ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, г. Вологда, 160001

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А44-656/2021

г. Вологда

26 апреля 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2022 года.

В полном объёме постановление изготовлено 26 апреля 2022 года.

 

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Алимовой Е.А., судей Мурахиной Н.В. и                       Селивановой Ю.В., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Новгородской области на решение Арбитражного суда Новгородской области от 13 декабря 2021 года по делу № А44-656/2021, 

 

у с т а н о в и л:

Управление Федеральной налоговой службы по Новгородской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее: 173002, Новгородская область, Великий Новгород, улица Октябрьская, дом 17, корпус 1; далее – управление, налоговый орган) обратилось в Арбитражный суд Новгородской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Окуловский химический завод» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; далее: 174361, Новгородская область, Окуловский район, рабочий 

<

...>; далее – ООО «ОХЗ») и обществу с ограниченной ответственностью «Миранда» (ОГРН 

<

***>,                   ИНН 

<

***>; адрес: 362001, республика Северная Осетия - Алания, 

<

...>; далее – ООО «Миранда») о признании недействительным договора поставки спирта от 15.06.2015                       № 15/06-2015; о применении последствий недействительности сделок путем взыскания с ООО «Окуловский химический завод» в доход Российской Федерации 82 368 743 руб. 60 коп.; о применении последствий недействительности сделок путем взыскания с ООО «Миранда» в доход Российской Федерации 82 368 743 руб. 60 коп.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Межрегиональное управление Федеральной службы по регулированию алкогольного рынка по Северо-Западному федеральному округу                          (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; адрес: 197198, Санкт-Петербург, улица Маркина, дом 16б, литера А).

Решением Арбитражного суда Новгородской области от 13 декабря                2021 года по делу № А44-656/2021 в удовлетворении исковых требований отказано.

Управление с решением суда не согласилось и обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит суд апелляционной инстанции его отменить. В обоснование жалобы ссылается на то, что суд не оценил доводы о недействительности договора, подтвержденные решением суда по делу                             № А44-1134/2021, пришел к неверному выводу об отсутствии у управления права на оспаривание договора. Считает, что суд первой инстанции неверно применил положения о сроке исковой давности, поскольку такой срок начал течь с даты составления акта по выездной налоговой проверки (27.07.2020) и не истек.

От ООО «ОХЗ», ООО «Миранда», третьего лица отзывы на апелляционную жалобу не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, доводы жалобы, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как следует из материалов дела, ООО «ОХЗ» (покупатель) и производителем этилового спирта – ООО «Миранда» заключен договор поставки спирта этилового денатурированного от 15.06.2015 № 15/06-2015, согласно которому поставщик обязался передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить произведенный поставщиком спирт абсолютированный денатурированный-биоэтанол.

ООО «Миранда» в соответствии с условиями указанных договоров в период с 2015 по 2017 годах поставило в адрес ООО «ОХЗ»                                         154 251,8 декалитров безводного спирта на сумму 82 368 743 руб. 60 коп.

Инспекцией в отношении ООО «ОХЗ» проведена выездная налоговая проверка, по результатам которой составлен акт выездной налоговой проверки от 27.07.2020 № 1 и вынесено решение от 09.09.2020 № 1 о привлечении                       ООО «ОХЗ» к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым ООО «ОХЗ» начислены акцизы на этиловый спирт из пищевого сырья (за исключением дистиллятов винного, виноградного, плодового, коньячного, кальвадосного, вискового), производимый на территории Российской Федерации), акцизы на этиловый спирт из непищевого сырья, производимый на территории Российской Федерации, в сумме 1 851 753 172 руб., а также пени и штрафы.

Основанием для доначисления акцизов послужили выводы налогового органа о необоснованном применении ООО «ОХЗ» вычетов по акцизам, поскольку в ходе выездной налоговой проверки выявлены обстоятельства, свидетельствующие об отсутствии реального производства реагента этилового эфира уксусной кислоты (реагента ЭЭУК), для изготовления которого приобретен этиловый спирт, в том числе у ООО «Миранда», и создании                ООО «ОХЗ» и подконтрольными ему организациями (покупателями реагента) фиктивного документооборота с целью придания достоверности реализации указанного товара.

В связи с этим налоговый орган посчитал, что ООО «ОХЗ» злоупотребило своим правом по оптимизации налоговой нагрузки в виде закупки спирта без намерения в дальнейшем производить неспиртосодержащую продукцию, а заключенные ООО «ОХЗ» сделки, в том числе сделка с ООО «Миранда», совершены с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, посягают на публичные интересы государства.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, инспекция обратилась в арбитражный суд с требованиями о признании недействительным спорного договора поставки спирта в силу части 2 статьи 168 и статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) и применении последствий недействительности сделки: взыскании с ответчиков в доход Российской Федерации по 82 368 743 руб. 60 коп. 

Суд первой инстанции в удовлетворении требований отказал, поскольку не нашел оснований для признания договора недействительным, пришел к выводу об отсутствии у инспекции права на подачу иска и о пропуске срока исковой давности.

Апелляционная коллегия не находит оснований для отмены решения суда в силу следующего.

На основании пункта 1 статьи 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашними иным подобным использованием.

Покупатель оплачивает поставляемые товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки. Если соглашением сторон порядок и форма расчетов не определены, то расчеты осуществляются платежными поручениями (пункт 1 статьи 516 названного Кодекса).

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

На основании пункта 1 статьи 166 указанного Кодекса сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (пункт 2 статьи 166 ГК РФ).

Согласно пункту 1 статьи 167 того же Кодекса недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Пунктом 1 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

Из пункта 2 той же статьи следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. 

В силу статьи 169 ГК РФ сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Согласно определению Конституционного Суда Российской Федерации от 08.06.2004 № 226-О статья 169 ГК РФ указывает, что квалифицирующим признаком антисоциальной сделки является ее цель, то есть достижение такого результата, который не просто не отвечает закону или нормам морали, а противоречит - заведомо и очевидно для участников гражданского оборота - основам правопорядка и нравственности. Антисоциальность сделки, дающая суду право применять данную норму ГК РФ, выявляется в ходе судопроизводства с учетом всех фактических обстоятельств, характера допущенных сторонами нарушений и их последствий.

Как разъяснено в пункте 75 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), применительно к                                 статьям 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы. Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов.

Согласно пункту 85 Постановления № 25 в качестве сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, могут быть квалифицированы сделки, которые нарушают основополагающие начала российского правопорядка, принципы общественной, политической и экономической организации общества, его нравственные устои. К названным сделкам могут быть отнесены, в частности, сделки, направленные на производство и отчуждение объектов, ограниченных в гражданском обороте (соответствующие виды оружия, боеприпасов, наркотических средств, другой продукции, обладающей свойствами, опасными для жизни и здоровья граждан, и т.п.); сделки, направленные на изготовление, распространение литературы и иной продукции, пропагандирующей войну, национальную, расовую или религиозную вражду; сделки, направленные на изготовление или сбыт поддельных документов и ценных бумаг; сделки, нарушающие основы отношений между родителями и детьми.

Нарушение стороной сделки закона или иного правового акта, в частности уклонение от уплаты налога, само по себе не означает, что сделка совершена с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (абзац третий пункта 85 Постановления № 25).

Для применения статьи 169 ГК РФ необходимо установить, что цель сделки, а также права и обязанности, которые стороны стремились установить при ее совершении, либо желаемое изменение или прекращение существующих прав и обязанностей заведомо противоречили основам правопорядка или нравственности, и хотя бы одна из сторон сделки действовала умышленно (абзац четвертый пункта 85 Постановления № 25).

Для установления ничтожности сделки по причине ее заведомой противности основам правопорядка и нравственности первостепенное значение придается выявлению умысла у участников сделки, который опосредует понимание ими противоправности последствий совершаемой сделки и желание их наступления или допущение таких противоправных последствий. При этом умысел должен не предполагаться, а быть доказан.

Обязанность доказывания наличия прямого умысла сторон на заключение сделки, имеющей своей целью антисоциальную направленность, лежит на налоговом органе, обратившемся в суд с иском о признании сделки недействительной.

В данном случае истец ссылается на то, что ООО «ОХЗ» не имело технической возможности использовать приобретенный этиловый спирт для производства неспиртосодержащей продукции (реагента ЭЭУК). Весь приобретенный спирт, по мнению инспекции, был по фиктивным документам реализован подконтрольным третьим лицам без уплаты соответствующего налога (акциза).

При этом, как установил суд первой инстанции, какие-либо доказательства того, что стороны договора при их исполнении имели намерение использовать этиловый спирт во вред основам правопорядка инспекцией не представлены. Доводы инспекции о возможном использовании приобретенного у ООО «Миранда» этилового спирта для производства контрафактной продукции являются предположениями, не подтвержденными какими-либо доказательствами. 

Как верно указал суд первой инстанции, сама по себе неуплата                     ООО «ОХЗ» акцизных платежей при возможной дальнейшей реализации спирта третьим лицам, как указано в абзаце втором пункта 85 постановления Пленума № 25, не свидетельствует о ничтожности первоначальных сделок по закупу этого товара ООО «ОХЗ».

Из материалов дела следует, что отгрузка товара производителем этилового спирта (ООО «Миранда») в рамках заключенного с ООО «ОХЗ» спорного договора осуществлена на основании свидетельств на производство неспиртосодержащей продукции от 03.04.2015 серии 53 № 001250998,                        от 01.04.2016 серии 53 № 001323000 и от 28.03.2017 серии 53 № 001322998, выданных управлением ООО «ОХЗ» (том 3, листы 18-27). Об исполнении указанного договора стороны своевременно уведомили налоговый орган путем подачи соответствующих ежеквартальных налоговых деклараций с указанием контрагента по договору и объема этилового спирта, поставленного в отчетном налоговом периоде.

При указанных обстоятельствах, в отсутствие доказательств обратного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что истец не доказал, что стороны спорных договоров при их исполнении имели намерение использовать этиловый спирт во вред основам правопорядка, наличие социально-опасных последствий спорных сделок в смысле статьи 169 ГК РФ судом первой инстанции при рассмотрении данного дела не выявлено, иных оснований для признания оспариваемых сделок ничтожными судом не установлено.

Суд апелляционной инстанции считает правомерными указанные выводы  суда первой инстанции о том, что предусмотренные статьей 169 ГК РФ основания для вывода о ничтожности заключенных ответчиками договоров инспекцией не доказаны.

Суд первой инстанции не усмотрел оснований для удовлетворения требований инспекции о взыскании в бюджет Российской Федерации с ответчиков по 82 368 743 руб. 60 коп.

Как указано в статье 169 ГК РФ, ничтожность сделки по указанным в данной статье основаниям влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса (то есть двустороннюю реституцию). В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Инспекция не ссылается на действующие нормы законодательства, позволяющие в данном случае взыскать все полученное ответчиками по сделке в доход федерального бюджета.

Положения постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 10.04.2008 № 22 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с применением статьи 169 Гражданского кодекса Российской Федерации», на которые инспекция ссылается в исковом заявления, не применяются в связи с принятием 23.06.2015                                Постановления № 25, который вопрос взыскания полученного по сделке в доход федерального бюджета не регламентирует.

Таким образом, суд первой инстанции верно посчитал, что оснований для взыскания полученной по сделке суммы в доход бюджета также не имеется.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что заявленные инспекцией по настоящему делу требования выходят за рамки ее полномочий, в связи с этим  исковые требования инспекции также не подлежат удовлетворению.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Согласно абзацу четвертому пункта 11 статьи 7 Закона Российской Федерации от 21.03.1991 № 943-1 «О налоговых органах Российской Федерации» налоговые органы имеют право на обращение в суд с иском о признании сделки недействительной и взыскании в доход государства всего полученного по такой сделке.

При этом, исходя из положений статей 1, 6 указанного Закона, главной задачей налоговых органов является контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации налогов, сборов и страховых взносов, соответствующих пеней, штрафов, процентов, а в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, - за правильностью исчисления, полнотой и своевременностью уплаты (перечисления) в бюджетную систему Российской Федерации иных обязательных платежей, установленных законодательством Российской Федерации.

Следовательно, право на обращение в суд с иском о признании сделок недействительными может реализовываться налоговыми органами лишь постольку, поскольку удовлетворение соответствующего требования направлено на выполнение задач налоговых органов, определенных статьей 6 Закона о налоговых органах.

Также в силу подпункта 3 пункта 2 статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) взыскание налога в судебном порядке производится с организации или индивидуального предпринимателя, если их обязанность по уплате налога основана на изменении налоговым органом юридической квалификации сделки, совершенной таким налогоплательщиком, или статуса и характера деятельности этого налогоплательщика, то есть налоговый орган с целью взыскания налога вправе самостоятельно изменять квалификацию сделок, статус и характер деятельности налогоплательщика (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 № 8728/12).

В пункте 77 Постановления № 25 указано, что факты уклонения юридического лица от уплаты налогов, нарушения им положений налогового законодательства не подлежат доказыванию, исследованию и оценке судом в гражданско-правовом споре о признании сделки недействительной, так как данные обстоятельства не входят в предмет доказывания по такому спору, а подлежат установлению при рассмотрении налогового спора с учетом норм налогового законодательства.

Оценка налоговых последствий финансово-хозяйственных операций, совершенных во исполнение сделок, производится налоговыми органами в порядке, предусмотренном налоговым законодательством.

При установлении в ходе налоговой проверки факта занижения налоговой базы вследствие неправильной юридической квалификации налогоплательщиком совершенных сделок и оценки налоговых последствий их исполнения налоговый орган, руководствуясь подпунктом 3 пункта 2                            статьи 45 Налогового кодекса Российской Федерации, вправе самостоятельно осуществить изменение юридической квалификации сделок, статуса и характера деятельности налогоплательщика и обратиться в суд с требованием о взыскании доначисленных налогов.

Таким образом, предъявление налоговым органом в суд иска о применении последствий недействительности ничтожной сделки допустимо лишь в том случае, если налоговый орган лишен возможности в рамках налогового спора самостоятельно изменить юридическую квалификацию сделок и оценить соответствующие налоговые последствия данных сделок или если в результате сделки бюджету Российской Федерации нанесен ущерб (то есть нарушены публичные интересы).

В рассматриваемом случае из искового заявления не следует, что спорные сделки по приобретению спирта квалифицированы налоговым органом не в соответствии с их действительным экономическим смыслом. Налоговый орган не оспаривает реальность исполнения сторонами сделок. Приобретенный спирт для целей налогообложения квалифицирован в качестве подакцизного товара, его объем включен в налоговую базу, с которого исчислен и задекларирован акциз, что следует из указанного решения и инспекцией не оспаривается.

Также налоговый орган обратился в Арбитражный суд Новгородской области с иском о взыскании с ООО «ОХЗ» доначисленных по решению от 09.09.2019 № 1 акцизов (дело № А44-665/2021).

С учетом изложенного апелляционная коллегия согласна с выводом суда первой инстанции о том, что заявленные инспекцией по настоящему делу требования выходят за рамки ее полномочий, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска.

Доводы апеллянта о том, что целью оспаривания сделки являлось исключение оборота спиртосодержащей продукции коллегией судей не принимаются, поскольку товар по рассматриваемому договору передан и оплата за него внесена, проверка законности оборота спиртосодержащей продукции в предмет рассматриваемого дела не входит.

Кроме того, в силу статьи 23 Закона № 171-ФЗ федеральный государственный контроль (надзор) в области производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции осуществляется федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным Правительством Российской Федерации, которым налоговый орган не является.

Ответчиками заявлено о пропуске инспекцией срока исковой давности.

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ установлено, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В силу статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Судом первой инстанции установлено, что в период заключения и исполнения спорной сделки налоговый орган ежегодно выдавал ООО «ОХЗ» свидетельства на производство неспиртосодержащей продукции. Перед выдачей указанных свидетельств инспекция проводила выездные осмотры и  проверки, что подтверждается представленными в материалы дела копиями протоколов осмотра территорий, помещений, документов, предметов                         от 26.03.2015 № 1/457, от 29.03.2016 № 1, от 17.03.2017 № 1, от 06.03.2018 б/н (том 3, листы 59-67).

Также ООО «ОХЗ» ежеквартально предъявляло в налоговый орган декларации, в которых указывались контрагенты, у которых приобретался этиловый (денатурированный) спирт, объем потребленного спирта, объем произведенной неспиртосодержащей продукции с использованием спирта в процессе производства. Так, о начале исполнения договора от 15.06.2015                 № 15/06-2015 ООО «ОХЗ» уведомило налоговый орган в налоговой декларации на подакцизные товары, за исключением табачных изделий за июнь 2015 года, представленной в налоговый орган в июле 2015 года, с указанием организации поставщика – ООО «Миранда» и объема приобретенной продукции, что налоговым органом в процессе рассмотрения спора не опровергалось.

К названной декларации ООО «ОХЗ» предоставляло первичные учетные документы, подтверждающие факт использования спирта в процессе производства товаров, указанных в свидетельстве.

Следовательно, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что инспекция знала и не могла не знать о начале исполнения договора поставки спирта и о дне начала исполнения обязательств по нему.

При таких обстоятельствах доводы инспекции о том, что о спорной сделке ей стало известно только при проведении выездной налоговой проверки в 2019 году, признаны судом необоснованными.

Следовательно, подача иска 10.02.2021 осуществлена инспекцией за пределами срока исковой давности.

Доводы апеллента о том, что срок начал течь с даты составления акта по выездной налоговой проверки (27.07.2020) и не истек, отклоняются апелляционным судом, поскольку течение срока исковой давности в данном случае исчисляется не с даты, когда инспекция узнала о выявленных нарушения, а со дня, когда она узнала о начале исполнения сделок.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что требования инспекции не подлежат удовлетворению в связи с пропуском истцом срока исковой давности по заявленным требованиям, о применении которого заявлено ответчиками, что в силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.11.2001 № 15, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.11.2001 № 18 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении искового заявления полностью.

Материалы дела исследованы судом первой инстанции полно и всесторонне, выводы суда соответствуют имеющимся в деле доказательствам, нормы материального права применены правильно, нарушений норм процессуального права не допущено.

С учетом изложенного апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что спор разрешен в соответствии с требованиями действующего законодательства, основания для отмены решения суда, а также для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

п о с т а н о в и л :

решение Арбитражного суда Новгородской области от 13 декабря           2021 года по делу № А44-656/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по                               Новгородской области – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд                 Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

Е.А. Алимова

 

Судьи

Н.В. Мурахина

 

Ю.В. Селиванова