных контрактом.

В силу пункта 1.2 контракта наименование, количество и иные характеристики поставляемого товара указаны в спецификации (приложение к контракту), являющейся неотъемлемой частью контракта.

Пунктом 2.1 контракта его цена определена в размере 1 102 821,43 руб., налогом на добавленную стоимость не облагается. Расчеты производятся не позднее 7 рабочих дней с даты подписания заказчиком усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от его имени, окончательного документа о приемке и размещения его в единой информационной системе в сфере закупок (пункт 2.6 контракта).

По условиям пункта 3.1 контракта поставщик самостоятельно доставляет товар заказчику по адресу: 629650, Ямало-Ненецкий автономный округ, 

<

...> в срок по 31.07.2024 (включительно).

В случае возникновения обстоятельств непреодолимой силы стороны вправе расторгнуть контракт, и в этом случае ни одна из сторон не вправе требовать возмещения убытков (пункт 9.3 контракта).

Контракт вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами и действует по 15.10.2024. Окончание срока действия контракта не влечет прекращения неисполненных обязательств сторон по контракту, в том числе гарантийных обязательств поставщика (пункт 11.1 контракта).

В пункте 11.2 контракта стороны согласовали условие о допустимости расторжения контракта по соглашению сторон, решению суда или в связи с односторонним отказом стороны от его исполнения.

Сторонами в рамках контракта подписана спецификация от 05.03.2024 № 02 на поставку интерактивных панелей LigaSmart, модель IP 75, Россия, в количестве 3 штук общей стоимостью 1 102 821,43 руб. (реестровая запись от 18.07.2023 № 2200/2/2023).

Обязательство по поставке товара в установленный контрактом срок (по 31.07.2024) обществом не исполнено, о чем последнее информировано учреждением претензией от 01.08.2024 № 159.

Письмом от 05.07.2024 № 128 общество с ограниченной ответственностью «Лига Смарт» (производитель товара) уведомило поставщика об увеличении сроков производства товара ориентировочно до 25.12.2024 в связи с экономическими, политическими санкциями, ограничением поставок высокотехнологичной продукции в Россию и нарушением логистических цепочек.

Сторонами контракта подписано соглашение, которым в пункте 3 подтвердили отсутствие взаимных претензий на момент расторжения контракта, отметив, что стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по контракту до момента его расторжения.

Проведя проверку исполнения требований законодательства о контрактной системе при исполнении муниципальных контрактов на поставку оборудования в образовательные учреждения района, заключенных в рамках реализации федерального проекта «Цифровая образовательная среда» национального проекта «Образование», придя к выводу об отсутствии правовых оснований для расторжения контракта по соглашению сторон в связи с допущенным исполнителем нарушением обязательства по нему, нарушении законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров для обеспечения государственных и муниципальных нужд, прокурор обратился в арбитражный суд с иском по настоящему делу с требованиями о признании соглашения недействительным в части отказа от взаимных обязательств и претензий по контракту и взыскания неустойки в пользу учреждения.

При рассмотрении спора суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 1, 8, 166, 167, 168, 180, 307, 329, 330, 421, 422, 431, 432, 450, 453, 506, 516, 527 ГК РФ, статьями 22, 34, 54.4, 95, 104 Закона № 44-ФЗ, правовыми позициями, приведенными в пунктах 74, 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пункте 66 постановления Пленума Верховного Суда Российской

Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (далее – Постановление № 49), определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.10.2021 № 310-ЭС21-17750, исходили из правомерности реализации сторонами контракта права на его расторжение по соглашению сторон, обусловленное необходимостью заключения контракта с новым поставщиком и своевременной поставки оборудования.

Буквально истолковав оспариваемые прокурором условия пункта 3 соглашения по правилам статьи 431 ГК РФ, не установив волеизъявления сторон на освобождение неисправного исполнителя от ответственности за нарушение обязательств по поставке, суды сочли расторжение контракта по соглашению сторон и отражение в соглашении информации об отсутствии взаимных претензий друг к другу не исключающим право на начисление неустойки за период с момента просрочки поставки товара до даты заключения соглашения о расторжении контракта, не вступающим в противоречие с нормами Закона № 44-ФЗ, не нарушающим требования законодательства и публичные интересы, отказали в признании оспариваемого пункта недействительным, не усмотрев при этом и оснований для взыскания с поставщика в пользу заказчика неустойки по требованию прокурора, констатировав последствия недействительности сделки в виде взыскания с общества в пользу учреждения неустойки не соответствующими пункту 2 статьи 167 ГК РФ, возможность обращения прокурора за взысканием финансовой санкции, учреждением в самостоятельном порядке не заявленным, не предусмотренной статьей 52 АПК РФ.

Поддерживая выводы судов двух инстанций о действительности пункта 3 соглашения, суд округа соглашается с приведенными судебными инстанциями мотивами.

В силу пункта 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность (абзац второй пункта 74 Постановления № 25).

Законодательство Российской Федерации в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд в силу пункта 1 статьи 2 Закона № 44-ФЗ основывается на положениях Конституции Российской Федерации, ГК РФ, Бюджетного кодекса Российской Федерации и состоит из названного федерального закона и других федеральных законов, регулирующих данные отношения.

При разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, подлежат применению нормы Закона № 44-ФЗ, толкуемыми во взаимосвязи

с положениями ГК РФ, а при отсутствии специальных норм - непосредственно нормы ГК РФ (пункт 23 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017).

В пункте 1 статьи 450 ГК РФ определено, что изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

Как верно указано судами, само по себе расторжение контракта по соглашению сторон соответствует пункту 11.2 условиям, допускается частью 7 статьи 95 Закона № 44-ФЗ.

Из приведенной в пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» позиции следует, что по смыслу пункта 2 статьи 453 ГК РФ при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора; условия договора, которые в силу своей природы предполагают их применение и после расторжения договора либо имеют целью регулирование отношений сторон в период после расторжения, сохраняют свое действие и после расторжения договора; иное может быть установлено соглашением сторон.

Прекращение договора по общему правилу ведет к освобождению сторон от дальнейшего исполнения принятых на себя обязательств, при этом вопрос о сохранении действия (прекращении) обязательства в случае расторжения договора должен решаться с учетом существа обязательства, подлежащего исполнению соответствующей стороной при расторжении договора (определение Верховного Суда Российской Федерации от 09.06.2022 по делу № 309-ЭС22-3993).

Иными словами, в каждом конкретном случае необходимо исследовать, какое обязательство, отдельные условия соглашения при расторжении договорной связи могут сохранить свою силу.

В частности, с учетом принципа перспективного расторжения договора у кредитора по общему правилу сохраняется право требовать уплаты неустойки с нарушившего обязательство должника до момента прекращения правоотношений.

Для признания факта соглашения подписанным на условиях отказа от применения санкций, то есть порождающим определенные материально-правовые последствия в соответствии с пунктом 2 статьи 1 и статьей 421 ГК РФ, необходимо установить направленность воли сторон на создание таковых.

В настоящем деле судами буквально истолковано по правилам статьи 431 ГК РФ оспариваемое прокурором условие соглашения, которым стороны подтверждают, что «на момент расторжения контракта взаимных претензий не имеют, не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по контракту до момента его расторжения», установлено отсутствие волеизъявления заказчика на отказ от реализации принадлежащего ему права на взыскание неустойки, вмененное прокурором в основание недействительности.

Примененное судами первой и апелляционной инстанций толкование оспариваемых

положений как не допускающих неоднозначного понимания правовых последствий в виде прекращения на будущее встречных обязательств по поставке товара и его оплате, но не ограничивающих сторон в реализации правомочий, предоставленных договором на случай допущенного неисправным контрагентом нарушения, соответствует положениям статьи 431 ГК РФ и пункту 43 Постановления № 49, а также позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в определениях от 27.09.2016 № 4-КГ16-37, от 31.08.2017 № 305-ЭС17-6839.

Как указано Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлениях от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, от 28.10.1999 № 14-П, от 22.11.2000 № 14-П, от 14.07.2003 № 12-П, суды при рассмотрении дел обязаны исследовать по существу фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, поскольку иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Судами двух инстанций не усмотрено подписанием соглашения с оспариваемым условием волеизъявления его сторон на создание, изменение или прекращение правовых последствий, отличных от удостоверения факта завершения на будущее обязанности общества по поставке товара, учреждения – его принятию и оплате, включение в соглашение о расторжении контракта такого условия не влечет нарушение явно установленного запрета и не посягает на публичные интересы, недействительным по статье 168 ГК РФ не является.

Оснований не согласиться с результатами разрешения судами спора в указанной части у кассационной коллегии судей не имеется.

Между тем выводы судом, оставивших без удовлетворения требования прокурора о взыскании с общества в пользу учреждения неустойки по мотивам действительности сделки, не предполагающей каких-либо последствий, кроме тех, на которые направлено ее совершение, а также отсутствия у прокурора в арбитражном процессе права инициирования судебного разбирательства для целей применения меры ответственности в виде взыскания пени к стороне контракта, являются ошибочными, результат разрешения имущественного спора - преждевременными.

Прокурор при обращении в суд с иском по настоящему делу выступил в защиту интересов публично-правового образования в целях обеспечения эффективного использования бюджетных средств и взыскания ущерба.

Согласно Федеральному закону от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокуратура Российской Федерации в целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности, защиты прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства осуществляет надзор за соблюдением Конституции Российской Федерации и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, за исполнением законов федеральными органами исполнительной власти, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами публичной власти федеральных территорий, органами управления и руководителями коммерческих и некоммерческих организаций (пункт 2 статьи 1).

Право прокурора на обращение в суд с иском о возмещении ущерба, причиненного Российской Федерации, субъектам Российской Федерации и муниципальным образованиям в результате нарушения законодательства в сфере государственного оборонного заказа, а также законодательства о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд в арбитражном процессе закреплено в абзаце 8 части 1 статьи 52 АПК РФ.

Судебной практикой выработан подход к неустойке как упрощенному механизму компенсации потерь кредитора в случае ненадлежащего исполнения должником основного обязательства, то есть убытков (определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.08.2019 № 305-ЭС19-10075, от 02.09.2019 № 304-ЭС19-11744), право прокурора на взыскание которых прямо поименовано в статье 52 АПК РФ.

Как неоднократно разъяснял Конституционный Суд Российской Федерации (Постановления от 13.04.2016 № 11-П, от 25.10.2016 № 21-П, от 23.11.2017 № 32-П и пр.), устанавливая соответствующее регулирование, законодатель должен руководствоваться конституционным принципом равенства, который носит универсальный характер, оказывает регулирующее воздействие на все сферы общественных отношений и выступает конституционным критерием оценки законодательного регулирования не только прав и свобод, закрепленных непосредственно в Конституции Российской Федерации, но и прав, приобретаемых на основании закона. Соблюдение данного принципа, гарантирующего защиту от всех форм дискриминации при осуществлении прав и свобод, означает, помимо прочего, запрет вводить такие различия в правах лиц, принадлежащих к одной и той же категории (группе), которые не имеют объективного и разумного оправдания.

С учетом изложенного вывод судов об отсутствии у прокурора права на иск о взыскании законной неустойки является ошибочным (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2025 № 305-ЭС58-9226).

Окружной суд также отмечает, что сама по себе приведенная в обжалуемых судебных актах как произведенная прокурором квалификация требований о взыскании неустойки в качестве последствий недействительности части сделки, оставленной судами без удовлетворения, без учета направленности правового интереса прокурора, не отвечает целям обращения в арбитражный суд и задачам судебной защиты.

Арбитражные суды первой и апелляционной инстанции, являясь судами факта, рассматривающими спор по существу, обязаны правильно квалифицировать спорные правоотношения, определить предмет доказывания по делу, сформулировать круг юридически значимых обстоятельств и распределить бремя их доказывания (часть 2 статьи 65, часть 1 статьи 133 АПК РФ, пункт 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции»).

Решение суда признается законным и обоснованным тогда, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, а имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона

об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, а также тогда, когда в решении суда содержатся исчерпывающие выводы, вытекающие из установленного судом (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3(2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Решение и постановление в части результатов рассмотрения требований о взыскании неустойка нельзя признать соответствующим таким требованиям как принятые при существенном нарушении норм материального права.

В силу положений пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции» при проверке соответствия выводов арбитражных судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам (часть 3 статьи 286 АПК РФ) необходимо исходить из того, что суд кассационной инстанции не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ).

Поскольку для разрешения вопроса правомерности начисления неустойки за указанный в иске период и определение ее размера требуется установление фактических обстоятельств, такими полномочиями суд кассационной инстанции в силу требований статьи 287 АПК РФ не наделен, решение и постановление судов первой и апелляционной инстанций согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене в указанной части с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа. В остальной части судебные акты подлежат оставлению без изменения.

При новом рассмотрении спора арбитражному суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, применительно к фактическим обстоятельствам настоящего спора исследовать вопрос о наличии просрочки и оснований для привлечения поставщика к ответственности в виде неустойки, определить период допущенного нарушения при доказанности такового, проверить арифметическую правильность расчетов, предпосылок для списания (подпункт «г» пункта 2 Правил осуществления заказчиком списания сумм неустоек (штрафов, пеней), начисленных поставщику (подрядчику, исполнителю), но не списанных заказчиком в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, предусмотренных контрактом, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 04.07.2018 № 783), по результатам чего принять законный и обоснованный судебный акт, решить вопрос о распределении судебных расходов.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 01.07.2025 Арбитражного суда Ямало-Ненецкого автономного округа и постановление от 29.09.2025 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А81-4407/2025 отменить в части результатов рассмотрения требования о взыскании

неустойки и распределения судебных расходов, в отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ямало-Ненецкого автономного округа.

В остальной части решение и постановление оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Г.В. Марьинских

Судьи Е.В. Игошина

ФИО1