АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5603/23 

Екатеринбург

12 сентября 2023 г.

 

 Дело № А07-29534/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 сентября 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Савицкой К.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 на постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023 по делу № А07-29534/2020 Арбитражного суда Республики Башкортостан.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времении месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании приняла участие ФИО3.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.05.2021 в отношении ФИО1 (далее – должник) введена процедура реструктуризации его долгов, финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО2.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.09.2021 ФИО1 признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утверждена ФИО2

На рассмотрение арбитражного суда 25.06.2021 поступило заявление публичного акционерного общества «Росбанк» (далее – Росбанк, банк) о включении в реестр требований кредиторов задолженности в общем размере 8 356 435 руб. 04 коп. и признании данного требования общим обязательством супругов Г-вых.

Определением суда от 28.10.2021 к участию в обособленном споре привлечена ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.12.2022 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования Росбанка по кредитному договору от 02.03.2015 № 

<

***> в сумме 8 356 435 руб. 04 коп., в том числе: 7 504 995 руб. 57 коп. основного долга, 831 090 руб. 90 коп. начисленных и не уплаченных процентов, 20348 руб. 57 коп. начисленных и не уплаченных пеней, как обеспеченные залогом имущества должника - квартиры с кадастровым номером 02:55:000000:13251, по адресу: 

<

...> (далее – спорная квартира); обязательства по вышеназванному кредитному договору признаны общими обязательствами супругов Г-вых.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023 определение суда первой инстанции от 16.12.2022 отменено, во включении требований Росбанка в реестр требований кредиторов отказано.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО2 просит постановление апелляционного суда от 19.06.2023 отменить, ссылаясь на несоответствие выводов апелляционного суда обстоятельствам дела. По мнению заявителя, апелляционный суд не учел, в результате погашения ФИО4 за должника долга перед Росбанком из конкурсной массы необоснованно выбыло ликвидное имущество - спорная квартира, стоимость которой превышает размер долга, погашенного ФИО4, при реализации которой в процедуре банкротства оставшаяся сумма могла пойти на пропорциональное погашение требований кредиторов должника, при том, что кредиторы должника также лишились права на получение денежных средств, врученных от другой ранее реализованной квартиры должника, находившейся в залоге, которые ввиду отсутствия у должника жилья приобрели исполнительский иммунитет и должны быть направлены на приобретение единственного жилья, а ранее таким единственным жильем должна была стать спорная квартира, ходатайство об исключении которой из конкурсной массы уже подано должником. Управляющий полагает, что погашение требований Росбанка после возбуждения дела о банкротстве, не в предусмотренном законодательством о банкротстве порядке погашения требований кредитора по общим обязательствам супругов, повлекло преимущественное удовлетворение его требований, лишив иных кредиторов должника права на получение денежных средств от реализации спорной квартиры.

ФИО3 в отзыве по доводам кассационной жалобы возражает, просит в ее удовлетворении отказать, ссылаясь на то, что кредиторы должника не могут претендовать на удовлетворение их требований за счет спорной квартиры, являющейся единственным жильем должника.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, акционерным обществом «Коммерческий банк «ДельтаКредит» (кредитор) и ФИО1, ФИО3 (заемщики) 02.03.2015 заключен кредитный договор № 

<

***>, по условиям которого кредитор предоставляет заемщикам денежные средства (кредит) в размере 7 758 000 руб. сроком на 302 мес. с даты предоставления кредита на условиях, установленных данным договором.

Согласно пункту 1.3 указанного договора, кредит предоставляется для целевого использования, а именно: для приобретения квартиры, расположенной по адресу: 

<

...>.

В обеспечение исполнения обязательств заемщики передали кредитору в залог вышеназванную квартиру.

Решением единственного акционера акционерного общества «Коммерческий банк «ДельтаКредит» от 19.03.2019 № 1/2019 банк реорганизован в форме присоединения к Росбанку, к которому в полном объеме перешли все права и обязанности по кредитным договорам и по всем договорам, обеспечивающим исполнение обязательств по кредитным договором.

Ссылаясь на наличие задолженности ФИО1 по кредитному договору от 02.03.2015 № 

<

***> в общей сумме 8 356 435 руб. 04 коп., Росбанк обратился с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника соответствующих требований как обеспеченных залогом имущества должника – спорной квартиры, с признанием соответствующих обязательств общими обязательствами должника и его супруги.

Суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из того, что требование кредитора подтверждено документально и доказательств погашения задолженности не представлено.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, и, отказывая в удовлетворении требований, исходил из следующего.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов подлежат рассмотрению в порядке статьи 100 названного Закона, в силу которой проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

В силу статей 810, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее в срок и в порядке, которые предусмотрены договором.

При солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга. Кредитор, не получивший полного удовлетворения от одного из солидарных должников, имеет право требовать недополученное от остальных солидарных должников. Солидарные должники остаются обязанными до тех пор, пока обязательство не исполнено полностью (статья 323 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что в деле о банкротстве гражданина учитываются как требования кредиторов по личным обязательствам самого должника, так и требования по общим обязательствам супругов. Вопрос о признании обязательства общим разрешается арбитражным судом в деле о банкротстве по ходатайству кредитора при установлении его требования (пункт 2 статьи 213.8, пункт 4 статьи 213.19, пункт 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве). К участию в таком обособленном споре привлекается супруг должника, который обладает правами ответчика.

В силу залога, кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит имущество (статья 334 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Основания обращения взыскания на заложенное имущество установлены статьей 348 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с пунктом 1 которой взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

Особенности учета и удовлетворения требований кредиторов третьей очереди по обязательствам, обеспеченным залогом имущества должника, определяются статьей 138 Закона о банкротстве.

В силу вышеприведенных норм статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве, задолженность гражданина по кредитному договору, в котором он является созаемщиком и созалогодателем, подлежит включению в реестр требований кредиторов как обеспеченная залогом имущества гражданина независимо от того, что другим созаемщиком-созалогодателем кредитные обязательства продолжают исполняться. 

По общему правилу залог обеспечивает требование в том объеме, какой оно имеет к моменту удовлетворения (статья 337 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве, из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством (исполнительский иммунитет).

Абзац второй части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей виды имущества, принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности, на которое не может быть обращено взыскание по исполнительным документам, относит к такому имуществу жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в данном абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Таким образом, по обеспеченному ипотекой долгу не применяется правило об исполнительском иммунитете. Гражданин, передавая свое единственное жилье в залог, фактически отказывается от такого иммунитета в пользу кредитора, позволяя ему в случае просрочки по обязательству обратить взыскание на предмет залога.

В то же время заключение договора ипотеки с конкретным залоговым кредитором не означает, что должник отказывается от исполнительского иммунитета по требованиям всех остальных кредиторов. По смыслу действующего законодательства, исполнительский иммунитет сохраняется в отношении долгов, не обеспеченных ипотекой единственного жилья. Квартира (дом), не находящаяся в ипотеке и не относящаяся к роскошному жилью, не входит в конкурсную массу, не может быть реализована и подлежит оставлению за гражданином для обеспечения его права на жилище. Следовательно, у иных (неипотечных) кредиторов любой из очередей не может сформироваться подлежащих защите разумных правовых ожиданий в получении удовлетворения за счет ценности единственного жилья.

Аналогичный подход применим и для ситуации, когда по требованию залогодержателя квартира включена в конкурсную массу и после ее реализации и погашения основного долга остались денежные средства. По общему правилу такие средства были бы направлены иным (необеспеченным) кредиторам, но, поскольку иные кредиторы не имеют права претендовать на стоимость единственного жилья, то в силу принципа эластичности (суррогации) режим исполнительского иммунитета должен быть распространен и на заменившую квартиру ценность - оставшиеся денежные средства, которые следуют судьбе замененной ими вещи.

В результате этого находящиеся в иммунитете средства передаются только тому лицу, на которое иммунитет не распространяется - залоговому кредитору - по его обеспеченным требованиям более низкой очереди удовлетворения - по выплате мораторных процентов и финансовых санкций. Оставшиеся после этого средства в силу исполнительского иммунитета исключаются из конкурсной массы и передаются должнику в целях обеспечения его права на жилище (первоначальный взнос для приобретения нового жилья, аренда жилого помещения и т.д.).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, с учетом конкретных обстоятельств дела, проверив обоснованность требований Росбанка, приняв во внимание, что сам факт возникновения и существования обязательств ФИО1 перед Росбанком по кредитному договору от 02.03.2015 № 

<

***> установлен судами, подтвержден материалами дела и никем не оспорен, учитывая, что супруга должника длительное время, в том числе в ходе рассмотрения настоящего спора судом первой инстанции, предпринимала попытки единовременно в полном объеме погасить долг перед залоговым кредитором банком, что ей удалось сделать на стадии апелляционного обжалования, по волеизъявлению банка, посредством использования конструкции выкупа долга третьим лицом – ФИО4, который по договору купли-продажи от 05.06.2023 № 55 приобрел у банка закладную по обязательствам Г-вых по кредитному договору от 02.03.2015 № 

<

***> по цене 8 356 435 руб. 04 коп., и при этом, установив, что ФИО4 погасил долг перед Росбанком в полном объеме, что подтверждается платежным поручением от 05.06.2023 № 36988 и пояснениями самого банка, подтвердившего, что в настоящее время банк кредитором ФИО1 не является, и, что, согласно пояснениям ФИО4 от 02.05.2023, он не намерен предъявлять к заемщикам по кредитному договору от 02.03.2015 № 

<

***> требования о возврате денежных средств, использованных для погашения долга перед Росбанком, подтверждением чему служит договор дарения денежных средств от 17.03.2023 между ФИО4 и ФИО3, а также, исходя из того, что ФИО4, будучи осведомленным о судебном разбирательстве по настоящему спору, заявления о процессуальном правопреемстве не подавал, а документально подтвержденный факт погашения долга может служить основанием для отказа во включении требований кредитора в реестр требований кредиторов должника, при том, что действующее законодательство о банкротстве не содержит запрета на исполнение третьим лицом денежного обязательства должника перед залоговым кредитором, законный материальный интерес которого, прежде всего, состоит в наиболее полном итоговом погашении заявленных им требований, апелляционный суд пришел к выводу, что в отсутствие со стороны банка возражений и доказательств, опровергающих вышеизложенные выводы, в целях установления правовой определенности между участниками спорных правоотношений во включении требований Росбанка в сумме 8 356 435 руб. 04 коп. в реестр требований кредиторов должника следует отказать.

При этом, по результатам исследования и оценки материалов дела и всех доказательств, апелляционный суд исходил из конкретных обстоятельств настоящего спора, где сложившаяся ситуация является следствием поведения самого первоначального кредитора банка, который безосновательно отказывался от принятия надлежащего исполнения обязательств от ФИО3, являющейся одной из сторон обязательства - созаемщиком по кредитному договору от 02.03.2015 № 

<

***>, при том, что последняя намеревалась единовременно в полном объеме погасить долг перед залоговым кредитором банком, и при таких обстоятельствах включение требования банка в реестр как обеспеченного залогом имущества должника – спорной квартиры, которая является единственным жилым помещением, пригодным для проживания должника и членов его семьи, в том числе, супруги ФИО3, не признанной банкротом, могло существенным образом нарушить баланс взаимных прав и обязанностей участников спорных отношений, поскольку должник и его супруга при наличии намерения единовременно в полном объеме исполнить обеспеченное обязательство, фактически лишились бы единственного жилья.

Таким образом, при принятии обжалуемого судебного акта апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела надлежащим образом и в полном объеме наличия оснований для включения требований Росбанка в сумме 8 356 435 руб. 04 коп. в реестр требований кредиторов должника, а также из отсутствия доказательств, свидетельствующих об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом апелляционной инстанции верно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, правильно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Ссылки управляющего на то, что в результате погашения ФИО4 за должника долга перед залоговым кредитором Росбанком из конкурсной массы необоснованно выбыло ликвидное имущество - спорная квартира, оставшаяся от реализации которой сумма могла пойти на пропорциональное погашение требований кредиторов должника, не приняты апелляционным судом во внимание как основанные на неверном толковании норм материального права и не соответствующие обстоятельствам дела, поскольку, как следует из вышеназванных норм права и соответствующих разъяснений, при реализации в процедуре банкротства единственного жилья должника, находящегося в залоге, оставшиеся после удовлетворения требований залогового кредитора денежные средства, в силу исполнительского иммунитета, подлежат исключению из конкурсной массы и передаче должнику в целях обеспечения его права на жилище, и такие денежные средства не могут быть распределены среди иных кредиторов должника, у которых соответствующее помещение не находилось в залоге.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемое постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.06.2023 по делу № А07-29534/2020 Арбитражного суда Республики Башкортостан следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного судаот 19.06.2023 по делу № А07-29534/2020 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 

Председательствующий                                                           Ю.А. Оденцова 

 

Судьи                                                                                        О.Э. Шавейникова 

 

                                                                                                  К.А. Савицкая