СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск                                                                                                              Дело № А27-3127/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2024 года

Постановление в полном объеме изготовлено 03 октября 2024 года

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего  

 

Иващенко А.П., 

судей

 

Дубовика В.С.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2 с использованием средств аудиозаписи рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 (№07АП-3826/2022(4)) на определение от 08.07.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3127/2022 (судья Нецлова О.А.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Русские Финансы Сибирь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, адрес: 654041, 

<

...> этаж, оф. 614), принятое по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 к ответчикам: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ООО «Партнер», ООО «Академияинвест», ФИО7, ФИО8, ФИО9 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании приняли участие: согласно протокола.

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Кемеровской области от 06.10.2022 (резолютивная часть от 05.10.2022) общество с ограниченной ответственностью «Русские Финансы Сибирь» (далее – ООО «Русские Финансы Сибирь», должник) признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3, конкурсный управляющий).

08.08.2023 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Заявитель просит (с учетом уточнений от 22.08.2023, 10:04): 

- установить факт доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц: бывших руководителей должника ФИО4, ФИО5, ФИО10; участников должника ФИО6 ИНН 

<

***>, ООО «Партнер» ИНН 

<

***>, ООО «Академияинвест» ИНН 

<

***>, ФИО8, ФИО9, 19.07.198; конечного бенефициара ФИО7 к субсидиарной ответственности солидарно;

- приостановить рассмотрение заявления до окончания расчетов с кредиторами. 

Определением от 08.07.2024 суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО3 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 08.07.2024 отменить и принять по делу новый судебный акт.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции необоснованно признал недоказанной конкурсным управляющим даты наступления объективного банкротства должника – 19.04.2018. Судом не учтено, что на дату 19.04.2018 (вступление в законную силу судебного акта о признании недействительным договора цессии и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с должника денежных средств в размере 11 267 706,43 руб., а также возврата имущества на сумму 54 530 848,27 руб.) у должника имелись активы в размере 24 621 307 руб., что уже заведомо не позволяло исполнить судебный акт. Начиная с 2018 года деятельность должника являлась убыточной, что подтверждается показателями бухгалтерского баланса за 2017 год. 

Вывод суда о том, что вменяемые в вину ответчикам сделки не могли привести к объективному банкротству должника является ошибочным. Решение о вступлении должника в ООО «Кобрин», заключение ряда сделок по купле-продаже акций банка «Сибэс» не соответствовало интересам должника. Доводы о вынужденности передачи должником прав требований в уставный капитал другого юридического лица не подтверждены материалами дела и опровергаются фактом осуществления должником в 2019-2023 гг. деятельности по взысканию с граждан задолженности, оставшейся на балансе должника. 

Ссылка суда на недопустимость разрешения корпоративного конфликта кредиторским способом является необоснованной. В рассматриваемом случае в связи с признанием кредитора банкротом имущественные потери Банка – это потери кредиторов Банка, требования которых включены в реестр, а не аффилированного лица. Подробнее доводы изложены в апелляционной жалобе.

В порядке статьи 262 АПК РФ ФИО4, ФИО7, ФИО5 представили отзывы на апелляционную жалобу, в которых просят обжалуемый судебный акт оставить без изменений. Подробнее позиции изложены в отзывах.

В судебном заседании ФИО7 и представитель ФИО5 поддержали доводы отзывов на апелляционную жалобу.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Заслушав участников процесса, проверив законность и обоснованность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном статьями 266, 268 АПК РФ, изучив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения.

Как установлено судом первой инстанции, ООО «Русские Финансы Сибирь» создано 14.03.2011, поставлено на учет в качестве налогоплательщика в Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Новокузнецка Кемеровской области – Кузбассу.

Основным видом экономической деятельности должника является деятельность вспомогательная прочая в сфере финансовых услуг, кроме страхования и пенсионного обеспечения (ОКВЭД 66.19).

Руководителями должника являлись: 

- ФИО4 – в период 10.07.2017-10.04.2019; 

- ФИО5, период полномочий 11.04.2019-05.10.2022 (до признания должника банкротом).

Участниками должника являлись (являются): 

- ФИО6 - с 14.03.2011 по настоящее время с долей в уставном капитале 10 %; 

- ФИО8 – с 26.11.2014 по 16.10.2016 с долей в уставном капитале 14,1%, с 17.10.2016 по 09.10.2017 - 40,4 %, с 10.10.2017 по 12.11.2017 – 14,1%; 

- ФИО9 – с 17.10.2016 по 16.10.2017 с долей в уставном капитале 9,8 %; 

- ООО «Академияинвест» - с 14.03.2011 по 29.12.2014 с долей в уставном капитале 10 %, с 31.10.2017 по 12.11.2017 – 75,89%, с 13.11.2017 по настоящее время – 89,99%; 

- ООО «Партнер» - с 26.11.2014 по 28.12.2014 с долей в уставном капитале 0,01%, с 29.12.14 по 16.10.2016 – 75,9%, с 17.10.2016 по 09.10.2017 - 39,8 %, с 10.10.2017 по 30.10.2017 – 75,9%, с 31.10.2017 по настоящее время – 0,01%.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов включены требования на общую сумму 72 630 746 рублей 11 копеек, часть требований кредиторов находится на рассмотрении суда.

Денежных средств и имущества должника недостаточно для погашения требований, включенных в реестр требований кредиторов. 

19.04.2018 вступило в силу определение Арбитражного суда Омской области от 24.01.2018 по делу № А46-6974/2017, которым был признан недействительным договор цессии от 27.04.2017, в соответствии с которым Банк передал ООО «Русские финансы Сибирь» права требования по 1100 кредитам физических лиц на сумму 54 530 848,27 рублей; применены последствия недействительной сделки, право требования должника к банку на сумму 11 267 706,43 рублей, уплаченных в счет исполнения обязательств по договору цессии (уступки права) от 27.04.2017 было восстановлено. 

Обращаясь в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал на неисполнение ответчиками обязанности обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, которая должна была быть исполнена не позднее 19.05.2018 (пункт 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Также, управляющий указал на совершение ответчиками сделок, которые привели к объективному банкротству должника и невозможности погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве):

- по вхождению 15.06.2016 в уставный капитал ООО «Кобрин» на сумму 48 694 000 рублей - солидарно учредители: ФИО8, ФИО6, ООО «Партнер», конечный бенефициар должника ФИО7; 

- по факту одобрения договоров купли-продажи от 22.09.2016, от 05.04.2017 акций Банка «СИБЭС» (АО) на сумму 51 203 692,62 рубля - солидарно учредители: ФИО8, ФИО6, ФИО9, ООО «Партнер», конечный бенефициар должника ФИО7.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, исходил из недоказанности даты возникновения объективного банкротства должника, после которой у ответчиком должна была возникнуть обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом; а также из недоказанности того, что вменяемые в вину ответчикам сделки повлекли объективное банкротство должника.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с требованиями статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В силу пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

При этом, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Нормы о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц были определены законодателем в разное время следующими положениями: - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.04.2009 №73-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 05.06.2009 по 29.06.2013); - статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.06.2013 по 29.07.2017); - глава III.2 Закона о банкротстве в редакции от 29.07.2017 № 266-ФЗ (действует по отношению к нарушениям, совершенным с 30.07.2017). 

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 ФЗ от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего ФЗ), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам ФЗ от 26.10.2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона). 

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-Ф3 «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее. 

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного 10 процессуального действия или исполнения судебного акта. 

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом.

Таким образом, учитывая подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности после 01.07.2017, в рассматриваемом обособленном споре подлежит применению нормы Закона о банкротстве в редакции, действующей в настоящее время (то есть в редакции Закона № 127-ФЗ). 

При этом, учитывая, что период, в рамках которого ответчикам вменяются в вину бездействие за неподачу заявления о признании должника банкротом, определен с 19.04.2018, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в настоящем случае применению подлежат материально-правовые нормы, действующие в период совершения вменяемых ответчикам в вину действий (бездействия) (то есть в редакции Закона № 127-ФЗ).

С учетом периода совершения привлекаемыми к ответственности лицами вменяемых им действий (одобрение и совершение сделок) подлежат применению правила статьи 10 Закона о банкротстве в редакции закона № 134-ФЗ, согласно которым (пункт 4) пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2, 61.3 названного Закона.

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ). 

Статьей 9 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность обращения должника в течение месяца в арбитражный суд с заявлением о банкротстве в случаях если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Следовательно, ответчик ФИО7 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по данному основанию, поскольку никогда не являлся руководителем или участником должника. 

Принимая во внимание то, что обязанность по подаче заявления должника, следуя доводам управляющего, возникла не ранее 19.04.2018, участник должника ООО «Партнер» также не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по данному основанию, учитывая, что с 31.10.2017 ему принадлежит только 0,01% в уставном капитале.

Согласно пункту 2 статьи 35 Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» правом на созыв внеочередного собрания участников общества наделены участники, обладающие не менее чем 10% доли в уставном капитале. 

Остальные ответчики (ФИО4, ФИО5, ООО «Академияинвест», ФИО6), по мнению суда, также не подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по данному основанию, исходя из следующего.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 18.07.2003 № 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника банкротом.

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с осуществлением хозяйственной деятельности.

В соответствии с приведенными в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснениями, для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности, по общему правилу, учитывается контроль, имевший место в период, предшествующий фактическому возникновению признаков банкротства, независимо от того, скрывалось действительное финансовое состояние должника или нет, то есть принимается во внимание трехлетний период, предшествующий моменту, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

Как разъяснено в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, возлагается на привлекаемое к ответственности лицо.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, входит установление следующих обстоятельств:

возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве;

момент возникновения данного условия;

факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Основанием для привлечения руководителя должника или индивидуального предпринимателя к субсидиарной ответственности является не только вина названных лиц, а также причинно-следственная связь между действиями (бездействием) указанных лиц и последующим банкротством должника, наличие которой с учетом распределения бремени доказывания, согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежит доказыванию лицом, обратившимся с требованиями в суд.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2016) (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016).

Апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности конкурсным управляющим даты наступления объективного банкротства должника 19.04.2018, что препятствует привлечению к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

Довод апеллянта о том, что объективное банкротство Должника наступило 19.04.2018 - после вступления в силу определения Арбитражного суда Омской области по делу № А46-6974/2017, которым был признан недействительным договор цессии от 27.04.2017, по которому Банк «СИБЭС» передал ООО «РФС» права требования к физическим лицам на 54 530 848,27 рублей, применены последствия недействительной сделки, является необоснованным.

Ссылка конкурсного управляющего на то, что в результате признания указанной сделки недействительной должник должен был вернуть Банку имущество на сумму 54 530 848,27 руб. основана на неправильном толковании содержания судебного акта.

Определением Арбитражного суда Омской области по делу № А46-6974/2017 признан недействительной сделкой договор цессии (уступки права) от 27.04.2017, заключенный между Банком «СИБЭС» (акционерное общество) и ООО «Русские Финансы Сибирь». Применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права требования ООО «Русские Финансы Сибирь» к Банку «СИБЭС» (акционерное общество) в сумме 11 267 706,43 рублей, уплаченных в счет исполнения обязательств по договору цессии (уступки права) от 27.04.2017, заключенному между Банком «СИБЭС» (акционерное общество) и ООО «Русские Финансы Сибирь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>).

Таким образом, должник утратил только право на получение у физических лиц денежных взносов в счёт погашения их долга по кредитным договорам, выкупленным у банка «СИБЭС», но приобрел право требования к самому банку «СИБЭС» на получение от него перечисленных должником банку средств в счёт оплаты договора цессии, признанного недействительным. 

Обязанности оплатить 54 530 848,2 рублей у должника не возникло. Иного из содержания и смысла судебного акта не следует.

С момента вступления в законную силу решения суда к банку вернулось право требования на получение взносов заёмщиков по их кредитным договорам.

Таким образом, указанная апеллянтом дата 19.04.2018 вступления в законную силу указанного Определения суда Омской области не подтверждает факт наступления у должника объективного банкротства 19.04.2018.

Также не соответствуют фактическим обстоятельствам утверждение конкурсного управляющего о том, что должник ежегодно нёс убыток от своей деятельности в размере: в 2019 г. - 32 162 000 руб., в 2020 г. - 30 735 000 руб.

Согласно отчёта о финансовых результатах в 2019 г. общество получило убыток 1 490 тыс.руб., в 2020 - 62 тыс.руб. 

Между тем, в 2018 и 2019 году должник не имел действующих исполнительных производств, а также не погашенных обязательств перед кредиторами. 

Более того, судом установлено, что согласно ответу ФНС России от 22.01.2024 (19.03.2024, 05:23 мск) по состоянию на 31.12.2022 должник имел переплату по налогам, взносам, пеням в общем размере 1 306 415,37 руб. Из положительного сальдо ЕНС налоговым органом была исключена переплата, возникшая более 3-х лет назад, в общей сумме 921 550,63 руб.

Имевшейся переплаты было достаточно для полного погашения задолженности по обязательным платежам в размере 152 999,61 руб.

Поскольку дата наступления объективного банкротства должника конкурсным управляющим не доказана, указанная апеллянтом дата – 19.04.2018 опровергнута совокупностью имеющихся в материалах дела доказательств, суд первой инстанции правомерно отказал в привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по основанию пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.

В части требования апеллянта о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение сделок, повлекших наступление объективного банкротства должника, судебная коллегия исходит из необходимости применения Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ (действующей на дату совершения вменяемых в вину ответчикам сделок).

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве руководитель должника - единоличный исполнительный орган юридического лица или руководитель коллегиального исполнительного органа, а также иное лицо, осуществляющее в соответствии с федеральным законом деятельность от имени юридического лица без доверенности.

Контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

В суде первой инстанции конкурсный управляющий указывал, что учредителями должника приняты решения о совершении следующих сделок, приведших к возникновению признаков неплатежеспособности должника, недостаточности имущества должника, причинивших существенный вред имущественным правам кредиторов: 

1. 15.06.2016 ООО «РФС» подает заявление о принятии в ООО «Кобрин» и внесении вклада в уставный капитал ООО «Кобрин» в сумме 48 694 000 руб. в виде передаче прав требования дебиторской задолженности. 

01.08.2016 составлен акт приема-передачи прав требования на сумму 48 694 000 рублей, согласно отчета № 57-04/16 об оценке рыночной стоимости передаваемых прав (приложение № 18). Заявление подано на основании решения общего собрания участников должника от 07.07.2016 (приложение № 19). 

Согласно выписки из ЕГРЮЛ по состоянию на 17.10.2022 ООО «Кобрин» признан несостоятельным (банкротом) 27.07.2022 и в отношении него открыто конкурсное производство. Размер уставного капитала ООО «Кобрин» составляет 332 100 000 рублей. 

Участниками ООО «Кобрин» являются: 

- ООО МКК «Тиара» размер доли 0,03 %;

- ООО «Новосибирская инвестиционная компания» размер доли 18,17 %; 

- ООО МКК «Хакасское кредитное агентство» размер доли 13,8 %; 

- ООО МКК «Томское финансовое агентство» размер доли 18,15 %; 

- ООО МКК «Русские Финансы» размер доли 9,06 %; 

- ООО МКК «Кузбасское кредитное агентство» размер доли 18,66 %;

- ООО МКК «Горноалтайское кредитное агентство» размер доли 4,28 %; 

- ООО «Русские Финансы Сибирь» размер доли 14,63 % (номинал 48 571 600 руб.); 

- ООО МКК «Региональное кредитное агентство» размер доли 3,22 %. 

Из анализа состава участников ООО «Кобрин» следует, что все участники юридического лица являются участниками группы лиц, конечным бенефициаром которого является ФИО7 

Принимали участие в собрании и голосовали за принятие решения об утверждении вопроса о вхождении в состав участников ООО «Кобрин» учредители: 

- ФИО8 ИНН 

<

***> доля в уставном капитале 14,1 %;

- ФИО6 ИНН 

<

***>, доля в уставном капитале 10 % ООО «Партнер» ИНН 

<

***> доля в уставном капитале 75,9 %. 

2. В период с 2016 по 2017 г.г. заключен ряд договоров купли-продажи акций банка: 

- договор купли-продажи акций Банка «СИБЭС» (АО) от 22.09.2016, заключенный между ООО «Русские Финансы Сибирь» и гражданином РФ ФИО11 на сумму 4 446 134 рубля; 

- договор купли-продажи акций Банка «СИБЭС» (АО) б/н, датирован 2017 годом без указания месяца и даты, заключенный между ООО МКК «РКА» и должником (ранее - ООО МКК «РФС») на сумму 15 000 000 рублей; 

- договор купли-продажи акций Банка «СИБЭС» (АО) от 05.04.2017, заключенный между ООО «Балтийские Финансы» (продавец) и ООО МКК «РФС» на сумму 31 757 558,62 рубля. 

Приказом Банка России от 28.04.2017 № ОД-1134 у Банка с 28.04.2017 отозвана лицензия на осуществление банковской деятельности, Банк «СИБЭС» (АО) признан банкротом 15.06.2017. 

Продавец акций ООО МКК «РКА» 05.07.2021 ликвидирован, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ. Продавец акций ООО «Балтийские Финансы» 25.05.2022 ликвидирован, о чем внесена запись в ЕГРЮЛ.

 Сделки по приобретению акций Банка «Сибэс» (АО) у ООО «БФ» и ООО МКК «РКА» совершены во исполнение решения собрания участников общества: участие в одобрении сделок купли-продажи акций принимали участники (приложение № 22): 

ФИО8 ИНН 

<

***> доля в уставном капитале 40,4 %;

- ФИО6 ИНН 

<

***>, доля в уставном капитале 10 %, 

- ФИО9, доля в уставном капитале 9,8 %, 

- ООО «Партнер» ИНН 

<

***> доля в уставном капитале 39,8 %. 

Сделки исполнены, переход прав зарегистрирован Независимой регистрационной компанией «Рост» (приложение № 23). 

По мнению апеллянта, совершение указанных сделок между лицами, входящими в группу лиц, действующих в интересах одного конечного бенефициара, менее чем за месяц до отзыва лицензии у Банка «Сибэс» (АО) не имеет экономического смысла, носит характер перераспределения имущества. Стороны совершали нелогичные действия, которые противоречили их хозяйственной деятельности с иными контрагентами. Передача прав требования повлекла вывод имущества и причинила существенный вред правам кредиторов в виде возникновения неплатежеспособности должника и невозможности погашения требований кредиторов должника.

В силу положений Закона о банкротстве в редакции, действовавшей в спорный период (№ 134-ФЗ), презюмируется, что к банкротству должника могут привести только действия (бездействие) КДЛ, имевшие место не ранее трех лет до возбуждения дела. 

Настоящее дело о банкротстве возбуждено 03.03.2022. 

Все вменяемые ответчикам сделки совершены ранее 03.03.2019 (ранее трех лет до возбуждения дела), а именно: 

- решение общего собрания участников должника о вхождении в состав участников ООО «Кобрин» (ОГРН 

<

***>) принято 07.07.2016; 

- договор купли-продажи акций Банка «СИБЭС» (АО) между ООО «Русские Финансы Сибирь» и ФИО11 заключен 22.09.2016 (приложение 23 к заявлению – 07.08.2023, 10:22);

- договор купли-продажи акций Бнка «СИБЭС» АО между ООО МКК «РКА» и должником (ранее - ООО МКК «РФС») заключен 06.04.2017 (приложение 23 к заявлению – 07.08.2023, 10:22); 

- договор купли-продажи акций Банка «СИБЭС» (АО) между ООО «Балтийские Финансы» (продавец) и ООО МКК «РФС» (ранее - ООО МКК «РФС») заключен 05.04.2017. 

Следовательно, предполагается, что соответствующие сделки не могли привести к банкротству должника. 

Иное, в силу положений статьи 65 АПК РФ, обязан доказать заявитель. 

Однако иное, по мнению суда, заявителем не доказано. Вместе с тем, доводы конкурсного управляющего о вредоносности для должника совершенных сделок исследованы судом первой инстанции по существу.

С точки зрения законодательства о банкротстве и согласно сформированной правоприменительной практике, требование о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности является косвенным групповым иском, предъявляемым в интересах сообщества независимых кредиторов, поскольку институт субсидиарной ответственности имеет своей целью возместить вред, причиненный кредиторам должника. 

Именно поэтому в положениях пункта 3 статьи 61.12 и пункта 11 (абз. 3) статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплено, что КДЛ не отвечает по требованиям заинтересованных (аффилированных) лиц, и требования таких лиц не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с КДЛ. 

Аналогичный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.03. 2024 № 305-ЭС23-22266, в котором указано, что субсидиарная ответственность всегда имеет целью погашение требований кредиторов должника. 

В отсутствие у должника кредиторов, права на привлечение к субсидиарной ответственности не имеется, как такового. В этой же связи в правоприменительной практике поддерживается общая идея о недопустимости использования кредиторских способов защиты для разрешения корпоративных споров (определения СКЭС ВС РФ от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837, от 26.01.2022 № 304-ЭС17-18149, от 07.04.2022 № 305-ЭС21-25552 и др.). 

В настоящем деле все кредиторы, за исключением уполномоченного органа, входят в одну группу лиц с должником (аффилированы с ним). 

Это прямо следует из судебных актов о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности, на основании которых требования кредиторов были установлены в данном деле (определения по настоящему делу от 28.06.2022 и от 18.11.2022 об установлении требований ООО «Кузбасское кредитное агентство», от 18.11.2022 об установлении требований ООО «Русские Финансы» и от 18.11.2022 об установлении требований ООО «Томское финансовое агентство»), а в отношении заявителя по делу Банка «СИБЭС» (АО) это следует из определения Арбитражного суда Омской области от 24.01.2018 по делу № А46-6974/2017. 

Данное обстоятельство также подтверждается представленными 26.01.2024 в 14:18 мск Банком «СИБЭС» (АО) документами: списком учредителей (участников) банка, списком лиц, под контролем либо значительным влиянием которых находится банк, ответами АО «Независимая регистраторская компания», протоколами общих собраний банка от 15.06.2016 и 23.12.2016. 

Данные обстоятельства в ходе рассмотрения настоящего спора его участниками не оспаривались. В апелляционной жалобе данные выводы суда об аффилированности кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника, не опровергнуты.

Как верно указано судом первой инстанции, заявление о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подан только в защиту интересов независимого кредитора - уполномоченного органа. 

Защита прав лиц, являющихся кредиторами кредиторов должника, которые также признаны банкротами, не может осуществляться в настоящем деле, должна обеспечиваться в делах об их банкротстве, в том числе путем предъявления требований к их КДЛ. 

Судом первой инстанции установлено, что требования к должнику по уплате обязательных платежей возникли в связи с наличием задолженности по уплате обязательных платежей по НДФЛ, страховым взносам за 2021 год в размере 113 782,33 руб. основного долга 2 очереди, 15 651,65 руб. основного долга третьей очереди, а также 23 565,63 руб. пени, а всего – 152 999,61 руб. 

Данные обстоятельства установлены определением от 27.06.2022. 

Другими словами, должник не имел обязательств перед уполномоченным органом вплоть до 01.01.2022, из чего следует, что должник обладал финансовой возможностью исполнить обязанности по уплате обязательных платежей за все предшествующие периоды. 

А также должник рассчитался по всем долгам с независимыми кредиторами. 

Более того, судом установлено, что согласно ответу ФНС России от 22.01.2024 (19.03.2024, 05:23 мск) по состоянию на 31.12.2022 должник имел переплату по налогам, взносам, пеням в общем размере 1 306 415,37 руб. 

Из положительного сальдо ЕНС налоговым органом была исключена переплата, возникшая более 3-х лет назад, в общей сумме 921 550,63 руб. 

Поэтому очевидно, что поименованные управляющим сделки, совершенные с июля 2016 г. по апрель 2017 г. не могли явиться причиной невозможности удовлетворения требований уполномоченного органа, включенных в реестр, которые возникли по истечении 4-х с лишним лет. 

Имевшейся переплаты было достаточно для полного погашения задолженности по обязательным платежам в размере 152 999,61 руб. 

Также, решения общего собрания участников должника о вхождении должника в уставный капитал ООО «Кобрин», которое заявитель считает вредоносным, принято 07.07.2016. 

При этом ООО «Кобрин» признано банкротом только 27.07.2022, то есть по прошествии 6 лет. 

Апеллянтом не приведено убедительных доводов, что данная сделка для должника является вредоносной, тем более, что в качестве вклада в уставный капитал были переданы права требования, ликвидность которых управляющим вообще не анализировалась. 

В то же время ФИО7 указывал на то, что у должника отсутствовали документы, подтверждающие права требования, переданные в уставный капитал (19.11.2023, 08:19). 

Ответчик ФИО7 также указал (19.11.2023, 08:19; 21.06.2024, 18:20), что решение участников должника о передаче прав требований в качестве вклада в уставной капитал ООО «Кобрин» со статусом коллекторского агентства было продиктовано самим Банком «СИБЭС» (АО), явилось вынужденной мерой для всех микрокредитных организаций, входящих в группу компаний, в связи с меняющимся законодательством (внесения изменений в Федеральный закон от 03.07.2016 №230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»), имело целью оставить под своим собственным контролем (через собственную коллекторскую компанию) накопленные за годы своего существования выкупленные у банков (или у таких же микрофинансовых организаций) права требования, а также избежание наложения на должника, не имеющего статуса кредитной организации и статуса коллекторского агентства, административных штрафов. 

Ссылка апеллянта на необоснованность доводов о необходимости возвращения права требования Банку в связи с изменениями законодательства направлена на преодоление установленного законодателем порядка взыскания с граждан денежных средств по кредитным договорам.

Аналогичная схема применялась и иными микрофинансовыми организациями, входящими в группу компаний. 

В деле № А67-13379/2019 о банкротстве ООО «Томское финансовое агентство» пороков у сделки по вхождению в уставный капитал ООО «Кобрин» не выявлено (определение первой инстанции от 15.09.2023, постановление суда апелляционной инстанции от 22.11.2023 оставлены без изменения постановлением суда округа от 21.03.2024). 

Более того, подтверждаются материалами дела (том 8 л.д. 156-163; документы, представленные 21.06.2024 в 18:20) и не опровергнуты конкурсным управляющим доводы ответчика ФИО7 о том, что финансовое состояние должника ухудшилось в связи с неисполнением Банком «СИБЭС» (АО) обязательств по передаче должнику документов, подтверждающих наличие дебиторской задолженности граждан, которые допустили просрочку, и за которых должник произвел оплату в качестве поручителя. 

Также нашли свое подтверждение в материалах дела доводы ФИО7, о том, что Банку «СИБЭС» (АО) продолжают поступать денежные средства от заемщиковфизических лиц, ввиду чего требования банка к должнику должны уменьшиться. 

Так, судом установлено, что только после того, как ответчик изложил данные доводы, и управляющий направил банку запрос, Банк «СИБЭС» (АО) сообщил о погашении задолженности в размере 3 266 299,23 руб. и 191 810,74 руб. (ответ банка от 11.03.2024 – представлен 21.03.2024 в 04:50).

Изложенные в апелляционной жалобе доводы о том, что судом первой инстанции отдано предпочтение доводам ответчика ФИО7, отклоняются судебной коллегией за несостоятельностью, поскольку ответчиком заявлены доводы, нашедшие свое подтверждение соответствующими доказательствами; указанные доводы ответчика конкурсный управляющий в нарушение статьи 65 АПК РФ не опроверг.

В нарушение статьи 65 АПК РФ апеллянтом не представлено доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии вины ответчиков в доведении должника до банкротства, а также доказательств того, что в спорный период действия руководителей должника выходили за рамки стандартной управленческой практики и обычного делового оборота применительно к фактическим обстоятельствам дела.

Доводы подателя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

Апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьей 156, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение от 08.07.2024 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-3127/2022 оставить без изменения, а апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу, путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области.                        

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».    

 

Председательствующий                                                                            А.П. Иващенко

 

Судьи                                                                                                          В.С. Дубовик

 

                                                                                                                    ФИО1