016/2022-78031(2) 

 

ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

10АП-13427/2022, 10АП-13499/2022, 10АП-13618/2022

Дело № А41-87600/18

18 августа 2022 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 15 августа 2022 года  Постановление изготовлено в полном объеме 18 августа 2022 года  

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Досовой М.В., судей Катькиной Н.Н., Шальневой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО1,  

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ООО «КапиталПрофи», конкурсного  управляющего ООО «Промкомплект» ФИО2, ФИО3 на определение Арбитражного суда Московской области от 30.05.2022 по делу   № А41-87600/18  

о несостоятельности (банкротстве) ООО «Промкомплект», при участии в судебном заседании: от ФИО3 - ФИО4 по доверенности от 04.05.2022; от ООО «Капитал-Профи» - ФИО5 по доверенности от 14.04.2021; 

от конкурсного управляющего ООО «Промкомплект» ФИО2 - ФИО6 по  доверенности от 10.02.2021 (после технического перерыва представитель в судебное заседание  не явился),  

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 15.11.2019 ООО «Промкомплект»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство,  исполняющим обязанности конкурсного управляющего утвержден ФИО7  

Определением Арбитражного суда Московской области от 19.12.2019 конкурсным  управляющим должником утвержден ФИО2  

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании  недействительными сделками договора займа от 20.02.2017 № ДЗ-20/02-2017, заключенного  между ООО «Промкомплект» и ФИО3, перечисление денежных  средств со счета ООО «Промкомплект» в пользу ФИО3 в размере 2 000 000 руб., а  также зачета погашения займа в виде выдаче займов в период с 31.07.2017 по 28.09.2017 на  сумму 566 000 руб., и применении последствий недействительности сделок (с учетом уточнений  в порядке ст. 49 АПК РФ).  

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.05.2022 заявленные  требования удовлетворено частично. Суд признал недействительным договор займа от  20.02.2017 № ДЗ-20/02-2017, заключенный между ФИО3 и ООО  «Промкомплект». Применил последствия недействительности сделки в виде взыскания с  

ФИО3 в конкурсную массу ООО «Промкомплект» денежных средств в  размере 1 434 000 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.  

Не согласившись с определением суда первой инстанции, ООО «КапиталПрофи» и  конкурсный управляющий ООО «Промкомплект» ФИО2 подали апелляционные жалобы,  в которых просят его отменить в части отказа в признании недействительным зачета взаимных  требований на основании соглашения от 18.04.2018 в размере 566 000 руб.  

ФИО3 также подала апелляционную жалобу, в которой просит  определение суда отменить в части признания недействительным договора займа от 20.02.2017   № ДЗ-20/02-2017 и применения последствий недействительности сделки в виде взыскания с  ФИО3 в конкурсную массу ООО «Промкомплект» денежных средств в размере 1 434  000 руб.  

В суд апелляционной инстанции от ФИО3, ООО «Капитал-Профи» и  конкурсного управляющего ООО «Промкомплект» поступили отзывы на апелляционные  жалобы и возражения по доводам апелляционных жалоб, которые приобщены к материалам  дела.  

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции проверены  арбитражным апелляционным судом в соответствии со ст. ст. 223, 266, 268 АПК РФ.  

В судебном заседании представитель ООО «Капитал-Профи» поддержал доводы своей  апелляционной жалобы и апелляционной жалобы конкурсного управляющего ООО  «Промкомплект», просил оспариваемый судебный акт отменить в обжалуемой части, возражал  против доводов апелляционной жалобы ФИО3  

Представитель ФИО3 поддержал доводы своей апелляционной жалобы, просил  оспариваемый судебный акт отменить в обжалуемой части, возражал против доводов  апелляционных жалоб ООО «Капитал-Профи» и конкурсного управляющего ООО  «Промкомплект».  

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства,  обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав объяснения представителей участвующих в  деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда  первой инстанции.  

Как следует из материалов дела, 20.02.2017 между ФИО3 и ООО  «Промкомплект» заключен договор займа № ДЗ-20/02-2017, по условиям которого должник  (заимодавец) передает ФИО3 (заемщик) денежные средства в размере 2 000 000 руб., а  ФИО3 обязуется вернуть денежные средства в срок до 01.03.2020, а также уплатить  проценты на сумму займа, начисленные по ставке 6,67% годовых.  

Согласно выписке о движении денежных средств по счету № 40702810300005000583,  открытому в ПАО «Совкомбанк», 28.02.2017 платежными поручениями №№ 129-132 с  назначением платежа: «выплата денежных средств по договору (процентного, ставка 6,67%)  денежного займа № ДЗ-20/02-2017 от 20.02.2017 для зачисления на счет 40817810738185918022  ФИО3. НДС не облагается» со счета ООО «Промкомплект» были  перечислены денежные средства в размере 2 000 000 руб. в пользу ответчика.  

Впоследствии 18.04.2018 сторонами был осуществлен зачет взаимных требований на  сумму 566 000 руб.  

Конкурсный управляющий должника, ссылаясь на то, что денежные средства, полученные  по названному договору, ФИО3 не возвращены, на отсутствие экономической  целесообразности для ООО «Промкомплект» в совершении спорных сделок, а также на  преимущественное удовлетворение требований ФИО3 должника перед требованиями  иных кредиторов, просит признать оспариваемые сделки недействительными на основании  пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», статей 10, 168  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Удовлетворяя частично требования конкурсного управляющего, суд первой инстанции  правомерно руководствовался следующими обстоятельствами.  

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в  целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трёх лет до  принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного  заявления и в результате её совершения был причинён вред имущественным правам кредиторов  и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки  (подозрительная сделка).  

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным  лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов  должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.  

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на  момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатёжеспособности или  недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении  заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника  учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников)  должника.  

В пункте 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной  по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо,  чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих  обстоятельств:  

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; 

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам  кредиторов;  

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к  моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).  

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в  признании сделки недействительной по данному основанию.  

Заявление о признании ООО «Промкомплект» банкротом принято к производству  31.10.2018.  

Оспариваемый договор займа заключен 20.02.2017, а спорные платежи совершены  28.02.2017, то есть в пределах срока подозрительности, установленного пунктом 2 указанной  статьи.  

Как следует из заявления конкурсного управляющего должника и не опровергнуто  ответчиком, согласно бухгалтерской отчётности за 2016-2017 гг. количество оборотных активов  в части запасов за период 2016-2017 гг. снизилось в два раза с 2,8 млн.руб. до 1,3 млн.руб., а в  последствии до 64 тыс.руб. в 2018 году.  

Также отмечался рост кредиторской задолженности в 2016 году, а сумма кредиторской  задолженности в 2017 году на 10 млн.руб. превышала сумму 2015 года.  

В 2016 году сумма основных средств была равна нулю, а в 2017 году составляла всего 39  000 руб., соответственно у должника отсутствовал запас какого-либо имущества, которое могло  пойти на погашение текущих требований кредиторов.  

Таким образом, должник испытывал нехватку оборотных средств для ведения  хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств.  

Возражая против удовлетворения заявления, ответчик ссылался на то, что в собственности  ООО «Промкомплект» имелась квартира стоимостью 6 385 000 руб.  

Однако согласно правовому подходу, отраженному в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4), сама по себе недоказанность  признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения  сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует  возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.  

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть  доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

ФИО3 не могла не знать об указанных выше финансовых трудностях должника,  поскольку с 10.08.2016 она занимала должность генерального директора ООО «Промкомплект».  

Кроме того, ФИО3 была включена в состав участников общества, путем  увеличения размера уставного капитала; размер доли ФИО3 составил 16,67% от  уставного капитала ООО «Промкомплект».  

В соответствии с положениями статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причинённым  имущественным правам кредиторов, понимается любое уменьшение стоимости или размера  имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику.  

Заявляя о причинении вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный  управляющий должника указал на то, что ФИО3 сумма займа не была возвращена, и  ее невозврат привел к ухудшению и так нестабильного финансового положения ООО  «Промкомплект».  

Возражая на доводы конкурсного управляющего должника, ФИО3 ссылалась на  то, что согласно пунктам 4.1, 4.2 спорного договора займа возврат суммы займа осуществлялся  путем перечисления суммы займа на счет должника (или иным не противоречащим закону  способом – удержание из заработной платы, внесением в кассу) в размере 50 % от ежемесячной  заработной платы, премий, всех начислений.  

Во исполнение условий договора ФИО3 подготовлено заявление об удержании у  нее сумм, подлежащих выплате заработной плате в размере 50 %, а также процентов в счет  погашения сумм по договору займа.  

В 2017-2018 г.г. производились удержания из заработной платы ФИО3 в счет  погашения займа; всего из заработной платы с учетом процентов было удержано 2 127 949,38  руб.  

Вместе с тем, как следует из материалов дела, согласно трудовому договору с ФИО3 № 6/1 от 10.08.2016 ей, как генеральному директору, установлен должностной оклад в  размере 40 000 руб.  

Дополнительным соглашением № 1 от 01.09.2016, подписанным от имени должника  ФИО3, как генеральным директором, с ФИО3 как работником размер оклада  устанавливался в размере 60 000 руб.  

То есть за 21 день пребывания в должности ФИО3 увеличила себе оклад по  должности на 50% процентов или 20 000 руб.  

Затем дополнительным соглашением № 2 от 30.12.2016, подписанным от имени должника  ФИО3, как генеральным директором общества, с ФИО3 как работником  размер оклада устанавливается в размере 114 943 руб.  

Дополнительным соглашением № 4 от 01.05.2017, подписанным от имени ООО  «Промкомплект» ФИО3, как генеральным директором общества, с ФИО3  как работником размер оклада устанавливался в размере 127 000 руб.  

При этом во всех дополнительных соглашениях к трудовому договору указано, что все  иные условия, в том числе касающиеся должности сотрудника и его трудовой функции остаются  без изменения.  

Следовательно, увеличение заработной платы ответчика в три раза не сопровождалось  каким-либо изменением его трудовых обязанностей (расширением объема полномочий).  

Ссылки ФИО3 на то, что ею совмещались должности генерального и  коммерческого директора отклоняются, так как не подтверждены документально.  

Согласно не опровергнутым пояснениям конкурсного управляющего должника с учетом  подлежащего удержанию и перечислению налога на доходы физического лица в размере 13%  сумма увеличения заработной платы совпадала с ежемесячным платежом, удерживаемым  

должником из заработной платы ФИО3 в счет погашения займа по спорному  договору.  

Таким образом, сначала заработная плата ФИО3 было необоснованно увеличена  на сумму 74 943 руб. (или 65 200 руб. без НДФЛ), а затем за счет этого увеличения  производилось удержание в счет погашения долга ответчика по договору займа.  

Кроме того, суд также учитывает, что в рамках рассмотрения дела о банкротстве ООО  «Промкомплект» вступившими в законную силу судебными актами признаны  недействительными действия ФИО3 по увеличению заработной платы.  

В связи с этим суд соглашается с доводом конкурсного управляющего должника о том, что  в результате заключения договора займа от 20.02.2017 № ДЗ20/02-2017 и перечисления на его  основании денежных средств был причинен вред имущественным правам кредиторов.  

При этом судом учитывается, что в действиях должника отсутствовала экономическая  целесообразность и разумность экономических мотивов, а также экономическая выгода от  совершения вышеуказанной сделки, поскольку ООО «Промкомплект» в момент ее совершения  пользовалось заемными денежными средствами по ставке более чем в два раза превышающей  ставку, установленную в договоре займа.  

Так, для своевременного пополнения оборотных средств должником с ПАО «Совкомбанк»  03.11.2016 был заключен договор кредитования № БСО-Ю810/0000-00583-16, по условиям  которого должнику предоставлялся кредит в виде овердрафта с кредитным лимитом 5 000  000,00 руб., плата за пользование денежными средствами составляла 16,0% годовых.  

Также ООО «Промкомплект» 28.12.2016 был заключен с ПАО «Совкомбанк» договор  кредитной линии № КЛ1494-КС/00-1494-16 на сумму 5 000 000 руб. с уплатой 15,5 % годовых.  

От имени должника названные договоры подписывались ФИО3, то есть она не  могла не знать, что условия договора займа, заключаемого между нею и ООО «Промкомплект»,  с установлением процентной ставки в размере 6,67 % существенно отличаются в худшую для  должника сторону.  

Однако суд учитывает, что из представленных в материалах дела документов следует, что  ФИО3 предоставила ООО «Промкомплект» денежные средства по договорам  беспроцентного займа на условиях возвратности в общей сумме 566 000 руб., срок возврата  согласно договорам займа – не позднее 31.12.2017.  

ФИО3 после наступления обязательств по возврату займа должником совершила  зачет взаимных требований в сумме 566 000 руб. на основании соглашения от 18.04.2018.  

Конкурсным управляющим должника не представлено каких-либо доказательств,  опровергающих факт предоставления ответчиком займа на сумму 566 000 руб.  

Возражая против уменьшения размера причиненного вреда на 566 000 руб. конкурсный  управляющий должника указывал на то, что фактически предоставленный ответчиком заем  носил компенсационный характер финансирования.  

Однако указанное обстоятельство не опровергает фактическую передачу ФИО3  денежных средств на сумму 566 000 руб. ООО «Промкомплект» и осуществление впоследствии  зачета взаимных требований в указанном размере.  

Заявляя о недействительности зачетов взаимных требований, конкурсный управляющий  должника ссылается на то, что зачеты привели к нарушению очередности удовлетворения  требований кредиторов.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная  должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана  арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой  оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении  удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:  

- сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего  лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;  

- сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения  требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;  

- сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения  которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не  исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;  

- сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано  большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до  совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в  порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о  несостоятельности (банкротстве).  

В силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 настоящей  статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после  принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение  одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом.  

Пунктом 3 статьи 61.3 предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 настоящей статьи и  совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о  признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной,  если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1  настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого  совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности  имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке  неплатежеспособности или недостаточности имущества.  

Как указывалось, выше, заявление о признании ООО «Промкомплект» банкротом принято  к рассмотрению определением Арбитражного суда Московской области от 31.10.2018.  

Соглашения о зачете взаимных требований подписаны 18.04.2018, то есть за пределами  сроков подозрительности, установленных пунктами 2,3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

При этом в материалах дела отсутствуют доказательства того, преимущественно перед кем  были удовлетворены требования ФИО3, а именно требования каких кредиторов к  18.04.2018 уже существовали, но не исполнялись должником.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том,  что размер причиненного вреда подлежит уменьшению на 566 000 руб. и составляет 1 434 000  руб. (2 000 000 руб. – 566 000 руб.).  

Что касается доводов конкурсного управляющего должника о наличии оснований для  признания оспариваемых сделок недействительными по статьям 10, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.  

В соответствии со статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка,  нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона  не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с  недействительностью сделки.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред  другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо  недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  

В силу разъяснений, изложенных в абзаце четвертом пункта 4 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых  вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности  (банкротстве)», наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания  сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой  допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за  пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).  

Вместе с тем, при рассмотрении настоящего обособленного спора конкурсный  управляющий ссылался только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности  обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых сделок недействительными по  основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве, не приводя при этом  доводов о наличии у спорных сделок пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных  сделок, совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и  преимущественного удовлетворения требований одного кредитора перед требованиями других  кредиторов.  

Учитывая изложенное суд первой инстанции обоснованно отказал в оспаривании сделок  по ст. ст. 10. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно части 1 статьи 167 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех,  которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что при  недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по  сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда  полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной  услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки  не предусмотрены законом.  

Аналогичные положения содержатся в п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве.  

Исследовав материалы дела, принимая во внимание фактически установленные  обстоятельства настоящего дела, апелляционный суд согласен с выводом суда первой инстанции  о том, что надлежащими последствиями недействительности сделок будет взыскание с  ФИО3 в конкурсную массу ООО «Промкомплект» денежных средств в размере 1 434  000 рублей.  

Исходя из установленных обстоятельств дела и представленных сторонами доказательств,  арбитражный апелляционный суд не усмотрел оснований для иных правовых выводов.  

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах ООО «Капитал-Профи» и конкурсного  управляющего ООО «Промкомплект» ФИО2, в части отказа в признании  недействительной сделкой соглашения о зачете взаимных требований от 18.04.2018, отклонены  арбитражным апелляционным судом.  

Заявители апелляционных жалоб приводят довод о причинении имущественного вреда  кредиторам соглашением о зачете взаимных требований от 18.04.2018 и о наличии в указанной  сделке пороков, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2021 № 305-ЭС19- 17221(2), ссылка на причинение вреда приоритетным удовлетворением требования кредитора  фактически направлена на обход специального состава недействительности, предусмотренного  пунктами 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, так как оказание предпочтения отдельному  кредитору само по себе еще не свидетельствует о причинении конкурсной массе (иным  кредиторам) вреда.  

В противном случае специальный состав недействительности, предусмотренный статьей  61.3 Закона о банкротстве, был бы лишен смысла, будучи полностью поглощенным  положениями статьи 61.2 данного Закона, что очевидно не соответствует целям  законодательного регулирования.  

Арбитражный суд первой инстанции верно отметил, что соглашение о зачете взаимных  требований от 18.04.2018 заключено более чем за шесть месяцев до даты возбуждении дела о  

банкротстве (несостоятельности) ООО «Промкомплект» (31.10.2018), а потому не могло быть  признано недействительным на основании пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

Доводы о наличии оснований для квалификации оспариваемого соглашения как  причинившего вред имущественным интересам кредиторов (пункт 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве) направлены на обход специального состава недействительности,  предусмотренного пунктом 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, в том числе установленного  указанной нормой срока подозрительности в шесть месяцев от даты возбуждения дела о  банкротстве.  

Доводы конкурсного управляющего ООО «Промкомплект» ФИО2 о наличии в  выданных ФИО3 должнику займах признаков компенсационного финансирования не  влияют на правовую квалификацию соглашения о зачете взаимных требований от 18.04.2018  как сделки, оспариваемой по пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.  

Арбитражным судом первой инстанции верно отмечено, что заявителем не приведено  доводов о выходе оспариваемой сделки за пределы дефектов сделок с предпочтением или  подозрительных сделок для ее квалификации по статьям 10, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

Оснований для иных выводов у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции основаны на  полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм  действующего законодательства.  

Доводы заявителей жалоб проверены апелляционным судом и не могут быть признаны  обоснованными, так как, не опровергая выводов суда первой инстанции, сводятся к несогласию  с оценкой установленных судом обстоятельств по делу, основаны на неправильном толковании  норм материального права, что не может рассматриваться в качестве оснований для отмены  определения суда.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с положениями  части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием к отмене судебного акта, судом первой инстанции не допущено.  

Руководствуясь статьями 223, 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 30.05.2022 по делу  

 № А41-87600/18 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через  

Арбитражный суд Московской области в течение месяца со дня его принятия. 

Председательствующий судья М.В. Досова Судьи Н.Н. Катькина 

Н.В. Шальнева