АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А11-11634/2018

15 июня 2022 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07.06.2022.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Ногтевой В.А.,

судей Елисеевой Е.В., Прытковой В.П.,

 

при участии представителей

от ФИО1: ФИО2 по доверенности от 02.06.2021,

от АО «Россельхозбанк»: ФИО3 по доверенности от 24.03.2022 

 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

 

на определение Арбитражного суда Владимирской области от 15.09.2021  и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 15.09.2021

по делу № А11-11634/2018 

 

по заявлению конкурсного управляющего индивидуального предпринимателя - 

главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 

(ИНН: 

<

***>, ОГРНИП: 

<

***>)

о признании недействительным договора дарения от 20.03.2017, 

заключенного должником и ФИО1, и 

о применении последствий недействительности сделки

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя - главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 (далее - ИП ГКФХ ФИО4, должник) в Арбитражный суд Владимирской области обратился конкурсный управляющий ФИО5 с заявлением о признании недействительным договора дарения от 20.03.2017, заключенного должником и его дочерью - ФИО1, и о применении последствий недействительности сделки.

Требование предъявлено на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Определением от 15.09.2021 суд удовлетворил заявленные требования, признал  договор дарения от 20.03.2017 недействительным, применил последствия недействительности сделки: взыскал с ФИО1 в конкурсную массу должника 2 101 000 рублей, составляющих стоимость земельных участков.

Первый арбитражный апелляционный суд постановлением от 09.03.2022 оставил определение от 15.09.2021 без изменения.

Суды двух инстанций исходили из того, что сделка заключена должником с аффилированным лицом, в период, когда должник  имел значительные кредитные обязательства перед банком. Земельные участки (кадастровые номера 33:13:060116:1101 и 33:13:060116:291), явившиеся объектом дарения, приобретены должником после регистрации ФИО4 крестьянского (фермерского) хозяйства,  использовались в предпринимательской деятельности и подлежали включению в конкурсную массу должника. Помимо оспоренного договора в спорный период должником совершены иные аналогичные сделки по безвозмездному отчуждению земельных участков в пользу заинтересованных лиц. Сделка заключена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов и при злоупотреблении правом.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение  от 15.09.2021 и постановление от 09.03.2022, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

По мнению заявителя жалобы, конкурсным управляющим не доказана совокупность обстоятельств, предусмотренных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Так, ФИО4 на дату совершения оспоренной сделки не обладал признаками неплатежеспособности. При рассмотрении обособленного спора о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника (определением от 04.09.2020 суд отказал в удовлетворении этого требования) суд пришел к выводу об отсутствии доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что на даты, указанные АО «Россельхозбанк» (08.10.2017) и конкурсным управляющим (07.12.2017) должник обладал объективными признаками неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества.   Согласно анализу финансового состояния должника основной причиной утраты им платежеспособности явилось введение администрацией Владимирской области карантина по африканской чуме свиней и объявление территории должника эпизоотическим очагом. В период с 25.08.2017 по 11.09.2017 было произведено отчуждение (изъятие) всего поголовья свиней, принадлежащих должнику, после чего хозяйственная деятельность крестьянского (фермерского) хозяйства прекратилась. Заявитель жалобы настаивает на том, что вплоть до возникновения чрезвычайной ситуации, до августа 2017 года, должник в полном объеме исполнял свои обязательства, в том числе по кредитным обязательствам. Цель причинения вреда кредиторам вследствие совершения договора дарения от 20.03.2017 не доказана ввиду отсутствия признака неплатежеспособности должника на момент заключения сделки.  

ФИО1 считает, что суды неправомерно применили к спорным правоотношениям статью 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Квалифицировав сделку, как заключенную при злоупотреблении правом, суды не указали, в чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Податель жалобы ссылается на недоказанность существенного в данном случае обстоятельства, касающегося того, что имущество, в отношении которого совершена сделка приобреталось за счет средств крестьянского (фермерского) хозяйства. Земельный участок с кадастровым номером  33:13:060116:291 ФИО4 приобрел у администрации Нагорного сельского поселения Петушинского района Владимирской области  по договору купли-продажи от 21.12.2015. В рамках данного договора ФИО4 действовал как физическое лицо, а не как глава крестьянского (фермерского) хозяйства. Оплата приобретенного земельного участка осуществлена за счет личных средств ФИО4                (в квитанции об оплате ФИО4 указан как физическое лицо).

ФИО1 не согласна с судебными актами и в части применения последствий  недействительности сделки. Отчет оценщика от 11.05.2021 № 30320428-О, представленный конкурсным управляющим, не является надлежащим доказательством. Определенная оценщиком рыночная стоимость земельных участков в размере 2 051 614 рублей явно завышена. Согласно имеющемуся в деле договору купли-продажи от 02.12.2015 земельный участок с кадастровым номером 33:13:060116:291 приобретен ФИО4 на аукционе по цене 188 253 рубля 09 копеек, что явно несоразмерно со стоимостью, указанной в отчете.

ФИО1 просит исключить из мотивировочной части постановления от 09.03.2022 абзацы с 6 по 11 на странице 15 постановления. В подтверждение правомерности включения спорных земельных участков в конкурсную массу должника суд апелляционной инстанции дополнительно указал на следующее обстоятельство. Земельные участки с кадастровыми номерами 33:13:060116:291 и 33:13:060116:1101 обеспечивали кредитные обязательства крестьянского (фермерского) хозяйства в силу договора об ипотеке (залоге) земельных участков от 12.09.2013 № 134100/0056-7.10/1. Однако названный договор ипотеки в установленном законом порядке не был зарегистрирован, что свидетельствует о его недействительности.

Законность определения Арбитражного суда Владимирской области от 15.09.2021 и постановления Первого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2021 по делу № А11-11634/2018 проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Владимирской области определением от 20.09.2018 возбудил производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ИП ГКФХ ФИО4

Определением от 26.11.2018 введено наблюдение.

Решением от 14.05.2019 должник признан банкротом, в отношении его имущества открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

В ходе анализа сделок должника конкурсный управляющий установил, что ФИО4 02.06.2017 отчужден в пользу дочери - ФИО1  земельный участок, кадастровый номер   33:13:060116:291, вид  использования: для ведения крестьянского (фермерского) хозяйства. Впоследствии конкурсному управляющему передан договор дарения от 20.03.2017, по условиям которого ФИО4 (даритель) передал  ФИО1 (одаряемой) в собственность земельные участки с кадастровыми номерами 33:13:060116:1101, 33:13:060116:291.

Переход права собственности на земельные участки зарегистрирован в установленном законом порядке Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Владимирской области  02.06.2017.

Посчитав, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий ФИО5 обратился в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В пунктах 5 и 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление               № 63)   разъяснено следующее.

Для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в частности, если сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Из содержания положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве можно заключить, что нормы и выражения, следующие за первым предложением данного пункта, устанавливают лишь презумпции, которые могут быть использованы при доказывании обстоятельств, необходимых для признания сделки недействительной и описание которых содержится в первом предложении пункта.

Из этого следует, что, например, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Данный правовой подход отражен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710(4).

С учетом изложенного отсутствие признака неплатежеспособности должника на момент совершения сделки не исключает цель причинения вреда в результате совершения такой сделки и не является достаточным и безусловным основанием для отказа в признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Позиция заявителя кассационной жалобы в этой части основана на неверном толковании приведенной нормы права.

Полно и всесторонне исследовав имеющиеся в деле доказательства, суды двух инстанций установили, что сделка совершена должником в отношении аффилированного лица (дочери должника), безвозмездно, в период, когда должник имел значительные кредитные обязательства перед банком. ФИО4 на дату заключения договора дарения от 20.03.2017 неоднократно обращался в АО «Россельхозбанк» с заявлением о продлении срока исполнения обязательств по кредитному договору, что свидетельствует о финансовых трудностях заемщика. 

Приняв во внимание данные обстоятельства, суды пришли к верному выводу о том, что сделка совершена с противоправной целью, с целью вывода активов должника во избежание расчетов с кредиторами. В результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов, поскольку из конкурсной массы должника выбыло имущество (два земельных участка). Одаряемая, являясь заинтересованным по отношению к должнику лицом, должна была знать о противоправной цели сделки.

Довод ФИО1 о том, что земельные участки не подлежали включению в конкурсную массу должника, поскольку являлись личной собственностью ФИО4, был предметом рассмотрения в судах первой и апелляционной инстанций и обоснованно отклонен в силу следующего.

Особенности банкротства крестьянского (фермерского) хозяйства определены в параграфе 3 главы Х Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктами 1 и 3 статьи 221 Закона о банкротстве в конкурсную массу крестьянского (фермерского) хозяйства включаются находящееся в общей собственности членов крестьянского (фермерского) хозяйства недвижимое имущество, в том числе насаждения, хозяйственные и иные постройки, мелиоративные и другие сооружения, племенной, молочный и рабочий скот, птица, сельскохозяйственные и иные техника и оборудование, транспортные средства, инвентарь и другое приобретенное для крестьянского (фермерского) хозяйства на общие средства его членов имущество, а также право аренды принадлежащего крестьянскому (фермерскому) хозяйству земельного участка и иные принадлежащие крестьянскому (фермерскому) хозяйству и имеющие денежную оценку имущественные права.

Имущество, принадлежащее главе крестьянского (фермерского) хозяйства и членам крестьянского (фермерского) хозяйства на праве собственности, а также иное имущество, в отношении которого доказано, что оно приобретено на доходы, не являющиеся общими средствами крестьянского (фермерского) хозяйства, не включается в конкурсную массу.

В рассмотренном случае крестьянское (фермерское) хозяйство создано одним гражданином - ФИО4, что не противоречит статье 1 Федерального закона от 11.06.2003 № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве».

Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО4 прошел соответствующую государственную регистрацию 02.08.2005; вид деятельности крестьянского (фермерского) хозяйства - разведение свиней, выращивание зерновых (кроме риса), зернобобовых культур и семян масличных культур.

В данном случае для разрешения вопроса о том, подлежали ли земельные участки включению в конкурсную массу должника, за счет которой будут удовлетворяться требования кредиторов, существенное значение имеют когда и на какие доходы было приобретено данное имущество. 

Обязанность по доказыванию указанных обстоятельств в силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит на заинтересованном лице. 

С учетом положений действующего законодательства критериями, необходимыми для отнесения того или иного имущества к имуществу фермерского хозяйства, является и его производственное (целевое) назначение.

Как установлено судами двух инстанций, земельные участки были приобретены  ФИО4 после того, как он зарегистрировался в качестве главы крестьянского (фермерского) хозяйства.

По договору купли-продажи от 21.12.2015 ФИО4 приобрел у администрации Нагорного сельского поселения Петушинского района Владимирской области земельный участок из земель сельскохозяйственного назначения с кадастровым номером 33:13:060116:291 площадью 153 413 квадратных метров.

ФИО4 заключил с Комитетом по управлению имуществом Петушинского района Владимирской области 27.04.2009 договор аренды земельного участка с кадастровым номером 33:13:060116:309 площадью 445 068 квадратных метров, категория земель - земли населенных пунктов, разрешенное использование: для сельскохозяйственного производства. ФИО4 выкупил данный земельный участок по договору купли-продажи от 23.09.2011, а впоследствии разделил его с выделом земельного участка с кадастровым номером 33:13:060116:1101.

Вид разрешенного использования (для сельскохозяйственного производства) и целевое назначение земель не изменялись.

Доказательства осуществления ФИО4 иной деятельности, не связанной  с ведением крестьянского (фермерского) хозяйства, и наличия у него иных источников дохода в период приобретения спорных земельных участков в материалах дела отсутствуют.

С учетом изложенного договор дарения от 20.03.2017 правомерно признан недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом суд округа соглашается с позицией подателя кассационной жалобы о том, что в рассмотренном случае приведенные в обоснование заявленного требования доводы не свидетельствовали о наличии у сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки, в связи с чем оснований для применения статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации о злоупотреблении правом не имелось.  Вместе с тем данное нарушение не привело к принятию неправильного по сути судебного акта.

Возражения ФИО1 относительно применения судами последствий недействительности сделки суд кассационной инстанции отклоняет, как неправомерные.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником и изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Суды двух инстанций установили, что спорные земельные участки отчуждены ФИО1 в пользу третьих лиц, а потому в качестве последствий недействительности договора дарения от 20.03.2017 правомерно взыскали с ФИО1 в конкурсную массу должника действительную рыночную стоимость земельных участков в размере 2 101 000 рублей, определенную по состоянию на 20.03.2017 на основании представленного конкурсным управляющим отчета ООО «Единая служба оценки» от 11.05.2021                            № 20210428-О.

Дав оценку данному документу, суды пришли к выводу о том, что заключение об оценке содержит полную информацию по поставленному вопросу, оценщиком приведено обоснование выбора сравнительного подхода. Отчет принят судами в качестве надлежащего доказательства по делу.

Аргумент ФИО1 о явно завышенной рыночной стоимости земельных участков был предметом рассмотрения в судах двух инстанций и отклонен в связи с его необоснованностью. Несмотря на то, что суд неоднократно предлагал заинтересованному лицу представить документальное обоснование своей позиции по данному вопросу (определения от 16.06.2021, 06.07.2021), ФИО1 ходатайство о проведении судебной экспертизы в установленном законом порядке не заявляла, отчет об оценке, свидетельствующий об иной рыночной стоимости земельных участков, не представила.

Не заслуживает внимания и довод заявителя кассационной жалобы об исключении из мотивировочной части постановления Первого арбитражного апелляционного суда  от 09.03.2022 абзацев с 6 по 11 на странице 15 постановления (по тексту постановления это абзацы с 5 по 10 на странице 15 постановления). ФИО1 оспаривает факт заключения  договора об ипотеке (залоге) спорных земельных участков от 12.09.2013                                        № 134100/0056-7.10/1., предоставленных якобы в обеспечение исполнения кредитных обязательств крестьянского (фермерского) хозяйства. Залог земельных участков с кадастровыми номерами 33:13:060116:291 и 33:13:060116:1101 не прошел в установленном законом порядке государственную регистрацию. Суд апелляционной инстанции, по мнению подателя жалобы, ошибочно сослался на данный договор залога, как на доказательство, свидетельствующее об использовании земельных участков фермерским хозяйством. Однако АО «Россельхозбанк» не оспаривает отсутствие государственной регистрации  залога земельных участков. Банк сослался на договор об ипотеке (залоге) земельных участков лишь с той целью, чтобы подтвердить факт использования земельных участков фермерским хозяйством.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, суд округа не установил.

Расходы по уплате государственной пошлины в силу статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 1 часть 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Владимирской области от 15.09.2021 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 по делу №  А11-11634/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

           Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

В.А. Ногтева

 

 

Судьи

 

Е.В. Елисеева

В.П. Прыткова