АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-6757/16 

Екатеринбург 28 сентября 2018 г. Дело № А50-8447/2015 

Резолютивная часть постановления объявлена 24 сентября 2018 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 28 сентября 2018 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Артемьевой Н.А., судей Шавейниковой О.В., Кангина А.В. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи 

Вараксиной С.И. рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы  Окунева Константина Николаевича и публичного акционерного общества  «Акционерный коммерческий банк «Авангард» (далее – банк) на  постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2018  по делу № А50-8447/2015 Арбитражного суда Пермского края по заявлениям  банка и конкурсного управляющего Безденежных Алексея Андреевича о  привлечении Окунева К.Н. к субсидиарной ответственности по обязательствам  должника, рассмотренным в рамках дела о признании общества с ограниченной  ответственностью «Компания «Пивооптторг» (далее – общество «Компания  «Пивооптторг», должник) несостоятельным (банкротом),  

третьи лица без самостоятельных требований относительно предмета  спора: общества с ограниченной ответственностью «Ветеран-2»,  «Пивооптторг», «Развлекательный центр «Вознесенский», «Пивооптторг-Оса»,  «Писарева», «Пивоопторг-Чернушка», «Пермский завод напитков «Добрыня»,  «Актив», «Добрыня-строй», «Добрыня», «ЧОП «Добрыня», «Торговый дом  «Пивооптторг», «ВК», «Норма-Чернушка», «Проект-7» (далее – общества  «Ветеран-2», «Пивооптторг», РЦ «Вознесенский», «Пивооптторг-Оса»,  «Писарева», «Пивоопторг-Чернушка», «Пермский завод напитков «Добрыня»,  «Актив», «Добрыня-строй», «Добрыня», «ЧОП «Добрыня», «Торговый дом  «Пивооптторг», «ВК», «Норма-Чернушка», «Проект-7»), публичное  акционерное общество «Сбербанк России», акционерное общество «Тандер»,  индивидуальный предприниматель Цой Игорь Станиславович, Шестакова  Елена Владимировна, общество с ограниченной ответственностью  «Сельхозпродукт», Кудрия Ольга Петровна, публичное акционерное общество  «Пермэнергосбыт», общество с ограниченной ответственностью «Лидер  прайс», общество с ограниченной ответственностью «Альянс+» (общество с  

ограниченной ответственностью «Мир напитков», ИНН 5904134367), общество  с ограниченной ответственностью «Компания «Напитки+».  

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения  кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на  сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

Судебное заседание проведено путем использования систем  видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края.  

В судебном заседании в Арбитражном суде Уральского округа приняли  участие представители банка – Аллямов Р.А. (доверенность от 10.01.2017),  Тизенгольт Д.О. (доверенность от 18.04.2018).  

В судебном заседании в Арбитражном суде Пермского края приняли  участие представители:  

Окунева К.Н. – Копысова О.В. (доверенность от 28.10.2015); 

общества «Компания «Пивооптторг» - конкурсный управляющий  Безденежных А.А. (паспорт);  

Федеральной налоговой службы в лице Управления Федеральной  налоговой службы по Пермскому краю (далее – уполномоченный орган) –  Шеголинская В.В. (доверенность от 30.07.2018).  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.05.2016 принято  к производству заявление уполномоченного органа о признании общества  «Компания «Пивооптторг» несостоятельным (банкротом).  

Определением суда от 29.07.2015 заявление признано обоснованным, в  отношении общества «Компания «Пивооптторг» введено наблюдение,  временным управляющим утвержден Шиловский Станислав Дмитриевич.  

Решением суда от 03.03.2016 общество «Компания «Пивооптторг»  признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено  на Шиловского С.Д.  

Определением суда от 05.10.2016 конкурсным управляющим утвержден  Щербань Дмитрий Витальевич.  

Определением суда от 06.10.2017 Щербань Д.В. освобожден от  исполнения обязанностей конкурсного управляющего; конкурсным  управляющим утвержден Безденежных А.А.  

Конкурсный управляющий Щербань Д.В. обратился 20.02.2017 в  Арбитражный суд Пермского края с заявлением о привлечении бывшего  руководителя должника Окунева К.Н. к субсидиарной ответственности на  основании пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).  

Банк 17.08.2017 обратился в Арбитражный суд Пермского края с  заявлением о привлечении бывшего руководителя должника Окунева К.Н. к  субсидиарной ответственности на основании положений статьи 61.11 Закона о  банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ).  

Определением суда от 28.02.2018 заявления объединены для совместного  рассмотрения в одном обособленном споре.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.03.2018 (судья  Хайруллина Е.Ф.) в удовлетворении заявленных требований отказано.  

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда 

от 16.07.2018 с учетом определения от 24.07.2018 об исправлении опечатки  (судьи Романов В.А., Нилогова Т.С., Плахова Т.Ю.) определение суда  отменено; заявленные требования удовлетворены частично: с Окунева К.Н. в  пользу должника взыскано 12 143 987 руб. 37 коп. убытков. В удовлетворении  требований в остальной части отказано.  

В кассационной жалобе банк просит отменить постановление суда  апелляционной инстанции и принять новый судебный акт о взыскании с  Окунева К.Н. убытков в сумме 189 342 412 руб. 70 коп., ссылаясь на то, что суд  апелляционной инстанции правильно установил наличие условий для  привлечения бывшего руководителя должника Окунева К.Н. к ответственности  в виде взыскания убытков, возникших в результате приобретения должником,  контролируемым Окуневым К.Н., прав требования на указанную сумму к  аффилированному неплатежеспособному лицу, однако при определении  размера убытков суд апелляционной инстанции ошибочно исходил из вреда,  причиненного конкурсным кредиторам, в то время как по основаниям статьи  53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации убытки, причиненные  должнику, подлежат возмещению в полном объеме - 189 342 412 руб. 70 коп.  

Окунев К.Н. в своей кассационной жалобе просит оставить в силе  определение суда первой инстанции и отменить постановление суда  апелляционной инстанции, ссылаясь на несоответствие выводов суда  апелляционной инстанции фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в  деле доказательствам. По мнению Окунева К.Н., в результате совершения  сделок цессии возникли не только имущественные требования цедента к  должнику на значительную сумму, но и задолженность общества «Пивоопторг»  перед должником на сумму 189 342 412 руб. 70 коп., поэтому данные сделки не  являлись причиной банкротства должника, и должник имел намерение  провести зачеты встречных однородных требований с контрагентами по  договорам цессии, однако финансовые трудности не позволили это сделать; при  этом фактическая оплата по договорам цессии должником не производилась, и  у суда апелляционной инстанции не имелось оснований считать, что  недобросовестными действия Окунева К.Н. по заключению сделок цессии  причинены убытки должнику; целью сделок должника по приобретению прав  требования к обществу «Пивооптторг» являлось закрытие встречных  обязательств, которое привело бы к списанию кредиторской задолженности  должника в течение 2015 года. Окунев К.Н. считает необоснованным вывод  суда апелляционной инстанции о том, что целью заключения договоров цессии  являлось формирование группы аффилированных по отношению к должнику  кредиторов для обеспечения контроля за ходом процедуры банкротства  должника через голосование на собраниях кредиторов; указывает на то, что  размер голосов 7 аффилированных кредиторов с общей суммой требований  189 342 412 руб. 70 коп. составил 31,02% от общего количества голосов  кредиторов с суммой требований 610 348 769 руб. и не мог обеспечить  

принятие решения по вопросу о выборе конкурсного управляющего  Безденежных А.А. на собрании кредиторов от 14.09.2016; полагает  несостоятельным вывод суда апелляционной инстанции о согласованных  действиях аффилированных кредиторов: обществ «Проект-7», «Актив»,  «Норма-Чернушка», «Пивооптторг-Чернушка», «Торговый дом Пивооптторг»,  «Ветеран-2» и предпринимателя Цой И.С., по затягиванию процедуры  банкротства должника путем решения вопроса о переходе от конкурсного  производства к внешнему управлению, о разрешении разногласий  относительно продажи залогового имущества должника; указывает на то, что с  заявлением о разрешении разногласий обратился иной кредитор - закрытое  акционерное общество «Меркадо», а заявление о введении внешнего  управления было подано конкурсным управляющим Щербанем Д.В. на  основании решения собрания кредиторов от 16.11.2017, данное заявление  рассматривалось в течение месяца. Окунев К.Н. считает недоказанным факт его  аффилированности с указанными 7 кредиторами, ссылается на то, что  банкротство должника было инициировано не данными кредиторами, а  уполномоченным органом; выводы суда апелляционной инстанции о том, что  дебиторская задолженность общества «Пивооптторг» не реальна к взысканию,  носят предположительный характер, работа по взысканию дебиторской  задолженности не завершена; умысел ответчика и аффилированных кредиторов  на причинение вреда иным кредиторам должника не доказан. Окунев К.Н. не  согласен с расчетом размера убытков, считает, что данный расчет основан на  предположениях о возможной стоимости реализации заложенного имущества  должника, является не точным, не связан ни с действиями Окунева К.Н., ни с  действиями аффилированных кредиторов и не отражает реальных  имущественных потерь должника от заключенных сделок, которых фактически  не имеется.  

В отзыве на кассационные жалобы уполномоченный орган поддерживает  доводы банка и просит его кассационную жалобу удовлетворить, в  удовлетворении кассационной жалобы Окунева К.Н. отказать.  

В письменных объяснениях на доводы кассационной жалобы Окунева К.Н. банк просит отказать в удовлетворении данной жалобы. 

Как следует из материалов дела, общество «Компания «Пивооптторг»  зарегистрировано в качестве юридического лица 31.12.1996, в последующем ее  единственным участником являлось общество с ограниченной  ответственностью «Север».  

Полномочия единоличного исполнительного органа общества «Компания  «Пивооптторг» на основании договора о передаче полномочий от 31.01.2007  осуществлялись обществом с ограниченной ответственностью «Управляющая  компания «Добрыня», генеральным директором которого являлся Окунев К.Н.  Позднее, в соответствии с решением единственного участника общества  «Компания «Пивооптторг» от 16.03.2015 полномочия управляющей компании  прекращены, генеральным директором общества «Компания «Пивооптторг»  назначен Окунев К.Н., он осуществлял полномочия единоличного  исполнительного органа до признания общества банкротом (03.03.2016).  

Обществом «Компания «Пивооптторг» совершены сделки по  приобретению у семи контрагентов прав требования к обществу «Пивооптторг»  (руководитель Окунев К.Н.):  

- соглашение об уступке права требования от 01.01.2014 с обществом  «Проект 7» (среди его учредителей Окунев И.К., Смердов С.А., Михалев О.Н.)  о приобретении обществом «Компания «Пивооптторг» прав требования на  сумму 2 231 500 руб. за 2 231 500 руб.;  

- соглашение об уступке права требования от 05.01.2015 с обществом  «Норма-Чернушка» (директор Михалев О.Н.) о приобретении  

обществом «Компания «Пивооптторг» прав требования на сумму 8 215 000 руб.  за 8 215 000 руб.;  

- соглашение об уступке права требования от 01.01.2014 с обществом  «Пивооптторг-Чернушка» (учредители Катаев Э.В., Михалев Н.Н.,  

Окунев И.В., Смердов А.С., Шураков А.В.) о приобретении обществом  «Компания «Пивооптторг» прав требования на сумму 13 589 033 руб.  

за 13 589 033 руб.; 

- соглашение об уступке права требования от 01.01.2014 с обществом  «Торговый дом «Пивооптторг» (его исполнительным органом являлось  общество «Управляющая компания «Добрыня» с руководителем  

Окуневым К.Н.) о приобретении обществом «Компания «Пивооптторг» прав  требования на сумму 50 766 665 руб. 43 коп. за 50 766 665 руб. 43 коп.;  

- соглашение об уступке права требования от 29.12.2014 с обществом  «Ветеран-2» (генеральный директор Окунев К.Н.) о приобретении обществом  «Компания «Пивооптторг» прав требования на сумму 52 366 329 руб. 30 коп.  

за 52 366 329 руб. 30 коп. 

- соглашение об уступке права требования от 29.12.2014 с обществом  «Актив» (директор Окунев К.Н.) о приобретении обществом «Компания  «Пивооптторг» прав требования на сумму 794 021 руб. 21 коп. за 794 021 руб.  21 коп.  

- соглашение об уступке права требования от 01.01.2014 с  предпринимателем Цой И.С. о приобретении обществом «Компания  «Пивооптторг» прав требования на сумму 61 879 479 руб. 08 коп.  

за 61 879 479 руб. 08 коп. (данные права требования к обществу «Пивооптторг»  были получены предпринимателем Цой И.С. по договорам цессии,  заключенным с обществами РЦ «Вознесенский», «Пивооптторг-Оса»,  «Писарева», «Пивооптторг-Чернушка», «Пермский завод напитков «Добрыня»,  «Актив» и предпринимателем Шестаковой Е.В.).  

Всего в результате совершения указанных сделок у общества «Компания  «Пивооптторг» возникла кредиторская задолженность перед названными  лицами на общую сумму 189 342 412 руб. 70 коп. и одновременно возникло  право требования к обществу «Пивооптторг» (дебиторская задолженность) на  эту же сумму.  

Определением Арбитражного суда Пермского края от 30.05.2016 принято  к производству заявление уполномоченного органа о признании общества  «Компания «Пивооптторг» несостоятельным (банкротом).  

В ходе процедуры банкротства указанные семь лиц предъявили свои  требования к должнику, который признавал данные требования в ходе их  рассмотрения, и определениями суда требования на общую сумму  

189 342 412 руб. 70 коп. основного долга включены в реестр требований  кредиторов должника.  

Конкурсный управляющий Щербань Д.В. обратился в арбитражный суд с  заявлением о привлечении бывшего руководителя должника Окунева К.Н. к  субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве, ссылаясь на невозможность формирования конкурсной массы и  невозможность полного удовлетворения требований кредиторов должника в  связи с неисполнением Окуневым К.Н. обязанности по обеспечению  сохранности и передаче конкурсному управляющему первичной документации  должника.  

Банк, являющийся залоговым кредитором должника, обратился в  арбитражный с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника  Окунева К.Н. к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11  Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017  

 № 266-ФЗ) ввиду невозможности полного погашения требований кредиторов  вследствие совершения Окуневым К.Н. в качестве руководителя должника  

в 2014-2015 годы сделок цессии с аффилированными лицами, которые  передали должнику права требования к неплатежеспособному  аффилированному по отношению к должнику обществу «Пивооптторг»  (руководителем данного общества также является Окунев К.Н.), что повлекло  наращивание кредиторской задолженности должника в сумме 189 342 412 руб.  70 коп. и причинило вред его независимым кредиторам.  

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления конкурсного  управляющего, исходя из отсутствия оснований для привлечения Окунева К.Н.  к субсидиарной ответственности в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве за непередачу документации должника, так как вся документация  им передана по акту от 09.10.2017, и конкурсный управляющий  

Безденежных А.А. выполняет работу по формированию на ее основе  конкурсной массы.  

Суд первой инстанции также отказал в удовлетворении требований банка,  исходя из отсутствия оснований, предусмотренных статьей 61.11 Закона о  банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ), для  привлечения Окунева К.Н. к субсидиарной ответственности за совершение  указанных банком сделок цессии, отметив, что данные сделки в судебном  порядке не оспорены и не признаны недействительными; их заключение не  предполагало причинение вреда контрагентам и кредиторам должника, так как  они не повлекли вывода активов, напротив, у должника появился актив в виде  дебиторской задолженности к обществу «Пивооптторг», доводы о ее  неликвидности предположительны, взыскание дебиторской задолженности не  завершено. Также суд посчитал, что совершение спорных сделок не привело к  банкротству должника, так как вывода об этом в выполненном временным  управляющим финансовом анализе не содержится, причиной ухудшения  

финансового положения должника стало увеличение банком процентной ставки  по кредиту и требование о досрочном его погашении.  

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело, согласился с  выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения  заявления конкурсного управляющего о привлечении Окунева К.Н. к  субсидиарной ответственности в порядке пункта 4 статьи 10 Закона о  банкротстве за непередачу документации должника.  

При этом суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что заявление  банка подлежит удовлетворению частично и взыскал с Окунева К.Н. в  конкурсную массу должника 12 143 987 руб. 37 коп. в качестве убытков,  возникших в результате заключения должником договоров цессии с  вышеуказанными 7 кредиторами, исходя из следующего.  

Суд апелляционной инстанции признал, что настоящий спор подлежит  рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных  статьей 10 Закона о банкротстве, и применением норм процессуального права,  предусмотренных Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, поскольку  обстоятельства, заявленные в качестве оснований для привлечения к  субсидиарной ответственности (заключение должником договоров цессии  

в 2014-2015 годы), возникли до вступления в законную силу положений статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона 

от 29.07.2017 № 266-ФЗ), заявление о привлечении бывшего руководителя  должника к субсидиарной ответственности подано банком после 01.07.2017.  

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции  Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам. При этом пока не доказано иное предполагается, что должник  признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или)  бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из  перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен  вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом  или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких  сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о  банкротстве.  

Суд апелляционной инстанции правильно указал на то, что применение  данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает  необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в  постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017   № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих  должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление  Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), в той их части, которая не противоречит  существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.  

В пункте 16 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица,  

приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует  понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой  причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное  банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий  (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя  наличие причинно-следственной связи между названными действиями  (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.  Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с  нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе  согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом  («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно  убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат  деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам  возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы  управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение  выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.  

В пункте 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 указано,  что контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного  банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие  финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему  правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего  значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и  размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его  действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в  отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на  восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность  реального погашения всех долговых обязательств в будущем. Если из-за  действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления  признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение  финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть  привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения  убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.  

 Исследовав материалы дела, проанализировав деятельность должника на  протяжении трех лет до возбуждения в отношении него по заявлению  уполномоченного органа дела о банкротстве, приняв во внимание анализ  финансового состояния должника, выполненный временным управляющим, суд  апелляционной инстанции установил, что до 2014 года деятельность должника  являлась прибыльной.  

Так, в 2013 году получена прибыль в 0,9 млн. руб.; в 2014 году прибыль  от продаж по основной деятельности составила 0,7 млн. руб., но общий  финансовый результат - убыток в 3,2 млн. руб.; по итогам трех первых  

кварталов 2015 года убыток составил 27,1 млн. руб., по итогам всего 2015 года  получен убыток в 216,5 млн. руб.  

При этом в числе обязательств на протяжении всего указанного периода в  балансовой отчетности отмечались долгосрочные обязательства  

в 245-260 млн. руб., представляющие собой обязательства должника по  заключенному с банком кредитному договору от 20.02.2012 № 083/12-КЛ о  предоставлении должнику 280 млн. руб. под 5,75% годовых со сроком возврата  20.02.2017. Должник в обеспечение своих обязательств предоставил банку по  договору ипотеки от 20.02.2012 № 083/12-ЗН долю в 9/10 в праве  собственности в административно-торговом здании по улице Пермская, 7 в  

г. Перми, а также права на земельные участки под ним. 

В связи с допущенной должником во второй половине 2014 года  просрочкой платежа банк в начале декабря 2014 года воспользовался правом  увеличить процентную ставку по кредиту до 21% годовых и в конце декабря  2014 года ввиду продолжающегося нарушения должником обязательств по  кредитному договору потребовал досрочного возврата кредита, а затем  обратился в суд. Решением Замоскворецкого районного суда г. Москвы  

от 07.04.2015 с общества «Компания «Пивооптторг» и ряда иных лиц  солидарно в пользу банка взыскано 274 109 658 руб. 57 коп. задолженности по  кредитному договору, а также обращено взыскание на заложенное имущество.  

На основании данного судебного решения требования банка включены в  третью очередь реестра требований кредиторов должника в качестве  обеспеченных залогом.  

Суд апелляционной инстанции установил, что заявителем по делу о  банкротстве должника являлся уполномоченный орган, который обратился в  арбитражный суд с заявлением 23.04.2015, ссылаясь на неисполнение  должником обязанностей по уплате налогов в сумме 8 595 750 руб. 54 коп.,  сроки исполнения которых возникли в период с середины 2014 года до начала  2015 года, между тем признаки объективного банкротства, то есть объективной  неспособности для должника в полном объеме удовлетворить требования  кредиторов, возникли в конце 2014 года, поскольку должник в сложившейся на  тот момент ситуации был не способен выполнить требование банка о  досрочном погашении кредита на сумму более 250 млн. руб., и после  предъявления банком данного требования банкротство должника было  неизбежно, так как с учетом установленных обстоятельств не имелось  оснований считать возможным восстановление платежеспособности должника,  что подтверждается определением суда от 22.12.2016, оставленным без  изменения постановлением апелляционного суда от 22.02.2017, установившим  невозможность восстановления платежеспособности даже при наличии  решения собрания кредиторов от 08.11.2016 о переходе от конкурсного  производства к внешнему управлению.  

Судом апелляционной инстанции установлено, что заключение  должником сделок цессии с обществами «Актив», «Ветеран 2», «Пивооптторг- Чернушка», «Норма-Чернушка», «Проект 7», «Торговый Дом «Пивооптторг» и  предпринимателем Цой И.С., оформленных договорами от 01.01.2014,  

29.12.2014, 05.01.2015, не явилось причиной банкротства должника, но данные  сделки заключены в условиях, когда должник уже обладал не только  признаками неплатежеспособности, но признаками объективного банкротства,  о чем достоверно было известно Окуневу К.Н. Делая такой вывод, суд  апелляционной инстанции принял во внимание, что дебиторская задолженность  общества «Пивооптторг» отражена в системе бухгалтерского учета должника  именно в январе 2015 года (в числе дебиторов указано общество  «Пивооптторг» с суммой 193 568 647 руб. 92 коп. с датой возникновения  задолженности 19.01.2015, что соответствует и отраженному в бухгалтерской  отчетности должника резкому возрастанию дебиторской задолженности  

с 44,9 млн. руб. на 01.01.2015 до 242,7 млн. руб. на 01.04.2015). 

 В результате совершения должником сделок цессии у должника возникла  кредиторская задолженность перед названными 7 лицами на общую сумму  189 342 412 руб. 70 коп. и одновременно должник получил в число активов  дебиторскую задолженность общества «Пивооптторг» на ту же сумму. При  этом как сам должник, так и общество «Пивооптторг» контролировались  Окуневым К.Н., а контрагенты по сделкам являлись аффилированными лицами  по отношению к Окуневу К.Н.  

Исследовав правовую природу обязательств, время их возникновения и  обстоятельства их уступки должнику, апелляционный суд пришел к выводу о  необоснованности доводов Окунева К.Н. и конкурсного управляющего  Безденежных А.А. о том, что целью аккумулирования требований у должника  являлось совершение последующего зачета внутригрупповой задолженности,  который не состоялся ввиду опасений его оспаривания по основанию  предпочтительности в деле о банкротстве, а также отклонил как  неподтвержденные документально доводы о том, что у должника существовала  распространенная практика зачетов в рамках внутригрупповых отношений с  аффилированными с ним лицами, проводимых в конце года.  

Судом апелляционной инстанции отмечено, что зачеты в отношениях  должника с его контрагентами имели место эпизодически (в материалы  настоящего спора представлены доказательства проведения должником зачетов  лишь с обществом «Добрыня» 31.12.2013 на сумму 1 310 000 руб. и 31.12.2014  на сумму 3 500 000 руб.), доказательств проведения и ранее зачетов на такие  значительные суммы с группой аффилированных лиц, как это было сделано  

в 2014-2015 годы, не имеется. 

Суд апелляционной инстанции указал, что в материалы дела ответчиком  и третьими лицами представлены подробные пояснения о тех внутригрупповых  зачетах, которые предполагались при совершении спорных сделок цессии,  однако данные пояснения не подтверждены документами о реальности тех  обязательств, которые были бы погашены в результате многосторонних зачетов  с участием должника, общества «Пивооптторг», контрагентов по спорным  договорам цессии, а также иных участников внутригрупповых отношений.  

Учитывая момент возникновения самих обязательств (подавляющая часть  из которых приходится на 2011-2012 годы и ранее) и то обстоятельство, что  спорные договоры уступки должника с обществами «Проект 7», «Торговый дом  

«Пивооптторг», «Пивооптторг-Чернушка» и предпринимателем Цой И.С.  датированы 01.01.2014, апелляционный суд признал, что стороны имели  достаточно времени на совершение зачетов, кроме того, отметил отсутствие  доказательств того, что должник располагал встречными требованиями по  отношению к цедентам; согласно выполненному временным управляющим  финансовому анализу в числе дебиторов должника на 30.09.2015 общества  «Актив», «Пивооптторг-Чернушка», «Норма-Чернушка», «Проект 7»,  «Торговый Дом «Пивооптторг» и предприниматель Цой И.С. не значатся, а по  обществу «Ветеран 2» указана задолженность лишь в сумме 2 520 585 руб.  

29 коп., что не может оправдать приобретение у общества «Ветеран-2»  требования в сумме 52 366 329 руб. 30 коп. по номинальной стоимости с целью  зачета.  

Судом апелляционной инстанции также установлено, что должник  приобрел права требования к неплатежеспособному обществу «Пивооптторг»,  то есть приобрел неликвидную дебиторскую задолженность на сумму  189 342 412 руб. 70 коп., что было известно Окуневу К.Н., являвшемуся  руководителем данного общества.  

Делая такой вывод, суд апелляционной инстанции исходил из того, что  чистые активы общества «Пивооптторг» за 2014 год составляли отрицательную  величину 406,1 млн. руб.; 48 исполнительных производств в отношении  общества «Пивооптторг» прекращены в связи с невозможностью взыскания;  решением Арбитражного суда Пермского края от 19.11.2016 по делу  

 № А50-19672/2016 с общества «Пивооптторг» в пользу должника взыскана  задолженность в сумме 735 933 руб., которая ввиду невозможности взыскания  включена в состав лота № 6, предлагавшегося к реализации, сведения о  получении за нее какой-либо денежной суммы в деле отсутствуют.  

Принимая во внимание, что объяснения ответчика о мотивах и целях  совершения должником сделок цессии очевидным образом противоречат  вышеприведенным обстоятельствам, подтверждающим неразумность этих  сделок и несоответствие их интересам самого должника, суд апелляционной  инстанции признал, что Окунев К.Н. недобросовестно скрывает фактическую  цель совершения таких сделок. Реальной целью совершения сделок цессии, как  верно указал суд, являлось намерение ответчика и аффилированных с ним лиц  сформировать группу подконтрольных конкурсных кредиторов с целью  влияния на ход дела о банкротстве и голосования на собраниях кредиторов, что  нарушает законные интересы независимых конкурсных кредиторов.  

Посредством совершения сделок цессии общий объем требований  «дружественных» конкурсных кредиторов превысил объем требований  независимых конкурсных кредиторов, что позволило повлиять на выбор  кандидатуры конкурсного управляющего Безденежных А.А., попытаться  безосновательно перейти от конкурсного производства к процедуре внешнего  управления, затянуть процесс реализации заложенного имущества.  

Суд апелляционной инстанции установил, что при наличии признаков  объективного банкротства должником были совершены сделки цессии,  

являвшиеся для самого должника убыточными и причинившие существенный  вред кредиторам (пункт 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).  

Для кредиторов должника вред от совершения сделок цессии выразился в  принятии должником дополнительных обязательств в размере 189 342 412 руб.  70 коп. без приращения реальных активов, необоснованном увеличении  размера реестра требований кредиторов и соответствующего уменьшения  возможностей независимых кредиторов получить удовлетворение их  требований за счет конкурсной массы, в получении группой «дружественных»  к должнику кредиторов возможности влиять на ход конкурсного производства,  используя предусмотренные законодательством о банкротстве механизмы,  против интересов независимых кредиторов.  

В пункте 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53  разъяснено, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат  применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья  53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила  о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве, - суд в каждом  конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное  воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как  сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение  должника, какие тенденции приобрели экономические показатели,  характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные  контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной  банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности  Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими  лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской  Федерации, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к  объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать  возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15,  393 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель  поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд  применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное  требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной  ответственности, но доказанности противоправного поведения  контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе  установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд  принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Руководствуясь данными разъяснениями, апелляционный суд пришел к  выводу, что обстоятельства настоящего спора не позволяют признать  обоснованными доводы банка о необходимости привлечения Окунева К.Н. к  предусмотренной пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве субсидиарной  ответственности, поскольку сами по себе сделки цессии не являлись причиной  банкротства должника, но так как сделки были совершены уже при наличии у  должника признаков объективного банкротства, и целью их совершения было  

причинение вреда интересам независимых кредиторов уже в ходе процедуры  банкротства, то в рассматриваемом случае ответчик должен быть привлечен к  ответственности в виде взыскания убытков. Окунев К.Н., являвшийся  руководителем должника и общества «Пивооптторг», в момент совершения  сделок цессии в полной мере осознавал негативные последствия своих  действий для должника и его кредиторов, то есть действовал противоправно  (статьи 10, 53.1 Гражданский кодекс Российской Федерации).  

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в  состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода. Под реальным  ущербом понимаются расходы, которые кредитор произвел или должен будет  произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или  повреждение его имущества. Упущенной выгодой являются не полученные  доходы, которые лицо получило бы с учетом разумных расходов на их  получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не  было нарушено.  

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» указано, что  арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о  возмещении директором убытков, причиненных юридическому лицу, только на  том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной  степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской  Федерации). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков  определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа  справедливости и соразмерности ответственности.  

 Суд апелляционной инстанции рассчитал размер убытков исходя из того,  что с учетом состава требований кредиторов, наличия у должника  задолженности перед текущими кредиторами в размере 24 308 775 руб. 56 коп.,  с учетом размера требований залоговых кредиторов, часть из которых уже  погашена за счет реализованного имущества должника, с учетом того, что  размер требований остальных залоговых кредиторов может быть погашен за  счет выручки от продажи залогового имущества, с учетом состава и рыночной  стоимости имущества должника, определенной при проведении оценки, к  распределению между незалоговыми кредиторами могло бы поступить только  39 035 696 руб. 66 коп.; после уплате текущих платежей на погашение  реестровой задолженности могло быть направлено 14 726 921 руб. 10 коп.  Установив, что незалоговые требования третьей очереди по основному долгу  составляют 342 432 670 руб., в том числе 189 342 412 руб. 70 коп. по  «дружественным» кредиторам, суд апелляционной инстанции пришел к  выводу, что прямой вред, причиненный Окуневым К.Н. интересам кредиторов в  результате совершения сделок цессии, может быть оценен на 8 143 987 руб.  

37 коп. 

 Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что искусственно  сформированная задолженность в размере 189 342 412 руб. 70 коп. обеспечила  аффилированным кредиторам возможность принимать на собраниях  

кредиторов решения во вред интересам независимых кредиторов, которые  повлияли на длительность процедуры банкротства должника (на собрании  кредиторов от 08.11.2016 принято решение об обращении в порядке статьи 146  Закона о банкротстве в арбитражный суд с ходатайством о прекращении  конкурсного производства и переходе к внешнему управлению на срок в 18  месяцев, в результате чего данное ходатайство конкурсного управляющего  рассматривалось судами до вынесения постановления апелляционным судом  22.02.2017 об отказе в удовлетворении данного ходатайства, в данный период в  связи с рассмотрением вопроса о прекращении конкурсного производства были  приняты меры обеспечения в виде приостановления торгов; цедентами по  спорным сделкам цессии дважды подавались заявления о рассмотрении  разногласий относительно продажи предмета залога, заявлялись ходатайства о  принятии обеспечительных мер по запрету проведения торгов, о  приостановлении исполнения судебного акта об утверждении начальной  продажно цены заложенного имущества).  

Учитывая, что в указанный период в состав конкурсной массы  ежемесячно поступало от сдачи в аренду помещений только 1,8 млн. руб., чего  не хватало даже для исполнения текущих обязательств должника (согласно  отчета конкурсного управляющего от 06.06.2018 и реестра текущих платежей  на 29.06.2018 за время конкурсного производства с 26.02.2016 по 29.06.2018  возникли текущие обязательства должника в размере порядка 80 млн. руб., из  которых 24,3 млн. руб. не погашены по настоящее время), суд апелляционной  инстанции признал, что обусловленная поведением «дружественных»  кредиторов задержка в реализации мероприятий конкурсного производства  также повлекла нарушение имущественных интересов кредиторов должника в  виде причинения вреда, в связи с чем Окунев К.Н. должен возместить часть  затрат и расходов, которые возникли у должника по его вине в процедуре  банкротства.  

Исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности  допущенному нарушению, апелляционный суд посчитал, что размер  подлежащих возмещению ответчиком убытков такого рода должен составить  4 000 000 руб., в связи с чем всего с Окунева К.Н. в конкурсную массу следует  взыскать 12 143 987 руб. 37 коп. (8 143 987 руб. 37 коп. + 4 000 000 руб.).   

Выводы суда апелляционной инстанции соответствуют доказательствам,  имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны  на правильном применении норм права.  

Доводы банка о том, что убытки подлежали взысканию в размере  189 342 412 руб. 70 коп., составляющих общий размер требований 7  кредиторов, включенных в реестр на основании сделок цессии, и суд  апелляционной инстанции ошибочно исходил из вреда, причиненного  конкурсным кредиторам, в то время как вред причинен должнику, не  принимаются, так как суд апелляционной инстанции рассматривал те  основания ответственности, которые были заявлены, определял размер  ответственности ответчика с учетом совокупности установленных  обстоятельств и соразмерности ответственности совершенным действиям.  

Доводы Окунева К.Н. об отсутствии оснований для привлечения его к  ответственности в виде взыскания убытков со ссылкой на то, что сделки не  являлись причиной банкротства должника, и должник имел намерение  провести зачеты встречных однородных требований с контрагентами по  договорам цессии, фактическая оплата по договорам цессии должником не  производилась, взыскание дебиторской задолженности с общества  «Пивооптторг» еще не завершено, были предметом рассмотрения суда  апелляционной инстанции и им дана надлежащая правовая оценка.   

Делая выводы о наличии оснований для привлечения Окунева К.Н. к  ответственности в виде взыскания убытков, суд апелляционной инстанции  учитывал все вышеизложенные обстоятельства, исследовал и оценил  представленные доказательства в соответствии со статьями 64, 65, 71  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Суд кассационной инстанции считает, что все обстоятельства, имеющие  существенное значение для дела, судом апелляционной инстанций  установлены, все доказательства исследованы и оценены. Оснований для  переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда  кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации).  

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся  в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации основанием для отмены судебного акта, судом кассационной  инстанции не установлено.  

 С учетом изложенного постановление суда апелляционной инстанции  отмене не подлежит.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.07.2018  по делу № А50-8447/2015 Арбитражного суда Пермского края оставить без  изменения, кассационные жалобы Окунева Константина Николаевича и  публичного акционерного общества «Акционерный коммерческий банк  «Авангард» – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.А. Артемьева 

Судьи О.Э. Шавейникова 

 А.В. Кангин