АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КАМЧАТСКОГО КРАЯ

 

Именем Российской Федерации

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А24-5339/2021

г. Петропавловск-Камчатский

22 марта 2024 года

Резолютивная часть решения объявлена 11 марта 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 22 марта 2024 года.

 

Арбитражный суд Камчатского края в составе судьи Душенкиной О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «Автошоп» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Управление имущественных и земельных отношений администрации Петропавловск-Камчатского городского округа (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), ФИО3

об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

при участии:

от истца: ФИО4 – представитель по доверенности от 01.01.2020 (сроком на 5 лет), диплом № 1014,

от ответчика: ФИО2 – лично, паспорт, ФИО5 – представитель по доверенности от 01.01.2024 (сроком на 3 года), удостоверение адвоката № 35,

от третьих лиц: не явились.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Автошоп» (далее – истец, ООО «Автошоп», Общество; адрес: 683023, 

<

...>) обратилось в арбитражный суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ответчик, ИП ФИО2, Предприниматель; место жительства: 684000, Камчатский край, г. Елизово) об обязании ответчика не позднее пяти календарных дней с момента вступления в силу решения освободить от себя, третьих лиц (при наличии) и любого имущества нежилые помещения второго этажа нестационарного павильона с подсобным помещением (гаражный бокс), расположенные по адресу: 

<

...> км (земельный участок с кадастровым номером 41:01:0010113:77), и передать его истцу по акту приема-передачи (в редакции заявления от 28.03.2022). В случае неисполнения решения суда истец просит взыскивать с ответчика неустойку в размере 10 000 руб. за каждый день просрочки, начиная со дня, следующего за последним днем, установленным решением суда для исполнения обязательства в натуре, по день фактического исполнения судебного акта. Также истец просит при неисполнении решения суда ответчиком предоставить ООО «Автошоп» право освободить спорные нежилые помещения за счет средств истца с последующим взысканием расходов по освобождению нежилых помещений с ответчика.

Требования заявлены истцом со ссылкой на статью 301 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), абзац второй пункта 34 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее – Постановление № 10/22) и мотивированы уклонением ответчика от возврата истцу принадлежащего ему имущества в отсутствие правовых оснований владения истребуемым имуществом (с учетом уточнения правовых оснований заявленных требований, заявленных в судебных заседаниях 12.02.2024 и 11.03.2024).

Позиция истца (с учетом данных суду пояснений и уточнений) сводится к тому, что в 2018 году им приобретен нестационарный объект у ФИО3 (далее – ФИО3), который на момент приобретения представлял собой двухэтажное строение, второй этаж которого возведен ответчиком. Истец утверждает, что на момент приобретения имущества второй этаж, возведенный ответчиком, уже существовал, однако поскольку сторонам не удалось достигнуть договоренности относительно режима пользования ответчиком помещениями второго этажа, договор аренды ответчик отказался заключать, следовательно, правовых оснований для нахождения в этих помещениях у Предпринимателя не имеется. На вопрос суда в судебном заседании 12.02.2024 представитель истца также уточнила, что виндицируемой вещью являются нежилые помещения второго этажа павильона, а вещные права истца на истребуемое имущество подтверждаются договором купли-продажи, заключенным с ФИО3 Также представитель истца в судебном заседании 11.03.2024 уточнила, что спорное имущество приобретено Обществом именно как движимое (нестационарный объект), и в аренду помещения второго этажа планировалось сдавать ответчику как часть движимого имущества.

Ответчик в отзыве на иск выражает несогласие с заявленными истцом требованиями. Заявляя о фальсификации доказательств, представленных истцом в подтверждение права собственности на истребуемое имущество, а именно: договора купли-продажи от 09.02.2018 № 1, акта приема-передачи от 09.02.2018 № 1 и акта о вводе в эксплуатацию от 12.02.2018 № 1 (определение от 28.02.2022), – Предприниматель отрицает наличие у ООО «Автошоп» каких-либо прав на двухэтажное строение, на втором этаже которого располагается офис ответчика. По утверждению ответчика, существование данного объекта явилось следствием укрепления ИП ФИО2 за счет личных ресурсов и с согласия ООО «Автошоп» в лице бывшего директора ФИО3 находившегося на указанном земельном участке бесхозного строения и последующего возведения на нем второго этажа (являющегося помещением, где расположен офис предпринимателя).

Определением суда от 28.02.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление имущественных и земельных отношений администрации Петропавловск-Камчатского городского округа (далее – Управление имущественных и земельных отношений администрации ПКГО) и ФИО3

Определением суда от 21.04.2022 производство по делу приостанавливалось до вступления в законную силу судебного акта, принятого по итогам рассмотрения по существу дела № А24-5991/2021, в рамках которого рассматривалось требование ИП ФИО2 о признании за нею права собственности как на истребуемые помещения, так и на помещения первого этажа.

Протокольным определением от 10.01.2024 производство по делу возобновлено.

На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие третьих лиц, извещенных о месте и времени проведения судебного заседания надлежащим образом по правилам статей 121-123 АПК РФ и не явившихся в суд.

В судебном заседании суд, выслушав правовые позиции сторон по существу спора и пояснения по заданным судом вопросам, рассмотрел ходатайство ответчика от 11.02.2024 о приостановлении производства по делу до разрешения по существу дела № А24-17/2024 и протокольным определением от 11.03.2024 отказал в его удовлетворении, не усмотрев безусловных оснований для приостановления производства по делу, в том числе с учетом обстоятельств, установленных в рамках дела № А24-5991/2021.

Выслушав в судебном заседании доводы и пояснения сторон, исследовав материалы дела и оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, арбитражный суд пришел к следующему выводу.

Как установлено вступившими в законную силу судебными актами по делам № А24-1388/2019, А24-4770/2019, А24-7465/2019, А24-7465/2019, А24-2300/2021, А24-5991/2021 между ООО «Автошоп» и ИП ФИО2 существует длительный спор относительно помещений, расположенных на втором этаже павильона по адресу: 

<

...> в границах земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:77.

Так, в рамках дел № А24-1388/2019, А24-4770/2019 установлено, что между администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа в лице Департамента градостроительства и земельных отношений Петропавловск-Камчатского городского округа (арендодатель) и ООО «Автошоп» в лице директора ФИО3 (арендатор) заключен договор аренды 15.06.2012 № 51/12 в отношении земельного участка с кадастровым номером 41:01:010113:77, площадью 0,0295 га, категория земель – земли населенных пунктов, расположенный по адресу (местоположение): 

<

...>; вид разрешенного использования: для размещения объектов торговли, общественного питания и бытового обслуживания; состав вида разрешенного использования: для размещения объектов оптовой и розничной торговли; фактическое использование: для эксплуатации временной постройки (объекта некапитального строительства) павильона, сроком с 15.06.2012 до 13.06.2020 (с учетом дополнительного соглашения от 24.06.2012).

Согласно заключению строительно-технической экспертизы (о техническом состоянии земельного участка) от 02.07.2018, выполненному судебной экспертной службой по заказу ИП ФИО2, на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:77 в поворотных точках № 9, 8 расположено здание СТО / автомойки / гаража, в поворотных точках № 4, 5, 6 расположена модульная конструкция из контейнеров, конструкция бытовки на сваях и конструкция (сторожка) (ООО «Автошоп»); в поворотных точках № 9, 8 на гараже (ООО «Автошоп») расположена надстройка офиса (ИП ФИО2).

Как следует из решения суда по делу № А24-1388/2019, 05.10.2018 специалистами Управления архитектуры градостроительства и земельных отношений администрации Петропавловск-Камчатского городского округа в присутствии директора ООО «Автошоп» ФИО6 проведено обследование и фотографирование земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:77, по результатам которого установлено, что на земельном участке размещены кафе «Самарканд», боксы для ремонта транспортных средств, консалтинговая фирма «Везус» (надстройка 2 этажа над боксами), что зафиксировано в акте обследования территории от 05.10.2018.

Таким образом, в рамках перечисленных дел установлено, что на земельном участке, предоставленном Обществу в аренду,  находится гараж (павильон), на котором имеется надстройка, используемая ИП ФИО2 в качестве офиса для осуществления профессиональной деятельности.

Согласно выводам судов (дела № А24-1388/2019, А24-4770/2019, А24-7465/2019) между ООО «Автошоп» (арендодатель) и ИП ФИО2 (арендатор) предпринималась попытка урегулировать сложившиеся отношения по фактическому использованию нежилым помещением (павильон – 2 этаж) площадью 80,0 кв.м, расположенным по адресу: 

<

...> – путем заключения договора аренды от 01.08.2018, в пункте 2.1 которого указывалось, что арендодатель (ООО «Автошоп») владеет и пользуется помещением на основании права собственности.

Со стороны арендодателя указанный договор подписан руководителем ООО «Автошоп» ФИО6, со стороны арендатора – лично ИП ФИО2, которая подписала указанный договор с протоколом разногласий от 05.08.2018.

Согласно пунктам 1, 2 протокола разногласий ответчиком предлагалось внести в договор следующие условия: стороны признают, что нежилое помещение (павильон – 2 этаж), являющееся предметом договора, построено с ведома и согласия арендодателя, силами и за счет средств арендатора (ИП ФИО2); стоимость работ по возведению нежилого помещения составляет 3 500 000 руб. Пункт 2.4 договора аренды от 01.08.2018 предлагалось изложить в следующей редакции: в случае расторжения договора аренды арендодатель не имеет права истребовать помещение из владения арендатора до фактической оплаты стоимости работ по возведению помещения в размере 3 500 000 руб. (пункт 3 протокола разногласий). В случае расторжения договора аренды по инициативе арендодателя последний выплачивает арендатору неустойку в размере 3 500 000 руб. (пункт 4 протокола разногласий).

Общество со своей стороны отказалось подписывать предложенный Предпринимателем протокол разногласий, и поскольку стороны не достигли соглашения по существенным условиям договора аренды в отношении спорных помещений, суды пришли к выводу о его незаключенности.

В 2019 году Общество, ссылаясь на поступившее из Управления архитектуры уведомление от 14.01.2019 № 01-08-01/64/19 о необходимости демонтажа строений, возведенных на предоставленном в аренду земельном участке в нарушение условий договора аренды от 15.06.2012 № 51/12, обратилось в арбитражный суд с иском об обязании ИП ФИО2 освободить часть земельного участка с кадастровым номером 41:01:0010113:77 путем сноса самовольно возведенной надстройки над боксом (дело № А24-1388/2019). По результатам рассмотрения дела № А24-1388/2019 в удовлетворении иска Общества отказано. Суды трех инстанций пришли к выводу, что стороны имели намерение установить арендный режим пользования ответчиком спорными помещениями, что с учетом отсутствия доказательств возведения ИП ФИО2 спорной надстройки самовольно (без ведома истца) исключает вывод о противоправности ее действий по возведению надстройки.

При этом судом в рамках дела № А24-1388/2019 исследовано экспертно-консультативного заключение, подготовленное 19.03.2019 экспертом-консультантом ФИО7 по заказу ИП ФИО2, согласно которому судом установлено, что второй этаж (спорная надстройка) включается в единый объем всего здания и является его составной частью, единым объектом законченного строительства. Несущие конструкции второго этажа опираются на наружные стены первого этажа. Несущие и ограждающие конструкции второго этажа не выступают за плоскость бетонных ограждающих конструкций первого этажа.

По результатам рассмотрения дела № А24-1388/2019 ИП ФИО2 потребовала у Общества возмещения убытков в виде понесенных затрат на строительство спорного нежилого помещения в размере 3 725 528,90 руб., и поскольку Общество отказалось удовлетворять данное требование, обратилась с соответствующим иском в суд (дело № А24-4770/2019). Решением суда от 20.08.2019 по делу № А24-4770/2019, оставленным без изменения постановлениями апелляционной и кассационной инстанций от 24.10.2019 и от 24.01.2020 соответственно, в удовлетворении исковых требований ИП ФИО2 отказано, поскольку не установлено само событие причинения вреда (утрата имущества, повреждение имущества, возникновение необходимости несения расходов с целью восстановления нарушенного права, упущенная выгода). При этом суды исходили из того, что нежилое помещение второго этажа находится в пользовании у ИП ФИО2 и используется им по назначению, что предпринимателем не отрицается. Доказательства демонтажа спорного нежилого помещения или иных действий со стороны ответчика, которые привели или могли бы привести к конструктивным изменениям помещения, препятствующим их использованию по прямому назначению, ИП ФИО2 не представлены.

Поскольку сторонам так и не удалось достигнуть взаимоприемлемых решений по вопросу пользования спорными помещениями и компенсации предпринимателю понесенных затрат на строительство надстройки, Общество снова обратилось в суд с иском, избрав в качестве способа защиты требование об обязании предпринимателя освободить крышу гаражного бокса, расположенного на земельном участке, кадастровый номер 41:01:0010113:77, и вывезти имущество (дело № А24-7465/2019).

Решением суда от 25.12.2019 по делу № А24-7465/2019 (не обжаловано) в иске Обществу отказано. При этом суд исходил из обстоятельств, преюдициально установленных судебными актами по делам № А24-1388/2019 и А24-4770/2019, а также из представленных в материалы дела доказательств. Проанализировав все обстоятельства, суд в рамках дела № А24-7465/2019 пришел к выводу о доказанности факта наличия у Общества намерения предоставить предпринимателю на условиях аренды спорную надстройку, которая создана Предпринимателем с согласия Общества, а также о том, что действия ИП ФИО2 (по возведению надстройки) не являются противозаконными и не нарушают прав и охраняемых интересов истца.

Таким образом, судами в рамках трех дел установлено, что спорная надстройка возведена ИП ФИО2 с согласия Общества, установлена неотделимость возведенной надстройки от принадлежащего ответчику гаража (конструктивная целостность помещений первого и второго этажа) и наличие у ООО «Автошоп» намерения передать эту надстройку в аренду Предпринимателю.

Вместе с тем, поскольку ИП ФИО2 продолжала находиться в спорных помещениях, уклоняясь от заключения договора аренды и не внося при этом плату за пользование помещениями, ООО «Автошоп» обратилось в суд с иском о взыскании с Предпринимателя неосновательного обогащения в размере платы за пользование помещениями площадью 80 кв.м. (на основе заключения специалиста о рыночной стоимости платы за аренду аналогичных помещений), и решением Арбитражного суда Камчатского края от 21.10.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 24.12.2021 и постановлением кассационной инстанции от 09.03.2022, с ИП ФИО2 в пользу Общества взыскано неосновательное обогащение в сумме 2 500 000 руб. за период с 01.08.2018 по 30.09.2021.

В последующем Общество обратилось в суд с рассматриваемым иском об истребовании спорных помещений у ответчика в порядке статьи 301 ГК РФ, ссылаясь на то обстоятельство, что ИП ФИО2 продолжает без внесения платы занимать спорные помещения, при том, что договорные отношения между сторонами отсутствуют, а также с иском о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в виде платы за пользование спорным имуществом за последующий период с 30.10.2021 по 30.06.2022 (дело № А24-3531/2022).

В свою очередь, ИП ФИО2, настаивая, что в период с 2016 по 2018 годы она по договоренности с Обществом (согласие ООО «Автошоп» от 16.12.2016 на укрепление бесхозного строения путем возведения сверху офисного помещения для оказания бухгалтерских услуг) за свой счет своими силами и с привлечением третьих лиц построила на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:77 на месте каркасного одноэтажного павильона двухэтажное офисное помещение, обратилась в суд с требованием о признании права собственности как на возведенный ею второй этаж, так и на укрепленный первый этаж павильона, в порядке статьи 218 ГК РФ (дело № А24-5991/2021). Поскольку по данным основаниям требования Предпринимателя оставлены без удовлетворения, она повторно обратилась в суд с требованием признать двухэтажное строение самовольной постройкой и признать право собственности ИП ФИО2 на указанную самовольную постройку (дело № А24-17/2024).

Предметом спора в рассматриваемом деле является право Общества истребовать из владения ИП ФИО2 спорные помещения второго этажа двухэтажного строения в порядке статьи 301 ГК РФ как занимаемые ею в отсутствие правовых оснований.

Наименование строения в различных документах и пояснениях сторон, в том числе в рамках перечисленных выше рассмотренных дел, отличается (павильон, нестационарный объект, гараж, бокс и пр.), однако суд не усматривает неопределенности и неясности в вопросе о том, о каких помещениях возник спор, где и каким образом они размещены.

Как видно из представленного в материалы рассматриваемого дела заключения строительно-технической экспертизы (о техническом состоянии земельного участка) от 02.07.2018, исследованного ранее при рассмотрении вышеперечисленных дел, на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:77, предоставленном Обществу в аренду в 2012 году, по состоянию на 2018 год выявлены следующие объекты:

– в поворотных точках № 1, 2, 3 расположено здание-кафе «Самарканд» (в субаренде у ИП ФИО8);

– в поворотных точках № 4, 5, 6 расположена модульная конструкция из контейнеров, конструкция бытовки на сваях и конструкция (сторожка) (ООО «Автошоп»);

– в поворотных точках № 6, 7 расположено здание-кафе «Исфара» (в субаренде у ИП ФИО9);

– в поворотных точках № 9, 8 расположено здание СТО/автомойки/гаража (ООО «Автошоп»), а на гараже в поворотных точках № 9, 8 расположена надстройка офиса (ИП ФИО2).

Согласно акту обследования территории от 05.10.2018, подготовленному Управлением архитектуры, на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:77 размещены кафе «Самарканд» и боксы для ремонта транспортных средств, а также консалтинговая фирма «Везус» – надстройка 2 этажа над боксами.

Согласно заключению ООО «Камстрой-экспертиза» от 10.04.2022 № 41-17-2021 (представлено в материалы рассматриваемого дела) на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:77 расположены два примыкающих друг к другу объекта: кафе «Самарканд» и гаражный бокс с надстройкой.

В заключении эксперта ООО ПО «Стройэкспертиза-ПК» от 25.10.2022 № ЗЭ.5991/2022 отражена ссылка на заключение специалиста – кадастрового инженера ФИО10 от 20.05.2022, согласно которому на земельном участке с кадастровым номером 41:01:0010113:77 в центральной части располагается гаражный бокс, над ним надстроено административное здание с навесным отдельным входом. С левой стороны от гаражного бокса расположен павильон кафе «Самарканд».

Непосредственно самим экспертом ООО ПО «Стройэкспертиза-ПК» при обследовании земельного участка также установлено наличие на нем отдельно стоящих строений в количестве двух объектов: объект № 1 – двухэтажное здание с отдельным входом на 2-ой этаж; объект № 2 – одноэтажное кафе «Самарканд». При этом по тексту заключения первый этаж двухэтажного здания (объект № 1) именуется как гаражный бокс и содержится вывод, что по функциональному назначению помещения первого этажа здания предназначены для техобслуживания легковых автомашин (лист 11 заключения от 25.10.2022 № ЗЭ.5991/2022).

В договоре купли-продажи от 09.02.2018, которым истец обосновывает свои права на спорный объект, сооружение обозначено как нестационарный павильон с подсобным помещением (гаражный бокс).

Таким образом, несмотря на различие в установленных характеристиках и выводах о капитальности объектов, все эксперты и специалисты, которыми когда-либо обследовался земельный участок, едины в выводах о том, что на нем расположено два объекта: кафе «Самарканд» и гараж (гаражный бокс), – и что помещения, занимаемые ИП ФИО2, являются надстройкой (вторым этажом) указанного гаража (гаражного бокса).

В судебном заседании 11.03.2024 на вопрос суда стороны подтвердили, что во всех перечисленных ранее судебных делах предметом спора является один и тот же объект; спор по данному факту между сторонами отсутствует, что также следует из обстоятельств, установленных в рамках вышеперечисленных дел.

Таким образом, предметом спора является надстройка (второй этаж) на строении, являющемся гаражом или гаражным боксом.

В силу части 1 статьи 4 АПК РФ заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, которая осуществляется способами, перечисленными в статье 12 ГК РФ, а также иными способами, предусмотренными законом. При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 1 ГК РФ необходимым условием применения способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права.

Заявленное истцом требование, мотивированное ссылкой на статью 301 ГК РФ и пункт 34 Постановления № 10/22, исходя из оснований, которыми оно обусловлено (уклонение ответчика от освобождения принадлежащих истцу помещений, отсутствие у ответчика вещных прав на эти помещения, недостижение сторонами договоренности по режиму пользования помещениями ответчиком), по своей правовой природе являются виндикационным, принадлежащим к группе вещно-правовых требований.

Согласно статье 301 ГК РФ, пункту 32 Постановления № 10/22 собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения от лица, у которого оно фактически находится в незаконном владении.

Правила статей 301, 302 ГК РФ применяются также в том случае, когда спор о возврате имущества собственнику возник между лицами, у которых отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки (пункт 34 Постановления № 10/22).

Одним из юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию при обращении в суд с иском об истребовании имущества из чужого незаконного владения, является выбытие имущества из владения собственника по воле либо помимо его воли. При этом обязанность доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли лежит на истце.

Виндикационное требование может быть заявлено лишь лицом, являющимся собственником (титульным владельцем) спорного имущества, но фактически не владеющим им, к лицу, в фактическом, но незаконном владении которого находится вещь, но не являющемуся собственником.

Из анализа приведенных норм следует, что истцом по виндикационному иску должны быть доказаны: 1) наличие права собственности или иное вещное право на истребуемое имущество, 2) факт нахождения этого имущества у ответчика и 3) незаконность такого владения.

Ответчиком по такому требованию является незаконный владелец, обладающий вещью без надлежащего правового основания, либо по порочному основанию приобретения. Имущество, находящееся в чужом незаконном владении, к истребованию которого подлежит применению виндикационный иск, должно обладать индивидуально-определенными признаками.

Исходя из изложенного, предметом доказывания по виндикационному требованию являются обстоятельства, подтверждающие принадлежность индивидуально-определенного имущества истцу на праве собственности, отсутствие правовых оснований у ответчика для владения спорным имуществом, наличие истребуемого индивидуально-определенного имущества в натуре и нахождение его в фактическом владении ответчика.

В соответствии со статьей 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Свои права на истребуемый объект истец подтверждает договором купли-продажи от 09.02.2018 № 1, согласно которому Общество приобрело у ФИО3 нестационарный павильон с подсобным помещением (гаражный бокс), актом приема-передачи от 09.02.2018 № 1, актом о вводе в эксплуатацию от 12.02.2018 № 1.

Ответчик заявил о фальсификации указанных доказательств.

В абзаце втором пункта 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.12.2021 № 46 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в суде первой инстанции» разъяснено, что в порядке статьи 161 АПК РФ подлежат рассмотрению заявления, мотивированные наличием признаков подложности доказательств, то есть совершением действий, выразившихся в подделке формы доказательства: изготовление документа специально для представления его в суд (например, несоответствие времени изготовления документа указанным в нем датам) либо внесение в уже существующий документ исправлений или дополнений (например, подделка подписей в документе, внесение в него дополнительного текста). В силу части 3 статьи 71 АПК РФ не подлежат рассмотрению по правилам названной статьи заявления, касающиеся недостоверности доказательств (например, о несоответствии действительности фактов, изложенных в документе).

Статья 161 АПК РФ не дает определения фальсификации доказательства. Однако данное понятие вытекает из уголовного права и судебной практики по уголовным делам – умышленное искусственное создание доказательства обстоятельства, подлежащего доказыванию по делу (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.02.2006 № 9-о06-2.). В судебной практике арбитражных судов также приводится определение фальсификации: сознательное искажение представляемых доказательств путем их подделки, подчистки, внесения исправлений, искажающих действительный смысл, или ложных сведений.

Настаивая на фальсификации представленных истцом доказательств, ответчик заявляет, что перечисленные документы изготовлены специально для суда и что изложенные в них факты не соответствуют действительности, а именно: данные документы изготовлены с целью доказывания факта приобретения истцом гаражного бокса по гражданско-правовой сделке.

Принимая заявление ответчика о фальсификации доказательств к рассмотрению, суд определил в качестве способа проверки заявления – сопоставление оспариваемых доказательств с иными документами, имеющимися в материалах дела. Кроме того, с целью проверки доводов ответчика о фальсификации истцом представленных доказательств суд на основании статьи 51 АПК РФ привлек к участию в деле третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО3, являющегося стороной договора, о фальсификации которого заявлено ответчиком, и обязал истца представить оригиналы оспариваемых документов либо письменное обоснование невозможности их представления суду с приложением подтверждающих документов.

В ходе проверки заявления ответчика суд не усмотрел обстоятельств, позволяющих прийти к выводу о фальсификации истцом доказательств в том смысле, который заложен понятии «фальсификация» в совокупности с целью представления оспариваемых документов в материалы дела и той доказательственной силой, которой истец их наделяет.

В частности, сам факт заключения оспариваемого договора, акта передачи имущества подтвержден второй стороной этого договора – ФИО3 в судебном заседании 30.03.2022, где он пояснил, что построил спорный павильон (гаражный бокс) в 1998 году, использовал его сначала как частный предприниматель, затем как руководитель ООО «Автошоп», после чего продал истцу. Пояснил, что при составлении документов о купли-продажи были допущены ошибки, в связи с чем в документы вносились исправления. Подтвердил, что давал согласие ответчику на осуществление надстройки, предупредив, что таковая должна носить временный характер. Сообщил, что документы, подтверждающие строительство павильона у него не сохранились ввиду давности событий. Таким образом, обе стороны договора купли-продажи от 09.02.2018 № 1 подтвердили, что заключали его, составляли иные оспоренные ответчиком документы, и что в связи с установленными в договоре неточностями вносили в него корректировки.

В судебном заседании 28.02.2022 представитель Общества пояснила, что подлинники оспариваемых документов истцом утрачены, представил в материалы дела соглашение о фактических обстоятельствах от 01.02.2020, заключенное между Обществом и ФИО3 по результатам рассмотрения дела № А24-7465/2019, по тексту которого стороны подтверждают факт совершения сделки, оформленной оспариваемым договором.

Решением Петропавловск-Камчатского городского суда от 23.05.2022 по делу № 2-2295/2022 отказано в удовлетворении требования ИП ФИО2 о признании договора купли-продажи от 09.02.2018 № 1 недействительным (ничтожным). Основанием для отказа в иске послужило отсутствие у Предпринимателя права на оспаривание сделки, стороной которой она не является, однако в процессе рассмотрения дела стороны сделки также подтверждали факт заключения договора купли-продажи от 09.02.2018 № 1, приводили пояснения относительно приведенных в договоре банковских реквизитов (на что обращает внимание ответчик, указывая, что счет открыт позднее даты составления договора), объясняя, что договор пересоставлялся несколько раз, допускались ошибки и неточности, вносились исправления.

Вопреки доводам ответчика, факт поздней постановки объекта на учет или неотражение объекта в активах Общества не свидетельствует о фальсификации оспариваемых доказательств в том смысле, который предполагается при совершении данного действия. Также как и позднее составление документов не свидетельствует о том, что они не составлялись вовсе, если участники сделки подтверждают ее совершение. При том что само содержание документов ответчиком не оспаривается.

Таким образом, осуществив в соответствии с требованиями статьи 161 АПК РФ проверку заявления ответчика о фальсификации путем анализа и сопоставления представленных документов в их совокупности и взаимосвязи, суд не усматривает оснований для удовлетворения заявления ввиду отсутствия в материалах дела доказательств подделки, подчистки, внесения исправлений в оспариваемые документы, изготовления оспариваемых документов специально для рассмотрения настоящего спора.

При этом суд также отмечает, что ранее ИП ФИО2 уже заявляла о фальсификации договора купли-продажи от 09.02.2018 № 1 при рассмотрении дела № А24-7465/2019. В принятом по делу решении от 25.12.2019 отражено, что арбитражный суд в рамках проверки заявления ИП ФИО2 о фальсификации доказательств предупредил представителя истца (Общества) об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 303 УК РФ, о чем у названного представителя отобрана расписка, ответчика (Предпринимателя) – об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 306 УК РФ, о чем также отобрана расписка. Также судом были запрошены оригиналы документов. Для проверки достоверности заявления о фальсификации арбитражный суд в соответствии с абзацем вторым пункта 3 части 1 статьи 161 АПК РФ исследовал другие доказательства по делу, в том числе представленные истцом и ответчиком, принял соответствующие меры для проверки заявления о фальсификации указанных ответчиком документов, оценил представленные документы, которые, по мнению ответчика, вызывают сомнения. В результате суд пришел к выводу, что заявление ответчика о фальсификации доказательств по делу удовлетворению не подлежит. Принятое по делу решение сторонами не обжаловано и вступило в законную силу.

Вместе с тем, отклоняя доводы ответчика о фальсификации доказательств, представленных истцом в подтверждение факта возникновения права собственности на истребуемое имущество, суд, тем не менее, не признает эти документы достаточными для удовлетворения заявленного виндикационного иска.

Как отмечено ранее, условием удовлетворения виндикационного иска является совокупность доказанных юридических фактов и, прежде всего, наличие у истца права собственности или иного законного владения на имущество, по поводу истребования которого заявляется иск.

Объектом виндикации во всех случаях может выступать только индивидуально-определенная вещь, поскольку истребование имущества в натуре означает возвращение того же имущества собственнику. Следовательно, предъявив требование о возврате имущества из чужого незаконного владения, истец обязан доказать наличие у него вещного права на конкретное имущество, обладающее индивидуально-определенными признаками.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 36 Постановления № 10/22, право собственности на движимое имущество доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРН. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Факт включения недвижимого имущества в реестр государственной или муниципальной собственности, а также факт нахождения имущества на балансе лица сами по себе не являются доказательствами права собственности или законного владения.

Как утверждает истец, спорное имущества является вторым этажом (надстройкой) нестационарного объекта, не являющегося капитальным строением, не относящегося к категории недвижимого имущества, а значит, для подтверждения права на иск достаточно представленных в материалы дела документов, подтверждающих возникновение у Общества права собственности на истребуемое имущество по возмездной сделке (договору купли-продажи). То есть свои права на имущество истец основывает на положениях статьи 218 ГК РФ и полагает достаточными представленные доказательства приобретения имущества по договору, поскольку по своим характеристикам оно является движимым (нестационарным). Дополнительно истец также ссылается на обстоятельства, установленные в ранее рассмотренных делах между теми же сторонами, которые, по мнению истца, имеют преюдициальное значение и свидетельствуют о том, что всем участникам спорных отношений было известно о некапитальности строения, на котором возводился второй этаж, и что передача данного имущества в аренду ответчику предполагалась именно как передача движимого имущества (второй этаж некапитального строения).

В соответствии с пунктом 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом дела, в котором участвуют те же лица.

Как следует из конституционно-правового смысла положений статьи 69, выявленного Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П (пункт 3.1.) в данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены ее прерогативами. Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

По смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, нашедших отражение не только в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, но и в Определении от 06.11.2014 № 2528-О, предусмотренное вышеуказанным законоположением основание освобождения от доказывания во взаимосвязи с положениями части 1 статьи 64 и части 4 статьи 170 АПК РФ означает, что вступившее в законную силу решение суда по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, только по вопросам о фактических обстоятельствах (фактах), установленных решением суда и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. При наличии противоречивых выводов об обстоятельствах дела, изложенных во вступивших в законную силу судебных актах по различным делам, при разрешении спора суд не может ограничиться формальной ссылкой на результат рассмотрения спора по одному из данных дел и на положения статьи 69 АПК РФ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 17.11.2016 № 305-ЭС14-7445). В такой ситуации суд должен самостоятельно повторно установить фактические обстоятельства дела и на основе этого разрешить спор. В то же время при рассмотрении иска суд должен учесть обстоятельства ранее рассмотренных дел. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебных актах по ранее рассмотренным делам, он должен указать соответствующие мотивы применительно к разъяснениям пункта 4 Постановления № 10/22 (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 309-ЭС20-2354).

Таким образом, часть 2 статьи 69 АПК РФ освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, которая зависит от характера конкретного спора и представленных доказательств.

Оценивая доводы истца, суд, прежде всего, исходит из того, что вопрос о том, является ли гаражный бокс, на втором этаже которого размещается офис ответчика, объектом движимого или недвижимого имущества, в рамках дел № А24-4770/2019, А24-7465/2019, А24-2300/2021 не исследовался и оценка данным обстоятельствам не давалась. Решением по делу № А24-4770/2019 Предпринимателю отказано в возмещении убытков в виде расходов на строительство надстройки по основанию недоказанности возникновения убытков. Решением по делу № А24-7465/2019 суд отказал в иске Обществу об обязании освободить крышу гаражного бокса со ссылкой на результаты рассмотрения дел № А24-4770/2019 и № А24-1388/2019 и на доказанный факт возведения надстройки ответчиком с согласия истца (отсутствие противоправности) и наличия у Общества намерения предоставить спорную надстройку Предпринимателю на условиях аренды. В деле № А24-2300/2021 выводы об обоснованности исковых требований основаны, прежде всего, не на технических особенностях спорного объекта, а на достигнутых сторонами договоренностях, определявших режим использования имущества, подтвержденных судебными актами по ранее рассмотренным делам (№ А24-4770/2019, № А24-1388/2019, А24-7465/2019).

Единственным исключением является рассмотренное дело № А24-1388/2019, где суд, отказывая в иске о признании второго этажа самовольной постройкой, пришел к выводу об отсутствии оснований, с учетом результатов проведенной по делу судебной экспертизы, для признания возведенной над павильоном надстройки (второй этаж) объектом недвижимого имущества. В то же время суд в решении отметил, ссылаясь на результаты экспертизы, что второй этаж (спорная надстройка) включается в единый объем всего здания и являются его составной частью, единым объектом законченного строительства. Несущие конструкции второго этажа опираются на наружные стены первого этажа. Доказательств тому, что снос спорной надстройки возможен без угрозы разрушения целостности объекта, Общество не представило.

Однако вывод об отсутствии оснований для признания объекта недвижимым и вывод о констатации факта отнесения объекта к числу движимого имущества (с объяснением соответствующих характеристик, не позволяющих признать объект капитальным строением) – не тождественные понятия.

При этом следует отметить, что по тексту решения суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания недвижимым имуществом исключительно возведенной надстройки как самостоятельного объекта, а не в целом двухэтажного объекта, а также что проведенная экспертиза показала прочную связь двух этажей и невозможность их разъединения без нарушения целостности. Также в решении отсутствует вывод о том, что возведенная надстройка или в целом двухэтажное сооружение является некапитальным (нестационарным) строением. Фактически принятым решением суд констатировал отсутствие оснований для признания возведенной надстройки самостоятельным объектом недвижимости, наличие прочной конструктивной связи надстройки с первым этажом, невозможность ее сноса без нарушения целостности объекта.

В то же время вопрос о наличии у гаражного бокса с возведенной на нем надстройкой признаков капитальности подробно исследован в рамках рассмотренного позднее дела № А24-5991/2021, где с целью выяснения данного вопроса назначалась судебная строительно-техническая экспертиза.

Рассмотрев исковые требования ИП ФИО2 о признании права собственности на весь спорный объект (как на помещения первого этажа, так и на установленную надстройку), суд первой инстанции решением от 13.04.2023 отказал в их удовлетворении, указав, в числе прочего, на непредставление доказательств того, что спорное имущество является объектом недвижимости, не приняв в качестве такового подготовленное в рамках судебной экспертизы по настоящему делу заключение эксперта ООО «ПО «Стройэкспертиза-ПК» ФИО11 от 25.10.2022 № 3Э.5991/2022.

Поддерживая вывод суда первой инстанции об отказе в иске, апелляционный суд, в то же время, не согласился с выводом относительно характеристик спорного объекта (постановление от 19.06.2023 № 05АП-2962/2023, 05АП-2663/2023).

Изучив заключение эксперта от 25.10.2022 № 3Э.5991/2022 (представлено в материалы рассматриваемого дела), суд признал его надлежащим доказательством по делу и, учитывая выводы эксперта, признал, что спорный объект является объектом недвижимости. В частности, согласно заключению спорное двухэтажное строение с отдельным входом на второй этаж имеет все признаки капитальности конструктивных элементов фундаментов и стен первого этажа, стен и перекрытий второго этажа. Здание имеет прочную связь с землей через ленточный фундамент и монолитный железобетонный цоколь. Первый этаж здания выполнен из сборных железобетонных конструкций, перекрытие и второй этаж из металлического каркаса на сварке.

При этом коллегия отметила, что выводы эксперта о капитальности спорного объекта согласуются с аналогичными выводами кадастрового инженера-геодезиста ФИО10, изложенными в заключении специалиста от 20.05.2022, а о конструктивных показателях здания – с выводами, изложенными в заключении специалиста ФИО12 от 10.04.2022 № 41-17-2021 (имеется в материалах рассматриваемого дела), которое передавалось для использования эксперту ФИО11

Таким образом, истребуемые истцом помещения второго этажа гаражного бокса являются неделимой, целостной частью объекта, который, вопреки утверждению Общества об обратном, является объектом недвижимого имущества, что преюдициально установлено постановлением апелляционной инстанции по делу № А24-5991/2021 на основе исследования заключения экспертизы по данному вопросу.

Причем как следует из пунктов 12.4, 13.4 заключения эксперта от 25.10.2022 № 3Э.5991/2022 возведение второго этажа над гаражными боксами относится к реконструкции здания гаражных боксов с расширением площадей.

В силу положений статьи 218 ГК РФ граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству или в порядке реорганизации.

Причем новый объект недвижимости может возникнуть в результате произведенной реконструкции объекта, если при этом изменяются его индивидуализирующие характеристики, например высота, площадь, этажность (определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 24-КГ15-6).

Условиями приобретения права собственности на вновь создаваемое недвижимое имущество являются соблюдение при его создании закона и иных правовых актов (пункт 1 статьи 218 ГК РФ), предусматривающих наличие совокупности юридических фактов: предоставление земельного участка для строительства объекта, получение разрешения на строительство и разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, а также государственная регистрация права на такой объект (статья 219 ГК РФ).

В силу статей 131 ГК РФ и пункта 6 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» (далее – Закон № 218-ФЗ) право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

Согласно пункту 2 статьи 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.

В соответствии со статьей 219 ГК РФ право собственности на здания, сооружения и другое вновь создаваемое недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации.

Исключением являются только права не недвижимое имущество, которые возникли до вступления в силу Закона о регистрации (до 31.01.1998). В соответствии с пунктом 1 статьи 6 ранее действовавшего Федерального закона от 21.07.1997 № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», а также в соответствии с частью 2 статьи 69 Закона № 218-ФЗ, права на объекты недвижимости, возникшие до дня вступления в силу названного Закона № 122-ФЗ, признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации в ЕГРН. Государственная регистрация таких прав в ЕГРН проводится по желанию их обладателей (ранее возникшие права).

В рассматриваемом случае в том виде, в каком объект находится на дату рассмотрения спора (как и на дату проведения экспертиз), он стал существовать после возведения Предпринимателем с согласия Общества надстройки (второго этажа) с одновременным укреплением конструктива первого этажа, что сторонами не оспаривалось, как и то, что возведение надстройки имело место в период с 2016 по 2018 год, а значит, вышеуказанное исключение из общего правила подтверждения права на объект недвижимости записью в реестре к рассматриваемым правоотношениям применению не подлежит. Документов, которые бы позволили суду прийти к выводу об обратном, (в частности, что первый этаж гаражного бокса как объект недвижимости построен до 31.01.1998) в материалы дела не представлено.

Истец утверждает, что объектом договора купли-продажи от 09.02.2018 № 1 являлось уже сформированное двухэтажное здание гаража, то есть что объект им приобретен после возведения Предпринимателем второго этажа.

Однако Общество, настаивая на том, что истребуемые помещения, как часть приобретенного им гаражного бокса, также являются его собственностью, в то же время вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ не представил суду доказательств регистрации за ним права собственности на спорный объект, как и доказательств тому, что сформированный (реконструированный) после возведения второго этажа и ставший капитальным объектом недвижимости двухэтажный гаражный бокс был в установленном порядке легализован и введен в оборот. В частности, что право собственности на новый объект зарегистрировано за бывшим владельцем, у которого истец его приобрел, то есть за ФИО3, или что сам истец после приобретения объекта недвижимости принял меры к его легализации и введению в оборот с соблюдением требований законодательства.

Действующее гражданское законодательство предусматривает правила, позволяющие признать право собственности на недвижимое имущество как на новое, созданное лицом для себя (статьи 218 ГК РФ), либо как на самовольную постройку (статья 222 ГК РФ).

Причем как разъяснено в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2023 № 44 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке», вступившее в законную силу решение суда о признании права собственности на самовольную постройку является основанием возникновения права собственности на объект недвижимости (подпункт 3 пункта 1 статьи 8 ГК РФ) и для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав на объект недвижимости (статья 219 ГК РФ, пункт 5 части 2 статьи 14 Закона о государственной регистрации недвижимости). После вступления в законную силу решения суда о признании права собственности на самовольную постройку собственник данного объекта недвижимости вправе использовать его в гражданском обороте.

В то же время лица, право собственности или законное владение которых нарушается сохранением таких объектов, вправе обратиться в суд с иском об устранении нарушения права, не соединенного с лишением владения (статья 304 ГК РФ), а в случаях, когда такой объект создает угрозу жизни и здоровью граждан, заинтересованные лица вправе обратиться с иском о запрещении его эксплуатации (пункт 1 статьи 1065 ГК РФ). Также судом или уполномоченным органом может быть принято решение о сносе самовольной постройки (статья 222 ГК РФ).

Суд апелляционной инстанции, изучив обстоятельства спора, рассматриваемого в рамках дела № А24-5991/2021, и представленные документы в совокупности с пояснениями сторон и обстоятельствами, установленными в ранее рассмотренных делах, пришел к выводу о том, что спорный двухэтажный объект является не только объектом недвижимого имущества, но и самовольной постройкой ввиду отсутствия у Предпринимателя, которая заявила права на этот объект, прав на земельный участок, на котором он находится, и разрешительной документации на возведение надстройки.

В рассматриваемое дело также не представлены документы, которые свидетельствуют о получении кем-либо из участников спорных правоотношений (Обществом, или его бывшим руководителем ФИО3, с согласия которого возводилась надстройка, или Предпринимателем) разрешительной документации для реконструкции объекта, следствием которой стало создание объекта недвижимого имущества. Причем условия предоставления Обществу в аренду земельного участка, на котором размещен объект, не предполагали возможность размещения на нем капитальных строений (или видоизменения имеющихся строений до придания им признаков капитальности).

Также суду не представлены доказательства тому, что спорный объект легализован в установленном порядке и введен в оборот (поставлен на учет, права на него зарегистрированы в ЕГРП).

При этом суд не может оставить без внимания тот факт, что в рамках дела № А24-17/2024 ИП ФИО2 в настоящее время принимает меры по признанию за ней права собственности на спорный объект как на самовольную постройку, и что в рамках данного дела администрацией Петропавловск-Камчатского подавался встречный иск (возвращен определением от 12.02.2024) об обязании Предпринимателя осуществить снос второго этажа спорного объекта и об обязании Общества снести первый этаж спорного объекта.

Несмотря на возврат встречного иска ввиду отсутствия необходимых условий для его принятия (статья 132 АПК РФ), суд, тем не менее, исходя из отсутствия в материалах дела документов, свидетельствующих о регистрации в ЕГРН прав на спорный объект (как в его первоначальном виде, так и после возведения надстройки), о принятии Обществом мер к узаконению прав на спорный объект, и принимая во внимание принципиальную позицию истца, настаивающего на том, что гаражный бокс не является объектом недвижимости, не может исключать и того обстоятельства, что публично-правовое образование как собственник земельного участка, на котором размещен объект, не заинтересовано в его сохранении и продолжит принимать меры к понуждению соответствующих лиц к его сносу.

Как отмечено ранее, лишь запись в Едином государственном реестре недвижимости является доказательством законности владения объектом недвижимого имущества, а если объект является самовольной постройкой, лишь вступившее в силу решение суда является тем актом, который легализует объект недвижимости, признает права на него и констатирует право владельца  использовать его в гражданском обороте после прохождения процедуры регистрации.

В соответствии со статьей 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В случае нарушения либо оспаривания права лица, возникшего из указанных оснований, это лицо в силу статьи 11 ГК РФ вправе обратиться в суд за защитой права с использованием способов защиты, установленных статьей 12 названного Кодекса, либо иными нормами закона.

Применительно к требованиям Общества, основанным на положениях статьи 301 ГК РФ, с учетом ранее приведенных разъяснений Постановления № 10/22, защите подлежит подтвержденное документально право собственности (вещное право) на виндицируемый объект.

Однако истец не доказал наличие у него прав на истребуемые помещения, являющиеся единой (неделимой) частью (вторым этажом) объекта недвижимого имущества. Причем не доказано наличие зарегистрированных прав ни на весь двухэтажный объект, ни на какую-либо его часть, в частности, конкретно на помещения второго этажа.

Равно как и не доказано, что истцом приняты меры к легализации реконструированного объекта, к признанию права собственности на него как на самовольную постройку, в то время как объект недвижимого имущества, являющийся самовольной постройкой, впредь, до введения его в гражданский оборот, не может являться объектом прав, использоваться, передаваться и пр., а значит, не может являться объектом судебной защиты прав на такой объект.

При изложенных обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения заявленного иска не имеется. В связи с чем суд отказывает и в удовлетворении основного искового требования, и в удовлетворении дополнительных требований истца о взыскании с ответчика судебной неустойки за неисполнение решения, а также о предоставлении истцу возможности самостоятельно освободить помещения с возложением расходов на ответчика.

В связи с отказом в иске понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в силу статьи 110 АПК РФ возмещению не подлежат.

Руководствуясь статьями 167–171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Пятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Камчатского края в срок, не превышающий одного месяца со дня принятия решения, а также в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                            О.А. Душенкина