145/2017-22062(4) 

Пятый арбитражный апелляционный суд 

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001 

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98 http://5aas.arbitr.ru/ 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А51-27808/2016

г. Владивосток

02 июня 2017 года

Резолютивная часть постановления оглашена 29 мая 2017 года. Постановление в полном объеме изготовлено 02 июня 2017 года. 

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего Е.Н. Шалагановой,  судей К.П. Засорина, Л.А. Мокроусовой,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу публичного  

акционерного общества «Сбербанк России»  апелляционное производство № 05АП-3391/2017  

на определение от 05.04.2017 судьи Р.Б. Назметдиновой  об отказе во включении в реестр требований кредиторов должника  

по делу № А51-27808/2016 Арбитражного суда Приморского края  по заявлению ФИО2  

о признании несостоятельным (банкротом),  при участии:  

от публичного акционерного общества «Сбербанк России» - представитель  ФИО3 (доверенность от 25.04.2017 сроком до 30.03.2018, паспорт);  

от Дмитриева Дмитрия Николаевича – представитель Карьков О.В.  (доверенность от 17.10.2016 сроком на 1 год, паспорт);  

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле о банкротстве и в арбитражном  процессе по делу о банкротстве;  

УСТАНОВИЛ:

Решением суда от 19.12.2016 в отношении ФИО2 введена процедура банкротства гражданина – реализация  имущества, финансовым управляющим должника утвержден ФИО5. Объявление о введении в отношении должника процедуры  банкротства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 243 от 29.12.2016.  

В рамках настоящего дела о банкротстве определением от 25.01.2017  признаны обоснованными и подлежащими включению в третью очередь  реестра требований кредиторов должника требования публичного  акционерного общества «Сбербанк России» (далее – ПАО «Сбербанк  России», Банк) в размере 50 851 803 рублей 28 копеек основного долга,  125 394 рублей 66 копеек неустойки (договор об открытии возобновляемой  кредитной линии № 705150007 от 30.06.2015) и в сумме 122 435 887 рублей  73 копейки основного долга, 39 077 рублей 75 копеек неустойки (договор об  открытии возобновляемой кредитной линии № 705150009 от 05.08.2015) как  обеспеченные залогом имущества (далее по тексту – Объекты):  

- здание, назначение: нежилое, 3-этажный, общая площадь 3 803, 2  кв.м.; инв. № 05:423:002:000138100:0003, лит. А, адрес (местонахождение)  объекта: 

<

...>,  кадастровый или условный номер 25:34:016402:2918, залоговой стоимостью  133 219 999 рублей 50 копеек;  

- земельный участок площадью 2 917 кв.м.; категория земель: земли  населенных пунктов; разрешенное использование: объекты коммунально- складского назначения; адрес (местоположение) объекта: установлено  относительно ориентира, расположенного в границах земельного участка.  Ориентир: здание административно-складское. Почтовый адрес ориентира:  

Приморский край, г. Уссурийск, ул. Краснознаменная, д. 198-г, кадастровый  или условный номер 25:34:016402:3023, залоговой стоимостью 1 756 034  рубля.  

08.02.2017 Банк обратился с заявлением об уточнении включенных в  реестр требований (173 452 163 рубля 42 копейки, в том числе 173 287 691  рубль основного долга, 164 472 рубля 41 копейка неустойки) в части  дополнительного обеспечения. Так, кредитор просил признать свои  требования к должнику обеспеченными залогом дополнительного имущества  ФИО2, на которое определением Уссурийского районного суда  Приморского края от 26.09.2016 по делу № 2-9960/2016 наложен арест (далее  по тексту – имущество):  

- транспортные средства: автомобиль Renault Master, 2014 г/в.,  автомобиль Isuzu Forward, 1989 г/в., автомобиль Toyota Camry, 2015 г/в.,  автомобиль Hino 300, автомобиль Nissan NV200 Vanette, 2014 г/в., прицеп  Aluma 638, 2013 г/в., прицеп Купава-813300, 2004 г/в., автомобиль Toyota  Hiace, 1986 г/в., автомобиль Daewoo Prima 2014 г/в.;  

- открытые в ПАО Сбербанк банковские счета;  

- недвижимое имущество: однокомнатная квартира (24, 6 кв.м.,  кадастровый или условный номер объекта 25:34:017501:1660), земельный  участок (1 284 кв.м., Кадастровый или условный номер объекта  25:34:016402:689), объект незавершенного строительства (кадастровый или  условный номер объекта 25:34:016402), трехкомнатная квартира (70, 9 кв.м.,  кадастровый или условный номер объекта 25:34:017001:4455), земельный  участок (2 917 кв.м., кадастровый или условный номер объекта  25:34:016402:3023), здание 3 803, 2 кв.м., кадастровый или условный номер  объекта 25:34:016402:2918), объект незавершенного строительства  (кадастровый или условный номер объекта 25:34:00 00  00:00:00000/0:10000/Врем № 46302012), объект незавершенного  строительства (кадастровый или условный номер объекта: 25-25-12/007/2011247).  

Определением от 05.04.2017 в удовлетворении требований Банка  отказано.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, ПАО «Сбербанк  России» обратилось в Пятый арбитражный апелляционный суд с настоящей  апелляционной жалобой, в которой просит указанное определение отменить  и признать требования кредитора обеспеченными залогом имущества  должника.  

Ссылаясь на пункт 5 статьи 334 Гражданского кодекса (далее – ГК РФ),  кредитор полагает, что с момента вступления в законную силу решения  Уссурийского районного суда Приморского края от 29.11.2016 по делу № 2- 9960/2016 (10.01.2016), у него возникли права и обязанности  залогодержателя в отношении имущества, на которое определением  Уссурийского районного суда Приморского края от 26.09.2016 по  указанному делу был наложен арест.  

Банк считает, что положения Федерального закона от 26.10.2002 

 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о  банкротстве), предусматривающие специальный порядок реализации прав  залоговых кредиторов, не устанавливают зависимость применения такого  порядка от основания возникновения залога, а также полагает, что отсылка  статьи 334 ГК РФ к статье 174.1 ГК РФ позволяет признать кредитора  обладающим правом преимущественного удовлетворения требований за счет  арестованного имущества должника.  

В представленном письменном отзыве должник возражает против  доводов апелляционной жалобы, считает определение суда первой инстанции  законным и обоснованным.  

В судебном заседании представители Банка и ФИО2  настаивали на своих позициях.  

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве и в арбитражном  процессе по делу о банкротстве, в судебное заседание не явились, что, с  учетом их надлежащего извещения, в том числе путем публикации  

необходимой информации на официальном сайте арбитражного суда в сети  Интернет, не препятствовало коллегии рассмотреть апелляционную жалобу в  их отсутствие в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).  

Исследовав и оценив материалы дела, проверив в порядке статей 266,  268-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой  инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной  инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта.  

Положениями части 1 статьи 223 АПК РФ, статьи 32 Закона о  банкротстве предусмотрено, что дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным  Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами,  регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).  

Согласно пункту 3 статьи 4 Закона о банкротстве размер денежных  обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он  определен судом в порядке, предусмотренном Законом о банкротстве.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 71 Закона о банкротстве для целей  участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои  требования к должнику в течение тридцати календарных дней с даты  опубликования сообщения о введении наблюдения.  

Пунктом 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее –  Постановление Пленума № 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71  и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и  размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от  наличия разногласий относительно этих требований между должником и  лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной  стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При  установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует  

исходить из того, что установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства  наличия и размера задолженности.  

Включенное в реестр определением от 25.01.2017 требование Банка  обосновано наличием у ФИО2 как у поручителя неисполненных  обязательств по уплате 50 977 197 рублей 94 копеек основного долга по  договору об открытии возобновляемой кредитной линии № 705150007 от  30.06.2015; 122 474 965 рублей 48 копеек по договору об открытии  возобновляемой кредитной линии № 705150009 от 05.08.2015.  

Требование обеспечено залогом Объектов, однако ПАО «Сбербанк»  полагает, что предметом залога также следует признать все перечисленное в  определении Уссурийского районного суда Приморского края от 26.09.2016  арестованное имущество должника.  

Суд апелляционной инстанции считает приведенный довод апеллянта  необоснованным и соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что  общий порядок исполнения судебных актов, в том числе и обеспечивающий  реализацию принципа приоритета в исполнительном производстве,  установленный пунктом 5 статьи 334 ГК РФ, в рассматриваемом случае не  подлежит применению.  

Так, из содержания пункта 1 статьи 334 ГК РФ следует, что в силу  залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель)  имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения  должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости  заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими  кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество  (залогодателя).  

К отдельным видам залога (статьи 357 - 358.17 ГК РФ) применяются  общие положения о залоге, если иное не предусмотрено правилами ГК РФ об  этих видах залога (пункт 4 статьи 334 ГК РФ).  

Если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или  иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на  распоряжение имуществом (статья 174.1 ГК РФ), обладает правами и  обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента  вступления в силу решения суда, которым требование такого кредитора было  удовлетворено (пункт 5 статьи 334 ГК РФ). Очередность удовлетворения  указанных требований определяется в соответствии с положениями статьи  342.1 ГК РФ по дате, на которую соответствующий запрет считается  возникшим.  

Исходя из буквального толкования положений пункта 5 статьи 334 ГК  РФ, данная норма подлежит применению в совокупности с положениями  статьи 174.1 ГК РФ, то есть при совершении сделки по распоряжению  имуществом в нарушение запрета.  

Отсылка при определении лиц, обладающих правами залогодержателя,  к статье 174.1 ГК РФ, пункт 2 которой регулирует последствия совершения  сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено в  судебном или ином установленном законом порядке в интересах кредитора,  является неотъемлемой частью пункта 5 статьи 334 ГК РФ.  

Согласно положениям пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ соответствующая  сделка признается действительной, что позволяет арестованному имуществу  находиться в обороте. Поэтому наделение кредитора правами  залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 ГК РФ обусловлено  необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления  кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после  того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно  было знать о запрете (закрепление в отношении арестованного имущества  принципа следования обременения за вещью).  

При этом в пункте 5 статьи 334 ГК РФ законодатель лишь приравнял  права взыскателя к правам залогодержателя, не указав на то, что в связи с  введением запрета на распоряжение имуществом возникает полноценный  

залог. Более того, как следует из буквального смысла указанной нормы,  правила о возникновении прав залогодержателя действуют, если иное не  вытекает из существа отношений залога.  

Иное (отсутствие прав залогодержателя) вытекает из существа  отношений залога в ситуации несостоятельности (банкротства) должника.  

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 94  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поскольку  согласно пункту 5 статьи 334 ГК РФ считается, что права и обязанности  залогодержателя предоставляются кредитору или иному управомоченному  лицу только со дня вступления в силу решения суда, которым удовлетворены  требования, обеспечивающиеся запретом, право на иск об обращении  взыскания на арестованное имущество возникает не ранее указанного дня.  

В этой связи, как верно указано судом первой инстанции, пункт 5  статьи 334 ГК РФ, предоставляющий кредитору при наличии определенных  условий право на иск об обращении взыскания на заложенное имущество,  устанавливает лишь особый, индивидуальный и приоритетный порядок  удовлетворения требований такого кредитора, в том числе и при совершении  сделки с имуществом, в отношении которого объявлен запрет.  

Определение приоритетности удовлетворения требований такого  кредитора за счет арестованного имущества при исполнении судебного акта  о взыскании с должника задолженности относится к общим правилам  исполнения судебных актов.  

Между тем общие правила исполнения судебных актов установлены  для регулирования обычной экономической деятельности хозяйствующих  субъектов, при установлении в отношении одного из субъектов  предпринимательской деятельности признаков банкротства применению  подлежат специальные нормы законодательства о банкротстве, правовое  

регулирование которых направлено на достижение общих целей института  несостоятельности.  

Закон о банкротстве устанавливает особый режим имущественных  требований к должнику, не допускающий удовлетворение требований  кредиторов в индивидуальном порядке и не содержащий предписаний о  привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест, что  позволяет обеспечивать определенность объема имущества должника в  течение всей процедуры банкротства, создавая необходимые условия для  более полного удовлетворения требований всех кредиторов.  

С учетом специального регулирования процедур банкротства и тех  законных ограничений, принятых в отношении имущества должника (статьи  63, 64, 81, 94, 95, 126 и 213.11 Закона о банкротстве), а также с целью  соблюдения равенства прав кредиторов относительно конкурсной массы  должника, к спорным отношениям не может быть применена норма пункта 5  статьи 334 ГК РФ. Запрет на распоряжение имуществом не порождает таких  залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при  удовлетворении его требований в процедурах банкротства.  

Поскольку залоговый кредитор в деле о банкротстве обладает особым  статусом, предоставленным ему статьями 18.1, 138 Закона о банкротстве,  статьей 334 ГК РФ, для признания его залогового приоритета в деле о  банкротстве в первую очередь необходимо установить основания  возникновения залога на имущество должника.  

В настоящем случае в рамках рассмотрения дела Уссурийского  районного суда Приморского края № 2-9960/2016 по иску ПАО «Сбербанк  России» к ООО «Про-Тек», ФИО2 о взыскании суммы долга по  договорам об открытии возобновляемой кредитной линии № 705150007 от  30.06.2015 и № 705150009 от 05.08.2015, обращении взыскания на Объекты  путем их продажи с публичных торгов определением от 26.09.2016 приняты  обеспечительные меры в виде наложения ареста на имущество ФИО2  

Коллегия полагает, что принятая судом на основании норм  процессуального права обеспечительная мера не может рассматриваться в  качестве гражданско – правовой меры обеспечения исполнения обязательств,  предусмотренной нормами параграфа 3 главы 23 ГК РФ, и не влечет  возникновения между сторонами залоговых отношений.  

Таким образом, заявленные ПАО «Сбербанк России» требования в  рамках данного обособленного спора не основаны на наличии заключенного  с должником договора залога, в связи с чем правовых оснований для  удовлетворения заявленного требования не имеется.  

Признание Банка залогодержателем имущества должника (исключая  установленные определением Арбитражного суда Приморского края по  настоящему делу от 25.01.2017 Объекты) приведет к нарушению принципа  гражданского права, нарушению прав иных кредиторов в рамках дела о  банкротстве ФИО2 и нарушит существо отношений залога,  поскольку пункт 5 статьи 334 ГК РФ дает возможность кредитору  противопоставлять свои права и обязанности залогодержателя в отношении  недвижимости должника перед всеми третьими лицами, которым  недобросовестный должник произвел отчуждение или обременение  имущества вопреки установленному судом запрету на его распоряжение,  однако не дает такого права по отношению к иным кредиторам должника.  

Изложенные выводы согласуются с позицией Верховного Суда  Российской Федерации, изложенной в определении от 27.02.2017 № 301- ЭС16-16279.  

Таким образом, доводы апелляционной жалобы, сводящиеся к тому,  что введение в отношении должника процедуры банкротства не препятствует  реализации прав в порядке пункта 5 статьи 334 ГК РФ, отклоняются,  поскольку противоречат специфике установления требований, обеспеченных  залогом имущества должника в соответствии с действующей судебной  практикой и положениями законодательства о несостоятельности  (банкротстве).  

Иное толкование Банком положений ГК РФ, с учетом специальных  норм Закона о банкротстве, не свидетельствует о незаконности определения  суда первой инстанции и не может служить основанием для его отмены или  изменения.  

Нарушений норм процессуального и материального права, являющихся  в силу статьи 270 АПК РФ основанием для отмены принятого судебного  акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

В соответствии с подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового  кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба по данной категории  дел не облагается государственной пошлиной.  

Руководствуясь статьями 258, 266-272 АПК РФ, Пятый арбитражный  апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Приморского края от 05.04.2017 по  делу № А51-27808/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

 Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд  Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в  течение одного месяца.  

Председательствующий Е.Н. Шалаганова  

Судьи К.П. Засорин  

 Л.А. Мокроусова