АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Красная ул., д.8, Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru

 

ИМЕНЕМ  РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

город Кемерово                                                                                       Дело № А27- 5186/2022

Резолютивная часть решения объявлена 18 апреля 2023 года

Решение изготовлено в полном объеме 19 апреля 2023 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Потапова А.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Шахта «Юбилейная», город Новокузнецк, Кемеровская область-Кузбасс, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>

к Межрайонной инспекции федеральной налоговой службы №4 по Кемеровской области-Кузбассу, город Новокузнецк, Кемеровская область-Кузбасс, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>

о признании недействительным решения №19 от 20.12.2021 в части 

при участии представителей сторон:

от заявителя – ФИО2 по доверенности, ФИО3 по доверенности, ФИО4 по доверенности, ФИО5 по доверенности,

от налогового органа – ФИО6 по доверенности, ФИО7 по доверенности, ФИО8 по доверенности, ФИО9 по доверенности,

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью «Шахта «Юбилейная» (далее по тексту – Общество, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о признании  недействительным решения МИФНС №4 по Кемеровской области-Кузбассу №19 от 20.12.2021 в части привлечения ООО «Шахта «Юбилейная» к налоговой ответственности по п. 1 ст. 122 Налогового кодекса РФ в виде штрафа в сумме 366252,38 руб., доначисления налога на добычу полезных ископаемых в сумме 14650095 руб., пени в сумме 4967590,13 руб. 

Заявление было принято, судом возбуждено производство по его рассмотрению.

При рассмотрении дела судом установлено, что в отношении Общества была проведена выездная налоговая проверка за период с 01.01.2018 по 31.12.2019, по итогам которой был составлен акт, в последующем принято решение №19 от 20.12.2021 «о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения». Такое решение Обществом было обжаловано в вышестоящий налоговый орган – Управление ФНС России по Кемеровской области, которое решением №58 от 25.02.2022 жалобу Общества оставило без удовлетворения, решение нижестоящего налогового органа утвердило без изменений.

Обществом решение №19 от 20.12.2021 обжаловано в судебном порядке по основаниям необоснованности и не соответствия положениям действующего законодательства в части доначисления суммы НДПИ, пени, привлечения к налоговой ответственности. В обоснование заявленных требований Общество указывает, что горные работы им велись на площадях и по параметрам, определенным в технических проектах и ежегодно утверждаемых планах развития горных работ. Списание добытого полезного ископаемого и технологически связанных с ним эксплуатационных потерь производилось на площадях, определенных техническим проектом. Общество не соглашается с выводом налогового органа о не включении им в налоговую базу фактических потерь, образованных вследствие неполного извлечения промышленных запасов угля в ходе ведения добычных работ, нарушении им ст. 338, абз.2 п.3 ст.339 НК РФ. Общество отмечает, что объем добытого угля им ежемесячно определяется по результатам маркшейдерского замера забоя, вес добытого угля измеряется в тоннах (объемный вес берется согласно государственной геологической экспертизе). Все измерения и подсчет объемов добытого угля фиксировались в специальных журналах. Данные фактических геолого-маркшейдерских замеров объема добытых запасов полезного ископаемого являются окончательными данными при списании с государственного баланса запасов и иной методики не предусмотрено.

Общество не соглашается с выводами по оспариваемому решению, что им не осуществлялось сопоставление запасов, определенных геолого-маркшейдерскими измерениями на отработанных площадях, и запасов, состоящих на государственном учете на этой же площади, подсчитанных по результатам геологоразведочных работ, проводимых до начала разработки лицензионного участка недр. Общество считает, что такие выводы не соответствуют пункту 47 Инструкции по учету запасов полезных ископаемых и по составлению отчетных балансов запасов по формам 5-гр и 5-гр (уголь), главе 7 и пункту 72 Методических рекомендаций по применению Классификации запасов месторождений и прогнозных ресурсов твердых полезных ископаемых (утв. Распоряжением МПР от 05.06.2007 №37-р).

Не соглашаясь с заявленными требованиями, МРИ ФНС России №4 по Кемеровской области (далее по тексту – налоговый орган, Инспекция) указывало, что Общество в 2018-2019гг. проводило горные работы в соответствии с утвержденной проектной документацией и Программой развития горных работ. По п.2.1.1. оспариваемого решения Инспекция пояснила, что Общество в нарушение п.3 ст.339, ст.ст. 341, 343 НК РФ определяло фактические потери расчетным способом на основании утвержденного в составе проектной документации норматива потерь (журнал учета потерь за 2018-2019, акты подсчета погашаемых балансовых запасов и эксплуатационных потерь за 2018-2019 гг., расчеты эксплуатационных потерь угля за 2018-2019). Ввиду отсутствия у налогоплательщика достоверного учета фактических потерь полезного ископаемого налоговым органом для определения количества добытого полезного ископаемого и его потерь в недрах по чистым угольным пачкам проведена техническая экспертиза. По результатам данной экспертизы установлено, что Общество неверно определяло количество потерь по месту и сроку их образования, а именно ООО «Шахта «Юбилейная» определение погашенных балансовых запасов за 2018 и 2019гг. проводило с искажением значения мощности угольных пачек и объемного веса угля, установленных в Геологическом отчете с подсчетом запасов каменного угля на лицензионном участке ООО «Шахта «Юбилейная», находящемся на Байдаевском каменноугольном месторождении, утвержденном протоколом от 11.01.2016 заседания Государственной комиссии по утверждению заключений государственной экспертизы запасов твердых полезных ископаемых Федерального агентства по недропользованию от 25.11.2015 г. № 4403 (Экспертное заключение №1 от 30.04.2021). Для расчета погашенных в недрах запасов эксперт использовал раздел геологического отчета (рег.№ 32-13-366), содержащий информацию о подсчете количества запасов, а именно объемный вес угля и данные о мощности чистой угольной пачки в разрезе геологических блоков. 

Налоговый орган указывает, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 339 НК РФ количество потерь полезных ископаемых в целях налогообложения определяется как разница между общим количеством списанных с Государственного учета балансовых запасов и количеством добытого полезного ископаемого в контуре горных работ. При этом количество добытого полезного ископаемого для данного расчета налоговым органом принято по данным экспертного заключения (по параметрам, в соответствии с которыми запасы поставлены на баланс) без учета прироста минерального сырья, поскольку данный прирост на Государственном балансе запасов не состоит. Количество потерь, рассчитанное выше описанным порядком, представляет собой балансовые запасы, которые в количественном выражении равны приросту минерального сырья. Применение в отношении таких потерь нулевой налоговой ставки положениями НК РФ не предусмотрено. Таким образом, Инспекцией установлено, что в процессе ведения горных работ в 2018 году в выемочных единицах 16-19 и 15-01 образовался прирост минерального сырья в количестве 52 163 тонн, т.е. больше, чем установлено техническими проектами. Общество установленный им в процессе ведения добычных работ прирост минерального сырья на государственный учет не ставило. При этом налоговый орган ссылается на пункт 11 Инструкции РД-07-203-98, согласно которого запасы полезных ископаемых, из числа выявленных при последующих геолого-разведочных работах и разработке месторождения, списываются по причинам добычи и потерь после оформления их прироста в установленном порядке. Налоговый орган считает, что списание добытых из недр полезных ископаемых, содержащихся в них полезных компонентов, а также потерь при их добыче с Государственного баланса на основании данных ежегодной государственной отчетности недропользователей, осуществляющих добычу полезных ископаемых, производится только в отношении запасов полезных ископаемых, прошедших в установленном порядке государственную экспертизу или получивших геологоэкономическую оценку и поставленных на учет в установленном порядке. ООО «Шахта «Юбилейная» не представлено документов, подтверждающих постановку на государственный учет прироста минерального сырья, выявленного в процессе разработки участка недр.

По п.2.1.2 оспариваемого решения Инспекция пояснила, что по итогам заключения эксперта налоговым органом был определен размер фактических потерь, превышающих утвержденный Обществу норматив потерь полезного ископаемого в количестве 46 273 тонн (34 239 + 12 034), неправомерно исключенных ООО «Шахта «Юбилейная» из налоговой базы по НДПИ за периоды с мая по декабрь 2019. Налоговый орган признал, что сумма неуплаченного налога на добычу полезных ископаемых за май-декабрь 2019  (без учета налогового вычета) за эксплуатационные потери, превышающие утвержденный налогоплательщику норматив потерь полезного ископаемого, составила 4 087 856 руб.

По п.2.1.3 налоговый орган отмечает, что по результатам проведенной в ходе проверки технической экспертизы выявлено расхождение между размером погашенных запасов, отраженных налогоплательщиком в Журналах замера горных выработок и Актах подсчета погашаемых балансовых запасов и эксплуатационных потерь по ООО «Шахта «Юбилейная», и размером погашенных запасов, по данным геологического отчета. Вследствие чего не включены в налоговую базу фактические потери полезного ископаемого в недрах, образовавшиеся из-за не полного извлечения промышленных запасов угля:

- из лавы 16-19 не извлечены запасы в количестве 10 350 тонн;

- из лавы 15-01 не извлечены запасы в количестве 69 580 тонн;

- из лавы 16-21 не извлечены запасы в количестве 1 393 тонн.

Налоговый орган считает, что поскольку Общество не выполнило обязанности по проведению экспертизы по неподтвердившимся запасам и не списало их с государственного учета, то основания для квалификации этих запасов в качестве неподтвердившихся у недропользователя отсутствуют.

Изучив позиции сторон, непосредственно исследовав представленные по делу доказательства, оценив их относимость, допустимость и достоверность, суд признал заявленные требования подлежащими удовлетворению исходя из нижеследующего.

1.         Суд признал отсутствующими основания для привлечения по делу третьих лиц, в том числе Федеральное агентство по недропользованию, поскольку рассматриваемый в рамках дела спор не входят к сферу компетенции указанного органа, а судебный акт по делу не затрагивает законные права и интересы иных лиц.

2.          Судом установлено, что Общество является пользователем недр, обладает лицензией № КЕМ 15117 ТЭ для добычи каменного угля на участке Байдаевского каменноугольного месторождения. Запасы угля на участке недр, предоставленные в пользование Общества, утверждены Государственной комиссией на основании заключения государственной экспертизы запасов твердых полезных ископаемых Федерального агентства по недропользованию (протокол №4403 от 25.11.2015).

Согласно п.1 ст. 336 НК РФ объектом налогообложения НДПИ являются полезные ископаемые, добытые из недр на территории Российской Федерации на участке недр, предоставленном налогоплательщику в пользование. 

В силу положения п.1 ст. 337 НК РФ полезным ископаемым признается продукция горнодобывающей промышленности и разработки карьеров, содержащаяся в фактически добытом (извлеченном) из недр (отходов, потерь) минеральном сырье (породе, жидкости и иной смеси), первая по своему качеству соответствующая национальному стандарту, региональному стандарту, международному стандарту, а в случае отсутствия указанных стандартов для отдельного добытого полезного ископаемого - стандарту организации. Не может быть признана полезным ископаемым продукция, полученная при дальнейшей переработке (обогащении, технологическом переделе) полезного ископаемого, являющаяся продукцией обрабатывающей промышленности.

Статья 338 НК РФ устанавливает, что налоговая база определяется налогоплательщиком самостоятельно в отношении каждого добытого полезного ископаемого (в том числе полезных компонентов, извлекаемых из недр попутно при добыче основного полезного ископаемого). Количество добытого полезного ископаемого определяется налогоплательщиком самостоятельно.

Согласно ст.341 НК РФ налоговым периодом признается календарный месяц. В соответствии с п.2 ст.343 НК РФ сумма НДПИ исчисляется по итогам каждого налогового периода по каждому добытому полезному ископаемому, если не установлен иной порядок исчисления налога.

В ходе проверки налоговым органом произведено сопоставление налоговой декларации Общества с данными статистических отчетов 11-шрп и 5-гр за 2018-2019 гг., а также данными Журнала замера горных выработок, и не установлено нарушения порядка определения количества добытого полезного ископаемого.

Далее, налоговым органом произведена проверка отчетности Общества по количеству потерь по налоговым декларациям и данным статистических отчетов 11-шрп и 5-гр за 2018, 2019 гг. Налоговый орган пришел к выводу, что на планах подсчета запасов и выкопировках с планов горных выработок по пластам 15 и 16, журналах учета потерь запасов угля, актах подсчета погашаемых балансовых запасов и эксплуатационных потерь за 2018-2019 гг. потери полезных ископаемых в недрах Обществом определены расчетным способом, на основании утвержденного в составе проектной документации норматива потерь. При этом налоговый орган по итогам проверки признал, что Общество в документе «Расчеты фактических потерь угля в недрах», определенное расчетным путем количество потерь расписывалось по целикам, без учета их фактического образования в проверяемом периоде. 

Как указывалось ранее, налоговый орган считает, что метод определения потерь полезного ископаемого пропорционально количеству добытого полезного ископаемого отраслевым законодательством не предусмотрен, а налогоплательщик в силу положений НК РФ должен был учитывать фактические потери полезного ископаемого при определении количества добытого полезного ископаемого в размере, определенном прямым измерением в каждом налоговом периоде.

В ходе проверки налоговый орган назначил и провел техническую экспертизу по определению количества добытого полезного ископаемого и количества потерь, для проведения которой привлек эксперта ФИО10 (заведующий лабораторией маркшейдерского обеспечения ОАО ВНИМИ Сибирский филиал научно-исследовательского института). 

Экспертом было составлено экспертное заключение от 30.04.2021 №1, на основе которого налоговым органом было признано, что Обществом не включены в налогооблагаемую базу по НДПИ фактические потери полезного ископаемого в недрах, образовавшиеся при отработке выемочных единиц 16-19, 15-01, 16-21 вследствие:

- списание запасов с Государственного баланса запасов полезных ископаемых, находящихся за контурами горных работ 2018 года в связи с неверным определением количества погашаемых балансовых запасов при добыче угля – добытых (извлеченных из недр) и потерянных в процессе добычи (пункт 2.1.1 решения налогового органа);

- неверного определения количества эксплуатационных потерь по месту и времени их образования в налоговых периодах по лавам 16-19, 15-01, 16-21  (пункт 2.1.2 решения налогового органа);

- неправомерного не включения в налоговую базу фактических потерь полезного ископаемого в недрах, образовавшихся вследствие не полного извлечения промышленных запасов угля из лав 16-19, 15-01, 16-21 (пункт 2.1.3 решения налогового органа).

Как следует из оспариваемого Обществом решения, доначисление налога (пени, штрафа) налоговым органом произведено на основании полученных экспертом показателях, а именно: не учет Обществом потерь, образовавшихся в результате списания балансовых запасов с Государственного баланса запасов полезных ископаемых, находящиеся за контурами горных работ 2018, 2019 гг. в связи с неверным определением количества погашаемых балансовых запасов при добыче угля – добытых и потерянных в процессе добычи (п.2.1.1 решения); в нарушение п.3 ст.339, пп.1 п.1 пп.13 п.2 ст.342 НК РФ неверное определение Обществом количества эксплуатационных потерь по месту и времени их образования в налоговых периодах, что привело к неверному определению количества потерь, облагаемых по ставке 0% и образованию сверхнормативных потерь (п.2.1.2 решения); неправомерное не включение Обществом в налоговую базу фактических потерь полезного ископаемого в недрах, образовавшиеся вследствие неполного извлечения промышленных запасов угля. По итогам проверки налоговый орган по вышеуказанным основаниям признал неполную уплату Обществом НДПИ в общей сумме 14 650 095 руб., начислил пени и привлек Общество к налоговой ответственности в виде штрафа.

Общество не согласилось с выводами эксперта, выполнившего экспертизу в ходе выездной налоговой проверки, а также с выводами налогового органа, основанные на выводах и расчетах эксперта. В ходе судебного разбирательства Общество настаивало, что у него отсутствовали основания для проведения оперативного изменения состояния запасов твердых полезных ископаемых, а перерасчет полезных ископаемых в отработанных контурах угольных пластов не производится. Разность данных мощности пласта, полученных при добыче полезного ископаемого и данных геологического отчета, не свидетельствует о факте неподтвержденности запасов либо о факте несвоевременного списания запасов полезных ископаемых. Общество утверждает, что по пластам 15 и 16 отсутствуют изменения балансовых запасов по мощности, как в сторону увеличения, так и в сторону уменьшения.

В ходе судебного разбирательства Обществом заявлено ходатайство о проведении по делу судебной экспертизы, предложены кандидатуры экспертов ООО «Кузбасский институт судебных экспертиз» (ФИО11, ФИО12).

Налоговый орган возразил по ходатайству Общества о назначении и проведении по делу судебной экспертизы, представил суду свою редакцию вопросов, которые подлежат постановке перед экспертом, а также предложил кандидатуру эксперта – ФИО13, ФИО14 (эксперты Центра судебных экспертиз ФГБОУВО «Кузбасский государственный технический университет им. Т.Ф.Горбачева»). 

  Изучив позиции сторон, учитывая необходимость проверки оснований оспариваемого Обществом решения налогового органа, в основе которого находится расчет количества извлеченного (добытого) полезного ископаемого и количество потерь в чистых угольных пачках по пластам 16-19, 16-21, 15-01, отрабатываемых Обществом в 2018-2019 годах, выполненных привлеченным налоговым органом экспертом ФИО10, суд признал наличие по делу вопросов, требующие специальных познаний, для разрешения которых признал необходимым назначить судебную экспертизу на основании ч. 1 ст. 82 АПК РФ.

Проведение судебной экспертизы судом было поручено ФИО13 – эксперту Центра экспертиз Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Кузбасский государственный технический университет им. Т.Ф. Горбачева». 

Суд поставил перед экспертом следующие вопросы:

- Определить количество извлеченного (добытого) полезного ископаемого по чистым угольным пачкам помесячно 2018-2019 гг. по лавам 16-19, 15-01, 16-21.

- Определить количество потерь полезного ископаемого по чистым угольным пачкам помесячно 2018-2019 гг. по лавам 16-19, 15-01, 16-21.

- Сопоставить полученные по первому и второму вопросу данные с отчетностью ООО «Шахта «Юбилейная» (11-шрп, 15-гр) за 2018-2019 гг., выпиской по государственному балансу запасов полезных ископаемых. В случае выявления расхождений описать и указать причины расхождений.

- Допускало ли ООО «Шахта «Юбилейная» сверхнормативные эксплуатационные потери в 2018-2019 гг. по лавам 16-19, 15-01, 16-21?

- Соответствуют ли фактически понесенные эксплуатационные потери ООО «Шахта «Юбилейная» в период 2018-2019 гг. установленным нормативам по лавам 16-19, 15-01, 16-21?

- Имеется ли списание ООО «Шахта «Юбилейная» запасов полезных ископаемых в большем размере, чем предусмотрено государственным балансом в контурах горных работ, отрабатываемых ООО «Шахта «Юбилейная» по лавам 16-19, 15-01, 16-21 в 2018-2019 гг? 

По итогам проведения назначенной судом экспертизы экспертом представлено заключение от 08.02.2023. Согласно представленного заключения эксперт по поставленному перед ним первому вопросу пришел к следующему выводу: 

Добыча угля по чистым угольным пачкам за 2018-2019 годы составляла:

- по лаве 16-19 за 2018 год фактически добыто полезного ископаемого по чистым угольным пачкам 843 тыс.тонн;

- по лаве 16-21 за 2019 год добыто полезного ископаемого по чистым угольным пачкам 254тыс.тонн;

- по лаве 15-01 за 2018 год добыто полезного ископаемого по чистым угольным пачкам 120 тыс.тонн; 

- по лаве 15-01 за 2019 год добыто полезного ископаемого по чистым угольным пачкам 641 тыс.тонн.

Добыча угля по чистым угольным пачкам помесячно приводится в исследовательской части заключения.

По второму вопросу экспертом сделаны выводы, что потери полезного ископаемого по чистым угольным пачкам по лаве 16-19 за 2018 год составляют 155 тыс.тонн; по лаве 16-21 за 2019 год составляют 48 тыс.тонн; по лаве 15-01 за 2018 год составляют 20 тыс.тонн; по лаве 15- 01 за 2019 год составляют 107 тыс.тонн. Количество потерь полезного ископаемого по чистым угольным пачкам помесячно приводится в исследовательской части заключения.

Границы списанных потерь не выходят за границы лицензионного участка.

Ответить на вопрос в полном объёме по лавам 16-19 и 16-21 не представляется возможным, т.к. лава 16-19 отрабатывалась в 2017 и 2018 годах, а данные за 2017 год не представлены; а лава 16-21 не закончила отработку в 2019 году, а продолжала работу в 2020 году; лава 15-01 не закончила отработку в 2019 году, а продолжала работу в 2020 году.

По третьему вопросу экспертом сделан вывод, что при сопоставлении полученных при исследовании по первому и второму вопросу с данными в отчетности ООО «Шахта «Юбилейная» (11-шрп, 5-гр) за 2018-2019 гг., выпиской по государственному балансу запасов полезных ископаемых, установлены незначительные различия в добыче по лаве 16-21, которые можно объяснить расхождениями в расчетах.

По четвертому вопросу в результате исследования эксперт пришел к выводу, что по маркшейдерским замерам в 2018 году по лаве 16-19 шахта не допускала сверхнормативные потери, а по расчетам эксперта допускала сверхнормативные потери на 0,2%, при этом контур межлавного целика в границах лицензионного участка не нарушен.

В 2019 году по маркшейдерским замерам по лаве 16-21 шахта не допускала сверхнормативные потери, а по расчетам эксперта допускала на 0,4% от фактической добычи.

В 2018 г. по лаве 15-01 шахта не допускала сверх нормативных потерь.

В 2019 г. по лаве 15-01 шахта не допускала сверх нормативных потерь.

По пятому вопросу эксперт заключил, что фактически понесенные эксплуатационные потери ООО «Шахта «Юбилейная» в период 2018-2019 гг. соответствуют установленным нормативам по лавам 16-19,15-01,16-21.

По шестому вопросу экспертом сделан вывод, что списания ООО «Шахта «Юбилейная» запасов полезных ископаемых в большем размере, чем предусмотрено государственным балансом в контурах горных работ, отрабатываемых ООО «Шахта «Юбилейная» по лавам 16- 19,15-01,16-21 в 2018- 2019 гг. не имеет.

Налоговым органом по заключению эксперта представлены возражения. В целях исследования заключения эксперта, а также представленных возражений по нему, на основании ч.3 ст.86 АПК РФ эксперт был вызван в судебном заседание. В судебном заседании экспертом были даны пояснения по своему заключению, а также даны ответы на поставленные сторонами вопросы. 

Исследовав заключение эксперта, сопоставив заключение с пояснениями эксперта, представленными им суду и сторонам в судебном заседании, суд признает заключение эксперта не содержащим логических разрывов, противоречий, а выводы эксперта сформированными в доступной для восприятия форме. Экспертное заключение процессуально оформлено, содержит подписку эксперта об ответственности за заведомо ложное заключение, а также подпись эксперта, подтверждающую описание выявленных в ходе экспертизы обстоятельств, а также свидетельствующую сделанные экспертом выводы. Экспертное заключение является логически построенным, основанным на описании выявленных фактических обстоятельств, в основе имеет полное описание выявленных обстоятельств в целях ответа на поставленные судом вопросы. Как следствие, суд признает полным и достаточным заключение эксперта по поставленным перед ним вопросам. Исследовав и оценив заключение эксперта в порядке ст.71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд признает такое доказательство полным, подлежащим исследованию и оценке судом по делу наряду с иными доказательствами. 

Судом отклонены возражения налогового органа о неверности составленных экспертом расчетов, наличие в экспертном заключении арифметических ошибок. Суд находит обоснованными представленные экспертом пояснения в судебном заседании, что использование им в расчетах блока В10 обусловлено его отнесением к спорной лаве, кроме этого, характеристики блока В10 и В11 имеют сопоставимые показатели, наличие расхождений в мощности пласта в размере 0,2 м. является незначительным, что не влечет изменение произведенных расчетов. По этим же основаниям судом отклонены доводы налогового органа о наличии в заключении эксперта арифметических ошибок, поскольку суд признал их также незначительными и не влекущими изменение итоговых расчетов. Более того, суд отмечает, что исследованию и оценке со стороны суда подлежит экспертное заключение полностью, в том числе описательная, мотивировочная и заключительная части, в которых излагается примененных экспертом подход, методология подсчета, основания их использования для произведенных расчетов. Расчетная часть экспертного заключения, с выявленными налоговым органом незначительными арифметическими ошибками, признана судом несущественной для оценки экспертного заключения.

Судом отклонены доводы представителей налогового органа, что судебная экспертиза проведена не компетентным лицом, которое не является экспертом. Суд отмечает, что данная кандидатура в качестве эксперта была предложена со стороны налогового органа. Суд отмечает, что в силу ст. 82 АПК РФ, а также разъяснений Пленума ВАС РФ, изложенными в пункте 1 постановления от 04.04.2014 №23, к экспертизе могут привлекаться лица, обладающие специальными знаниями. Назначенный судом по делу эксперт указанными специальными познаниями обладает, имеет достаточный уровень образования и квалификации, стаж работы в рассматриваемой отрасли для ответа на поставленные перед ним вопросы. ФИО13 имеет высшее техническое образование, квалификация горный инженер-маркшейдер, с 1985 по 1997 годы работала маркшейдером на шахтах «Черкасовская», «шахта №12», с 2006 года является старшим преподавателем кафедры маркшейдерского дела и геологии горного института КузГТУ, с 2017 – участковый маркшейдер (по совместительству) Института горного дела имени Чинакала Сибирского отделения Российской академии наук. В 2018 году Территориальной аттестационной комиссией Сибирского Управления Ростехнадзора ФИО13 аттестована по должностным обязанностям, что подтверждается протоколом №68-18-226.

Обстоятельства, позволяющие сделать вывод о нахождении указанного эксперта в  зависимости от сторон или их представителей, судом не установлены. Отвод эксперту от сторон не заявлено.

Изучив заключение эксперта, как одно из доказательств наряду с иными доказательствами по делу, суд признает такое заключение не находящимся в противоречии или в несоответствии с иными доказательствами по делу, наоборот, суд признает такое доказательство дополняющим материалы дела в целях его разрешения.

Исследовав и оценив представленное экспертом заключение, суд отмечает, что при исследовании представленных материалов эксперт для определения площади отработанного пространства взял параметры с Планов горных выработок по пласту 15 и пласту 16, а расчеты произвел с учетом углов падения пластов по графическим материалам. Впоследствии экспертом сопоставлены графические материалы с маркшейдерскими замерами и установлено их соответствие. Количество извлеченного (добытого) полезного ископаемого по чистым угольным пачкам помесячно 2018-2019 гг. по лавам экспертом произведено по описанной им в заключении методике на основе геологических наблюдений, производимых Обществом непосредственно по каждой лаве по всей протяженности очистного забоя в середине и конце каждого отчетного периода (месяца).

Суд также полагает необходимым отметить, что эксперт заключил, что учтенные Обществом эксплуатационные потери в целиках находятся в контуре границ горного отвода лицензионного участка и соответствуют заявленным нормам. Извлечение Обществом полезных ископаемых из законтуренных участков экспертом не установлено.

            Оценивая выводы эксперта в целях разрешения настоящего дела, суд полагает необходимым отметить, что эксперт представил суду свое заключение, согласно которого Обществом помесячно 2018-2019 гг. проводились и фиксировались геологические наблюдения по лавам в каждом отчетном периоде (месяц), а учтенные Обществом эксплуатационные потери в целиках находятся в контуре границ горного отвода лицензионного участка и соответствуют заявленным нормам. 

Как следствие, суд признает отсутствующими по делу основания для вывода о добыче Обществом полезных ископаемых из законтурных участков.

Также суд отмечает, что экспертом в ходе экспертизы не выявлено обстоятельств добычи Обществом в рассматриваемом периоде полезных ископаемых и, как следствие, списание запасов полезных ископаемых в большем объеме, чем было поставлено по указанным местам залегания на Госбаланс.

На основании представленного заключения эксперта суд приходит к выводу, что экспертом не установлены обстоятельства прироста полезного ископаемого в контурах отрабатываемого Обществом лицензионного участка.

Суд также отмечает, что в заключении эксперта №1 от 30.04.2021, полученное налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки, такие обстоятельства также не описаны и не следуют.

Как следствие, суд находит необоснованным и не подтвержденным в ходе судебного разбирательства сделанные налоговым органов в оспариваемом решении выводы о списании Обществом запасов полезных ископаемых, находящиеся за контурами горных работ 2018 года.

Сопоставляя заключение эксперта, полученное судом по итогам проведения судебной экспертизы по делу, с заключением эксперта №1 от 30.04.2021, полученное налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки, суд отмечает разные выводы экспертов по итогам исследования одних и тех же обстоятельств и отчетной документации Общества. 

Суд отмечает, что в заключении №1 от 30.04.2021 экспертом делается вывод о наличии расхождений между расчетами по геологическим отчетам и проектом, которые характеризуются допустимыми между двумя независимыми определениями. Расхождения в определении количества извлекаемых запасов между расчетами эксперта и маркшейдерской службой обоснованы экспертом ошибками маркшейдерской службы в определении вынимаемой мощности пласта (ЧУП) и объемного веса угля из-за не учета на предприятии разбивки отработанной площади на геологические блоки, по которым запасы поставлены на государственный учет. Эксперт в своем заключении №1 от 30.04.2021 признал, что для корректного расчета потерь необходимо запасы, погашаемые при проходке, учитывать в тот период, в котором ведется отработка запасов в выемочном участке.

В то же время, экспертом при производстве судебной экспертизы (заключение от 08.02.2023) сделан вывод, что в проектной и геологической документации Общества геологические характеристики пласта 16 и 15 отнесены к группе относительно выдержанных и невыдержанных. Строение пластов 15 и 16 имеют породные прослои, поэтому для определения мощности пластов используется мощность по ЧУП (без учета породных прослоев). Эксперт пришел к выводу, что ежемесячная заявленная мощность по ЧУП для каждого пласта на всех участках соответствует полевым геологическим замерам и принятой средней величине при расчете добычи, в связи с чем, признал некорректным принимать среднюю мощность по геологическим блокам при расчете фактической добычи. 

Кроме того, эксперт также признал, что технология отработки пласта не всегда позволяет списывать запасы, находящиеся в отработанном контуре. Свои выводы эксперт обосновывает удаленностью целиков по лавам от обработанного пространства, а также особенностью расположения целиков с запасами общешахтных потерь. Эксперт принял во внимание срок отработки целиков по каждой лаве и определил эксплуатационные потери по каждой лаве. При этом экспертом сделан вывод, что показатели эксплуатационных потерь не различаются с отчетными показателями Общества. Незначительные различия в добыче по лаве 16-21 экспертом объяснены расхождениями в расчетах.  

Анализируя итоги сопоставления двух экспертных заключений (полученных налоговым органом при выездной налоговой проверке и по итогам проведенной судебной экспертизы), суд приходит к выводу, что экспертами даны различные выводы относительно наличия или отсутствия отклонений в отчетности Общества в виду различия в примененной методологии расчета объема извлеченных Обществом запасов по рассматриваемым лавам и эксплуатационным потерям. При этом различия в примененной экспертами методологии обосновываются технологическими особенностями залегания целиков по лавам и технологии их отработки. В первом случае (по заключению №1 от 30.04.2021), эксперт признает необходимым учитывать потери по периодам, в которых ведется отработка запасов в выемочных участках. Во втором же случае, эксперт допускает невозможность списания запасов без применения расчетного метода в виду особенности технологии отработки каждого конкретного пласта (при удаленности целика от отработанного пространства, отнесения его к общешахтным потерям и т.п.).

Разрешая возникший спор по существу, суд основывается на ст.ст. 23, 54, 339 НК РФ, согласно которых количество добытого полезного ископаемого определяется налогоплательщиком самостоятельно. 

Также суд основывается на презумпции добросовестности налогоплательщика, которая предполагает достоверность действий и представляемой налогоплательщиком отчетности. Опровержение указанной презумпции должно быть основано на надлежащих и бесспорных доказательствах и должно производиться контролирующими органами в установленном законом порядке.

В рассматриваемом случае суд отмечает, что положения п.3 ст.339 НК РФ предусматривают при определении количества добытого полезного ископаемого учет фактических потерь полезного ископаемого. При этом под фактическими потерями полезного ископаемого признается разница между расчетным количеством полезного ископаемого, на которое уменьшаются запасы полезного ископаемого, и количеством фактически добытого полезного ископаемого, определяемым по завершении полного технологического цикла по добыче полезного ископаемого. Фактические потери полезного ископаемого учитываются при определении количества добытого полезного ископаемого в том налоговом периоде, в котором проводилось их измерение, в размере, определенном по итогам произведенных измерений.

Порядок определения фактических потерь регламентируется Инструкцией по расчету промышленных запасов, определению и учету потерь угля (сланца) в недрах при добыче (утв. Минтопэнерго России 11.03.1996). Согласно раздела 3 данной ведомственной инструкции фактические потери угля в недрах складываются из потерь в целиках, пачках угля между слоями, в кровле и почве, а также отбитого угля, оставляемого в выработках или перемещенного на породные отвалы с вмещающими породами. Фактические потери делятся на три класса: общешахтные (общекарьерные) потери; потери из-за геологических нарушений и гидрогеологических условий; эксплуатационные потери. Подсчет потерь и их учет ведется совместно маркшейдерской и геологической службами шахты (разреза) систематически по мере развития горных работ, на основе маркшейдерской и геологической документации.

Суд отмечает, что целью учета фактических потерь угля в недрах при добыче является контроль правильности использования недр, анализ соответствия применяемых систем разработки, оборудования, схем экскаваторных работ данным горно-геологическим условиям и выявление недостатков полноты извлечения запасов угля при ведении горных работ.

При этом пункт 3.13 Инструкции допускает применение косвенного метода определения фактических потерь, при котором определяется разность между погашенными балансовыми запасами и добычей по статистическому учету, пересчитанной в добычу по чистым пачкам.

Аналогичные правила определения фактических потерь также были зафиксированы в корпоративном акте угледобывающих предприятий, к которому суд относит Указания по нормированию, планированию и экономической оценке потерь угля в недрах по Кузнецкому бассейну, утвержденный в 1990 году техническими директорами предприятий, осуществляющих извлечение запасов угля из недр в Кузнецком бассейне.

Таким образом, косвенный метод определения фактических потерь допускается и применяется для подсчета количества добытого полезного ископаемого. При названном обстоятельстве суд признает выводы привлеченного налоговым органом эксперта (по заключению №1 от 30.04.2021, в основе которого находится прямой метод определения фактических потерь) подлежащими отклонению.

Также суд находит подлежащими отклонению доводы налогового органа со ссылками неверности расчетов эксперта на основе понятия чистая угольная пачка (ЧУП). Суд соглашается с позицией налогового органа, что нормативно такое понятие не закреплено, в то же время использование чистой угольной пачки при подсчете количества добываемого полезного ископаемого исторически сложилось и широко распространено в угольной отрасли, в том числе используется в ведомственных актах регулирующих органов и корпоративных актах угледобывающих предприятий. Определение количества полезного ископаемого по чистой угольной пачке, то есть без учета сторонних пород, приводились в разъяснениях Министерства финансов РФ и Министерства энергетики РФ (в частности – письмо от 19.10.2011 №03-06-05-01/109, от 13.09.2011 №11-556). Как следствие, суд находит обоснованными произведенные привлеченным судом экспертом расчеты.

Судом отклонены доводы представителей налогового органа об отсутствии у Общества в рассматриваемый период оснований для применения косвенного метода определения фактических потерь при добыче полезного ископаемого. Суд отмечает в данной части, что выявленные экспертом технологические особенности добычи угля по рассматриваемым лавам являются в рассматриваемом случае достаточными основаниями использования расчетного метода для определения фактических потерь. 

Кроме этого, суд полагает необходимым отметить в данной части, что согласно отраслевой Инструкции подсчеты и использование метода подсчета фактических потерь ведется маркшейдерской и геологической службами шахты (разреза), которые обладая всей полнотой информации относительно залегания пластов и геологической обстановкой на добывающем предприятии вправе самостоятельно определять метод подсчета фактических потерь. Злоупотреблений или злонамерений в использовании косвенного метода в рассматриваемом случае не следует и при рассмотрении дела судом не установлено.

Судом отклонены доводы налогового органа со ссылками на письма Управления по недропользованию по Кемеровской области и Департамента по недропользованию по Сибирскому Федеральному округу, поскольку выводы налогового органа о приросте запасов полезных ископаемых в рассматриваемом периоде в рассматриваемом случае основаны на расчетах по заключению №1 от 30.04.2021. Признанный судом допустимым в рассматриваемом случае косвенный метод не приводит к таким расчетным показателям. Следовательно, в рассматриваемом случае отсутствуют основания для выводов о доказанности обстоятельств прироста полезных ископаемых, в границах отрабатываемого Обществом в рассматриваемом периоде участке недр. 

Разрешая дело по существу, суд отмечает, что принимаемые контрольными органами ненормативные правовые акты должны быть обоснованными и законными, в основе которых должны находиться бесспорные доказательства в опровержение презумпции добросовестности налогоплательщика.

В рассматриваемом случае, оспариваемое решение основано на наличии расхождений в методологии порядка определения подсчета извлекаемых запасов (в зависимости от корреляции мощности пласта и наличия в нем породных прослоев), а также методологии порядка определения потерь при допустимости косвенного метода их определения, в виду особенностей технологии отработки пластов залегания угля. 

При наличии допустимых различных методологий определения количества извлекаемых запасов и произведенных потерь, такое решение налогового органа судом не может быть признано безусловно обоснованным и доказанным, то есть основанным на доказательствах без каких-либо условий. 

Принимая во внимание, что при проверке, а также при рассмотрении дела не установлены обстоятельств добычи Обществом полезных ископаемых из законтурных участков, добычи полезного ископаемого в объемах больших, чем поставлено и списано с Государственного баланса, суд находит отсутствующими по делу основания и доказательства, которые бы подтверждали сделанные налоговым органом по итогам налоговой проверки выводы.  

Как следствие, суд по делу признает не опровергнутой презумпцию добросовестности рассматриваемого налогоплательщика. Требования Общества подлежат удовлетворению судом.

Согласно ст.101 АПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и судебных издержек, связанных с рассмотрением дела арбитражным судом.

При удовлетворении заявленных требований судебные расходы в виде государственной пошлины, уплаченной заявителем при обращении в суд, судом на основании ст.110 АПК РФ относятся на налоговый орган. Иные понесенные сторонами судебные издержки, в виду отсутствия их сформированности на момент разрешения дела по существу, могут быть распределены между сторонами в порядке ст.112 АПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь статьями 101, 102, 110, 167-171, 181, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л :

Заявленные требования удовлетворить.

Признать недействительным, как не соответствующее нормам Налогового кодекса РФ, решение №19 от 20.12.2021 «о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения», принятое межрайонной ИФНС России №4 по Кемеровской области - Кузбассу, в части доначисления НДПИ в размере 14650095 руб., привлечения к ответственности в виде штрафа по п.1 ст.122 НК РФ в размере 366252,38 руб., начисления пени в сумме 4967590,13 руб.

 Взыскать с межрайонной ИФНС России №4 по Кемеровской области - Кузбассу в пользу ООО «Шахта «Юбилейная» понесенные судебные расходов в размере 3000 руб.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия.

Решение, вступившее в законную силу, может быть обжаловано в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его вступления в законную силу, при условии, если оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области. 

 

   Судья                                                                                                      Потапов А.Л.