018/2018-37378(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-7386/2016

г. Краснодар

18 сентября 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 18 сентября 2018 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2018 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Рыжкова Ю.В., судей Кухаря В.Ф. и Трифоновой Л.А., в отсутствие истца –  индивидуального предпринимателя Вокораева Ахмеда Шохойевича (ИНН 645407778701,  ОГРНИП 317623400039671), ответчика – общества с ограниченной ответственностью  «ВВиС» (ИНН 6143025406, ОГРН 1026101943262), третьих лиц: общества с ограниченной  ответственностью «Трио-Сибирь» (ИНН 5506073531, ОГРН 1075506005398), общества с  ограниченной ответственностью «Алеста-Авто» (ИНН 6143061588,  ОГРН 1066143009570), акционерного общества «Российский Сельскохозяйственный  банк» (ИНН 7725114488, ОГРН 1027700342890), извещенных о времени и месте  судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте  арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»,  рассмотрев кассационные жалобы индивидуального предпринимателя Вокораева Ахмеда  Шохойевича и общества с ограниченной ответственностью «Трио-Сибирь» на  постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.06.2018 по делу   № А53-7386/2016 (судьи Стрекачев А.Н., Емельянов Д.В., Николаев Д.В.), установил  следующее.  

Индивидуальный предприниматель Вокораев А.Ш. (далее – предприниматель)  обратился в Арбитражный суд Ростовской области с иском к ООО «ВВиС» (далее –  общество) о взыскании 151 380 214 рублей задолженности по договору поставки  от 03.02.2011 № 4 и обращении взыскания на заложенное имущество по договору залога  движимого имущества от 03.02.2011 № 4-з.  

Решением от 13.05.2016 (судья Тютюник П.Н.) иск удовлетворен. Суд счел  доказанной задолженность во взыскиваемом размере.  

АО «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – банк), как кредитор  общества в деле о его банкротстве, обжаловало решение суда.  

Постановлением апелляционного суда от 24.09.2017 решение отменено, в иске  отказано. Судебный акт мотивирован тем, что представленные обществом и  предпринимателем документы не отражают подлинную волю сторон на создание  гражданско-правовых последствий, которые могли бы наступить в ходе исполнения  договора поставки. Стороны сделки не преследовали цели фактической поставки на  заявленную сумму. Требование истца основано на мнимой сделке, представленные  документы не отражают реальные хозяйственные операции. Сделка истца с поставщиком  товара – ООО «Трио-Сибирь» – также является мнимой. Взаимоотношения истца с  перевозчиком по перевозке товара суд счел также неподтвержденными.  

Постановлением Арбитражного Северо-Кавказского округа от 19.03.2018  постановление апелляционного суда от 24.09.2017 отменено, дело направлено на новое  рассмотрение в тот же суд. Суд кассационной инстанции указал на то, что в  подтверждение спорной поставки представлены, в том числе, первичные документы –  товарно-транспортные накладные, которые содержат все необходимые реквизиты, а также  документы на соответствующие автомобили, участвовавшие в перевозке. Банк не привел  доводов о фальсификации данных накладных, недостоверности сведений в каких-либо  конкретных накладных. Фактически суд сделал вывод об отсутствии перевозки товара и  передачи его обществу без исследования и оценки данных накладных и привлечения к  участию в деле перевозчика, осуществлявшего перевозку согласно накладным  (ООО «Алеста-Авто»), без оценки достоверности отраженных в накладных сведений, в  том числе о перевозивших товар водителях перевозчика. Суд не исследовал довод истца о  том, что задолженность перед предпринимателем вносилась в регистры бухгалтерского  учета общества с момента ее возникновения (2011 год) и переносилась в бухгалтерской  документации из года в год. Суду следовало изучить вопрос о наличии иных поставщиков  подобных материалов для изготовления мебели, от реализации которой общество в  спорном периоде получило выручку более 100 млн рублей. В обжалуемом судебном акте  содержится вывод о сомнительности реального исполнения договора поставки  от 01.12.2010 между ООО «Трио-Сибирь» (поставщик) и предпринимателем (покупатель),  то есть фактически мнимости данного договора. Однако по смыслу статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) для вывода о мнимости  сделки следует установить направленность воли не одной стороны, а обеих ее сторон на  совершение сделки лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые  последствия. Суд рассмотрел вопрос о действительности договора без участия в деле его  стороны – ООО «Трио-Сибирь», что непосредственно затрагивает права и обязанности  указанного лица. Суд сделал вывод о намеренных действиях лиц по формированию  

искусственной задолженности в 2011 году в целях влияния на рассмотрение дела о  банкротстве общества и результаты такого рассмотрения. Однако суд, не установив факт  составления первичных документов (товарных накладных, товарно-транспортных  накладных) не в 2011 году, а в более поздние сроки, не мотивировал осведомленность  указанных лиц о будущем возбуждении (спустя 5 лет) в отношении общества дела о  банкротстве по заявлению иного лица (ООО «Передвижная механизированная колонна   № 14»).  

Определением апелляционного суда от 03.05.2018 к участию в деле в качестве  третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора,  привлечены ООО «Алеста-Авто» и ООО «Трио-Сибирь».  

Постановлением апелляционного суда от 12.06.2018 решение от 13.05.2016  отменено, в иске отказано. Судебный акт мотивирован тем, что представленные  обществом и предпринимателем документы не являются надлежащими доказательствами  по делу и не отражают реальные хозяйственные операции. Оптовая продажа материалов  для производства мебели не является основным видом деятельности предпринимателя.  Требование истца основано на мнимой сделке. Сделка истца с поставщиком товара –  ООО «Трио-Сибирь» – также является мнимой. Истец пропустил срок исковой давности,  о применении которой заявил банк. Выводы судебной экспертизы свидетельствуют о  согласованных действиях предпринимателя и общества по формированию  документооборота в целях создания видимости перерыва течения срока исковой давности  по заявленному требованию. Акты сверок признаны судом недостоверными  доказательствами.  

В кассационной жалобе ООО «Трио-Сибирь» просит отменить постановление. По  мнению заявителя, выводы суда о недостоверности актов сверки являются  необоснованными. Неотражение в бухгалтерской документации фактов хозяйственной  деятельности организации не свидетельствует о мнимости ее деятельности. Выводы суда  апелляционной инстанции не соответствуют обстоятельствам дела и основаны на  вероятностных предположениях, постановление принято с нарушением норм  процессуального права.  

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить постановление и  удовлетворить иск. Заявитель ссылается на то, что суд апелляционной инстанции не  выполнил указания суда кассационной инстанции. Суд сделал вывод о мнимости сделки,  основываясь не на документах, представленных в дело, а на субъективном мнении суда о  правильном ведении предпринимательской деятельности. Ненадлежащее ведение  должником бухгалтерского учета и неотражение в бухгалтерском балансе реальной  

хозяйственной деятельности не могут являться основанием для признания сделки  недействительной. Поступившие от предпринимателя материалы отражены обществом в  бухгалтерском балансе в строке «запасы». Ссылка суда на неотражение сторонами в  налоговом учете спорной поставки является несостоятельной, поскольку у  предпринимателя такая обязанность отсутствует. Представленные в материалы дела  первичные документы, подтверждающие поставку спорного товара, оформлены  надлежащим образом. Доказательством использования обществом полученных  материалов служит его бухгалтерский баланс, из которого следует, что ответчик  изготовил и реализовал мебельную продукцию, получив выручку более 100 млн рублей.  Наличие либо отсутствие оплаты обществом услуг перевозчика не является юридически  значимым обстоятельством для рассмотрения данного спора. Суд не указал, с какой целью  искусственно создавалась задолженность для контролирования процедуры банкротства  общества, если требования предпринимателя обеспечены залогом. Взаимоотношения  предпринимателя и ООО «Трио-Сибирь» в рамках данного спора не подлежат  исследованию. Срок исковой давности прервался в связи с признанием ответчиком суммы  долга путем подписания акта сверки взаимных расчетов. У истца имеются также иные  доказательства признания обществом долга, однако суд отказался их принимать со  ссылкой на неотносимость к обстоятельствам дела.  

Отзывы на жалобу в судне поступили. 

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что  в удовлетворении жалоб надлежит отказать.  

Как видно из материалов дела, предприниматель (поставщик) и общество  (заказчик) заключили договор поставки от 03.02.2011 № 4, по условиям которого  поставщик обязуется поставить заказчику материалы для производства мебели на сумму  151 380 214 рублей, а заказчик обязуется принять и оплатить товар.  

В обеспечение надлежащего исполнения обязательств по договору  предприниматель (залогодержатель) и общество (залогодатель) заключили договор залога  движимого имущества от 03.02.2011 № 4-з.  

Стороны подписали товарные накладные и акты сверки взаимных расчетов по  договору поставки по состоянию на 31.12.2012, 31.12.2013, 31.12.2014, 31.12.2015 и  01.02.2016, согласно которым задолженность составляет 151 380 214 рублей.  

Неисполнение ответчиком обязанности по оплате товара послужило основанием  для обращения предпринимателя в арбитражный суд с иском.  

Суд первой инстанции удовлетворил иск, исходя из того, что поставка и  задолженность подтверждены договором поставки, договором залога, товарными  накладными, товарно-транспортными накладными и ответчиком не оспаривается.  

Отменяя решение и отказывая в иске, суд апелляционной инстанции пришел к  выводу о том, что истец не представил достоверных доказательств, свидетельствующих о  наличии у него товара для исполнения обязательства по договору поставки от 03.02.2011   № 4. Действия сторон направлены на формирование видимости сделок. Сделки не нашли  отражения в бухгалтерском и налоговом учете ее участников. Истец не раскрыл разумные  экономические мотивы совершения указанных сделок. Представленные обществом и  предпринимателем документы не отражают подлинную волю сторон на создание  гражданско-правовых последствий, которые могли бы наступить в ходе исполнения  договора поставки, стороны сделки не преследовали цели фактической поставки на  заявленную сумму. Требование истца основано на мнимой сделке, представленные  документы не отражают реальные хозяйственные операции. Кроме того, предприниматель  пропустил срок исковой давности, о применении которой заявил банк.  

Суд отметил, что согласно экспертному заключению от 28.07.2017 № 1750/05-3  подписи от имени Вокораева А.Ш. и Шашева В.В. в актах сверки взаимных расчетов  выполнены в один узкий временной период, а не с разрывом во времени согласно  указанным в актах датам (с 31.12.2012 по 31.12.2015). Выводы эксперта свидетельствуют  о согласованных действиях предпринимателя и общества по формированию  документооборота с целью создания видимости перерыва течения срока исковой давности  по заявленному требованию. Сторонами создан формальный документооборот, реальная  поставка товара не осуществлялась.  

При повторном рассмотрении дела апелляционный суд не выполнил указания суда  кассационной инстанции об исследовании и оценке первичных документов –  товарно-транспортных накладных, в которых отражены обстоятельства перевозки груза.  В постановлении суда апелляционной инстанции отсутствует анализ указанных  накладных, не приведены мотивы, по которым были бы признаны не соответствующими  действительности сведения о маршруте, характере груза, автомобиле, водителе и т. д.  Фактически суд вместо исследования первичных документов необоснованно посчитал  достаточным основанием для вывода о мнимости сделки выявление недостатков в  ведении бухгалтерского учета сторон и отсутствие в учредительных документах  предпринимателя такого вида деятельности, как реализация материалов для изготовления  мебели. Данные выводы являются ошибочными, поскольку несоблюдение правил ведения  бухгалтерского учета само по себе не свидетельствует о недействительности сделки, а  

отсутствие в учредительных документах коммерческой организации (индивидуального  предпринимателя) того или иного вида не запрещенной законом деятельности не влечет  невозможность ею заниматься на законных основаниях.  

Вместе с тем данные нарушения не повлекли принятия неправильного решения по  существу спора.  

В соответствии со статьей 199 Кодекса истечение срока исковой давности, о  применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом  решения об отказе в иске. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо  узнало или должно было узнать о нарушении своего права. По обязательствам с  определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании  срока исполнения. По обязательствам, срок исполнения которых не определен либо  определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента,  когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства  (статья 200 Кодекса). Общий срок исковой давности устанавливается в три года (статья  196 Кодекса).  

Согласно статье 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ  «О несостоятельности (банкротстве)» лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе  заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям  кредиторов.  

Банк заявил о применении исковой давности к требованиям предпринимателя.  Как следует из материалов дела, последняя поставка осуществлена 02.12.2011.  

Согласно условиям договора оплата товара осуществляется путем перечисления  денежных средств на расчетный счет поставщика согласно выставленному последним  счету в течение 30 банковских дней с момента поставки в размере 100%. Таким образом,  срок исковой давности истек в январе 2015 года.  

Иск по настоящему делу подан в арбитражный суд 28.03.2016. 

Ссылки предпринимателя на акты сверок как на доказательства, которые  подтверждают перерыв течения срока исковой давности, апелляционный суд обоснованно  не принял во внимание.  

Пункт 2 статьи 206 Кодекса в январе 2015 года еще не действовал. Согласно  разъяснениям, изложенным в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с  применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»,  перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий,  свидетельствующих о признании долга, может иметь место в пределах срока давности.  

Поскольку указанные акты в соответствии с выводами эксперта, изложенными в  заключении от 28.07.2017 № 1750/05-3, могли быть составлены только после 31.12.2015,  то есть по истечении срока исковой давности, выводы суда о том, что акты сверок не  повлияли на пропуск данного срока, являются правомерными. Истец не обосновал  возможность составления актов сверок за 2015 и 2016 годы до истечения срока исковой  давности, не опроверг доказательствами заключение эксперта.  

Утверждения предпринимателя о прерывании течения срока исковой давности  перепиской сторон, в которой ответчик признавал долг, не подкреплены  доказательствами.  

Основания для отмены или изменения постановления не установлены. 

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.06.2018 по делу   № А53-7386/2016 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий Ю.В. Рыжков  Судьи В.Ф. Кухарь   Л.А. Трифонова