АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4477/20 

Екатеринбург

31 января 2023 г.

Дело № А60-20352/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 24 января 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 31 января 2023 г. 

 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Артемьевой Н.А.,

судей Морозова Д.Н., Плетневой В.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Зико-Ингазтех» ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.06.2022 по делу № А60-20352/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети «Интернет».

В судебном заседании приняли участие представители:

конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Зико-Ингазтех» (далее – общество «Зико-Ингазтех», должник) ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 07.09.2022);

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 10.02.2020).

Поступившее 23.01.2023 от ФИО3 ходатайство о прекращении производства по кассационной жалобе конкурсного управляющего общества «Зико-Ингазтех» ФИО1 в связи пропуском установленного процессуального срока на подачу кассационной жалобы подлежит отклонению судом округа, поскольку в тексте кассационной жалобы указано на то, что обжалуемое постановление суда апелляционной инстанции в полном объеме опубликовано в системе «Мой Арбитр» 29.09.2022, при этом, принимая во внимание, что кассационная жалоба подана в ближайший рабочий день 31.10.2022, пропуск срока на один день является незначительным, что учтено судом округа при принятии кассационной жалобы к производству.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 07.05.2019 по заявлению общества с ограниченной ответственностью «НПО Инновационные газовые технологии» (далее – общество «НПО Инновационные газовые технологии», кредитор) возбуждено дело о признании общества «Зико-Ингазтех» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2020 в отношении общества «Зико-Ингазтех» введена процедура внешнего управления, внешним управляющим должника утвержден ФИО1 

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2020 определение Арбитражного суда Свердловской области от 23.07.2020 отменено, общество «Зико-Ингазтех» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1 

В Арбитражный суд Свердловской области 19.04.2021 поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1, в котором он (с учетом уточнений, принятых в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ) на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) просил:

 - признать недействительными перечисления денежных средств, совершенные с расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в адрес ФИО3 в общей сумме 5 351 000 руб., договор займа                     от 19.05.2017 № 4, заключенного между обществом «Зико-Ингазтех» и ФИО3 и применить последствия недействительности сделок в виде возврата ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 5 351 000 руб.; 

- признать недействительными перечисления денежных средств, совершенные с расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в адрес   ФИО3 в общей сумме 11 000 000 руб., и применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 11 000 000 руб.; 

- признать недействительными перечисления денежных средств, совершенные в период с 22.06.2017 по 24.12.2018 с расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в пользу ФИО3 в общем размере 169 036 руб. 23 коп., и применить последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу должника и взыскания с ФИО3 денежных средств в размере 169 036 руб. 23 коп.; 

- признать недействительными перечисления денежных средств, совершенные с расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в пользу ФИО3 в общей сумме 2 427 431 руб. 07 коп., и применить последствия недействительности сделки в виде возврата ФИО3 в конкурсную массу должника денежных средств в сумме 2 427 431 руб. 07 коп. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 03.06.2022 в удовлетворении заявления отказано в полном объеме.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 определение суда первой инстанции от 03.06.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными определением от 03.06.2022 и постановлением от 28.09.2022, конкурсный управляющий общества «Зико-Ингазтех» ФИО1 обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит обжалуемые акты отменить, принять по делу новый судебный акт.

В кассационной жалобе управляющий приводит доводы о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными, указывает на то, что перечисления по договору займа совершены в пользу заинтересованного лица в условиях наличия признаков неплатежеспособности, при этом ФИО3 не раскрыты надлежащим образом сведения о своем финансовом положении; суды пришли к ошибочному выводу о наличии финансовой возможности ФИО3 выдать заем должнику. Помимо изложенного, конкурсный управляющий приводит доводы о том, что доказательств расходования денежных средств в размере 169 036 руб. 23 коп. на финансово-хозяйственную деятельность должника не имеется, в связи с чем денежные средства в указанном размере подлежат возврату в конкурсную массу должника. Относительно перечисления премии управляющий настаивает на том, что ее выплата без согласия компании с ограниченной ответственностью «Зико Раша Холдинг» и принятия соответствующего решения невозможна. Кроме того, считает, что ссылка судов на трудовое законодательство является несостоятельной в силу того, что ФИО3 являлся управляющим должника, который исполнял обязанностей не по трудовому договору, а согласно договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества «Зико-Ингазтех» управляющему, который имеет иную правовую природу. Заявитель кассационной жалобы отмечает, что выплата премии (23.01.2019 и 07.02.2019) произведена за два месяца до опубликования сведений о намерении кредитора ФИО5 обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом); считает, что ФИО3 должен был предпринять меры по предотвращению введения процедуры банкротства. Помимо изложенного, конкурсный управляющий настаивает на том, что увеличение заработной платы ФИО3 является признаком вывода активов во избежание возможного обращения взыскания на имущество должника. 

В отзыве ФИО3 просит обжалуемые акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Проверив законность судебных актов в порядке, установленном   статьями 284 – 287 АПК РФ, суд округа пришел к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов настоящего дела, согласно сведениям из ЕГРЮЛ, договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества «Зико-Ингазтех» управляющему, дополнительному соглашению от 26.11.2018, дополнительному соглашению от 09.12.2019 предприниматель ФИО3 в период с 18.12.2017 по 16.07.2021 занимал должность руководителя должника, т.е. в силу должности и полномочий определял действия должника, в том числе по совершению сделок, определению их условий, руководил финансово-хозяйственной деятельностью, извлекал выгоду из деятельности должника, а, следовательно, являлся контролирующим должника лицом (КДЛ) в период с 18.12.2017 по 16.07.2021.

Между ФИО3 и обществом «Зико-Ингазтех» 19.05.2017 заключен договор займа № 3, в соответствии с которым ФИО3 предоставляет обществу «Зико - Ингазтех» денежные средства в размере 6 000 000 руб., в свою очередь общество «Зико-Ингазтех» в срок до 31.12.2018 обязуется вернуть денежные средства. 

Судами также установлено, что в период с 22.06.2017 по 24.12.2018 с расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в пользу ФИО3 совершены перечисления денежных средств в общем размере 169 036 руб.       23 коп. с назначением платежа: «Перечисление подотчетной суммы».

С расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в пользу ФИО3 также совершены перечисления денежных средств в общей сумме                       2 427 431 руб. 07 коп. в виде фиксированной суммы вознаграждения по договору управления и в общей сумме 11 000 000 руб. в виде выплаты премии по итогам 2018 года.

Обращаясь с требованием о признании недействительными вышеуказанных перечислений денежных средств, и применении последствий недействительности сделок, конкурсный управляющий указал, что спорные перечисления совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в отсутствие встречного предоставления при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в пользу заинтересованного лица. 

Отказывая в удовлетворении требований конкурсного управляющего, суды первой и апелляционной инстанции исходили из отсутствия оснований для признания спорных платежей недействительными, при этом руководствовались следующим.

В силу положений статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу.

 Согласно пункту 25 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление № 63) в случае признания на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действий должника по уплате денег, передаче вещей или иному исполнению обязательства, а также иной сделки должника, направленной на прекращение обязательства (путем зачета встречного однородного требования, предоставления отступного или иным способом), обязательство должника перед соответствующим кредитором считается восстановленным с момента совершения недействительной сделки, а право требования кредитора по этому обязательству к должнику (восстановленное требование) считается существовавшим независимо от совершения этой сделки (абзац первый пункта 4 статьи 61.6 Закона о банкротстве). 

На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно абзацу второму пункта 9 постановления № 63, если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в     пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

В пункте 5 постановления № 63 даны разъяснения о том, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В то же время наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (последний абзац пункта 4 постановления № 63). 

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Дело о банкротстве должника возбуждено 07.05.2019, при этом оспариваемые конкурсным управляющим платежи должника в пользу ФИО3 совершены в период с 14.03.2017 по 02.03.2020 (часть платежей по договору о передаче полномочий единоличного исполнительного органа являются текущими), договор займа - 19.05.2017, соответственно, сделки могут быть оспорены по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Обращаясь с требованием о признании недействительными перечислений денежных средств, совершенных в период с 23.11.2017 по 30.01.2018 с расчетного счета должника в адрес ФИО3 в общей сумме                   5 351 000 руб., а также договора займа от 19.05.2017 № 4, заключенного между обществом «Зико-Ингазтех» и ФИО3, и применении последствий недействительности сделок, конкурсный управляющий указал, что спорные перечисления совершены в отсутствие встречного предоставления при наличии у должника признаков неплатежеспособности, в пользу заинтересованного лица.

Сторонами не оспаривается, что сделка совершена в отношении контролирующего должника лица – ФИО3 

Вместе с тем, суды первой и апелляционной инстанций, установив финансовою возможность выдачи займа ФИО3 (продажа личного недвижимого имущества, получение кредита в банке), учитывая, что в соответствии со сведениями бухгалтерского баланса должника за 2017 год, остаток задолженности по строке «Заемные средства» на 31.12.2017 составлял 251 000 руб., что полностью соответствует размеру непогашенного долга по спорному договору займа перед ФИО3, и учитывая сведения из банка и пояснения сотрудника финансового отдела должника об обстоятельствах передачи заемных денежных средств и внесения их на счет должника, пришли к обоснованному выводу о реальности заемных взаимоотношений, о фактической выдаче ФИО3 займа обществу и последующем его возврате обществом, в связи с чем не нашли оснований для признания спорных платежей и договора недействительными на основании статей 10, 168, 170 ГК РФ, а также по специальным основаниям, предусмотренным пунктом 2     статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсным управляющим также заявлено требование о признании недействительными перечислений денежных средств, совершенных с расчетного счета общества «Зико-Ингазтех» в адрес ФИО3 в общей сумме 11 400 000 руб. двумя платежами 23.01.2019 и 07.02.2019. 

В назначении платежей указано: «Выплата премии по итогам 2018 на основании решения единственного участника общества «Зико-Ингазтех»          № 2/10 от 15.01.2019». 

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судами, выплата премии произведена на основании протокола № 2/10 внеочередного общего собрания участников юридического лица, подписанного ФИО3 от имени общества «Зико-Ингазтех».

В судебном заседании суда первой инстанции 05.10.2021 представителем компании с ограниченной ответственностью «Зико Раша Холдинг» (доля участия 49%) даны пояснения о том, что данная компания в январе 2019 года не подписывала документы, имеющие отношение к обществу «Зико-Ингазтех». 

Вместе с тем, как верно отмечено судами, между предпринимателем ФИО3 (управляющий) и обществом «Зико-Ингазтех» (общество) заключен договор от 18.12.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющему. Налоговым органом внесена соответствующая запись в ЕГРЮЛ. 

Согласно пункту 3.2 договора общим собранием участников общества, исходя из результатов работы управляющего в отчетном периоде, может быть принято решение об уплате управляющему премии за достижение определенных показателей и коэффициентов, установленных общим собранием участников общества. 

В соответствии с пунктом 3.3 договора общество в лице общего собрания участников общества вправе дополнительно премировать управляющего в случае заключения контракта ценой свыше 300 000 000 руб. 

Как установлено судами, по итогам деятельности должника в 2018 году привлечено новых заказов и подписано новых контрактов на сумму свыше    500 млн. руб.

Учитывая указанные обстоятельства, суды отметили, что конкурсным управляющим в материалы дела не представлены доказательства того, что ФИО3 в спорный период ненадлежащим образом исполнял или не исполнял свои обязанности, напротив, ФИО3 доказана эффективность его работы в 2018 году, поскольку должником заключены новые контракты, выручка должника по исполнению контрактов составила более 450 млн. руб.    (в 2017 году – 220 млн. руб.), по итогам работы за 2018 год должник получил прибыль, то есть ФИО3 доказаны условия для получения повышенного вознаграждения. По результатам оценки доказательств в совокупности суды пришли к выводу о неподтвержденности цели       ФИО3 на причинение вреда имущественным правам кредиторам при получении премии за 2018 год, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении требований в данной части.

Обращаясь с требованием о признании недействительными сделок по перечислению денежных средств с расчетного счета должника предпринимателю ФИО3 в период с 22.06.2017 по 24.12.2018 в общем размере 169 036 руб. 23 коп., конкурсный управляющий указывал, что суммы, полученные подотчет, израсходованы не на финансово-хозяйственную деятельность общества «Зико-Ингазтех», а на иные цели (оплата рыбалки на сумму 15 682 руб., туристических путевок в Черногорию для ФИО6 на сумму 35 407 руб.; приобретение алкогольной продукции на сумму 4898 руб.; покупка алкогольной продукции на сумму 15 847 руб.; приобретение продуктов на сумму 33 504 руб. 23 коп.; оплата ресторана на сумму 33 860 руб.; приобретение ноутбука Asus на сумму 30 198 руб.)

Вместе с тем, из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что авансовые отчеты, содержащие все первичные документы, подтверждающие расходование подотчетных сумм на нужды предприятия, переданы ФИО3 внешнему управляющему должника      ФИО1 по акту приема-передачи от 29.07.2020. 

Судами установлено, что оснований полагать, что данные расходы напрямую связаны с хозяйственной деятельностью должника не имеется, однако из пояснений ответчика, данных в суде первой инстанции, следует, что общество «Зико-Ингазтех» было перспективным развивающимся предприятием с большим штатом сотрудников, на предприятии проводились различные мероприятия для сотрудников и контрагентов, в том числе выездные мероприятия, что вызывало периодическую необходимость покупки продовольственных и непродовольственных товаров непосредственно в магазинах с последующим возмещением. ФИО6 являлась работником предприятия, с авансовым отчетом № 67 от 15.06.2018 представлены документы по посещению Инжиниринговой фирмы «CRNA GORA INGENERING», г. Никшич в Черногории, и компании «ИНА» - нефтегазовой компании, находящейся в Хорватии. 

Оценив представленные доказательства и доводы ответчика, обосновывающие расходование денежных средств, полученных подотчет, в интересах должника, суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что материальные ценности, указанные в отчетных документах, обращены ФИО3 в свою пользу, в связи с чем правомерно отказали в признании указанных перечислений недействительными.

Конкурсным управляющим также оспариваются перечисления денежных средств, совершенные с расчетного счета должника в адрес ФИО3 в общей сумме 2 427 431 руб. 07 коп.

Как ранее было указано, между индивидуальным предпринимателем ФИО3 и обществом «Зико-Ингазтех» заключен договор от 18.12.2017 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества (руководителя общества) управляющему. 

В пункте 3.1 договора стороны пришли к соглашению, что ежемесячная стоимость услуг управляющего составляет 150 000 руб. в месяц и оплачивается с расчетного счета общества на расчетный счет управляющего 15-го числа каждого месяца. 

Ранее ФИО3 был трудоустроен в должности генерального директора. 

Конкурсный управляющий полагает недобросовестным фактом, что смена наименования должности ФИО3 с «генерального директора» на «управляющего» повлекла увеличение вознаграждения с 12 000 руб.                  до 150 000 руб., при неизменности функций ФИО3 

Судами установлено, что ФИО3 в рамках полномочий, предоставленных ему по договору от 18.12.2017, лично осуществлял функции администрирования, внутреннего управления предприятием, организации работы офисом, структурами снабжения, комплектации, логистики, конструкторским отделом, бухгалтерией, а также занимался подбором и приемом персонала. Также он лично принимал участие в переговорах с руководством предприятий-заказчиков, представляющих собой крупные нефтеперерабатывающие и добывающие холдинги, находящиеся как в Российской Федерации, так и в иностранных государствах (Беларусь, Чехия, Черногория, Хорватия), выезжал в командировки для привлечения заказов и подписания контрактов с потенциальными заказчиками. 

Учитывая, что конкурсным управляющим не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что в сходных экономических условиях размер вознаграждения управляющего (директора) с таким же функционалом в организации с аналогичным видом деятельности, а также финансово-экономическими показателями выручки и прибыли должен составлять меньшее значение, чем установлен сторонами в договоре (150 000 руб. в месяц), не представлено доказательств, подтверждающих, что стороны сделки не имели намерения установить правоотношения для осуществления деятельности по управлению должником, суды первой и апелляционной инстанций правомерно пришли к выводу об отсутствии оснований для признания спорного размера ежемесячной оплаты фактического руководителя завышенным.

Доводы о наличии в действиях сторон сделки признаков злоупотребления (статья 10 ГК РФ) отклонены судами, поскольку не обоснованы какими-либо конкретными доказательствами, свидетельствующими о совершении оспариваемой сделки с незаконной целью или незаконными средствами, в обход закона, с намерением достичь цель, отличную от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, с намерением причинить вред другим лицам, или нарушить права и законные интересы других лиц, об установлении незаконных или несправедливых условий договора, значительно отличающихся от применяемых в аналогичных правоотношениях.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, учитывая вышеуказанные обстоятельства, суды первой и апелляционной инстанций пришли к верному выводу об отсутствии оснований для признания спорных сделок недействительными, в связи с чем правомерно отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

Все доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом округа отклоняются, поскольку являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, их выводов не опровергают, о нарушении судами норм права не свидетельствуют и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, и просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. 

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ). 

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено. 

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 03.06.2022 по делу № А60-20352/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.09.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Зико-Ингазтех» ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийН.А. Артемьева 

СудьиД.Н. Морозов 

                                             В.В. Плетнева