Арбитражный суд Псковской области

ул. Свердлова, 36, г. Псков, 180000

http://pskov.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А52-6/2022

город Псков

24 марта 2022 года

Резолютивная часть решения оглашена 18 марта 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 24 марта 2022 года

Арбитражный суд Псковской области в составе судьи Алексеевой Л.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Городской формат" (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 180004, 

<

...>) 

к участнику общества с ограниченной ответственностью "Городской формат" ФИО2 (адрес:180024, 

<

...>; ИНН 

<

***>) 

об обязании заключить соглашение о конфиденциальности,

при участии в заседании:

от истца: ФИО3, представитель по доверенности;

от ответчика: ФИО4, представитель по доверенности (путем использования веб-конференции);

установил:

общество с ограниченной ответственностью "Городской формат" (далее – истец, ООО «Городской формат») обратилось в Арбитражный суд Псковской области с исковым заявлением к участнику ООО "Городской формат" ФИО2 об обязании заключить соглашение о конфиденциальности.

Представитель истца требования поддержал в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении и в дополнительных пояснениях по делу.

Представитель ответчика иск не признал, указав, что попытка принудить   ФИО2 заключить соглашение о конфиденциальности обусловлена нежеланием предоставить ему информацию о деятельности общества. При этом фактически режим коммерческой тайны в обществе установлен не был, требования о заключении соглашения о конфиденциальности были заявлены только в ходе рассмотрения дела по иску об истребовании у общества документации с целью затянуть судебное разбирательство. Кроме того в отношениях с контрагентами по государственным контрактам истец не уведомлял государственного заказчика о режиме коммерческой тайны в организации. Условия соглашения об обязательном получении согласия директора общества на использование документов, составляющих коммерческую тайну, не соответствует нормам корпоративного законодательства, так как фактически нивелирует право участника общества на осуществление контроля за деятельностью общества (например, привлечение аудиторской организации для проведения аудита деятельности общества), так как ставит это право ответчика в зависимость от волеизъявления директора на предоставление документов, составляющих коммерческую тайну, аудитору.

Исследовав письменные материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Общество зарегистрировано в качестве юридического лица МИФНС РФ №1 по Псковской области 16.04.2013.

ФИО2 является участником общества с долей, составляющей 50% уставного капитала, соответствующая запись в ЕГРЮЛ внесена 23.07.2014.

ФИО2 занимал должность исполнительного директора общества. 29.06.2021 трудовой договор расторгнут на основании пункта "а" части 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

ФИО2 16.09.2021 в адрес общества направлен запрос о предоставлении информации о деятельности Общества и ознакомлении с бухгалтерской и иной документацией. Кроме того, он просил  предоставить сведения бухгалтерской отчетности Общества путем копирования базы автоматизированной программы бухгалтерского учёта (1С бухгалтерия или др.) на любой электронный носитель информации (CD/DVD диск, USB - накопитель).

Письмом от 27.09.2021 исх. № 632 Общество отказалось предоставить информацию и документы за 2016 и 2017 годы со ссылкой на подпункт 3 пункта 4 статьи 50 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон №14-ФЗ) ввиду отнесения этих документов к прошлым периодам деятельности общества (более трех лет до момента обращения участника общества с требованием). ФИО2 предоставлена лишь часть испрошенных документов: копии деклараций по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2018, 2019, 2020 годы -14 листов; копии бухгалтерских балансов за 2018-2020 годы, - 9 листов; копия штатного расписания - 1 лист; копия договора займа №712-1 от 16 марта 2021 года с АНО «Фонд гарантий и развития предпринимательства Псковской области» - 3 листа; копия договора ипотеки № 712-1-2 от 02 июля 2021 года с АНО «Фонд гарантий и развития предпринимательства Псковской области» - 3 листа; Оборотно-сальдовая ведомость за 2018, 2019, 2020 года по счетам 01,02,60,62 - 393 листа; копия описи вложения (идентификатор почтового отправления18000406845013) - 1 лист. Кроме того, Общество просило в связи с большим объемом заявленной к передаче документации, а также в связи с тем, что с 01.10.2021 начинается отчетный период для сдачи налоговой отчетности, продлить срок предоставления копий запрашиваемых документов.

ФИО2 12.10.2021 повторно направил запрос Обществу с требованием предоставить информацию о деятельности Общества и ознакомить его с бухгалтерской и иной документацией.

Общество письмом от 21.10.2021 исх. № 705 в передаче части документов отказало со ссылкой на часть 2 и пункт 3 части 4 статьи 50 Закона № 14-ФЗ. Также сослалось на отсутствие части запрашиваемых бухгалтерских документов, поскольку Общество их не ведет, являясь субъектом малого предпринимательства. Вновь указало на большой объем запрашиваемых документов, просило представить отсрочку.

ФИО2, посчитав, что нарушено его право участника хозяйственного общества на получение информации об обществе, предусмотренное статьями 65.2, 67 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также законодательством о хозяйственных обществах, обратился с иском в суд, спор рассмотрен в рамках дела №А52-5226/2021 (иск принят к производству 29.10.2021).

Решением Арбитражного суда Псковской области от 27.01.2022 по указанному делу требования ФИО2 удовлетворены частично, на общество возложена обязанность в течение 5 дней со дня вступления в законную силу решения представить запрошенные документы, в случае неисполнения решения  в установленный срок взыскать с общества неустойку. На момент рассмотрения настоящего спора данное решение не вступило в законную силу, обжалуется в суде апелляционной инстанции. 

Как усматривается из текста решения по делу №А52-5226/2021, общество в качестве возражений на требования о предоставлении документов, уже в последующих судебных заседаниях, заявил, что запрашиваемая информация носит конфиденциальный характер, относится к конкурентной сфере и ее распространение может причинить вред коммерческим интересам Общества, в то время как ФИО2 отказывается заключить соглашение о конфиденциальности.

В обоснование своих возражений и доводов общество представило положение о коммерческой тайне, утвержденное приказом директора Общества №5/2 от 14.05.2021. С данным приказом ФИО2 был ознакомлен путем направления в его адрес 15.12.2021 данного приказа с положением, штрих-код 18001706802973 (получен ФИО2 21.12.2021), то есть по истечении семи месяцев после его издания. 

Таким образом, по истечении двух месяцев с момента обращения ФИО2 в суд с иском по делу №А52-5226/2021, обществом в адрес истца направлено извещение  о готовности предоставить испрашиваемые документы при условии заключения ФИО2 соглашения о конфиденциальности, утвержденного приказом директора Общества №5/2 от 14.05.2021.

От подписания указанного соглашения ФИО2 отказался, мотивируя это тем, что им дана расписка о неразглашении конфиденциальной информации, это является достаточным для предоставления ему истребуемых документов. А также указал, что граждане свободны в заключении договора, в связи с чем Общество не вправе понуждать его к заключению соглашения о конфеденциальности на невыгодных для него условиях. 

Истец в свою очередь, полагает, что отказ ФИО2 от заключения соглашения о конфеденциальности нарушает его права и режим коммерческой тайны, действующий в Обществе, ставит его в более выгодное положение по сравнению с другим участником общества и его работниками, заключившими такое соглашение. Обязанность для ответчика по заключению соглашения установлена Законом об ООО. При этом уклоняясь от заключения соглашения, ответчик фактически препятствует истцу добровольно удовлетворить исковые требования ФИО2, заявленные в деле №А52-5226/2021, Также то обстоятельство, что в обществе имеется  корпоративный конфликт, ФИО2 ищет новую работу и участвует в качестве участника в других обществах с видами деятельности, аналогичными деятельности истца, может повлечь разглашение ФИО2 информации, составляющей коммерческую тайну, что в свою очередь причинит убытки и вред обществу.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения ООО «Городской формат» в суд с рассматриваемыми требованиями.

Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с положениями статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд считает, что в удовлетворении иска надлежит отказать, исходя из следующего.

В соответствии с абзацем 3 пункта 4 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) участник корпорации, помимо прочего, обязан не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности корпорации.

Новая редакция устава общества утверждена в 2016 году на общем собрании, на котором принял участие ФИО2 и голосовал о его утверждении в новой редакции.

Согласно пункту 5.5 устава общества участник общества обязан, в том числе, не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности общества (перечень такой информации и порядок доступа к ней определяется директором общества).

В силу пункта 5 статьи 50 Закона № 14-ФЗ срок исполнения обязанности по предоставлению документов, содержащих конфиденциальную информацию, исчисляется не ранее чем с момента подписания между обществом и обратившимся с требованием о предоставлении доступа к документам участником договора о нераспространении информации (соглашения о конфиденциальности) по форме, принятой в обществе.

В пункте 15 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.01.2011 № 144 "О некоторых вопросах практики рассмотрения арбитражными судами споров о предоставлении информации участникам хозяйственных обществ" (далее – Информационное письмо № 144) разъяснено, что в случае, если документы, которые требует предоставить участник хозяйственного общества, содержат конфиденциальную информацию о деятельности общества, в том числе коммерческую тайну, общество, прежде чем передать соответствующие документы и (или) их копии, может потребовать выдачи расписки, в которой участник подтверждает, что предупрежден о конфиденциальности получаемой информации и об обязанности ее сохранять.

Если документы, которые требует предоставить участник хозяйственного общества, содержат иную охраняемую законом тайну (государственную, банковскую и т.п.), общество предоставляет ему выписки из таких документов, исключив из них соответствующую информацию. Одновременно общество обязано сообщить участнику об основаниях отнесения информации, содержащейся в этих документах, к охраняемой законом тайне.

Таким образом, действующее законодательство и акты его толкования исходят из того, что заключение соглашения о конфиденциальности при определенных обстоятельствах может являться условием реализации участником корпорации права на ознакомление с информацией об ее деятельности.

Вместе с тем доводы об уклонении от заключения соглашения о конфиденциальности могут быть заявлены в качестве возражения по иску участника об истребовании информации о деятельности корпорации и являться основанием для отказа в удовлетворении такого иска либо для установления в решении суда срока представления документов с момента подписания соответствующего соглашения.

При этом представителем общества доводы об уклонении ФИО2 от заключения соглашения о конфиденциальности заявлялись и были предметом судебной оценки в рамках рассмотрения дела №А52-5226/2021.

В тоже время в силу пункта 1 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Между тем, на протяжении всего срока рассмотрения спора, сторона истца в обоснование своих требований не привела норму закона, в силу которой на ФИО2 лежит обязанность заключить соглашение о конфиденциальности.

Как указано выше, положения Закона №14-ФЗ такую обязанность на участника корпорации не возлагают, а лишь в определенных случаях ставят возможность реализации права на ознакомление со сведениями о деятельности корпорации под условие оформления обязательства по неразглашению такой информации путем заключения соглашения о конфиденциальности. 

В добровольном порядке ФИО2 на себя обязательств по заключению соглашения о конфиденциальности также не брал, доказательств обратного истцом суду не представлено.

В материалы дела истцом представлено положение о коммерческой тайне общества, утвержденное приказом №5/2 от 14.05.2021, в то время как ФИО2 является участником общества с 2014 года, и о издании данного приказа был уведомлен лишь в конце декабря 2021 года,  в процессе рассмотрения спора о предоставлении документов участнику общества.

В силу подпункта 8 пункта 2 статьи 33 Закона №14-ФЗ утверждение (принятие) документов, регулирующих внутреннюю деятельность общества (внутренних документов общества), относится к компетенции общего собрания участников общества, а не его единоличного исполнительного органа.

Данная норма так же зафиксирована в уставе общества (пп.6 п. 8.3 устава).

Таким образом, позиция общества о легитимности положения о коммерческой тайне от 14.05.2021, утвержденного только директором Общества, в отсутствие его  утверждения общим собранием участников общества, несостоятельна и основана на неверном толковании подпункта 8 пункта 2 статьи 33 Закона №14-ФЗ и положений устава ООО «Новый формат».

Кроме того, согласно части 1 статьи 10 Федерального закона от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне» (далее - Закон о коммерческой тайне) меры по охране конфиденциальности информации, принимаемые её обладателем, должны включать в себя: 1) определение перечня информации, составляющей коммерческую тайну; 2) ограничение доступа к информации, составляющей коммерческую тайну, путём установления порядка обращения с этой информацией и контроля за соблюдением такого порядка; 3) учёт лиц, получивших доступ к информации, составляющей коммерческую тайну, и (или) лиц, которым такая информация была предоставлена или передана; 4) регулирование отношений по использованию информации, составляющей коммерческую тайну, работниками на основании трудовых договоров и контрагентами на основании гражданско-правовых договоров; 5) нанесение на материальные носители, содержащие информацию, составляющую коммерческую тайну, или включение в состав реквизитов документов, содержащих такую информацию, грифа «Коммерческая тайна» с указанием обладателя такой информации (для юридических лиц - полное наименование и место нахождения, для индивидуальных предпринимателей - фамилия, имя, отчество гражданина, являющегося индивидуальным предпринимателем, и место жительства). 

Режим коммерческой тайны считается установленным после принятия обладателем информации, составляющей коммерческую тайну, мер, указанных в части 1 статьи 10 (часть 2 статья 10 Закона о коммерческой тайне). 

Таким образом, принятие положения о коммерческой тайне само по себе не свидетельствует о том, что соответствующий режим установлен.

Как усматривается из дела №А52-5226/2021 и не оспаривается сторонами, приказ №5/2 от 14.05.2021, положение о коммерческой тайне представлено суду и ФИО2 в процессе рассмотрения спора, каких-либо иных документов  и доказательств фактического установления режима коммерческой тайны не поступило. Лишь при рассмотрении настоящего спора по истечению еще одного месяца в материалы дела представлена выписка из журнала регистрации представления доступа к информации, содержащей коммерческую тайну, служебные записки о предоставлении доступа к информации, содержащей коммерческую тайну, перечень сведений, составляющих коммерческую тайну в обществе. 

Между тем, как усматривается из искового заявления и пояснений сторон, ранее запрашиваемая ФИО2 информация (не являющаяся предметом рассмотрения дела №А52-5226/2021) Обществом частично ФИО2 предоставлялась без требований заключить соглашение о конфиденциальности.

Как пояснил представитель общества, ранее представленные документы по запросу ФИО2 не носили конфиденциальный характер.  

Однако как усматривается из материалов дела из числа представленных ранее участнику общества документов было, в том числе штатное расписание общества, которое согласно пункту 2 соглашения относится к конфиденциальной информации.

Помимо этого в судебном заседании представитель истца не отрицал, что в муниципальных и государственных контрактах, в которых общество принимало участие и которые размещены в открытом доступе в сети интернет, что объективно препятствует возможности внесения в них изменений, отсутствовали какие-либо указания на положения, регулирующие отношения по использованию информации, составляющей коммерческую тайну общества.  

Таким образом, совокупность указанных обстоятельств свидетельствует о том, что фактически режим коммерческой тайны в обществе не устанавливался.

Также стороной истца не оспаривается, что ответчик подписал соответствующую расписку о неразглашении  конфиденциальной информации о деятельности общества (л.д. 88 т. 1). 

Истец, обосновывая то обстоятельство, что предоставление ФИО2 соответствующей расписки  не обеспечит соблюдение прав общества на сохранение конфиденциальной информации, указал на то, что пунктом 5.2 соглашения предусмотрена ответственность за его нарушение в виде штрафа в размере 500 000 руб., подписание же ответчиком расписки о неразглашении не позволит применить к нему такую меру ответственности и в полной мере возместить убытки общества в случае разглашения ФИО2 конфиденциальной информации, составляющей коммерческую тайну. 

Вместе с тем, исходя из буквального содержания пункта 1.3, подпункта "в" пункта 3.1, пункта 5.2 соглашения о конфиденциальности следует, что в случае его заключения ФИО2 мог бы представлять соответствующую информацию третьим лицам, в том числе и независимым аудиторам, а также государственным органам, только с согласия директора общества. 

При этом, запрашивая соответствующую информацию о деятельности общества в рамках дела А52-5226/2021, ФИО2 сослался на наличие обоснованных сомнений в добросовестности единоличного исполнительного органа общества, а также на возможное совершение им противоправных действий с имуществом общества.

Таким образом, запрос соответствующей информации о деятельности общества был связан с намерением ФИО2 провести независимый аудит его деятельности и при наличии обстоятельств, свидетельствующих о злоупотреблениях со стороны директора общества, обраться в компетентные органы.

Суд также учитывает, что директором общества и вторым участником, владеющим оставшимися 50 %  долей в обществе, является ФИО5. Тогда как представитель общества пояснял, что между участниками общества имеется корпоративный конфликт.

В этой связи, суд соглашается с доводом ответчика о том, что условие соглашения об обязательном получении согласия директора общества на использование документов, составляющих коммерческую тайну, фактически нивелирует право участника общества на осуществление контроля за деятельностью общества и ставит это право ответчика, как участника общества, в зависимость от волеизъявления директора и второго участника на предоставление документов, составляющих коммерческую тайну, аудитору при наличии в обществе корпоративного конфликта.

Из основания иска также следует, что причиной заявления требований об обязании ФИО2 заключить соглашение о конфиденциальности явилось, помимо прочего, его обращение в различные государственные органы и сторонние организации, в том чисел прокуратуру, Центральный банк Российской Федерации, фирму "Псков-Аудит".

Кроме того, суд отмечает, что заключение соглашения в предложенном истцом виде привело бы к тому, что предоставление переданной ФИО2 информации о деятельности общества третьим лицам (в том числе государственным органам, независимым аудиторам) для проведения проверки деятельности общества формально явилось бы основанием для взыскания с ответчика штрафа без установления того, был ли причинен обществу в результате совершения таких действий какой-либо ущерб, что само по себе свидетельствует о злоупотреблении правом со стороны истца, требующего подписать соглашение о конфиденциальности в изложенной редакции.  

Вместе с тем в разделе 10 положения о коммерческой тайне "ответственность за разглашение коммерческой тайны" указание на выплату денежного штрафа отсутствует, при этом в случае разглашения коммерческой тайны предусмотрена возможность взыскания с виновного лица ущерба.

При этом ответственность, к которой ФИО2 может быть привлечен за разглашение информации, составляющей для общества коммерческую тайну, установлена законом, а именно статьей 14 Федеральный закон от 29.07.2004 № 98-ФЗ «О коммерческой тайне»: гражданско-правовая (статья 15 ГК РФ), административная или уголовная в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, неподписание ответчиком соглашения о конфиденциальности с учетом предоставления ФИО2 соответствующей расписки о неразглашении не препятствует возможности его привлечения к перечисленной выше ответственности в виде возмещения причиненного обществу ущерба в случае совершения неправомерных действий в отношении представленной информации, в то время как подписание соглашения в предложенном истцом виде будет препятствовать реализации права ФИО2 на проведение анализа деятельности общества независимыми специалистами и государственными органами и безосновательно отнесет на него обязанность по уплате штрафа, волеизъявления по несению которой он не выражал.

Суд так же отклоняет довод истца о том, что принадлежащие ответчику общества, в том числе "Жажда путешествий", "Корел Тревел Псков", либо он сам осуществляют реальную деятельность, конкурирующую с деятельностью общества.

В пункте 3 статьи 10 ГК РФ установлено, что в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Презумпция добросовестного поведения участников гражданских правоотношений предполагается, в силу чего заявитель должен представить суду доказательства, свидетельствующие о злоупотреблении участниками общества правом при получении информации.

Доказательства, свидетельствующие о намерении ответчика распорядиться полученной информацией исключительно во вред обществу, в деле не имеется. 

Само по себе наличие юридических лиц, не осуществляющих фактически какой-либо деятельности, как и поиск работы ответчиком в ином регионе (Санкт-Петербург и Ленинградская область), данное обстоятельство не подтверждают.

Таким образом, доводы истца о том, что ФИО2 злоупотребляет правом, поскольку является конкурентом общества, отклоняются судом, поскольку учитывая пункт 3 статьи 10 ГК РФ, абзац третий пункта 2 статьи 67 ГК РФ, пункт 15 Информационного письма № 144 осуществление коммерческой деятельности, схожей с деятельностью Общества, само по себе не является подтверждением злоупотребления своими правами.

При этом суд учитывает, что второй участник общества ФИО5 тоже принимает участие в другом обществе в качестве участника, осуществляющем по ОКВЭД одну и ту же с обществом деятельность, однако доказательства того, что она заключила с обществом соглашение о конфеденциальности, в материалы дела не представлены. В материалах дела отсутствуют аналогичные соглашения, заключенные между  работниками и Обществом. 

На основании изложенного, суд также отклоняет довод истца о том, что отказ ФИО2 от заключения соглашения о конфеденциальности нарушает права Общества и режим коммерческой тайны, действующий в Обществе, ставит его в более выгодное положение по сравнению с другим участником общества и работниками, заключившими такое соглашение.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что истец не указал правовых оснований и фактических обстоятельств, свидетельствующих о возможности обязать ФИО2 заключить соглашение о конфиденциальности в судебном порядке, как и не доказал фактическое установление режима коммерческой тайны в обществе, а также то, что незаключение соглашения о конфиденциальности приведет к нарушению прав истца. Напротив, установленные судом по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что понуждение ответчика заключить соглашение о конфиденциальности в предложенном истцом виде направлено на воспрепятствование ФИО2 в получении информации о деятельности общества и ее последующего анализа, в том числе путем привлечения независимых аудиторов и иных специалистов.

При таких обстоятельствах в удовлетворении заявленных требований надлежит отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ, с учетом результатов рассмотрения спора, государственная пошлина по делу подлежит отнесению на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в иске отказать.

На решение в течение одного месяца после его принятия может быть подана апелляционная жалоба в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Псковской области.

 

Судья            Л.В. Алексеева