ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

17.01.2020

Дело № А41-95429/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 13.01.2020

Полный текст постановления изготовлен 17.01.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Крекотнева С.Н.

судей Кобылянского В.В., Ядренцевой М.Д.,

при участии в заседании:

от истца АО «Страховая группа «Уралсиб»: Правящий П.А. по дов. от 23.07.2019

от ответчика ПАО СК «Росгосстрах»: ФИО1 по дов. от 09.04.2018; ФИО2 по дов. от 19.01.2019; ФИО3 по дов. от 07.10.2019; ФИО4 по дов. от 17.07.2019

от третьих лиц:

от ООО «СПС»: ФИО5 по дов. от 19.09.2019

от РСА: ФИО6 по дов. от 29.01.2018

рассмотрев 13.01.2020 в судебном заседании кассационные жалобы 

ПАО «СК «Росгосстрах» и РСА

на решение Арбитражного суда Московской области от 03.07.2019,

и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019,

по иску акционерного общества «Страховая группа «Уралсиб» 

к публичному акционерному обществу «Страховая компания «Росгосстрах»

о взыскании 605 000 184 рублей 08 копеек,

третьи лица: ООО «СПС», РСА

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «СТРАХОВАЯ ГРУППА «УРАЛСИБ» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Московской области с иском о взыскании с публичного акционерного общества Страховая компания «РОСГОССТРАХ» (далее – ответчик) 509 756 810 руб. 65 коп. долга и 95 243 373,43 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением от 25 февраля 2019 судом объединены в одно производство для совместного рассмотрения дела № № А41-101154/18 по заявлению истца к ответчику о взыскании 509 756 810, 65 руб. основной задолженности; 95 243 373, 43 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами; 200 000 руб. оплаченной госпошлины и дело № А41-95429/18 по заявлению истца к ответчику о взыскании 509 756 810 руб. 65 коп. основной задолженности; 95 243 373 руб. 43коп. процентов за пользование чужими денежными средствами; 200 000 руб. оплаченной госпошлины. Объединенному делу присвоен № А41-95429/18. 

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Страховая Платежная Система» и Российский Союз Автостраховщиков.

Решением Арбитражного суда Московской области от 03.07.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2019, иск удовлетворен и с ПАО СК «РОСГОССТРАХ» в пользу АО «СТРАХОВАЯ ГРУППА «УРАЛСИБ» взыскано 509 756 810 руб. 65 коп. задолженности, 95 243 373 руб. 43 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами и 200 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины. 

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ПАО СК «РОСГОССТРАХ» обратилось в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит решение от 03.07.2019 и постановление от 10.10.2019 отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Российский союз автостраховщиков также подал кассационную жалобу, в которой просит судебные акты нижестоящих инстанций отменить, направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Жалобы мотивированы тем, что при принятии судебных актов суд первой и суд апелляционной инстанций неправильно применили нормы материального права, нарушили нормы процессуального права, не выяснили имеющие значение для рассмотрения дела обстоятельства, изложенные в решении и постановлении выводы не соответствуют фактическим обстоятельствам.

В заседании суда кассационной инстанции 13.01.2020 представители заявителей кассационных жалоб ПАО СК «РОСГОССТРАХ» и Российский союз автостраховщиков поддержали заявленные доводы.

Представитель ответчика АО «СТРАХОВАЯ ГРУППА «УРАЛСИБ» против удовлетворения кассационных жалоб возражал.

Представитель третьего лица ООО «Страховая Платежная Система» поддержал доводы кассационных жалоб ПАО СК «РОСГОССТРАХ» и Российского союза автостраховщиков.

Как следует из материалов дела, АО «СТРАХОВАЯ ГРУППА «УРАЛСИБ» подано исковое заявление, согласно которому истец в период с 24.07.2015 по 01.04.2017 от имени ПАО СК «РОСГОССТРАХ», застраховавшего гражданскую ответственность лиц, причинивших вред имуществу потерпевших, произвел возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших (осуществлено прямое возмещение убытков), в размере 509 756 810 руб. 65 коп.

В исковом заявлении истец ссылается на статью 14.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) и статьи 12, 15, 309-310, 395, 1102-1103 Гражданского кодекса Российской Федерации, прикладывает к исковому заявлению Соглашение о прямом возмещении убытков и направленную в порядке статьи 14.1 Закона об ОСАГО в РСА и в ПАО СК «Росгосстрах» претензию.

Ответчик в отзыве на иск указывал, что исковые требования не подлежат удовлетворению в силу положений пунктов 7.3.1, 7.3.2, 7.3.3 Соглашения о прямом возмещении убытков.

В решении суда первой инстанции указанные доводы ответчика отклонены, исходя из того, что истец не является членом Российского Союза Автостраховщиков, не является стороной Соглашения о прямом возмещении убытков, в котором определяется порядок и условия расчетов между членами РСА, указанные положения не подлежат применению в правоотношениях между истцом и ответчиком.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции и в постановлении дополнительно уточнил, что истец с 20.10.2017 прекратил быть стороной Соглашения и членом Российского Союза Автостраховщиков.

Руководствуясь данным выводом, суды нижестоящих инстанций квалифицировали заявленные истцом требования на основании статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации в качестве требований из неосновательного обогащения.

В судебных актах нижестоящих судов также сделан вывод, что положения Соглашения о прямом возмещении убытков, исходя из буквального значения содержащихся в нем слов и выражений, не устанавливают ограничение размера ответственности Страховщика причинителя вреда при компенсации расходов Страховщику потерпевшего, осуществившего выплаты в порядке прямого возмещения убытков.    

В свою очередь, внесение Российским Союзом Автостраховщиков  16.11.2015 (дата решения Президиума Российского Союза Автостраховщиков о внесении изменений в Соглашение) изменений в Соглашение в части порядка выплаты, препятствующих в некоторых случаях выплате нулевого требования, не прекращает обязательства Страховщика причинителя вреда по возмещению расходов страховщику потерпевшего. В судебных актах нижестоящих инстанций указано, что данные положения направлены на регулирование взаимоотношений между страховщиками по прямому возмещению убытков, а не на регулирование порядка и условий расчетов, что не входит в компетенцию Российского Союза Автостраховщиков и круг регулируемых отношений Соглашения, который определен статьей 26.1 Закона об ОСАГО и пунктами 2 и 4 Указания Банка России от 19.09.2014 № 3385-У «О требованиях к соглашению о прямом возмещении убытков и порядку расчетов между его участниками».

При этом, по мнению судов нижестоящих инстанций, ответчиком не представлены доказательства погашения взыскиваемой задолженности. Суд апелляционной инстанции дополнительно указал, что содержащиеся на CD-дисках ответчика сведения представляют собой составленный ПАО СК «РОСГОССТРАХ» реестр платежей без ссылок на соответствующие документы и без ссылок на конкретные страховые случаи.

Также суды нижестоящих инстанций применили к Соглашению о прямом возмещении убытков положения пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации о договорах присоединения, указав, что АО «СТРАХОВАЯ ГРУППА «УРАЛСИБ» присоединилось к Соглашению о прямом возмещении убытков, не участвовало в разработке или изменений условий Соглашения, что исключает применение к АО «СТРАХОВАЯ ГРУППА «УРАЛСИБ» положений об ограничении размера возмещения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав представителя ответчика, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу о наличии правовых оснований для отмены решения и постановления, и направления дела на новое рассмотрение исходя из следующего.

В соответствии со статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом,  иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение). В том числе по требованию одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством (ст.1103 ГК РФ).

Применение нижестоящими судами нормы статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации в настоящем деле является ошибочным, противоречит установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Согласно  пункту 4 статьи 14.1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», страховщик, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, осуществляет возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевшего, от имени страховщика, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред (осуществляет прямое возмещение убытков), в соответствии с предусмотренным статьей 26.1 данного Федерального закона соглашением о прямом возмещении убытков.

Статья 26.1 вышеуказанного  закона установлено, что соглашение о прямом возмещении убытков заключается между членами профессионального объединения страховщиков и профессиональным объединением страховщиков. Таким соглашением определяются порядок и условия расчетов между страховщиком, осуществившим прямое возмещение убытков, и страховщиком, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, а также между страховщиком, осуществившим прямое возмещение убытков, или страховщиком, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего.

Поскольку иск заявлен о взыскании выплат  за период с 24.07.2015 по 01.04.2017, когда истец являлся членом Российского Союза Автостраховщиков и стороной Соглашения о прямом возмещении убытков, подлежит  применению положения пункта 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом пункта 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора». 

Согласно пункту 3 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае изменения или расторжения договора обязательства считаются измененными или прекращенными с момента заключения соглашения сторон об изменении или о расторжении договора, если иное не вытекает из соглашения или характера изменения договора, а при изменении или расторжении договора в судебном порядке - с момента вступления в законную силу решения суда об изменении или о расторжении договора.

В пункте 3  Постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора» указано, что разрешая споры, связанные с расторжением договоров, суды должны иметь в виду, что по смыслу пункта 2 статьи 453 Гражданского кодекса Российской Федерации при расторжении договора прекращается обязанность должника совершать в будущем действия, которые являются предметом договора.

Таким образом, суды нижестоящих инстанций ошибочно пришли к выводу, что после выхода истца из Соглашения ранее возникшие обязательства сторон прекращают свое действие и к их отношениям могут применяться положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации при рассмотрении настоящего дела.

Согласно части 2 статьи 26.1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» исполнение обязательств страховщика, застраховавшего гражданскую ответственность лица, причинившего вред, перед страховщиком, осуществившим прямое возмещение убытков, в случае предусмотренном пунктом 5 статьи 14.1 настоящего Федерального закона, может осуществляться путем возмещения суммы оплаченных убытков по каждому требованию потерпевшего и (или) исходя из числа удовлетворенных требований в течение отчетного периода, среднего размера страхового возмещения, определенного в соответствии с соглашением о прямом возмещении убытков.

Требования к соглашению о прямом возмещении убытков, порядку расчетов между указанными страховщиками, а также особенности бухгалтерского учета по операциям, связанным с прямым возмещением убытков, устанавливаются Банком России.

Согласно пункту 2 Указания Банка России от 19.09.2014 № 3385-У «О требованиях к соглашению о прямом возмещении убытков и порядку расчетов между его участниками» соглашение должно содержать порядок возмещения вреда страховщиком, застраховавшим гражданскую ответственность лица, причинившего вред, страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков; порядок определения средних сумм страховых выплат.

При таких обстоятельствах суд кассационной инстанции приходит к выводу об ошибочном применении норм права судами нижестоящих инстанций, на основании которых суды пришли к выводу, что предмет Соглашения о прямом возмещении убытков ограничен исключительно порядком и условиями расчетов между страховщиками.

Также суды нижестоящих инстанций  не учли положения статьи 1 и пункта 18 статьи 12 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в соответствии с которыми под прямым возмещением убытков понимается возмещение стоимости погибшего имущества или стоимость восстановления поврежденного имущества.

При рассмотрении заявленных истцом требований судами нижестоящих инстанций не исследовался вопрос о том, какие виды платежей включены в представленные истцом реестры № 1 на сумму 452 754 865 руб. 81 коп. и реестр № 2 на сумму 57 001 944,84 руб. Из имеющихся в материалах дела реестров следует, что в них отражены нулевые требования, а также понесенные истцом судебные расходы, штрафы, пени и неустойки.

Также ПАО СК «РОСГОССТРАХ» указывало, что до 11.01.2016 выплаты компенсировались в соответствии с Соглашением о прямом возмещении убытков в  полном объеме, истцу было возмещено 120 452 945, 90 руб., в подтверждение представлены сводные данные, полученные от ООО «Страховая Платежная Система».

В пункте 3.1 Правил профессиональной деятельности, утвержденных постановлением Президиума Российского Союза Автостраховщиков, предусмотрено, что в рамках прямого возмещения убытков взаимодействие участников осуществляется через ООО «Страховая Платежная Система». 

Однако суды нижестоящих инстанций не учли, что представленные сводные данные не являются внутренними документами ответчика, были заверены электронной цифровой подписью ООО «Страховая Платежная Система», в нарушение положения статьи 71 АПК РФ не исследовали представленные ответчиком доказательства. 

В части требований истца о выплатах после 11.01.2016 ответчик ссылается на положения пунктов 1.9, 5.2.1, 5.2.2, 7.3.1, 7.3.2, 7.3.3 Соглашения о прямом возмещении убытков (с учетом изменений, внесенных 16.11.2015 Президиумом Российского союза автостраховщиков), согласно которым требования подразделяются на ненулевые  и нулевые (не требует осуществления расчетов Страховщика причинителя вреда со Страховщиком потерпевшего). 

Пунктом 7.3.1 Соглашения установлено, что Страховщик потерпевшего не вправе выдвигать требования, в том числе в рамках судебного разбирательства, о возложении обязательств по осуществлению дополнительной выплаты на Страховщика причинителя вреда или Российского Союза Автостраховщиков, если Заявка в рамках рассмотрения данного убытка в досудебном порядке направлялась в Российский Союз Автостраховщиков.

При применении положений статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации суды нижестоящих инстанций не учли требования пункта 1 статьи 24 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств». В соответствии с данными положениями условия Соглашения о прямом возмещении убытков распространяются на всех страховщиков ОСАГО.

В рамках судебного заседания представитель ООО «Страховая Платежная Система» также указал, что все страховые компании, осуществляющее страхование по ОСАГО, являются участниками Соглашения.

Толкование судом условий договора должно осуществляться в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации или о ничтожности таких условий по статье 169 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Судами не учтены доводы ответчика о том, что истец участвовал в разработке и принятии Соглашения, на момент внесения изменений в Соглашение входил в состав Президиума Российского Союза Автостраховщиков, голосовал за внесение устанавливающих ограничения на возмещение выплат изменений, не оплачивал нулевые требования, которые были внесены другими страховщиками в ООО «Страховая Платежная Система». 

С учетом изложенного при новом рассмотрении дела арбитражному суду первой инстанции следует установить состав указанных требований, оценить подлежат ли они взысканию с ответчика на основании применимых норм законодательства и Соглашения о прямом возмещении убытков, а также учесть представленные в материалы дела сводные данные от ООО «Страховая Платежная Система» и выяснить, имеется ли информация о платежах в счет исполнения обязательств ответчика перед истцом.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Московской области от 03.07.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 17.10.2019 по делу № А41-95429/2018 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Московской области.

Председательствующий-судьяС.Н. Крекотнев 

Судьи:В.В. Кобылянский

М.Д. Ядренцева