ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-14090/2020

Дело № А41-97706/19

22 октября 2020 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  19 октября 2020 года

Постановление изготовлено в полном объеме  22 октября 2020 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Юдиной Н.С.,

судей Миришова Э.С., Ханашевича С.К.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании:

от истца – ФИО2 – ФИО2 лично;

 от истца – ФИО3 – ФИО3 лично;

от истца – ФИО4 – ФИО2 представитель по нотариально удостоверенной доверенности от 12.05.2020, 

от истца – ФИО5 – ФИО2 представитель по нотариально удостоверенной доверенности от 11.06.2020, 

от истца – ФИО6 – ФИО2 представитель по нотариально удостоверенной доверенности от 03.06.2020, 26.04.1999

от ответчика – ФИО7 представитель по нотариально удостоверенной доверенности от 17.01.2020, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Московской области от 13 июля 2020 года по делу                    № А41-97706/19 по иску ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО8 к генеральному директору Открытого акционерного общества "Опытное конструкторское бюро "Экситон" ФИО9 при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Открытого акционерного общества "Опытное конструкторское бюро "Экситон" о взыскании денежных средств, 

 

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 (далее - истец, ФИО2) обратился в Арбитражный суд Московской области с иском (с учетом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ - л.д. 109, т.1)  к генеральному директору Открытого акционерного общества "Опытное конструкторское бюро "Экситон" ФИО9 (далее - ответчик, ОАО "ОКБ "Экситон" ФИО9) о взыскании 431.650руб. 76коп. убытков.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Открытое акционерное общество "Опытное конструкторское бюро "Экситон".

Определением Арбитражного суда Московской области от 18.02.2020 к участию в деле № А41-97706/19 в качестве соистцов привлечены ФИО4, ФИО3, ФИО6.

Определением Арбитражного суда Московской области от 26.05.2020 к участию в деле № А41-97706/19 в качестве соистцов привлечены ФИО8, ФИО5.

Решением Арбитражного суда Московской области от 13.07.2020 по делу № А41- 97706/19 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с данным судебным актом, ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, полагая, что судом первой инстанции  неполно выяснены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы, изложенные в обжалуемом решении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, неправильно применены нормы материального права.

Законность и обоснованность принятого судом первой инстанции решения проверены арбитражным апелляционным судом в порядке ст.ст. 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Дело рассмотрено в соответствии со ст.ст. 121-123, 153, 156 АПК РФ в отсутствие представителей истца ФИО8, третьего лица, извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в том числе публично путем размещения информации на официальном сайте суда https://kad.arbitr.ru/.

В судебном заседании арбитражного апелляционного суда ФИО2 поддержал доводы своей жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ФИО4, ФИО5, ФИО6 поддержал позицию ФИО2, просил обжалуемый судебный акт отменить.

ФИО3 поддержал позицию ФИО2, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения. 

Выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены решения суда первой инстанции в связи со следующим.

Из материалов дела следует, что 13.04.2004  ОАО "ОКБ "Экситон" зарегистрировано в качестве юридического лица за основным государственным регистрационным номером 1045007101105. 

ФИО9 является генеральным директором ОАО "ОКБ "Экситон" с 11.04.2018. 

Материалами дела установлено, что ФИО2 ФИО4,                             ФИО3, ФИО6, ФИО8, ФИО5 являются владельцами обыкновенных именных бездокументарных акций ОАО "ОКБ "Экситон". 

Как указал ФИО2 в тексте искового заявления, ФИО9 причинил ОАО "ОКБ "Экситон" убытки в размере 431.650руб. 76коп. в виде неполученной арендной платы за период с 26.09.2018  по май 2020,  подписав 25.09.2018 с ООО «МСА» в лице генерального директора ФИО10 договор аренды нежилого помещения (л.д. 16-18, т.1).

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Московской области от 05.06.2019 по делу № А41-18618/19 вышеуказанный договор признан недействительным и судом применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «МСА» возвратить ОАО "ОКБ "Экситон" по акту приема - передачи нежилое помещение с офисной мебелью, расположенное по адресу: 

<

...> общей площадью                   50 кв.м. 

Из судебных актов  по делу № А41-18618/19 следует, что 25.09.2018  ОАО "ОКБ "Экситон" (арендодатель) и ООО «МСА» (арендатор) заключили договор аренды нежилого помещения, согласно условиям которого ОАО "ОКБ "Экситон" передало во временное пользование арендатора нежилое помещение с офисной мебелью, расположенное по адресу: 

<

...>, общей площадью 50 кв. м, принадлежащее ОАО "ОКБ "Экситон" на праве собственности.

 Согласно выписке из ЕГРЮЛ единственным учредителем и генеральным директором ООО «МСА» является ФИО10

 На момент заключения договора аренды ФИО10 одновременно являлся лицом, совершающим от имени и в интересах ОАО "ОКБ "Экситон" распорядительные действия, предусмотренные Уставом ОАО "ОКБ "Экситон" для единоличного исполнительного органа, что подтверждено доверенностью от 19.06.2018.

Таким образом, судебными актами по делу № А41-18618/19 в соответствии со статьей 81 Закона об акционерных обществах договор аренды признан сделкой, в совершении которой имелась заинтересованность, поскольку ФИО10, являясь генеральным директором ООО «МСА» (арендатором) одновременно осуществлял полномочия единоличного исполнительного органа ОАО "ОКБ "Экситон" (арендодателя) на основании доверенности от 19.06.2018.

Согласно ч. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В рамках настоящего дела исковые требования предъявлены в соответствии  со ст.ст. 10, 15, 53 ГК РФ, ст. ст. 69, 71 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" и мотивированы недобросовестным поведением ФИО9, исполняющего с 11.04.2018 полномочия генерального директора ОАО "ОКБ "Экситон", повлекшим причинение обществу убытков вследствие действий ответчика по заключению сделки с ООО «МСА» - договора аренды нежилого помещения от 25.09.2018.

ФИО9, как генеральный директор общества, заключил данную сделку без соблюдения требующих или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок, а именно без согласования с юридическим бюро.

Поскольку сумма неполученной арендной платы в размере 431.650руб. 76 коп., является убытками общества, как полагает истец,  последний обратился с настоящим иском в арбитражный суд.

Принимая решение об отказе в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из отсутствия правовых оснований для удовлетворения заявленных требований.

Оценив доводы заявителя апелляционной жалобы и проверив их обоснованность, апелляционный суд считает их несостоятельными в связи со следующим.

В соответствии с п. 3 ст. 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В силу п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. 

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. 

Согласно п. 1 ст. 71 Закона об акционерных обществах члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), а равно управляющая организация или управляющий при осуществлении своих прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять обязанности в отношении общества добросовестно и разумно. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания ответственности не установлены федеральными законами. Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества (директор, генеральный директор), временный единоличный исполнительный орган, члены коллегиального исполнительного органа общества (правления, дирекции), равно как и управляющая организация или управляющий, несут ответственность перед обществом или акционерами за убытки, причиненные их виновными действиями (бездействием), нарушающими порядок приобретения акций общества, предусмотренный главой XI.1 настоящего Федерального закона (п. 2 ст. 71 Закона об акционерных обществах). 

В данном случае, если неисполнение обязательств общества обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ (руководители или учредители (участники) общества), действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена солидарная ответственность по обязательствам этого общества

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» в силу п. 5 ст. 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

При определении оснований и размера ответственности членов совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа общества, членов коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющего должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. 

С иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

 В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 08.02.2011                       № 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей. 

При этом в гражданском законодательстве закреплена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса РФ). 

Данное правило распространяется и на руководителей хозяйственных обществ, членов органов его управления, то есть предполагается, что они при принятии деловых решений, в том числе рискованных, действуют в интересах общества и его акционеров (участников).

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков - это мера гражданско-правовой ответственности, поэтому ее применение возможно лишь при наличии условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения обязательства контрагентом, наличие и размер убытков, причинную связь между допущенным правонарушением и возникшими убытками.

Недоказанность хотя бы одного из указанных условий является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска о взыскании убытков.

Как следует из п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление Пленума ВС РФ № 25), по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

Согласно разъяснениям, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации в постановлении № 6/8 от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, причиненных гражданам и юридическим лицам нарушением их прав, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК). 

Необходимость таких расходов и их предполагаемый размер должны быть подтверждены обоснованным расчетом, доказательствами, в качестве которых могут быть представлены смета (калькуляция) затрат на устранение недостатков товаров, работ, услуг; договор, определяющий размер ответственности за нарушение обязательств, и т.п.

Для наступления ответственности, предусмотренной ст. 15 ГК РФ, необходимо наличие состава правонарушения, включающего наступление вреда, вины причинителя вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

 1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

 2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки; 

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица; 

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

 5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.). 

Таким образом, при обращении с иском о взыскании убытков, причиненных противоправными действиями единоличного исполнительного органа, истец обязан доказать сам факт причинения обществу убытков и наличие причинной связи между действиями причинителя вреда и наступившими последствиями, в то время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном исполнительном органе. 

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, сформулированным в абзацах 3, 4 пункта 12 Постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. 

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица. 

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства. 

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. 

В случаях недобросовестного и (или) неразумного осуществления обязанностей по выбору и контролю за действиями (бездействием) представителей, контрагентов по гражданско-правовым договорам, работников юридического лица, а также ненадлежащей организации системы управления юридическим лицом директор отвечает перед юридическим лицом за причиненные в результате этого убытки (пункт 3 статьи 53 ГК РФ) (пункт 5 Постановления № 62).

В соответствии со ст. ст. 65, 66 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно п. 1 ст. 64 АПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном настоящим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу ст. ст. 67, 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, арбитражный суд принимает только те доказательства, которые имеют отношение к рассматриваемому делу.

В соответствии с п. п. 1, 3 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Доказательство признается судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности.

Однако обращаясь в суд с настоящими требованиями истец не представил надлежащих доказательств, подтверждающих, что заключение договора аренды нежилого помещения от 25.09.2018 повлекло причинение ОАО "ОКБ "Экситон" убытков в заявленном размере.

 Действия ответчика как генерального директора по заключению спорного договора не могут свидетельствовать о том, что ФИО9 знал или должен был знать, что данная сделка впоследствии будет квалифицирована как сделка, совершенная с заинтересованностью. 

При этом решением Арбитражного суда от 05.06.2019 по делу №А41-18618/19 судом применены  последствия недействительности сделки в виде возврата по акту приема – передачи нежилого помещения с офисной мебелью.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные лицами, участвующими в деле, в материалы дела доказательства, руководствуясь нормами гражданского законодательства, учитывая конкретные обстоятельства спора, а также отсутствие причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчика и наличием убытков у Общества, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о недоказанности истцом совокупности условий для взыскания с ответчика убытков в заявленном размере.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права является несостоятельным, поскольку определение законов и иных нормативных правовых актов, подлежащих применению при рассмотрении дела, является прерогативой суда, разрешающего спор (ч. 1 ст. 168 АПК РФ).

Обжалуя решение арбитражного суда первой инстанции по настоящему делу, истец не указывает каких-либо конкретных обстоятельств, по которым он не согласен с обжалуемым решением, а лишь повторно ссылается на те обстоятельства, которые им указаны в исковом заявлении, поданном в суд первой инстанции.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неправильном применении судом первой инстанции норм материального права является несостоятельным, поскольку определение законов и иных нормативных правовых актов, подлежащих применению при рассмотрении дела, является прерогативой суда, разрешающего спор (ч. 1 ст. 168 АПК РФ).

 

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка всем имеющимся в деле доказательствам, оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Апелляционная жалоба заявителя удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 13.07.2020 года по делу         № А41-97706/19 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции может быть обжаловано в порядке кассационного производства в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу.

 

Председательствующий

 

Н.С. Юдина

Судьи

 

Э.С. Миришов

С.К. Ханашевич