АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-22075/2013

Дело № А55-847/2014

г. Казань

26 июля 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 26 июля 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Фатхутдиновой А.Ф.,

судей Ивановой А.Г., Коноплёвой М.В.,

при участии:

от конкурсного управляющего ФИО1 –  ФИО1 (лично, паспорт),

от Фонда содействия бизнесу –  представитель ФИО2 (доверенность от 20.07.2020),

от ФИО3 – ФИО3 (лично, паспорт), 

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле - извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Фонда содействия бизнесу 

на определение Арбитражного суда Самарской области от 30.12.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2021

по делу № А55-847/2014

по заявлению Фонда содействия бизнесу и заявлению конкурсного управляющего ФИО1 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества «Центр «Ресурс», (ИНН: 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 26.05.2015 ЗАО «Центр «Ресурс» (далее – должник, Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 02.12.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 (далее - ФИО1, конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражного суда Самарской области с заявлением  (с учетом уточнений в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя ЗАО «Центр «Ресурс» ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик) по обязательствам должника, о приостановлении рассмотрения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ЗАО «Центр «Ресурс» в части определения размера субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24.06.2019 принят отказ конкурсного управляющего ФИО1 от ранее заявленных требований в части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «Аверс», как контрагента должника, с прекращением производства по рассмотрению заявления в указанной части.

Фонд содействия бизнесу обратился в Арбитражного суда Самарской области с заявлением (от 30.08.2019 вх.167822) о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Центр «Ресурс», о приостановлении рассмотрения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами ЗАО «Центр «Ресурс» в части определения размера субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 07.11.2019 заявление Фонда содействия бизнесу принято к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 22.06.2020 заявление Фонда содействия бизнесу и заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.12.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2021, заявление Фонда содействия бизнесу и заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам ЗАО «Центр «Ресурс» оставлены без удовлетворения.

Фонд содействия бизнесу обратился в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Самарской области от 30.12.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2021 отменить, принять по обособленному спору новый судебный акт об удовлетворении заявлений, мотивируя неправильным применением судами норм материального и процессуального права.

В судебном заседании представитель Фонда содействия бизнесу и конкурсный управляющий поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а ФИО3, считая доводы жалобы несостоятельными, просила оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, представителей в судебное заседание не направили, что в силу статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием к рассмотрению кассационной жалобы. Информация о принятии кассационной жалобы к производству, движении дела, времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: http://faspo.arbitr.ru/ в соответствии со статьей 121 АПК РФ.

Изучив материалы обособленного спора, выслушав представителей сторон, проверив в порядке статей 286, 287 и 288 АПК РФ законность обжалованных судебных актов исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - Закон № 266) статья 10 Закона о банкротстве признана утратившей силу и Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266.

Конкурсный управляющий и конкурсный кредитор обратились в суд с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности после 01.07.2017, однако положения пункта 3 статьи 4 Закона № 266 касаются применения лишь процессуальных норм, поэтому в связи с возникновением спорных правоотношений до 01.07.2017, к ним подлежат применению правила привлечения в ответственности, установленные в статье 10 Закона о банкротстве.

В обоснование довода о необходимости привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий и конкурсный кредитор указали, что по состоянию на 31.01.2011 у Общества имелись признаки неплатежеспособности, так как должник не исполнял решение Арбитражного суда Самарской области от 25.11.2020 по делу № А55-13211/2010, которым с общества в пользу Фонда содействия бизнесом было взыскано 3 286 885,59 руб.,  продолжал наращивать кредиторскую задолженность, заключив первый договор  займа от 31.12.2010 на сумму 332 800 руб., поэтому ФИО3, осуществлявшая в указанный период полномочия директора Общества, обязана была обратиться в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом) не позднее 31.01.2011.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ, действовавшей в период возникновения спорных правоотношений) руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 указанного закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных правовых норм не обращение руководителя в суд с заявлением о признании подконтрольного им общества несостоятельным при наличии обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника и воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, с учетом масштаба деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016), утвержденный постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016).

В связи с этим в процессе рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, помимо прочего, необходимо учитывать то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами, а также что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов.

Возникновение в указанный период задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник "автоматически" стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества в целях привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве. В случае, если имеются неисполненные перед кредиторами обязательства, у руководителя должника не возникает безусловная обязанность обратиться в суд с заявлением о признании последнего банкротом.

Как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 18.07.2003 № 14-П, формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушения прав и законных интересов других лиц.

В соответствии с правовым подходом, изложенным в определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.07.2017 № 309-ЭС17-1801 по делу № А50-5458/2015, если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), и руководитель, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил максимальные усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель с учетом общеправовых принципов юридической ответственности (в том числе предполагающих по общему правилу наличие вины) освобождается от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным.

Суды, руководствуясь статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 73-ФЗ, учитывая практику применения данной нормы, установленную постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.06.2012 № 219/12, отклонили доводы ответчика о пропуске срока исковой давности.

При этом суды сочли недоказанным, что в спорный период сложились условия, предусмотренные пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, для возникновения у руководителя обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве подконтрольного юридического лица. ФИО4 обоснованно рассчитывала на преодоление финансовых трудностей и принимала разумные меры по дальнейшему осуществлению финансово-хозяйственной деятельности Общества и по погашению имеющейся кредиторской задолженности.

Само по себе возникновение признаков неплатежеспособности либо обстоятельств, названных в абзацах 5 и 7 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, даже будучи доказанным, не свидетельствовало об объективном банкротстве Общества (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов).

Суды на основании имеющихся в материалах дела доказательств установили, что согласно бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2010 у общества имелись основные средства в размере 6427 тыс. руб., запасы на сумму 10 306 тыс. руб., денежные средства 11 тыс. руб., дебиторская задолженность в размере 385 тыс. руб., что превышало размер кредиторской задолженности, которая составляла 17 051 тыс. руб.

Суды учли, что во исполнение условий мирового соглашения от 04.10.2011, заключенного между должником и Фондом содействия бизнесом, в целях погашения задолженности по решению Арбитражного суда Самарской области от 25.11.2020 по делу № А55-13211/2010, Фонду содействия бизнесу были выплачены проценты, зафиксированные в мировом соглашении в размере 216 871,83 руб., выплачен основной долг – 825 606,74 руб., выплачены вновь начисленные проценты – 226 494,81 руб. должник продолжал осуществлять хозяйственную деятельность. При этом дело о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Центр «Ресурс» возбуждено 22.01.2014 по заявлению кредитора МУП Нефтегорского района «Центр Ресурс». Процедура наблюдения введена определением Арбитражного суда Самарской области от 31.10.2014 в связи с наличием непогашенной задолженности в размере 1 445 601,56 руб., установленной решением Арбитражного суда Самарской области от 30.08.2012 года по делу № А5534165/2009. 

При этом согласно бухгалтерской отчетности по состоянию на 30.09.2014 активы должника составляли 25 326 тыс. руб.

Суды также приняли во внимание, что отсутствуют сведения о кредиторах, обязательства которые возникли по истечении месяца с момента возникновения объективного банкротства, не представлено сведений о совокупном размере таких требований, определяющих размер ответственности ответчика, как контролирующего должника лица.

С учетом изложенного суды пришли к правильному выводу о непредставлении заявителем доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что у руководителя Общества по состоянию на 31.01.2011 возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом, которую он не исполнил, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий также приводил доводы о том, что ФИО3, будучи руководителем, ненадлежащим образом вела бухгалтерский учет и не передала конкурсному управляющему всю бухгалтерскую  и иную документацию.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление  Пленума № 53) в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункт 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по указанному основанию, суды исходили из того, что из материалов дела не следует, что ФИО3 уклонялась от передачи документов временному управляющему, учитывая представленный список документов с приложением их копий и квитанции, подтверждающие их отправку конкурсному управляющему; определение суда от 05.02.2016 о возложении на ФИО3 обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей должника исполнено.

У суда кассационной инстанции отсутствуют основания не согласиться с выводами суда первой инстанции относительно указанной части заявленных требований.

Ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)  об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, также имеет значение и причинно-следственная связь между отсутствием документации и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Таким образом, для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по указанному основанию необходимо установить наличие негативных последствий отсутствия у конкурсного управляющего документов должника, либо ее искажение, каковыми является невозможность осуществления мероприятий по формированию конкурсной массы.

Суды установили, что конкурсный управляющий не представил суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В заявлении не содержится конкретной информации или доводов о том, отсутствие какой именно документации либо каких именно действий повлияло на проведение процедур банкротства и привело к затруднению проведению процедур.

Суды по результатам исследования представленных в материалы дела доказательств сделали правильный вывод о том, что невозможность пополнения конкурсной массы вызвана объективным отсутствием у должника имущества и активов, а не искажением или непередачей документов конкурсному управляющему.

Следует отметить, что конкурсный управляющий не был лишен возможности получения информации об имуществе должника посредством запросов в соответствующие регистрирующие органы.

Уточняя основания для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, заявители сослались на совершение ею незаконных действий, заведомо влекущих неспособность должника в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в частности, на заключение договора залога от 03.09.2012 и договоров займа в период с 2010-2013, по которым требования кредиторов впоследствии включены в реестр требований кредиторов должника.

Суды мотивированно признали недоказанным то обстоятельство, что поименованные в заявлении сделки и действия в связи с возникшими из них правоотношениями привлекаемых к ответственности лиц (как в отдельности, так и в совокупности) явились причиной, неизбежно приведшей к банкротству Общества.

В связи с принятием Закона № 266-ФЗ статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу, однако основания для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, ранее содержавшиеся в абзаце третьем пункта 4 указанной статьи, не устранены и в настоящее время содержатся в подпункте 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 23 постановления Пленума № 53, согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки либо оказания предпочтения одному из кредиторов указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве в редакции, применяемой к спорным правоотношениям, контролирующее должника лицо - это лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника.

В рассматриваемом случае заявителем не доказано наличие какого-либо обстоятельства, создающего указанную презумпцию, отсутствуют доказательства заключения ФИО3 подозрительных сделок, направленных на вывод имущества должника или уменьшение стоимости имущества должника. 

Обстоятельства заключения и исполнения договоров займа были предметом рассмотрения суда при рассмотрении обоснованности требований ООО «Аверс» о включении в реестр кредиторов должника.

В заключении временного управляющего ЗАО «Центр «Ресурс» от 20.03.2015 о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства указано на то, что в период с 01.01.2012 по 01.01.2014 не выявлено сделок или действий (бездействия) органов управления нарушающих законодательство РФ, либо заключенных на нерыночных условиях, послуживших причиной возникновения или увеличения неплатежеспособности и причинивших реальный ущерб должнику в денежной форме. Признаков фиктивного и преднамеренного банкротства у должника не выявлено.

Из отчета временного управляющего по состоянию на 20.03.2015 следует, что балансовая стоимость имущества должника в преддверии введения процедуры конкурсного производства составляла 21 368 тыс. руб.; активы ЗАО «Центр «Ресурс» не выводились, они оставались находиться у должника в полном объеме для удовлетворения требований кредиторов.

В материалы дела обоснование и доказательства, подтверждающие недобросовестность и неразумность действий, злоупотребление правом ФИО3, противоправное поведении ответчика с целью причинения вреда обществу, в материалах дела отсутствуют (статьи 9, 65 АПК РФ).

Отклоняя доводы о причинении вреда кредиторам в связи с заключением ФИО3 договора залога от 03.09.2012, суды двух инстанций исходили из того, что данная сделка не привела к банкротству, недвижимое имущество по договору залога - нежилое помещение площадью 74,1 кв. м по адресу: 

<

...> принадлежало ЗАО «Центр «Ресурс» на праве собственности и в период действия договора находилось в пользовании должника, имущественные интересы кредиторов защищены путем признания данной сделки недействительной.

С учетом установленных по делу обстоятельств суды пришли к обоснованному выводу о недоказанности совокупности обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника его бывшего руководителя и обоснованно отказали заявителям в удовлетворении заявленных требований.

Позиция, приведенная в кассационной жалобе, сводится к несогласию заявителя с оценкой доказательств. Довод заявителя кассационной жалобы о неправильной оценке судами обстоятельств дела не принимается во внимание, как противоречащий материалам дела, направленный на иную оценку исследованных судами первой и апелляционной инстанций доказательств и сделанных на их основе выводов, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в полномочия суда кассационной инстанции.

Материалы дела исследованы судами полно, всесторонне и объективно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемых судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права. Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся по правилам части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Вопрос о взыскании государственной пошлины по кассационной жалобе не рассматривался, поскольку на основании подпункта 1.1. пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации Комитет освобожден от ее уплаты.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Самарской области от 30.12.2020 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2021 по делу № А55-847/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья    А.Ф. Фатхутдинова 

Судьи              А.Г. Иванова 

    М.В. Коноплёва