ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-39644/2018

город Ростов-на-Дону

11 декабря 2019 года

15АП-18331/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 декабря 2019 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Стрекачёва А.Н.,

судей Емельянова Д.В., Николаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии:

от Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области: представитель ФИО2 по доверенности от 02.12.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.09.2019 по делу № А53-39644/2018 по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 о включении в реестр требований кредиторов задолженности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 в Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов третьей очереди задолженности в размере 24 479 724,14 руб.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.09.2019 по делу № А53-39644/2018 признано требование конкурсного управляющего кредитора общества с ограниченной ответственностью «МерАл» в размере 24 479 724 рубля 14 копеек, обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника ФИО4, в порядке, определенным пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве

Не согласившись с определением Арбитражного суда Ростовской области от 13.09.2019 по делу № А53-39644/2018, конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 обратился в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована несогласием с выводом суда первой инстанции о пропуске срока на подачу заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника ФИО5 указывает, что определение является законным и обоснованным, апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В отзыве и дополнении к отзыву на апелляционную жалобу Управление Федеральной налоговой службы по Ростовской области просит определение отменить, в удовлетворении заявления отказать.

В судебном заседании представитель Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области поддержал правовую позицию по спору. 

Законность и обоснованность решения Арбитражного суда Ростовской области от 27.05.2019 по делу № А53-37211/2018 проверяется Пятнадцатым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителя Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области, арбитражный суд апелляционной инстанции, с учетом ч. 5 ст. 268 АПК РФ, пришел к выводу о том, что обжалуемое определение подлежит отмене в полном объеме по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.02.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина. Финансовым управляющим утверждена ФИО5 (публикация от 02.03.2019).

В Арбитражный суд Ростовской области обратился конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 с заявлением о включении в реестр требований кредиторов третьей очереди задолженности в размере 24 479 724,14 руб.

В обоснование заявленного требования конкурсный управляющий кредитора ссылается на наличие задолженности по договорам займа в сумме 13 457 724 руб. 14 коп., а также, неосновательного обогащения в виде полученной оплаты за рис-сырец в сумме 11 022 000 рублей. 

В подтверждение перечисленных денежных средств кредитором представлены платежные поручения: № 53 от 04.03.2015 на сумму 220 000 рублей; № 1 от 30.04.2015 на сумму 685 000 рублей; № 208 от 29.05.2015 на сумму 685 000 рублей; № 209 от 29.05.2015 на сумму 34 250 рублей; № 251 от 07.07.2015 на сумму 500 000 рублей; № 340 от 06.0.2015 на сумму 1 640 000 рублей; № 368 от 19.08.2015 на сумму 2 400 000 рублей; № 610 от 23.10.2015 на сумму 2 700 000 рублей; № 617 от 27.10.2015 на сумму 2 700 000 рублей; № 662 от 03.11.2015 на сумму 1 350 000 рублей; № 675 от 06.11.2015 на сумму 850 000 рублей; № 31 от 17.11.2015 на сумму 700 000 рублей; № 741 от 24.11.2015 на сумму 620 000 рублей; № 15 от 18.08.2016 на сумму 650 000 рублей; № 245 от 18.07.2017 на сумму 262 474 рубля 14 копеек; № 27 от 16.07.2015 на сумму 2 460 000 рублей; № 57 от 30.07.2015 на сумму 50 000 рублей; № 11 от 27.08.2015 на сумму 2 870 000 рублей; №387 от 31.08.2015 на сумму 160 000 рублей; № 6410 от 02.09.2015 на сумму 550 000 рублей; № 410 от 04.09.2015 на сумму 1 230 000 рублей; № 411 от 04.09.2015 на сумму 50 000 рублей; № 522 от 28.09.2015 на сумму 250 000 рублей; № 660 от 30.10.2015 на сумму 590 000 рублей; № 690 от 12.11.2015 на сумму 150 000 рублей; № 773 от 04.12.2015 на сумму 150 000 рублей; № 810 от 17.12.2015 на сумму 20 000 рублей; № 1 от 00.01.2016 на сумму 680 000 рублей; № 78 от 29.02.2016 на сумму 16 000 рублей; № 57 от 2903.2016 на сумму 120 000 рублей; № 125 от 06.04.2016 на сумму 500 000 рублей; № 211 от 02.06.2016 на сумму 780 000 рублей; № 168 от 28.04.2016 на сумму 25 000 рублей; № 149 от 20.04.2016 на сумму 40 000 рублей; № 237 от 15.06.2016 на сумму 150 000 рублей; № 267 от 28.06.2016 на сумму 40 000 рублей; № 306 от 20.07.2016 на сумму 530 000 рублей; № 315 от 28.07.2016 на сумму 500 000 рублей; № 329 от 01.08.2016 на сумму 10 000 рублей; № 338 от 03.08.2016 на сумму 260 000 рублей; № 351 от 09.08.2016 на сумму 520 000 рублей; № 404 от 30.08.2016 на сумму 535 000 рублей; № 466 от 14.09.2016 на сумму 56 000 рублей; № 470 от 15.09.2016 на сумму 715 000 рублей; № 508 от 30.09.2016 на сумму 550 000 рублей; № 562 от 14.10.2015на сумму 85 000 рублей; № 519 от 21.10.2016 на сумму 600 000 рублей; № 61 от 10.03.2015 на сумму 135 000 рублей; № 85 от 17.03.2017 на сумму 10 000 рублей; № 95 от 24.03.2017 на сумму 50 000 рублей; № 296 от 02.08.2017 на сумму 130 000 рублей; № 77 от 28.04.2017 на сумму 370 000 рублей; № 25 от 14.04.2017 на сумму 200 000 рублей; № 15 от 05.04.2017 на сумму 500 000 рублей; № 10 от 31.03.2017 на сумму 50 000 рублей; № 31 от 12.08.2016 на сумму 85 000 рублей; № 23 от 31.05.2016 на сумму 11 000 рублей;№ 20 от 26.05.2016 на сумму 770 000 рублей; № 8 от 04.04.2016 на сумму 420 000 рублей; № 37 от 28.12.2015 на сумму 500 000 рублей; № 5 от 06.02.2015 на сумму5 000 рублей.

Ввиду того, что должник своих обязательств по возврату денежных средств не исполнил, заявитель обратился в Арбитражный суд Ростовской области с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из следующего из того, что требование заявителя подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, возражения не представлены, суд признает его обоснованным.

Однако, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что требования заявителя подлежат удовлетворению за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований, включенных в реестр требований кредиторов должника, поскольку кредитор обратился в арбитражный суд с названным заявлением 13.05.2019 (посредством почтового отправления, 06.05.2019), то есть после закрытия реестра требований кредиторов с пропуском срока.

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, судебная коллегия признает ошибочными выводы суда первой инстанции о наличии оснований для включения требований конкурсного управляющего ООО «МерАл» ФИО3 в размере 24 479 724 руб.14 коп., принимая во внимание нижеследующее.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III. 1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. Пропущенный кредитором по уважительной причине срок закрытия реестра может быть восстановлен арбитражным судом.

В соответствии с положениями Закона о банкротстве кредиторами признаются лица, имеющие по отношению к должнику права требования по денежным обязательствам и иным обязательствам, об уплате обязательных платежей, о выплате выходных пособий и об оплате труда лиц, работающих по трудовому договору (статья 2 Закона о банкротстве).

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу частей 1 и 5 статьи 100 Закона о банкротстве требования кредитора направляются в арбитражный суд и управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность этих требований документов. Указанные требования включаются управляющим в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов. Требования кредиторов, по которым не поступили возражения, рассматриваются арбитражным судом для проверки их обоснованности и наличия оснований для включения в реестр требований кредиторов. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд не позднее чем через пятнадцать дней со дня истечения срока для предъявления требований кредиторов должником, временным управляющим, кредиторами, предъявившими требования к должнику, представителем учредителей (участников) должника или представителем собственника имущества должника - унитарного предприятия (часть 2 статьи 71 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии со статьей 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов, в силу требований Закона о банкротстве, судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – постановление № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Возражая против удовлетворения требований заявителя, уполномоченный орган указал на то, что действия сторон сделки были направлены на искусственное создание задолженности и причинение вреда должнику и конкурсным кредиторам.

Признавая доводы уполномоченного органа обоснованными, судебная коллегия из следующего.

Нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным, доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 № 14-П и от 19.12.2005№ 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В таком случае, основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 13.07.2018 № 308-ЭС18-2197).

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ, Верховного суда РФ от 15.09.2016 № 308-ЭС16-7060, № А32-16155/2011).

 Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к удовлетворению заявления о включении требования в реестр является представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц, заявивших возражение против требования (пункт 26 постановления № 35, определения Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 № 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 № 305-ЭС16-20992(3)).

Требования конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 вытекают из обязательств по договору займа и регулируются параграфом 1 главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу перечисленных норм права и указанных разъяснений заявитель, позиционирующий себя в качестве кредитора, обязан подтвердить не только возможность предоставления денежных средств с учетом его финансового положения на момент, когда договор займа считается заключенным, но и фактическую передачу денежных средств, указанных в оправдательных документах.

В соответствии с пунктом 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания названной нормы следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств, в соответствии с условиями заключенного договора.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума ВАС РФ от 18.10.2012 № 7204/12 по делу № А70-5326/2011, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 № 305-ЭС16-2411, при поступлении возражений суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений. Целью такой проверки является установление обоснованности долга, возникшего из договора, и недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников). При наличии убедительных доказательств невозможности поставки бремя доказывания обратного возлагается на ответчика.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Каждое лицо, участвующее в деле, должно раскрыть доказательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений, перед другими лицами, участвующими в деле.

Стороны в соответствии со статьями 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Между тем, обращаясь с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника, заявителем в материалы дела не представлены договоры займа, на которые ссылается кредитор, равно как и доказательства в обоснование финансового положения кредитора, позволяющего предоставить должнику суммы займа.

При этом, суд первой инстанции предлагал заявителю документально подтвердить наличие и размер заявленной задолженности в размере 24 479 724,14 руб.

В ходе рассмотрения заявления заявителем в материалы дела представлены только платежные поручения. Иные первичные документы в материалы дела не представлены.

В рассматриваемом случае уполномоченным органом заявлены доводы, свидетельствующие о мнимом характере договоров займа, в том числе указано, что заем ничем не обеспечен, является беспроцентным.

Приведенные доводы с разумной степенью достоверности позволяют суду усомниться в достаточности и достоверности доказательств, представленных в материалы дела заявителем. Следовательно, на кредитора в данном случае переходит бремя опровержения этих сомнений.

Вместе с тем, конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 в материалы дела не было представлено доказательств, обосновывающих экономическую целесообразность заключения договоров займа, не представлены сами договора займа, а также оправдывающих бездействие по невзысканию задолженности в судебном порядке.

Учитывая длительное отсутствие со стороны общества принудительных мер для возврата (взыскания) денежных средств, в связи с неисполнением должником принятых на себя обязательств, представленные в обоснование заявленных требований платежные поручения, сами по себе не подтверждают предоставление должнику денежных средств в заем.

В обычном же гражданском обороте участниками отношений преследуются цели скорейшего взыскания задолженности, обращения за судебной защитой, принудительного исполнения судебного акта, а не на создание видимости принятия мер по взысканию в целях сохранения задолженности, в том числе для предъявления в деле о банкротстве.

Экономической целесообразности выдачи обществом части денежных средств должнику в качестве беспроцентного займа не было (договор беспроцентного займа № 06/11-2015 от 06.11.2015).

Суд апелляционной инстанции также учитывает, что заявитель не предоставил доказательств экономической обоснованности и целесообразности предоставления денежных средств в столь значительном размере без предоставления какого-либо обеспечения (неустойка, залог, удержанием вещи должника, поручительство, независимой гарантия, другие способы, предусмотренные законом или договором).

Исходя из позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.10.2011 по делу № 6616/2011, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их расходовании.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что в материалах дела не содержится доказательств того, каким образом полученные денежные средства израсходованы должником. 

В Определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.03.2018 № 309-ЭС18-299 (2) сформирована правовая позиция, по смыслу которой отсутствие экономической целесообразности в заключении договора для должника, влечет недопустимость необоснованного увеличения размера денежных обязательств должника перед аффилированным лицом с целью получения последним контроля над процедурой банкротства. Указанная позиция также отражена в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 22.02.2017 № 306-ЭС16-21108.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, установил, что материалы дела не содержат документов, подтверждающих фактическое наличие у общества денежных средств на момент совершения соответствующей сделки, сведений о том, каким образом и на какие цели должником были израсходованы полученные денежные средства.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.08.2014№ 4-КГ14-16 указано, что принимая решение по делу, суд должен руководствоваться не формальными соображениями и основаниями для отказа в удовлетворении иска, а исходить из мотивов, связанных с оценкой существа самого спорного права, и принимать во внимание все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

С учетом фактических обстоятельств настоящего дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 не доказал объективными, достаточными и достоверными доказательствами реального предоставления денежных средств по договорам займа должнику. В материалы дела также никем не представлено доказательств последующего распоряжения денежными средствами должником. 

Также требования конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «МерАл» ФИО3 вытекают из обязательств по договору поставки.

В силу статьи 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пункту 5 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации к отдельным видам договора купли-продажи (в том числе поставка товаров) положения, предусмотренные параграфом о договоре купли-продажи, применяются, если иное не предусмотрено правилами данного Кодекса об этих видах договоров.

На основании пункта 1 статьи 486 Гражданского кодекса Российской Федерации покупатель обязан оплатить товар непосредственно до или после передачи ему продавцом товара, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другим законом, иными правовыми актами или договором купли-продажи и не вытекает из существа обязательства.

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом. Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.

Исходя из правовой позиции, изложенной в определении ВАС РФ от 31.08.2011 № ВАС-6616/11 по делу № А31-4210/2010-1741, необходимо учитывать, что при рассмотрении заявления об установлении и включении реестр требований кредиторов требования, основанного на договоре поставки, подтвержденного товарными накладными, следует иметь в виду, что нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующего отношения по поставке, должны применяться с учетом особенностей, предусмотренных законодательством о банкротстве. При этом признание долга должником не может являться безусловным основанием для включения, основанного на нем требования в реестр требований кредиторов (Определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № ВАС-6616/11 от 31.08.2011).

Применительно к настоящему делу это означает, что у кредитора должны быть истребованы документы, подтверждающие фактическое наличие у него товара в размере поставки к моменту их передачи должнику, доказательства транспортировки товара в место его передачи должнику. Арбитражному суду необходимо по существу проверить доказательства возникновения задолженности, существования ее на дату вынесения определения и убедиться в достоверности доказательств, исключив вероятность направленности сделок на увеличение кредиторской задолженности в нарушение интересов добросовестных кредиторов должника.

Между тем, обращаясь с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника, заявителем в материалы дела не представлены договоры поставки и иные первичные документы, подтверждающие реальность взаимоотношений по поставке товара.

При этом, как уже ранее указывалось, суд первой инстанции предлагал заявителю документально подтвердить наличие и размер заявленной задолженности в размере 24 479 724,14 руб.

В ходе рассмотрения заявления заявителем в материалы дела представлены только платежные поручения. Иные первичные документы в материалы дела не представлены.

Таким образом, в материалы дела не представлены доказательства реальности правоотношений по договорам поставки - переписка сторон в подтверждение реальности финансово-хозяйственных отношений (прайс-листы, заявки на получение товара, гарантийные письма, претензии, графики погашения задолженности), первичные документы, подтверждающие наличие товара, подлежащего поставке кредитору, доказательства наличия места хранения реализуемого товара, наличие управленческого и технического персонала, производящего учет, хранение, приемку и отпуск реализуемого товара, доказательства оплаты услуг персонала, отражение в бухгалтерском учете ООО «МерАл» и должника спорных хозяйственных операций.

На мнимость спорных хозяйственных операций указывает также то обстоятельство, что в течение длительного периода времени кредитор не предпринимал меры по взысканию с должника в установленный договорами срок задолженности в столь значительном размере. При этом, по спорным сделкам стороны не заключили какие-либо обеспечительные сделки (поручительство, залог и т.п.).

Разумные экономические мотивы совершения спорных сделок заявитель не раскрыл.

При оценке реальности отношений сторон сделок по договорам займа и поставки, суд апелляционной инстанции также учитывает следующее.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующею необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Если должник и кредитор  являются аффилированными, к требованию заявителя должен быть применен еще более строгий стандарт доказывания, чем к обычному кредитору в деле о банкротстве. Такой заявитель должен исключить любые разумные сомнения в реальности долга, поскольку общность экономических интересов, в том числе повышает вероятность представления кредитором внешне безупречных доказательств исполнения по существу фиктивной сделки с противоправной целью последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора и уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю кредиторов независимых (определения Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784), что не отвечает стандартам добросовестного осуществления прав. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для отказа во взыскании долга (пункты 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац четвертый пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закон о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закон о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника.

В соответствии с пунктом 2 указанной статьи заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также:

руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве или до даты назначения временной администрации финансовой организации (в зависимости от того, какая дата наступила ранее), либо лицо, имеющее или имевшее в течение указанного периода возможность определять действия должника;

лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи;

лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В силу положений пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве под заинтересованными лицами по отношению к гражданину (должнику-гражданину) понимаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Из приведенных норм следует, что возможность признания лица конкурсным кредитором в деле о банкротстве обусловлена существом обязательства, лежащего в основании требования к должнику. При этом, учредители (участники) юридического лица (должника) по обязательствам, вытекающим из такого участия, не могут являться его конкурсными кредиторами.

В соответствии с представленной в материалы дела выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО «МерАл» от 07.11.2019 судом апелляционной инстанции установлено, что с 06.05.2014 по настоящее время единоличным учредителем является ФИО6; с   11.05.2012  по   12.10.2017  руководителем  являлся  ФИО6.

Согласно ответу Отдела ЗАГС Администрации Пролетарского района Ростовской области № 01/58-683 от 19.11.2019 ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения является отцом ФИО4.

  Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу о  том, что договоры займа и поставки заключены с заинтересованным лицом по отношению к должнику. Наличие родственных отношений в рассматриваемом случае свидетельствуют о том, что перечисленные в адрес должника денежные средства  не предполагались к возврату кредитору, поскольку фактически кредитор и должник экономически являлись единым хозяйствующим субъектом.

  В обычном же гражданском обороте участниками отношений преследуются цели скорейшего взыскания задолженности, обращения за судебной защитой, принудительного исполнения судебного акта, а не на создание видимости принятия мер по взысканию в целях сохранения задолженности, в том числе для предъявления в деле о банкротстве.

   Наиболее вероятной причиной такого длительного, выходящего за принятые стандарты поведения бездействия общества, основанной на доверии и потому не предполагавшей предъявление встречных взаимных претензий (несмотря на наличие формальных оснований) являлась аффилированность кредитора и должника. Поскольку данные связанные организации, контролируемые одним центром, в обычном обороте не имели разумных причин взыскивать долги друг с друга, в связи с чем фактически считали свои встречные обязательства прекращенными без соответствующего завершающего юридического оформления (Определение ВС РФ N 305-ЭС18-18943 от 28 февраля 2019 г).

    В системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота.

   На основании изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что воля кредитора и должника направлена на получение формальных оснований для искусственного создания и увеличения размера необоснованной подконтрольной задолженности у должника для последующего включения указанных требований в реестр требований кредиторов.

   Принятие участия в деле о банкротстве должника в качестве кредитора, делается с целью последующего вывода активов должника из конкурсной массы, за счет которой могли быть удовлетворены требования кредиторов, включенных в реестр, что в свою очередь, свидетельствует о недобросовестности поведения, как должника, так и кредитора, и злоупотреблении ими правом.

Включение необоснованной задолженности в реестр требований кредиторов должника в целях влияния на ход дела о банкротстве затрагивает не только частные интересы должника и его кредитора, но и всех иных кредиторов, вовлеченных в процесс банкротства, препятствуя справедливому рассмотрению дела о несостоятельности и окончательному его разрешению (как в части определения судьбы должника и его имущества, так и в части распределения конкурсной массы между добросовестными кредиторами).

По смыслу норм Закона о банкротстве, единственной надлежащей целью обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) должно являться получение от должника удовлетворения своих требований в результате производства по делу о банкротстве. Для кредитора реальное получение денежных средств в счет уплаты соответствующей задолженности должно являться достаточным, при условии, что кредитор полагает себя добросовестным.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Складывающаяся судебная практика указывает на недопустимость формирования кредиторской задолженности через аффилированных лиц должника с помощью которой он - должник, как минимум, получает часть средств из конкурсной массы, а, как максимум, приобретает контроль над своим же банкротством в ущерб интересам независимых кредиторов.

При этом под злоупотреблением правом понимается, в том числе ситуация, когда лицо действует в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным образом (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 г. № 18-КГ15-181).

Учитывая конкретные обстоятельства данного спора, оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, представленные участвующими в настоящем обособленном споре лицами в обоснование своих требований и возражений, принимая во внимание характер спорного обязательства должника, руководствуясь статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для включения требований конкурсного управляющего ООО «МерАл» в размере 24 479 724 руб.14 коп. в реестр требований кредиторов должника.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции является неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

Поскольку суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства, имеющие значение для дела, определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.09.2019 по делу № А53-39644/2018 подлежит отмене.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 13.09.2019 по делу № А53-39644/2018 отменить.

В удовлетворении заявления отказать.

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке, определенном статьей 188 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий А.Н. Стрекачёв

СудьиД.В. Емельянов

Д.В. Николаев