Арбитражный суд Тульской области

300041, г. Тула, Красноармейский проспект, д.5.

тел./факс (4872) 250-800;  e-mail: а68.info@arbitr.ru; http://www.tula.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Тула                                                                                                                    Дело № А68-559/2023

Резолютивная часть решения объявлена  20   марта  2024 года

Полный текст решения изготовлен           26   марта  2024 года

 

Арбитражный суд в составе: судьи Фрик Е.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел  в  судебном  заседании   исковое заявление ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «Компания Тропик» ИНН (

<

***>), ОГРН (

<

***>), публичному акционерному обществу «Сбербанк России» ИНН (

<

***>) ОГРН (

<

***>) в лице Тульского отделения № 8604 о признании недействительными решений внеочередного общего собрания участников ООО «Компания Тропик», оформленных протоколом б/н от 21.01.2021; о признании недействительными решений внеочередного общего собрания участников ООО «Компания Тропик», оформленных протоколом б/н от 29.04.2021; о признании недействительным договора об открытии возобновляемой кредитной линии № 7М-1-2Z0X0MNN от 24.12.2020, заключенного между ПАО «Сбербанк России» в лице Тульского отделения № 8604 и ООО «Компания Тропик», третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований на предмет спора, - ООО «СБК Актив», при участии в судебном заседании представителей: от истца -   ФИО3  по доверенности от 10.01.2023, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании,    от ПАО «Сбербанк России»  - ФИО4  по доверенности, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании,   от ООО «Компания Тропик»  – ФИО5 по доверенности от 26.06.2023, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании, от ООО «СБК Актив» - ФИО6 по доверенности, паспорт, диплом о высшем юридическом образовании (участие посредством веб-конференции),  

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (бывший участник ООО «Компания Тропик») (далее – Истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Компания Тропик» (далее – Общество) и публичному акционерному обществу «Сбербанк России» в лице Тульского отделения № 8604 (далее – Банк) о признании недействительными решений внеочередного общего собрания участников ООО «Компания Тропик», оформленных протоколами б/н от 21.01.2021 и от  29.04.2021; о признании недействительным договора об открытии возобновляемой кредитной линии  № 7М-1-2Z0X0MNN от 24.12.2020, заключенного между ПАО «Сбербанк России» в лице Тульского отделения № 8604 и ООО «Компания Тропик».

Истцом было заявлено ходатайство о процессуальном правопреемстве по делу в порядке ст. 48 АПК РФ и замене ответчика Банка его правопреемником ООО «СБК Актив», которое судом отклонено и по нему вынесено отдельное определение.  

Истцом заявлено ходатайство об отложении судебного заседания  с целью реализации права обжалования принятого судом указанного выше определения.

Представители ответчиков и третьего лица возражали против отложения заседания, ссылаясь на злоупотребление истцом права, настаивали на рассмотрении дела по существу.

Суд ходатайство истца об отложении судебного заседания в порядке ст. 159 АПК РФ рассмотрел и отклонил,  поскольку  принятие судом вышеуказанного определения не препятствует рассмотрению дела по существу, а также не препятствует обжалованию принятого определения совместно с принятым по делу судебным актом в порядке ст. 188 АПК РФ.

В обоснование заявленных требований истец сослался на следующие обстоятельства.

Истец с 02.07.2019  до 25.05.2021 года являлся участником Общества с 84% долей участия  в уставном капитале Общества.

Истцу стало известно, что директором Общества с Банком был заключен договор об открытии возобновляемой кредитной линии № 7M-1-2Z0X0MNN от 24.12.2020   (далее - Кредитный договор).

Согласно п.п. 1.1, 1.2  договора кредитор обязуется открыть заемщику возобновляемую кредитную линию на финансирование текущей деятельности на срок по 16.06.2022. Заемщик обязуется возвратить кредитору полученный кредит и уплатить проценты за пользование кредитом и другие платежи в размере, в сроки и на условиях договора.

Сумма лимита   по    Кредитному договору составила 710 млн.руб., срок возврата 16.06.2022.

Также Истцу стало известно о протоколах внеочередных общих собраний участников Общества б/н от 21.01.2021 и от 29.04.2021, в которых отражены решения о даче согласия на совершение крупной сделки и наделении генерального директора   ФИО7 полномочиями по самостоятельному определению условий сделки, не предусмотренных решением участников.

Истец считает, что решения внеочередного общего собрания участников Общества, отраженные в протоколах б/н от 21.01.2021  и б/н от 29.04.2021 (далее – спорные протоколы), являются недействительными по основаниям ничтожности.

В протоколе собрания от 21.01.2021  отражены следующие решения:

 1.       «Предоставить согласие на совершение крупной сделки - заключение между Обществом и Банком  договора об открытии возобновляемой кредитной линии                   № 7M-1-2Z0X0MNN от «24» декабря 2020, дополнительного соглашения № I от 30.12.2020   к договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 7М-1-2Z0X0MNN от «24» декабря 2020, на условиях, указанных в настоящем пункте Протокола.»

2. «Предоставить полномочия генеральному директору ФИО7 самостоятельно определять иные условия сделки, предусмотренные настоящим Решением (в том числе, но не ограничиваясь условиями о размере неустоек, плат и любых исчисляемых параметров/показателей/условий/ковенантов по Кредитному договору, об основаниях  и порядке досрочного истребования Банком кредита иных условий), а также полномочия на заключение от имени Общества соответствующих сделок в целях исполнения настоящего решения.»

Из Протокола собрания следует, что вышеуказанные решения приняты единогласно.

 В Протоколе собрания от 29.04.2021 г. отражены следующие решения:

1. «Предоставить согласие на совершение крупной сделки - заключение дополнительного соглашения № 3 к договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 7M-1-2Z0X0MNN от «24» декабря 2020 г. на условиях согласно приложению № 1 к настоящему Протоколу.

Подтвердить генерального директора Общества ФИО7 на подписание дополнительного соглашения № 3 к договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 7M-1-2Z0X0MNN от «24» декабря 2020 г.»

Из Протокола собрания следует, что вышеуказанные решения приняты единогласно.

В период нахождения Истца в составе участников Общества и после уступки 84% доли в пользу ФИО7, последний как директор и участник Общества не ставил Истца в известность о том, что Общество приняло на себя кредитные обязательства перед Банком на сумму 710 млн. рублей.

Истец не был уведомлен о собраниях от 21.01.2021  и от  29.04.2021, не принимал в них участия: не выступал на собраниях, не ставил на обсуждение вопросы и не предлагал варианты принятия решения по ним, не обсуждал и не принимал совместно с другим участником ФИО7 указанных в протоколах собраний решений.

Следовательно, Общество не осуществило предусмотренных ст. ст. 36, 37 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» мероприятий по организации, созыву и проведению собраний, протоколы собраний Истцу Общество не направляло.

Истец не подписывал протокол собрания от 21.01.2021 года б/н, в котором отражены вышеуказанные решения.

Истец указывает, что данное обстоятельство имеет существенное значение для спора и подтверждается заключением специалиста № HR-1222-4 от 23.12.2022. По итогам проведенного исследования установлено, что подписи на протоколе внеочередного общего собрания участников Общества от 21.01.2021 выполнены не ФИО8, а иным лицом с подражанием подписи.

Истец не подписывал протокол собрания от 29.04.2021 года б/н.

Вместе с тем, как следует из содержания протокола собрания, решения приняты по вопросам, не включенным в повестку дня.

Так, решение по второму вопросу повестки дня от 21.01.2021 не соотносится с содержанием включенного в повестку дня второго вопроса.

Истец считает, что указанные в протоколах собраний решения, как принятые при отсутствии необходимого кворума и по вопросам, не включенным в повестку дня, согласно ст. 181.5. ГК РФ являются ничтожными и согласно п. 6 ст. 43 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не имеют силы.

Истец полагает, что Кредитный договор является недействительным, как крупная сделка, совершенная без надлежащего одобрения и не являющаяся разумно необходимой для хозяйствующего субъекта, как совершенная в интересах только одного участника и создающая риск причинения   неоправданного вреда другому бывшему участнику, который не выразил согласие на ее совершение.

Спорный Кредитный договор является для Общества крупным.

Согласно бухгалтерскому балансу на 30.09.2020   (дату предшествующую спорному кредитному договору) балансовая стоимость активов Общества составила 2 141 563 000 руб.

Сумма обязательств Общества перед Банком по кредитному договору равна   710 000 000 руб., что составляет 33,15% балансовой стоимости активов Общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Таким образом, оспариваемый договор представляют собой сделку, связанную с возможностью отчуждения Обществом имущества, балансовая стоимость которого превышает 25% порог балансовой стоимости активов Общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату, что согласно ст. 46 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» и п. 9 Постановления Пленума ВС РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность», свидетельствует о наличии количественного (стоимостного) признака, характеризующего оспариваемые договоры как крупные сделки, требующие обязательного одобрения участниками Общества (ст. 46 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

Оспариваемый кредитный договор заключен за пределами обычной хозяйственной деятельности Общества, поскольку привлечение кредитных денежных средств в указанном размере не соотносится с возможностью Общества по их возврату, в том числе, в указанные в договоре сроки. На дату привлечения кредитных средств по спорному договору у Общества нарастала неплатежеспособность, отсутствовали активы, позволяющие обслуживать кредитные средства.

При таких обстоятельствах факт прекращения деятельности Общества в связи с исполнением обязательств по обеспечительным сделкам очевиден уже на момент заключения спорной сделки.

Истец  отмечает, что с 2020 года по 25.05.2020  в деятельности Общества не происходило экстраординарных финансовых событий, которые можно было бы противопоставить или сравнить с оспариваемой сделкой по ее качественному и количественному (стоимостному) критериям.

Истец считает, что Банк не проявил должной осмотрительности, что свидетельствует о его недобросовестности при заключении Кредитного договора.

С учетом условий оспариваемого договора и обстоятельств правоотношений, а также того, что составной частью интереса Общества являются интересы его участников, следует вывод, что ущерб интересам Общества имеет место, поскольку сделка не является разумно необходимой для Общества, совершена в интересах только одного участника и влечет причинение неоправданного вреда Истцу, который не выразил согласие на ее совершение.

Факт подачи Банком в Арбитражный суд Тульской области заявления о признании Общества банкротом (принято к производству 25.10.2022 года, дело № A68-11683/2022) однозначно свидетельствует о критических для деятельности Общества последствиях и, как, следствие, крайне неблагоприятных последствиях для Истца, как участника Общества на дату совершения сделки. 

Подробно доводы истца изложены в исковом заявлении.

Банк  против удовлетворения иска возражал, в том числе указывая, что истец, как бывший участник Общества не имеет права на подачу рассматриваемого иска; указывает, что истцом  пропущен срок исковой давности, которую просит суд применить; указал, что оспариваемый договор заключен Обществом в пределах обычной хозяйственной деятельности;  действия Банка являются добросовестными; считает, что оспариваемый договор не является ничтожным, поскольку соответствует всем требованиям Гражданского кодекса РФ; считает действия истца недобросовестными, поскольку Общество факт получения кредита не оспаривает; представленные истцами материалы из уголовного дела не свидетельствуют о недействительности оспариваемого Кредитного договора. Подробно доводы Банка изложены в обобщенном отзыве от 26.07.2023.

ООО «Компания Тропик» требования истца считает необоснованными и не подлежащими удовлетворению, в том числе указывая, что истцу об оспариваемом Кредитном договоре было известно через корпоративное участие в ООО «Компания Тропик», протоколы об одобрении были подписаны лично истцом. Указывает, что оспариваемый договор заключен в пределах обычной хозяйственной деятельности Общества.  Заявляет о пропуске срока исковой давности, которую просит суд применить. Подробно доводы Общества изложены в отзыве на иск от 09.06.2023.   

 ООО «СБК Актив» письменный отзыв не представило. В судебном заседании представитель поддержал доводы Банка, заявил о пропуске срока исковой давности, которую суд просит применить.

Представитель истцов считал неподлежащими  применению к спору заявления третьих лиц о пропуске срока исковой давности.

 

Оценив материалы дела, выслушав пояснения представителей  участвующих в деле лиц, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 3 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в заседании или заочном голосовании либо голосовавший против принятия оспариваемого решения.

В соответствии со ст. 181.5 ГК РФ если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно:

1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества;

2) принято при отсутствии необходимого кворума;

3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания;

4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

Согласно п.4 ст.46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ  «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО), крупная сделка, совершенная с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть признана недействительной в соответствии со ст. 173.1 ГК РФ по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участников (участника), обладающих не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Согласно п.1 ст.43 Закона об ООО, решение общего собрания участников общества, принятое с нарушением требований настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника общества, может быть признано судом недействительным по заявлению участника общества, не принимавшего участия в голосовании или голосовавшего против оспариваемого решения.

Истец на момент подачи иска и на настоящий момент не является участником общества, следовательно, не является лицом обладающим правом на подачу иска.

Вышеуказанное подтверждает также и сам Истец, указывая в возражениях на отзыв по делу №А68-11328/2022, что 25.05.2021 перестал являться участником Компании и с указанной даты не имеет корпоративных прав, равно как и обязанности проявлять интерес к деятельности Компании.

Довод Истца о неблагоприятных для него последствиях на дату заключения оспариваемой сделки ничем не подтвержден. В чем для Истца заключаются эти неблагоприятные последствия не указано.

Более того, Истец за свою долю в обществе денежные средства получил в полном объеме, что подтверждается договором купли-продажи доли в уставном капитале от 17.05.2021. Указанное обстоятельство свидетельствует об отсутствии для Истца неблагоприятных последствий

В соответствии с п. 4  ст. 43  Закона Об Обществах с ограниченной ответственностью заявление участника общества о признании решения общего собрания участников общества и (или) решений иных органов управления обществом недействительными может быть подано в суд в течение двух месяцев со дня, когда участник общества узнал или должен был узнать о принятом решении и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания его недействительным. Предусмотренный настоящим пунктом срок обжалования решения общего собрания участников общества, решений иных органов управления обществом в случае его пропуска восстановлению не подлежит, за исключением случая, если участник общества не подавал указанное заявление под влиянием насилия или угрозы. 

Согласно п. 2 ст. 196 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018   № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам п. 2 ст. 181 ГК РФ и составляет один год.

Срок исковой давности по искам о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее совершения, и о применении последствий ее недействительности, в том числе когда такие требования от имени общества предъявлены участником (акционером) или членом совета директоров (наблюдательного совета) (далее -совет директоров), исчисляется со дня, когда лицо, которое самостоятельно или совместно с иными лицами осуществляет полномочия единоличного исполнительного органа, узнало или должно было узнать о том, что такая сделка совершена с нарушением требований закона к порядку ее совершения, в том числе если оно непосредственно совершало данную сделку.

Согласно абз. 2 п. 4 ст.46 Закона об ООО срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит. 

 Договор ВКЛ № 7M-1-2Z0X0MNN от 24.12.2020 подписан генеральным директором ФИО7, который является лицом, осуществляющим полномочия единоличного исполнительного органа ООО «Компания тропик».

Действуя в интересах Общества, разумно и добросовестно, как это прямо предусмотрено положениями Устава общества и п. 5 ст. 10 ГК РФ, генеральный директор должен был получить у участников общества одобрения на совершение сделок при необходимости таких одобрений.

Поскольку вышеуказанным договором (п. 8.2.14 кредитного договора) предусмотрена обязанность ООО «Компания тропик» не позднее 45 (сорока пяти) календарных дней с даты заключения договора (включительно) предоставить Банку документы, по форме и содержанию соответствующие законодательству и удовлетворяющие Банк, подтверждающие принятие уполномоченным органом Общества / иными лицами решения о согласии на заключение договора или о последующем одобрении договора в соответствии с действующим законодательством, учредительными и иными документами Общества, в случае, если для Общества договор является крупной сделкой / сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность / если согласие (одобрение) требуется по любому иному основанию, в случае необходимости получения одобрения участников на совершение оспариваемой сделки Общество должно было предоставить его Банку не позднее 07.02.2021.

В соответствии с условиями оспариваемых договоров к указанным датам генеральный директор ФИО7 должен был определиться с необходимостью получения одобрения участников, выяснить у них такую необходимость и в случае необходимости обеспечить его получение и предоставление в Банк.

Таким образом, 07.02.2021 или ранее генеральный директор Общества должен был узнать об обстоятельствах одобрения спорных сделок.

Об оспариваемом договоре бывшему участнику было известно через корпоративное участие в Обществе.

Согласно п. 11.1 Устава Общество обязано один раз в год проводить Общее собрание участников Общества. Годовое Общее собрание участников Общества проводится в срок не ранее чем через два месяца и не позднее чем через четыре месяца после окончания финансового года (финансовый год Общества начинается с 1 января и заканчивается 31 декабря текущего года - п. 15.4 Устава). На годовом собрании участников Общества рассматривается представляемый годовой отчет и иные документы, утверждаются результаты деятельности Общества за год.

Специфика корпоративных прав предполагает необходимость совершения участником общества активных действий в целях их реализации.

Разумное и добросовестное осуществление корпоративных прав, проявление интереса к деятельности общества позволяет участнику своевременно узнать о заключенных обществом сделках и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделок недействительными, что, в свою очередь, обеспечивает возможность защитить нарушенное право.

Нормами законодательства, регулирующими деятельность обществ с ограниченной ответственностью, участники наделены правом участия в управлении делами общества, а также правом на ознакомление с документами общества. Наличие статуса участника общества предоставляет Истцу право участвовать в управлении делами общества, в том числе участвовать в общих собраниях общества; получать информацию о деятельности общества, его бухгалтерскую документацию и сведения из реестра, требовать представления этой документации в судебном порядке, требовать проведения собраний и проводить их по своей инициативе.

Таким образом, на годовом Общем собрании участников Общества при рассмотрении результатов Общества (не позднее апреля 2021 года) Истцу ФИО2 было или должно было быть известно о заключенном договоре ВКЛ от 24.12.2020 № 7M-1-2Z0X0MNN.

Так же ФИО2 уведомил ФИО7 17.05.2021 о финансовом состоянии (следовательно, и о наличии задолженности по договору ВКЛ от 24.12.2020 № 7M-1-2Z0X0MNN Общества) при заключении договора купли-продажи доли в уставном капитале (пункт 10 договора), а значит знал о заключенном кредитном договоре и обеспечении по нему.

        Истец подписал проколы внеочередных общих собраний участников Общества. Так, согласно заключению эксперта по материалам уголовного дела №1.22.02700027.550108 №736 от 20.04.2023, подписи от имени ФИО2, расположенные в следующих документах: протокол внеочередного Общего собрания участников Общества от 21.01.2021 (стр. 9, бирка); протокол внеочередного Общего собрания участников Общества от 29.04.2021 (стр. 2, бирка) выполнены самим ФИО2.

        Из Постановления о передаче сообщения по подследственности от 30.12.2022 (стр.25, 26 файла A68-559-2023_20230517_Hodatajstvo.pdf) следует, что истец осенью 2021 года узнал от ФИО9 о заключении оспариваемых договоров, что также подтверждает, что срок исковой давности истцом пропущен.

            В соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (п. 4 ст. 78 Закона об акционерных обществах, п. 8 ст.46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на Истце.

        Для Обществ оспариваемые договоры совершены в пределах обычной хозяйственной деятельности, поскольку ранее в рамках деятельности группы компаний Тропик ООО «Тропик Интернешнл» (участники на дату заключения договоров ФИО2 - 86 %, ФИО7 - 14 %) заключало договоры с ПАО Сбербанк: кредитный договор 

<

***> от 27.09.2017, кредитный договор 

<

***> от 11.12.2017, №01230017/55011100АСРМ от 27.09.2017, №03400018/86041100/АСРМ от 29.11.2018.

        Так же и Общество заключало кредитные договоры с другими банками:

-       договор возобновляемой кредитной линии № 672ВКЛ от 28.03.2019 с Публичным акционерным обществом Банк «Финансовая Корпорация Открытие» на сумму 650 000 000 руб.;

-      договор возобновляемой кредитной линии № 679ВКЛ от 30.05.2019 с Публичным акционерным обществом Банк «Финансовая Корпорация Открытие» на сумму 150 000 000 руб.;

-    кредитное соглашение №02UP2L от 11.08.2020 об открытии возобновляемой кредитной линии в российских рублях с акционерным обществом «Альфабанк» на сумму 100 000 000 руб.

Назначение кредитов - для финансирования текущей деятельности, пополнения оборотных средств. Оспариваемый договор - финансирование текущей деятельности.

Данные обстоятельства подтверждают довод, что кредитование ООО «Тропик Интернешнл», ООО «Компания Тропик» имело регулярный характер в рамках финансирования деятельности организаций (компаний), входящих во взаимосвязанную группу (ООО «Тропик Интернешнл», ООО «Компания Тропик», ООО «Агро Ритейл МСК», ООО «Агроторг», ООО «Окский берег», ООО «Слэп шот», ЗАО «Съестная лавка», ООО «Тульский торговый терминал»).

Из анализа бухгалтерской отчетности ООО «Тропик Интернешнл», ООО «Компания Тропик» следует, что общий размер задолженности по группе компаний на протяжении пяти лет практически не менялся, несмотря на кредитование в разных банках (средний размер 838 738 600 руб.).

В соответствии с п. 2.1 договора №672ВКЛ    от  28.03.2019   с Публичным  акционерным обществом Банк «Финансовая Корпорация Открытие» денежные средства представляются ООО «КОМПАНИЯ ТРОПИК» для погашения задолженности по кредитным договорам 

<

***> от 27.09.2017, №01230017/55011100АСРМ от 27.09.2017,  

<

***> от 11.12.2017 с ООО «ТРОПИК ИНТЕРНЕШНЛ», заключенным с ПАО Сбербанк.

Таким образом, размер заемных средств по группе компаний на протяжении длительного времени не менялся. Долговая нагрузка по группе компаний в результате заключения в декабре 2020 года кредитных договоров между Банком и Обществом не изменилась. Переход из одной кредитной организации в другую был следствием более выгодных условий кредитования (снижение процентной ставки по кредиту). Заключение кредитных договоров никак не ухудшало существовавшее положение участников группы компаний Тропик.

Вышеуказанное обстоятельство подтверждает факт заключения оспариваемого договора в пределах обычной деятельности.

Как разъяснено в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.06.2018 № 27 «Об оспаривании крупных сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность» (далее - Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 27) основанием для отказа судом в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной является наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств: к моменту рассмотрения дела в суде представлены доказательства последующего одобрения такой сделки; при рассмотрении дела в суде не доказано, что другая сторона по такой сделке знала или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой, и (или) об отсутствии надлежащего согласия на ее совершение (п. 5 ст. 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 27, бремя доказывания того, что другая сторона по сделке знала (например, состояла в сговоре) или заведомо должна была знать о том, что сделка являлась для общества крупной сделкой (как в части количественного (стоимостного), так и в части качественного критерия крупной сделки) и (или) что отсутствовало надлежащее согласие на ее совершение, возлагается на лицо, оспаривающее сделку.

        Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 27 заведомая осведомленность о том, что сделка является крупной (в том числе о значении сделки для общества и последствиях, которые она для него повлечет), предполагается, пока не доказано иное, только если контрагент, контролирующее его лицо или подконтрольное ему лицо является участником (акционером) общества или контролирующего лица общества или входит в состав органов общества или контролирующего лица общества. По общему правилу, закон не устанавливает обязанности третьего лица по проверке перед совершением сделки того, является ли соответствующая сделка крупной для его контрагента и была ли она надлежащим образом одобрена (в том числе отсутствует обязанность по изучению бухгалтерской отчетности контрагента для целей определения балансовой стоимости его активов, видов его деятельности, влияния сделки на деятельность контрагента). Третьи лица, полагающиеся на данные единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу, вправе исходить из наличия у них полномочий на совершение любых сделок (абз. 2 п. 2 ст. 51 ГК РФ).

        Банк не является участником Общества или контролирующего лица Общества, не входит в состав органов общества или контролирующего лица общества.

        Банк не знал и не мог знать о совершении оспариваемой сделки с нарушением предусмотренных законом требований к ней, действовал разумно и проявил требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность.

        Банк не мог установить фальсификацию протоколов внеочередных общих собраний участников и не был информирован о совершении сделок с нарушением требований закона.

Даже если предположить, что фальсификация протоколов, о которой заявил Истец, имела место, данный факт не опровергает наличие в действиях Банка при заключении сделок элемента добросовестности, поскольку риск возникновения негативных последствий в результате ее совершения с нарушением обязательных требований    законодательства   должно   нести    то   юридическое   лицо, которое недобросовестно действовало при заключении сделки, а не контрагент, добросовестно заблуждавшийся при совершении сделки.

         В связи с тем, что на факт фальсификации документов в связи неподписанием участником протокола об одобрении сделок, Банк повлиять не мог, фальсификация протокола автоматически не влечет недействительности оспариваемой сделки (Определение ВС РФ от 10.09.2015 № 309-ЭС15-10604 по делу № А60-30242/2014).

        В соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

        Представленное Истцом заключения специалиста №HR-1222-4 от 23.12.2022 не являются допустимым доказательством, поскольку проведено не в рамках судебного дела, что не позволяет сделать вывод о качестве представленных эксперту материалов на исследование, их достоверности. Эксперт не предупреждался судом об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и не давали суду соответствующую расписку в соответствии с ч. 5 ст. 55 АПК РФ. Экспертиза проведена по копиям выдержек из документов.

Решение от 21.01.2021  содержит все существенные условия одобряемого договора, а также ссылку на сам договор с указание номера и даты. Довод Истца о несоответствии решения по второму вопросу повестки дня содержанию второго вопроса необоснован. Повестка дня соответствует принятому решению.

В соответствии с постановлением о возбуждении уголовного дела, копия которого представлена Истцом, ущерб причинен Банку, а не Истцу.

Кроме того, факт фальсификации опровергается заключением эксперта по материалам уголовного дела №1.22.02700027.550108 №736 от 20.04.2023.

В соответствии с п.1 ст.422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

В соответствии с ст.820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Простая письменная форма кредитного договора соблюдена, следовательно -договор действительный.

В силу п.1 ст.168 ГК РФ договор является оспоримой сделкой.

В соответствии с ч.1 ст.65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами (ст.68 АПК РФ).

Доводы истца о наличии у договора признаков ничтожности являются необоснованными и не подтверждаются доказательствами, предусмотренными законом.

Согласно п.2 ст.168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Закон связывает ничтожность сделки с одновременным наличием двух критериев:   1) нарушение требований закона и 2) посягательство на интересы третьих лиц.

Сторонами сделки являются Банк и Общество. Условия оспариваемого договора не обязывают иных лиц, кроме его сторон, к каким-либо действиям.

На какие интересы и каких третьих лиц посягает сделка истцом не указано.

В соответствии с п.1.1. Договора об открытии возобновляемой кредитной линии №7M-1-2Z0X0MNN от 24.12.2020 Кредитор обязуется открыть Заемщику возобновляемую кредитную линию на цели, указанные в п. 1.2 Договора, на срок по 16 июня 2022 г. Лимит кредитной линии открывается 24 декабря 2020   и действует в размере и в сроки, указанные в таблице: Период действия лимита с 24 декабря 2020   по 16 июня 2022. Сумма лимита   710 000 000  рублей.

Довод истца о превышении выданной суммы кредита условиям кредитного договора не соответствует фактическим обстоятельствам.

Как видно из расчета задолженности, остаток основного долга никогда не превышал установленный лимит 710 млн руб.

Довод истца об отсутствии экономической целесообразности в кредитовании Общества на сумму более 700 млн руб. не на чем не основан и ничем не подтверждается.

Максимальная сумма остатка основного долга составляла 700 000 000 руб. на 11.06.2021, а уже 21.06.2021 была 696 000 000 руб., что видно из расчета задолженности.

Кредитный договор заключен в соответствии с его обычным предназначением -выдача на возвратной основе денежных средств под проценты. Обратного истцом не доказано.

Выдача кредита производилась только при отсутствии непогашенной просроченной задолженности и только на цели, предусмотренные кредитным договором. Обратного истцом не доказано.

Из содержания договора не следует, что он заключен с намерением причинить вред истцу.

Какие пункты договора свидетельствуют об обратном, истцом не указано.

Довод истца, что заключение оспариваемого договора якобы имело для Банка целью завладения ликвидным имуществом ООО «Тульский торговый терминал», ЗАО «Съестная лавка», ООО «Окский берег», ООО «Слэп шот» ничем не подтвержден.

По общему правилу ликвидность - это способность превратить актив в деньги.

То есть у денег 100 процентная ликвидность. По сравнению с деньгами любой актив обладает меньшей ликвидностью.

В связи с этим утверждение истца о том, что Банк выдал более 700 млн руб. для того, чтобы получить имущество стоимостью более чем в 2 раз меньше (оценочная стоимость в соответствии с договорами ипотеки 289 млн руб.) нелогичен.

Также бездоказателен довод истца о том, что стоимость залогов была определена Банком  самостоятельно.

Наоборот, стоимость заложенного имущества согласована с залогодателями в договорах ипотеки.

Ссылка истца на исключительно лояльное по отношению к заемщику поведение Банка необоснованна и ничем не подтверждена. Так же необоснованна ссылка истца на несвоевременное прекращение выдачи кредита и предъявление требования о досрочном возврате кредита.

Прекращение выдачи кредита и предъявление требования о досрочном возврате кредита является правом, а не обязанностью Банка.

Заемщик вышел на просрочку по процентам 28.03.2022, что видно из расчета задолженности. Требование о досрочном возврате кредита направлено 26.04.2022.

Вышеуказанное свидетельствует о своевременности предъявления требований Банком к должникам.

Довод истца о мнимости спорного договора является бездоказательным. Опровергается судебной практикой, материалами дела.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения   (Постановление Президиума ВАС РФ от 08.02.2005 № 10505/04 по делу № А56-19090/03).

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что намерения одного участника заключить мнимый договор недостаточно для вывода о ничтожности сделки на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ. Данная норма подлежит применению при установлении порока воли всех сторон договора (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2005 № 10505/04, от 05.04.2011 № 16002/10), Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 16.07.2020 N 306-ЭС19-2986(7,8) по делу № А65-27205/2017.

«Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения. В обоснование мнимости необходимо доказать, что при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Признавая договоры уступки мнимыми сделками, суды апелляционной и кассационной инстанций не приняли во внимание действия общества по исполнению этих договоров и реализации его прав как нового кредитора. Поскольку намерений обеих сторон договоров уступки не исполнять указанные сделки не выявлено, то правовых оснований для признания этих договоров мнимыми у судов апелляционной и кассационной инстанций не имелось» (Постановление Президиума ВАС РФ от 05.04.2011 № 16002/10 по делу № А73-15601/2009).

Банк  выдал кредит. В отзывах и объяснениях Банк указывал, что в апреле 2022 направил в адрес Общества требование о досрочном возврате задолженности, предъявил иски о взыскании с Общества задолженности, обращении взыскания на заложенное имущество, подало заявление о признании Общества банкротом. Банк потребовал от Общества исполнения оспариваемого договора.

Истцом указанные факты не отрицаются.

У Банка отсутствовало намерение заключить оспариваемый договор для вида.

Таким образом, оспариваемый договор не является мнимым.

В силу пункта 5 статьи 166 Гражданского кодекса и разъяснениям, приведенным в пункте 70 постановления № 25, сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности, оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Общество  денежные средств по кредиту получило и этот факт не отрицает.

Следовательно,   при  таких  обстоятельствах  ссылка  на недействительность договора может рассматриваться в качестве недобросовестного поведения истца с целью уклонения от исполнения обязательства и признаваться судом не имеющей правового значения.

Представленная истцом фотокопия Акта аудиторской проверки организации работы при кредитовании ООО «Компания Тропик» в Среднерусском банке ПАО Сбербанк от 30.08.2021   не является относимым и допустимым доказательством, не свидетельствует о недействительности оспариваемых договоров и соответственно не относится к рассматриваемому делу по основаниям, предусмотренным ст.ст. 67, 68 АПК РФ.

Источник получения фотокопии Акта не известен.

Предметом настоящего дела являются требования о признании недействительным договора, протоколов общих собраний участников, но не установление обстоятельств соблюдения Банком его внутренних документов.

Суд соглашается с доводом Банка о том, что даже в случае нарушения сотрудниками Банка внутренних документов, данное обстоятельство не является основанием для удовлетворения исковых требований о признании недействительным  договора, протоколов общих собраний участников, но может являться  основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности сотрудников.

Кроме того, представленная фотокопия версии Акта от 30.08.2021 Банком не утверждалась, что также свидетельствует о невозможности его использования в качестве доказательства.

Акт имеет гриф «Конфиденциально», что свидетельствует о закрытом характере данного документа и невозможности его получения третьими лицами без согласия правообладателя.

Банк не давал кому-либо согласия на передачу Акта кому-либо, что свидетельствует о нарушения истцами требований Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ (ред. от 29.12.2022) «Об информации, информационных технологиях и о защите информации».

В соответствии с п. 1 ст. 7 Закона о защите информации к общедоступной информации относятся общеизвестные сведения и иная информация, доступ к которой не ограничен.

В ПАО Сбербанк разработан и применяется Стандарт Категорирования информации. Общие требования безопасности при передаче и хранении конфиденциальной информации (далее -Стандарт).

В соответствии с п. 1.3 Стандарта Стандарт разработан в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации, Политикой кибербезопасности ПАО Сбербанк и ВНД Банка.

В   соответствии   с   п.   2.1   Стандарта   одной   из   основных   целей защиты конфиденциальной информации, обрабатываемой в Банке, является предотвращение неконтролируемого распространения или неправомерного использования информации.

Вывод истца о неплатежеспособности Общества является бездоказательным, опровергается финансовой отчетностью, приложенной к аудиторским заключениями, в соответствии с которыми деятельность общества являлась прибыльной.

Договор об открытии возобновляемой кредитной линии №7M-1-2Z0X0MNN заключен 24.12.2020.

П.3.6 кредитного договора предусмотрено, что выдача кредита производится после оформления поручительства с ФИО7 (отсылка на п.9.1.1). На иные обеспечения ограничение по выдаче не распространяется.

Договор поручительства №7M-l-2Z0X0MNN-m от 24.12.2020 заключен с ФИО7.

Первая выдача по кредиту осуществлена 15.01.2021 в сумме 5 млн руб. (3 и 2 млн руб.).

Таким образом, выдача по кредиту осуществлена в соответствии с условиями кредитного договора.

Довод истца о том, что личное поручительство ФИО7 по причине несоответствия стоимости имущества ФИО7 стоимости принятых кредитных обязательств Общества не является таковым не основан на законе.

Согласно позиции ВС РФ по аналогичному вопросу, изложенной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 17.058.2016 №2-КГ16-2:

«Таким доказательством не могло служить то обстоятельство, что Банк не проверил платежеспособность поручителя, поскольку действующее гражданское законодательство не ставит возможность заключения договора поручительства, а также обязанность поручителя нести солидарную ответственность с должником вследствие неисполнения должником обеспеченных поручительством обязательств в зависимость от платежеспособности поручителя либо наличия у него имущества, достаточного для исполнения такого обязательства.

Действия ОАО «Россельхозбанк» после заключения спорных договоров поручительства были направлены на реализацию возникших в результате заключения этих договоров прав кредитора посредством обращения в суд за защитой своего права. Кроме того, после заключения договоров поручительства между этими же сторонами заключались дополнительные соглашения, уточняющие порядок погашения задолженности по основному обязательству, то есть каждая сторона договора, изменяя его условия, совершала действия, свидетельствующие о признании существования правоотношений, возникших на основании него.

Таким образом, сторонами договоров были совершены необходимые действия, направленные на создание соответствующих спорным договорам правовых последствий,

что оставлено без внимания и оценки судом апелляционной инстанции.».

Приводимые ВС РФ вышеуказанные правовые позиции также применимы в качестве контраргумента к доводам истца о том, что Банк якобы не качественно проверил платежеспособность контрагентов по сделкам, поскольку как указано выше законодательство не ставит возможность заключения договоров в зависимость от платежеспособности либо наличия имущества.

Банк  предъявил заемщику, поручителям, залогодателям требования о возврате задолженности, подал иски о взыскании задолженности по Договору об открытии возобновляемой кредитной линии №7M-1-2Z0X0MNN от 24.12.2020 со всех поручителей, обращении взыскания на заложенное имущество, что истцом не оспаривается.

К представленной истцом переписке сотрудников Общества с сотрудниками Банка суд относится критически, поскольку отсутствуют подтверждения, что удаленный компьютер принадлежит Обществу. В судебном заседании представитель Общества представила заявление генерального директора Общества о том, что разрешения на предоставление электронной переписки  Общества никому не выдавал.

  Представленные истцом из материалов уголовного дела № 1.22.02700027.550108, возбужденного в отношении генерального директора Общества ФИО7 документы, не могут опровергнуть   установленные  в настоящем  деле обстоятельства и факты, поскольку в соответствии с п. 4 ст. 69 АПК РФ лишь вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом. На дату рассмотрения настоящего дела по существу расследование уголовного дела не закончено, приговор не вынесен.

На основании изложенного, судом не установлено, а истцом не доказано оснований ля удовлетворения иска. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины в размере 18 000  руб. (Чек Сбербанка по операции от 20.01.2023) относятся на истца.

Руководствуясь статьями  110, 167-170, 176, 257 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

0Р Е Ш И Л:

В удовлетворении иска отказать.

Расходы по уплате государственной пошлины в размере  18 000 руб. отнести на истца.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тульской области в месячный срок после его принятия. 

 

Судья                                                                                                           Е.В. Фрик