ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. 8 (8692) 54-74-95

http://www.21aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А84-3966/2020

15 октября 2024 года

город Севастополь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 октября 2024 года.

 

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Вахитова Р.С., судей Калашниковой К.Г., Оликовой Л.Н., при ведении протокола секретарем судебных заседаний ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 на определение Арбитражного суда города Севастополя от 14.06.2024 по делу № А84-3966/2020 (судья Бойко М.О.), принятое по результатам рассмотрения

заявления конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью НПК «САВА»

к ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО3, Общества с ограниченной ответственностью «Стройтехсбыт», Общества с ограниченной ответственностью Юридическая Компания «Доксервис», ФИО2,

о привлечении к субсидиарной ответственности

в рамках дела о признании Общества с ограниченной ответственностью НПК «САВА» несостоятельным (банкротом)

 

при участии в судебном заседании: 

Апеллянт - ФИО3, личность удостоверена на основании паспорта гражданина РФ;

Арбитражный управляющий - ФИО7, личность удостоверена на основании паспорта гражданина РФ;

ФИО8 - личность удостоверена на основании паспорта гражданина РФ;

ФИО9 - личность удостоверена на основании паспорта гражданина РФ.

установил:

В Арбитражный суд города Севастополя 12.08.2020 обратились ФИО8 и ФИО10 с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью Научно-производственная компания «САВА» (далее – ООО НПК «САВА») несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 14.08.2020 заявление принято, возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) в отношении ООО НПК «САВА», назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 24.11.2020 признано заявление ФИО8, ФИО10 обоснованным. Введено в отношении ООО НПК «САВА» процедура наблюдения сроком на пять месяцев (до 18.04.2021).

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 19.04.2021 (резолютивная часть решения от 14.04.2021) общество с ограниченной ответственностью НПК «САВА» (далее также – должник, ООО НПК «САВА») признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введено конкурсное производство сроком на шесть месяцев (до 14.10.2021). Конкурсным управляющим должника утвержден Юн ФИО11. Судебное заседание по рассмотрению отчета конкурсного управляющего назначено на 13.10.2021.

Конкурсный управляющий Общества с ограниченной ответственностью НПК «САВА» обратился в Арбитражный суд города Севастополя с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО3, Общества с ограниченной ответственностью «Стройтехсбыт», Общества с ограниченной ответственностью Юридическая Компания «Доксервис», ФИО12.

В последствии, конкурсным управляющим заявлено ходатайство об уточнении требований, согласно которому, конкурсный управляющий просит суд взыскать с контролирующих должника лиц солидарно 11 561 539,38 руб.

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 19.03.2024 производство по заявлению конкурсного управляющего Общества с ограниченной ответственностью НПК «САВА» о привлечении к субсидиарной ответственности в части требований, предъявленных к Обществу с ограниченной ответственностью «Стройтехсбыт» (ИНН 

<

***>), Обществу с ограниченной ответственностью Юридическая Компания «Доксервис» (ИНН 

<

***>), прекращено в связи с принятием судом отказа от части заявленных требований (ввиду исключения указанных юридических лиц из ЕГРЮЛ).

Определением Арбитражного суда города Севастополя от 14.06.2024 заявления конкурсного управляющего ООО НПК «САВА» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника удовлетворено.

К субсидиарной ответственности по обязательствам ООО НПК «САВА» привлечены солидарно ФИО5, ФИО4, ФИО6, ФИО3, ФИО12 в размере 11 561 539,38 руб.

Не согласившись с законностью названного определения ФИО12, ФИО3, ФИО4 обратились в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в части привлечения к субсидиарной ответственности указанных лиц.

Определением Двадцать первого арбитражного апелляционного суда от 06.08.2024, апелляционные жалобы приняты к производству Двадцать первого арбитражного апелляционного суда и назначены к рассмотрению в судебном заседании на 08.10.2024.

Иные лица, участвующие в деле, не явились, явку полномочных представителей не обеспечили. Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания путем направления копий определения о принятии апелляционной жалобы к производству посредством почтовой связи и размещения текста указанного определения, а также последующих, на официальном сайте Двадцать первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет (http://21aas.arbitr.ru/), в соответствии с частью 1 статьи 123, частями 2, 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалована только часть определения суда, а лицами, участвующим в деле, не заявлено соответствующих возражений, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части на основании части 5 статьи 268 АПК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", и в порядке статей 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Как следует из материалов дела, в период с 13.02.2015 по 18.04.2016 (согласно ЕГРЮЛ – с 02.03.2015 по 25.04.2016) директором должника выступал ФИО6.

В период с 13.02.2015 по 11.08.2018 единственным учредителем должника выступал ФИО4.

В период с 19.04.2016 по 09.01.2018 (согласно ЕГРЮЛ – с 26.04.2016 по 16.01.2018) директором должника выступал ФИО4.

В период с 10.01.2018 по 16.07.2018 (согласно ЕГРЮЛ – с 17.01.2018 по 23.07.2018) директором должника с возложением исполнения обязанностей главного бухгалтера выступала ФИО5.

В период с 17.01.2018 по 14.04.2021 (дата введения процедуры конкурсного производства) (согласно ЕГРЮЛ – с 24.07.2018 по 22.04.2021) директором должника с возложением исполнения обязанностей главного бухгалтера выступал ФИО3.

Участниками должника с 12.08.2018 являлись:

- Общество с ограниченной ответственностью "СТРОЙТЕХСБЫТ", ИНН 

<

***> (размер доли – 50 %, номинальная стоимость доли – 5 000 руб., прекращено путем исключения из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо 24.09.2019, ГРН в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения – 2199204131036; в качестве директора с 17.07.2017 выступал ФИО13 ИНН 

<

***>; единственным участником Общества с 100-процентной долей участия номинальной стоимостью 10 000 руб. являлся ФИО4);

- Общество с ограниченной ответственностью "ДОКСЕРВИС", ИНН 

<

***> (размер доли – 50 %, номинальная стоимость доли – 5 000 руб. прекращено путем исключения из ЕГРЮЛ в связи наличием в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности, 17.08.2020, ГРН в ЕГРЮЛ записи, содержащей указанные сведения – 2209200311824; в качестве директора с 23.09.2014 выступал ФИО12; единственным участником Общества с 100-процентной долей участия номинальной стоимостью 10 000 руб. являлся ФИО4).

Обращаясь в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, конкурсный управляющий указал, что действия (бездействие) ответчиков привели к образованию убытков ввиду необоснованного и незаконного вывода денежных средств со счетов должника, в том числе поступивших в качестве оплаты за выполняемые работы.

Кроме того, в нарушение предписания определения суда конкурсному управляющему ФИО3 не переданы имущество и документы должника, а также, что ответчики, занимающие должность директора должника, не обратились с заявлением о признании должника банкротом при наличии признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Привлекая ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, суд первой инстанции счел доводы конкурсного управляющего обоснованными и установил причинно-следственную связь между использованием данными лицами своих прав и (или) возможностей в отношении должника и действиями (бездействием) должника, повлекшими его несостоятельность (банкротство).

Коллегия судей соглашается с выводами, изложенными в обжалуемом судебном акте и отмечает следующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с п. 1 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Согласно абз. 2, 4 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:

причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;

требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов;

документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены;

на дату возбуждения дела о банкротстве не внесены подлежащие обязательному внесению в соответствии с федеральным законом сведения либо внесены недостоверные сведения о юридическом лице: в единый государственный реестр юридических лиц на основании представленных таким юридическим лицом документов; в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в части сведений, обязанность по внесению которых возложена на юридическое лицо.

Относительно привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционный суд отмечает следующее. 

Как указано ранее, в период с 19.04.2016 по 09.01.2018 директором должника выступал ФИО4, кроме того, ФИО4 в период с 13.02.2015 по 11.08.2018 являлся единственным учредителем должника.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Таким образом, ответчик ФИО4 является контролирующим должника лицом в силу положений Закона о банкротстве.

По мнению конкурсного управляющего, действия ФИО4 привели к образованию убытков ввиду необоснованного и незаконного вывода денежных средств со счетов должника, в том числе поступивших в качестве оплаты за выполняемые работы.

Из подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При этом подпунктом 1 пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что положения подпункта 1 пункта 2 настоящей статьи применяются независимо от того, были ли предусмотренные данным подпунктом сделки признаны судом недействительными, если заявление о признании сделки недействительной не подавалось.

В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Квалифицирующими признаками сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений "должник (его конкурсная масса) - кредиторы" (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.11.2021 № 305-ЭС19-14439(3-8) и др.)

В соответствии с положениями пунктов 16 - 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53) под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из материалов дела следует, что ФИО4 в период с 15.05.2015 по 16.06.2015 дал указание перечислить на свой счет материальную помощь в общей сумме 1 430 000 руб. (15.05.2015 п/п № 2 в размере 10 000,00 руб.; 19.05.2015 п/п №3 в размере 970 000,00 руб.; 16.06.2015 п/п №4 в размере 450 000,00 руб.). Кроме того, ФИО4 перечислил со счета ООО НПК «САВА» в РНКБ за ремонт и техническое обслуживание автомобилей ИП ФИО14 (ИНН 

<

***>) денежные средства в общей сумме 449 028 руб. (п/п 519 от 09.06.2016 – 100 000 руб.; п/п №558 от 21.06.2016 – 100 000 руб.; п/п №619 от 07.07.2016 – 100 000 руб.; п/п №841 от 07.09.2016 – 40 000 руб.; п/п №1059 от 07.11.2016 – 52 000 руб.; п/п №1270 от 22.12.2016 – 57 028 руб.), при том, что в собственности и на балансе ООО НПК «САВА» автомобили отсутствовали. ФИО4 также перечислил со счета ООО НПК «САВА» в РНКБ на дебетовую карту № 6054 7000 9733 2883, принадлежащую ФИО12, 5 065 000 руб. на хозяйственные нужды за период с 17.06.2016 по 13.11.2017 всего 20 п/п.. 23.05.2016 п/п № 466 со счета ООО НПК «САВА» ИП ФИО15 (ИНН 

<

***>) перечислено 900 000 руб. за станок АКС-7, однако в бухгалтерском отчете станок не отражен, конкурсному управляющему не передан. На счет ООО «Мирострой» (ИНН 

<

***>) с расчетного счета ООО НПК «САВА» за период с 19.04.2016 по 31.12.2017 ФИО4 были перечислены денежные средства в общем размере 7 590 233,38 руб., что является для должника существенным.

Ввиду изложенного, действия ФИО4 по перечислению денежных средств должника в отсутствие законных оснований, привели к существенному ухудшению финансового положения должника.

Каких-либо доказательств, подтверждающих обоснованность указанных перечислений, в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу, что в данном случае имели место сделки с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, ввиду чего правильно привлек ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Относительно привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, коллегия судей отмечает обоснованность выводов суда первой инстанции в данной части.

Согласно материалам дела, в период с 17.01.2018 по 14.04.2021 (согласно ЕГРЮЛ – с 24.07.2018 по 22.04.2021) директором должника с возложением исполнения обязанностей главного бухгалтера выступал ФИО3.

Пунктом 2 статьи 61.11 ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" предусмотрено, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, в том числе:

- документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" следует, что в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

- невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

- невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

- невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Определением Арбитражного суда города Севастополя 30.07.2021 удовлетворено ходатайство конкурсного управляющего ООО НПК «САВА» Юна Г.Б. об истребовании у директора ФИО3 надлежащим образом заверенных копий бухгалтерской и иной документации должника; суд обязал бывшего руководителя ООО НПК «САВА» ФИО3 в течении 3 дней с момента вступления определения в законную силу передать конкурсному управляющему ФИО16 печати, штампы, материальные и иные ценности должника, а также все оригиналы документов в отношении должника.

Как следует из материалов дела, ответчик ФИО3 возложенную на него обязанность пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве по предоставлению конкурсному управляющему документов общества не исполнил, что не позволило конкурсному управляющему в полной мере проанализировать финансовое состояние должника, определить круг дебиторов и кредиторов должника, а также сформировать конкурсную массу.

При этом, коллегия судей отмечает, что ссылка апеллянта ФИО3 на отсутствие заключенных сделок, когда он был директором должника, является несостоятельной, поскольку в рассматриваемом случае, ФИО3 привлекается к субсидиарной ответственности за непередачу документации конкурсному управляющему.

Относительно привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 коллегия судей отмечает следующее.

Как указано ранее, участником должника с долей в уставном капитале 50 % являлось Общество с ограниченной ответственностью «ДОКСЕРВИС» в качестве директора с 23.09.2014 выступал ФИО12.

Согласно п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Ответчик также имел доверенность на представление интересов должника. Судом дополнительно учтено, что согласно пояснениям кредитора ФИО10 и конкурсного управляющего, ФИО12 также работал с клиентами должника, сдавал бухгалтерскую отчетность, вел юридическое сопровождение деятельности должника. Следовательно, суд приходит к выводу, что ФИО12 также отвечает признакам КДЛ.

При этом доводы апеллянта ФИО12, что последний не являлся контролирующим должника лицом, коллегия судей признает несостоятельными, поскольку, согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" если необходимой причиной объективного банкротства явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве, солидарно с руководителем должника (абзац первый статьи 1080 ГК РФ).

Исходя из материалов дела, а также пояснений кредиторов должника, ФИО12, будучи директором ООО ЮК «Доксервис» – учредителя должника с 50 % долей участия, неоднократно на протяжении осуществлении деятельности должника получал на свою банковскую карту не менее 4,9 млн руб. на хозяйственные нужды, однако какие-либо доказательства несения расходов на хозяйственные нужды либо иных расходов, подлежащих компенсации за счет должника, равно как и иные обоснования перечисления денежных средств, в материалы дела не представлены.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о привлечении ФИО12 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО НПК «САВА».

Кроме того, в обоснование своих требований конкурсный управляющий указал на неисполнение ФИО4, ФИО3 обязанности по подаче заявления о признании должника банкротом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется непогашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим, причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; в иных предусмотренных Законом о банкротстве случаях.

Согласно пункту 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве предусмотрено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случае и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых этим законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления.

Размер субсидиарной ответственности согласно пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве равен размеру обязательств должника по обязательным платежам, возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве.

Из разъяснений, данных в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 за 2016 год, следует, что в предмет доказывания по спору о привлечении руководителя должника к ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом входит установление следующих обстоятельств:

- возникновение одного из условий, перечисленных в пункте первом статьи 9 Закона о банкротстве;

- момент возникновения данного условия;

- факт неподачи руководителем в суд заявления о признании должника банкротом в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия;

- объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Бремя доказывания вышеперечисленных обстоятельств лежит на лице, обратившимся с соответствующим требованием.

Согласно абзацу второму пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворить требования кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Исследуя совокупность указанных обстоятельств, необходимо учитывать, что обязанность обратиться в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из смысла и содержания абзаца 37 статьи 2 Закона о банкротстве следует, что юридическое лицо является неплатежеспособным, если им прекращено исполнение части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Под недостаточностью имущества должника понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей над стоимостью имущества (активов) должника (абзац 36 статьи 2 Закона о банкротстве).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", для целей применения специальных положений законодательства о субсидиарной ответственности имеет значение фактический момент возникновения признаков банкротства, то есть когда должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов (далее - объективное банкротство).

В реестр требований кредиторов ООО НПК «САВА» включены, требования кредиторов в сумме 11 561 539,38 руб., возникшие в 2017 году и позже, за исключением требования ФНС России за 2016, 2017 годы.

Из совокупности имеющихся в материалах дела документов, учитывая принятие заведомо неисполнимых обязательств и ненадлежащего исполнения оплаченных физическими лицами подрядных работ, что подтверждено вступившими в законную силу судебными актами и соотносится с видом деятельности должника, признаки объективного банкротства появились у ООО НПК «САВА» не ранее 31.06.2017.

Из всего вышеуказанного усматривается, что должник обладал признаками неплатежеспособности 31.06.2017, при этом он продолжал наращивать обязательства перед кредиторами, чем ухудшал и без того неустойчивое финансовое положение.

ФИО4, ФИО3 в условиях наличия признаков банкротства не было принято решение об обращении в суд с заявлением о банкротстве в сроки, установленные Законом о банкротстве.

Таким образом, основания для непривлечения ФИО4, ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом отсутствуют.

При этом, судом первой инстанции обоснованно отклонен довод ФИО3 относительно наличия имущества стоимостью более 25 000 000 руб., поскольку доказательств наличия указанного имущества, в материалы дела не представлено.

Учитывая вышеизложенное, апелляционный суд полагает, что оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части не имеется.

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ, отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, в данном случае, доказательств отсутствия вины ответчиков не имеется.

Согласно п. 22 вышеуказанного постановления в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно.

Доводы апелляционных жалоб не опровергают выводов определения суда первой инстанции и не содержат указаний на новые имеющие значение для дела обстоятельства.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о вынесении судом первой инстанции судебного акта, с учетом правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, полно, всесторонне и объективно исследованных доказательств, при правильном применении норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу апелляционной жалобы распределяются в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Севастополя от 14 июня 2024 года по делу № А84-3966/2020 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок, установленный Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                               Р.С. Вахитов

 

Судьи                                                                                                                      К.Г. Калашникова

  

                                                                                                                      Л.Н. Оликова