АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ДАЛЬНЕВОСТОЧНОГО ОКРУГА

Пушкина ул., д. 45, г. Хабаровск, 680000, официальный сайт: www.fasdvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ Ф03-3121/2022

25 июля 2022 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 19 июля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 25 июля 2022 года.

Арбитражный суд Дальневосточного округа в составе:

председательствующего судьи Чумакова Е.С.

судей: Кучеренко С.О., Никитина Е.О.

при участии: 

от ФИО4 – ФИО1, представитель по доверенности от 03.09.2020;

от публичного акционерного общества «Сбербанк России» – ФИО2 (онлайн), представитель по доверенности от 17.05.2022;

от ФИО7 – ФИО3 (онлайн), представитель по доверенности от 15.07.2022;

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО4, ФИО7

на определение Арбитражного суда Приморского края от 11.03.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022

по делу № А51-2701/2020 

по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» в лице Приморского отделения № 8635 (ОГРН: 

<

***>,                           ИНН: 

<

***>, адрес: 690091, 

<

...>)

к ФИО4, ФИО7

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Три кота» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>, адрес: 127486, 

<

...>)

о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности 

в рамках дела о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом)

У С Т А Н О В И Л:

публичное акционерное общество «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк, Банк, кредитор) обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании ФИО4 (далее также – должник) несостоятельным (банкротом) и включении требований в реестр требований кредиторов в размере 295 110 046,81 руб.

Определением суда от 04.03.2020 заявление ПАО Сбербанк принято к производству, возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением суда от 01.06.2020 заявление ПАО Сбербанк признано обоснованным и в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина сроком на три месяца, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО5.

Решением суда от 16.02.2021 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО6.

В рамках данного дела о банкротстве ПАО Сбербанк обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 05.10.2018, заключенного между ФИО4 и ФИО7 (далее также – ответчик) в отношении следующих объектов недвижимости:

1. квартира, назначение: жилое помещение, площадь 154,5 кв.м., этаж 14, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:36441; 

2. машиноместо № 10, назначение: нежилое помещение, площадь 17,8 кв.м., этаж: цокольный 1, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:48005, 

а также применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО4 с прекращением права собственности ФИО7 и внесением соответствующих записей в Единый государственный реестр недвижимости (далее – ЕГРН) на указанные выше объекты недвижимости.

Определением от 01.09.2020 к участию в споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Три кота» (далее – ООО «Три кота»).

Определением суда первой инстанции от 11.03.2022, оставленным без изменения постановлением Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022, требования ПАО Сбербанк удовлетворены в полном объеме.

Не согласившись с указанными судебными актами, ФИО4, ФИО7 (далее также – заявители, кассаторы) обратились в Арбитражный суд Дальневосточного округа с кассационными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции от 11.03.2022, постановление апелляционного суда от 05.05.2022 отменить, в удовлетворении требований кредитора отказать.

В кассационной жалобе ФИО4 настаивает на позиции об отсутствии у него как поручителя на дату совершения оспоренной сделки неисполненных денежных обязательств, а также признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, соответственно, кредитором не доказан элемент цели причинения вреда; в материалах дела отсутствуют доказательства заинтересованности ответчика по отношению к должнику или третьему лицу, осведомленности ФИО7 о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также доказательств уменьшения стоимости имущества должника и превышения продажной стоимости переданного по оспоренной сделке имущества над рыночной либо возможности его реализации по иной цене, существенно превышающей цену договора. Считает, что суд первой инстанции необоснованно применил к оспариваемой сделке положения статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку вмененные ответчику правонарушения полностью охватываются диспозицией статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), при этом у суда апелляционной инстанции также отсутствовали основания для признания спорной сделки недействительной по пункту 2 указанной статьи Закона о банкротстве. Кроме того, судами неправомерно отклонена ссылка  на преюдициальное значение решения Ленинского районного суда г. Владивостока от 24.10.2019 по делу № 2-2484/2019 применительно к настоящему спору, которым в удовлетворении требований ПАО Сбербанк о признании недействительным договора купли-продажи от 05.10.2018 отказано.

ФИО7, выражая несогласие с выводами судов об отсутствии у него соответствующего уровня доходов для приобретения имущества по спорной сделке, также ссылается на вступившее в законную силу решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 24.10.2019 по делу                        № 2-2484/2019, которым установлены обстоятельства приобретения спорного имущества и источники денежных средств ФИО7 на приобретение квартиры. Обращает внимание на наличие у него и его супруги в собственности ряда объектов недвижимости, рыночная стоимость которых превышает доходы ФИО7, а также наличие в материалах дела расписки о получении части денежных средств у ФИО8, являющейся по его мнению, надлежащим доказательством передачи денежных средств за покупку квартиры, поскольку сторонами сделки являются физические лица. Настаивает на том, что стороны оспариваемых сделок не являются ни аффилированными, ни заинтересованными по отношению друг у другу, в связи с чем ответчик по сделке не мог быть осведомлен о возможных финансовых обязательствах перед ПАО Сбербанк.

Определением от 17.06.2022 указанные кассационные жалобы приняты к производству Арбитражного суда Дальневосточного округа, судебное заседание по их рассмотрению назначено на 14 час. 50 мин. 19.07.2022.

Определениями от 14.07.2022, от 19.07.2022 судом округа были удовлетворены поступившие от ПАО Сбербанк, ФИО7 ходатайства об участии в судебном заседании путем использования системы веб-конференции и организовано проведение онлайн-заседания.

В отзывах на кассационные жалобы ПАО Сбербанк, акционерным коммерческим банком «Приморье» (публичное акционерное общество) заявлены возражения по изложенным в них доводам, приведены аргументы об обоснованности и законности обжалуемых кассаторами судебных актов.

В судебном онлайн-заседании суда кассационной инстанции, проведенном с использованием системы веб-конференции, представители ФИО7, ФИО4 поддержали доводы, изложенные в кассационных жалобах, настаивали на отмене обжалуемых судебных актов. Представитель ПАО Сбербанк заявил возражения по доводам кассационных жалоб, сославшись на аргументы, изложенные в письменном отзыве.

Иные лица, участвующие в обособленном споре в деле о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, что в соответствии с правилами части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) позволяет суду округа рассмотреть кассационную жалобу в их отсутствие.

Документы, представленные ФИО7 в обоснование доводов кассационной жалобы на этапе настоящего кассационного обжалования, судом округа возвращены указанному лицу ввиду отсутствия оснований для их принятия и приобщения к материалам дела, поскольку процессуальными нормами не предусмотрена возможность установления в суде кассационной инстанции новых обстоятельств, сбора и исследования дополнительных  доказательств.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобах, Арбитражный суд Дальневосточного округа оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 05.10.2018 между ФИО4 (продавец) и ФИО7 (покупатель) заключен нотариально удостоверенный договор купли-продажи (далее – договор), по условиям пункта 1.1 которого продавец продал, а покупатель купил следующие объекты недвижимого имущества: квартира, назначение: жилое помещение, площадь 154,5 кв.м., этаж 14, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:36441; машиноместо № 10, назначение: нежилое помещение, площадь 17,8 кв.м., этаж: цокольный 1, адрес: 

<

...>, кадастровый номер: 25:28:000000:48005 (далее – имущество). 

В соответствии с пунктом 3 договора отчуждаемые объекты недвижимого имущества оцениваются на общую сумму 25 500 000 руб., в том числе квартира – 24 000 000 руб., машиноместо – 1 500 000 руб.

В силу пункта 4 договора денежные средства в размере 25 500 000 руб. продавец получил наличными от покупателя до подписания договора, о чем стороны сообщили нотариусу при его подписании, что подтверждается распиской продавца, написанной собственноручно. Подписание настоящего договора подтверждает произведенные расчеты и получение продавцом вышеуказанных денежных средств от покупателя полностью. 

В соответствии с пунктом 8 договора в квартире зарегистрирован ФИО4, который сохраняет право пользования данной квартирой и обязуется сняться с регистрационного учета до 04.10.2020.

В ЕГРН 09.10.2018 включены сведения о праве собственности ФИО7 на имущество (записи №№ 25:28:000000:36441- 25/001/2018-1, 25:28:000000:48005-25/001/2018-2).

ПАО Сбербанк, ссылаясь на наличие значительной задолженности перед ним у заемщика ООО «Три кота» и поручительство ФИО4 за названное общество, последующее банкротство заемщика, осведомленность поручителя о признаках неплатежеспособности общества и совершение недобросовестных действий поручителя, направленных на уменьшение своей имущественной сферы в целях недопущения обращения взыскания на имущество ФИО4, обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании заключенного между             ФИО4 и ФИО7 договора от 05.10.2018 недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и                     пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Разрешая обособленный спор, основываясь на оценке представленных в дело доказательств в соответствии с правилами главы 7 АПК РФ, руководствуясь положениями статей 61.1, 61.2, 61.6 Закона о банкротстве,            с учетом разъяснений, данных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63), статей 10, 361, 363  ГК РФ,  суд первой инстанции констатировал отсутствие специальных оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 Закона о банкротстве, при этом установил наличие оснований для признания оспариваемого договора недействительным в соответствии с положениями статьи 10, пункта 2 статьи 168 ГК РФ, в связи с чем удовлетворил заявление кредитора.

Суд апелляционной инстанции, повторно оценив и исследовав представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 АПК РФ, учитывая конкретные обстоятельства дела, не согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания договора недействительным в соответствии со статьей 10 и пунктом 2 статьи 168 ГК РФ, констатировав при этом наличие совокупности элементов для удовлетворения требования ПАО Сбербанк о признании сделки, оформленной договором от 05.10.2018, недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В данном случае апелляционная коллегия исходила из отсутствия в обжалованном определении суда первой инстанции обоснования того, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции специальных норм Закона о банкротстве, то есть содержали пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительных сделок, и, как следствие, почему в данном случае имелись основания для применения положений статей 10 и 168 ГК РФ, при этом указанные в заявлении кредитором в обоснование недействительности спорной сделки признаки, классифицируемые им как причинение вреда имущественным интересам кредиторов, отвечают признакам подозрительной сделки (статья 61.2 Закона о банкротстве).

В свою очередь, у судебной коллегии суда округа оснований не согласиться с мнением суда апелляционной инстанции не имеется; ошибочные выводы суда первой инстанции не повлекли принятия неправильного судебного акта, поскольку, по сути, не имели определяющего правового значения при установленном судом апелляционной инстанции наличии обстоятельств недействительности сделки по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с постановкой итоговых выводов по существу спора о признании оспоренной сделки недействительной с применением соответствующих последствий.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов, и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Поскольку оспариваемая сделка совершена в пределах трехлетнего периода до принятия заявления о признании должника банкротом (04.03.2020), соответственно, сделка подпадает под период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 5 постановления Пленума № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Исходя из разъяснений, приведенных в пункте 6 постановления Пленума № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых, в том числе, совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Из содержания постановления апелляционного суда усматривается, что при оценке оспариваемой сделки на предмет ее недействительности по специальным основаниям, предусмотренным нормами банкротного законодательства, судебной коллегией по результатам исследования представленных в материалы дела доказательств сделан вывод о неудовлетворительном финансовом состоянии должника в период заключения спорного договора.

Так, судом установлено, что согласно сведениям Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Три кота», ФИО4 наряду с ФИО9, ФИО10 является участником ООО «Три кота» с 2015 года (доли между названными лицами распределены следующим образом: 0,25%, 49,75%, 50%, соответственно). При этом должник оказывал ООО «Три кота» услуги по ведению бухгалтерского учета по договору аутсоринга от 01.10.2012. 

Между ПАО Сбербанк и ООО «Три кота» 

<

***>  заключен договор № 700160135 об открытии невозобновляемой кредитной линии (далее – Кредитный договор), в соответствии с которым ООО «Три Кота» открыта невозобновляемая кредитная линия для погашения текущей задолженности по договорам кредитной линии с лимитом выдачи, заключенным между заемщиком и ПАО АКБ «Приморье», с лимитом в сумме не более 322 000 000 руб.

В качестве обеспечения своевременного и полного выполнения обязательств заемщика по Кредитному договору 

<

***> заключен договор поручительства №700160135-2 с ФИО4, а также договоры поручительства с ФИО9 и ФИО10.

Обязательства по возврату кредита и уплате процентов исполнялись заемщиком ООО «Три кота» и его поручителями ненадлежащим образом, что послужило основанием для направления заимодавцем требования досрочно погасить задолженность.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда            г. Владивостока от 08.10.2019 по делу № 2-408/2019 удовлетворено исковое заявление ПАО Сбербанк о взыскании солидарно с ФИО10,            ФИО4, ФИО9 в пользу ПАО Сбербанк суммы задолженности в 143 850 594, 75 руб., а также судебных расходов в размере 60 000 руб. – по 20 000 руб. с каждого.

Также между ПАО Сбербанк (займодавец) и ООО «Три Кота» (заемщик) 31.07.2017 заключено генеральное соглашение № 700170120 АСРМ об открытии возобновляемой рамочной кредитной линии (соглашение), в соответствии с которым заемщику была открыта возобновляемая рамочная кредитная линия с лимитом в сумме                          200 000 000 руб.

В рамках данного соглашения между займодавцем и заемщиком заключены договоры об открытии возобновляемой кредитной линии: от 20.11.2017 № 700170120АСРМ/05, в соответствии с которым заемщику открыта возобновляемая кредитная линия на срок по 19 ноября 2018 года с лимитом в сумме 50 000 000 руб., от 04.12.2017 № 700170120АСРМ/06, в соответствии с которым заемщику открыта возобновляемая кредитная линия на срок по 03 декабря 2018 года с лимитом в сумме 50 000 000 руб., от 19.12.2017 № 700170120АСРМ/07, в соответствии с которым заемщику открыта возобновляемая кредитная линия на срок по 18.12.2018 с лимитом в сумме 50 000 000 руб.

В качестве обеспечения своевременного и полного выполнения обязательств по отдельным договорам, заключаемым в рамках соглашения, 31.07.2017 заключены договоры поручительства №700170120АСРМ-1 с ФИО10 и №700170120АСРМ-2 с ФИО4

Банк, реализуя предоставленное ему пунктом 7.1.7 кредитных договоров полномочие, ссылаясь на ухудшение финансового состояния          ООО «Три кота», обратился в суд общей юрисдикции с исковым заявлением к ФИО10, ФИО4 о взыскании сумм задолженности по договорам об открытии возобновляемой кредитной линии.

Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда           г. Владивостока от 17.10.2019 по делу № 2-409/2019 требования                   ПАО Сбербанк удовлетворены. Требования Банка по указанным выше кредитным договорам включены в реестр требований кредиторов должника-поручителя, а также заемщика.

Таким образом, при постановке вышеуказанного вывода апелляционная коллегия исходила, в том числе, из  наличия вступивших в законную силу судебных актов арбитражного суда и судов общей юрисдикции (в частности, указанных выше решений Ленинского районного суда г. Владивостока от 17.10.2019 по делу № 2-409/2019, от 08.10.2019 по делу № 2-408/2019, а также судебных актов по делу № А40-293239/18-44-372Б Арбитражного суда г. Москвы о несостоятельности (банкротстве)           ООО «Три кота» и решений Фрунзенского районного суда г. Владивостока от 15.08.2019 по делу № 2-4286/2019 и от 03.10.2019 по делу № 2-4276/2019 по искам поручителей ФИО10, ФИО4, ФИО9 к           ПАО Сбербанк о признании незаконными действий банка по досрочному взысканию кредитов), в которых фактически установлена неплатежеспособность ООО «Три кота» в период, непосредственно предшествовавший совершению оспоренной сделки и далее в момент совершения должником сделки по отчуждению своего имущества, приняв во внимание также и то, что неплатежеспособность общества по общему правилу не наступает одномоментно, этому предшествует период ухудшения финансового положения.

На основании изложенного и в отсутствии в материалах дела доказательств, свидетельствующих о наличии у заемщика, должника, иных поручителей на момент совершения оспоренной сделки имущества, достаточного для исполнения обязательств перед кредиторами, в том числе перед ПАО Сбербанк по указанным выше кредитным договорам, апелляционный суд заключил, что на момент заключения договора от 05.10.2018 должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества.

При таких обстоятельствах апелляционный суд также обоснованно констатировал, что ФИО4 как участник корпоративных отношений, лицо, оказывавшее обществу услуги бухгалтерского учета, поручитель, обязавшийся солидарно с заемщиком отвечать за исполнение заемщиком обязательств по кредитным договорам, не мог не знать о таком финансовом положении заемщика в спорный период и, как следствие, о необходимости погашения требований банка самим должником как поручителем.

Критически оценивая доводы должника и ответчика, приведенные в суде первой инстанции об отсутствии у должника на момент совершения оспоренной сделки обязательств перед кредиторами, апелляционная коллегия руководствовалась статьей 361 ГК РФ и исходила из условий договоров поручительства, в соответствии с которыми должник обязался солидарно с заемщиком отвечать за исполнение заемщиком обязательств по кредитным договорам, сделав вывод о том, что ФИО4, достоверно зная об ухудшении финансового состояния основного заемщика (ООО «Три кота») и осознавая риск досрочного взыскания всей суммы кредита в сложившейся ситуации, совершил действия, направленные на отчуждение ликвидного имущества, которое подлежало включению в конкурсную массу должника, что привело или может привести к утрате возможности кредиторов должника получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет этого имущества.

Позиция ФИО7 о наличии у него у него соответствующего уровня доходов для приобретения имущества по спорной сделке, мотивированная, в частности, нахождением у него и его супруги в собственности ряда объектов недвижимости, рыночная стоимость которых превышает доходы ответчика, наличием в материалах дела расписки о получении части денежных средств у ФИО8, что, по мнению заявителя, подтверждает факт оплаты должнику за отчужденные квартиру и машиноместо, судом округа признается несостоятельной, не нашедшей своего подтверждения в ходе рассмотрения дела в судах двух инстанций.

Оценивая финансовую состоятельность ответчика, судебные инстанции  по результатам исследования представленных ответчиком в материалы           дела доказательств в их совокупности со сведениями, поступившими от Федеральной налоговой службы по запросу арбитражного суда о доходах ФИО7, и руководствуясь статьей  65 АПК РФ, пришли к выводу о недоказанности ответчиком наличия в его распоряжении на  момент совершения оспариваемой сделки наличных денежных средств в размере              25 500 000 руб. для их передачи должнику в качестве оплаты имущества во исполнение пункта 4 договора купли-продажи от 05.10.2018.

Ссылка ответчика на наличие у него и его супруги в собственности ряда объектов недвижимости, рыночная стоимость которых превышает его доходы, обоснованно отклонена апелляционной коллегией как несостоятельная и не подтверждающая наличие в его распоряжении наличных денежных средств в необходимом размере на момент совершения спорной сделки. 

Вышеизложенные обстоятельства, а также отсутствие мотивированных пояснений ФИО4 о том, каким образом он распорядился                               25 500 000 руб., полученными в результате реализации спорного имущества, послужили судам основанием для вывода о неподтвержденности фактической (реальной) передачи ответчиком и получения должником денежных средств в указанном размере в счет оплаты по договору реализации квартиры и машиноместа.

Вопреки доводам кассаторов, их возражения, обоснованные преюдициальным значением вступившего в законную силу решения Ленинского районного суда от 24.10.2019 по делу №2-2484/2019, в рамках рассмотрения которого судом общей юрисдикции отклонены доводы               ПАО Сбербанк о безденежности договора купли-продажи от 05.10.2018, были рассмотрены судом апелляционной инстанции и мотивированно отклонены.

В данном случае апелляционная коллегия исходила из того, что в рамках указанного дела в суде общей юрисдикции договор купли-продажи от 05.10.2018 оспаривался банком по основанию мнимости, в связи с чем при рассмотрения спора судом исследовались обстоятельства мнимости данной сделки (пункт 1 статьи 170 ГК РФ), при этом фактически оплата по договору не явилась для суда юридически значимым обстоятельством при рассмотрении указанного требования; доводы заявителя о безденежности сделки в мотивировочной части решения суда от 24.10.2019 отклонены последним лишь со ссылкой на пояснения самого ФИО7 о том, что 25 500 000 руб. являются его личными сбережениями и денежными средствами, привлеченными в качестве займа от ФИО8 в размере                16 000 000 руб., что подтверждено распиской.

Между тем, как правильно указано апелляционной коллегией, настоящий спор о признании сделки недействительной по специальным основаниям Закона о банкротстве рассматривается арбитражным судом в рамках возбужденного в отношении должника дела о его банкротстве, что влечет необходимость применения повышенного стандарта доказывания, в том числе приведенных выше разъяснений вышестоящего суда об обстоятельствах, которые подлежат установлению при оценке достоверности факта передачи должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской.

Применительно к изложенному, суд апелляционной инстанции,               также проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь правовой позицией, изложенной в                       абзаце 3 пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», констатировал фактическую неподтвержденность ответчиком получения им займа в  размере 16 000 000 руб. от ФИО8, исходя, в том числе, из отсутствия иных документов, кроме расписки, свидетельствующих о реальности предоставления последним денежных средств (и их наличия у него) в указанном размере.

При исследовании обстоятельств осведомленности ответчика о целях должника по причинению вреда имущественным правам кредиторов при заключении оспариваемой сделки, судами установлено, что пунктом 8 договора купли-продажи от 05.10.2018 за ФИО4 сохраняется право пользования квартирой на срок до 04.10.2020 (с регистрационного учета              по адресу: 

<

...> ФИО4 снят 03.06.2019), при этом ФИО7 не раскрыты мотивы приобретения спорного имущества; согласно протоколу судебного заседания по гражданскому делу № 2-2484/19 от 13.10.2019 ФИО7 пояснил,             что в приобретенную у ФИО4 квартиру он не вселился, проживает по иному адресу, займ не вернул, о продаже квартиры узнал от супруги ФИО7, которая дружит с супругой ФИО4; в судебном заседании апелляционного суда представитель должника, отвечая на вопрос суда, также пояснил, что стороны сделки знакомы через их супруг, которые дружат между собой.

На основании указанных выше обстоятельств, свидетельствующих о наличии между должником и ответчиком доверительных отношений, приняв во внимание  сложившуюся судебную практику, в соответствии с которой аффилированность может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами, о чем, в частности, может свидетельствовать, в том числе, поведение сторон, существенно отличающееся от поведения обычных участников гражданского оборота и характерное исключительно для аффилированных друг с другом лиц (не имеющее какого-либо экономического смысла), суды заключили, что спорный договор купли-продажи заключен между фактически заинтересованными лицами, соответственно и осведомленность ответчика относительно финансового положения должника (его неплатежеспособности) и о том, что заключение договора совершено с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, презюмируется.

В соответствии с частью 1 статьи 64, статьями 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (статья 71 АПК РФ).

В рассматриваемом случае апелляционный суд, руководствуясь вышеперечисленными в мотивировочной части нормами права и разъяснениями, с учетом конкретных обстоятельств настоящего дела констатировав, что все необходимые элементы для признания договора от 05.10.2018 недействительным в ходе рассмотрения дела установлены, правомерно удовлетворил заявление кредитора и признал оспоренную сделку недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Примененные судом последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 спорного имущества, полученного по сделке, законны, соответствуют положениям статьи              167 ГК РФ и статьи 61.6 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах доводы кассаторов о несогласии с выводами нижестоящих судов подлежат отклонению, поскольку, в частности, исходя из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 12.03.2019  № 305-ЭС17-11710(4), наличие включенных в реестр требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли до совершения оспоренной сделки, то есть фактов заключения сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, может являться одним из элементов, который в совокупности с иными обстоятельствами позволяет определить наличие у должника цели причинения вреда своим кредиторам в результате совершения спорной сделки.

Более того, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

Соответственно,  доводы заявителей жалоб об отсутствии у должника на момент оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности и недоказанности кредитором оснований для признания оспариваемой сделки недействительной отклонены судом округа, как направленные на переоценку установленных судами фактических обстоятельств спора, поскольку выводы апелляционного суда о наличии оснований для признания сделки недействительной, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе цели причинения вреда имущественным правам кредиторов, сделаны исходя из конкретных обстоятельств рассматриваемого спора, установленных в результате надлежащей правовой оценки совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Кроме того, окружным судом принимаются во внимание, в частности, разъяснения пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» о том, что по общему правилу обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям; также высшая судебная инстанция неоднократно (в частности, в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2016             № 305-ЭС15-16362, от 27.01.2017 № 305-ЭС16-19178, от 24.03.2017 № 305-ЭС17-1294) высказывала правовую позицию, согласно которой, если в двух самостоятельных делах дается оценка одним обстоятельствам, оценка, данная судом обстоятельствам, которые установлены в деле, рассмотренном ранее, принимается во внимание судом, рассматривающим второе дело; в том случае, если суд, рассматривающий второе дело, придет к иным выводам, он должен мотивировать такой вывод; при этом иная оценка может следовать, например, из иного состава доказательств по второму делу, нежели те, на которых основано решение первому делу.

При этом несогласие заявителей жалоб с оценкой доказательств, проведенной арбитражными судами, не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

Суд кассационной инстанции исходит из того, что оценка доказательств и отражение ее результатов в судебных актах является проявлением дискреционных полномочий судов первой и апелляционной инстанций, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

По существу, доводы поданных кассационных жалоб направлены на изменение данной судами оценки доказательств, что противоречит пределам рассмотрения дела в суде кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ) и выходит за рамки полномочий суда кассационной инстанции (часть 2 статьи 287 АПК РФ), притом, что иных доводов в обоснование отмены обжалованных судебных актов кассаторами не приведено. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Дальневосточного округа 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Приморского края от 11.03.2022, постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 05.05.2022              по делу № А51-2701/2020 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                           Е.С. Чумаков                   

Судьи                                                                                    С.О. Кучеренко         

 

Е.О. Никитин