АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А51-830/2021

г. Владивосток

31 мая 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 25 мая 2022 года. 

Полный текст решения изготовлен 31 мая 2022 года.

Арбитражный суд  Приморского края в составе судьи  Власенко Т.Б.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шпаковой Е.К.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску   общества с ограниченной ответственностью «Сенк ДВ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  к  Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании 1 623 350,82 рублей,

встречному исковому заявлению Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае к обществу с ограниченной ответственностью «Сенк ДВ» о взыскании 2 400 000,00 рублей штрафа,

при участии в заседании: от истца - ФИО1 по доверенности от 01.02.2022 № 27, удостоверение адвоката; от ответчика - ФИО2, доверенность от 01.03.2022 № 25-02/1076 (сроком на год), служебное удостоверение, диплом, свидетельство.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сенк ДВ» (далее – истец, ООО «Сенк ДВ») обратилось с иском  к  Территориальному управлению Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае  (далее – ответчик, Теруправление) о взыскании 1 623 350,82 рублей вознаграждения за услуги по хранению морских судов, обращенных в доход государства, оказанные за период с 01.01.2020 по 30.06.2020. после истечения срока действия заключенного между сторонами государственного контракта от 21.11.2012 № 22-2012/07. 

Определением от 16.02.2022 к производству принят встречный иск Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае к обществу с ограниченной ответственностью «Сенк ДВ» о взыскании 2 400 000,00 рублей штрафа за ненадлежащее исполнение обязательств по госконтракту № 22-2012/07 от 21.11.2012 на оказание услуг по хранению имущества обращенного в собственность государства – судна Аквамарин, судна Сан Би, морского судна Перуме, судна Невельской Комсомолец – непредоставление еженедельных отчетов о состоянии судов за период с 01.01.2020 по 30.06.2020.

В обоснование исковых требований истец указал на то, что согласно условиям Государственного контракта № 22-2012/07 от 21.11.2012 истец принял на себя обязательства по приему и хранению обращенного в собственность государства имущества, после прекращения срока действия государственного контракта, ответчик имущество от хранителя не принял, в связи с чем, имущество продолжает оставаться на хранении у истца, поскольку ответчик не оплатил истцу вознаграждение за хранение названного имущества, истец обратился в суд за взысканием задолженности по оплате истцу вознаграждения за хранение имущества, обращенного в собственность государства.

Ответчик требования оспорил, по основаниям, изложенным в отзыве на иск и дополнениях к нему, указал на отсутствие с истцом договорных отношений по хранению указанных судов в связи с истечением срока действия государственного контракта. Ответчик также указал, что хранение морских судов Истцом - Хранителем на Пирсе, который принадлежит на праве собственности Поклажедателю - Ответчику, не соответствует сущности правоотношений, вытекающих из договора хранения, в соответствии с которой вещь должна выбыть из владения Поклажедателя во владение Хранителя; до настоящею времени суда находятся на Пирсе, Истец не принял действий по продолжению правоотношений (сложившихся между сторонами после истечения срока действия госконтракта), не поменял место стоянки морских судов, соответствующее госконтракту.

Так, ответчик указывает на то, что с 2016 года ООО «СЕНК ДВ» не является полноправным владельцем, хранящихся на пирсе Российской Федерации, морских судов, поскольку указанное гидротехническое сооружение используется ООО «СЕНК ДВ» в отсутствие законных оснований. Принятым судебным актом пирс был изъят из незаконного владения общества, однако морские суда до настоящего времени хранятся на пирсе. Считает, что с момента изъятия пирса из незаконного владения общества истец как хранитель утратил способность реального обладания морскими судами, в связи с чем, не мог осуществлять действия по ответственному хранению морских судов в объеме, предусмотренном контрактом от 21.11.2012. Действия истца по хранению имущества на территории пирса произведены без согласования с собственником – ТУ Росимущества в Приморском крае. Доказательства, подтверждающие проведение каких-либо работ на пирсе, в том числе связанных с работами по государственному контракту, в деле отсутствуют. Кроме того, на пирсе отсутствует электричество (в то время как в соответствии с государственным контрактом хранитель обязуется обеспечивать электричеством морские суда), Территориальное управление договоров по электроснабжению в отношении пирса не заключало.

Таким образом, обращает внимание, что ООО «СЕНК ДВ», предъявляя исковые требования к Управлению о взыскании вознаграждения за хранение, которые в свою очередь являются доходом, извлеченным из незаконного владения пирсом, является недобросовестным незаконным владельцем пирса, злоупотребляет своими правами в нарушение статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Полагает, что с учетом регистрации права собственности РФ на пирс объём фактически оказанных услуг ООО «СЕНК ДВ» по хранению морских судов уменьшился на стоимость аренды пирса. На этом основании ответчик полагает, что вознаграждение за хранение, предусмотренное контрактом, несоразмерно фактически оказанным услугам в заявленном истцом периоде. Настаивает, что фактически не осуществляя подтвержденные доказательствами достаточные организационные, финансовые вложения в охрану, обеспечение стоянки морских судов, себестоимость которых входила в стоимость услуг по государственному контракту, истец, тем не менее, без правовых оснований, недобросовестно, только в силу наличия контракта и подписанного акта приёма-передачи морских судов полагает возможным требовать получения всей суммы стоимости услуг по госконтракту в качестве своей прибыли. Ответчик считает хранение судов ненадлежащим в связи с отсутствием минимального экипажа на судах; необеспечением безопасной стоянки судов у причала (поскольку пирс, на котором хранятся суда, не соответствует нормам безопасности); отсутствием берегового электропитания, снабжения топливом, необходимыми расходными материалами; неосуществление перешвартовки судов после изъятия пирса; непредставлением еженедельных отчетов о состоянии судов; отсутствие актов приемапередачи фактически производимых работ. Полагает, что хранитель имеет право только на возмещение фактически понесенных расходов, связанных с хранением спорных морских судов, при этом надлежащих доказательств, подтверждающих фактическое осуществление хранения истцом и расходы истца в связи с хранением, обществом не представлено. Отмечает, что ООО «СЕНК ДВ» в нарушение условий государственного контракта не уведомляло Управление о производимых на пирсе, морских судах ремонтных или каких-либо иных работах, не направляло в адрес Управления отчетов о состоянии судов, не уведомляло о необходимости производства каких-либо работ на судах, о наличии на них повреждений, требующих ремонта.

От ответчика поступили дополнительные пояснения.

Истец требования поддерживает, выступил с пояснениями.

Истец ходатайство о приостановлении производства по делу от 08.07.2021 не поддерживает, в связи с чем оно судом не рассматривается.

Ответчик поддержал ранее заявленное ходатайство о привлечении третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: Территориальное управление МИФНС России №14 по Приморскому краю, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по ДФО.

Истец против привлечения третьих лиц возражает.

Суд, рассмотрев ходатайство, оснований для его удовлетворения, установленных статьями 51, 159, 184 АПК РФ, не находит, поскольку Теруправление  в обоснование ходатайства не привело  доводов о том, каким образом  решение по настоящему делу может повлиять на права и обязанности сторон по настоящему делу в отношении указанных лиц.  Более того, привлечение к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, МИФНС России №14 по Приморскому краю, Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по ДФО, приведет к увеличению сроков рассмотрения дела, и тем самым к нарушению прав лиц, участвующих в деле на  его своевременное рассмотрение. 

Оценив новое (уточненное) ходатайство ответчика о фальсификации доказательств, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 161 АПК РФ если лицо, участвующее в деле, обратится в арбитражный суд с заявлением в письменной форме о фальсификации доказательства, представленного другим лицом, участвующим в деле, суд: разъясняет уголовно-правовые последствия такого заявления; исключает оспариваемое доказательство с согласия лица, его представившего, из числа доказательств по делу; проверяет обоснованность заявления о фальсификации доказательства, если лицо, представившее это доказательство, заявило возражения относительно его исключения из числа доказательств по делу. В этом случае арбитражный суд принимает предусмотренные Федеральным законом меры для проверки достоверности заявления о фальсификации доказательства, в том числе назначает экспертизу, истребует другие доказательства или принимает иные меры.

В рассматриваемом случае заявление о фальсификации документов, представленных истцом: -договор № SV -13/19 от 01.03.2019 г., заключенный между ИП ФИО3 и ООО «СЕНК ДВ» на оказание услуг по обеспечению сохранности, плавучести и безопасной стоянке морских судов, акт выполненных работ № 241 от 31.03.2020г. и ремонтная ведомость № 1000.3; акт выполненных работ № 214 от 31.01.2020 г. и ремонтная ведомость № 1000.1; акт выполненных работ № 228 от 28.02.2020 г., и ремонтная ведомость № 1000.2; акт выполненных работ №256 от 30.04.2020 г., ремонтная ведомость № 1000.4 за апрель 2020; акт выполненных работ № 279 от 30.06.2020 г., ремонтная ведомость № 1000.6 за июнь 2020; акт выполненных работ № 271 от 29.05.2020 г., ремонтная ведомость № 1000.5 за май 2020; квитанции к приходно-кассовому ордеру: №88 от 08.01.2020 г. на сумму 50000руб., № 89 от 12.01.2020 г. на сумму 45000 руб., №111 от 24.01.2020 г. на сумму 50000 руб., № 94 от 27.01.2020 на сумму 40000 руб., № 92 от 16.01.2020 г. на сумму 50000 руб., № 91 от 16.01.2020 г. на сумму 50000 руб.; №104 от 25.02.2020 г. на сумму 50000 руб., № 101 от 18.02.2020 г. на сумму 50000 руб., №102 от 21.02.2020 на сумму 50000 руб., №99 от 13.02.2020 г. на сумму 50000 руб., №98 от 11.02.2020 г. на сумму 47000 руб., №97 от 07.02.2020 г. на сумму 50000 руб., №95 от 03.02.2020 г. на сумму 50000 руб.; №109 от 19.03.2020 на сумму 40000 руб., №106 от 16.03.2020 на сумму 50000 руб., №105 от 15.03.2020 г. на сумму 50000руб; и в случае установления факта фальсификации этих доказательств исключить эти документы из числа доказательств. Обосновывая заявленное ходатайство о фальсификации, ответчик указал, что данные документы были составлены в отсутствие фактически произведенных работ и без реальной оплаты по сделке. Проверка достоверности документов, по мнению ответчика, может быть проверена судом путем направления названных документов в Межрайонную ИФНС № 14 по Приморскому краю с требованием истребования доказательств, документов законности данной сделки (запрос о предоставлении информации о движении денежных средств - списании данных сумм со счетов ООО «СЕНК ДВ» в размере, указанных в документах ООО «СЕНК ДВ», о предоставлении информации о движении денежных средств в размере, указанных в документах ООО «СЕНК ДВ» - зачислении данных сумм, оплата налогов с данных сумм ИП ФИО3 в 2020 г., предоставлении бухгалтерской отчетности, доходов, расходов ИП ФИО3 в 2019,2020 г.г., о предоставлении кассовой книги ООО «СЕНК ДВ» за 2020 год, расходных кассовых ордеров для подтверждения выдачи данных сумм из кассы ООО «СЕНК ДВ», о предоставлении информации о движении денежных средств на счетах ООО «СЕНК ДВ», ИП ФИО3 на основании договора ООО «СЕНК ДВ» и ИП ФИО3 № SV-13/19 от 01.03.2019 г.).

Истец против исключения из доказательств по делу указанных документов возражал. Суд разъяснил сторонам предусмотренные статьями 303, 306 УК РФ уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств, о чем отобрана расписка.

Рассмотрев указанное заявление, арбитражный суд полагает, что оно не является заявлением о фальсификации доказательств в смысле, придаваемом законодателем при применении положений статьи 161 АПК РФ, так как не содержит сведений о сознательном искажении доказательств, представляемых лицами, участвующими в деле, рассматриваемом арбитражным судом, путем их подделки, подчистки, внесении исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений. В связи с чем, в данном случае у апелляционной коллегии не имеется правовых оснований для совершения действий, предусмотренных частью 1 статьи 161 АПК РФ.

Одновременно с этим следует отметить, что оценка доказательств на предмет их достоверности и достаточности относится к компетенции суда, поэтому реализация лицом, участвующим в деле, предусмотренного частью 4 статьи 66 АПК РФ права на обращение в арбитражный суд с ходатайством об истребовании доказательств не предполагает безусловного удовлетворения судом соответствующей процессуальной просьбы.

Соответственно, заявленное ответчиком ходатайство об истребовании доказательств в рамках заявления о фальсификации является нормативно и документально необоснованным, в связи с чем подлежит отклонению.

Из материалов дела судом установлено следующее. 

21.11.2012 между Территориальным управлением Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае (заказчик) и обществом с ограниченной ответственностью «СЕНК ДВ» (хранитель) был заключен государственный контракт № 22-2012/07 на оказание услуг по хранению имущества (обеспечение сохранности и безопасности), обращенных в собственность государства Российской Федерации судов: рыбодобывающего морского траулера «AQUAMARINE», рыболовного судна СРТМ «Невельский Комсомолец», судна «Perume» и краболовного рыботранспортного судна «SunBee» (далее – контракт), в соответствии с пунктом 1.1 которого заказчик передает, а хранитель принимает на себя обязательства по хранению (обеспечению сохранности и безопасности) следующего имущества, обращенного в собственность государства:

- рыбодобывающего морского траулера «AQUAMARINE», находящегося: причал Бухты (пяти охотников) улица Береговая, 1, поселок Мысовой, Шкотовский район, Приморский край, длиной 34,0 м, шириной габаритной 6,3 м, осадка 2,83 м. Основной материал корпуса - сталь. Корпус судна состоит из стальной наружной обшивки, подкрепленной поперечным набором. Большая часть площади обшивки района переменной ватерлинии, надводной части корпуса, покрыта продуктами и следами коррозии. На судне находится оборудование. Судно 1981 года постройки, место постройки - Япония, белого цвета, но слой краски в основном нанесен на неочищенные от продуктов коррозии поверхности; водопроницаемые двери, иллюминаторы, крышка грузового трюма, люков находятся на штатных местах; якорное устройство состоит из якорного шпиля на баке в диаметральной плоскости, якорного ролла, биттинга и двух сбрасываемых якорей на канате; спасательное устройство имеет стеллажи; швартовое устройство в носу - две киповые планки с роликами на планшире бака по ПрБ и ЛБ. По два двойных кнехта установлены по бортам, два двойных кнехта в корме. Кнехты и планки полностью корродированы, один носовой кнехт на 50 % разрушен; на палубе навигационного мостика установлен радар «FURUNO», в ходовой рубке находятся: дисплей радара «FURUNO» пульт управления механизмами машинного отделения, щит контрольно-сигнальных огней, распределительный щит, кренометр; в машинном отделении установлен один главный двигатель модели Yanmar Diesel Engine мощностью 820 л.с;

- рыболовного судна СРТМ «Невельский Комсомолец», находящегося: причал Бухты (пяти охотников), улица Береговая, 1, поселок Мысовой, Шкотовский район, длиной 54,20 м, шириной 9,3 м, высотой борта 4,7 м. Основной материал корпуса - сталь. Тип судна - средний рыболовный траулер морозильный типа «Ольга». Представляет собой морской, стальной одновинтовой однопалубный теплоход с кормовым расположением машинного отделения, с двумя мачтами с поперечной системой набора корпуса. Корпус судна состоит из наружной обшивки, подкрепленной поперечным набором. Большая часть площади обшивки района переменной ватерлинии, надводной части корпуса, покрыта значительной коррозией, имеет многочисленные вмятины со стрелкой прогиба от 50 мм и более. На судне находится оборудование. Судно 1968 года постройки, место постройки - г. Хабаровск, водопроницаемые двери, иллюминаторы, крышка грузового трюма, люков находятся на штатных местах; покрытие промысловой и рабочей палубы - деревянное; якорное устройство состоит из якорного брашпиля на баке в диаметральной плоскости, двух якорей; спасательное устройство имеет стеллажи; швартовое устройство в носу - две киповые планки с роликами на планшире бака по ПрБ и ЛБ. По два двойных кнехта установлены по бортам, два двойных кнехта в корме. Кнехты и планки полностью корродированы, вьюшки ржавые и на 50 % разрушены; рулевое устройство укомплектовано колонкой со штурвалом и рулевой машиной в румпельном отделении; в машинном отделении установлен один главный двигатель модели ДВС 8NVD 48A-U мощностью 588 кВт, 1967 года выпуска ГДР,

- судна «Perume», находящегося: причал Бухты (пяти охотников), улица Береговая, 1, поселок Мысовой, Шкотовский район. Длина 31,08 м, ширина 6,15 м, высота борта 3,00 м. Судно 1983 года постройки. ИМО 8630538, позывной XUUD3, тип двигателя - ONE/DIESEL/6LUD26RG, марка двигателя - HANSHIN. Валовая вместимость 249, чистая вместимость (вес) - 74. Основной материал корпуса - сталь. Радиооборудование – радиотелефония,

- краболовного рыботранспортного судна «SUN ВЕЕ», находящегося: причал Бухты (пяти охотников), улица Береговая, 1, поселок Мысовой, Шкотовский район, длиной 51,05 м, шириной 8,00 м, высотой борта 3,70 м. Основной материал корпуса - сталь. Тип судна - рыбопромысловый транспортный рефрижератор-краболов. Представляет собой самоходное стальное однопалубное морское судно с полубаком и транцевой кормой, конструктивным дифферентом на корму. Корпус судна состоит из стальной наружной обшивки, подкрепленной поперечной системой набора. Рулевая рубка с мачтой расположена в средней части судна, машинное отделение находится в корму от мидель-шпангоута и имеет одну трубу. Судно 1975 года постройки, место постройки - Япония, водопроницаемые двери, иллюминаторы, крышки грузовых трюмов, люков найдены на штатных местах, покрытие промысловой и рабочей палубы - деревянное поверх стального, якорное устройство состоит из брашпиля на баке в диаметральной плоскости, двух якорей; спасательное устройство имеет стеллажи; швартовое устройство в носу - с киповыми планками, кнехтами, вьюшки ржавые, имеется грузоподъёмное устройство - грузовой кран с телескопической трубой с гидравликой, электродвигателем и кабельными трассами; в машинном отделении установлен один главный двигатель AKASAKA модель АН28, мощностью 993 кВт, год постройки - 1975; радионавигационной оборудование - на палубе навигационного мостика установлен радар Furuno, далее - «Суда» со всеми находящимися на бортах промысловыми, техническими и иными средствами, оборудованием, при условии поддержания их в полном рабочем состоянии, обеспечении постановки на причал и стоянки судов у причала, экологической и иной безопасности судов, содержания минимального состава экипажа, текущего содержания судна и снабжении его топливом, водой и береговым электропитанием в соответствии с условиями проекта государственного контракта.

В пункте 1.2 контракта срок его действия установлен с момента подписания акта приема-передачи судов по 31.12.2012.

 В соответствии с пунктом 1.3 контракта суда считаются принятыми хранителем на хранение с момента подписания акта приема-передачи. Возврат судов заказчику хранителем осуществляется путем подписания акта приема-передачи по истечении срока действия настоящего государственного контракта, либо по требованию заказчика. Заказчик обязан осуществлять оплату оказанных хранителем услуг хранения в соответствии с условиями контракта, принять суда от хранителя по истечении действия настоящего контракта либо при его досрочном расторжении (пункты 2.2.3, 2.2.4 контракта). 

Согласно пункту 4.1 контракта цена контракта составляет 487 600 рублей 00 копеек. Оплата производится заказчиком ежемесячно за фактически оказанные услуги, в российских рублях, в течение 10-ти рабочих дней после подписания обеими сторонами акта оказанных услуг и предоставления хранителем документов на оплату заказчику. 

В пунктах 5.1, 5.2 контракта стороны оговорили, что хранитель обязан возвратить заказчику те самые суда, которые были переданы на хранение с находящимся на них промысловыми, техническими и иными средствами, оборудованием, которые были переданы под охрану по акту приема-передачи, подписанному обеими сторонами. Суда должны быть возвращены в том состоянии, в каком они были приняты на хранение, с учетом их естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие их естественных свойств.

Пунктом 5.4 контракта предусмотрено, что на основании части 2 статьи 899 ГК РФ хранитель не вправе при неисполнении заказчиком обязанности по приемке судов по истечению срока контракта самостоятельно продавать суда, находящиеся на его хранении. 

По акту приема-передачи от 21.11.2012 истец принял от ответчика на хранение суда согласно договору от 21.11.2012. 

10.03.2016 ответчиком принято с хранения рыболовное судно СРТМ «Невельский Комсомолец». Остальные суда в количестве 3-х единиц остались на хранении ООО «СЕНК ДВ».

Как указывает истец, в период действия контракта им добросовестно выполнялись обязательства по контракту, каких-либо претензий по объему и качеству предоставленных услуг заказчиком не предъявлялось. Несмотря на прекращение срока действия вышеназванного контракта, ответчик не исполнил обязательства по приемке имущества от хранителя, в связи с чем истец продолжает добросовестно обеспечивать сохранность и безопасность имущества за пределами срока оказания услуг по контракту.

Поскольку срок действия договора истек, но имущество продолжает находиться на хранении у истца, посчитав, что хранение имущества в период с 01.01.2020 по 30.06.2020, не охватываемый контрактом, также подлежит оплате, истец в целях досудебного урегулирования спора 07.12.2020 направил в адрес ответчика претензию с требованием об оплате вознаграждения за хранение имущества за пределами действия контракта в размере 1 623 350,82 рублей.

Неисполнение ответчиком указанной претензии явилось основанием для обращения общества в арбитражный суд с настоящими исковыми требованиями.

По правилам пункта 1 статьи 2 Федерального закона О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд от 05 апреля 2013 года (далее по тексту – Закон о контрактной системе) законодательство Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд основывается на положениях Конституции Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации и состоит из настоящего Федерального закона и других федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в части 1 статьи 1 указанного Федерального закона. Нормы права, содержащиеся в других федеральных законах и регулирующие указанные отношения, должны соответствовать настоящему Федеральному закону. При разрешении споров, вытекающих из государственных (муниципальных) контрактов, суды руководствуются нормами Закона о контрактной системе, толкуемыми во взаимосвязи с положениями ГК РФ, а при отсутствии специальных норм - непосредственно нормами ГК РФ.

Фактически по спорному контракту между сторонами сложились обязательственные отношения по договору хранения, регулируемые Главой 47 ГК РФ «Хранение».

Согласно статьям 307, 309 и 310 ГК РФ обязательства возникают из договора, иных оснований, предусмотренных законом, и должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

В пунктах 1, 2 статьи 889 ГК РФ установлено, что хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока. В соответствии с пунктом 1 статьи 896 ГК РФ вознаграждение за хранение должно быть уплачено хранителю по окончании хранения, а если оплата хранения предусмотрена по периодам, оно должно выплачиваться соответствующими частями по истечении каждого периода.

В силу пункта 4 статьи 896 ГК РФ, если по истечении срока хранения находящаяся на хранении вещь не изъята обратно поклажедателем, он обязан уплатить хранителю соразмерное вознаграждение за дальнейшее хранение вещи.

Статьей 899 ГК РФ установлено, что по истечении обусловленного срока хранения или срока, предоставленного хранителем для обратного получения вещи на основании пункта 3 статьи 889 ГК РФ, поклажедатель обязан немедленно забрать переданную на хранение вещь.

При неисполнении поклажедателем своей обязанности взять обратно вещь, переданную на хранение, в том числе при его уклонении от получения вещи, хранитель вправе, если иное не предусмотрено договором хранения, после письменного предупреждения поклажедателя самостоятельно продать вещь по цене, сложившейся в месте хранения, а если стоимость вещи по оценке превышает пятьдесят тысяч рублей, продать ее с аукциона в порядке, предусмотренном статьями 447 - 449 ГК РФ. Таким образом, поклажедатель в силу статьей 896 и 899 ГК РФ обязан уплатить хранителю вознаграждение за оказанные услуги, а также забрать вещь обратно по истечении обусловленного срока хранения. В соответствии с прямым указанием закона, если по истечении срока хранения находящаяся на хранении вещь не взята обратно поклажедателем, услуги по дальнейшему хранению вещи подлежат оплате (пункт 4 статьи 896 ГК РФ), поскольку вызваны неисполнением поклажедателем своих обязательств по договору и являются вынужденными для хранителя.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 23 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, не может быть отказано в удовлетворении иска об оплате поставки товаров, выполнения работ или оказания услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта или с превышением его максимальной цены в случаях, когда из закона следует, что поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг являются обязательными для соответствующего исполнителя вне зависимости от его волеизъявления, а также в случаях, когда из существа обязательства следует невозможность для исполнителя односторонними действиями прекратить исполнение после истечения срока действия государственного (муниципального) контракта или при превышении его максимальной цены. Исчерпание предельной цены государственного контракта в таком случае не может влечь отказ в удовлетворении требования об оплате фактически оказанных по вине заказчика услуг хранения в соответствии с порядком расчета стоимости хранения, предусмотренным договором.

Равным образом истечение срока действия государственного (муниципального) контракта при наличии неисполненных обязательств не может влечь их прекращение (статья 425 ГК РФ). Поклажедатель обязан оплатить услуги хранения имущества, оказанные по истечении срока действия государственного (муниципального) контракта, в соответствии с порядком расчета стоимости хранения, предусмотренным договором, в том числе, если это повлечет за собой увеличение предельной цены контракта. 

Из условий государственного контракта № 22-2012/07 от 21.11.2012  следует, что он заключен с момента подписания акта приема-передачи судов и до 31.12.2012 (п. 1.2 Контракта).

Из материалов дела судом установлено, что после истечения срока хранения переданных судов ООО «СЕНК ДВ» неоднократно обращалось с требованиями о принятии поклажедателем имущества, обращенного в собственность государства и переданного на хранение ООО «СЕНК ДВ» на основании государственного контракта №22-2012/07 от 21.11.2012 (письма ООО «СЕНК ДВ» от 15.09.2017 №6, от 16.07.2019 №50, от 09.07.2018, от 16.11.2020 №88, от 02.03.2021). 

Однако взаимоотношения сторон не прекратились, находящееся на хранении у истца имущество не было принято заказчиком.

Указанный факт подтверждается материалами дела и не оспаривается ответчиком, следовательно, после 31.12.2012 истцом продолжено оказание услуги по хранению обращенного в доход государства имущества ответчику. Ответчик к истцу с требованием о возврате принятого на хранение имущества не обращался.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что возможность продажи переданного на хранение имущества на основании положений части 2 статьи 899 ГК РФ ограничена пунктом 5.4 контракта, согласно которому на основании части 2 статьи 899 ГК РФ хранитель не вправе при неисполнении заказчиком обязанности по приемке судов по истечению срока контракта самостоятельно продавать суда, находящиеся на его хранении.

Учитывая изложенное выше, руководствуясь правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, коллегия приходит к выводу о том, что отсутствие в спорном периоде между сторонами заключенного договора (государственного контракта) на оказание услуг не освобождает ответчика в силу пункта 4 статьи 896 ГК РФ от обязанности оплатить стоимость фактически оказанных ему истцом услуг с учетом вынужденности хранения спорного имущества.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 891 ГК РФ хранитель обязан принять все предусмотренные договором хранения меры для того, чтобы обеспечить сохранность переданной на хранение вещи. При отсутствии в договоре условий о таких мерах или неполноте этих условий хранитель должен принять для сохранения вещи также меры, соответствующие обычаям делового оборота и существу обязательства, в том числе свойствам переданной на хранение вещи, если только необходимость принятия этих мер не исключена договором. Хранитель, во всяком случае, должен принять для сохранения переданной ему вещи меры, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке (противопожарные, санитарные, охранные и т.п.).

По смыслу приведенных норм права вознаграждение за услуги хранения подлежит взысканию с поклажедателя при условии надлежащего исполнения хранителем принятых на себя обязательств.

Одной из особенностей хранения, отличающей его от прочих видов услуг, является то, что, несмотря на потребление услуги по хранению в процессе ее оказания, это обязательство направлено на достижение конечного результата - выдачу имущества поклажедателю в надлежащем состоянии по окончании срока хранения. Именно в этом заключается интерес поклажедателя.

 Правовая позиция о том, что вознаграждение за услуги по хранению подлежит взысканию с поклажедателя только при условии надлежащего исполнения хранителем принятых на себя обязательств неоднократно излагалась в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.08.2005 №1928/05, Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 24.02.2015 №302-ЭС14-2592 и от 01.08.2019 №301-ЭС19-5994.

В связи с чем, суд  исходит из того, что в рассматриваемом случае исковые требования подлежат удовлетворению в случае доказанности истцом обстоятельств того, что в заявленный период с 01.01.2020 по 30.06.2020 общество добросовестно осуществляло хранение спорных судов и надлежащим образом оказывало услуги в подлежащем оплате объёме.

В соответствии с условиями контракта хранитель принял на себя обязательства по надлежащему хранению (обеспечению сохранности и безопасности) судов, указанных в пункте 1.1 контракта, у причальной стенки (пункт 2.1.3 контракта). 

Под надлежащим хранением в рамках контракта понимается обеспечение сохранности судов у причальной стенки, поддержание их плавучести, сохранности всего находящегося на них промыслового, технического и иного оборудования в том состоянии, в котором они приняты на хранение с учетом их естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие их естественных свойств, а также обеспечение в связи с хранением судов безопасности жизни и здоровья людей, окружающей природной среды, имущества третьих лиц.

Исследуя вопрос о надлежащем исполнении обязанности хранения по спорному контракту, суд установил, что за период длительного хранения общество устанавливало на морские суда кранцы для швартовки, канаты, проводило водолазные работы по обследованию подводной части судов с целью выявления и ремонта пробоин, возникших вследствие естественной коррозии металла, устанавливало цементные ящики для ликвидации течей и предотвращения поступления воды в трюма судов. В целях предупреждения распространения забортной воды внутрь корпусов судов, общество осуществляло ремонтные работы с горловинами, ведущими в междудонные и бортовые отсеки, откачивало воду и технические жидкости из отсеков, ликвидировало течи забортной и дождевой воды. В случае ухудшения погодной обстановки и прогнозируемых атмосферных циклонов заблаговременно принимало меры к укреплению швартовых и прочих элементов судов, производило ремонты швартовых механизмов и приспособлений, установку, ремонт и замену осветительных швартовых огней, иные работы, требуемые для обеспечения сохранности, безопасности и плавучести судов в том числе с применением спецтехники, для чего общество заключило договор №SV-13/19 от 01.03.2019 с индивидуальным предпринимателем ФИО3

По представленным в материалы дела квитанциям к приходным кассовым ордерам за спорный период, оригиналы которых обозревались судом в судебном заседании 25.05.2022, следует, что истцом оплачивались ФИО3 в спорный период денежные средства за оказанные услуги по обеспечению сохранности и плавучести морских судов, что свидетельствует о том, что истец фактически исполнял обязательства по оказанию услуг по хранению имущества, привлекая при этом дополнительные ресурсы и заключая отдельные договоры. 

В подтверждение выполнения обязательств по указанному контракту истец представил акты выполненных работ и ремонтные ведомости, составленный индивидуальным предпринимателем ФИО3 за период взыскания в рамках настоящего дела.

На этом основании довод ответчика о том, что истец не подтвердил надлежащими доказательствами, подтверждающими осуществление истцом каких-либо мероприятий по сохранению судов в спорный период, исполнение обязательств, возложенных на него пунктом 2.1.3 Контракта, и включенных в расчет стоимости услуги по хранению в сутки судом рассмотрен и подлежит отклонению как необоснованный, не соответствующий фактическим обстоятельствам по делу.

Кроме того, согласно акту от 17.11.2020 ООО «СЕНК ДВ» осуществило установку дренажного насоса для откачки воды и иных технических жидкостей. Получение ООО «СЕНК ДВ» указанного оборудования подтверждает универсальный передаточный документ (счет-фактура) №ААВА00003373 от 17.11.2020, выставленный ООО «АВАТРАК». 

Актом установки материалов от 18.09.2020 подтверждается установка обществом на суда «AQUAMARINE» и «SUN BEE» швартовых канатов, приобретенных у ООО «Фабрика Орудий Лова» по счету-фактуре № 18.09.2020.

В соответствии с актом от 16.06.2020 в целях соблюдения мер противопожарной безопасности общество установило на суда огнетушители.

Согласно акту от 05.09.2020 ООО «СЕНК ДВ» установило электрический генератор для питания необходимого оборудования для обеспечения проводимых работ по поддержанию плавучести и безопасной стоянки.

Кроме того, как следует из пояснений истца, у общества установлена вахтенная служба, которая также могла осуществлять какие-либо работы на судах, не опровергается представленными в материалы дела документами.

Указанные акты суд признает надлежащими доказательствами, поскольку указанными документами общество подтвердило использование специального оборудования для обеспечения сохранности судов.

Кроме того, обществом в материалы дела представлен журнал контроля сохранности и безопасности судов, в том числе за спорный период, в котором указаны предпринимаемые обществом меры по обходу территории и осмотру судов. Данный журнал в совокупности с иными доказательствами подтверждает оказание обществом услуг по обеспечению сохранности и безопасности спорных судов в полном объеме. 

На этом основании довод ответчика о том, что в настоящем деле истец не подтвердил надлежащими доказательствами осуществление каких-либо мероприятий по сохранению судов в спорный период и исполнение обязательств, возложенных на него пунктом 2.1.3 контракта, подлежит отклонению.

Доводы ответчика со ссылкой на решение Арбитражного суда Приморского края от 07.06.2016 по делу № А51-4295/2016 о том, что с 2016 года ООО «СЕНК ДВ» не является полноправным владельцем гидравлического сооружения (пирс), расположенного по адресу 

<

...> вследствие чего, не может осуществлять услуги по хранению, не принимается судом.

Поскольку спорным контрактом место хранения имущества не определено, апелляционный суд признает, что отсутствие права собственности на гидравлическое сооружение, к которому суда поставлены на стоянку, не является препятствием для реализации прав и обязанностей хранителя, следовательно, у общества отсутствовала обязанность по перешвартовке судна после изъятия пирса.

Как следует из материалов дела, прекращение договорных отношений по аренде пирса не препятствовало ООО «СЕНК ДВ» фактически пользоваться причальной стенкой пирса для швартовки и хранения судов, принятых по контракту, не ограничивало действия хранителя по обеспечению сохранности и безопасности имущества, что подтверждается актами осмотра имущества от 11.06.2019, от 05.06.2020, составленными самим ответчиком.

Ответчик считает хранение судов ненадлежащим в связи с отсутствием минимального экипажа на судах; хранения судов в опасном для хранения месте, не предназначенном для хранения судов; неосуществление перешвартовки судов для обеспечения их сохранности и безопасности в место, предназначенное для хранения судов; отсутствия обеспечения электричеством, топливом. Между тем, акт осмотра пирса от 27.10.2020, проведенного сотрудниками ООО «СЕНК ДВ», подтверждает факт нахождения морских судов у причальной стенки пирса, обеспечение их сохранности.

Представленными ТУ Росимущества актами проверки, экспертными и сюрвейерскими заключениями за 2020 и 2021 годы, также подтверждается факт нахождения трех спорных судов рыбодобывающего морского траулера «AQUAMARINE», судна «Perume» и краболовного рыботранспортного судна «SunBee» у данного пирса. 

При этом суд учитывает доводы общества о том, что фактическое состояние причального сооружения, отсутствие на нем вспомогательных механизмом, электричества, средств пожаротушения, влияние на качество и объем предоставляемых услуг по сохранности и безопасности судов не оказывало. Необходимыми средствами пожаротушения, генераторами для подачи берегового электропитания, освещения в темное время суток, морские суда были обеспечены силами ООО «СЕНК ДВ». 

Доводы о том, что хранение судов осуществлено истцом в ненадлежащем в виде со ссылкой на отсутствие минимального экипажа на судах, обеспечения электричеством, топливом, признаются судом несостоятельными на основании следующего.

Действительно, согласно пункту 2.1.3 контракта под надлежащим хранением в рамках настоящего контракта понимается обеспечение сохранности судов, поддержание их плавучести, сохранности всего находящегося на них промыслового, технического и иного оборудования, в том состоянии, в котором они приняты на хранение, с учетом их естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие их естественных свойств. А также обеспечение в связи с хранением судов, безопасности жизни и здоровья людей, окружающей природной среды, имущества третьих лиц.

В целях осуществления надлежащего хранения, хранитель обязан, в том числе осуществлять обеспечение судов топливом, электроэнергией, водой, иными расходными материалами, экипажем, которые минимально необходимы для надлежащего хранения; осуществлять противопожарные, санитарные, охранные и другие мероприятия, обязательность которых предусмотрена законом, иными правовыми актами или в установленном ими порядке, а также иные меры, установленные обычаями делового оборота, либо необходимые в конкретных ситуациях для обеспечения надлежащего хранения в течение всего срока хранения; осуществлять швартовку, перешвартовку судов; осуществлять перемещение судов в случае необходимости, если такое перемещение необходимо для обеспечения сохранности и безопасности судов, с обязательным уведомлением заказчика; обеспечивать плавучесть судов, в том числе путем откачки воды.

В соответствии с актом приема-передачи от 21.11.2012 (приложение № 1 к контракту) спорные суда передаются со всем находящимся на бортах промысловыми, техническими и иными средствами, оборудованием, при условии поддержания их в полном рабочем состоянии, обеспечении постановки на причал, и стоянки судов у причала, экологической и иной безопасности судов, содержания минимального состава экипажа, текущего содержания судна и снабжении его топливом, водой и береговым электропитанием в соответствии с условиями проекта государственного контракта.

При этом, спорный контракт, по мнению суда, не определяет конкретный объем действий хранителя по обеспечению судов водой, электроэнергией, топливом, не указывает, какое количество воды, электроэнергии, топлива необходимо поставить на суда, для того, чтобы считать условия контракта исполненными надлежащим образом.

Между тем, судом установлено, что по заявке Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае были проведены сюрвейерское обследование и освидетельствование технического состояния спорных судов, по результатам обследования подготовлены сюрвейерские заключения №8/20/10-2009 от 20.10.2009, №1/04/02-2010 от 04.02.2010, №ДНС 11.21-3293-2013 от 04.10.2013, №10/19.2-20 от 23.11.2020, №343/65.6-20 от 16.11.2020, №343/65.3-20 от 13.11.2020, из содержания которых следует, что суда имеют неухоженное техническое состояние и не могут эксплуатироваться по назначению, поскольку корродированны все части и детали корпуса, основных и вспомогательных механизмов, судового оборудования и систем, исходя из технического состояния спорных судов их дальнейшее использование нецелесообразно в силу возраста судов, большого физического износа и значительных разрушений, коснувшихся корпуса указанных спорных судов, ремонт судов экономически нецелесообразен, согласно статье 49 Кодекса торгового мореплавания суда можно считать конструктивно погибшими.

Таким образом, фактически обществу были переданы суда не в том состоянии, которое указано в акте приема передачи, а конструктивно погибшие. 

При этом, принимая во внимание, что состояние спорных судов зафиксировано в сюрвейерских заключениях, выполненных по заказу ответчика, о том, что предметом контракта являются конструктивно погибшие суда, а не мореходные суда, находящиеся в эксплуатации, достоверно было известно не только хранителю (ООО «СЕНК ДВ»), но и поклажедателю (ТУ Росимущества в Приморском крае), который указанный контракт подписал.

Учитывая состояние спорных судов, зафиксированное в сюрвейерских заключениях, а также положения пункта 5.2 контракта, согласно которому суда должны быть возвращены хранителем в том состоянии, в каком они были приняты на хранение, с учетом их естественного ухудшения, естественной убыли или иного изменения вследствие их естественных свойств, а также учитывая условия государственного контракта, который не определяет конкретный объем действий хранителя по обеспечению судов водой, электроэнергией, топливом, не определяет, какое количество воды, электроэнергии, топлива необходимо поставить на суда, суд  признает принятые обществом меры для обеспечения сохранности судов в том состоянии, в каком они были преданы на хранение, соответствующими обычаям делового оборота, существу обязательства, и свойствам переданной на хранение вещи.

Суд делает вывод, что ответчиком не представлено доказательств того, что состояние судов ухудшилось вследствие ненадлежащего, как считает ответчик, исполнения истцом своих обязательств как хранителя. При этом суд учитывает длительность нахождения спорных судов на хранении у истца (с 21.11.2012).

Довод ответчика о том, что ООО «СЕНК ДВ» в нарушение условий государственного контракта не уведомляло Управление о производимых на пирсе, морских судах ремонтных или каких-либо иных работах, не направляло в адрес Управления отчеты о состоянии судов, не уведомляло о необходимости производства каких-либо работ на судах, о наличии на них повреждений, требующих ремонта, не принимается арбитражным судом, поскольку условиями контракта не предусмотрено согласование проводимых работ с поклажедателем.

Проверив произведенный истцом расчет платы за хранение спорных судов, суд признает его обоснованным и арифметически правильным. 

Довод ответчика о неправильном определении размера стоимости оказанных услуг хранения не принимается судом, поскольку, проанализировав формулировку пункта 4 контракта, суд приходит к выводу о том, что размер вознаграждения установлен в твердой сумме, включает общую стоимость всех расходов, понесенных хранителем в рамках контракта для обеспечения сохранности судов, и не ставится в зависимость от того, в каком объёме и какие действия осуществил хранитель для сохранности имущества. В связи с чем, в настоящем случае не имеет значение размер трат хранителя, соответствуют ли траты хранителя вознаграждению, не превышает ли размер трат (размер расходов на хранение имущества) размер вознаграждения в целом. 

Поскольку истец не имел возможности прекратить обеспечение сохранности переданного ему на хранение имущества, хранение спорного имущества являлось для истца вынужденной мерой. 

Судом отклоняются иные доводы, изложенные в отзыве на иск и дополнениях к нему, поскольку истец не имел возможности прекратить обеспечение сохранности переданного ему на хранение имущества, хранение спорного имущества являлось для истца вынужденной мерой.

Учитывая изложенное выше, принимая во внимание фактическое уклонение ответчика от приемки имущества с хранения от истца, суд приходит к выводу о том, что отсутствие в отношениях истца и ответчика в течение спорного периода государственного контракта не влечет безусловный отказ в удовлетворении иска, так как не является препятствием для квалификации отношений как фактических отношений по хранению, вознаграждение за осуществление которого подлежит оплате ответчиком истцу. 

Руководствуясь вышеизложенным, суд  приходит к выводу о том, что спорная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу ООО «СЕНК ДВ» за фактически оказанные услуги хранения за период 01.01.2020 по 30.06.2020, ответчик в порядке статьи 65 АПК РФ доказательств оплаты задолженности в размере 1 623 350,82 рублей суду не представил, суд приходит к выводу, что первоначальные исковые требования являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению.

В отношении удовлетворения встречных исковых требований суд считает необходимым отказать по следующим основаниям.

Согласно п.2.1.12 контракта хранитель обязан еженедельно предоставлять отчет о состоянии судов. Заказчик вправе потребовать уплату штрафа в размере 100 000 рублей 00 копеек, за каждое несвоевременное предоставление сведений.

Как было установлено выше, государственный контракт № 22-2012/07 от 21.11.2012 был заключен сроком до 31.12.2012 г., соответственно, с 01.01.2013 г. он прекратил свое действие, при этом дальнейшее хранение имущества являлось для ООО «СЕНК ДВ» вынужденным, поскольку было вызвано неисполнением поклажедателем своих обязательств о приеме имущества обратно.

С момента истечения срока прекращения гражданско-правового обязательства прекращается начисление неустойки.

В то время как применительно к поклажедателю в соответствии с прямым указанием закона определено, иное, если по истечении срока хранения находящаяся на хранении вещь не взята обратно поклажедателем, услуги по дальнейшему хранению вещи подлежат оплате (пункт 4 статьи 896 ГК РФ), поскольку вызваны неисполнением поклажедателем своих обязательств по договору и являются вынужденными для хранителя.

В силу ст. 900 ГК РФ и ст. 891 ГК РФ хранитель принимает необходимые меры для обеспечения сохранности и безопасности вещи. 

При этом, факт окончания срока действия договора не означает прекращение всех обязательств, вытекающих из него. Поклажедатель всё ещё обязан принять имущество с хранения и уплатить вознаграждение за хранение, пропорциональное дополнительному времени хранения, а хранитель обязан возвратить поклажедателю или лицу, указанному им в качестве получателя, ту самую вещь, которая была передана на хранение, при этом, в связи с окончанием действия договора, законом в отношении договора хранения не обязывает хранителя исполнять условия прекратившего свое действие договора (контракта), в том числе и в отношении предоставления отчетов.

Ссылка ответчика на пункт 68 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», согласно которому окончание срока действия договора не влечет прекращение всех обязательств по договору, в частности обязанностей сторон уплачивать неустойку за нарушение обязательств, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 3, 4 статьи 425 ГК РФ), подлежит отклонению как основанный на неверном токовании.

 Согласно указанному положению сторона договора не может быть освобождена от ответственности за нарушение условий контракта, совершенных в период его действия. 

Поскольку требование ответчика о взыскании штрафа заявлено со ссылкой на нарушение истцом условий контракта в период с 01.01.2020 по 30.06.2020, то есть после истечения срока действия договора, указанный пункт Постановления Пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 № 7 не подлежит применению в рассматриваемой ситуации.

В связи с тем, что возложение на хранителя иных обязанностей, не связанных с обеспечением сохранности и безопасности вещи действующим законодательством не предусмотрено, соответственно, требование о взыскании неустойки в рамках встречного иска заявлено не обоснованно и удовлетворению  не подлежит.

В силу пункта 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, с учетом того, что по встречному иску госпошлина взысканию с Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае взысканию не подлежит, так как последнее в силу закона освобождено от ее уплаты.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Взыскать с Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Приморском крае  в пользу общества с ограниченной ответственностью «Сенк ДВ» 1 623 350,82 рублей основного долга, а также 29 234,00 рублей расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Выдать исполнительный лист после вступления решения в законную силу, по заявлению взыскателя.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и  в Арбитражный суд Дальневосточного округа  в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу.

 

Судья    Власенко Т.Б.