﻿ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-4676/2017

02 июня 2021 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     08 апреля 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  02 июня 2021 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Рычаговой О.А.

судей  Бурденкова Д.В., Герасимовой Е.А.

при ведении протокола судебного заседания:   секретарем  Федорук Р.А.

при участии:

от Бартеневой О.А.: Новопашин И.А., представитель по доверенности от 21.05.2020, паспорт,

от конкурсного управляющего: Долгих Ю.Н., паспорт,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-37575/2020) Бартеневой Ольги Анатольевны на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.11.2020 по делу № А56-4676/2017/тр.1/п/п (судья Рогова Ю.В.), принятое

 

по заявлению Бартеневой Ольги Анатольевны 

о процессуальном правопреемстве кредитора ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» в реестре требований кредиторов должника в части требования 12 746 000 руб.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Русские инженерные технологии»,  

 

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.05.2017 в отношении общества с ограниченной ответственностью «Русские инженерные технологии» (адрес: 191036, г. Санкт-Петербург, улица 5-я Советская, дом 11-13, литер А, помещение 7Н, ОГРН 1147847400250; далее – должник, Общество) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждён Логинов Олег Анатольевич.

Решением от 25.09.2017 ООО «Русские инженерные технологии» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Логинов Олег Анатольевич. 

Определением от 26.09.2017 по обособленному спору №А56-4676/2017/тр.1 признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» (далее – Банк) в сумме 124 295 293,07 руб., из которых 118 000 000 руб. – основной долг, 6 103 671,23 руб. – проценты, 191 621,84 руб. – неустойка.

В рамках обособленного спора по требованию Банка, 28.05.2020 Бартенева Ольга Анатольевна (далее – заявитель) обратилась с заявлением о процессуальном правопреемстве кредитора ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» на Бартеневу Ольгу Анатольевну в части требования в размере 12 746 000 руб.

Определением от 18.11.2020 заявление о процессуальном правопреемстве удовлетворено, ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» заменен в порядке процессуального правопреемства на Бартеневу Ольгу Анатольевну с суммой требований в размере 12 746 000 руб., из которых 6 642 328,77 руб. – основной долг, 6 103 671,23 руб. – проценты. При этом, суд первой инстанции учел требование Бартеневой О.А. как подлежащее удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Одновременно суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего о приостановлении производства по настоящему обособленному спору.

В апелляционной жалобе Бартенева О.А. просит указанное определение изменить, отнести требования Бартеневой О.А. к третьей очереди удовлетворения требований кредиторов должника, полагая, что судом первой инстанции нарушены разъяснения, изложенные в пункте 2 «Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 29.01.2020) (далее – Обзор от 29.01.2020), так как требование правопреемника было понижено только на том основании, что он является аффилированным по отношению к должнику лицом. Согласно доводам жалобы, требования Бартеневой О.А. основаны не на факте участия в Обществе, а на факте предоставления залога Банку в качестве обеспечения по обязательствам должника перед Банком; на факте неисполнения должником своих обязательств перед Банком; на факте последующего обращения Банком взыскания на предмет залога. При этом ни один из указанных фактов, образующих сложный юридический состав, лежащий в основании требований Бартеневой О.А., не имеет отношения к участию Бартеневой О.А. в Обществе. Податель жалобы считает, что разъяснения пункта 3 Обзора от 29.01.2020 не применимы к ее требованию; при этом обстоятельства, требуемые для понижения очередности требования Бартеневой О.А. согласно разъяснениям, изложенным в пункте 6.1 Обзора от 29.01.2020, не доказаны. По утверждению подателя жалобы, Бартенева О.А. не предоставляла должнику компенсационного финансирования, никаких прав по акцессорным обязательствам к должнику Бартенева О.А., которые бы обеспечивали требования, перешедшие к Бартеневой О.А. по кредитному договору, Бартнева О.А. также не получила; Бартенева О.А. просто утратила свою недвижимость, в связи с обращением на нее взыскания по обязательствам должника.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсный управляющий, выражая свое согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, полагая, что в настоящем случае подлежат применению разъяснения пункта 5 Обзора от 29.01.2020, так как действия Бартеневой О.А. по обеспечению обязательств должника залогом принадлежащего ей недвижимого имущества было обусловлено договоренностями о частичном покрытии убытков должника, связанными с неправомерными действиями, которые привели к существенному уменьшению имущественной массы должника.

В судебном заседании представитель Бартеневой О.А. поддержал доводы апелляционной жалобы в полном объеме. Конкурсный управляющий возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве. Иные лица, участвующие в деле, надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечили, апелляционный суд, в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, рассмотрел апелляционную жалобу в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого определения, в соответствии с частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проверена апелляционным судом в пределах доводов жалобы. При этом, апелляционный суд пришел к выводу о наличии оснований для его отмены в части понижения очередности удовлетворения требования Бартеневой О.А.

Как следует из материалов дела, требования ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» основаны на заключенном 10.07.2015 между Банком и должником кредитном договоре №303-2015/Л (далее – кредитный договор), согласно которому должнику предоставлен кредит в сумме 190 000 000 руб. под 19,5% годовых, а начиная с 01.01.2017 – под 16% годовых.

Обязательства должника по кредитному договору были обеспечены, в том числе залогом недвижимого имущества по договору об ипотеке от 10.07.2015, номер государственной регистрации 77-77/003-77/003/083/2015-480/1 от 23.07.2015 (далее – договор об ипотеке), заключенному между ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» и Бартеневой Ольгой Анатольевной.

По договору об ипотеке Бартенева О.А. передала в залог Банку недвижимое имущество: квартиру, назначение: жилое, общей площадью 73,8 кв. м, кадастровый номер 77:09:0005015:6827, расположенную по адресу: г. Москва, ул. Скаковая, д. 5, кв. 133 (далее – Квартира).  В соответствии с пунктом 3.1 договора об ипотеке по соглашению сторон общая стоимость ипотеки составила 14 760 000 руб.

В связи с неисполнением должником обязательств по кредитному договору, ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» обратился в Кунцевский районный суд г. Москвы с иском к Бартеневой О.А. об обращении взыскания на недвижимое имущество и взыскания судебных расходов.

Решением Кунцевского районного суда г. Москвы от 24.01.2018 по делу №2-101/18 исковые требования ПАО «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» удовлетворены, обращено взыскание на квартиру, с начальной продажной ценой 14 760 000 руб. Решение суда вступило в законную силу 06.09.2018.

В ноябре 2018 года выдан исполнительный лист, возбуждено исполнительное производство. 

На указанную выше квартиру обращено взыскание, квартира реализована с торгов в рамках исполнительного производства. Согласно протоколу об определении победителя торгов №15219 в электронной форме по лоту №1 от 20.04.2020 следует, что указанная квартира реализована по цене 12 746 000 руб.

Руководствуясь положениями статьи 387 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу которой права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона вследствие исполнения обязательства должника его поручителем или залогодателем, не являющимся должником по этому обязательству, Бартенева О.А. обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о процессуальном правопреемстве в рамках требования Банка, с просьбой заменить Банк на Бартеневу О.А., как на залогодателя, исполнившего обязательства должника перед Банком.

Суд первой инстанции, установив факт погашения Бартеневой О.А. за счет заложенного в пользу Банка имущества обязательств должника перед Банком в сумме 12 746 000 руб., принимая во внимание положения пункта 4.11 кредитного договора, руководствуясь статьей 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о замене первоначального кредитора на Бартеневу О.А. в сумме 12 746 000 руб., из которых 6 642 328,77 руб. – основной долг, 6 103 671,23 руб. – проценты. 

Определение суда первой инстанции в указанной части лицами, участвующими в деле, не обжалуется, в связи с чем апелляционный суд, руководствуясь частью 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не проверяет законность и обоснованность судебного акта в данной части.

Предметом апелляционного обжалования является вывод суда первой инстанции о наличии оснований для применения к требованию Бартеневой О.А.  разъяснений пункта 6.1 Обзора от 29.01.2020 и понижения очередности удовлетворения требования Бартеневой О.А. до очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Данный вывод основан на установленном судом первой инстанции факте аффилированности должника и Бартеневой О.А.

Так, Бартенева О.А. в период с 24.03.2016 по 14.10.2016 владела 30% уставного капитала ООО «Русские инженерные технологии». 

Кроме того, Бартенева О.А. являлась супругой генерального директора ООО «Русские инженерные технологии» и контролирующего участника должника - Понкратова Петра Борисовича в период с 27.06.2007 по 14.06.2016, имеет с Понкратовым П.Б. общего сына Понкратова Александра Петровича. 

Также, Бартенева О.А. являлась сотрудником должника, состоящим в штате, что подтверждается данными из банковских выписок должника об осуществлении ежемесячных выплат заработной платы с расчетных счетов должника с соответствующим назначением платежей (указанное обстоятельство установлено вступившим в силу определением от 11.02.2019). 

Таким образом, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 19 Закона о банкротстве, правомерно отнес Бартеневу О.А. к аффиллированным по отношению к должнику лицам. Бертенева О.А. не оспаривает данный вывод, между тем, полагает, что данное обстоятельство не должно было являться основанием для понижения очередности удовлетворения ее требования.

Апелляционный суд, проверив доводы жалобы в данной части, пришел к следующим выводам.

Верховным Судом РФ неоднократно отмечалось, что действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его залогодателем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату исполненного залогодателем для целей банкротства.

В соответствии с пунктом 6.1 Обзора от 29.01.2020 заключение контролирующим должника лицом договора о предоставлении обеспечения за должника в условиях имущественного кризиса подконтрольного ему основного должника, по сути, свидетельствует о предоставлении должнику компенсационного финансирования, а значит, суброгационные требования контролирующего лица, в том числе основанные на договоре ипотеки, не могут конкурировать с требованиями других кредиторов (пункт 1 статья 9 Закона о банкротстве, пункт 1 статья 2 ГК РФ).

Таким образом, в соответствии с содержащимися в Обзоре от 29.01.2020 разъяснениями, в том числе с учетом приведенных подходов о распределении бремени доказывания, в предмет доказывания по требованию Бартеневой О.А. входит:

являлась ли Бартенева О.А. контролирующим должника лицом;

выдала ли Бартенева О.А. обеспечение под влиянием контролирующего лица или должника;

каково было имущественное положение должника в момент заключения обеспечительных сделок по его обязательствам перед банком.

Из материалов дела следует, что договор залога был заключен между Бартеневой О.А. и Банком 10.07.2015.

Между тем, производство по делу о банкротстве в отношении должника возбуждено только 06.02.2017, процедура наблюдения введена определением от 30.05.2017. 

Согласно отчету временного управляющего, представленного в арбитражный суд посредством система «Мой арбитр» 06.09.2017, балансовая стоимость имущества должника по состоянию на 31.12.2015 составила 2 224 710 000 руб. При этом, его единственным кредитором на дату окончания процедуры наблюдения являлось только ООО «Строй Гарант» с размером требования 430 588 355,45 руб., обязательство перед которым не являлось однозначным для должника. В рамках дела № А40-132533/2016 требования ООО «Строй Гарант» являлись встречными по отношению к требованиям должника.

В этой связи, апелляционный суд, установив, что договор залога был заключен почти за два года до введения в отношении должника процедуры наблюдения, то есть задолго до появления признаков банкротства у должника, пришел к выводу о недоказанности конкурсным управляющим того факта, что квартира была предоставлена Бартеневой О.А. в залог в условиях имущественного кризиса должника.

Апелляционный суд считает ошибочным вывод суда первой инстанции о предоставлении супругами обеспечения по обязательствам подконтрольной им компании в связи с наличием гарантий перераспределения в их пользу непосредственно или через иные структуры ресурсов такого должника, поскольку на момент заключения договора залога, процедура банкротства в отношении должника не была возбуждена, признаки банкротства отсутствовали, а кредиторы не имели соответствующего статуса.

Доказательств предоставления Бартеневой О.А. залога с целью компенсации негативных результатов ее воздействия на хозяйственную деятельность должника либо сокрытия кризисной ситуации от кредиторов, транзитного характера перечислений с целью создания искусственной задолженности в материалах дела отсутствуют, а конкурсный управляющий таких возражений и доводов не приводил.

Как верно указано Бартеневой О.А., ее действия не являются докапитализацией, поскольку основаны на исполнении гражданско-правового договора залога с независимым заимодавцем - Банком.

То обстоятельство, что залогодатель, связанный с должником, исполнил обязательства последнего за счет собственных средств, само по себе не является неправомерным поведением и не свидетельствует о корпоративном характере этих правоотношений в смысле, придаваемом абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве.

Наличие корпоративных либо иных связей между залогодателем и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок. Предоставление залога лицом, входящим в одну группу лиц с должником, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора.

При таких обстоятельствах, определение суда первой инстанции подлежит отмене в части указания на субординацию требования Бартеневой О.А.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от  18.11.2020 по делу №  А56-4676/2017/Тр. 1 /п/п  отменить в части  указания на учет требования Бартеневой Ольги Анатольевны в сумме  12746000 руб. 00 коп.  в качестве подлежащего  удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)» , но приоритетно по отношению  к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона  «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса РФ (очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

О.А. Рычагова

Судьи

Д.В. Бурденков

 Е.А. Герасимова