ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-19512/2019, 10АП-20693/2019

Дело № А41-21240/19

12 декабря 2019 года

г. Москва

Резолютивная часть постановления объявлена  05 декабря 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  12 декабря 2019 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Миришова Э.С.,

судей Игнахиной М.В., Ханашевича С.К.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело № А41-21240/19 по иску ФИО2, ФИО3 к ФИО4, ФИО5 о расторжении соглашения 22.09.2011 г., договоров купли-продажи долей и признании права на долю в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс», 

третьи лица: ООО «УниверсалРесурс», МРИ ФНС России №23 по Московской области,

при участии в заседании:

от ФИО5 – ФИО6 по доверенности от 08.10.2019                            № 77АГ2664386, ФИО7 по доверенности от 21.11.2019 № 77АГ16356924;

от ФИО2 – ФИО8 по доверенности от 09.02.2018 № 50АБ0882386;

от ФИО3 -  ФИО8 по доверенности от 22.10.2019 № 18АБ1453636;  

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 и ФИО3 (далее – ФИО2, ФИО3 соответственно, а совместно – истцы) обратились в Арбитражный суд Московской области с исковым заявлением к гражданам ФИО4 (далее - ФИО4, ответчик 1) и ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик 2) о расторжении соглашения от 22.09.2011, заключенного между ФИО2, ФИО3 и ФИО4; о расторжении договора купли-продажи части доли в размере 16,6 % в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «УниверсалРесурс» (далее – ООО «УниверсалРесурс», Общество) от 09.08.2013, заключенного между ФИО2 и ФИО5; о признании за ФИО2 права на долю в размере 16,6 % в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» с одновременным лишением права на данную долю ФИО5; о расторжении договора купли-продажи части доли 16,7 % в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» от 10.08.2013, заключенного между ФИО3 и ФИО5; о признании за ФИО3 право на долю в размере 16,7% процентов в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» с одновременным лишением права на данную долю ФИО5.

В качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены ООО «УниверсалРесурс» и Межрайонная инспекция Федеральной налоговой службы России № 23 по Московской области (далее - МРИ ФНС России №23 по Московской области).

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.08.2019 по делу                  № А41-21240/19 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО4 и ФИО5 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, полагая, что судом первой инстанции нарушены нормы материального и процессуального права, выводы, изложенные в решении, не соответствуют обстоятельствам дела.

  Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке ст.ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В ходе рассмотрения дела арбитражным апелляционным судом установлено, что на решении от 13 августа 2019 года по делу № А41-21240/19 отсутствует подпись судьи Сороченковой Т.В.

Согласно п. 5 ч. 4 ст. 270 АПК РФ неподписание решения судьей или одним из судей, если дело рассмотрено в коллегиальном составе судей, либо подписание решения не теми судьями, которые указаны в решении, является безусловным основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах решение суда первой инстанции подлежит отмене как принятое с нарушением норм процессуального права, в связи с чем апелляционный суд согласно части 6.1 статьи 268 АПК РФ перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Кодексом для рассмотрения дела в суде первой инстанции (п. 29 Постановление Пленума ВАС РФ от 28.05.2009 № 36 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции»).

06.11.2019 арбитражным апелляционным судом вынесено определение о переходе к рассмотрению дела № А41-21240/19 по правилам рассмотрения дел в суде первой инстанции.

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей ФИО4, ООО «УниверсалРесурс», МРИ ФНС России №23 по Московской области, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда https://kad.arbitr.ru/.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО2, ФИО3 поддержал доводы искового заявления, просил исковые требования удовлетворить. 

Представитель ФИО5 возражал против доводов искового заявления, просили в удовлетворении исковых требований отказать. 

В ходе рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции ФИО5 заявлено о фальсификации Соглашения от 22.09.2011 в части внесенных рукописных исправлений, а также представлено ходатайство о назначении экспертизы в связи с заявлением о фальсификации.

Представитель истцов возражал против доводов заявления о фальсификации.

С целью проверки заявления о фальсификации в судебном заседании суда апелляционной инстанции обозревался оригинал Соглашения, заслушаны пояснения представителя истцов о том, что все исправления заверены подписью ФИО4 и ФИО2, и при этом также были согласованы с ФИО3 

Также апелляционный суд учитывает, что ФИО4 в отзыве на исковое заявление не отрицал факта подписания Соглашения и внесения в него изменений, а о фальсификации заявлено представителем ФИО5, которая не являлась лицом, подписавшим указанное Соглашение.

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу о достоверности внесенных изменений в Соглашение от 22.09.2011, в связи с чем отсутствуют основания для удовлетворения ходатайства о назначения судебной экспертизы и заявления о фальсификации.

Также истцами заявлено ходатайство о допросе свидетелей, в удовлетворении которого апелляционным судом отказано, поскольку дело может быть рассмотрено по имеющимся в материалах дела доказательствам.

Выслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, арбитражный апелляционный суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению в связи со следующим.

Как следует из материалов дела, между ФИО2, ФИО3 и ФИО4 заключено трехстороннее соглашение от 22.09.2011 (далее – Соглашение). 

Согласно п. 1 Соглашения, ФИО4 вкладывает 33,3 % капиталовложений в строительство Торгового центра строительных материалов с объектами инженерной инфраструктуры.

В соответствии с п. 2, 3 Соглашения ФИО2 и ФИО3 в счет вложенных капиталовложений ФИО4, согласно п. 1 настоящего соглашения, передают каждый по 16,65% доли в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» - балансодержателя активов Торгового центра строительных материалов с объектами инженерной инфраструктуры.

В соответствии с пунктом 4 Соглашения получаемая прибыль от хозяйственной деятельности Торгового центра строительных материалов, распределяется между Участниками в следующем порядке: 

4.1. ФИО2 и ФИО3 получают по 42,5% от общего дохода до момента окупаемости капиталовложений направленных на покупку земельных участков по 10 500 000 долларов США соответственно. 

4.2. ФИО4 получает 15% от общего дохода на период окупаемости капиталовложений согласно пункту 4.1 Соглашения. 

4.3. После окупаемости капиталовложений направленных на покупку земельных участков, получаемая прибыль от хозяйственной деятельности Торгового центра строительных материалов распределяется между Участниками в соответствии с размером доли в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» - балансодержателя активов. 

Исследовав предмет рассматриваемого Соглашения, апелляционный суд установил следующее.

Соглашение содержит элементы отношений, связанных с инвестиционной деятельностью, осуществляемой в форме капитальных вложений, которые регулируются Федеральным законом от 25.02.1999 № 39-ФЗ «Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений» (далее – Закон № 39-ФЗ).

Согласно п. 1 ст. 8 Закона № 39-ФЗ отношения между субъектами инвестиционной деятельности осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта, заключаемых между ними в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, данными в п. 4 Постановлении Пленума ВАС РФ от 11.07.2011 № 54 «О некоторых вопросах разрешения споров, возникающих из договоров по поводу недвижимости, которая будет создана или приобретена в будущем» при рассмотрении споров, вытекающих из договоров, связанных с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, судам следует устанавливать правовую природу соответствующих договоров и разрешать спор по правилам глав 30 ("Купля-продажа"), 37 ("Подряд"), 55 ("Простое товарищество") Кодекса и т.д.

Если не установлено иное, судам надлежит оценивать договоры, связанные с инвестиционной деятельностью в сфере финансирования строительства или реконструкции объектов недвижимости, как договоры купли-продажи будущей недвижимой вещи.

Также соглашение содержит элементы правоотношений, связанных с отчуждением долей, которые регулируются ст. 21 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», ст. 93 ГК РФ.

Если при заключении договора купли-продажи доли стороны пришли к соглашению о том, что одним из обязательных условий отчуждения этой доли является финансирование покупателем выполнявшегося обществом инвестиционного проекта, то реализация подобным образом принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) не нарушает обязательных правил, установленных законом и иными правовыми актами (Постановление Президиума ВАС РФ от 22.10.2013 N 4507/13 по делу N А56-29599/2011).

С учетом изложенного, апелляционный суд приходит к выводу, что Соглашение следует квалифицировать как договор отчуждения долей.

Доводы ответчиков о необходимости классификации Соглашения как предварительного договора отчуждения долей подлежат отклонению в связи со следующим.

В соответствии с разъяснениями, данными в абз. 3 п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» если сторонами заключен договор, поименованный ими как предварительный, в соответствии с которым они обязуются, например, заключить в будущем на предусмотренных им условиях основной договор о продаже имущества, которое будет создано или приобретено в дальнейшем, но при этом предварительный договор устанавливает обязанность приобретателя имущества до заключения основного договора уплатить цену имущества или существенную ее часть, такой договор следует квалифицировать как договор купли-продажи с условием о предварительной оплате. Правила статьи 429 ГК РФ к такому договору не применяются.

Поскольку согласно условиям Соглашения ФИО4 вкладывает капиталовложения, а истцы передают доли уже в счет вложенных капиталовложений, Соглашение не может быть квалифицировано как предварительный договор.

Обращаясь в арбитражный суд с настоящим иском, ФИО2 и ФИО3 утверждают, что ФИО4 своих обязательств по Соглашению не исполнил, вложений в строительство торгового центра не осуществлял, направленное в его адрес 13.02.2019 требования об оплате стоимости капиталовложений в строительство торгового центра проигнорировал. 

В силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, оказать услугу, внести вклад в совместную деятельность, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности (пункт 1 статьи 307 ГК РФ). 

Согласно пункту 2 статьи 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок, вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из иных оснований, указанных в настоящем Кодексе. 

Факт подписания Соглашения на указанных в нём условиях ФИО9 не оспаривается (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ). 

На основании статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения принятых на себя обязательств не допускается. 

Статьей 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается, как на основание своих требований или возражений. 

Доказательства исполнения ответчиком 1 либо ответчиком 2 обязательств по финансирования строительства торгового центра, как того требуют условия Соглашения, в материалах дела отсутствуют. 

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 450 ГК РФ по требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только при существенном нарушении договора другой стороной либо в иных случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или договором. 

Из содержащегося в пункте 2 статьи 450 ГК РФ понятия существенного нарушения договора одной из сторон следует, что сторона, предъявляющая в суд требование о расторжении договора при существенном нарушении договора другой стороной, должна представить доказательства, подтверждающие именно такой характер нарушения. При этом существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора. 

Из представленных истцами разрешений на ввод объектов недвижимости в эксплуатацию явствует, что хозяйственные постройки, возведенные Обществом, и находящиеся на территории Торгового центра, введены в эксплуатацию в период с 2011 по 2014 годы. 

Согласно документально подтвержденным данным бухгалтерского учета Общества общая стоимость затрат, понесенных на строительство торгового центра составила 525.799.519 руб. (справка № 24/19 от 18.03.2019, составленная на основании документов первичной бухгалтерской отечности, приложенных к иску). 

За период с 2008 по 2013 годы истцами Обществу были выданы беспроцентные займы на общую сумму 335.000.000 руб., о чем свидетельствуют договоры займа и платежные поручения, представленные в материалы дела; также финансирование осуществлялось за счет привлечения кредитных средств АКБ «ТРАНСКАПИТАЛБАНК» (ЗАО) и ОАО КБ «КОСМОС» (соответствующие документы представлены истцами суду).

Однако средств самого ФИО9, ФИО5 или иных лиц, выступающих в интересах ответчиков, к финансированию торгового центра не привлекалось. 

Несоблюдение ФИО9 порядка инвестирования строительства торгового центра до 2014 года и возмещения понесенных затрат после 2014 года следует считать грубым нарушением обязательства ответчика 1, поскольку по существу внесение его капиталовложений в объект предпринимательской деятельности – активы ООО «УниверсалРесурс» являлось единственным условием для передачи истцами долей уставного капитала данной организации. 

С учетом изложенного, принимая во внимание, что судом установлен и материалами дела подтвержден факт существенного нарушения ответчиком 1 обязательств по Соглашению, исковые требования в части его расторжения следует признать обоснованными и подлежащими удовлетворению. 

При этом доводы ФИО5 о том, что сами истцы кредитовали Общество на возмездной основе и предоставленные ими займы были полностью возвращены, судом во внимание не принимаются, поскольку в данном случае на ответчиках лежит обязанность по доказыванию финансирования строительства торгового комплекса именно со своей стороны. 

То обстоятельство, что в стоимость затрат истцов входила покупка земельных участков под строительство торгового центра ответчиками не отрицается, таким образом, ФИО4 был обязан возместить истцам по Соглашению как минимум 33,3 % этих участков, ценных в 10.500.000 долларов США, чего сделано не было. 

Вместе с тем судом установлено, что со стороны ФИО2 и ФИО3 условия Соглашение было исполнено. 

Так, часть доли Общества в размере 16,6% была отчуждена ФИО2 в пользу ФИО5 по купли-продажи от 09.08.2013, а другая часть доли в размере 16,7% по цене 2.725.440 руб. была отчуждена ФИО3 в пользу ответчика 2 по аналогичному договору от 10.08.2013. 

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ответчики утверждают, что никакой взаимосвязи с этими сделками с Соглашением не было; ФИО5 приобретала доли у истцов самостоятельно и вступала в правоотношения с ФИО2 и ФИО3 независимо от воли ФИО4 

Однако данные доводы опровергаются имеющимися в материалах дела доказательствами и фактически установленными обстоятельствами настоящего спора. 

В частности, судом установлено, что приобретение ФИО5 долей в Обществе было осуществлено в период действия Соглашения между истцами и ответчиком 1. 

Размер приобретаемых ФИО5 долей (33,3 %) совпадал с размером долей, подлежащих передаче ФИО4 в соответствии с Соглашением. 

Далее необходимо отметить, что передача доли именно ФИО5 обуславливалась не просто наличием между ответчиками доверительных партнерских отношений, но и межличностной тесной гражданской взаимосвязи, которая доказывается следующим. 

В материалы дела истцами были представлены документы, запрошенные из государственных органов Французской Республики, согласно которым ФИО4 и ФИО5 зарегистрировали на территории данного государства ряд организаций для ведения коммерческой деятельности. 

В частности, в 2004 году в Париже учреждена гражданская компания по операциям с недвижимостью «Вилла л'Эглон», зарегистрированная по адресу места жительства ФИО4, совладельцами которой являются ответчики. 

Вместе с тем ФИО5 использует адрес совместного проживания с ФИО4 в качестве официального, для получения, в том числе, документов, связанных с участием в Обществе.

Так, 09.03.2017 за подписью ФИО5 в адрес ООО «УниверсалРесурс» поступило требование о предоставлении документов и информации в отношении общего собрания участников, проведенного 09.01.2017, в котором ответчик 2 предлагал направить запрошенные документы и информацию на имя «Билунова Леонида» по адресу последнего в городе Париже, при этом указав адрес электронной почты: Bilunl@hottnail.fr. 

В дальнейшем ФИО5 подтвердила получение направленного требования, датированного 01.03.2017 в повторном требовании о предоставлении документов и информации от 05.04.2017. 

При этом информация о совместной жизни ФИО4 и ФИО5 находится в публичном доступе в сети Интернет, а именно: в сети Интернет на странице http://vvwvv.bolshoyvopros.rii/qiiestions/7525544kto-takoj-ljonja-makintosh-chem-znamenitskolko-let-zhenat-i-est-ii-deti.html размещена семейная фотография, на которой запечатлены ФИО4 (чье фото также имеется в публичном доступе) и ФИО5 

Также представитель ответчика 2 фактически уклонился от опровержения довода истцов о наличии у ФИО4 и ФИО5 общих детей - дочери ФИО10 (1988 г. р.) и сына ФИО11 (2000 г. р.). 

Укрепиться во мнении относительно взаимосвязи Соглашения и договоров купли-продажи части долей истцов позволяет и то обстоятельство, что эти доли фактически были проданы ФИО5 по их номинальной стоимости. 

Тогда как согласно отчетам об оценке, составленным организацией АО «2К», рыночная стоимость проданной ФИО2 доли (16,6 %) по состоянию на 09.08.2013 составляла 87.025.000 руб., а доля ФИО3 (16,7 %) – 87.550.000 руб. 

Кроме того, в соответствии с представленным в суд апелляционной инстанции расчетом стоимости чистых активов ООО «УниверсалРесурс» за 2012 год, стоимость чистых активов общества составляла на конец 2012 года 191 550 000 руб., что также подтверждает несоразмерность продажи по Договорам части доли в размере 33,3 %  по цене в 5 434 560 руб. 

По мнению суда, продажа истцами их долей по значительно заниженной стоимости сожительнице и матери детей ФИО4 противоречит требованиям обычаям делового оборота и свидетельствует о выражении их воли именно на исполнение заключенного ранее Соглашения с последним. 

Более того, каких-либо доказательств фактического исполнения обязательства ФИО5 по оплате по договорам купли-продажи долей как и доказательств фактического владения суммой, подлежащей уплате по Договорам, ответчиком 2 не представлено, что также указывает на заключение указанных договоров во исполнение Соглашения.

Возражения ответчиков относительно отсутствия доказательств ведения ФИО4 и ФИО5 совместной предпринимательской деятельности сводятся к тому, что между ними нет официально зарегистрированного брака, однако само по себе это не может являться исключающим и решающим фактором при оценке взаимосвязи Соглашения, договоров купли-продажи, ФИО4 и ФИО5 без учета иных установленных обстоятельств, прямо указывающих об обратном. 

С учетом установленного, суд делает вывод о том, что факт исполнения обязательств истцов по передаче своих долей Общества под контроль ФИО4 посредством их продажи ФИО5 подтверждены надлежащими, допустимыми и относимыми доказательствами. 

Совокупность данных доказательств однозначно указывает, что договоры купли-продажи долей истцов были включены в общую сделку по инвестированию строительства торгового центра – соглашения от 22.09.2011, бенефициаром которой опять-таки являлся ФИО4 

Реализация Соглашения истцами осуществлялась посредством продажи доли, поскольку иные способов исполнения Соглашения стороны не имели с учетом того, что увеличение уставного капитала общества за счет дополнительных вкладов третьих лиц, принимаемых в общество, влечет за собой обязательство лица, принимаемого в общество, внести вклад в течение в двух месяцев с момента принятия соответствующего решения общим собранием участников (пункт 1 статьи 18 Закона № 14-ФЗ), тогда как инвестиционная деятельность ФИО4 не могла ограничиться столь коротким сроком. 

Доводы ответчика 2 о том, что в нотариально заверенных договорах купли-продажи части долей не имеется ссылок на Соглашение, судом отклоняется, поскольку это обстоятельство должно оцениваться в совокупности с иным доказательствами, собранными по делу. 

Учитывая, что по правилам пункта 5 статьи 71 АПК РФ никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, суд установил факт взаимосвязи между Соглашения и отчуждением долей в пользу ФИО5 исходя из совокупности всех представленных в дело доказательств, поэтому факт отсутствия в договорах купли-продажи части долей ссылок на Соглашение не способно повлиять на соответствующий вывод суда. 

Также не имеет правового значения довод ответчика 2 о том, что в Соглашение внесены письменные исправления относительно соотношения долей, передаваемых под контроль ФИО4, учитывая, что данные исправления удостоверены его подписантами, а сам ФИО4 в своем отзыве не оспаривает факт того, что при подписании Соглашения имело место внесение исправлений. 

В соответствии с пунктом 4 статьи 453 ГК РФ в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60 Кодекса), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства. 

Как разъяснено в пункте 5 Постановление Пленума Высшего арбитражного суда от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», если при рассмотрении спора, связанного с расторжением договора, по которому одна из сторон передала в собственность другой стороне какое-либо имущество, судом установлено нарушение эквивалентности встречных предоставлений вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей одной из сторон, сторона, передавшая имущество, вправе требовать возврата переданного другой стороне в той мере, в какой это нарушает согласованную сторонами эквивалентность встречных предоставлений. 

Таким образом, последствием прекращения действия Соглашения между истцами и ответчиком 1 на основании пункта 2 статьи 450 ГК РФ в условиях, когда встречное предоставление со стороны ФИО4 по нему фактически отсутствовало, будет являться расторжение договоров купли-продажи долей, заключенных между истцами и ФИО5 

В соответствии со статьей 1104 ГК РФ имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре. 

Статья 12 ГК РФ предусматривает такой способ защиты гражданских прав, как восстановление положения, существовавшего до нарушения права. В области корпоративных отношений реализация данного способа защиты может выражаться в виде присуждения истцу соответствующей доли участия в уставном капитале хозяйственного общества исходя из того, что он имеет право на такое участие в хозяйственном обществе, которое он бы имел, если бы ответчики соблюдали требования законодательства, действуя добросовестно и разумно. 

Следовательно, расторжение договоров купли-продажи влечет за собой утрату ФИО5 права собственности на 33,3 % доли в уставном капитале Общества и возврат этой доли в собственность истцов в частях, определенных условиям договоров купли-продажи. 

Доводы ответчиков о ничтожности и о незаключенности Соглашения не могут быть приняты во внимание судом в связи со следующим.

Согласно п. 5 ст. 166 ГК РФ, а также п. 70 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» заявление о недействительности сделки не имеет правового значения, если ссылающееся на недействительность сделки лицо действует недобросовестно, в частности если его поведение после заключения сделки давало основание другим лицам полагаться на действительность сделки.

Поскольку судом установлено, что истцы исполнили свои обязательства по Соглашению по передаче своих долей Общества под контроль ФИО4 посредством их продажи ФИО5, принятие ответчиком 1 такого исполнения давало основания полагать о действительности Соглашения, в связи с чем доводы ответчиков о ничтожности Соглашения не имеют правового значения.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Поскольку в настоящей ситуации требования о признании ничтожным и незаключенным Соглашения предъявлено ответчиком, который получил и принял исполнение, но сам его не предоставил, такое требование квалифицируется судом на основании статьи 10 ГК РФ как злоупотребление правом.

При этом довод ответчика о том, что ФИО3 в настоящее время не является участником Общества, не может быть принят во внимание, учитывая, что данное лицо, будучи субъектом предпринимательской деятельности, заключило Соглашение и передало часть своей доли ответчику 2 до утраты статуса участника Общества. 

Также отклоняются как заведомо субъективные и неотносимые к существу рассматриваемого спора доводы ФИО5 о том, что данный иск предъявлен в целях разрешения в Обществе корпоративного спора и в условиях злоупотребления правом. 

При рассмотрении спора ответчиками сделаны заявления о пропуске сроки исковой давности, которые удовлетворению не подлежат. 

В силу статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. 

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса (пункт 1 статьи 196 ГК РФ). 

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Ответчики считают, что трехлетний срок исковой давности по заявленным требованиям следует исчислять с момента заключения договор купли-продажи части долей, однако данные выводы нельзя признать обоснованными. 

Как установлено выше, договоры купли-продажи долей являлись частью исполнения единой сделки - Соглашения, поэтому срок исковой давности следует исчислять с момента, когда истцы узнали о том, что ответчик 1 существенно нарушил условия данной сделки, в связи с чем у истцов возникло право на расторжение Соглашения. 

По условиям пункта 4 Соглашения компенсация понесенных истцами затрат, направленных на покупку земельных участков, должна производится за счет непропорционального распределения чистой прибыли ООО «УниверсалРесурс» в следующем порядке - Истцы получают по 42,5 процентов распределяемой среди участников чистой прибыли, ФИО4 - 15 процентов. 

Согласно пункту 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства. 

Вместе с тем срок исполнения обязательств по осуществлению инвестиций ФИО4 в строительство установлен не был, а срок исполнения обязательств в части непропорционального распределения прибыли не мог возникнуть ранее даты возникновения у ООО «УниверсалРесурс» чистой прибыли по данным бухгалтерского учета и принятия общим собранием участников общества решения о ее распределении. 

Доводы ответчика 2 о том, что Соглашением установлен срок исполнения обязательства по инвестированию – до передачи долей в уставном капитале Общества судом отклоняется в связи со следующим.

Согласно п. 1 ст. 314 ГК РФ если обязательство предусматривает или позволяет определить день его исполнения либо период, в течение которого оно должно быть исполнено (в том числе в случае, если этот период исчисляется с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором), обязательство подлежит исполнению в этот день или соответственно в любой момент в пределах такого периода.

В соответствии с п. 1 ст. 487 ГК РФ в случаях, когда договором купли-продажи предусмотрена обязанность покупателя оплатить товар полностью или частично до передачи продавцом товара (предварительная оплата), покупатель должен произвести оплату в срок, предусмотренный договором, а если такой срок договором не предусмотрен, в срок, определенный в соответствии со статьей 314 настоящего Кодекса.

По смыслу ст. 314 ГК РФ и ст. 487 ГК РФ в их взаимосвязи, указание на исполнение обязательства по инвестированию до передачи долей в уставном капитале Общества не может являться сроком исполнения обязательства в соответствии с                  п. 1 ст. 314 ГК РФ, и срок исполнения такого обязательства определяется по правилам          п. 2 ст. 314 ГК РФ.

В то же время из материалов дел усматривается, что 27.04.2018 на общем собрании участников ООО «УниверсалРесурс» представителю ФИО5 - адвокату Боброву М. Е. было предложено обсудить вопрос об исполнении ФИО4 как бенефициарным владельцем доли в уставном капитале общества своих обязательств по Соглашению, однако представитель заявил, что ничего по этому вопросу ему не известно, перерыв в работе собрания для обсуждения этого вопроса со своим доверителем объявлять не требуется (вопрос 5 повестки дня протокол годового общего собрания участников от 27.04.2018). 

Далее, общим собранием участников Общества принято решение о распределении чистой прибыли (протокол общего собрания участников от 04.02.2019), после чего 13.02.2019 истцы направили в адрес ответчиков требования об оплате стоимости капиталовложений в строительство Торгового центра путем перечисления денежных средств на расчетный счет Общества и о выплате части распределенной чистой прибыли в соответствии с пунктом 4.1 Соглашения. 

Следовательно, о том, что ФИО4 определенно выраженно уклоняется от исполнения принятых на себя обязательств по Соглашению в части компенсации расходов за счет непропорционального распределения прибыли подконтрольного ему Общества истцы узнали в период 2018-2019 гг.; доказательства обратного в материалах дела отсутствуют. 

Следовательно, материалы дела свидетельствуют о том, что срок исковой давности по требованиям, заявленным в рамках настоящего спора, начал течь не ранее апреля 2018 года, что указывает на то, что иск предъявлен в Арбитражный суд Московской области в пределах допустимых для осуществления защиты нарушенного права трех лет (07.05.2019). 

Доводы ответчиков о необходимости оставления иска без рассмотрения в связи  с несоблюдением досудебного претензионного порядка подлежат отклонению по следующим основаниям.

21.03.2019 истцами в адрес ответчиков направлено предложение о расторжении Соглашения, Договоров купли-продажи части доли с просьбой ответить на предложение не позднее 10 дней с даты его получения.

Предложение о расторжении Соглашения и Договоров направлено по известному адресу места регистрации ФИО5, указанному в Договорах, по адресу места регистрации ФИО4, а также по фактическому адресу совместного проживания ФИО4 и ФИО5 – 39 Бульвар де Монморенси, 75016 Париж, Франция (т. 2 л.д. 131, т. 3 л.д. 4, т. 3 л.д. 57, т. 21 л.д. 133-134) где было получено 22.03.2019, что подтверждается ответом «ДХЛ Интернешнл» (т. 3 л.д. 79, т. 21 л.д. 138-139).

Кроме того, в соответствии со статьей 2 АПК РФ задачами судопроизводства в арбитражных судах являются, в том числе, защита нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов лиц, осуществляющих предпринимательскую и иную экономическую деятельность; обеспечение доступности правосудия в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности; содействие становлению и развитию партнерских деловых отношений, формирование обычаев и этики делового оборота.

Предусмотренная пунктом 2 части 1 статьи 148 АПК РФ досудебная процедура направлена прежде всего на мирное (внесудебное) урегулирование споров между сторонами по договору, с тем, чтобы дать им возможность сохранить хозяйственные отношения.

В ходе судебного разбирательства стороны не пришли ни к какому мирному соглашению, настаивая соответственно на своих требованиях и возражениях относительно исковых требований, ответчики, заявляя об оставлении иска без рассмотрения, то есть о применении процессуального института, направленного на досудебное урегулирование спора, никак не подтвердили наличия каких-либо намерений к переговорам с истцами.

Принимая во внимание установленные фактические обстоятельства настоящего спора, суд приходит к выводу о том, что требования истцов основаны на законе, надлежаще аргументированы, а потому имеются достаточные правовые основания для их удовлетворения. 

 Государственная пошлина распределена судом по правилам статьи 110              АПК РФ. 

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктом  1 части   5 статьи 270, статьей 271, статьей 110 АПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 13 августа 2019 года по делу № А41-21240/19 отменить.

Расторгнуть соглашение от 22.09.2011, заключенное между ФИО2, ФИО3 и ФИО4.

Расторгнуть Договор от 09.08.2013 купли-продажи части доли в размере 16,6 % в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс», заключенным между ФИО2 и ФИО5.

Признать за ФИО2 право на долю в размере 16,6% в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» (ОГРН 

<

***>) с одновременным лишением права на данную долю ФИО5.

Расторгнуть договор от 10.08.2013 купли-продажи части доли 16,7 % в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс», заключенный между ФИО3 и ФИО5.

Признать за ФИО3 право на долю в размере 16,7% процентов в уставном капитале ООО «УниверсалРесурс» (ОГРН 

<

***>) с одновременным лишением права на данную долю ФИО5.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 3000 руб. - расходов по государственной пошлине.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 3000 руб. - расходов по государственной пошлине.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 12 000 руб. — расходов по государственной пошлине.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 12 000 руб. - расходов по государственной пошлине.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу.

Председательствующий

                 Э.С. Миришов

Судьи

 

                  М.В. Игнахина

 

С.К. Ханашевич