ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А65-27693/2016

г. Самара

12 апреля 2022 г.

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Мальцева Н.А.,

судей Копункина В.А., Серовой Е.А.,

            при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании 05 апреля 2022 года в помещении суда, в зале № 2,

апелляционные жалобы Федеральной налоговой службы, ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 08 февраля 2022 года, вынесенное по жалобе Федеральной налоговой службы на действия (бездействия) бывшего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур» ФИО2 и действующего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур» ФИО3 объединенные в одно производство с жалобой конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур» ФИО3 на бездействия бывшего конкурсного управляющего ФИО2 (вх.48556) (вх.29489), в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

с участием:

от ФНС России - ФИО4, доверенность от 19.01.2022,

установил:

В Арбитражный суд Республики Татарстан 21.11.2016 поступило заявление индивидуального предпринимателя ФИО5, с.Урманаево, Азнакаевский район, о признании общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан (резолютивная часть решения оглашен 19.06.2017) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО2, члена некоммерческого партнерства Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального Федерального округа».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 (дата оглашения резолютивной части определения), конкурсным управляющим утверждена ФИО3 (ИНН 

<

***>, регистрационный номер в НП СРО «ГАРАНТИЯ» 225), являющаяся членом саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциации арбитражных управляющих «ГАРАНТИЯ».

В Арбитражный суд Республики Татарстан 20.05.2021 поступила жалоба Федеральной налоговой службы на действия (бездействия) бывшего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 и действующего  конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.05.2021 жалоба принята к производству.

В Арбитражный суд Республики Татарстан 11.08.2021 года поступила жалоба действующего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»  ФИО3 на бездействия бывшего конкурсного  управляющего ФИО2

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.08.2021 жалоба принята к производству, объединена в одно производство для совместно рассмотрения жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»  ФИО3 на бездействия арбитражного управляющего ФИО2 (вх.48556) с жалобой Федеральной налоговой службы на действия (бездействия) бывшего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 и действующего  конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.02.2022 жалоба Федеральной налоговой службы на действия (бездействия) бывшего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2 и действующего  конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3, удовлетворена частично.

Признаны незаконными действия арбитражного управляющего ФИО2 выразившиеся в: 

не проведении инвентаризации имущества должника (техники) и не включении ее в конкурсную массу должника;  

в не обеспечении сохранности  имущества должника (Камаз 53504-46 гос.номер 

<

***>, Камаз 53504-46 гос.номер У757КУ116, Камаз 53504-46 гос.номер 

<

***>); 

в непринятии своевременных мер по оспариванию сделки должника с ООО «ТТК Инвест» на сумму 22 934 623 рублей, с ООО «СБК Техносервис» на сумму 157 985 660,30 рублей, с ООО «СБК Техносервис» на сумму 4 871 396,41 рублей; 

в не принятии мероприятий по утверждению порядка продажи и последующей реализации на торгах залогового имущества должника (залоговый кредитор ООО «ТТК Инвест»), а именно КАМАЗ 44108-10, гос.номер Р880РК, трансопртное стредство 68050А на шасси Урал 4320-1951-40, гос.номер 

<

***>.

В удовлетворении остальной части жалобы Федеральной налоговой службы на действия (бездействия) бывшего конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО2, отказано.

Признаны незаконными действия арбитражного управляющего ФИО3 выразившиеся в: 

не принятии мероприятий по утверждению порядка продажи и последующей реализации на торгах залогового имущества должника (залоговый кредитор ООО «ТТК Инвест»), а именно КАМАЗ 44108-10, гос.номер Р880РК, трансопртное стредство 68050А на шасси Урал 4320-1951-40, гос.номер 

<

***>; 

в несвоевременном принятии мер по предъявлению исполнительного листа  на исполнение. 

В удовлетворении остальной части жалобы Федеральной налоговой службы на действия (бездействия) действующего  конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3, отказано.

В удовлетворении заявления Федеральной налоговой службы об отстранении ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, отказано.

Жалоба конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»  ФИО3 на бездействия бывшего конкурсного управляющего ФИО2 удовлетворена частично.  

Признаны незаконными действия арбитражного управляющего ФИО2 выразившиеся в несвоевременном  обращении в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности руководителя должника ФИО6

В удовлетворении остальной части жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»  ФИО3 на бездействия бывшего конкурсного управляющего ФИО2  отказано.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»  ФИО3 о взыскании с бывшего конкурсного управляющего ФИО2 убытков, отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФНС России, ФИО2 обратились в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили его отменить в части, принять новый судебный акт.

Апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание назначено на 12.04.2022.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.

В судебном заседании представитель налогового органа поддержал апелляционную жалобу, просил ее удовлетворить, обжалуемое определение - отменить.

Иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом путем направления почтовых извещений и размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с требованиями абз. 2 ч. 1 ст. 121 АПК РФ, в связи с чем суд вправе рассмотреть апелляционную жалобу в их отсутствие согласно ч. 3 ст. 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции, исходя из следующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу ч. 1 ст. 223 Арбитражного процессуального кодекса РФ  и п. 1 ст. 32 Федерального закона от 26 октября 2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным  процессуальным  кодекса РФ с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Статьей 60 Федерального закона от 26.10.2002г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее по тексту – Закон о банкротстве) предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав.

В случае, если кредитор полагает, что теми или иными действиями арбитражного управляющего нарушены нормы Закона о банкротстве и указанными действиями нарушены права и интересы кредитора, то кредитор вправе обратиться в суд с жалобой на конкретные действия арбитражного управляющего, поскольку для удовлетворения жалобы на основании пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: нарушение арбитражным управляющим законодательства о банкротстве и нарушение такими действиями (бездействием) прав и законных интересов кредиторов (заявителя жалобы).

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий, утвержденный арбитражным судом, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Основанием для удовлетворения жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего является установление арбитражным судом: факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве (неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей), либо факта несоответствия этих действий требованиям разумности, либо факта несоответствия этих действий требованиям добросовестности и  нарушения такими действиями (бездействиями) права и законных интересов лица, обратившегося в арбитражный суд с жалобой в порядке статьи 60 Закона о банкротстве. 

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего бремя доказывания должно распределяться следующим образом: кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего определен в статьях 20.3, 129, 130, 133, 139, 142, 143 Закона о банкротстве, невыполнение которых является основанием для признания действий и бездействия арбитражного управляющего незаконными.

Таким образом, незаконными могут быть признаны только действия (бездействия) конкурсного управляющего, в которых имеется состав нарушений - невыполнение установленных законом обязанностей, которые повлекли нарушение прав кредиторов или должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.11.2016. по делу А65-27693/2016 в отношении ООО «Таттрансконтур» ИНН 

<

***> (423570, 

<

...>) возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2017 в отношении ООО «Таттрансконтур» ИНН 

<

***> введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2, член НП «Ассоциация СРО АУ ЦФО».

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.06.2017 ООО «Таттрансконтур» признано   несостоятельным   (банкротом),   открыто   конкурсное  производство,  конкурсным управляющим утвержден ФИО2, член НП «Ассоциация СРО АУ ЦФО».

Определением Арбитражного суд Республики Татарстан от 25.10.2018 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 конкурсным управляющим ООО «Таттрансконтур» утверждена ФИО3 член СРО ААУ «Гарантия».

Задолженность по обязательным платежам и по денежным обязательствам перед Российской Федерацией, включенная в реестр требований кредиторов составляет в общей сумме 94 701 955,71 руб., в том числе:

во 2-й очереди - 52 073 011,06 руб.;

в 3-й очереди основной долг - 27 196 234,87 руб., пени -15 195 098,82 руб., штраф - 237 610,96 руб. (64% голосов на собрании кредиторов).

В обоснование жалобы уполномоченный орган указывал, что имеются нарушения ФИО2 и ФИО3, выраженные в не проведении инвентаризации и не обеспечении сохранности имущества должника.

Согласно пункту 1 статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на день открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу, за счет которой осуществляется удовлетворение требований конкурсных кредиторов.

Согласно данным налогового органа и ответам ГИБДД, на момент введения в отношении ООО «Таттрансконтур» процедуры конкурсного производства за должником числились, в том числе следующие транспортные средства:

- 8213b7 гос.номер АТ3579 2013 г.в. X8L8213B7D0111490;

- КАВЗ 3976-020 гос.номер Н163КР 2000 г.в. Y0030583;

- ЛАЗ 695н гос.номер Н495КР 1997 г.в. 174566;

- Волжанин 527022 гос.номер Н686КР 2003 г.в. вин номер;

- УАЗ 2206 гос.номер Р186МР 1997 г.в.;

- Камаз 43118 гос.номер У2710У 2013 г.в. вин номер X89689930D0EV3099;

- Камаз 43118 гос.номер У2730У 2013 г.в. вин номер X89689977D0EV3004;

-4863оа (унб-125х32к) гос.номер У923КУ 2013 г.в. вин номер X8948630AD0BD1075;

-4863оа (унб-125х32к) гос.номер У942КУ 2013 г.в. вин номер X8948630AD0BD1074;

- Волжанин 527012 гос.номер Н721КР116;

- Камаз 53504-46 госномер 

<

***>;

- Камаз 53504-46 госномер У757КУП6;

-Камаз 53504-46 госномер 

<

***>.

В силу п.2 ст.129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества, включить в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника.

В соответствии с п. 1.4 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Минфина №49 от 13.06.1995, основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества; сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета; проверка полноты отражения в учете обязательств.

Поскольку согласно разделу 2 Методических рекомендаций в инвентаризационные описи могут быть включены сведения лишь в отношении фактически имеющегося имущества, техника, находящаяся в розыске, такому требованию не отвечает, правовых оснований для проведения ее инвентаризации у конкурсного управляющего не имеется.

Из отчета конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства от 14.06.2018 следует, что все имущество должника ФИО2 передано в адрес ООО «ТТК-Инвест» ИНН 

<

***> по договору ответственного хранения б/н от 02 октября 2017г. (хранение транспортных средств), стоимость услуги 100 000 рублей в месяц. В случае изменения объема имущества, передаваемого на хранение, вознаграждение может быть увеличено.

Согласно договору ответственного хранения от 02.10.2017г., заключенному с ООО «ТТК Инвест» ФИО2 были переданы, в том числе следующие транспортные средства должника:

- 8213b7 гос.номер АТ3579 2013 г.в. X8L8213B7D0111490 (номер в акте приема передачи 29);

- КАВЗ 3976-020 гос.номер Н163КР 2000 г.в. Y0030583 (номер в акте приема передачи 49);

- ЛАЗ 695н гос.номер Н495КР 1997 г.в. 174566 (номер в акте приема передачи 72);

- Волжанин 527022 гос.номер Н686КР 2003 г.в. вин номер Х4К52702230000041(номер в акте приема передачи 91);

- УАЗ 2206 гос.номер Р186МР 1997 г.в. (номер в акте приема передачи 133);

- Камаз 43118 гос.номер У2710У 2013 г.в. вин номер X89689930D0EV3099;

- Камаз 43118 гос.номер У2730У 2013 г.в. вин номер X89689977D0EV3004;

- 4863оа (унб-125х32к) гос.номер У923КУ 2013 г.в. вин номер X8948630AD0BD1O75;

- 4863оа (унб-125х32к) гос.номер У942КУ 2013 г.в. вин номер X8948630AD0BD1074;

- Волжанин 527012 гос.номер Н721КР116 (номер в акте приема передачи 102).

Согласно п.2.5 Договора ответственного хранения, хранитель не вправе использовать переданное на хранение имущество для других целей без письменного согласия Поклажедателя.

Таким образом, фактическое наличие техники у должника подтверждается заключенным договором ответственного хранения от 02.10.2017 и подписанным актом приема-передачи техники.

Согласно опубликованным сообщениям на ЕФРСБ от 14.10.2017 и от 19.03.2018г., конкурсным управляющим ФИО2 проведена инвентаризации имущества должника, в конкурсную массу включено 89 транспортных средств (инвентаризационная опись от 11.10.2017 №11) и 68 единиц транспортных средств, находящихся в подразделении в г. Муравленко (инвентаризационная опись от 15.03.2018 № 13).

Однако вышеуказанные транспортные средства, переданные на ответственное хранение ООО «ТТК Инвест», в инвентаризационные описи не включались.

Возражая относительно заявленных требований, бывший конкурсный управляющий ФИО2 указывал, что в рамках заключенного Договора ответственного хранения от 02 октября 2017 г. ООО «Таттрансконтур» (Поклажедатель) с ООО «ТТК-Инвест» (Хранитель) Хранитель взял на себя обязательство доставить Имущество с места фактического нахождения: обособленного подразделения ООО «Таттрансконтур» 

<

...> г.Нурлат до места хранения (пункт 2.7.).

Местом хранения Имущества на хранение: Россия, 

<

...>.

В инвентаризации фактически доставленного до места хранения имущества принимал участие директор ФИО6, который в свою очередь проставлял подпись как лицо, ответственное за сохранность основных средств.

В условиях не опровергаемой осведомлённости о наличии имущества фактически существовала невозможность проведения инвентаризации недоставленного к месту хранения имущества в пределах общего срока конкурсного производства без продлений срока производства, в том числе обусловленных и иными причинами и основаниями.

Таким образом, предлагаемая заявителем ответственность не может быть однозначно назначена по одному лишь формальному основанию моего участия в определенный период конкурного производства, без доказательств того, что нарушения носят неустранимый характер, и находятся в причинной следственной связи с  заявленными в жалобе ущербом и убытками, а также нарушениями прав кредиторов.

Кроме того, действующим конкурсным управляющим предприняты меры по возмещению убытков, причиненных ненадлежащим хранением (дело А65-3759/2020), что также отражено в жалобе.

Однако, заключая договор ответственного хранения, ответчик ФИО2, тем самым подтвердил факт наличия спорных транспортных средств на момент признания должника банкротом. Согласно ответам ГИБДД, на момент введения в отношении ООО «Таттрансконтур» процедуры конкурсного производства за должником числились спорные транспортные средства. В свою очередь, ответчик не опроверг свою осведомленность о наличии у должника указанных транспортных средств. Кроме того, ответчик не доказал  фактическое отсутствие спорных транспортных средств, как на момент признания должника банкротом по месту их нахождения (г. Муравленко, г. Нурлат, г. Набережные Челны), так и после заключения договора хранения, а также  формальное заключение договора хранения.

При этом, у конкурсного управляющего имелась возможность провести осмотр имущества должника по мету его нахождения.

В соответствии с пунктом 1.4 Методических указаний, основными целями инвентаризации являются: выявление фактического наличия имущества, сопоставление фактического наличия имущества с данными бухгалтерского учета, проверка полноты отражения в учете обязательств.

При наличии сведений о зарегистрированных за должником транспортных средств, заключения договора ответственного хранения, у конкурсного управляющего ФИО2 имелась возможность провести осмотр и выявить фактическое наличие имущества.

Указанные мероприятия конкурсным управляющим не проведены, доказательства невозможности осмотра и инвентаризации объектов имущества (отсутствия доступа управляющего к транспортным средствам) в материалах дела отсутствуют.

Бездействие конкурсного управляющего, выраженное в непроведении инвентаризации в части имущества, не соответствует требованиям закона, что существенно нарушает права и законные интересы кредиторов, имеющих право на более полное удовлетворение своих требований, с учетом того, что процедура банкротства носит срочный характер.

В силу пункта 1 статьи 28 Закона о банкротстве сведения, подлежащие опубликованию в соответствии с настоящим Федеральным законом, включаются в ЕФРСБ и опубликовываются в официальном издании, определенном Правительством Российской Федерации по результатам проведенного регулирующим органом конкурса между редакциями печатных изданий.

На основании пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве сведения о результатах инвентаризации имущества должника в течение трех рабочих дней с даты ее окончания подлежат включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.

Суд первой инстанции правомерно отклонил довод ответчика ФИО2, что оснований для признания указанных бездействий не имеется, поскольку не носят неустранимый характер, может быть проведения повторная инвентаризация имущества.

Как верно отмечено судом первой инстанции, Закон о банкротстве предписывает проведение инвентаризации в качестве первоочередного мероприятия конкурсного управляющего наряду с принятием имущества должника в ведение: в соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 23.06.2016 № 222-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации") конкурсный управляющий обязан принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества в срок не позднее трех месяцев с даты введения конкурсного производства, если более длительный срок не определен судом, рассматривающим дело о банкротстве, на основании ходатайства конкурсного управляющего в связи со значительным объемом имущества должника.

Указанная норма в прежней редакции, действительно не устанавливала срок проведения инвентаризации имущества должника.

В то же время, указанное обстоятельство не предоставляет арбитражному управляющему права отступать от принципа добросовестности и разумности при осуществлении его полномочий.

Инвентаризация имущества должника по общему правилу осуществляется в максимально короткие сроки, так как от итогов инвентаризации зависит осуществление других целей конкурсного производства, а именно: оценка имущества должника, реализация имущества и расчеты с кредиторами.

При этом, договор ответственного хранения был заключен 02.10.2017, конкурсный управляющий ФИО2 был освобожден от исполнения обязанностей 25.10.2018. Таким образом, ФИО2 мог провести повторную инвентаризацию спорного имущества еще в течение одного года.

Кроме того, отмечено, что повторную инвентаризацию иного имущества, ответчик ФИО2 провел 19.03.2018. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО2, препятствий для проведения  повторной инвентаризации спорных транспортных средств также 19.03.2018, не установлено.

Таким образом, конкурсный управляющий ФИО2 в нарушение требования п.2 ст.129 Закона о банкротстве не провел инвентаризацию вышеуказанной техники и не включил ее в конкурсную массу должника.

Вместе с тем, определением Арбитражного суд Республики Татарстан от 25.10.2018 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур».

Новый конкурсный управляющий должника ФИО3 при участии сотрудников налогового органа провела осмотр техники, переданной ФИО2 на хранение в ООО «ТТК Инвест». Согласно Акту осмотра имущества ООО «Таттрансконтур» от 28.03.2019 подписанного конкурсным управляющим должника ФИО3, представителем ООО «ТТК Инвест» и сотрудниками налогового органа, на момент осмотра вышеуказанная техника отсутствовала на месте хранения.

УФНС России по Республике Татарстан  в адрес конкурсного управляющего ФИО3 направило запрос от 07.09.2020 № 2.23-22/023436 о предоставлении в срок не позднее 20.09.2020 пояснений с подтверждающими документами из ГИБДД по факту отсутствия вышеуказанных транспортных средств по месту хранения, а также сведения о проведенных мероприятиях по розыску данных транспортных средств и включению их в конкурсную массу должника.

В адрес УФНС России по Республики Татарстан поступили письма конкурсного управляющего от 02.10.2020 в адрес Отделения ГИБДД по Азнакаевскому району и в адрес ООО «ТТК Инвест» о предоставлении пояснений о местонахождении вышеуказанной техники и о совершавшихся регистрационных действиях. До настоящего времени местонахождение данного имущества кредиторам неизвестно, информация об этом имуществе в отчетах конкурсного управляющего отсутствует.

ФИО3 21.10.2020  (более чем через год после выявления отсутствия переданной техники на месте хранения) обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о взыскании с ООО «ТТК Инвест» убытков на сумму 1 000 000 руб.

Решение суда по данному заявлению не принято в связи с проведением экспертизы по определению размера убытков.

При этом, решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.07.2020  по делу А65-3759/2020 с ООО «Таттрансконтур» в пользу хранителя ООО «ТТК Инвест» взысканы 2 097 774,19 руб. за оказанные услуги по договору ответственного хранения №б/н от 02 октября 2017г.

По мнению уполномоченного органа, конкурсный управляющий ФИО3 не обращалась к хранителю с письмом о необходимости заключения дополнительного соглашения об уменьшении стоимости услуги за хранение, в связи с поэтапным уменьшением количества находящегося на хранении техники, в связи с ее реализацией на торгах.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, договор ответственного хранения между ООО «ТТК-Инвест» и ООО «Таттрансконтур» заключен 02.10.2017 года.

На момент заключения договора ответственного хранения, обязанности конкурсного управляющего исполнял ФИО2

Действующий в настоящий момент конкурсный управляющий ООО «Таттрансконтур» - ФИО3 приступила к исполнению своих обязанностей с 17.01.2019.

В момент передачи от предыдущего конкурсного управляющего ФИО2 действующему конкурсному управляющему ФИО3 документации должника, в части ответственного хранения были переданы: оригинал указанного договора ответственного хранения от 02.10.2017, с приложением №1 (перечень передаваемого на ответственное хранение Имущества) от 02.10.2017, и акт приёма – передачи имущества по договору ответственного хранения от 02.10.2017.

При этом, как пояснила конкурсный управляющий ФИО3 отсутствовали какие-либо документы, подтверждающие действительное наличие/отсутствие и нахождение имущества, перечисленного в договоре ответственного хранения, подтверждающие какие-либо разногласия между сторонами договора в оспариваемый период исполнения ФИО2 своих обязанностей как конкурсного управляющего «Таттрансконтур» (с 02.10.2017г. по 17.01.2019г.), уменьшения охраняемого имущества (в случае реализации имущества в процедуре банкротства) или же увеличения (в случае выявления нового имущества должника), а так же каких-либо актов оказанных услуг по договору ответственного хранения.

Соответственно, действующий конкурсный управляющий ООО «Таттрансконтур» - ФИО3 не располагал достоверной информацией, подтверждающей добросовестное исполнение ответственным хранителем ООО «ТТК-Инвест» своих обязательств по Договору ответственного хранения от 02.10.2017г. в период исполнения обязанностей конкурсным управляющим ФИО2 (с 02.10.2017г. по 17.01.2019г.).

В заявленном периоде взыскания ФИО3, в связи с исполнением договора хранения хранителем приняла услуги по хранению за период с 01.01.2019  по 31.06.2019 (6 месяцев). Так как период взыскания (предмет иска) заявлен в размере: 2 097 774,19 руб. за период с сентября 2017 года по июнь 2019 года включительно, то ответчик ООО «Таттрансконтур»,  в лице конкурсного управляющего ФИО3 в части взыскания по 100 000 руб. за период с 01.01.2019 г. по 31.06.2019 г. (6 месяцев) = 600 000 руб. – оставил вопрос о взыскании на усмотрение суда. В части остальной суммы 1 497 774,19 руб. (2 097 774,19 – 600 000 = 1 497 774,19) за период с сентября 2017 года по 31.12.2018 года ФИО3 не располагала документами и сведениями о принятии предыдущим конкурсным управляющим ФИО2 оказанных по хранению услуг. И соответственно, в указанной части были заявлены возражения в суде первой инстанции, в суде апелляционной инстанции.

Суд, рассмотрев ходатайство конкурсного управляющего ФИО3, отказал в удовлетворении ходатайства о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО2

Рассматривая исковое требование о взыскании задолженности за услуги хранения, суд пришел к выводу, учитывая, что задолженность ООО «Таттрансконтур»   перед ООО «ТТК-Инвест» подтверждается документально, в том числе актом приема-передачи от 2.10.2017г., требование истца о взыскании 2 097 774 руб. 19 коп.  долга за период с 1.10.2017г. по 30.06.2019г.,  в силу  ст. 307-309, 886, 896 ГК РФ является правомерным и подлежит удовлетворению судом.    

В силу абзаца 8 пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Устанавливая данную обязанность конкурсного управляющего, Закон о банкротстве не конкретизирует ее содержание, а именно, что считать в каждом конкретном случае необходимым и достаточным для выполнения обязанности по предъявлению требований об истребовании задолженности. В данном случае при определении указанных критериев необходимо исходить из цели проведения таких мероприятия, которая согласно положениям статьи 2 Закона о банкротстве, заключается в наиболее полном формировании конкурсной массы для цели удовлетворения требований кредиторов должника. Следовательно, действия по истребованию долга должны иметь конечной целью - пополнение на соответствующую сумму долга конкурсной массы.

Действующие положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности с положениями Закона о банкротстве, позволяют выделить ряд этапов по взысканию долга:

- направление претензии должнику с требованием об оплате;

- формирование искового заявления, направление его должнику и в суд;

- взыскание долга в судебном порядке;

- предъявление исполнительного листа к принудительному исполнению в порядке, предусмотренном Законом об исполнительном производстве.

При этом в каждом конкретном случае фактическая возможность обращения в суд должна оцениваться на предмет наличия первичных документов, подтверждающих задолженность.

Принимая во внимание положения статей 20.3, 129 Закона о банкротстве, добросовестным и разумным поведением арбитражного управляющего при формировании конкурсной массы будет совершение исчерпывающих мер, направленных на сохранение конкурсной массы, в том числе путем опровержения необоснованных и неправомерных требований кредиторов.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о совершении в рассматриваемом случае действий конкурсным управляющим, направленных на уменьшение долга в судебном порядке,  с учетом имеющихся у него в распоряжении первичных документов бухгалтерского учета.

При этом, уполномоченный орган, не пояснил какие обстоятельства имели место быть, подтверждающие уменьшение стоимости услуг хранения, о которых конкурсный управляющий ФИО3 знала, но не заявила в суде первой инстанции. Также, уполномоченный орган не представил в дело доказательства, подтверждающие факт изменения количества единиц техники, переданной на хранение.  

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что оснований для удовлетворения жалобы в указанной части не имеется.

В тоже время, в обоснование жалобы уполномоченный орган указывал, что в процедуре конкурсного производства, минуя торги, в нарушение ст. 110, 111, 139 Закона о банкротстве, регламентирующих порядок и последовательность действий при реализации имущества должника, были отчуждены в адрес ООО «ТТК Инвест» следующие вышеуказанные транспортные средства ООО «Таттрансконтур», которые не были включены в инвентаризационную опись и не переданы на ответственное хранение:

Камаз 53504-46 гос.номер 

<

***> отчужден 23.03.2018;

Камаз 53504-46 гос.номер У757КУ116 отчужден 23.03.2018;

Камаз 53504-46 гос.номер 

<

***> отчужден 23.03.2018.

По сути, исключение указанного имущества из конкурсной массы, повлекло за собой удовлетворение требований аффилированного лица должника ООО «ТТК Инвест» во внеочередном порядке, преимущественно перед требованиями иных конкурсных кредиторов. Однако со стороны конкурсных управляющих должника никаких действий направленных на поиск, выявление, возврат и обеспечение сохранности указанного имущества должника не проводилось.

Как следует из ответа ГИБДД от 22.11.2021 исх. №33/16922, установлен факт смены собственника транспортных  средств Камаз 53504-46 гос.номер 

<

***> отчужден 23.03.2018; Камаз 53504-46 гос.номер У757КУ116 отчужден 23.03.2018;  Камаз 53504-46 гос.номер 

<

***> отчужден 23.03.2018 от должника ООО «Таттрансконтур» на ООО «ТТК-Инвест».

При этом, исходя из даты регистрации,  отчуждение транспортных средств  было произведено в период конкурсного производства и исполнения ФИО2 обязанностей конкурсного управляющего  должника.

Возражая на заявленные требования, конкурсный управляющий ФИО2 указывал, что каких-либо договоров на продажу имущества должника, минуя порядок, предусмотренный   ст. 110, 111, 139 Закона о банкротстве, не подписывал.

Между тем, в силу п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан, в частности, принять в ведение имущество должника; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника, исполнять иные установленные данным Законом обязанности.

Указанная норма императивно обязывает конкурсного управляющего принимать меры, направленные на обеспечение сохранности имущества должника, целью которых является не только предупреждение совершения третьими лицами в отношении объектов, включенных в конкурсную массу должника, действий уголовно наказуемого характера, а любых несанкционированных действий (посягательств) третьих лиц в отношении имущества должника.

В силу статьи 131 Закона о банкротстве все имущество должника, имеющееся на дату открытия конкурсного производства и выявленное в ходе конкурсного производства, составляет конкурсную массу.

Поскольку статьями 131, 134 Закона о банкротстве установлено, что требования кредиторов подлежат удовлетворению за счет имущества, включенного в конкурсную массу, вышеназванные обязанности конкурсного управляющего направлены на обеспечение реализации кредиторами права на удовлетворение их требований к должнику, в том числе за счет имущества, являющегося предметом залога.

Конкурсный управляющий в силу пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве обязан принять все необходимые и разумные меры, достаточные для обеспечения сохранности имущества.

Согласно Обзору судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016) передача возложенных на арбитражного управляющего в деле о банкротстве обязанностей третьим лицам не освобождает его от ответственности, предусмотренной пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве.

Конкретных мер по обеспечению сохранности имущества должника, а также оснований их применения Закон о банкротстве не содержит, следовательно, арбитражный управляющий в каждом конкретном случае должен действовать исходя из необходимости, основываясь на принципах добросовестности, разумности, приоритета интересов должника, кредиторов и общества.

Учитывая вышесказанное, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о ненадлежащем исполнении арбитражным управляющим ФИО2 своих обязанностей по обеспечению сохранности имущества должника.

Отметил, что при проявлении конкурсным управляющим должной степени заботливости и осмотрительности, которая требовалась от конкурсного управляющего в целях надлежащего исполнения обязательств, наступивших негативных последствий можно было избежать.

Кроме того, бездействие, свидетельствует о  ненадлежащем исполнении конкурсным управляющим ФИО2 своих обязанностей по поиску, выявлению и возврату имущества должника, что нарушает права кредиторов на наиболее полное удовлетворение своих требований за счет имущества должника.

В части жалобы на бездействия действующего конкурсного управляющего ФИО3, выразившиеся в  ненадлежащем исполнении своих обязанностей по поиску, выявлению и возврату имущества должника, отсутствуют основания для удовлетворения жалобы.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, исходя из следующего.

Как установлено судом первой инстанции, арбитражный управляющий ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «ТТК-Инвест», г. Азнакаево   о взыскании 10 583 516 руб. убытков.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 26.07.2021 по делу А65-25044/2020 иск удовлетворен частично. С общества с ограниченной ответственностью «ТТК-Инвест», г. Азнакаево, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г. Нижнекамск, (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 5 792 508 руб. убытков и 54 731 руб. 41 коп. расходов по судебной экспертизе.

Таким образом, довод уполномоченного органа, что арбитражный управляющий ФИО3 бездействует, не исполняет свои обязанности по возврату имущества должника, опровергаются материалами дела.

Относительно нарушения ФИО3, выразившееся в заключении с ООО «ТТК Инвест» мирового соглашения до урегулирования вопроса по выплате неустойки ФИО7, за нарушение сроков по передаче оплаченных транспортных средств покупателю, что в последующем привело к нарушению прав и интересов конкурсных кредиторов и причинило убытки должнику на общую сумму 12 611 руб.

В ходе конкурсного производства конкурсным управляющим ООО «Таттрансконтур» ФИО2 были организованы торги по реализации имущества должника, в том числе двух автобусов:

- ПАЗ 4234, VIN 

<

***>, гос.рег.знак 

<

***>, 2013 г.в.;

- ПАЗ 4234, VIN 

<

***>, гос.рег.знак 

<

***>, 2013 г.в.

По результатам торгов 28.06.2018 между ООО «Таттрансконтур» (продавец) и ФИО8.(покупатель) были заключены:

- договор купли-продажи № 1, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать покупателю ПАЗ 4234, VPW 

<

***>, гос.рег.знак 

<

***>, 2013 г.в. стоимостью 616000 руб. (п. 2.1 договора) в течение 3 дней с момента оплаты имущества покупателем;

- договор купли-продажи № 2, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать покупателю ПАЗ 4234, VIN 

<

***>. гос.рег.знак 

<

***>, 2013 г.в. стоимостью 616000 руб. (п. 2.1 договора) в течение 3 дней с момента оплаты имущества покупателем.

Покупателем оплата внесена в следующем порядке: за автобус ПАЗ 4234, VIN 

<

***>, гос.рег.знак 

<

***>. 2013г.в. - 24.06.2018 61600 руб. 24.06.2018 (задаток), 19.07.2018 - 554400 руб. на основании договора. за автобус ПАЗ 4234, VIN 

<

***>, гос.рег.знак 

<

***>, 2013 г.в. -24.06.2018 (задаток), 18.07.2018 - 554400 руб. на освоении договора.

Перечисление денежных средств осуществлено ФИО9 на основании расписки от 29.06.2018.

В связи с не передачей хранителем имущества конкурсному управляющему должника  ФИО2, для последующей  передачи  покупателю, ФИО2  29.08.2018 обратился  в Арбитражный   суд  Республики   Татарстан  с  заявлением об   обязании  ООО «ТТК Инвест» возвратить ООО «Таттрансконтур» вышеуказанные транспортные средства.

Решением Арбитражного суд Республики Татарстан от 15.11.2018 заявление конкурсного управляющего должника ФИО2 удовлетворено, суд обязал ООО «ТТК Инвест» вернуть в адрес ООО «Таттрансконтур» вышеуказанную технику.

Определением Арбитражного суд Республики Татарстан от 25.10.2018 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 конкурсным управляющим ООО «Таттрансконтур» утверждена ФИО3.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.05.2019 решение Арбитражного суд Республики Татарстан от 15.11.2018 об обязании ООО «ТТК Инвест» вернуть в адрес ООО «Таттрансконтур» вышеуказанную технику отменено, в связи с заключением между ООО «Таттрансконтур», в лице ФИО3, и ООО «ТТК Инвест», в лице ФИО10, мирового соглашения, согласно которому ООО «ТТК Инвест» обязалось до 31.03.2019 года вернуть транспортные средства должнику. Согласно п.5 Мирового соглашения стороны подтвердили отсутствие каких либо претензий друг к другу.

29.03.2019 новым конкурсным управляющим должника ФИО3 Автобусы переданы ФИО7, что подтверждено имеющимися в материалах дела актами приема-передачи.

17.08.2020 ФИО7 обратился в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о взыскании с ООО «Таттрансконтур» неустойки по вышеуказанным договорам купли продажи на общую сумму 12 320 руб. в виду следующего.

Пунктами 4.1 договоров купли-продажи № 1 от 28.06.2018 и № 2 от 28.06.2018 предусмотрено, что в случае нарушения одной из сторон обязательств по данному договору, сторона, нарушившая условии договора, уплачивает другой стороне пени в размере 1% от стоимости имущества, указанной в пункте 2.1 договора.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 29.03.2021 по делу А65-19243/2020 с ООО «Таттрансконтур» в пользу ФИО8 взыскано 12320 руб. неустойки и 291 руб. расходов по оплате госпошлины.

По мнению уполномоченного органа, ФИО3, заключив мировое соглашение с ООО «ТТК Инвест» и согласившись с пунктом 5 соглашения об отсутствии претензий между сторонами  приняла на должника обязательства перед ФИО7 за нарушение сроков по передаче оплаченных  вышеуказанных   транспортных   средств   покупателю,   что   в   последующем  привело к нарушению прав и интересов конкурсных кредиторов и причинило убытки должнику на общую сумму 12 611 руб.

Действуя добросовестно и в интересах кредиторов должника ФИО3 не должна была принимать условия мирового соглашения до урегулирования с ООО «ТТК Инвест»  вопроса по   выплате неустойки ФИО7, которая возникла в результате нарушения со стороны   ООО «ТТК Инвест» условий договора ответственного хранения по передаче имущества поклажедателю по его требованию.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с представленной позицией заявителя жалобы (уполномоченного органа) в указанной части жалобы по следующим основаниям.

Принимая во внимание положения статей 20.3, 129 Закона о банкротстве, добросовестным и разумным поведением арбитражного управляющего при формировании конкурсной массы будет совершение исчерпывающих мер, направленных на сохранение конкурсной массы,

В силу части 2 статьи 138 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации стороны могут урегулировать спор, заключив мировое соглашение, если это не противоречит федеральному закону.

Мировое соглашение заключается в письменной форме и подписывается сторонами или их представителями при наличии у них полномочий на заключение мирового соглашения, оно должно содержать согласованные сторонами сведения об условиях, о размере и о сроках исполнения обязательств друг перед другом или одной стороной перед другой, кроме того, в нем могут содержаться условия об отсрочке или о рассрочке исполнения обязательств ответчиком, об уступке прав требования, о полном или частичном прощении либо признании долга, о распределении судебных расходов и иные условия, не противоречащие федеральному закону (части 1 - 3 статьи 140 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что по своей правовой природе мировое соглашение содержит элементы гражданско-правовой сделки, поскольку представляет собой волеизъявление сторон, направленное на изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно статье 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству, может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон.

Согласно пункту 1 статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации исчисление срока исполнения обязательства допускается в том числе с момента исполнения обязанностей другой стороной или наступления иных обстоятельств, предусмотренных законом или договором. Подобным же образом, в силу статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, исполнение обязанностей, а равно и осуществление, изменение и прекращение определенных прав по договорному обязательству может быть обусловлено совершением или несовершением одной из сторон обязательства определенных действий либо наступлением иных обстоятельств, предусмотренных договором, в том числе полностью зависящих от воли одной из сторон (ответ на вопрос 2 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2017).

В соответствии с определением Конституционного Суда Российской Федерации от 24.02.2004 № 1-О мировое соглашение представляет собой соглашение сторон о прекращении спора на основе добровольного урегулирования взаимных претензий и утверждения взаимных уступок, что является одним из процессуальных средств защиты субъективных прав.

Согласно части 6 статьи 141, части 5 статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд не утверждает мировое соглашение, если оно противоречит закону или нарушает права и законные интересы других лиц.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.07.2014 № 50 "О примирении сторон в Арбитражном процессе" (далее - постановление Пленума от 18.07.2014 № 50), на основании части 1 статьи 138 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд при рассмотрении дела обязан принимать меры для примирения сторон, содействовать им в урегулировании спора, руководствуясь при этом интересами сторон и задачами судопроизводства в арбитражных судах.

Согласно пункту 12 постановления Пленума от 18.07.2014 № 50 третьи лица вправе заявлять доводы о нарушении их прав и законных интересов мировым соглашением, что не препятствует утверждению арбитражным судом мирового соглашения, если такие доводы не найдут подтверждения при рассмотрении судом данного вопроса.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 14 постановления Пленума от 18.07.2014 № 50, арбитражный суд при рассмотрении вопроса об утверждении мирового соглашения исследует фактические обстоятельства спора и представленные лицами, участвующими в деле, доводы и доказательства, дает им оценку лишь в той степени и насколько это необходимо для установления соответствия мирового соглашения требованиям закона и отсутствия нарушений прав и законных интересов других лиц (часть 6 статьи 141 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), в частности проверяет полномочия лиц, подписавших проект мирового соглашения, наличие волеизъявления участника спора на заключение мирового соглашения, соответствие проекта мирового соглашения императивным нормам действующего законодательства, а также изучает проект мирового соглашения для целей выявления условий, затрагивающих права и законные интересы лиц, не участвующих в деле, с учетом положений пункта 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела, в частности представленный на утверждение суда текст мирового соглашения, установив, что требования к форме и содержанию мирового соглашения, предусмотренные статьей 140 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, сторонами соблюдены, мировое соглашение подписано законными представителями истца и ответчика, условия мирового соглашения не противоречат действующему законодательству и не нарушают права и законные интересы третьих лиц, суд первой инстанции обоснованно утвердил мировое соглашение и на основании части 2 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации прекратил производство по делу.

В постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 № 10-П отмечено, что по смыслу статей 1 (часть 1), 2, 18, 46, 55 (часть 3) и 118 Конституции Российской Федерации, обязывающих Российскую Федерацию как правовое государство к созданию эффективной системы защиты конституционных прав и свобод посредством правосудия, неотъемлемым элементом нормативного содержания права на судебную защиту, имеющего универсальный характер, является право заинтересованных лиц, в том числе не привлеченных к участию в деле, на обращение в суд за защитой своих прав, нарушенных неправосудным судебным решением.

В связи с изложенным, если лицу в судебном разбирательстве противопоставляется судебный акт по другому разбирательству, в котором оно не участвовало, правопорядок должен обеспечивать этому лицу право на судебную защиту, в том числе путем обеспечения возможности представить свои доводы и доказательства по вопросу, решенному этим судебным актом.

Одним из способов обеспечения защиты такого лица в подобной ситуации, признаваемым правопорядком, является предоставление ему права обжалования соответствующего судебного акта.

Жалоб на действия арбитражного управляющего, связанных с заключением мирового соглашения, кредиторами, не подавалось, постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2017 об утверждении мирового соглашения, в том числе и по основаниям, что оно нарушает права и законные интересы кредиторов в деле о банкротстве ООО «Татрансконтур» не обжаловалось и не отменялось.

Транспортные средства, являющиеся предметом мирового соглашения, поступили в конкурсную массу должника.

В связи с заключением мирового соглашения, ФИО3 смогла произвести розыск (с помощью ответственного хранителя) и передать покупателям: ФИО11 четыре, а не три транспортных средства. В противном случае размер ущерба ООО «Таттрансконтур» мог составить сумму стоимости транспортного средства. При этом,  сумма неустойки  образовалась в период бездействия предыдущего конкурсного управляющего ФИО2 в период с момента объявления победителя торгов в отношении спорного транспортного средства, до момента розыска и передачи транспортного средства покупателю арбитражным управляющим ФИО3 Как следует из материалов дела, фактически ФИО2 реализовал транспортное средство, которое впоследствии было утрачено.

При этом, по условиям мирового соглашения, транспортные средства фактически переданы на одну единицу больше, чем в заявленном иске ФИО2

Кроме того, суд отказал во взыскании с должника упущенной выгоды в размере 800 000 руб.

Так, в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФИО3 были приняты следующие меры, направленные на получение денежных средств в конкурсную массу должника и передачу реализованного имущества покупателям. Подписаны договоры и акты приема – передачи транспортных средств, а также совершена их передача покупателям. 

Неразумности и недобросовестности в действиях арбитражного управляющего ФИО3 в этой части не установлено. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оснований для удовлетворения жалобы в указанной части не имеется.

Кроме этого, из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника. а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Кроме того, по смыслу п. 1 ст. 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения. направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о признании сделок недействительными (п.п. 2 из ст. 129, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве).

Согласно п.1 ст.61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 .Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", заявление об оспаривании сделки на основании статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений пункта 2 статьи 126, статьи 129 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1. Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", моментом возникновения у конкурсного управляющего (исполняющего обязанности конкурсного управляющего) полномочий на оспаривание сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона, является дата объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и открытия процедуры конкурсного производства.

При этом несвоевременное проведение конкурсным управляющим анализа сделок должника на предмет наличия оснований для их оспаривания не является основанием, для исчисления срока исковой давности со дня проведения анализа, учитывая, в том числе, что процедура конкурсного производства вводится на срок до шести месяцев (пункт 2 статьи 124 Закона о банкротстве). Ограниченный законодательством срок предполагает, что конкурсный управляющий имуществом должника обязан провести анализ сделок должника до истечения срока конкурсного производства и исковой давности.

Как профессиональный участник конкурсного производства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок.

Действуя разумно и осмотрительно, конкурсный управляющий понимает, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), поэтому обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок.

Если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63).

Отмечено, что конкурсное производство в отношении должника было введено 19.06.2017 и конкурсный управляющий ООО «Таттрансконтур» ФИО2, (который еще и был временным управляющим должника) в срок до 19.06.2018 должен был обратиться с заявлениями о признании сделок должника недействительными.

Как установлено судом первой инстанции, конкурсным управляющим ООО «Таттрансконтур» ФИО2 сделки должника не оспаривались.

Относительно нарушения ФИО2 и ФИО3, выраженные в не оспаривании сделок должника с ООО «СБК Техносервис», усматривается следующее.

02.12.2019 в адрес налогового органа по запросу от 05.11.2019 от конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО3 поступили письма-заявления об одностороннем зачете взаимных требований между ООО «Таттрансконтур» и ООО «СБК-Техносервис на общую сумму 4 871 396,41 руб.

Ни конкурсный управляющий ФИО2, ни ФИО3 самостоятельно не обращались в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании вышеуказанных зачетов недействительными.

В связи с чем, УФНС России по Республике Татарстан обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании указанных писем зачетов недействительными.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.03.2020 заявление удовлетворено, восстановлено право требования ООО «Таттрансконтур» к ООО «СБК-Техносервис» на общую сумму 4 871 396,41 руб.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2020 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.03.2020 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 29.10.2020 судебные акты нижестоящих инстанций отменены, спор направлен на новое рассмотрение.

Основаниями для отмены послужили следующие обстоятельства:

- Применяя к спорным сделкам специальные нормы и делая вывод о ничтожности сделки, суды полно и всесторонне не исследовали обстоятельства дела по применению срока исковой давности;

- Судами не дана оценка действиям уполномоченного органа по обращению к конкурсному управляющему с предложением об оспаривании сделок по данному спору.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.02.2021 в удовлетворении заявления отказано. Основанием для отказа явился пропуск срока исковой давности.

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве следует, что конкурсный управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц.

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований.

Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества конкурсный управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве).

Потенциальная осведомленность арбитражного управляющего об обстоятельствах заключения сделки устанавливается с учетом требований о стандартах поведения, предъявляемых к среднему профессиональному арбитражному управляющему, действующему разумно и проявляющему требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность в аналогичной ситуации.

Разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника.

Затем управляющий оценивает реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом заявлений об оспаривании сделок.

Под надлежащим предъявлением в арбитражный суд требования о признании недействительным договора понимается подача заявления с соблюдением правил о форме и содержании такого заявления, а также других положений процессуального закона и Закона о банкротстве (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.02.2012 № 15935/11).

Как профессиональный участник конкурсного производства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок.

Действуя разумно и осмотрительно, конкурсный управляющий понимает, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), поэтому обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок.

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В настоящем случае для удовлетворения жалобы ФНС России, помимо возможности у конкурсного управляющего оспорить сделку своевременно, необходимо установить реальность пополнения конкурсной массы за счет таких действий.

Цель оспаривания сделок в конкурсном производстве по специальным основаниям главы III.1 Закона о банкротстве подчинена общей цели названной процедуры - наиболее полное удовлетворение требований кредиторов исходя из принципов очередности и пропорциональности. Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в постановлении контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях.

При этом к тем лицам, которые действуют недобросовестно (то есть осознавая отсутствие оснований для получения предоставления от должника по причине его (будущей) неплатежеспособности и тем самым фактически умышленно причиняя вред остальным кредиторам), может быть применена специальная ответственность в виде понижения очередности удовлетворения восстановленного по признанной недействительной сделке требования (пункт 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве, пункт 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63)).

Поэтому при разрешении вопроса о квалификации той или иной сделки на предмет ее действительности судам следует исходить из перечисленных выше критериев, способствующих выравниванию правового положения кредиторов.

В рассматриваемом случае судами установлено, что оспариваемые соглашения о зачете  №01/12 от 05.12.2016 на сумму 111 233,45 рубля,   №03/11 от 07.11.2016 на сумму 79 988,39 рубля,   №05/11 от 08.11.2016 на сумму 210 011,61 рубля,   №01/12 от 01.12.2016 на сумму 1 030 650,90 рубля,   №12/11 от 28.11.2016 на сумму 62 188 рублей,   №03/12 от 08.12.2016 на сумму 419 387,69 рубля,   №01/11 от 29.11.2016 на сумму 656 609,92 рубля, заключены за один месяц и после принятия заявления о признании должника банкротом (22.11.2016), то есть в период, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

На момент заключения соглашений о зачете у должника имелась задолженность перед юридическими лицами.

Определениями арбитражного суда требования указанных кредиторов признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов  должника.

ООО «Таттрансконтур» и ООО «СБК Техносервис» являются взаимосвязанными и аффилированными лицами, а именно единственным учредителем и руководителем с момента создания организации является ФИО6

Таким образом, осведомленность ответчика о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества предполагается. 

Оспариваемые сделки совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, а также о причинении такого вреда в результате ее совершения.

Из материалов рассматриваемого дела следует, что актами взаимозачета были прекращены взаимные обязательства сторон на сумму 4 871 396,41 руб. и производен зачет взаимных требований: должника по договору  аренды установки смесительной №ТТК/АО-02/15 от 01.01.2015 в размере 4 102 421,16 руб., по оплате в порядке ст. 313 ГК РФ должником за ответчика в пользу третьих лиц в общем размере 768 975,25 руб. и ответчика по договору б/н от 06.05.2013 в размере 768 975,25 руб. и по оплате в порядке ст. 313 ГК РФ за должника в пользу третьих лиц в общем размере 4 102 421,16 руб.

Вместе с тем, в материалы дела не представлены документы, подтверждающие наличие реальных хозяйственных связей по договору б/н от 06.05.2013 в размере 768 975,25 руб.

Поскольку реального исполнения ответчиком в пользу должника обязательств не установлено, по которому производился зачет, таким соглашением были зачтены несуществующие обязательства сторон. Соглашение сторон об оплате в виде взаимозачета при изложенных обстоятельствах представляет собой недобросовестное поведение ответчика и должника, что квалифицировано судом как злоупотреблением правом.

При таких обстоятельствах, отсутствовало встречное требование по соглашению о зачете, в связи с чем, указанное соглашение сторон об оплате ничтожно, как не порождающие правовых последствий, поскольку было направлено на прекращение несуществующих обязательств, не породившим правовых последствий.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что имущество (дебиторская задолженность, право требования оплаты долга) было отчуждено в пользу ответчика безвозмездно.

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки произошло уменьшение стоимости имущества должника и, соответственно, причинен вред имущественным правам кредиторов.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что требования о признании спорных сделок недействительными могли быть удовлетворены на основании пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответственно, пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности при оспаривании сделок  привел к негативным последствиям для должника и его кредиторов.

Как было установлено судом, оспариваемые акты зачета были переданы первому утвержденному конкурсному управляющему должника ФИО2 по акту приема-передачи 27.10.2017, что сторонами не оспаривалось.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 18.01.2017 в отношении ООО «Таттрансконтур» ИНН 

<

***> введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2 Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2017 ООО «Таттрансконтур» признано   несостоятельным   (банкротом),   открыто   конкурсное   производство,   конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Определением Арбитражного суд Республики Татарстан от 25.10.2018 ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 конкурсным управляющим ООО «Таттрансконтур» утверждена ФИО3 член СРО ААУ «Гарантия».

Таким образом, срок исковой давности истек 19.06.2018, то есть в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ФИО2, а не ФИО3

На момент утверждения судом ФИО3 конкурсным управляющим  должника 10.01.2019, срок исковой давности по оспариванию сделки истек.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что требование уполномоченного органа в указанной части подлежит удовлетворению в отношение арбитражного управляющего ФИО2 Оснований для удовлетворения жалобы в отношении ФИО3 не имеется.

Также, УФНС России по Республике Татарстан 20.08.2020 обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительной сделки по зачету встречных однородных требований на общую сумму 157 985 660,35 руб., совершенной в период с 11.01.2016 по 22.12.2016 между ООО «Таттрансконтур» и ООО «СБК Техносервис».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.11.2020 суд согласился с доводами уполномоченного органа о наличии оснований для признания зачетов встречных однородных требований на общую сумму 157 985 660,35 руб. недействительной сделкой по ст.61.3 Закона о банкротстве, однако в связи с тем, что ответчиком был заявлен пропуск срока исковой давности, суд отказал в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и указал следующее.

Согласно статье 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год, при этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В пункте 32 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Арбитражный  управляющий ФИО2 был утвержден временным управляющим должника - 17.01.2017,  конкурсным управляющим  - 19.06.2017.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 конкурсным управляющим должника была утверждена ФИО3.

Об аффилированности должника и плательщика ООО «СБК-Техносервис», арбитражный управляющий ФИО2 знал.

Указанное обстоятельство стало известно при рассмотрении требования о включении в реестр кредиторов, в том числе указанные доводы заявлялись при рассмотрении требования уполномоченного органа.

Соответственно, в порядке ст. 20.3 Закона о банкротстве мог запросить в кредитных учреждениях или у уполномоченного органа выписки по расчетным счетам ООО «СБК Техносервис» на предмет выявления сделок и наличия оснований для их оспаривания в процедуре наблюдения.

Таким образом, арбитражному управляющему ФИО2, еще в процедуре наблюдения   было известно об указанных платежах.

В связи с чем, конкурсный управляющий  на дату его утверждения - 19.06.2017 мог знать о данных сделках.

Правонарушение, заключающееся в передаче должником в преддверии его банкротства причитающегося кредитору с предпочтением (то есть в обход установленной законодательством о несостоятельности очередности) в ситуации, когда получивший исполнение кредитор знал или должен был знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным  статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Такие действия не могут быть признаны ничтожными, поскольку они являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса.

С вышеизложенной позицией Арбитражного суда Республики Татарстан согласились и суды вышестоящих инстанций (постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2020 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 09.03.2021).

Таким образом, срок исковой давности истек 19.06.2018, то есть в период исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ФИО2, а не ФИО3

На момент утверждения судом ФИО3 конкурсным управляющим  должника 10.01.2019, срок исковой давности по оспариванию сделки истек.

При этом, согласно данным налогового органа, у ООО «СБК Техносервис», ИНН 

<

***>, отсутствует зарегистрированное движимое и недвижимое имущество, оборот по расчетным счетам составил: за 2018 год - 498 млн.рублей, за 2019 год -783 млн.рублей, 2020 год - 530 млн.рублей. Выручка за 2020 год 348 млн. рублей, за 2019 год 426 млн.рублей, за 2018 год 410 млн.рублей, штат работников 380 человек.

Соответственно, в случае своевременного обращения конкурсными управляющими ООО «Таттрансконтур» в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением об оспаривании сделок должника недействительными, денежные средства от ООО «СБК Техносервис» могли поступить в конкурсную массу должника.

На основании вышеизложенного, требование уполномоченного органа в указанной части правомерно подлежали удовлетворению в отношение арбитражного управляющего ФИО2 Оснований для удовлетворения жалобы в отношении ФИО3 не имеется.

Доводы конкурсного управляющего ФИО2, что руководитель должника не исполнил возложенную на него обязанность по передаче конкурсному управляющему первичной документации бухгалтерского учета, документов подтверждающих наличие у должника дебиторской задолженности, в связи с чем, конкурсный управляющий был лишен возможности выявить какое-либо имущество или права требования, принадлежащие должнику, и вследствие этого удовлетворить требования кредиторов, оспорить сделки должника с предоставлением первичных документов в суд с целью возврата имущества в конкурсную массу, правомерно отклонены, поскольку не передача бывшим руководителем общества документации должника конкурсному управляющему не освобождает последнего от анализа совершенных должником сделок на предмет наличия/отсутствия оснований для оспаривания.

 Кроме того, как было указано выше, оспариваемые акты зачета были переданы первому утвержденному конкурсному управляющему должника ФИО2 по акту приема-передачи 27.10.2017, а также арбитражный управляющий ФИО2 мог запросить в кредитных учреждениях или у уполномоченного органа выписки по расчетным счетам ООО «СБК Техносервис» на предмет выявления сделок и наличия оснований для их оспаривания в процедуре наблюдения.

Относительно нарушения ФИО2, выразившиеся в не оспаривании сделки должника с ООО «ТТК Инвест», усматривается следующее.

УФНС России по Республике Татарстан 11.10.2019 обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании недействительными сделок по отчуждению в адрес ООО «ТТК Инвест» следующих транспортных средств:

SCANIA P360LA4X2HNA, г.в. 2013, Гос.номер Т001КТ116, (VIN) - 

<

***>;

SCANIA P360LA4X2HNA, г.в. 2013, Гос.номер Т002КТ116, (VIN) - 

<

***>;

SCANIA P360LA4X2HNA, г.в. 2013, Гос.номер Т006КТ116, (VIN) - 

<

***>;

SCANIA P360LA4X2HNA, г.в. 2013, Гос.номер Т020КТ116, (VIN) - 

<

***>;

SCANIA P360LA4X2HNA, г.в. 2013, Гос.номер Т985ВХ116, (VIN) - 

<

***>;

KRONE SD, г.в. 2013, Гос.номер АТ1944 16, (VIN) - 

<

***>:

KRONE SD, г.в. 2013, Гос.номер АТ1968 16, (VIN) - 

<

***>; .  

KRONE SD, г.в. 2013, Гос.номер АТ1972 16, (VIN) - 

<

***>;

KRONE SD, г.в. 2013, Гос.номер АТ1971 16, (VIN) - 

<

***>;

KRONE SD, г.в. 2013, Гос.номер AT1983 16, (VIN) - 

<

***>;

KAMA343118, г.в. 2013, Гос.номер AT1983T330TT116.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.11.2019 заявление уполномоченного органа объединено с аналогичным заявлением конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО3 и назначено к рассмотрению.

Как следует из материалов дела, 22.11.2016 между ООО «Сименс Финанс» (Лизингодатель), ООО «Таттрансконтур», г.Нижнекамск, (должник, прежний лизингополучатель) и ООО «ТТК-Инвест» (ответчик, новый лизингополучатель) были заключены соглашения о переводе долга к договорам лизинга:

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27395 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27397 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27398 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27399 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27400 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27401 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27402 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27403 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27405 от 09.09.2013г.

соглашение о переводе долга от 22.11.2016г. к договору лизинга №27404 от 09.09.2013г.

Также, между ООО «Сименс Финанс» (Лизингодатель), ООО «Таттрансконтур», (должник, прежний лизингополучатель) и ООО «ТТК-Инвест» (ответчик, новый лизингополучатель) было заключено соглашение о перенайме от 01.01.2017 к договору лизинга №29472 от 24.01.2014.

В ходе рассмотрения заявлений о признании сделки недействительными была проведена судебная экспертиза по определению рыночной стоимости уступленных прав и обязанностей по договорам финансовой аренды. Согласно результатам последней экспертизы от 22.10.2020 общая рыночная стоимость уступленных прав и обязанностей по договорам финансовой аренды на момент отчуждения вышеуказанных транспортных средств (22.11.2016 и 01.01.2017) составила 22 934 623 руб.

Со стороны ответчика ООО «ТТК Инвест» был заявлен пропуск срока исковой давности.

Определением Арбитражного суда Республике Татарстан от 09.11.2020, суд отказал в удовлетворении заявлений о признании сделок должника с ООО «ТТК Инвест» недействительными по причине пропуска срока исковой давности. При этом судом были установлены основания для признания сделок должника недействительными, а именно отсутствие встречного исполнения со стороны ООО «ТТК Инвест» по уступленным правам и обязанностям по договорам финансовой аренды, а также аффилированность между должником и ООО «ТТК Инвест». Более того аналогичные сделки с ООО «ТТК Инвест» по аналогичным основаниям уже были признаны судами недействительными по заявлению уполномоченного органа и вступили в силу.

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве). Смена конкурсного управляющего не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Как установлено выше, арбитражный управляющий ФИО2 был утвержден временным управляющим должника 17.01.2017, конкурсным управляющим 19.06.2017. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10.01.2019 конкурсным управляющим должника была утверждена ФИО3.

Об аффилированности должника и ответчика, арбитражный управляющий ФИО2 знал. Указанное обстоятельство стало известно при рассмотрении заявлений уполномоченного органа о признании сделок с ООО «ТТК Инвест» по отчуждению иных транспортных средств недействительными, в том числе по аналогичным сделкам о перенайме по договорам финансовой аренды с ООО «Сименс Финанс» которые были поданы еще 16.04.2018 (вх. №22068, № 22056).

Более того, о наличии имущества, переданного по договорам передачи прав лизинга ООО «ТТК-Инвест» было известно еще из отчета от 25.05.2017г. №03-75 о проведенном анализе финансово-хозяйственной деятельности ООО «Таттрансконтур» составленном ООО «НКЦ «Аудитор-Ч». Данные сделки (спорные транспортные средства) указаны в таблице 17 данного отчета (стр.32-33), представленном на первом собрании кредиторов арбитражным управляющим ФИО2

Соответственно, арбитражный управляющий ФИО2, зная о наличии у должника транспортных средств, приобретенных по договору лизинга, в том числе у ООО «Сименс Финанс», в порядке ст. 20.3. Закона о банкротстве, действуя разумно и добросовестно, должен был своевременно направить запрос в лизинговую компанию о предоставлении информации по всем заключенным договорам перенайма.

Таким образом, арбитражному управляющему ФИО2, еще в процедуре наблюдения было известно об указанных сделках. В связи с чем, конкурсный управляющий на дату его утверждения - 19.06.2017 года знал о данных сделках.

Рассматриваемое заявление конкурсного управляющего ФИО3, как процессуального правопреемника временного управляющего и первого конкурсного управляющего ФИО2, поступило в суд 19.07.2019, более чем через год после истечения установленного срока исковой давности по соответствующим требованиям.

Таким образом, на момент обращения уполномоченного органа с настоящим заявлением (11.10.2019) и конкурсного управляющего должника (19.07.2019) истек годичный срок исковой давности, предусмотренный законом, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований. Правонарушение, заключающееся в передаче должником в преддверии его банкротства имущества в ситуации, когда ответчик знал или должен был знать о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Такие действия не могут быть признаны ничтожными, поскольку они являются оспоримыми и на них распространяется годичный срок исковой давности, установленный пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса.

С вышеизложенной позицией Арбитражного суда Республики Татарстан в последующем согласились суды вышестоящей инстанции.

Из вышеизложенного следует, что ФИО2 своим бездействием по не оспариванию сделки ООО «Таттрансконтур» с ООО «ТТК Инвест» нарушил права кредиторов должника.

При этом отмечено следующее.

По данным информационной базы АИС-3 налогового органа за ООО «ТТК-Инвест» зарегистрировано следующее движимое имущество:

ГосРегзнак

Марка ТС

ПТС

VIN Регистрационный номер

 Х449АА116

КАМАЗ 43118

160К919263201508270Z

Z9L780551D0000522

 Т330ТТ116

КАМА343118

18HO137468201401160Z

 

Х876ВК116

689900 (КАМАЗ-65117)

18MY186093201509180Z

 

Р611ХЕ16

LAND ROVER RANGE ROVER

78YT23817020130I190Z

SALGA2EF8DA102918

 Т415ТТ116

KAMA343118

18НО139132201302140Z

X89689905D0EV3039

Х909ВК116

689925 (КАМАЗ 43118)

18MY183197201503270Z

X89689925E0EV3005

Х187ВК116

689925 (КАМАЗ 43118)

18MY183292201503250Z

X89689925E0EV3003

Х426АА116

КАМАЗ-43118

160К919274201508290Z

Z9L780551D0000525

 В921КА716

УАЗ 390945

730К367495

XTT390945F1208364

У839КУ116

ЛАДА 212140 ЛАДА 4X4

63ОА350603

XTA212140F2202841

В018КВ716

УАЗ 390945

73НХ990980

ХТГЗ 90945 Е0210362

А780ХЕ716

ППУА 1600| 100 НА ШАССИ КАМАЗ 43118N

63РА623748

X0N5942CD40000055

Р324ЕВ116

НЕФА35299-17-32

02HH014833201204050Z

X1F5299CMB0FOO283

С749У0116

КАМА365225-63

16НМ714297201212310Z

ХТС652253С1262403

НП6КР116

ГУЕСО FRANCE

77ТХ667891

VNESFR1600M002439

 

SFR160(CROSSWAy)

 

У729КУ116

ЛАДА 212140 ЛАДА 4X4

63НТ658742

ХТА212140Е2177129

А815ТУ716

689977

I8MY178895

X89689977DOEV3004

Н101ТХ102

ЛАДА 217230 ЛАДА ПРИОРА

63HO491071100820122Z

ХТА217230С0218783

 Ш067ВМ716

689930 КАМАЗ 43118

I8MY177507

X89689930DOEV3099

 У757КУ116

КАМАЗ 53504-46

16НТ920845

ХТС535044Е2453597

 У768КУП6

КАМАЗ 53504-46

16НТ920844

ХТС535044Е2454031

 

Также согласно письму УФССП России по Республике Татарстан  произведен арест следующего имущества ООО «ТТК Инвест»:

ГосРегзнак

Марка ТС

ПТС

VIN Регистрационный номер

ТЗЗОТТМб

КАМА343118

18HO13746820I40I160Z

 

В921КА716

УАЗ 390945

730К367495

XTT390945F1208364

В018КВ716

УАЗ 390945

73НХ99098О

XTT39O945E0210362

Р324ЕВП6

НЕФ A3 5299-17-32

02HH0I4833201204050Z

X1F5299CMB0F00283

С749У0116

КАМА365225-63

16НМ714297201212310Z

XTC652253C1262403

А815ТУ716

689977

18MY178895

X89689977D0EV3004

В067ВМ716

689930 КАМАЗ 43118

18MY177507

X89689930D0EV3099

У757КУ116

КАМАЗ 53504-46

16НТ920845

XTC535044E2453597

<

***>

КАМАЗ 53504-46

16НТ920844

XTC535044E2454031

У139АХ116

Mitsubishi L200

MMCJNKB40FDZ02907

Е766ЕЕ116

Hyundai Н1

KMHWH81KBDU553865

У3580У116

УАЗ 390945

XTT390945F1207882

АУ682916

Полуприцеп САВ-93182

X8993182BF2ER2003

У3590У116

ЛАДА 212140 (Нива)

XTA2I2140F2212022

У952КЕ

Ssang Yong

КРАСА 1ETSEP197504

 

Соответственно, в случае своевременного обращения конкурсными управляющими ООО «Таттрансконтур» в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением об оспаривании сделок должника недействительными, денежные средства от ООО «ТТК Инвест» могли поступить в конкурсную массу должника.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что требование уполномоченного органа в указанной части подлежит удовлетворению в отношение арбитражного управляющего ФИО2 

Конкурсный управляющий ФИО2 возражая относительно заявленных требований указывал, что в соответствии с требованиями ст.ст. 1103, 1102 ГК РФ полученная ООО «ТТК Инвест» в составе уступленного права часть лизинговых платежей (выкупная стоимость имущества) является неосновательным обогащением последнего и не правомерно сбережена.

В период процедуры наблюдения в соответствии со статьей 5 Федерального закона от 30 декабря 2008 года №307-ФЗ «Об аудиторской деятельности» к проведению анализа финансово-хозяйственной деятельности должника была привлечена аудиторская организация ООО «НКЦ «Аудитор-Ч», которая, помимо общего анализа финансового состояния должника, дала заключение относительно сделок должника, не выявив сделки, совершенные с ухудшением финансового состояния должника.

Без полного установления всех необходимых обстоятельств: является ли рассматриваемая сумма в полном объеме имуществом должника (либо обязательством должника), а также без установления факта превышения пяти процентного порога балансовой стоимости активов должника, определенного п.2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, нет оснований утверждать, что решениями арбитражного суда об отказе в удовлетворении заявлений уполномоченного органа и конкурсного управляющего о признании договоров уступки права требования недействительными, причинен ущерб правам кредиторов и должнику.

Выбор способа защиты права также влияет на определение характера ущерба.

Действительно, в отчете от 25.05.2017г. №03-75 о проведенном анализе финансово-хозяйственной деятельности ООО «Таттрансконтур», составленном ООО «НКЦ «Аудитор-Ч» сделан вывод, об отсутствии сделок должника и действий органов управления должника, которые могли быть причиной ухудшения финансового состояния Общества. 

Однако, указанный анализ был проведен без учета особенностей Закона о банкротстве. Анализ сделок должника, совершенных за три года до возбуждения дела о банкротстве, на предмет наличия оснований оспаривания предусмотренных ст.61.3, 61.2. Закона о банкротстве, не проведен. 

При этом, в том же отчете отражены сделки должника по переводу прав по договорам лизинга на аффилированное лицо. 

Соответственно не отражение в аудиторском заключении должника анализа сделок по специальным основаниям Закона о банкротстве, не освобождает арбитражного управляющего от выявления данных сделок самостоятельно и обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Таким образом, действуя добросовестно и в интересах должника, любой разумный арбитражный управляющий как профессиональный участник дела о банкротстве, компетентность которого предполагается, предпримет все меры по самостоятельному анализу документации должника на предмет выявления подозрительных сделок. 

При этом он имеет установленное законном право оперативно запрашивать всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Относительно нарушения ФИО2 и ФИО3 выразившиеся в не принятии мер, направленных на поиск, выявление, возврат и обеспечение сохранности нижеуказанного имущества должника, а также в не предъявления требования о взыскании суммы необоснованного обогащения с третьих лиц (ООО «СБК Техносервис» и ООО «Йолдыз») за использование данного имущества должника, суд первой инстанции пришел к следующему.

Как указывал уполномоченный орган, согласно информации, отраженной на стр.34 отчета ООО «НКЦ «Аудитора-Ч» от 25.05.2017г. проведенного по заказу бывшего конкурсного управляющего ФИО2 и переданного им новому конкурсному управляющему ФИО3 у должника имеется следующее имущество:

Находящееся в аренде у ООО «СБК Техносервис» по договору аренды оборудования №б/н от 01.01.2016г.

1.Вагон-домик на шасси МК 79 83 (1991 г.в.);

2.Вагон-домик на шасси МК 79 84 (1991 г.в.);

3.Вагон-домик на шасси прицеп ММ 4107 16 (1988 г.в.);

4.Вагон-домик на шасси прицеп ММ 4108 16 (1988 г.в.);

5.Вагон-домик на шасси прицеп ММ4109 16 (1988 г.в.); 

6.Прицеп здание мобильное 16ММ6737 (2008 г.в.) 

7.Прицеп здание мобильное 16ММ6796 (2008 г.в.) 

8.Прицеп здание мобильное 16ММ6797 (2008 г.в.) 

9.Прицеп здание мобильное 16ММ6798 (2008 г.в.) 

10.Прицеп здание мобильное 16ММ6799 (2008 г.в.)

11.Прицеп здание мобильное 16ММ9113 (2008 г.в.) 

12.Прицеп здание мобильное 16ММ9116 Столовая (2008 г.в.) 

13-Прицеп здание мобильное 16ММ9174 (2008 г.в.)

14.Прицеп здание мобильное 16ММ9175 повар (2008 г.в.) 

15.Прицеп здание мобильное 16ММ9176 баня (2008 г.в.) 

16.Прицеп здание мобильное 16ММ9181 (2008 г.в.) 

17.Прицеп здание мобильное 160X6624 (2008 г.в.) 

18.Прицеп здание мобильное I6MM6625 (2008 г.в.)

19.Прицеп здание мобильное I6MM6626 (2008 г.в.).

Находящееся в аренде у ООО «Йолдыз» по договору аренды автотранспорта №б/н от 01.01.2016г.

20.Камаз 55111 Р326ЕО 1991 г.в.

21.Камаз 55111 Р720ВМ 1991 г.в. 

22.УАЗ 2206 Р196ЕО автобус 1995 г.в.

До настоящего времени данное имущество не включено в конкурсную массу должника. Сведения о местонахождении у кредиторов отсутствует.

При этом, как следует, из определения Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.02.2021 об истребовании документации должника у бывшего руководителя ФИО6 паспорта вышеуказанных вагончиков и прицепов были переданы сначала ФИО6 в адрес ФИО2 в 2017 году, а в последующем ФИО2 в адрес ФИО3 в 2019 году.

На собрании кредиторов должника, назначенном на 20.12.2019 уполномоченным органом были включены, в том числе следующие дополнительные вопросы

«Обязать конкурсного управляющего в срок не позднее 20.01.2020г. представить кредиторам информацию о причинах не включения в конкурсную массу должника вышеуказанного имущества (отраженного на стр.34 отчета ООО «НКЦ «Аудитора-Ч» от 25.05.2017, проведенного по заказу бывшего конкурсного управляющего ФИО2 и переданного им новому конкурсному управляющему ФИО3).А также в срок не позднее 01.02.2020 включить указанное имущество в конкурсную массу и представить кредиторам на утверждение его Порядок продажи вместе с отчетом об оценке рыночной стоимости.

«Обязать конкурсного управляющего в срок не позднее 20.01.2020г. обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о взыскании с ООО «СБК Техносервис» задолженности по договору аренды оборудования №б/н от 01.01.2016г. и с ООО «Йолдыз» по договору аренды автотранспорта №б/н от 01.01.2016г.».

Вышеуказанные решения собрания кредиторов не были исполнены конкурсным управляющим должника ФИО3, в связи с чем, в ее адрес уполномоченным органом направлено требование №2.23-22/007826 от 20.03.2020г. о проведении следующих мероприятий:

«В срок не позднее 10.04.2020г. представить кредиторам информацию о причинах не включения в конкурсную массу должника вышеуказанного имущества (отраженного на стр.34 отчета ООО «НКЦ «Аудитора-Ч» от 25.05.2017г. проведенного по заказу бывшего конкурсного управляющего ФИО2 и переданного им новому конкурсному управляющему ФИО3 А также в указанный срок включить указанное имущество в конкурсную массу и представить кредиторам на утверждение его Порядок продажи вместе с отчетом об оценке рыночной стоимости.)»;

«В срок не позднее 06.04.2020г. обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о взыскании с ООО «СБК Техносервис» задолженности по договору аренды оборудования №б/н от 01.01.2016г. и с ООО «Йолдыз» по договору аренды автотранспорта №б/н от 01.01.2016г. В случае отсутствия, по мнению конкурсного управляющего оснований для обращения, представить кредиторам мотивированное заключение с подтверждающими документами».

До настоящего времени вышеуказанное имущество не включено в конкурсную массу должника. Информация о принятых конкурсными управляющими мерах по истребованию вышеуказанного имущества должника из незаконного владения третьих лиц и предъявления требований о взыскании суммы арендных платежей (суммы необоснованного обогащения) за использование имущества должника и его невозврату в адрес уполномоченного органа не поступала.

Между тем, при рассмотрении спора об истребовании у контролирующего лица ООО «СБК Техносервис» и ООО «Таттрансконтур» ФИО6 и бывшего конкурсного управляющего ФИО2 документации должника, в частности, договор аренды автотранспорта № б/н от 01.01.2016г., заключенный между ООО «Йолдыз» и ООО «Таттрансконтур», договор аренды автотранспорта № б/н от 01.01.2016г., заключенный между ООО «Таттрансконтур» и ООО «СБК Техносервис», установлено, что бывшим руководителем была передана имеющаяся у него документация должника, доказательств наличия у него иных истребуемых документов не представлено, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. 

При отсутствии документации должника у бывшего руководителя возникает объективная невозможность исполнения обязанности по их передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Аналогичный правовой подход нашел свое отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986.

Бывший руководитель указал, какие именно истребованные документы, заведомо не могли образовываться в процессе хозяйственной и управленческой деятельности должника и какие истребованные сведения не относятся к такой деятельности.

В указанной части запрашиваемые документы у ответчика отсутствует, о чем представлены соответствующие пояснения о причинных и обстоятельствах невозможности передачи . 

Доказательства, опровергающие доводы ответчика о невозможности исполнить требование конкурсного управляющего об обязании передать в остальной части сведения, конкурсным управляющим в материалы дела  представлено не было (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2021, вступило в силу с принятием постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022). 

При этом, доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что бывший руководитель фактически имеет в наличии истребуемые документы, однако необоснованно, намеренно уклоняется от их передачи конкурсному управляющему, не установлено (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 15.07.2021).

Таким образом, поскольку у конкурсного управляющего отсутствовали первичные документы бухгалтерского учета, подтверждающие наличие задолженности, у нее отсутствовала объективная возможность предъявить требование к третьим лицам (ООО «Йолдыз», ООО СБК Техносервис») о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Согласно абз. 1 ч. 2 ст. 218 ГК РФ правоустанавливающими документами о наличии у лица права собственности являются соответствующие договоры.

Иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск) характеризуют признака: наличие у истца права собственности на истребуемую вещь. 

В отсутствие правоустанавливающих документов на вышеуказанное имущество, конкурсный управляющий не располагает мерами правового воздействия по истребованию имущества из чужого незаконного владения либо обращению в правоохранительные органы по факту хищения имущества. 

Также, доказательства, подтверждающие, что указанное имущество находится во владении, пользовании у ООО «Йолдыз», ООО «СБК-Техносервис», уполномоченным органом не представлены.  

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оснований для признания бездействия ответчиков недействительными, не имеется. 

Нарушения ФИО2 и ФИО3, выразившиеся в не проведении торгов залогового имущества.

Согласно ст.139 Закона о банкротстве, в течение одного месяца с даты окончания инвентаризации предприятия должника или оценки имущества должника в случае, если такая оценка проводилась по требованию конкурсного кредитора или уполномоченного органа в соответствии с настоящим Федеральным законом, конкурсный управляющий представляет собранию кредиторов или в комитет кредиторов для утверждения свои предложения о порядке продажи имущества должника.

Порядок, сроки и условия продажи имущества должника должны быть направлены на реализацию имущества должника по наиболее высокой цене и должны обеспечивать привлечение к торгам наибольшего числа потенциальных покупателей.

Согласно п.4 ст. 138 Закона о банкротстве, продажа предмета залога осуществляется в порядке, установленном пунктами 4, 5, 8 - 19 статьи 110 и пунктом 3 статьи 111 настоящего Федерального закона, и с учетом положений настоящей статьи.

Начальная продажная цена предмета залога, порядок и условия проведения торгов, порядок и условия обеспечения сохранности предмета залога определяются конкурсным кредитором, требования которого обеспечены залогом реализуемого имущества. Указанные сведения подлежат включению арбитражным управляющим за счет средств должника в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве не позднее чем за пятнадцать дней до даты начала продажи предмета залога на торгах.

В случае разногласий между конкурсным кредитором по обязательству, обеспеченному залогом имущества должника, и конкурсным управляющим или лицами, участвующими в деле о банкротстве, по вопросам начальной продажной цены, порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога каждый из них в течение десяти дней с даты включения сведений в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве вправе обратиться с заявлением о разрешении таких разногласий в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, по результатам рассмотрения которого арбитражный суд выносит определение об определении начальной продажной цены, утверждении порядка и условий проведения торгов по реализации предмета залога, порядка и условий обеспечения сохранности предмета залога, которое может быть обжаловано.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.03.2017, признаны обоснованными и включены в состав третьей очереди реестра требований кредиторов ООО «Таттрансконтур», требования ООО Проектно-строительная компания «ТатЭнергоСтрой», в размере 2 700 000 руб. долга, 44 000 руб. расходов по уплате госпошлины, как обеспеченное залогом имущества должника по договору залога транспортного средства от 28.03.2016 года № 238-адс:

- транспортное средство КАМАЗ 44108-10. гос. номер 

<

***>,идентификационный номер (VIN) 

<

***>;

- транспортное средство 68050А на шасси Урал 4320-1951-40, гос. номер 

<

***> 116RUS, идентификационный номер (VIN) 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.08.2018 проведено процессуальное правопреемство, ООО «ТТК Инвест» заменил в реестре требований кредиторов ООО «Таттрансконтур», требования ООО Проектно-строительная компания «ТатЭнергоСтрой», включенные определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27 марта 2017 года.

До настоящего времени вышеуказанное имущество по неизвестным причинам не реализовано, сведения об утверждении порядка продажи у кредиторов отсутствует, в суд с разрешением разногласий по поводу реализации вышеуказанного имущества конкурсный управляющий не обращался.

При этом согласно инвентаризационной описи от 11.10.2017г. №11 вышеуказанные транспортные средства включены в конкурсную массу должника за номерами 7 и 28.

Более того, транспортное средство КАМАЗ 44108-10, гос. номер 

<

***>, идентификационный номер (VIN) 

<

***> и транспортное средство 68050А на шасси Урал 4320-1951-40, гос. номер 

<

***> 116RUS, идентификационный номер (VIN) 

<

***> были переданы конкурсным управляющим должника ФИО2 на хранение ООО «ТТК Инвест» по договору ответственного хранения №б/н от 02 октября 2017г.

УФНС России по Республике Татарстан как кредитор второй очереди реестра требований кредиторов согласно статьи 138 Закона о банкротстве имеет право на частичное погашение своих требований от реализации вышеуказанных транспортных средств, однако в связи с не проведением торгов указанного имущества конкурсный управляющий должника лишает кредиторов права на погашения своих требований.

Таким образом, своим бездействием, выразившимся в не проведении мероприятий по утверждению порядка продажи залогового имущества должника и последующей ее реализации на торгах как ФИО2 так и ФИО3 нарушили права и интересы кредиторов должника.

Относительно нарушения ФИО3, выразившиеся в несвоевременном направлении, либо в не направлении исполнительного листа на исполнение в службу судебных приставов, суд первой инстанции пришел к следующему.

Определением Арбитражного суда Республике Татарстан от 16.12.2019 заявление конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» удовлетворено частично, учредитель должника ФИО12 привлечен к убыткам в размере 8 641 732,80 руб. за не уплату НДФЛ.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020 определение Арбитражного суда Республике Татарстан от 16.12.2019 оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.07.2020 решения нижестоящих судов оставлены без изменений.

Как указывал уполномоченный орган, до настоящего времени сведения о получении конкурсным управляющим должника ФИО3 исполнительного листа и предъявлении его в службу судебных приставов у кредиторов отсутствует. Сведения о возбуждении исполнительного производства на сайте ФССП России не значатся.

Между тем, согласно сведениям из базы налогового органа за   ФИО6  было зарегистрировано следующее имущество:

жилой дом площадью (доля 100%) 431,90 кв.м. по адресу: 423887, Республика Татарстан, Тукаевский р-н, д. Белоус, №10376.

земельный участок (доля 100%) площадью 1244 кв.м. по адресу: 423887, Республика Татарстан, 

<

...>.

01.10.2020 в пользу Елькиной СО. (работник ФИО6 и кредитор в РТК ООО «Таттрансконтур») ФИО6 был отчужден земельный участок (доля 100%) площадью 1244 кв.м. по адресу: 423887, Республика Татарстан, 

<

...>. 2.

Соответственно, если бы ФИО3 своевременно предъявила исполнительный лист в службу судебных приставов, у ФИО6 не появилась бы возможность вывести земельный участок из под угрозы взыскания.

Таким образом, своим бездействием по получению в суде исполнительного листа для последующего предъявления его на исполнение и наложения ареста на имущество ФИО6, ФИО3 нарушила права и интересы ООО «Таттрансконтур» и его кредиторов и лишила их возможности на погашение своих требований через исполнительное производство службы судебных приставов.

В последующем из-за отсутствия поступлений от ФИО6 в размере 8 641 732,80 руб. уполномоченный орган на собрании кредиторов должника от 30.06.2020 проголосовал за обращение в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании учредителя и руководителя должника ФИО6 несостоятельным (банкротом) по обязательствам перед ООО «Таттрансконтур», возникшим в результате привлечения его к убыткам на сумму 8 641 732,80 руб., и определение сроков для такого обращения, не позднее 01 августа 2020г. Источником финансирования процедуры банкротства, в случае недостаточности денежных средств для покрытия всех судебных расходов, определена конкурсная масса ООО «Таттрансконтур».

Постановлением Одиннадцатого Арбитражного апелляционного суда от 15.02.2021 по делу А65-17944/2020 ФИО6 признан банкротом, введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден член АУ СРО «Центральное агентство арбитражных управляющих» ФИО13.

Таким образом, бездействие конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО3 по не предъявлению (несвоевременному предъявлению) на исполнение в службу судебных приставов исполнительного листа о взыскании с ФИО6 8 641 732,80 руб. привело к тому, что кредиторы ООО «Таттрансконтур» понесли дополнительные расходы на оплату процедуры банкротства ФИО6, а также привело к затягиванию процедуры банкротства ООО «Таттрансконтур», в связи с необходимостью оспаривания в рамках дела о банкротстве ФИО6 сделок по отчуждению имущества в адрес аффилированных лиц, совершенных в том числе после взыскания с ФИО6 8 641 732,80 руб.

Относительно возражений ФИО3, на довод жалобы о несвоевременном получении в суде исполнительного листа в отношении ФИО6 и направлении его на исполнение в службу судебных приставов, принято во внимание следующее.

Конкурсным управляющим должника ФИО3 в материалы дела представлено подтверждение отправки исполнительного листа серии ФС №031761340 в адрес Отдела судебных приставов №2 г, Набережные Челны УФССП России по РТ. Согласно кассовому чеку, исполнительный лист был сдан в почтовое отделение 29.09.2020г. в 18 час.54 мин.

Между тем, определением Арбитражного суда Республике Татарстан от 16.12.2019 заявление конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» удовлетворено частично, учредитель должника ФИО12 привлечен к убыткам в размере 8 641 732,80 руб. за не уплату НДФЛ.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2020 определение Арбитражного суда Республике Татарстан от 16.12.2019 оставлено без изменений. Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 07.07.2020 решения нижестоящих судов оставлены без изменений.

Соответственно уже 19.03.2020 определение Арбитражного суда Республике Татарстан от 16.12.2019 вступило в силу и исполнительный лист своевременно должен был быть получен в суде и направлен в службу судебных приставов.

В свою очередь, 04.08.2020 ФИО3, во исполнение решения собрания кредиторов ООО «Таттрансконтур» от 30.06.2020г., в Арбитражный суд Республики Татарстан направлено заявление о признании ФИО12 банкротом, заявление принято к рассмотрению и назначено судебное заседание.

Таким образом, только после подачи заявления о банкротстве ФИО6 (04.08.2020) конкурсный управляющий должника ФИО3 направила (29.09.2020г.) исполнительный лист в службу судебных приставов.

В связи с чем, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что в указанной части жалоба в отношении ФИО3 подлежит удовлетворению. 

В тоже время, относительной нарушения ФИО3, выразившееся в неисполнении решения собрания кредиторов ООО «Таттраснконтур» в части обращения в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании ООО «ТТК Инвест» несостоятельным (банкротом), установлено следующему.

В адрес конкурсного управляющего ООО «Таттраснконтур» ФИО3 уполномоченным органом направлено требование №2.23-22/007826 от 20.03.2020г. о проведении, в том числе следующих мероприятий:

1. В срок не позднее 30.04.2020 обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании ООО «ТТК Инвест» несостоятельным (банкротом) по обязательствам перед ООО «Таттрансконтур», возникшим в результате оспоренных в рамках дела о банкротстве сделкам. В качестве источника финансирования определить имущество ООО «ТТК Инвест» (в том числе денежные средства на расчетных счетах), арестованное ФССП России, в том числе в рамках исполнительного производства №35732/19/16011-ИП от 05.08.2019 по наложению обеспечительных мер.

2. В срок не позднее 01.07.2020г. обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании учредителя и руководителя должника ФИО6 несостоятельным (банкротом) по обязательствам перед ООО «Таттрансконтур», возникшим в результате привлечения его к убыткам на сумму 8 641 732,80 рублей.

Вышеуказанное требование не было исполнено конкурсным управляющим ООО «Таттраснконтур» ФИО3 в указанные сроки.

Между тем, 30.06.2020 было проведено очередное собрание кредиторов должника, на котором большинством голосов были приняты, в том числе следующие решения:

- обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании ООО «ТТК Инвест» несостоятельным (банкротом) по обязательствам перед ООО «Таттрансконтур», возникшим в результате оспоренных в рамках дела о банкротстве сделкам, с определением в качестве источника финансирования имущество ООО «ТТК Инвест» (в том числе денежные средства на расчетных счетах), арестованное ФССП России, в том числе в рамках исполнительного производства №35732/19/16011-ИП от 05.08.2019 по наложению обеспечительных мер, и определение сроков для такого обращения, не позднее 01 августа 2020г. Определить источник финансирования процедуры банкротства в случае недостаточности денежных средств для покрытия всех судебных расходов за счет конкурсной массы ООО «Таттрансконтура».

- обратиться в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании учредителя и руководителя должника ФИО6 несостоятельным (банкротом) по обязательствам перед ООО «Таттрансконтур», возникшим в результате привлечения его к убыткам на сумму 8 641 732,80 руб., и определение сроков для такого обращения, не позднее 01 августа 2020г. Определение источника финансирования процедуры банкротства в случае недостаточности денежных средств для покрытия всех судебных расходов за счет конкурсной массы ООО «Таттрансконтура».

Согласно сайту Арбитражного суда Республики Татарстан, 04.08.2020 в суд поступило заявление конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО3 о признании ООО «ТТК Инвест» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 03.11.2020 заявление оставлено без рассмотрения по причине не соблюдения конкурсным управляющим ООО «Таттрансконтур» ФИО3 требований п.2.1 ст.7 Закона о банкротстве, предусматривающих возникновение права на обращение в арбитражный суд с заявлением о банкротстве только после опубликования в Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц уведомления о намерении обратиться с заявлением о признании должника банкротом. Как указано в судебном акте, конкурсный управляющий ООО «Таттрансконтур» ФИО3 не опубликовала в Едином федеральном реестре сведений о фактах деятельности юридических лиц уведомление о намерении обратиться с заявлением о признании ООО «ТТК Инвест» банкротом.

Таким образом, ФИО3, обратилась в суд с формальным заявлением для придания видимости исполнения ею решений собрания кредиторов.

Более того, конкурсный управляющий ООО «Таттрансконтур» ФИО3 23.07.2020 обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о разрешении разногласий, в котором просила отменить решение собрания в части обязания ее обратиться в суд с заявлениями о признании ООО «ТТК Инвест» и ФИО6 банкротами и разрешить ей реализовать право требование к данным дебиторам через торги. 

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.12.2020 суд разрешил разногласия и установил, порядок реализации права требования к ООО «ТТК Инвест» и ФИО6 путем обращения в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о признании должника банкротом.

Возражая относительно заявленных требований, арбитражный управляющий ФИО3 указывала, что заявление о признании ООО «ТТК-Инвест» банкротом оставлено без рассмотрения по причине отказ ЗАО «Интерфакс» опубликовывать сведения о намерении обратиться с заявлением о признании банкротом. Арбитражным управляющим было подготовлено обращение в Прокуратуру о препятствовании деятельности арбитражному управляющему. Подготовлена повторная публикация в ЕФРСБДЮФЛ с аккаунта арбитражного управляющего (докуплен пакет опций к ЭЦА АУ для работы на сайте за счёт АУ).

ФИО3 приобретено дополнительное расширение ЭЦП (сертификат подписи, позволяющий работать не в «банкротной» части «федресурса», произведено обучение и опубликование в разделе сведений о деятельности физических  и юридических лиц заявления о намерении обратиться с заявлением о признании банкротом ООО «ТТК- инвест» (второго заявления).

Подготовлена и подана жалоба на отказ ЗАО «Интерфакс» опубликовывать сведения о намерении обратиться с заявлением о признании банкротом ООО «ТТК- инвест». 

Таким образом, поскольку арбитражный управляющий исполнила требование собрания кредиторов и обратилась в суд с заявлением о признании ООО «ТТК-Инвест» банкротом, а не осуществление публикации в ЕФРСБ не связано с не правомерными действиями арбитражного управляющего ФИО3, жалоба в указанной части является необоснованной. 

Кроме того, обращение в суд с заявлением о признании банкротом по истечению определенного срока, не привело к нарушению прав кредиторов. 

Доказательств отчуждения ООО «ТТК-Инвест» принадлежащего ему имущества в указанный период, не представлено и судом не установлено. 

Как и ранее, в качестве источника финансирования процедуры банкротства ООО «ТТК-Инвест» определено его имущество.   

Кроме того,  причиной продления срока процедуры конкурсного производства должника ООО «Таттрансконтур»  является не завершение иных мероприятий по формированию конкурсной массы, наличие не рассмотренных судом споров.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу, что оснований для удовлетворения жалобы в отношение конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО3 на бездействия, выразившиеся в  несвоевременном исполнении решения собрания кредиторов от 30.06.2020, в части обращения в суд с заявлением о признании ООО «ТТК Инвест» несостоятельным (банкротом), не имеется. 

Относительно нарушения ФИО3, выразившееся в неисполнении определений суда о представлении запрашиваемых документов в рамках дела №А65-23212/2019 о взыскании с ООО «СБК Техносервис» дебиторской задолженности на сумму 128 млн.рублей, установлено следующее.

Как указывал уполномоченный орган, конкурсный управляющий ООО «Таттрансконтур» ФИО3 вне рамок дела о банкротстве по требованию УФНС России по Республике Татарстан обратилась в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о взыскании с ООО «СБК Техносервис» в пользу ООО «Таттрансконтур» суммы дебиторской задолженности в размере 128 394 228,41 руб., выявленной в ходе анализа книги продаж должника за 2016-2017 года и его расчетных счетов.

Вывод о  наличии задолженности ООО «СБК-Техносервис» перед должником ООО «Таттрансконтур» уполномоченный орган сделал исходя из анализа книг продаж и расчетных счетов за 2015-2016 года, с учетом всех поставок и оплат со стороны ООО «СБК Техносервис» как напрямую на счета ООО «Таттрансконтур» так и в адрес его контрагентов составляет 190 671 110,23 руб.

Согласно имеющемуся в материалах дела акту сверки расчетов между ООО «СБК Техносервис» и ООО «Таттрансконтур» за 3 квартал 2016 года, подписанному с обеих сторон ФИО6 (учредитель в обоих компаниях) после возбуждения дела о банкротстве, задолженность в пользу ООО «Таттрансконтур» составляет 114 781 852,51 рублей.

При этом, ООО «Таттрансконтур» и ООО «СБК Техносервис» являются взаимозависимыми и аффилированными лицами, принадлежащими одному учредителю ФИО6.

Сведения, о каких либо совершенных после 3 квартала 2016 года действиях по погашению со стороны ООО «СБК Техносервис» задолженности перед ООО «Таттрансконтур» в материалы дела не представлены, соответственно, по мнению уполномоченного органа, как минимум задолженность в размере 114 781 852,51 рублей должна была быть возвращена в конкурсную массу ООО «Таттрансконтур».

Между тем, ФИО3 в ходе рассмотрения заявления о взыскании с ООО «СБК Техносервис» дебиторской задолженности были представлены только документы, подтверждающую задолженность на 13 482 863,76 руб., которая была погашены путем осуществления перечислений в адрес контрагентов ООО «Таттрансконтур».

Решением Арбитражного суда Республике Татарстан от 24.01.2020 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» отказано, с ООО «Таттрансконтур» в доход бюджета взыскано 200 000 рублей.

Постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2020 решение Арбитражного суда Республике Татарстан от 24.01.2020  оставлено без изменений.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 24.09.2020  решения нижестоящих судов оставлены без изменений.

Основанием для отказа в удовлетворении заявления о взыскании дебиторской задолженности явилось неисполнение конкурсным управляющим ФИО3 определения суда от 19.08.2019 о предоставлении детального расчета задолженности по каждому договору отдельно со ссылкой на обосновывающие документы (акты, счета, счета-фактуры) с указанием размера и периода образования задолженности.

Определением Арбитражного суда Республике Татарстан от 09.09.2019 суд повторно запросил документы, запрошенные определением от 19.08.2019.

По системе «Мой арбитр» от конкурсного управляющего поступили документы на 157 листах, требование суда о представлении раздельного расчета по каждому договору не исполнены. Судом установлено, что некоторые приложенные в электронном виде документы не читаемы, номер и дата не просматриваются, а суммы имеют повторения в нескольких документах. Судом также установлено отсутствие в материалах дела договора транспортной экспедиции и перевозки грузов и договора №ТТК/АО-02/15 от 01.01.2015г., по которому представлены первичные бухгалтерский документы.

Определением Арбитражного суда Республике Татарстан от 19.11.2019 суд обязал конкурсного управляющего представить вышеуказанные запрашиваемы документы в бумажном варианте, в читаемом виде, обязал стороны произвести совместную сверку расчетов по каждому из заявленных в иске договоров и представить результаты в суд. Также суд предупредил истца о недопустимости злоупотребления процессуальными правами, затягивании процесса.

Определением Арбитражного суда Республике Татарстан от 17.12.2019 суд в очередной раз отложил судебное заседание и запросил исполнения определения Арбитражного суда Республике Татарстан от 19.11.2019, а также повторно предупредил истца о недопустимости злоупотребления процессуальными правами, затягивании процесса.

При этом, на судебное заседание конкурсный управляющий не являлась, позицию не выразила.

Суды отказали в удовлетворении заявления о взыскании дебиторской задолженности, при этом отметили, что истцом не доказано наличие задолженности перед ним на заявленную сумму.

Также, в своем решении от 24.01.2020г. об отказе во взыскании задолженности с ООО «СБК Техносервис», на стр. 3 суд отметил, что действия истца по сбору доказательственной базы, начатые лишь после предъявления иска, являются злоупотреблением процессуальными правами и не соответствует требованиям пункта 3 части 1 ст.126 АПК РФ. Исходя из условий данной нормы, документы, подтверждающие обстоятельства, на которые истец основывает свои требования, должны быть приложены к исковому заявлению, а не представляться в ходе рассмотрения дела при обнаружении новых документов.

В своих возражениях на данный пункт жалобы, конкурсный управляющий ФИО3 ссылалась на текст Решения Арбитражного Суда Республики Татарстан по делу А65-23212/2019 о том, что акты сверок и счета-фактуры не являются первичными документами по смыслу ст.9 ФЗ «О бухгалтерском учете» не подтверждают факты и основания произведенных платежей и состояния расчетов, книги продаж и акты инвентаризации являются односторонними документами истца и не подтверждают факт наличия задолженности у контрагента.

В тоже время, как следует из материалов дела А65-23212/2019 от  24.01.2020 и решения суда первоначально исковые требования основывались истцом исключительно на актах сверки, книгах продаж и счетах-фактурах.

Между тем, акты сверки и счета-фактуры не являются первичными документами по смыслу статьи 9 Федерального закона «О бухгалтерском учёте», не подтверждают факты и основания произведенных платежей и состояние расчётов, книги продаж и акты инвентаризации являются односторонними документами истца и не подтверждают факт наличия задолженности у контрагента.

В части представленных истцом универсальных передаточных документов, суд пришёл к выводам о том, что исполнение обязательств ответчиком за истца в счёт своих обязательств перед ним свидетельствует о погашении им задолженности по смыслу статьи 408 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как установлено судом, истец ООО «Таттрансконтур» подавая в суд исковое заявление, в обоснование заявленных требований представил суду только акты сверок, счета, что не является первичными документами бухгалтерского учета.

Иных документов, подтверждающих задолженность, у конкурсного управляющего ФИО3 не имелось. 

Доказательства, что конкурсный управляющий ФИО3 располагала запрашиваемыми судом первичными документами бухгалтерского учета, но, при этом, не приобщила их к материалам дела,  не представлены. 

Кроме того, при рассмотрении спора об истребовании у контролирующего лица ООО «СБК Техносервис» и ООО «Таттрансконтур» ФИО6 и бывшего конкурсного управляющего ФИО2 документации должника, в частности, документов, подтверждающие наличие задолженности ООО «СБК- Техносервис» перед ООО «Таттрансконтур» в размере 128 394 228, 41 руб. было установлено, что бывшим руководителем была передана имеющаяся у него документация должника, доказательств наличия у него иных истребуемых документов не представлено, суд пришел к  выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

При отсутствии документации должника у бывшего руководителя возникает объективная невозможность исполнения обязанности по их передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Аналогичный правовой подход нашел свое отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986.

Бывший руководитель указал, какие именно истребованные документы, заведомо не могли образовываться в процессе хозяйственной и управленческой деятельности должника и какие истребованные сведения не относятся к такой деятельности.

В указанной части запрашиваемые документы у ответчика отсутствует, о чем представлены соответствующие пояснения о причинных и обстоятельствах невозможности передачи. 

Доказательства, опровергающие доводы ответчика о невозможности исполнить требование конкурсного управляющего об обязании передать в остальной части сведения, конкурсным управляющим в материалы дела  представлено не было (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2021, вступило в силу с принятием постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022). 

При этом, доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что бывший руководитель фактически имеет в наличии истребуемые документы, однако необоснованно, намеренно уклоняется от их передачи конкурсному управляющему, не установлено (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 15.07.2021).

Таким образом, поскольку у конкурсного управляющего отсутствовали первичные документы бухгалтерского учета, подтверждающие наличие задолженности, в нее отсутствовала объективная возможность исполнить указание суда о предоставлении запрашиваемых документов. 

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к правильному выводу,  что  основания для признания бездействий ответчиков по не представлению запрашиваемых документов в рамках дела №А65-23212/2019, не имеется. 

Согласно абзацу 2 п. 1 ст. 145 Закона о банкротстве конкурсный управляющий может быть отстранен арбитражным судом от исполнения обязанностей конкурсного управляющего на основании ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на конкурсного управляющего обязанностей.

В соответствии с п. 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 мая 2012г. № 150 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих" при рассмотрении ходатайств лиц, участвующих в деле, об отстранении конкурсного управляющего должно быть установлено, повлекло либо могло ли повлечь допущенное им нарушение причинение убытков должнику или его кредиторам.

В материалы дела  в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса РФ не представлены доказательства причинения убытков или риска их причинения должнику и конкурсным кредиторам в результате  нарушений.

Также не представлены доказательства того, что совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям суда в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости.

Согласно разъяснениям, данным в п. 56 Постановление № 35 Пленума ВАС РФ "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" от 22 июня 2012 г., в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости, суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.

В п. 10 Информационного письма № 150 Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих" от 22 мая 2012г. указано следующее.

Арбитражный суд не может удовлетворить ходатайство об отстранении конкурсного управляющего, если допущенные нарушения не являются существенными.

Конкурсный управляющий не может быть отстранен в связи с нарушениями, которые не являются существенными. Отстранение конкурсного управляющего должно использоваться в той мере, в какой оно позволяет восстановить нарушенные права или устранить угрозу их нарушения. 

Таким образом, отстранение конкурсного управляющего должно применяться тогда, когда конкурсный управляющий показал свою неспособность к надлежащему ведению конкурсного производства, что проявляется в ненадлежащем исполнении обязанностей конкурсного управляющего. Это означает, что допущенные конкурсным управляющим нарушения могут стать основанием для его отстранения в случае, если существуют обоснованные сомнения в дальнейшем надлежащем ведении им конкурсного производства. При этом не имеет значения, возникли такие сомнения в связи с недобросовестным предшествующим поведением конкурсного управляющего либо в связи с нарушениями, допущенными им в силу неготовности к надлежащему ведению конкурсного производства (недостаточного опыта управляющего, специфики конкурсного производства и т.п.). 

Из изложенного также следует, что не могут служить основанием для отстранения конкурсного управляющего нарушения, не приводящие к возникновению сомнений в дальнейшем надлежащем ведении им дел.

Отстранение конкурсного управляющего по ходатайству собрания кредиторов (комитета кредиторов) является правом арбитражного суда, а не его обязанностью, в связи с чем суд при рассмотрении ходатайства собрания кредиторов (комитета кредиторов) об отстранении конкурсного управляющего должен оценить все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела.

В связи с выше изложенным, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции, что ходатайство уполномоченного органа об отстранении арбитражного управляющего ФИО3 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника не подлежит удовлетворению.

В части жалобы действующего конкурсного управляющего ФИО3 на арбитражного управляющего ФИО2, усматривается следующее.

Как указывал арбитражный управляющий, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.05.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО6, было отказано, так как судом первой инстанции был применен годичный срок исковой давности.

Судом первой инстанции не было принято во внимание, что ФИО3  была назначена конкурсным управляющим только 10.01.2019, то есть, по прошествии 1,5 года с даты введения конкурсного производства.

Таким образом, по мнению заявителя жалобы, ФИО2 в период своей деятельности в качестве конкурсного управляющего пропустил годичный срок для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО6.

На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий ФИО3 просила признать незаконными действия ФИО2, выразившиеся в не обращении в Арбитражный суд Республики Татарстан с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника бывшего руководителя ФИО6 в годичный срок с момента признания должника банкротом, и взыскать с него убытки в сумме 118 080 449,73 руб.

Удовлетворяя заявленные требования в указанной части, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Права и обязанности конкурсного управляющего обусловлены целями конкурсного производства, которое применяется к должнику с целью соразмерного удовлетворения требований кредиторов (статья 2 Закона о банкротстве).

Основной круг обязанностей (полномочий) конкурсного управляющего, невыполнение которых является основанием для признания действий конкурсного управляющего незаконными и отстранения его от возложенных на него обязанностей, определен в статье 129 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий как профессиональный участник отношений в сфере несостоятельности (банкротства) должен принимать все доступные ему в соответствии с законом меры для пополнения конкурсной массы и максимального удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу пункта 3 статьи 129 Закона о банкротстве обращение в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц должника является правом арбитражного управляющего. Вместе с тем, данное право должно реализовываться конкурсным управляющим с учетом обязанности, содержащейся в пункте 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве.

Наличие или отсутствие оснований для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности может быть установлено исключительно судом на основании исследования и оценки всей совокупности конкретных обстоятельств дела.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан (резолютивная часть решения оглашен 19.06.2017) в отношении общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»   открыто конкурсное производство. Исполнение обязанностей конкурсного управляющего должником возложено на ФИО2, члена некоммерческого партнерства Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального Федерального округа».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан (резолютивная часть определения оглашен 24.10.2018) ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»,  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан (резолютивная часть определения оглашен 21.07.2017) конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»   утвержден - ФИО2, являющийся членом некоммерческого партнерства Ассоциация «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального Федерального округа».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан (дата оглашения резолютивной части определения 10.01.2019), конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур»,   утверждена ФИО3    

При рассмотрении заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, судом было установлено, что субъективный годичный срок по указанному основанию начал течь по истечении трех дней с даты утверждения первого конкурсного управляющего в деле о банкротстве должника -  19.06.2017.

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд 16.06.2020, то есть по истечении годичного субъективного срока. 

С учетом изложенного суд посчитал, что основания для удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 как за неподачу заявления о банкротстве по обязательствам должника, так и за непередачу бухгалтерской документации отсутствуют, в связи с пропуском срока исковой давности.

Таким образом, конкурсный управляющий ФИО2 имел возможность обратиться в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6, с соблюдением годичного срока исковой давности. 

Однако, с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 обратился вновь утвержденный конкурсный управляющий ФИО3 лишь16.06.2020, то есть с пропуском срока исковой давности.

Именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником антикризисных отношений, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, он вправе по своей инициативе подавать в суд заявления о привлечении контролирующих лиц должника (пункты 2 и 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

Наличие у конкурсного кредитора самостоятельного права обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности не свидетельствует о правомерности бездействия конкурсного управляющего и не освобождает ФИО2 от неблагоприятных последствий его неразумных действий.

Однако оценка действий (бездействия) конкурсного управляющего на предмет законности не может ставиться в зависимость от осуществления конкурсным кредитором предоставленных ему прав.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о незаконности действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2, выразившихся в несвоевременной подаче в арбитражный суд заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

С учетом уточнения, арбитражный управляющий просил привлечь ФИО6 к субсидиарной ответственности по следующим основаниям:

- по п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве (за не передачу документации должника);

- по п. 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве (за не подачу заявления в арбитражный суд о признании должника банкротом).

Поскольку бывшим руководителем должника требование Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» и Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» не исполнены, сведения и документы, во исполнение положений Закона о банкротстве не переданы, конкурсный управляющий полагает, что указанные обстоятельства являются основанием для привлечения  ФИО6 к субсидиарной ответственности, так как непередача указанных сведений и документов существенно повлияла на проведение процедур банкротства в части удовлетворения требований кредиторов.

Также, заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности основано на том, что бывший руководитель должника ФИО6 не обратился в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Как указывает конкурсный управляющий, материалами налоговой проверки, оформленной Решением №4 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 27.06.2017, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 16.12.2019 о взыскании с ФИО6 убытков, установлено, что ООО «Таттрансконтур» начиная с 11.01.2016 перестало осуществлять платежи со своего расчетного счета, платежи за него производились аффилированными лицами - ООО «СБК-Техносервис», и ООО «ТТК-Инвест». Таким образом, фактически с указанной даты, ООО «Таттрансконтур» не имело возможности погашать свои обязательства в полном объеме. В указанный период должником, также, не погашалась задолженность в полном объеме.  Следовательно, датой возникновения обязанности ФИО6 обратиться в арбитражный суд с заявлением должника о признании его банкротом следует считать 11.01.2016, месячный срок на обращение истекает 11.02.2016. Однако, ФИО6 в арбитражный суд с заявлением не обратился. 

Из разъяснений, содержащихся в пункте 48 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 "О некоторых вопросах практики применения Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", следует, что арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий (бездействия).

Ответственность арбитражного управляющего за причинение убытков носит гражданско-правовой характер и ее применение возможно лишь при наличии определенных условий, предусмотренных статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.05.2012 № 150 "Обзор практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих" под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков.

Как в случае уменьшения, так и в случае утраты возможности увеличения конкурсной массы возникают убытки у должника и его кредиторов. При этом удовлетворение требования о взыскании убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу (п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее -постановление Пленума ВАС РФ № 62).

В соответствии с пунктом 12 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 содержащиеся в нем разъяснения подлежат применению также при рассмотрении арбитражными судами дел о взыскании убытков с ликвидатора (членов ликвидационной комиссии), внешнего или конкурсного управляющих, если иное не предусмотрено законом или не вытекает из существа отношений.

Для взыскания убытков необходимо наличие состава правонарушения, истец должен доказать наступление вреда, наличие и размер убытков, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между наступившими убытками и противоправным поведением ответчика, вину причинителя вреда (часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Таким образом, заявители по настоящему спору, требующий взыскания убытков с арбитражного управляющего, должны доказать противоправность его поведения, факт возникновения убытков, а также причинно-следственную связь между поведением управляющего и наступившими негативными последствиями на стороне должника и кредиторов.

Отсутствие вины в силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 ГК РФ доказывается лицом, привлекаемым к ответственности в виде взыскания убытков.

Интересы должника, кредиторов и общества могут быть соблюдены при условии соответствия действий арбитражного управляющего требованиям Закона о банкротстве и иных нормативных правовых актов, которые регламентируют его деятельность по осуществлению процедур банкротства.

Так, права, обязанности, а также полномочия конкурсного управляющего определены в статьях 20.3, 129 Закона о банкротстве, неисполнение которых является основанием для признания действий и бездействий конкурсного управляющего незаконными.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 3 Обзора судебной практики от 20.12.2016 № 4 (2016), по смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы.

В силу пункта 2 статьи 124 Закона о банкротстве целью конкурсного производства является соразмерное удовлетворение требований кредиторов, которое проводится в определенный срок, в соответствии с установленной статьей 134 Закона о банкротстве очередностью по правилам проведения расчетов (статья 142 Закона о банкротстве) из сформированной управляющим конкурсной массы (статья 131 Закона о банкротстве).

Деятельность конкурсного управляющего должна быть подчинена названной цели, в силу требований пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с пунктом 5 статьи 129 Закона о банкротстве при наличии оснований, установленных Федеральным законом, конкурсный управляющий предъявляет требования к третьим лицам, которые в соответствии с Федеральным законом несут субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктами 1 - 4 статьи 61.14 Закона о банкротстве правом на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности обладают конкурсные кредиторы, представитель работников должника, работники либо бывшие работники должника или уполномоченные органы, либо арбитражный управляющий по своей инициативе или по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

Согласно пункту 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из обстоятельств, указанных в статье.

Из материалов дела следует, что в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего общества ФИО3 о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Определением от 11.05.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6 отказано в связи с пропуском срока исковой давности.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Как установлено судом, вступившим в законную силу Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего  ФИО3 об истребовании у бывшего директора ООО «Таттрансконтур» ФИО6 и бывшего конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО2 документации, отказано. 

При рассмотрении спора об истребовании у контролирующего лица ООО «СБК Техносервис» и ООО «Таттрансконтур» ФИО6 и бывшего конкурсного управляющего ФИО2 документации должника, судом было установлено, что бывшим руководителем была передана имеющаяся у него документация должника, доказательств наличия у него иных истребуемых документов не представлено, суд пришел к  выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Ответчик указывал, что истребованные документы заведомо не могли образовываться в процессе хозяйственной и управленческой деятельности должника, а также истребованные сведения не относятся к такой деятельности. 

Учитывая, что соответствующая информация имеется именно у контролировавшего должника бывшего руководителя, а управляющий имеет общее представление о видах и формах образовавшихся документов и сведений, то в рамках своей обязанности по передаче всей документации, а равно обязанности обеспечивать надлежащее ведение бухгалтерского учета и отчетности вплоть до открытия конкурсного производства, принимая во внимание обобщенный (а не пообъектный) характер указания в имеющихся в деле актах и описи документов, ответчик не обосновал, что истребованные сведения фактически переданы или переданы в надлежащей полноте.

Однако, арбитражным управляющим ФИО3 не доказано, что у ФИО6 имелись запрашиваемые документы, от передачи которых  он уклонялся.

На основании п. 1, п. 2 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества (п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве). 

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. 

При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное (ст. 2 Закона о банкротстве).

Как следует из анализа финансового состояния должника, по состоянию на 31.12.2016 обществ имело достаточно оборотных средств для ведения хозяйственной деятельности и своевременного погашения срочных обязательств. Однако,  обществу было не достаточно именно собственных оборотных средств, необходимых для его финансовой устойчивости. В связи с чем, баланс общества за 2016 год имел неудовлетворительную структуру, а общество являлось неплатежеспособным. 

Однако, по заявленному конкурсным управляющим основанию руководители могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного в пункте 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о банкротстве свидетельствует о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в п. 1 ст. 9 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них. 

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (п. 1 ст. 5, ст. 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Между тем, конкурсным управляющим не представлены доказательства возникновения у должника новых обязательств, после истечения установленного срока для обращения в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности необходимо наличие совокупности обстоятельств, а именно: возникновение одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств; неподача указанными в пункте 2 статьи 61.12 этого же Закона лицами заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Отсутствие хотя бы одного из вышеперечисленных условий является препятствием для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности.

В данном случае из материалов дела не следует, что после возникновения обстоятельств (неплатежеспособность, удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств перед другими кредиторами), на которые ссылается конкурсный управляющий в качестве оснований для обращения руководителя должника с заявлением о признании должника банкротом, и после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, возникли обязательства должника, по которым руководитель должника подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

Материалы дела не содержат безусловных доказательств, свидетельствующих о возможности удовлетворения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 по обязательствам должника в случае его подачи в пределах срока исковой давности, а также возможности реального пополнения конкурсной массы должника.

При этом судом учтена правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложенная в определении от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 по делу № А40-154653/2015, согласно которой само по себе предъявление заявления в пределах срока исковой давности не гарантирует ни его удовлетворения, ни исполнения судебного акта в случае признания требования обоснованным.

Суд первой инстанции при исследовании возможности пополнения конкурсной массы в случае привлечения упомянутого лица к субсидиарной ответственности  учел те факты, что в отношении ФИО6 ведется процедура банкротства - реализация имущества. 

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции об  отсутствии доказательств, позволяющих установить наличие совокупности условий для возложения на арбитражного управляющего гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков (не доказана причинно-следственная связь между бездействием арбитражных управляющих и невозможностью пополнения конкурсной массы должника, доказанностью размера убытков).

Довод заявителя о возможности пополнения конкурсной массы в случае своевременного обращения с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является предположением, в связи с чем отклоняется судом. 

В данной ситуации не доказана противоправность поведения арбитражного управляющего ФИО2 

Таким образом, в рассматриваемом случае отсутствуют доказательства наличия совокупности условий для применения к ФИО2 ответственности в виде взыскания убытков, а именно противоправности и виновности действий (бездействий) ответчиков, а также причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчиков и возникшими убытками.

Так же, в связи с не поступлением от предыдущего конкурсного управляющего ФИО2 документов, ФИО3 обратилась с заявлением об обязании передачи документов должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.02.2021 заявление было удовлетворено частично, где суд обязал бывшего руководителя должника – общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО6 передать конкурсному управляющему общества с ограниченной ответственностью «Таттрансконтур», г.Нижнекамск (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) ФИО3. 

Таким образом, по мнению заявителя, ФИО2 не принял никаких мер по истребованию документации у ФИО6 и не передал документы, необходимые для взыскания задолженности с ООО «СБК-ТЕХНОСЕРВИС», при этом «признал» наличие возможно несуществующего долга в размере 128 394 228, 41 руб., подписав акт сверки от имени должника.

На основании вышеизложенного, конкурсный управляющий ФИО3 просила признать незаконными действия ФИО2, выразившиеся в неполучении от должника и не передачи ФИО3 документации должника и взыскать с ФИО2 убытки в сумме 128 394 228,41 руб.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2021 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего    ФИО3 об истребовании у  бывшего директора ООО «Таттрансконтур» ФИО6 и бывшего конкурсного управляющего ООО «Таттрансконтур» ФИО2 документации, отказано. 

При рассмотрении спора об истребовании у контролирующего лица ООО «СБК Техносервис» и ООО «Таттрансконтур» ФИО6 и бывшего конкурсного управляющего ФИО2 документации должника, в частности, документов, подтверждающие наличие задолженности ООО «СБК- Техносервис» перед ООО «Таттрансконтур» в размере 128 394 228, 41 руб.  судом было установлено, что бывшим руководителем была передана имеющаяся у него документация должника, доказательств наличия у него иных истребуемых документов не представлено, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего.

Конкурсный управляющий ФИО2, возражая относительно заявленных требований, указал, что после назначения конкурсного управляющего ФИО3 им были переданы  все имевшиеся у него относительно ООО «Таттрансконтур» документы, а также печать. Передача документов осуществлялась посредством подписания ФИО3 актов приема передачи, ранее составлявшихся при соответствующей передаче руководителем должника ФИО2 документации. 

Дополнительные акты были составлены относительно документов, которые были получены в ходе процедуры по запросам от регистрирующих органов и судебных инстанций  по имевшимся судебным делам, в том числе и по делу А65-13790/2018 об обращении с иском к ООО «СБК-Техносервис», возвращенного судом определением от 06.08.2018, в связи с не устранением надлежащим образом обстоятельств, послуживших основанием для оставления искового заявления без движения.

Аналогично, как и в случае с исковым заявлением ФИО3 по делу А65-23212/2019, требования к ООО «СБК-Техносервис» были заявлены на основании имевшихся в его распоряжении и переданных должником актов сверки взаимных расчетов и частично имевшихся первичных документов по хозяйственным отношениям с данным субъектом. 

ФИО2 дополнительно сообщил, что им также переданы конкурсному управляющему все инвентаризационные описи выявленного и переданного должником имущества, которые также своевременно были размещены на сайте ЕФРСБ. Инвентаризация имущества должника продолжена конкурсным управляющим ФИО3 и на сайте ЕФРСБ ею опубликованы сведения об инвентаризации доли в ООО «Йолдыз». Сообщений о завершении инвентаризации имущества не опубликовано.

Из полученных ответов Гостехнадзора за ООО «Таттрансконтур» не было зарегистрировано самоходных транспортных средств, на месте расположения должника перечисленные в требовании прицепы и вагончики также не выявлены. Соответственно инвентаризационные ведомости  по отсутствующему имуществу составлены быть не могли. По переданным руководителем должника паспортам вагончиков и прицепов, в последствие также переданных мною ФИО3, конкурсный управляющий не лишена возможности предпринять доступные ей меры по розыску имущества.

Исходя из вышеизложенного, арбитражный управляющий ФИО2 указал, что им переданы все документы, печать, имущество, касающееся ООО «Таттрансконтур».

Доказательств, что ответчик ФИО6 передал запрашиваемые документы арбитражному управляющему ФИО2 (акт приема-передачи с поименованными документами), который, в свою очередь, уклоняется от их последующей передачи вновь утвержденному конкурсному управляющему ФИО3, в материалах дела не имеется. 

Следовательно, обязанность ответчика ФИО2, установленная абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве, по передаче документации и имущества  исполнена в той части, которая у ответчика ФИО2 имеется. 

ФИО6 указал, что все запрашиваемые документы уже были переданы по актам приема – передачи. 

Согласно доводам ФИО6, он как руководитель должника обеспечил передачу бухгалтерской документации конкурсному управляющему ФИО2 по описи в период с июля по октябрь 2017 года.

27.10.2017 были переданы документы за 2016 и 2017 годы.

ФИО6 указывал, что по результатам передачи документов был составлен итоговый акт приема-передачи.

При отсутствии документации должника у бывшего руководителя возникает объективная невозможность исполнения обязанности по их передаче арбитражному управляющему. Это, в свою очередь, исключает возможность удовлетворения судом требования об исполнении им в натуре обязанности, предусмотренной абзацем вторым пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве (абзац первый пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств").

Аналогичный правовой подход нашел свое отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 22.07.2019 № 306-ЭС19-2986.

Бывший руководитель указал, какие именно истребованные документы, заведомо не могли образовываться в процессе хозяйственной и управленческой деятельности должника и какие истребованные сведения не относятся к такой деятельности.

В указанной части запрашиваемые документы у ответчика отсутствует, о чем представлены соответствующие пояснения о причинных и обстоятельствах невозможности передачи . 

Доказательства, опровергающие доводы ответчика о невозможности исполнить требование конкурсного управляющего об обязании передать в остальной части сведения, конкурсным управляющим в материалы дела  представлено не было (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.11.2021, вступило в силу с принятием постановления Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2022). 

При этом,  доказательств, бесспорно свидетельствующих о том, что бывший руководитель фактически имеет в наличии истребуемые документы, однако необоснованно, намеренно уклоняется от их передачи конкурсному управляющему, не установлено (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 15.07.2021).

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции правомерно не нашел оснований для удовлетворения жалобы в указанной части.

Поскольку судом первой инстанции отказано в удовлетворении жалобы, оснований для взыскания с ФИО2 128 394 228,41 руб. убытков в размере стоимости утраченной к взысканию дебиторской задолженности  в отсутствие первичных документов, не имеется. 

Доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не нашли своего подтверждения, по существу сводятся к переоценке законных и обоснованных, по мнению суда апелляционной инстанции, выводов суда первой инстанции, не содержат фактов, которые имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность определения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены или изменения обжалуемых  судебных актов.

Верховный суд Российской Федерации в Определении от 30.08.2017 № 305-КГ17-1113 указал, что не отражение в судебных актах всех имеющихся в деле доказательств либо доводов стороны не свидетельствует об отсутствии их надлежащей судебной проверки и оценки. Все иные доводы и аргументы апелляционной  жалобы, в том числе и озвученные устно и письменно при рассмотрении жалобы в суде апелляционной инстанции, проверены коллегией судей и признаются несостоятельными, так как не опровергают законности принятого по делу судебного акта.

C позиции изложенных обстоятельств суд апелляционной инстанции считает, что суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделав правильные выводы по существу требований заявителя, а потому определение арбитражного суда первой инстанции следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 февраля 2022 года по делу А65-27693/2016 следует оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Учитывая, что при подаче апелляционной жалобы ФИО2 была уплачена государственная пошлина в сумме 3 000 рублей по платежному поручению № 313 от 18.02.2022, уплата которой пунктом 12 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации не предусмотрена, заявителю следует возвратить указанную государственную пошлину, на основании статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд             

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 25 февраля 2022 года по делу А65-27693/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

ФИО14 Гафурьяновичу из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3000,00 руб., уплаченную чек-ордером № 313 от 18.02.2022.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                 Н.А. Мальцев

Судьи                 В.А. Копункин

                                                                                                                Е.А. Серова