ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А33-28852/2024

г. Красноярск

08 октября 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена «29» сентября 2025 года. Полный текст постановления изготовлен «08» октября 2025 года. 

Третий арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего: Яковенко И.В.,  

судей: Радзиховской В.В., Чубаровой Е.Д., 

при ведении протокола судебного заседания ФИО1, в отсутствие лиц, участвующих в деле (их представителей),  

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2  

на решение Арбитражного суда Красноярского края от «01» июля 2025 года по делу № А33-28852/2024,  

установил:

страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик) о взыскании ущерба в порядке суброгации в размере 629 712 руб. и процентов за пользование чужими денежными средствами на взыскиваемую сумму в размере ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, начиная с момента вступления в законную силу решения суда по дату фактической оплаты долга.  

Определением от 31.10.2024 исковое заявление принято к производству суда в порядке упрощенного производства.  

Определением от 15.01.2025 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства. К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «ТФМ-Спецтехника», ФИО3, ФИО4.  

1. Существо решения суда и доводов апелляционной жалобы.  

Решением Арбитражного суда Красноярского края от 01 июля 2025 года по делу № А33-28852/2024 исковые требования удовлетворены. Взыскано с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 629 712 руб. ущерба в порядке суброгации, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с даты вступления в законную силу решения суда до даты фактической оплаты долга, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 15 594 руб.  

Не согласившись с данным судебным актом, индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – заявитель) обратилась с апелляционной жалобой, согласно которой просит отменить оспариваемое решение, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска СПАО "ИНГОССТРАХ" в полном объёме, либо об уменьшении размера взыскиваемой суммы с учётом фактического размера ущерба и вины потерпевшего.  

В апелляционной жалобе заявителем заявлены следующие доводы: 

- ответчик не согласен с выводом суда, что виновным в причинении вреда является водитель Бульдозера. Как указывает заявитель, акт расследования ДТП, утвержденный 21.02.2024 директором проекта ООО "ТФМ-Спецтехника", не может являться доказательством наличия вины ответчика, поскольку ни ответчик, ни ФИО3 не были уведомлены о дате и месте проведения расследования, акт составлен от имени заинтересованного лица — ООО «ТФМ-Спецтехника», не содержит информации о лице, инициировавшем расследование, составе комиссии и нормативной базе его проведения; утверждён акт директором проекта, чьи полномочия на осуществление подобных действий документально не подтверждены;  

- суд необоснованно возложил 100% ответственности за причинение вреда на ответчика, не дал надлежащей оценки действиям водителя самосвала ФИО4 Как полагает заявитель, именно ФИО4 совершены нарушения Правил дорожного движения: он совершил обгон в зоне с ограниченной видимостью (п.11.4 ПДД РФ), не обеспечил безопасный манёвр и необходимый боковой интервал (пп.8.1 2, 9.10 3, 11.1 4 ПДД РФ);  

- ответчик не согласен с размером присужденной ко взысканию суммы ущерба. Ответчик полагает представленную истцом смету восстановительной стоимости на сумму 629 712 руб., составленную ООО "ТФМ-Спецтехника", недопустимым доказательством по делу согласно доводам, приведенным в апелляционной жалобе. Также ответчик указывает, что при определении размера возмещения судом не учтены положения ст. 15 и ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации о доказанности убытков и обязанности потерпевшего снизить ущерб. Как указал заявитель, ООО "ТФМ- Спецтехника" фактически не приобрело запчастей, продолжает эксплуатировать самосвал, что свидетельствует о меньшем фактическом ущербе, чем заявлено. Как полагает ответчик, восстановление транспортного средства произведено без замены запасных частей, в том числе дорогостоящего правого переднего крыла (артикул 561-54-8A171, стоимость 389 514,6 руб.), что подтверждается: актом осмотра имущества от 13.02.2024 № 014.02.24И, фотографиями транспортного средства от 01.04.2025, сделанными в карьере «Мокулай» (г. Норильск), на которых зафиксировано наличие восстановленного, но не заменённого крыла. По мнению ответчика, доказательства реальных затрат в материалы дела не представлены; размер подлежащего возмещению ущерба не может превышать 240 197,40 руб. (629 712,00 руб. – 389 514,6 руб.);  

- судом не дана оценка допущенного истцом нарушения процедуры реализации суброгационного права;  

- истец вышел за пределы условий договора страхования, в силу чего неправомерно выплатить страховое возмещение. Как полагает ответчик, условия страхования, возможно, не покрывали данный случай (эксплуатация на карьере);  

- размер страхового возмещения определен судом первой инстанции с нарушением п. 1 ст. 68 Правил страхования, утверждённых приказом СПАО «Ингосстрах» от 28.11.2023 № 657, действующих с 21.01.2024;  

- суд первой инстанции не учёл доводы ответчика о наличии признаков непреодолимой силы. По мнению ответчика, скольжение Бульдозера на уклоне при отсутствии нарушений со стороны водителя ФИО3 является основанием освобождения от ответственности по п. 2 ст. 1079 и ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации;  

- суд первой инстанции нарушены нормы процессуального права: необоснованное возложение на ответчика обязанности опровергать обстоятельства, доказываемые истцом;  

- не заявление ответчиком ходатайства о назначении судебной экспертизы не может служить основанием для игнорирования или умаления значимости контрдоказательств, представленных другой стороной. Так ответчик представил контррасчёт размера ущерба, со ссылками на методику, нормы ЕМРУ, дефектовку, фотографии, акты осмотра и т.п., который не оценен судом первой инстанции.  

От истца – страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» в материалы дела поступил отзыв на апелляционную жалобу, в соответствии с которым истец возражает против доводов апелляционной жлобы, просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

От третьих лиц отзывы на апелляционную жалобу в материалы дела не поступили. 

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 20.08.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 29.09.2025.  

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.  

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 20.08.2025, подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).  

Таким образом, лица, участвующие в деле, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили. От заявителя апелляционной жалобы поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя ответчика.  

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.  

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

2. Значимые для дела обстоятельства. 

При рассмотрении настоящего дела судом апелляционной инстанции установлены следующие обстоятельства.  

Как следует из материалов административного дела, 04.02.2024 по адресу: МО г. Норильск, р-н Талнах, Восточный берег, карьер Мокулай, ФИО3, управляя бульдозером CATERPILLAR г/н 

<

***>, в результате заноса в левую сторону допустил столкновение с карьерным самосвалом KOMATSU HD785-7 г/н 

<

***> под управлением ФИО4  

Определением 24 ОК № 776292 от 05.02.2024 отказано в возбуждении в отношении ФИО3 дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения.  

ООО ТФМ-Спецтехника» составлен акт от 21.02.2024 расследования ДТП от 04.02.2024, согласно которому причинной происшествия произошедшего 04.02.2024 в 23 час. 05 мин. на участке «Мокулаевский» с бульдозером KATERPILLAR D9R г/н 24КВ8288, машинист ФИО3 и самосвалом KOMATSU HD 785-7 г/н 42МА9914, водитель ФИО4, явилось независимое от машиниста бульдозера KATERPILLAR D9R, г/н 24КВ8288, ФИО3 скользкое дорожное покрытие с уклоном, повлекшее снос бульдозера на мимо проезжающий в попутном направлении карьерный самосвал KOMATSU 785-7, г/н 42МА9914.  

В результате ДТП самосвалу KOMATSU, принадлежащему ООО ТФМ- Спецтехника», причинены механические повреждения.  

Путевой лист № 014499 от 04.02.2024, а также справка для расчётов за выполненные работы № 014499 от 04.02.2024 на бульдозер CATERPILLAR выданы ИП ФИО2 Согласно ответу службы Гостехнадзора края на запрос суда, с 21.04.2021 по 05.06.2021 бульдозер CATERPILLAR был зарегистрирован за ООО «Лизинговая компания «Дельта» (лизингополучатель ИП ФИО2), с 08.08.2024 зарегистрирован за ответчиком.  

На момент ДТП самосвал KOMATSU HD785-7 г/н 

<

***> был застрахован в СПАО «Ингосстрах» (полис № 443-729-085267/22).  

Владелец самосвала KOMATSU обратился к страховщику с заявлением от 19.03.2024 о выплате страхового возмещения, которое признало данный случай страховым согласно акту от 25.03.2024.  

ООО ТФМ-Спецтехника» составлена смета восстановительной стоимости самосвала на сумму 629 712 руб.  

По заказу страховщика ООО «Бюро Асессор» акт осмотра имущества № 014.02.24И от 13.02.2024.  

СПАО «Ингосстрах» по данному страховому случаю, исполняя свои обязанности по договору страхования, возместило потерпевшему страховое возмещение в сумме 629 712 руб., что подтверждается платежным поручением № 402711 от 25.03.2024.  

20.05.2024 истцом в адрес ответчика направлена претензия от 16.05.2024 № 0514-00138-24 о возмещении 629 712 руб. ущерба в порядке суброгации.  

Поскольку претензия оставлена без удовлетворения, истец обратился в суд с настоящим иском.  

3. Правовая квалификация отношений, оценка обстоятельств и доказательств по делу.  

Повторно рассмотрев материалы дела, проверив в пределах, установленных статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, Третий арбитражный апелляционный суд не находит правовых оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.  

3.1. Отношения сторон регулируются главой 48, статьями 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО).  

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.  

Пунктом 2 статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.  

При суброгации происходит перемена лица в обязательстве на основании закона (статья 387 Гражданского кодекса Российской Федерации), поэтому перешедшее к страховщику право осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем и ответственным за убытки лицом.  

Как верно установлено судом первой инстанции предметом заявленных требований является взыскание в порядке суброгации убытков страховщиком, выплатившим страховое возмещение, с причинителя вреда.  

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

Таким образом, для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо наличие в совокупности следующих условий: совершением ответчиком противоправных действий (бездействия), причинная связь между понесенными убытками и совершенными действиями, размер убытков, возникших у истца.  

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. При этом, как следует из содержания абзаца 2 части 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, одним из условий ответственности работодателя является причинение вреда работником именно при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей, то есть вред причиняется не просто во время исполнения трудовых обязанностей, а в связи с их исполнением. К таким действиям относятся действия производственного (хозяйственного, технического) характера, совершение которых входит в круг трудовых обязанностей работника по трудовому договору или гражданско-правовому договору. Именно поэтому действия работника расцениваются как действия самого работодателя, который и отвечает за вред.  

Как указано в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2016 № 788-О, положения пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации направлены на обеспечение при возмещении причиненного вреда баланса прав работодателя и его работника как непосредственного причинителя вреда при исполнении возложенных на него работодателем обязанностей.  

Причинение вреда должно быть прямо связано и сопряжено с действиями производственного или технического характера в их взаимосвязи с трудовыми или служебными обязанностями работника. Для наступления деликтной ответственности работодателя работник во время причинения вреда должен действовать по заданию и под  

руководством работодателя или хотя бы с его ведома в рамках производственной необходимости в связи с рабочим процессом.  

В настоящем случае произошедшее ДТП стало результатом поведения водителя ФИО3 Столкновение транспортных средств всегда является следствием их взаимодействия. Поскольку транспортное средство является техническим устройством, предназначенным для передвижения под управлением человека, причиной ДТП являются действия/бездействие водителей, связанных с управлением транспортным средством, которые привели к такой дорожной обстановке, при которой стала возможной ситуация пересечения траекторий движения автомобилей и их столкновение. ФИО3 проявил неосмотрительность при управлении транспортным средством, нарушив правила дорожного движения. Нарушение правил находилось в прямой причинно-следственной связи с произошедшим пересечением траекторий движения и столкновения транспортных средств.  

При этом факт принадлежности бульдозера CATERPILLAR г/н 

<

***> ответчику на момент происшествия, наличия трудовых отношений между ФИО3 и ИП ФИО2 на момент происшествия подтверждаются материалами дела и не оспариваются ответчиком.  

Таким образом, в данном случае материалами дела подтверждается причинно-следственная связь между поведением работника ответчика и наступившим ДТП.  

Также материалами дела подтверждается и не оспаривается лицами, участвующими в деле, факт последующей выплаты истцом страхового возмещения.  

3.2. Возражения ответчика о том, что виновным в причинении вреда является водитель самосвала ФИО4 опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.  

Из материалов дела следует, что причинной происшествия явился снос бульдозера CATERPILLAR на карьерный самосвал KOMATSU.  

Делая выводы о виновности водителя ФИО3 в совершении ДТП, суд первой инстанции указал, что в материалы дела представлен административный материал ОМВД России по г. Норильску, содержащий схему ДТП и объяснения участников ДТП, при этом отклонил доводы ответчика со ссылкой на определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении об отсутствии в действиях водителя ФИО3 вины в ДТП.  

Согласно указанному определению 24 ОК № 776292 об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, водитель ФИО3, управляя бульдозером г/н 

<

***> в результате заноса в левую сторону допустил столкновение с карьерным самосвалом г/н 

<

***> под управлением машиниста ФИО4  

Установив, что в данном случае источник повышенной опасности в момент причинения вреда использовался по своему назначению, а, следовательно, вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам (а именно имуществу ООО ТФМ-Спецтехника»), возмещается на общих основаниях (абзац 2 части 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации), суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что виновным лицом, причинившим вред (статья 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации) является именно ответчик.  

Действительно, оспариваемое решение не содержит выводов относительно представленного в материалы дела доказательства - акта расследования ДТП, утвержденного 21.02.2024 директором проекта ООО "ТФМ-Спецтехника".  

Вместе с тем, из текста обжалуемого решения усматривается, что суд первой инстанции изучил и оценил все имеющиеся в деле доказательства в совокупности. Не указание судом первой инстанции в тексте решения какого-либо конкретного доказательства (документа, представленного в материалы дела), не поименовано в статье  

270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, как основание для отмены или изменения судебного акта.  

Отклоняя доводы ответчика о недостатках в акте расследования ДТП, утвержденного 21.02.2024 директором проекта ООО "ТФМ-Спецтехника", судебная коллегия учитывает, что сам факт составления акта в одностороннем порядке, в отсутствие представителя ответчика не свидетельствует о его недостоверности и не допустимости, поскольку сведения, содержащиеся в нем, ответчиком в установленном порядке не опровергнуты. Само по себе составление акта без участия ответчика, не может являться безусловным основанием для отказа в иске о взыскании убытков при доказанности их наличия. Заявляя доводы о заинтересованности сторон, ответчик в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации какие-либо доказательства в обоснование заявленного довода не представил.  

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.  

В материалах дела отсутствуют доказательства как привлечения ФИО4 к административной ответственности за нарушение ПДД, так и факта нарушения ПДД с его стороны.  

Из представленных в материалы дела доказательств - административного материала, объяснений участников ДТП, столкновение произошло именно в результате физического воздействия транспортного средства ответчика.  

В отсутствие допустимых доказательств нарушения водителем ФИО4 правил дорожного движения, суд первой инстанции правомерно возложил ответственность за причинение ущерба в полном объеме на ответчика.  

Таким образом, доводы заявителя апелляционной жалобы об отсутствии вины водителя ФИО3, о необходимости определения пропорционального размера ответственности каждой из сторон ДТП подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.  

3.3. Доводы ответчика о том, что материалами дела не подтверждается факт несения расходов на восстановление самосвала Komatsu, обосновано отклонены судом первой инстанции как не имеющие правового значения со ссылкой на представленное в материалы дела доказательство - письмо от ООО «Инстройтехком» исх. № б/н от 02.04.2024 о временной приостановке запасных частей Komatsu на территорию Российской Федерации.  

Как обосновано указал суд первой интенции в оспариваемом решении, СПАО «Ингосстрах» исполнило обязательства по выплате страхового возмещения страхователю в полном объеме в размере 629 712 руб. на основании статьи 965 Гражданского кодекса Российской Федерации после выплаты страхового возмещения к страховщикам перешло право требования, в пределах выплаченной суммы, к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования, соответственно, поскольку лицом, ответственным за причинение вреда имуществу ООО «ТФМСпецтехника» является ИП ФИО2, у ответчика возникла обязанность по возмещению истцу ущерба в порядке суброгации.  

3.4. При определении размера ущерба суд первой инстанции верно руководствовался представленной истцом в материалы дела сметой восстановительной стоимости, с которой согласился страховщик. Достоверных доказательств иного размера ущерба ответчиком не представлено.  

Ссылаясь на недоказанность размера ущерба, ответчик не учитывает вытекающую из положений статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность именно ответчика по доказыванию невиновности в причинении вреда, иного, меньшего  

размера ущерба, а также иных фактов, являющихся основанием к освобождению от гражданской правовой ответственности в виде возмещения убытков либо уменьшению меры ответственности.  

При указанных обстоятельства, ссылка заявителя на неверное распределение бремени доказывания судом первой инстанции, не принимается судом апелляционной инстанции.  

Ответчик указывает на то, что транспортное средство продолжает эксплуатироваться без замены запасных частей, в том числе дорогостоящего правого переднего крыла, в связи с чем полагает, что размер ущерба должен быть снижен судом.  

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований.  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Доказанность размера ущерба является необходимой составляющей совокупности обстоятельств, подлежащих доказыванию при предъявлении иска, основанного на причинении вреда.  

При этом недостаточно просто установить размер ущерба без учета износа. Взыскание ущерба в размере без учета износа (замена запасных частей, бывших в эксплуатации на новые запасные части) приведет к неосновательному обогащению, произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет лица, причинившего вред, если не доказано, что неосновательное обогащение исключается.  

Оценив представленную в материалы дела доказательственную базу, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о доказанности размера реальных затрат на соответствующий ремонт поврежденного транспортного средства, необходимых для его приведения в состояние, предшествовавшее повреждению и необходимое для дальнейшего использования владельцем, объективно подтверждающих необходимость возложения гражданско-правовой ответственности на виновника ДТП с взысканием с последнего разницы между полученной суммой страхового возмещения и фактическим размером ущерба.  

У ответчика имелась возможность участия при первичном осмотре поврежденного имущества и составлении первичного акта осмотра, предоставления соответствующих возражений при установлении соответствующих повреждений и необходимости замены (ремонта) составных частей, механизмов и агрегатов.  

Указывая на возможность определения размера ущерба исходя из представленных ответчиком в материалы дела доказательств, без назначения судебной экспертизы в целях определения причиненного в результате ДТП размера ущерба, сам заявитель апелляционной жалобы не предпринял каких-либо процессуальных действий, свидетельствующих о такой необходимости как таковой, а именно: не предоставил иной перечень повреждений, не предоставил контррасчет выявленных повреждений с достоверными доказательствами их стоимости (представленный в материалы дела расчет на сумму 240 197,40 руб. таким доказательством не является); не опроверг выводы по необходимости замены/ремонта составных частей, узлов, агрегатов, подвергшихся повреждению в результате опрокидывания и др.  

В рамках настоящего дела, определяя стоимость восстановительного ремонта исходя из сметы восстановительной стоимости, суд первой инстанции исходил из стоимости фактических затрат на восстановительный ремонт автомобиля истца.  

Поскольку иных достоверных доказательств несения истцом расходов в связи с причиненным ущербом в материалы дела не представлено, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования на сумму 629 712 руб.  

3.5. Возражения ответчика о том, что договор страхования не предусматривал выплаты страхового возмещения, поскольку возможно не покрывал случай эксплуатации транспортного средства на карьере, подлежат отклонению судебной коллегией как основанные на предположениях.  

Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в информационном письме от 28.11.2003 № 75 «Обзор практики рассмотрения споров, связанных с исполнением договоров страхования», при суброгации не возникает нового обязательства. Страховщик заменяет собой страхователя в обязательстве, возникшем из причинения вреда. Ответчик не вправе ссылаться на ненадлежащее исполнение договора страхования его сторонами и, в частности, оспаривать обоснованность выплаты страхового возмещения со ссылкой на условия договора страхования. Причинитель вреда может выдвигать против страховщика лишь те возражения, которые он имеет к потерпевшему лицу.  

В соответствии с определением Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2016 № 14-КГ16-21 лицо, ответственное за убытки, вправе представлять страховщику, выплатившему страховое возмещение, возражения относительно имевшего место страхового случая, но не относительно правоотношений по страхованию между страховщиком и застрахованным им лицом.  

Таким образом, отказ в суброгационном иске страховщику не может быть обоснован условиями договора страхования; ответчик по подобному иску вправе защищаться только теми доводами, которые относятся непосредственно к обстоятельствам причинения вреда.  

3.6. Ответчик полагает, что истцом нарушена процедура реализации суброгационного права.  

В соответствии со статьей 965 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования. Перешедшее к страховщику право требования осуществляется им с соблюдением правил, регулирующих отношения между страхователем (выгодоприобретателем) и лицом, ответственным за убытки.  

Страхователь (выгодоприобретатель) обязан передать страховщику все документы и доказательства и сообщить ему все сведения, необходимые для осуществления страховщиком перешедшего к нему права требования. Если страхователь (выгодоприобретатель) отказался от своего права требования к лицу, ответственному за убытки, возмещенные страховщиком, или осуществление этого права стало невозможным по вине страхователя (выгодоприобретателя), страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения полностью или в соответствующей части и вправе потребовать возврата излишне выплаченной суммы возмещения.  

Данной норме корреспондирует пункт 9.4. Правил, в соответствии с которым страховщик имеет право отказать в выплате страхового возмещения, в том числе, если страхователь или выгодоприобретатель отказался от своего права требования к лицу, ответственному за убытки, возмещенные страховщиком, и это повлекло невозможным осуществление права требования к лицам, виновным (ответственным) за причинение  

убытка; не предъявил страховщику какие-либо необходимые документы, перечисленные в соответствующих разделах настоящих Правил.  

Исходя из анализа указанных положений, вводя в страховые правоотношения институт суброгации, законодатель обусловливает реализацию данного института волеизъявлением страхователя (выгодоприобретателя), предоставляя ему диспозитивное право по уступке страховщику своих требований к виновному за ущерб лицу. Если по условиям договора страхования страхователь уступает свое право требования на возмещение вреда страховщику, тем самым страхователь возлагает на себя бремя, то есть обязательство по обеспечению всех необходимых мер и процедур по передаче этих прав. Институт суброгации, порядок реализации прав по суброгации, а также последствия несоблюдения данных правил предусмотрены законом. Обозначенный механизм можно рассматривать как предусмотренную законодателем меру обеспечения исполнения страхователем законных прав страховщика по возмещению ущерба в порядке суброгации.  

Освобождение страхователем страховщика от выплаты страхового возмещения по причине необеспечения страхователем своими виновными действиями права требования к лицу, ответственному за убытки, являются мерами воздействия на страхователя.  

При указанных обстоятельствах, в случае, если представленные в материалы дела доказательства позволяют прийти к выводу о том, что страхователем не соблюдены положения закона об обеспечении права страховщика на суброгацию, в том числе не совершены действия по фиксации факта и обстоятельства события ДТП, а также размера причиненного ущерба и наличия причинно-следственной связи между произошедшим событием и причинением ущерба, право на взыскание ущерба не подлежит удовлетворению.  

Вместе с тем, судебная коллегия также учитывает, что в соответствии с пунктом 2 статьи 6 Закона Российской Федерации от 27.11.1992 N 4015-1 "Об организации страхового дела в Российской Федерации" страховщики осуществляют оценку страхового риска, получают страховые премии (страховые взносы), формируют страховые резервы, инвестируют активы, определяют размер убытков или ущерба, производят страховые выплаты, осуществляют иные связанные с исполнением обязательств по договору страхования действия. Страховщики вправе осуществлять или только страхование объектов личного страхования, предусмотренных пунктами 1 - 3 статьи 4 настоящего Закона, или только страхование объектов имущественного и личного страхования, предусмотренных соответственно пунктами 2 - 6 статьи 4 настоящего Закона.  

Таким образом, определение размера убытков или ущерба отнесено именно к сфере деятельности страховых организаций.  

Обязательное участие представителя причинителя вреда в составлении акта, которым зафиксирован причиненный застрахованному имуществу вред, действующим законодательством не предусмотрено.  

Имеющийся в материалах дела акт осмотра суд апелляционной инстанции признает надлежащим доказательством обстоятельств, установление которых необходимо для расчета и выплаты страхового возмещения. Несогласие ответчика с содержанием документа не отменяет обстоятельств, установленных при его составлении, и не лишает его доказательственной силы.  

Кроме того, в законодательстве отсутствует прямое указание на необходимость вызова страхователя и причинителя ущерба на осмотр каким-либо способом. Отсутствие уведомления о месте и времени осмотра, а также неучастие ответчика в осмотре, не отменяют факта причинения ущерба и не лишают истца права на его возмещение.  

Таким образом, определение размера ущерба, а также проведение осмотра с указанной целью является правом страховщика, доводы апелляционной жалобы в указанной части подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.  

3.7. Ссылка ответчика на то, что ДТП произошло в результате обстоятельств непреодолимой силы, а именно сложных погодных и дорожных условий (гололедица) подлежит отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку не имеет своего документального подтверждения.  

3.8. Истцом также заявлено требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с момента вступления решения суда в законную силу по дату фактической оплаты долга.  

Согласно пункту 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.  

В соответствии с пунктом 48 постановления пленума Верховного суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.  

Таким образом, суд первой инстанции, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, с учетом положения части 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации применительно к конкретным обстоятельствам настоящего дела, правомерно удовлетворил заявленные требования в полном объеме.  

4. Общие выводы по результатам рассмотрения апелляционной жалобы. 

Доводы жалобы сводятся к несогласию с выводами суда, при этом не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены судебного акта.  

Материалы дела исследованы судом полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалуемом судебном акте выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела.  

Решение суда является законным и обоснованным. 

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.  

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.  

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от 01 июля 2025 года по делу № А33-28852/2024 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.  

Председательствующий И.В. Яковенко Судьи: В.В. Радзиховская  

 Е.Д. Чубарова