ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-27190/2022

город Ростов-на-Дону

19 апреля 2023 года

15АП-4641/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 19 апреля 2023 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Илюшина Р.Р.,

судей Н.Н. Мисника, Н.В. Нарышкиной,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от истцов: ФИО2 по доверенности от 23.01.2023, ФИО3 по доверенности от 22.08.2022,

от ответчика: ФИО4 по доверенности от 23.04.2022,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу 

ФИО5

на решение Арбитражного суда Краснодарского краяот 13.02.2023 по делу № А32-27190/2022 

по иску общества с ограниченной ответственностью коммерческий банк «Газтрансбанк», ФИО6, ФИО7

к ФИО5,

при участии третьего лица: нотариуса ФИО8,

о признании сделки недействительной,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Газтрансбанк» (далее – истец, ООО КБ «ГТ банк») обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с исковым заявлением к ФИО5 (далее – ответчик, ФИО5), в котором просило признать недействительной сделкой оферту о продаже доли в уставном капитале ООО КБ «ГТ банк» от 18.05.2022 года (далее – оферта о продажи доли).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 28.07.2022 года по настоящему делу к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены иные участники ООО КБ «ГТ банк»: ФИО7 (далее – ФИО7) и ФИО6 (далее – ФИО6).

ФИО7 обратился в суд с заявлением о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, в порядке ст. 50 АПК РФ. Впоследствии ФИО7 уточнил свой процессуальный статус, просил привлечь его к участию в деле в качестве соистца в порядке ст. 46 АПК РФ. Данное ходатайство судом первой инстанции рассмотрено и удовлетворено.

В свою очередь, ФИО6 обратилась в Арбитражный суд Краснодарского края к ФИО5 с исковым заявлением, в котором просила арбитражный суд признать недействительной сделкой оферту о продаже доли в уставном капитале ООО КБ «ГТ банк» от 18.05.2022 года. Исковое заявление ФИО6 было принято к производству Арбитражного суда Краснодарского края, возбуждено производство по делу № А32-56179/2022.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 06.12.2022 года дела № А32-27190/2022 и № А32-56179/2022 по ходатайству ООО КБ «ГТ банк» были объединены в одно производство, которому присвоен № А32-27190/2022.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ответчиком нарушены положения ст. 10, 168, 174.1, 432, 435 ГК РФ: предмет оферты о продаже доли не согласован, отчуждение доли невозможно в связи с арестом, наложенным на имущество ответчика в рамках уголовного дела.

Ответчик возражал против удовлетворения заявленных исковых требований. Указал, что оспариваемая оферта о продаже доли содержит все существенные условия договора купли-продажи доли в уставном капитале, условия, указываемые истцом, к таковым не относятся. Дополнительно указал, что арест доли ФИО5 в уставном капитале ООО КБ «ГТ банк» воспрещает ее передачу, но не препятствует совершению сделок в ее отношении.

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 13.02.2023 года исковые требования ООО КБ «ГТ банк», ФИО7, ФИО6 удовлетворены.

На указанное решение суда ФИО5 подана апелляционная жалоба.

По мнению ответчика, суд первой инстанции неправильно применил нормы материального права, поскольку таковые не содержат запрета направлять оферту о продаже доли с указанием разных размеров долей и цен за такие размеры долей. Одновременно ответчик указал, что сведения об аресте доли ФИО5 в уставном капитале ООО КБ «ГТ банк» отражены в Едином государственном реестре юридических лиц, в связи с чем любой покупатель такой доли будет считаться извещенным о наличии ограничения и иные участники ООО КБ «ГТ банк», равно как и сам истец, не будут поставлены в уязвимое положение. Также ФИО5 обратил внимание апелляционного суда на то, что оферта в отношении 0,1579% части доли в любом случае не может быть признана недействительной в связи с отсутствием ограничения на распоряжение долей в данном размере.

Соистцы возражали против удовлетворения апелляционной жалобы ФИО5 по основаниям, изложенным в отзывах на апелляционную жалобу, просили оставить оспариваемое решение в силе.

Указали, что степень определенности оферты по продаже доли не позволяет сторонам спора, получателям оферты, руководствоваться ее положениями без разъяснений со стороны продавца. Также указали, что поведение ответчика, направившего в адрес ООО КБ «ГТ банк» оферту по продаже доли в период действия запрета на ее отчуждение, не может быть признано ни разумным, ни добросовестным. Одновременно указали, что в период производства по настоящему делу ответчик не допускающим двоякого толкования способом довел до всех участников спора, что имел намерение совершить сделку – оферту именно на тех условиях, которые в ней изложены.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, заслушав представителей сторон,  апелляционная коллегия не находит оснований к отмене судебного акта. 

Как видно из материалов дела и установлено судом первой инстанции,  ФИО5 является участником ООО КБ «Газтрансбанк» с долей участия в уставном капитале общества равной 9,1579%. 

ФИО7 является участником ООО КБ «Газтрансбанк» с долей в размере 64, 5263 %.

ФИО6 является участником ООО КБ «Газтрансбанк» с долей в размере 26,3158 %.

18.05.2022 года банком получена оферта участника общества ФИО5 о продаже доли в уставном капитале общества. Указанная оферта адресована ООО КБ «Газтрансбанк», ФИО7, ФИО6. 

Копии данной оферты в установленном законом порядке направлены банком в адрес участников общества. 

Соистцы ООО КБ «Газтрансбанк», ФИО7, ФИО6 имеют преимущественное право приобретения доли в уставном капитале ООО КБ «Газтрансбанк» в размере 9,1579%, принадлежащей ФИО5, и имеют законный правовой интерес в защите и реализации данного права. 

В  оферте содержатся следующие условия продажи:

- 9,1579% (номинальная стоимость – 19 231 578 рублей 95 копеек). Цена продаваемой доли – 200 000 000 (двести миллионов) рублей,

- 7,1579% (номинальная стоимость – 15 031 590 рублей). Цена продаваемой доли – 150 000 000 (сто пятьдесят миллионов) рублей,

- 5,1579% (номинальная стоимость – 10 831 590 рублей). Цена продаваемой доли – 110 000 000 (сто десять миллионов) рублей,

- 3,1579% (номинальная стоимость – 6 631 590 рублей). Цена продаваемой доли – 75 000 000 (семьдесят пять миллионов) рублей,

- 1,1579% (номинальная стоимость – 2 431 590 рублей). Цена продаваемой доли – 30 000 000 (тридцать миллионов) рублей,

- 0,1579% (номинальная стоимость – 121 590 рублей). Цена продаваемой доли – 12 000 000 (двенадцать миллионов) рублей.

Иной информации о предмете и условиях продажи в тексте оферты не содержится. 

05.02.2020 года в отношении бывшего генерального директора ООО ФИК «Бизнес Проект» ФИО5 возбуждено уголовное дело № 12002030078000017 по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 201, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 33, ч. 1 ст. 303 УК РФ, по факту совершения им действий, повлекших взыскание судом с этого общества несуществующей задолженности.

Постановлением Октябрьского районного суда города Краснодара от 23.06.2020 года в рамках вышеуказанного уголовного дела наложен арест на имущество – долю в уставном капитале ООО КБ «Газтрансбанк» (ИНН 

<

***>) в размере 9,1 процента, принадлежащую обвиняемому ФИО5.

Оферта, направленная ФИО5, не содержит информации о наличии ареста в отношении предмета продажи. 

Ссылаясь на то, что предмет оферты о продаже доли не согласован, отчуждение доли невозможно в связи с арестом, наложенным на имущество ответчика в рамках уголовного дела, истцы обратились в суд с иском по настоящему делу. 

Суд первой инстанции признал доводы истцом заслуживающими внимания и удовлетворил заявленные требования. 

Повторно изучив материалы дела, апелляционная коллегия не может согласиться с изложенными в жалобе доводами ввиду следующего. 

В соответствии с п. 1, 2 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

Договор заключается посредством направления оферты (предложения заключить договор) одной из сторон и ее акцепта (принятия предложения) другой стороной. 

В соответствии с п. 1 ст. 433 ГК РФ, договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. 

В соответствии с п. 1 ст. 435 ГК РФ, офертой признается адресованное одному или нескольким конкретным лицам предложение, которое достаточно определенно и выражает намерение лица, сделавшего предложение, считать себя заключившим договор с адресатом, которым будет принято предложение. Оферта должна содержать существенные условия договора.

Из п. 11 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» следует, что заявление стороны договора о необходимости согласования какого-либо условия означает, что такое условие является существенным для данного договора.

В соответствии с п. 8.6 Устава ООО КБ  «Газтрансбанк» участник банка, намеренный продать свою долю или часть доли в уставном капитале банка третьему лицу, обязан известить в письменной форме об этом остальных участников банка и сам банк путем направления через банк за свой счет нотариально удостоверенной оферты, адресованной этим лицам и содержащей указание цены и других условий продажи.

В силу статьи 460 Гражданского кодекса Российской Федерации продавец по договору купли-продажи обязан передать имущество свободным от прав третьих лиц. 

В понимании гражданского законодательства такое условие договора предполагается в силу прямого указания закона. В ином случае, сведения  о наличии арестов либо обременений должны содержаться в условиях договора.

Исходя из вышеприведенных норм права, указанное обстоятельство является существенным условием договора. В отсутствие такого условия, оферта не может быть признана соответствующей закону. 

Исходя из положений статей 246, 250, 421, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пунктах 7, 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации заключении и толковании договора", в соответствии с которыми, по общему правилу, оферта должна содержать существенные условия договора, а также выражать намерение лица, сделавшего предложение (оферента), считать себя заключившим говор с адресатом, которым будет принято предложение абзац 2 пункта 1 статьи 432, пункт 1 статьи 435 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из толкования указанных положений Закона также следует, что оферта выражает в полной мере готовность направившей ее стороны к тому, что при согласии второй (акцептовании) договор будет считаться заключенным.

Однако, в случае акцепта сторонами направленной оферты, заключение договора, соответствующего требованиям закона, для ФИО5 не представлялось бы возможным. 

Оценив в совокупности вышеизложенные обстоятельства, апелляционный суд признает, что направленная ФИО5 оферта, не соответствует требованиям, предъявляемым к такой сделке Гражданским законодательством и Законом «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Кроме того, признавая выводы суда первой инстанции обоснованными, апелляционный суд так же исходит из следующего.

Из абзаца 1 пункта 11 статьи 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» следует, что сделка, направленная на отчуждение доли или части доли в уставном капитале общества, подлежит нотариальному удостоверению путем составления одного документа, подписанного сторонами. Несоблюдение нотариальной формы влечет за собой недействительность этой сделки. 

Согласно п. м ст. 23 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ (ред. от 26.03.2022) «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей»,  если в течение срока, установленного для государственной регистрации, но до внесения записи в соответствующий государственный реестр или принятия решения об отказе в государственной регистрации в регистрирующий орган поступит судебный акт или акт судебного пристава-исполнителя, содержащие запрет на совершение регистрирующим органом определенных регистрационных действий, регистрирующий орган отказывает в государственной регистрации перехода права.

Пунктом 12 ст. 21 федерального закона N 14-ФЗ от 08.02.98 «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц.

Согласно абз. 2 п. 8.1 Устава ООО КБ «Газтрансбанк», доля или часть доли в уставном капитале Банка переходит к ее приобретателю с момента внесения соответствующей записи в единый государственный реестр юридических лиц, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом  об обществах с ограниченной ответственностью». 

В в данном случае  регистрация перехода права покупателя на долю ФИО5 не представляется возможной.

При этом, любая сделка создает обязательство исполнения, это обязательство, а точнее, условие о нем, и является частью сделки. Таким образом, если оно нарушает закон, в частности если сделка предусматривает продажу арестованного имущества, такое обязательство ничтожно само по себе, независимо от его исполнения или неисполнения.

Очевидно, что нельзя допустить предположение о заключении сделки без включения в нее условий об ее исполнении.

Суть ареста состоит в том, что заключаемые соглашения лишаются юридических последствий, не порождают прав и обязанностей. Для данного вывода не нужно признавать исполнение сделки, достаточно того, что стороны в своем договоре связали с одним из этих действий возникновение прав и обязанностей и придали им тем самым значение юридических фактов, влекущих переход права собственности. 

Арест, в свою очередь, лишает указанные действия юридического эффекта.

В соответствии с п. 2 ст. 174.1 ГК РФ сделка, совершенная с нарушением запрета на распоряжение имуществом должника, наложенного в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица, не препятствует реализации прав указанного кредитора или иного управомоченного лица, которые обеспечивались запретом, за исключением случаев, если приобретатель имущества не знал и не должен был знать о запрете.

Из п. 95 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что в силу положений пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ в случае распоряжения имуществом должника с нарушением запрета права кредитора или иного управомоченного лица, чьи интересы обеспечивались арестом, могут быть реализованы только в том случае, если будет доказано, что приобретатель имущества знал или должен был знать о запрете на распоряжение имуществом должника, в том числе не принял все разумные меры для выяснения правомочий должника на отчуждение имущества.

С момента внесения в соответствующий государственный реестр прав сведений об аресте имущества признается, что приобретатель должен был знать о наложенном запрете (статья 8.1 ГК РФ).

Кроме того, как следует из пункта 6 статьи 52 Гражданского кодекса Российской Федерации, изменения, внесенные в учредительные документы юридических лиц, приобретают силу для третьих лиц с момента государственной регистрации учредительных документов, а в случаях, установленных законом, с момента уведомления органа, осуществляющего государственную регистрацию, о таких изменениях. Однако юридические лица и их учредители (участники) не вправе ссылаться на отсутствие регистрации таких изменений в отношениях с третьими лицами, действовавшими с учетом таких изменений.

В настоящем деле истцы осведомлены о запрете на отчуждение доли, установленном в целях защиты имущественных интересов потерпевших по уголовному делу № 12002030078000017.  Потерпевшие вправе реализовать свое (охраняемое арестом доли) право на возмещение вреда, причиненного преступлением, в порядке пункта 2 статьи 174.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в результате чего приобретатель лишится доли. При этом, возражать против указанного иска вправе только лицо, которое не знало и не должно было знать о запрете на отчуждение доли, к каковым банк и его участники не относятся.

Предоставляя участникам общества и самому обществу право преимущественного приобретения отчуждаемой одним из участников доли в уставном капитале общества, законодатель установил не формальную возможность совершения определенных действий, а гарантию того, что данная доля в уставном капитале общества поступит в имущественную сферу приобретателя на законных и неоспоримых основаниях.

В рассматриваемой ситуации  ООО КБ «ГТ банк» и его участники, будучи извещенными о факте наложения ареста на долю, не смогут приводить доводы том, что не знали и не должны были знать о запрете в случае оспаривания потерпевшими по уголовному делу № 12002030078000017, в чьих интересах наложен арест, сделки по отчуждению доли в пользу истцов. 

Кроме того, из вышеприведенных норм права следует, что ответчик не лишен возможности подписать с неким третьим лицом договор купли-продажи доли, при этом такое третье лицо формально не будет знать и не должно будет знать о запрете на отчуждение доли. 

Регистрацию в налоговом органе такой договор не пройдет ввиду запрета на регистрацию, но, поскольку регистрация следует за совершением сделки, а не предшествует ей, на факт осведомленности данное обстоятельство не повлияет, тогда как в отношениях между ответчиком и приобретателем нормы такого договора будут действовать и без совершения регистрационного действия в налоговых органах.

В рассматриваемой ситуации, предлагая обществу и его участникам воспользоваться преимущественным правом покупки, для ФИО5 была очевидна невозможность перехода права на долю покупателям. 

В соответствии с п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ, при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что на субъектов гражданских правоотношений возлагается обязанность реализовывать, а также защищать принадлежащие им права добросовестно, без намерения причинить вред другому лицу, в том числе – контрагенту по сделке.

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» от 23.06.2015 года № 25, положения Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статья 3 ГК РФ), подлежат истолкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ).

Как следствие, добросовестным поведение стороны по договору может быть признано тогда, когда оно является ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающим права и законные интересы другой стороны.

В соответствии с ч. 1 ст. 4 АПК РФ, заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов, в том числе с требованием о присуждении ему компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц. Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В соответствии с п. 1, 3 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Если из существа оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Судом первой инстанции верно установлено, что указанные действия совершены с намерением причинить вред истцам, которые уведомлены о наличии ограничений в отношении доли в уставном капитале общества и не имеют в силу этого возможности реализовать принадлежащее им преимущественное право приобретения доли в уставном капитале общества. Также с намерением причинить вред потерпевшим по уголовному делу, чьи имущественные интересы на компенсацию вреда, причиненного совершенным ФИО5 преступлением, обеспечивает сохранение доли в уставном капитале ООО КБ «ГТ банк» в имущественной сфере ответчика.

Признавая обоснованным вывод суда первой инстанции о злоупотреблении ФИО5 своими правами, апелляционный суд учитывает, что ответчик не оспаривал ни факт наложения ареста на принадлежащую ему долю в уставном капитале ООО КБ «ГТ банк», ни факт собственной осведомленности о данном обстоятельстве. Также ответчик не отрицал своего намерения совершить сделку по отчуждению принадлежащей ему доли в условиях ограничений, наложенных арестом. Ответчик полагает, что вправе совершить сделку с третьими лицами, поскольку направленная им в адрес истцов оферта о продаже доли акцептована не была. 

Действия ФИО5 являются намеренными и осознанными и не могут быть признаны правомерным поведением. 

В своей апелляционной жалобе ФИО5 указал, что в случае добросовестного поведения истцов, ими могло быть направлено соответствующее уведомление о невозможности принять условия в связи с наличием ареста, а также о желании приобрести имущество в случае, если арест будет аннулирован. 

Указанный довод ответчика отклоняется апелляционным судом, как не основанный на законе. 

Статьей 443 ГК РФ установлено, что ответ о согласии заключить договор на иных условиях, чем предложено в оферте, не является акцептом. Такой ответ признается отказом от акцепта и в то же время новой офертой.

Внесение Банком или иными участниками дополнений либо изменений в полученную оферту, в силу положений ст. 443 ГК РФ, является офертой на иных условиях и признается отказом от акцепта.  Указанное лишает преимущественного права Банка и иных участников общества на выкуп доли. При этом, отказ от преимущественного права покупки доли влечет возможность продажи доли 3-м лицам. 

Более того, учитывая установленные в настоящем деле обстоятельства, суд апелляционной инстанции находит обоснованным довод банка о том, что направление оспариваемой оферты используется ФИО5 для умышленного лишения банка и его участников преимущественного права покупки доли. 

Довод апелляционной жалобы о том, что у истцов имеется возможность оспаривания сделки как по факту ее заключения, так и оспаривания сделки «на будущее» отклонен судом. Указанный ответчиком подход противоречит основополагающим принципам разумного и добросовестного осуществления прав участниками гражданского оборота. 

Подобная позиция ответчика является для апелляционного суда дополнительным свидетельством того, что направляя оспариваемую оферту, ФИО5 злоупотребляет своими правами.

Ссылку ответчика на наличие в обществе корпоративного конфликта и факт удовлетворения исковых требований ответчика в рамках дела № А32-49487/2020 по иску к ООО КБ «Газтрансбанк» апелляционный суд отклоняет, как не основанную на нормах арбитражно-процессуального законодательства.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 АПК РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судебными актами по делу № А32-49487/2020 не было установлено никаких обстоятельств, и судами не давалось никаких оценок доказательствам, рассматриваемым в рамках настоящего спора. В предмет доказывания по делу №А32-49487/2020 не входили обстоятельства, явившиеся основанием для обращения соистцов в суд с исковыми требованиями, являющимися предметом рассмотрения в настоящем споре.

Оценивая довод ответчика о том, что суду первой инстанции следовало принять иное решение, в связи с тем, что шестой пункт оферты не арестован Октябрьским районным судом, апелляционная коллегия исходит из следующего.

Из документов и доказательств, представленных истцами при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанций следует, что в производстве второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Краснодарскому краю находится уголовное дело № 16017048 по подозрению ФИО5 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159, ч.3 ст.30, ч.3 ст. 204 УК РФ. 

В рамках указанного уголовного дела постановлением Октябрьского районного суда города Краснодара 09.02.2023 года наложен арест в том числе на принадлежащую подозреваемому ФИО5 долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью Коммерческий банк «Газтрансбанк» в размере 9,1579 % номинальной стоимостью 19 231 578 руб. 95 коп. 

Апелляционным судом установлено, что на сегодняшний день арестованной является вся часть доли в уставном капитале ООО КБ «Газтрансбанк», принадлежащая ФИО5  в размере 9,1579%.

ФИО5 запрещено распоряжаться данным имуществом путем заключения каких-либо сделок с ним, последствием которых является отчуждение или обременение указанного имущества. 

При таких обстоятельствах, изложенные ответчиком доводы не влияют на верность сделанных судом выводов и не могут являться основанием для принятия иного решения, в связи с чем отклоняются судом апелляционной инстанции. 

 Оценив вышеперечисленные установленные по настоящему делу обстоятельства, апелляционный суд приходит к выводу, что осознавая отсутствие прав на распоряжение данным имуществом, а также невозможность достижения целей и ожидаемых сторонами правовых последствий от совершаемой сделки, ФИО5, направляя оферту, злоупотребил своими правами и действовал намеренно недобросовестно. 

Приходя к выводу о том, что направленная ответчиком оферта не соответствует требованиям, предъявляемым к ней законом, суд также учитывает следующее.  

Из условий оферты следует, что в предмете оферты содержатся 6 разных вариантов величины продаваемой доли, в каждом из которых стоимость за 1 % доли существенно отличается.

9, 1579% - 200 000 000,00 (Стоимость 1% = 21 839 067,91)

7, 1579% - 150 000 000,00 (Стоимость 1% = 20 955 866,94)

5, 1579% - 110 000 000,00 (Стоимость 1% = 21 326 508,85)

3, 1579% - 75 000 000,00 (Стоимость 1% = 23 749 960,42)

1, 1579% - 30 000 000,00 (Стоимость 1% = 25 908 973,14)          

0, 0579% - 12 000 000,00 (Стоимость 1% = 207 253 886,01).

Из смысла вышеизложенных судом норм права следует, что условия договора (оферты) должны быть ясными и недвусмысленными, не допускать неопределенности для сторон. (ст. ст. 431, 435 ГК РФ).

В рассматриваемом случае в предмете оферты не содержится четко определенных размера и цены продаваемой доли. Стоимость за 1% процент в каждом из приведенных вариантов составляет различные величины.

Суд первой инстанции правомерно указал и на то, что предметом отчуждения, о котором участник общества уведомляет общество и иных участников, является доля или часть такой доли, но не то и другое вместе. Более того, закрепляя в п. 4 ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» право участников общества или общества приобретения не всей доли или не всей части доли в уставном капитале общества, законодатель дополнительно разграничил права продавца на отчуждение своей доли полностью или частично («доли или части доли») и права покупателя на реализацию права преимущественного приобретения полностью или частично («не всей доли или не всей части доли»).

Апелляционный суд полагает обоснованным считать, что действующее гражданское законодательство устанавливает подобное правило в целях надлежащей идентификации предмета договора купли-продажи, а также недопущения споров, на каком праве и относительно какого предмета стороны вступают в договорное правоотношение.

 Суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, о том, что порядок определения предмета оспариваемой оферты не соответствует положениям ст. 21 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Таким образом, направленная ответчиком оферта не соответствует требованиям, предъявляемым к ней законом, кроме того, нарушает права банка и его участников. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о необходимости удовлетворения требований истцов. 

Доводы апелляционной жалобы не опровергают правильность сделанных судом первой инстанции и подтвержденных материалами дела выводов.

 Оснований для переоценки выводов и доказательств, которые при рассмотрении дела были исследованы и оценены судом первой инстанции с соблюдением требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 13.02.2023 по делу №А32-27190/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня принятия через арбитражный суд первой инстанции. 

Председательствующий Р.Р. Илюшин

СудьиН.Н. Мисник

Н.В. Нарышкина