ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-88875/2021

07 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд4

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 07 декабря 2023 года

 

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего И.В. Сотова 

судей А.Ю. Слоневской, И.Ю. Тойвонена

при ведении протокола судебного заседания секретарем Е.И. Первых

при участии: 

конкурсный управляющий ФИО1 

представитель ООО «Влада» ФИО2 по доверенности от 16.06.2023 г. (посредством использования системы веб-конференции)

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-20405/2023, 13АП-20869/2023) конкурсного управляющего ФИО1 и ООО «Влада» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2023 г. по делу № А56-88875/2021/сд4, принятое

по заявлению конкурсного управляющего ФИО1 

к ООО «Влада» 

о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Теллур» (ИНН 

<

***>, адрес: 188230, Ленинградская область, Лужский р-н, Луга, Урицкого 

<

...>)

установил:

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) от 24.11.2021 г. (в т.ч. объявлена резолютивная часть) по настоящему делу, вынесенным по заявлению кредитора - ИП ФИО3 (принято к производству суда (возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) должника) определением от 27.10.2021 г.), в отношении общества с ограниченной ответственностью «Теллур» (далее – должник)  (далее – должник) введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО1, а решением суда от 09.06.2022 г. (резолютивная часть объявлена 08.06.2022 г.) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим также утверждена ФИО1 (далее – управляющий). 

В ходе последней процедуры, а именно – 18.01.2023 г. – управляющий (далее также – заявитель) обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании на основании пункта 2 статьи 61.2 и пунктов 2 и 3 статьи 61.3 федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) недействительными сделками платежей должника в пользу общества с ограниченной ответственностью  «Влада» (далее – ответчик, ООО «Влада») в общем размере 12 158 400 руб. (за период с 09.10.2019 по 30.11.2021 г.) и применении последствий недействительности сделок в виде возврата отчужденного имущества в конкурсную массу путем взыскания с ответчика указанной суммы.

Определением суда от 11.05.2023 г. заявленные требования удовлетворены частично: признаны недействительными платежи по перечислению ООО «Теллур» в пользу ООО «Влада» денежных средств в общем размере 5 623 400 руб.  и применены последствия недействительности сделок: с ответчика в конкурсную массу взысканы денежные средств в размере 5 623 400 руб.; в удовлетворении остальной части заявления отказано; кроме того, с ООО «Влада» в федеральный бюджет взыскано 6 000 руб. государственной пошлины.

Данное определение обжаловано в апелляционном порядке управляющим и ответчиком; последний в своей жалобе просит определение отменить в части удовлетворенных требований и принять (в этой части) новый судебный акт – об отказе в удовлетворении этих требований, мотивируя жалобу неизвещением его в надлежащем порядке о судебном разбирательстве (с учетом смены единоличного исполнительного органа), а также (по существу спора) недоказанностью оказания ему предпочтения при удовлетворении его требования и его осведомленности об этом, т.е. условий для признания сделок недействительными по статье 61.3 Закона о банкротстве.

Также с учетом последующих дополнений к своей апелляционной жалобе, ответчик ссылается на наличие между сторонами договоров займа от 24.06.2019 и 23.03.2020 г., во исполнение обязательств по которым (погашение займов) и были перечислены спорные средства, при том, что сумма таких перечислений (со ссылкой на возврат займов), вопреки утверждению управляющего, составила только 10 240 000 руб.

В свою очередь, управляющий в жалобе просит определение отменить в части отказа в удовлетворении ее требований, удовлетворить их в полном объеме, полагая, что суд необоснованно уклонился от оценки доводов о недействительности сделок по статье 170 ГК РФ (их притворности, как прикрывающих, с учетом аффилированности сторон, распределение прибыли и выплату дивидендов).

В настоящем судебном заседании стороны поддержали доводы своих жалоб, возражая против удовлетворения жалобы своего оппонента, в т.ч. с учетом всех представленных ранее - в ходе рассмотрения спора апелляционным судом – дополнений и пояснений.

При этом, от управляющего поступило ходатайство о назначении экспертизы по делу применительно к давности нанесения оттиска печати ООО «Влада» на договоре поставки № 11/01/21 от 11.01.2021 г. и универсальном передаточном документе № 98 от 19.05.2021 г. (ввиду их возможной фальсификации) и, в этой связи, об отложении судебного разбирательства; однако, коллегия не нашла оснований для удовлетворения данных ходатайств, руководствуясь, прежде всего, частью 5 статьи 159 Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ), поскольку ходатайство о назначении экспертизы подано только в день судебного заседания и без доказательств ее отправки (направления/предоставления) другой стороне (управляющему), т.е. без обеспечения возможности как для последнего, так и для суда ознакомиться с этим ходатайством и подготовить (сформировать) свою позицию по нему, как применительно к этому суд отмечает, что о назначении в ряде оспариваемых платежей ссылки именно на оплату по договору поставки управляющему было известно (должно быть известно) еще при обращении в суд первой инстанции, а на документы, подтверждающие факт этой поставки (с предоставлением их копий), ответчик сослался в дополнении, представленном к предыдущему заседанию, что вполне позволяло управляющему своевременно ознакомиться с ними и заблаговременно изложить суду свои возражения (позицию) по ним.

Более того, суд обращает внимание, что, несмотря на изложенное, ходатайство управляющего заявлено в отношении договора (№ 11/01/21 от 11.01.2021 г.) и универсального передаточного документа (№ 98 от 19.05.2021 г.), на которые ответчик не ссылался и их не предоставлял; в отношении же документов, на которые он фактически указывал (в частности – договоры поставки № 06/01/20 от 06.01.2020 г. и № 14/05/21 от 14.05.2021 г., а также спецификации к ним и соответствующие товарные накладные и счет-фактуры) и предоставлял (в т.ч. к настоящему заседанию – в виде подлинников), каких-либо доводов (возражений), в т.ч. об их фальсификации управляющий не заявлял.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения в порядке, предусмотренном статьями 223, 266, 268 и 272 АПК РФ, апелляционный суд пришел к следующим выводам:

В соответствии с пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В частности, как предусмотрено пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а кроме того - по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве; пунктом 3 этой статьи установлено, что правила главы III.1 названного Закона могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Таможенного союза и (или) законодательством Российской Федерации о таможенном деле, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 г. № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума № 63) разъяснено, что по правилам этой главы Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться: действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.). 

Также согласно пункту 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника, а в силу пункта 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим федеральным законом. 

В данном случае, предметом оспаривания являются совершенные с расчетных счетов должника, открытых в АО «Райффайзенбанк», Банке ВТБ (ПАО), АО «Тинькофф Банк», ПАО Банк «ФК Открытие» и ПАО «Промсвязьбанк», в пользу ООО «Теллур» за период с 09.10.2019 по 30.11.2021 г. платежи на общую сумму 12 158 400 руб. с указанием в назначениях платежей (как сослался управляющий) «Возврат займа Без налога (НДС)», оспаривая которые, заявитель полагала их недействительными сделками в соответствии, как указано выше, с пунктом 2 статьи 61.2 и пунктами 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, а также статьи 170 ГК РФ. 

В этой связи управляющий должником указала, помимо прочего, что платежи совершены безвозмездно, в период неплатежеспособности должника, в пользу заинтересованного лица, ввиду чего они, помимо прочего, являются притворными, как прикрывающими факт выплаты дивидендов единственному участнику должника. 

Как предусмотрено пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). 

При этом, предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должникам, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, а как разъяснено в пункте 5 Постановления № 63, для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие всех следующих обстоятельств в совокупности: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, и в случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. 

Кроме того, как следует из пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления № 63, осведомленность другой стороны сделки о намерении должника причинить вред кредиторам предполагается в случае, если стороны сделки являются заинтересованными лицами, либо если сторона сделки знала об ущемлении интересов кредиторов или о признаках несостоятельности, а цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица или направлена на выплату поя (стоимости доли) участнику или имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 3 – 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Также, как установлено пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В этой связи в пункте 8 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки; при сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота, а по смыслу статьи 61.2 Закона о банкротстве и приведенных разъяснений, обстоятельства, указанные в названной статье в качестве признаков подозрительных сделок, свидетельствуют о совершении таких сделок в целях причинения ущерба должнику и его кредиторам; в частности, по общему правилу о наличии такой цели при совершении сделки свидетельствует совершение сделки по существенно заниженной цене или на иных явно невыгодных условиях

При этом, в пункте 9 Постановления Пленума № 63 разъяснено, что при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется; вместе с тем, судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Помимо этого, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий: сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки; сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами; сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве). 

Согласно пункту 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве, сделка, указанная в пункте 1 названной статьи, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом; в этой связи, как разъяснено в пункте 11 Постановления № 63, если сделка с предпочтением была совершена после принятия судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия судом заявления о признании должника банкротом, то в силу пункта 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.3, в связи с чем наличия иных обстоятельств, предусмотренных пунктом 3 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется. 

Пунктом же 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделка, указанная в пункте 1 названной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 61.3, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Кроме того, как разъяснено в пункте 4 Постановления № 63 и в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.04.2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статья 10 и 168 ГК РФ).

Статьей же 170 ГК (состав которой предполагает варианты заключения сделки при злоупотреблении (с такой целью) правом) предусмотрено, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1), а согласно пункту 2 этой статьи притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом; при этом, к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В настоящем споре, оценивая требования управляющего, суд первой инстанции полагал, что, ссылаясь на недействительность сделок должника, совершенных в период подозрительности сделки, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, управляющий не обосновала наличие у должника на момент совершения оспариваемых платежей признаков неплатежеспособности и не представила доказательств наличия таких признаков.

Кроме того, в обоснование довода о цели причинения вреда имущественным интересам кредиторов, управляющий сослалась на аффилированность ООО «Влада» по отношению ООО «Теллур» в силу того, что функции единоличного исполнительного органа указанных обществ были возложены на одно и то же лицо, то есть на ФИО4, в пользу которого, по мнению управляющего, выплачивались дивиденды под видом возврата займа, в результате чего, согласно позиции конкурсного управляющего, имущественным правам кредиторов причинен вред. 

Вместе с тем, суд признал, что указанные доводы не свидетельствуют о доказанности обстоятельств, с которыми положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве позволяют признать подозрительные сделки недействительными, поскольку цель причинения вреда может быть признана доказанной только при одновременном наличии доказательств осведомленности стороны сделки о причинении вреда вследствие неравноценного встречного исполнения по оспариваемой сделке и доказательств  возникновения у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения сделки, как со ссылкой, помимо прочего, на разъяснения, содержащиеся в пунктах 8 и 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (применительно к оспаритванию управляющим платежей на оснвоании статьи 170 ГК РФ), судом установлено отсутствие каких-либо дополнительных обстоятельств, указывающих на злоупотребление со стороны участников сделок, которые не охватывались бы диспозициями пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пороков воли, выходящих за пределы дефектов подозрительной сделки), и в частности – непредоставление со стороны управляющего доказательств, свидетельствующих о том, что спорные перечисления прикрывают выплату дивидендов, ввиду чего суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительными оспариваемых сделок как в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и в соответствии со статьями 10 и 170 ГК РФ. 

В то же время, судом установлено, что платежи за период с 29.06.2021 по 31.08.2021 г. на общую сумму 3 917 100 руб. произведены в течение шести месяцев до возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника, а платежи за период с 28.09.2021 по 30.11.2021 г. на общую сумму 1 706 300 руб. - в течение одного месяца до и после этого, и на дату совершения указанных платежей должник имел задолженность перед иными кредиторами, требования которых не погашены и включены в реестр требований кредиторов ООО «Теллур», а именно: задолженность перед кредитором-заявителем ИП ФИО3 по договору поставки от 01.06.2020 г. № Э/16, которая образовалась по состоянию на 19.07.2020 г. (требование включено в реестр требований кредиторов определением арбитражного суда от 24.11.2021 г. о введении процедуры наблюдения в отношении ООО «Теллур»), и задолженность перед кредитором ООО «ТД «Электротехмонтаж» по договору поставки, которая образовалась по состоянию на 12.09.2020 г. (взыскана решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.05.2021 г. по делу № А56-16239/2021 в размере 483 349 руб. 27 коп., и последующим определением арбитражного суда от 09.03.2022 г. по настоящему делу (обособленному спору № А56-88875/2021/тр5) включена в реестр требований кредиторов ООО «Теллур»; при том, что обязанность по оплате поставки на сумму более 300 000 руб. возникла 18.09.2020 г.). 

При этом, в отсутствие спорных платежей требование ООО «Влада» подлежало бы включению в реестр требований кредиторов и удовлетворению в порядке и очередности, установленных Законом о банкротстве, то есть пропорционально в составе требований кредиторов третьей очереди, а оспариваемые списания с расчетных счетов должника, осуществленные должником в пользу ответчика с целью возврата заемных средств, повлекли предпочтительное удовлетворение требования ответчика перед иными кредиторами должника. 

Кроме того, как установлено судом (подтверждается сведениями из Единого государственного реестра юридических лиц) и ответчиком не оспаривается, на дату совершения платежей руководителем и учредителем ООО «Теллур» и одновременно единоличным исполнительным органом ООО «Влада» являлось одно лицо - ФИО4, то есть в силу статьи 19 Закона о банкротстве ответчик по отношению к должнику является аффилированным лицом, с учетом чего, ООО «Влада», проявляя должную разумность и осмотрительность, не могло не знать об обстоятельствах, свидетельствующих о предпочтительном удовлетворении его требований по отношению к иным кредиторам, а также о наступившей неплатежеспособности должника на момент принятия спорных платежей (доказательств обратного ответчик не представил), а соответственно -  оспариваемые платежи за период с 29.06.2021 по 31.08.2021  г. на общую сумму 3917 100 руб. и за период с 28.09.2021 по 30.11.2021 г. на общую сумму 1 706 300 руб., по мнению суда, являются недействительными сделками в силу положений пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве 

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев и оценив материалы дела, включая позиции сторон, отклоняет доводы апелляционной жалобы ответчика, в т.ч. применительно к его надлежащему извещению в суде первой инстанции, что опровергается представленными последним по запросу апелляционного суда сведениями о направлении соответствующей корреспонденции по адресу юридической регистрации ООО «Влада»: 

<

...>, являющемуся актуальным (согласно имеющейся в материалах дела выписке из ЕГРЮЛ от 17.01.2023 г.) на момент рассмотрения спора, и получении им этой корреспонденции (почтовый идентификатор 1908548142309), в связи с чем, коллегия отклоняет довод ответчика о смене единоличного исполнительного органа, поскольку это обстоятельство само по себе на признание его надлежаще извещенным не влияет (общество в любом случае должно обеспечить получение корреспонденции по своему юридическому адресу и несет неблагоприятные последствия несоблюдения этой обязанности).

Равным образом, апелляционный суд отклоняет доводы жалобы управляющего о притворности всех оспариваемых платежей, как прикрывающих распределение прибыли и выплату дивидентов, а также отсутствие со стороны суда первой инстанции оценки этим доводам (на предмет недействительности сделки согласно статье 170 ГК РФ), поскольку, в действительности, оценка этим доводам изложена в обжалуемом судебном акте, а управляющий надлежаще не обосновал выход пороков оспариваемых им сделок (платежей) за пределы диспозиции специальных норм Закона о банкротстве, и в частности – статьи 61.2, при том, что его доводы о распределении путем спорных платежей прибыли должника (выплате дивидендов) представляются исключительно голословными (предположительными/надуманными) и каким-либо образом документально не подтвержденными, исходя в частности из того, что ответчик не является участником (учредителем) должника и не вправе претендовать на указанные выплаты, как отсутствуют и доказательства дальнейшего поступления этих (спорных) денежных средств ФИО4, который как раз и является участником ООО «Теллур».

Вместе с тем, с целью дополнительной проверки доводов управляющего (о неравноценности спорных сделок и причинении ими вреда кредиторам должника), суд предложил ответчику обосновать наличие обязательств должника перед ним, во исполнение которых были осуществлены спорные платежи, в результате чего выяснил, что платежи в период с 09.10.2019 по 11.08.2021 г., а также платеж от 30.11.2021 г. на сумму 200 000 руб., а всего - в общей сумме 10 240 000 руб. были осуществлены со ссылкой в их назначении на Возврат займа, Возврат займа (беспроцентного) по договору от 23.03.2020 г. и Оплату по договору займа от того же числа, а в подтверждение этих обязательств ООО «Влада» представило договор беспроцентного займа от 24.06.2019 г. и договор процентного займа от 23.03.2020 г.; однако, несмотря на предложение суда, ответчиком доказательств реального перечисления (передачи) им, как займодавцем, заемных денежных средств должнику (заемщику) не представлено, что исключает вывод о наличии оснований и для возврата этих средств, в связи с чем, суд критически оценивает доводы ответчика об утрате им бухгалтерской документации в результате пожара, поскольку ввиду значительной суммы займа по указанным договорам их перечисление в порядке предоставления займа, очевидно, тоже должно было осуществляться безналичным путем, и надлежащие доказательства невозможности для ООО «Влада» самостоятельно получить необходимые, подтверждающие такие перечисления, выписки/справки в банковских организациях, где у него были открыты счета (направления в эти организации и получения ими соответствующих запросов, а также отказа в их удовлетворении или оставление без ответа), им представлены не были, чем и был обусловлен отказ суда в заседании 05.09.2023 г. протокольным определением в удовлетворении ходатайства об истребовании указанных сведений.

Впоследствие иных доказательств перечисления заемных средств ответчик так и не предоставил, повторно об их истребовании в порядке части 4 статьи 66 АПК РФ (с документальным обоснованием условий для этого) не заявлял, а следовательно – он несет неблагоприятные последствия своего бездействия (часть 2 статьи 9 и часть 3 статьи 41 АПК РФ), а суд приходит к выводу о недоказанности встречных (ранее возникших) обязательств должника перед ответчиком на сумму 10 240 000 руб.; таким образом, эти платежи были осуществлены безвозмездно, т.е. в условиях неравноценности и при причинении тем самым вреда кредиторам, что влечет недействительность платежей в этой сумме, как перечисленных в течение трех лет до возбуждения дело о несостоятельности (банкротстве) должника (т.е. с 27.10.2018 г.), в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а платежей в период с 27.10.2020 г. (в течение одного года до возбуждения дела о банкротстве) – также и по пункту 1 статьи 61.2 Закона. 

В этой связи, коллегия отмечает, что уже как минимум с 19.07.2020 г. у должника образовалась задолженность перед кредиторами, впоследствие включенная в реестр требований кредиторов (факт чего установлен судом первой инстанции и на стадии апелляционного рассмотрения ответчиком не оспорен и документально не опровергнут), т.е. у него имелись признаки неплатежеспособности, о чем ответчик знал (должен был знать/не мог не знать), как безусловно аффилированное по отношению к должнику лицо (ввиду наличия у него одного руководителя), что им также каким-либо образом не оспорено/не опровергнуто, и что в совокупности с изложенными выше нормами и разъяснениями свидетельствует также и о его осведомленности о цели причинения вреда в результате оспариваемых сделок, что, в свою очередь (наличие такой цели, как и самого вреда), следует из факта безвозмездности сделки.

Кроме того, применительно к этому (наличия/отсутствие у должника признаков несостоятельности (банкротства) на момент совершения сделок, а соответственно – и осведомленности другой стороны сделок (ответчика) о наличии таких признаков и – как следствие – цели причинения совершением сделкок вреда кредиторам) апелляционный суд отмечает, что актуальные на данный момент правовые подходы в сложившейся судебной практике, поддержанной (выработанной) в т.ч. Верховным Судом (в частности – в определении от 01.10.2020 г. № 305-ЭС19-20861 (4) по делу № А40-158539/2016) сводятся к тому, что отсутствие таких признаков и осведомленности само по себе не препятствует квалификации сделок как подозрительных в соответствии с нормой пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку доказанность этих признаков всего лишь презумируют такую цель, а отсутствие указанных признаков само по себе не исключает вывод о совершении сделки именно с этой целью, как исходит суд и из того, что в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2019 г. № 304-ЭС15-2412(19), положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего, то есть квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, уменьшение конкурсной массы в той или иной форме, а в целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. 

Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной, и напротив - если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется, применительно к чему необходимо также учитывать, что кроме стоимостных величин при квалификации сделки во внимание должны приниматься и все иные обстоятельства ее совершения, указывающие на возможность получения взаимной выгоды сторонами, то есть суд должен исследовать контекст отношений должника с контрагентом для того, чтобы вывод о подозрительности являлся убедительным и обоснованным (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2019 г. № 305-ЭС18-8671(2)), при том, что в силу правовых подходов, сформулированных в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.07.2020 г. № 310-ЭС18-12776(2), гражданское законодательство основывается на презюмируемой разумности действий участников гражданских правоотношений; вместе с тем, разумность стороны гражданско-правового договора при его заключении и исполнении означает проявление этой стороной заботливости о собственных интересах, рациональность ее поведения исходя из личного опыта данной стороны, в той ситуации, в которой она находится, существа правового регулирования заключенной ею сделки и сложившейся практики взаимодействия таких же участников гражданского оборота при сходных обстоятельствах, а согласно правовой позиции, сформулированной в определении Верховного Суда РФ от 22.12.2016 г. № 308-ЭС16-11018 по делу № А22-1776/2013, отчуждение имущества, не имеющего недостатков, по цене, заниженной многократно (или – как в данном случае - фактически без встречного исполнения), очевидно свидетельствует о заключении сделки с целью вывода ликвидного имущества, что, в свою очередь, не может не порождать у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнений относительно правомерности отчуждения, а поэтому покупатель, проявляя обычную степень осмотрительности, должен при заключении подобной (подозрительной, в т.ч. в силу ее цены) сделки предпринять дополнительные меры, направленные на проверку обстоятельств, связанных со стоимостью имущества.

При таких обстоятельствах, по мнению суда, материалами дела подтверждается наличие всех условий для признания сделок – платежей на сумму 10 240 000 руб. - недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона, и в частности - причинение вреда имущественным права кредиторов (отчуждение должником имущества (вывод денежных средств) без равноценного  встречного исполнения), что влияет на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредиторов, а равно и наличие у должника такой цели и осведомленность ответчика об указанной цели.

В то же время, в части остальных оспариваемых платежей – в общей сумме 1 918 400 руб., совершенных в период с 30.08.2021 по 12.11.2021 г. (платежи через счет в АО «Райффайзенбанк» от 30.08.2021 г. по п/п № 321 на 152 400 руб., от 31.08.2021 г. по п/п № 63 на 259 700 руб., от 28.09.2021 г. по п/п № 367 на 800 000 руб. и от 29.09.2021 г. по п/п № 90 на 652 300 руб., а также через ПАО Банк «ФК Открытие» от 12.11.2021 г. по п/п № 9 на 54 000 руб.), судом апелляционной инстанции установлено, что они произведены со ссылкой на оплату по договорам поставки, в т.ч. договору поставки № 14/05/21 от 14.05.2021 г., и по предложению суда ответчиком представлены доказательства встречного исполнения по этим платежам, а именно – поставки товара по договорам № 06/01/20 от 06.01.2020 г. и № 14/05/21 от 14.05.2021 г. (в т.ч. сами эти договоры) со спецификациями к ним, соответствующими товарными накладными и счет-фактурами (включая (к настоящему заседании) подлинники этих документов), которые подлежат приобщению к делу с учетом того, что управляющий назначение этих платежей (в общей сумме 1 918 400 руб.) в суде первой инстанции (при обращении в суд с рассматриваемым заявлением) не раскрыл (не указал их, сославшись на то, что все оспариваемые платежи произведены со ссылкой на договоры займа), что и повлекло отсутствие со стороны суда действий по исследованию и оценке этих платежей применительно к их назначению. 

Управляющий же, будучи, очевидно, не согласной с достоверностью этих документов (реальностью отраженных в них фактов поставки), надлежаще эти документы не оспорила и каким-либо образом их документально не опровергла, в т.ч. не заявляла она и об их фальсификации (как указано выше, в поданном к настоящему заседанию ходатайстве о назначении экспертизы применительно к давности проставления оттиска печати она указала иные документы для проверки - договор поставки № 11/01/21 от 11.01.2021 г. и универсальный передаточный документ № 98 от 19.05.2021 г., которые не фигурируют в перечне представленных ответчиком).

В этой связи коллегия признает доказанным наличие встречного исполнения по платежам на сумму 1 918 400 руб., что исключает вывод как о причинении вреда в результате их совершения, так и о наличии признака неравноценности сделок (на это обстоятельство – неравноценность – управляющий не ссылалась и какие-либо доказательства в его обоснование не привела) и – соответственно – вывод о наличии квалифицирующих признаков недействительности этих сделок (платежей) и по пункту 2, и по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При таких обстоятельствах эти платежи (в сумме 1 918 400 руб.) могли быть оспорены только в соответствии со статьей 61.3 Закона о банкротстве (частично – исходя из соотношения момента их совершения и даты возбуждения дела о несостоятельности (банкротстве) должника – по пункту 2 этой статьи, а частично – по ее пункту 3); вместе с тем, апелляционный суд в данном случае считает возможным применение пункта 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве, согласно которому, сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 настоящего Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

Ввиду этого и для проверки обоснованности применения этой нормы, суд, откладывая предыдущее заседание, предложил сторонами обосновать или опровергнуть отнесение спорных сделок в указанной сумме к обычной хозяйственной деятельности (возможность их квалификации в качестве таковой), и к настоящему заседанию ответчик представил пояснения, согласно которым, каждый из рассматриваемых платежей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой в приведенном выше порядке, при отсутствии также условий рассматривать эти платежа в качестве единой (одной) сделки; управляющий же, в свою очередь, соответствующих пояснений (доводов) не представила и на доказательства невозможности отнесения спорных платежей (в сумме 1 918 400 руб.) к обычной хозяйственной деятельности не сослалась, с учетом чего, коллегия полагает возможным согласиться с позицией ответчика и отказать в удовлетворении требований в этой части с применением к платежам в указанной сумме нормы пункта 4 статьи 61.4 Закона о банкротстве, исходя также из того, что согласно представленным вместе с заявлением управляющего выпискам по банковским счетам, в этот период (август-ноябрь 2021 г.) должник продолжал вести активную хозяйственную деятельность, о чем свидетельствуют многочисленные платежи в пользу широкого круга иных лиц (контрагентов), включая платежи по иным договорам поставки, а также по договорам подряда, ввиду чего оснований полагать, что путем платежей в пользу ответчика по заключенным с ним договорам поставки стороны пытались выводить активы должника в преддверии его банкротства, а ответчик, принимая платежи, имел исключительно намерение получить предпочтение в удовлетворении своих требований по сравнению с иными кредиторами, т.е. стороны заведомо действовали недобросовестно, у суда апелляционной инстанции нет.

Таким образом, определение от 11.05.2023 г., как принятое при неполном исследовании фактических обстоятельств (материалов) дела и – как следствие –  несоответствии изложенных в нем выводов этим обстоятельствам (материалам) и неправильном применении норм материального права, подлежит изменению с изложением его в новой редакции – об удовлетворении - в силу изложенного - заявленных управляющим требований частично, в т.ч. с применением заявленных им последствий недействительности в этой части в виде взыскания полученных ответчиком по недействительным сделкам денежных средств, а кроме того - с взысканием с ответчика в пользу заявителя понесенных последним расходов по оплате госпошлины по апелляционной жалобе, а в доход бюджета – государственной пошлины по заявлению, отсрочка по оплате которой была предоставлена должнику (управляющему) при обращении в суд.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 110, 112, 223, 266, 268, 271 и 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

В удовлетворении апелляционной жалобы ООО «Влада» отказать; апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Теллур» удовлетворить частично.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 11.05.2023 г. по делу № А56-88875/2021/сд4 изменить, изложив резолютивную часть в следующей редакции:

Заявление конкурсного управляющего ООО «Теллур» ФИО1 удовлетворить частично.

Признать недействительной сделкой перечисление денежных средств ООО «Теллур» в пользу ООО «Влада» в сумме 10 240 000 руб.

Применить последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Влада» в пользу ООО «Теллур» 10 240 000 руб., а также 3 000 руб. судебных расходов по оплате госпошлины по апелляционной жалобе.

Взыскать с ООО «Влада» в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение заявления в размере 6 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

И.В. Сотов

 

Судьи

 

А.Ю. Слоневская

 

ФИО5