ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Ленина, 100-б, г. Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

дело № А58-3001/2015

г. Чита

22 декабря 2021 года.

Резолютивная часть постановления объявлена 21 декабря 2021 года.

В полном объеме постановление изготовлено 22 декабря 2021 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Кайдаш Н.И.,

судей: Антоновой О.П., Корзовой Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрев в открытом заседании в помещении суда апелляционные жалобы конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТБМ» ФИО2, акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк», общества с ограниченной ответственностью «Центр развития коллекторства»  на определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 13 сентября 2021 года по делу № А58-3001/2015 по заявлениям конкурсного управляющего ООО «ТБМ» ФИО2, акционерного общества «Россельхозбанк» о привлечении ФИО3, акционерного общества «Роснано», акционерного общества «Модернизация Инновации Развитие», акционерного общества «Республиканская инвестиционная компания» к субсидиарной ответственности по долгам должника,

в деле по заявлению акционерной компании «Республиканская инвестиционная компания» о признании общества с ограниченной ответственностью «ТБМ» несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

от АО «Республиканская инвестиционная компания» - ФИО4 по доверенности от 21.01.2021, паспорт,

от АО «Российский сельскохозяйственный банк» - ФИО5 по доверенности от 04.10.2021, паспорт,

ФИО3 по паспорту,

установил:

решением Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 27.03.2017 общество с ограниченной ответственностью «ТБМ» (далее - ООО «ТБМ», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО2.

Конкурсный управляющий ФИО2 и   акционерное общество «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – АО «Россельхозбанк», кредитор),  являющийся конкурсным кредитором должника, обратились в Арбитражный суд Республики Саха (Якутия) с заявлениями о привлечении ФИО3, акционерное общество «Роснано», акционерное общество «Модернизации Инновации Развитие»,  общество с ограниченной ответственностью «УК ТБМ», акционерное общество «Республиканская инвестиционная компания» (далее – АО «РИК») к субсидиарной ответственности.

Определениями  от 13.09.2021 в удовлетворении заявлений отказано, производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности ООО «УК ТБМ» прекращено.

АО «Россельхозбанк» и общество с ограниченной ответственностью «Центр развития коллекторства» (далее – ООО «ЦРК»)  не согласившись с определением суда в части  отказа в удовлетворении требования о привлечении АО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника обратились в Четвертый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просят определение от 13.09.2021 отметить в обжалуемой части.

В обоснование жалобы АО «Россельхозбанк» приведены доводы о том, что с 30.12.2013 АО «РИК» стало контролирующим должника лицом и с указанной даты выдало займы на сумму, превышающую 350 000 000 руб.; о том, что суду следовало рассмотреть сделки по выдаче займов как совокупность сделок и операций, совершенных с участием (под влиянием) контролирующего должника лица и способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства; о том, что АО «РИК» выдав должнику займы увеличило размер обязательств должника и ухудшило его финансовое положение; о том, что имеются основания для привлечения АО «РИК» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, предусмотренные подпунктом 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

По мнению ООО «ЦРК»  АО «РИК» является заинтересованным лицом по отношению к должнику  и к ООО «ЗБМ», входит в одну группу лиц с последними начиная с 2010 года; судом не дана оценка доводам ООО «ЦРК»  о причинении существенного вреда кредиторам должника заключением договоров займа; выдача займов с целью финансирования текущей деятельности, а также рефинансирование предыдущих обязательств подпадает под категорию мнимых сделок.

Кроме того, ООО ЦРК полагает, что рассмотрен обособленный спор незаконным составом суда, ввиду того, что представителем привлекаемого к субсидиарной ответственности лица - АО «РИК» является член квалификационной коллегии судей Республики Саха (Якутия), осуществляющий контролирующие функции по отношению к деятельности судей, а также с тем, что часть членов указанной коллегии являются сотрудниками аффилированных юридических лиц по отношению к АО «РИК», взаимодействуя при принятии решений с судьями Арбитражного суда Республики Саха (Якутия), входящими в состав указанной коллегии. В связи с этим ООО ЦРК полагает, что рассмотрение обособленного спора судьей Терских В.С. является нелегитимным, как и рассмотрение другими судьями Арбитражного суда Республики Саха (Якутия), и должно было быть передано на рассмотрение другого суда, по возможности, предложенного ФИО3 при заявлении отвода, а именно: Арбитражного суда Красноярского края.

Конкурсный управляющий ФИО2 в своей апелляционной жалобе просит определение от 13.09.2021 отменить в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3

В обоснование жалобы конкурсный управляющий ссылается на совершение ФИО3 ряда сделок, которые впоследствии были признаны недействительными, с связи с чем установлена неправомерность действий последнего, что является необходимой составляющей для привлечения контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности.

В возражениях ФИО3 просил в удовлетворении жалобы конкурсного управляющего отказать.

АО «РИК» в отзыве ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта просило в удовлетворении жалобы АО «Россельхозбанк» отказать.

В судебном заседании представители поддержали свои правовые позиции.

Протокольным определением в удовлетворении ходатайства АО «Россельхозбанк» об отложении судебного разбирательства отказано ввиду отсутствия оснований для отложения судебного разбирательства, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

О месте и времени судебного заседания иные лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, однако в судебное заседание апелляционной инстанции своих представителей не направили.

При рассмотрении жалоб суд апелляционной инстанции руководствуется пунктом 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.06.2020 N 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», согласно которому, если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 АПК РФ.

Поскольку лица, участвующие в деле, не заявили возражений против проверки судебного акта в части, в порядке, предусмотренном частью 5 статьи 268 АПК РФ, с учетом вышеуказанных разъяснений обжалуемое определение проверено в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности АО «РИК» и ФИО3 в пределах доводов апелляционных жалоб.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы апелляционных жалоб, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в обоснование привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим указаны следующие обстоятельства.

ФИО3 исполнял обязанности единоличного исполнительного органа ООО «ТБМ» с 01.08.2011 и до открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Основанием для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий ссылался на заключение:

-  договора целевого займа с ОАО «Роснано» от 31.10.2011, по условиям которого и ОАО «Роснано» предоставило ООО «ТБМ» 250 000 000 руб. на срок 5 лет;  целевым использованием займа указаны цели реализации проекта в соответствии с инвестиционным соглашением, а именно: приобретение объектов недвижимого имущества; приобретение производственного и прочего оборудования; выполнение научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ и проектных работ; финансирования строительных работ и подготовки производственной площадки для реализации проекта; приобретение сырья и материалов,

- договора залога движимого имущества от 01.11.2011, договора ипотеки от 14.11.2011 в счет обеспечения выполнения обязательств по возврату целевых заемных средств полученных по договору займа от 31.10.2011,

- лицензионного договора на использование изобретения от 01.03.2011, инвестиционного соглашения от 13.09.2011, договора на проведение научно-исследовательских работ и опытно-конструкторских работ № 244 от 27.12.2011, договора от 01.07.2014 о сотрудничестве и совместной деятельности, заключенные между ООО НПП «Банотех» (лицензиар) и ООО «ТБМ» (лицензиат),

- договора подряда от 01.06.2012 между ООО «ЗБМ» и ООО «ТБМ»;

- договора займа от 03.11.2015 между ФИО3 и ООО «ТБМ»;

- договора залога от 05.11.2015 между ФИО3 и ООО «ТБМ» в обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору займа от 03.11.2015.

В силу пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) (в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии, в частности, следующего обстоятельства: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Согласно пункту 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

В пункте 22 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. Требования к указанным в настоящем пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Таким образом, для привлечения к субсидиарной ответственности, предусмотренной частью 2 пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо установление совокупности условий: наличие у ответчика права давать обязательные указания для истца либо возможности иным образом определять действия истца; совершение ответчиком действий, свидетельствующих об использовании такого права и (или) возможности; наличие причинно-следственной связи между использованием ответчиком своих прав и (или) возможностей в отношении истца и действиями истца, повлекшими его несостоятельность (банкротство); недостаточность имущества истца для расчетов с кредиторами; кроме того, необходимо установить вину ответчика для возложения на него ответственности.

В пункте 23 Постановления N 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, представленные участниками спора, суд первой инстанции, оценив условия, предмет и цели заключенных ФИО3 договоров пришел к выводу о том, что сделки не выходят за пределы обычной хозяйственной деятельности; о том, что ФИО3, будучи руководителем должника, проводил работу по привлечению финансирования и реализации инновационного проекта «Базальт-новые технологии»; о том, что признание договора залога от 05.11.2015 недействительным само по себе не свидетельствует о вине ФИО3 в банкротстве  общества, поскольку вывод активов должника в результате заключения договора залога не произошел, имущественные интересы должника не нарушены.

Также судом установлено, что в рамках договора подряда от 01.06.2012 ООО «ЗБМ» фактически выполнило работы стоимостью 121 689 463, 06 руб., с учетом произведенных авансовых выплат стоимость неоплаченных ООО «ТБМ»  работ составила 19 862 977, 43 руб.

Между тем, сам факт наличия непогашенной задолженности перед кредитором основанием для привлечения к ответственности контролирующего должника лица не является.

Доводов о совершении ответчиком действий, которые привели должника к банкротству, конкурсный управляющий  не приводил ни в суде первой инстанции ни в суде апелляционной инстанции. Сам по себе возврат перечисленного по договору подряда от 01.06.2012 аванса в размере 84 875 370, 44 руб. к таковым действиям не относится.

При указанных обстоятельствах суд правомерно отказал конкурсному управляющему  в удовлетворении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в обоснование привлечения АО «РИК» к субсидиарной ответственности конкурсным управляющим и АО «Россельхозбанк» указаны следующие обстоятельства.

23.01.2014 в ЕГРЮЛ внесены сведения о государственной регистрации участия ОАО «РИК» в уставном капитале ООО «ТБМ» в размере 62,6 %.

Основанием для привлечения ОАО «РИК» к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий и кредитор ссылаются на заключение:

- договоров займа от 25.05.2010, 19.01.2011, 30.12.2013, 04.12.2014, 07.04.2015  между ОАО «РИК» и ООО «ТБМ»;

- договоров залога от 03.12.2013 между ОАО «РИК» и ООО «ТБМ» в обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору займа от 25.05.2010; от 08.12.2014 в обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору займа от 04.12.2014; 08.04.2015 в обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору займа 07.04.2015; от 28.07.2015 в обеспечение исполнения обязательств заемщика по договору займа от 30.12.2013.

По мнению заявителей жалоб, ОАО «РИК» являясь одновременно основным участником и кредитором должника обладая сведениями о негативном финансовом состоянии должника, одобрило и выдало 30.12.2013, 04.12.2014, 07.04.2015  ООО «ТБМ» новые займа тем самым способствовало увеличению обязательств должника.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В подпункте 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что контролирующее должника лицо несет субсидиарную ответственность по правилам названной статьи в случае, если должник стал отвечать признакам неплатежеспособности не вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, однако после этого оно совершило действия и (или) бездействие, существенно ухудшившие финансовое положение должника.

Между тем, как правильно указал суд первой инстанции, факт совершения сделок, приведённых выше, не может быть расценен как приведший к объективному банкротству должника, поскольку отсутствуют доказательства, что передача денежных средств по договорам займа привела к причинению вреда имущественным правам кредиторов, не подтверждается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий (бездействия) ОАО «РИК». В материалах отсутствуют доказательства, подтверждающие отсутствие исполнения по указанным сделкам, как и доказательств заключения указанных сделок на заведомо невыгодных для должника условиях. В рассматриваемом случае денежные средства были получены должником, что не опровергается сторонами спора, подтверждается определением суда от 24.11.2015 о включении требований АО «РИК» в реестр требований кредиторов.

Существенное ухудшение финансового состояния должника возможно не в результате выдачи займа как такового, а условия сделки, которые могут быть кабальными для должника, выходящими за пределы разумности и добросовестности участников делового оборота.

Судом первой инстанции установлено, что процентная ставка по договорам займа от 30.12.2013, 04.12.2014 составила 10,25% годовых (ключевая ставка ЦБ РФ на день заключения сделки 9,5% годовых),  по договору займа от 07.04.2015 процентная ставка 14 % годовых (ключевая ставка ЦБ РФ на день заключения сделки 14 % годовых).

При этом, как следует из приложения к договору займа, денежные средства имели целью погашение уже имевшейся задолженности ООО «ТБМ» перед иными кредиторами, а также необходимы были для финансирования производства. Условия договора займа в отсутствие соответствующих относимых и допустимых доказательств не дают оснований для отнесения его к убыточному, из чего правильно исходил суд первой инстанции.

Установив, что материалами дела не подтверждено, что действия ОАО «РИК» по заключению с должником договоров займа явились причиной объективного банкротства должника, а также отсутствие доказательств того, что договоры займа были заключены в целях причинения вреда кредиторам должника, суд правомерно отказал в привлечении к субсидиарной ответственности общества ОАО «РИК».

Иных доводов, помимо того, что причиной банкротства явилось заключение договоров займа между должником и ОАО «РИК», подателем апелляционной жалобы не приведено.

В связи с изложенным, апелляционные жалобы ООО «ЦРК» и АО «Россельхозбанк» удовлетворению не подлежат.

При таких обстоятельствах, на основе имеющихся доказательств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для возложения на ОАО «РИК» и ФИО3 субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «ТБМ».

Доводы ООО «ЦРК» о том, что суд первой инстанции рассмотрел обособленный спор незаконным составом суда, отклоняется апелляционным судом ввиду необоснованности. Из материалов спора не следует, что суд не имел права рассматривать спор (наличия оснований, перечисленных в статье 21 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не усматривается).

Аргументы заявителей апелляционных жалоб проверены судом апелляционной инстанции, однако они признаются несостоятельными, поскольку не опровергают законности принятого по делу судебного акта и не подтверждаются материалами дела.

Обстоятельства дела судом первой инстанции исследованы полно, объективно и всесторонне, им дана надлежащая правовая оценка.

Нарушений норм материального и процессуального права при принятии обжалуемого судебного акта, которые в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации могли бы повлечь его отмену, судом апелляционной инстанции не установлено в связи с чем, определение по делу подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

По ходатайству указанных лиц копии постановления на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Лица, участвующие в деле, могут получить информацию о движении дела в общедоступной базе данных Картотека арбитражных дел по адресу www.kad.arbitr.ru.

Руководствуясь статьями 268, 270 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четвертый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 13 сентября 2021 года по делу № А58-3001/2015 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение одного месяца с даты принятия путем подачи жалобы через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                             Н.И. Кайдаш

 

Судьи                                                                                                О.П. Антонова

 

Н.А. Корзова