ДВАДЦАТЬ ПЕРВЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Суворова, д. 21, Севастополь, 299011, тел. + 7(8692) 54-74-95

www.21aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А84-2300/2018

19 марта 2019 года

город Севастополь

Резолютивная часть постановления объявлена  12 марта  2019 года 

Постановление изготовлено в полном объеме   19 марта  2019 года

Двадцать первый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Приваловой А.В., судей Карева А.Ю., Омельченко В.А.,

при ведении протоколирования судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в заседании до объявления перерыва:

от Севастопольской таможни: ФИО2, по доверенности от 09.01.2019 № 04-12/03; ФИО3, по доверенности от 09.01.2019 № 04-12/09;

от общества с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент» – ФИО4, по доверенности от 04.06.2018 б/н;

при участии в заседании после окончания перерыва:

от Севастопольской таможни: ФИО2, по доверенности от 09.01.2019 № 04-12/03; ФИО3, по доверенности от 09.01.2019 № 04-12/09;

в отсутствие общества с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент», надлежаще извещенного о месте и времени судебного раз0бирательства; 

продолжив после окончания перерыва в судебном заседании рассмотрение апелляционной жалобы общества с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент» на решение Арбитражного суда города Севастополя от 24 октября 2018 года по делу № А84-2300/2018 (судья Александров А.Ю.) по заявлению общества с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент» к Севастопольской таможне о признании недействительным ненормативного правового акта,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент» (далее –заявитель, общество, ООО «СтройКубаньИнструмент») обратилось в суд с заявлением о признании недействительным решения Севастопольской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 25.05.2018 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары.

Решением Арбитражного суда города Севастополя от 24.10.18 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятым решением, общество обратилось с апелляционной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судом норм материального права, несоответствие выводов суда обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, просит обжалуемое решение отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований. В обоснование жалобы ее податель приводит доводы о том, что само по себе наличие в сети «Интернет» предложений неких лиц о продаже компрессоров торговых марок WORK и FORTE не влияет на формирование цены в стране их реализации и не свидетельствует о разнице в ценах на компрессоры в зависимости от указания или не указания торговых марок, судом первой инстанции оставлены без внимания доводы общества о том, что указанные торговые марки не зарегистрированы и не рекламируются в России, а также не дана оценка представленным доказательствам, включая технические справки и письма производителя о том, что модель и все ее характеристики, влияющие на цену, определяются буквенно-цифровым кодом. Полагает, что выводы суда о том, что заявление на перевод от 03.05.2018 № 13 не является оплатой поставленного товара, а может быть предоплатой за другую поставку по этому же контракту, только лишь на том основании, что в платежном документе допущена опечатка на три лишние буквы,  основаны на предположениях таможенного органа, которые не подтверждены надлежащими доказательствами, в то время как представленная справка о валютных операциях, согласно которой оплата в точной сумме инвойса на спорную поставку отражена валютным контролем как оплата за поставленный товар, а не предоплата, и доводы общества о том, что при наличии задолженности за поставленный товар перечисление предоплаты противоречит обычаям делового оборота, судом не приняты во внимание.

Таможня в отзыве на апелляционную жалобу с ее доводами не согласилась, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, вынесенным с правильным применением норм материального права и не подлежащим отмене.

Определением суда от 05.03.2019 в соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в связи с нахождением в отпуске судьи Яковлева А.С., принимавшего участие в рассмотрении апелляционной жалобы, в составе суда произведена замена на судью Омельченко В.А., в связи с чем в судебном заседании, проведенном 05.03.2019, рассмотрение апелляционной жалобы осуществлялось с самого начала.

В судебном заседании представитель общества подержал доводы апелляционной жалобы, просил судебный акт отменить, требования общества удовлетворить. Представители таможенного органа, напротив, просили судебное решение оставить без изменений, по мотивам, изложенным в отзыве.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании объявлялся перерыв до 12.03.2019. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в порядке статей 266, 268 АПК РФ, апелляционный суд считает данный судебный акт подлежащим отмене в силу следующего.

Как следует из материалов дела, общество в рамках внешнеэкономического контракта от 01.12.2017 № 4, заключенного между ООО «СтройКубаньИнструмент» и Zhejiang Xinya Pump Industry Co. LTD (Kитай), а также договора по оказанию транспортных услуг  от 28.11.2017 № 36, заключенного между обществом и ООО «Конфиденция», ввезло на таможенную территорию Евразийского экономического союза в Россию товары – воздушные поршневые компрессоры. 

Таможенное оформление было осуществлено по декларации на товары № 10011030/180218/0000102 от 18.02.2018, в графе 31 (грузовые места и описание товара) которой заявлен товар: воздушные поршневые компрессоры возвратно-поступательные с избыточным рабочим давлением до 10 Бар, производительностью не более 31,2 м3/ч., не являются товарами военного назначения и двойного применения предназначены для подачи сжатого воздуха, для различных пневматических инструментов, используются как в бытовых, так и в профессиональных целях, идентификационные номера №№ 2017/11 051281-051480, 2017/11000431-000450, 2017/11041301-041420, 2017/11000471-000476, 2017/11004621-004680, 2017/11000651000660, 2017/11000401-000404 со следующими характеристиками: емкость бака 24 л., давление 8 Бар, производительность 12м3/ ч, модели: ВМ-24, количество: 200 шт., емкость бака 50 л., давление 8 Бар, производительность 12м3/ч, модель: ВМ-50, количество: 120 шт., емкость бака 50 л. давление 8 Бар, производительность 21,6 м3/ч, модель: VВМ-50, количество: 60 шт., емкость бака 100 л., давление 10 Бар, 25,2м3/ч, модель: VВМ-0,4-100 WЕRК, количество: 20 шт., емкость бака 50 л., давление 10 Бар, производительность 25,2м3/ч, модель: V-0,4/50 FОRТЕ, количество 6 шт., емкость бака 100 л., давление 10 Бар, производительность 25,2м3/ч, модель: V-0,4/100 FORТЕ, количество 10 шт., емкость бака 100л., давление 10 Бар, производительность 31,2м3/ч, производитель ZHEJIANGXINYAPUMPINDUSTRYCO.,LTD, товарный знак отсутствует, марка отсутствует, модель: W-0.5/100 FORTE, количество 4 шт.

Таможенная стоимость товаров определена обществом по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», с предоставлением необходимого пакета документов.

Товар помещен под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления.

При осуществлении контроля таможенной стоимости товара, задекларированного в ДТ № 10011030/180218/0000102, с использованием системы управления рисками, таможенным органом выявлены риски недостоверного декларирования таможенной стоимости (отклонение заявленной стоимости товара от уровня РТУ и ФТС России на 36,24%), несоответствие сведений, влияющих на таможенную стоимость, в документах, представленных декларантом при декларировании, отсутствие достаточного документального подтверждения стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Таможней в порядке статей 313, 325, 340 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза 19.02.2018 принято решение о проведении проверки таможенных и иных документов и (или) сведений и запрошены документы для подтверждения заявленной таможенной стоимости.

В ответ на запрос декларант 16.04.2018 представил документы, по результатам анализа которых таможенным органом были установлены основания, которые не устраняли выявленные признаки недостоверности заявленной таможенной стоимости. В связи с чем 07.05.2018 декларанту был направлен запрос о предоставлении дополнительных документов, в ответ на который обществом 16.05.2018 представлены в электронном виде документы и пояснения.

По результатам рассмотрения представленных документов и пояснений таможней 25.05.2018 принято решение о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, поскольку сомнения в достоверности заявленной обществом таможенной стоимости в результате дополнительной проверки не устранены.

Как следует из принятого решения, основанием для изменения таможенной стоимости послужили следующие выводы таможенного органа: 

-в экспортной таможенной декларации КНР не указаны задекларированные обществом согласно спорной ДТ и перечисленные в коммерческих документах компрессоры моделей V-0,4/50, V-0,4/100 и W-0,5/100, в описании товара указано «без торговой марки», в то время как часть товара дополнительно промаркирована «FOPTE PRO LINE, AIR COMPRESSORS» и «WERK AIR COMPRESSORS», что при отсутствии прайс-листа производителя указывает на несогласованность торговых марок сторонами сделки и вызывает сомнение в цене товара;

-в графе «основание для перевода» заявления на перевод валюты от 03.05.2018 № 13 указано «предоплата по контракту от 17.12.2017 № 4», а так как платеж произведен после поставки  товара и нет ссылки на инвойс, данный документ не может быть принят в качестве подтверждения оплаты товара;

-представленные обществом документы в подтверждение заявленных в ДТ транспортных расходов в сумме 66379,38 руб. не могут быть приняты, так как в них не указаны сведения о размере вознаграждения экспедитора – ООО «Конфиденция», стоимость перевозки согласно заявке составляет 1150 дол. США, а счет на оплату и акт оказанных услуг составлены в рублях, представленные пояснения относительно низкой цены не подтверждены документами перевозчика;

-представленные обществом приходный кассовый ордер и оборотно-сальдовая ведомость по счету 41 «товары» не подтверждают факт оприходования ввезенного товара, так как в его стоимость не включены транспортные расходы по доставке.

Оспариваемым решением стоимость товаров была определена таможней по третьему методу – по стоимости сделки с однородными товарами. 

ООО «СтройКубаньИнструмент» не согласившись с принятым решением, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере внешнеэкономической деятельности, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии у таможенного органа оснований для корректировки таможенной стоимости товаров по спорной декларации и законности принятого таможенным органом решения. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда исходя из следующего. 

Порядок определения таможенной стоимости товаров с 01.01.2018 установлен Таможенным кодексом Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС, Кодекс).

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы;

существенно не влияют на стоимость товаров;

установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи. 

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Из материалов дела усматривается, что при таможенном оформлении ввезенного товара обществом вместе с ДТ № 10011030/180218/0000102 посредством системы электронного декларирования представлены контракт от 01.12.2017 № 4, декларации о соответствии товара требованиям технических регламентов, спецификация, инвойс ХYS171102 от 15.12.2017, упаковочный лист от 15.12.2017, договор на транспортно-экспедиционное обслуживание от 28.11.2017 № 36, заявка на перевозку груза (приложение № 3 к договору перевозки) по маршруту NINGBO (Китай) – порт Новороссийск (Россия) на условиях FOB без страхования груза, коносамент HLCUNG11712 от 21.12.2017, счет на оплату от 25.01.2018 № 037, платежное поручение № 27 от 05.02.2018  об оплате транспортно-экспедиционных услуг, и другие документы.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска товаров, общество представило дополнительные документы, включая экспортную декларацию КНР, заявление на перевод валюты от 03.05.2018 № 13с отметкой банка, сведения валютного контроля, акт оказанных транспортно-экспедиционных услуг, оборотно-сальдовую ведомость, письмо экспедитора, письма производителя, приходный ордер от 20.02.2018, универсальный передаточный документ на дальнейшую реализацию товара от 20.02.2018,  с соответствующими письменными пояснениями.

Анализ указанных документов свидетельствует, что согласно отгрузочной спецификации ХYS171102 от 15.12.2017 и инвойсу ХYS171102 от 15.12.2017 стороны договорились о наименовании, ассортименте, количестве и стоимости поставляемого товара на общую сумму 25641,00 долларов США.

Коносамент HLCUNG11712 от 21.12.2017 подтверждает принятие к перевозке и фактическую перевозку указанного товара по цене и количеству, отраженных в инвойсе и отгрузочной спецификации.

Соответственно указанная обществом в графах 22, 42 спорной декларации стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Положения контракта, отгрузочной спецификации и инвойса подтверждали цену сделки, содержали сведения о наименовании, количестве и фиксированной цене товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки. Доказательств недостоверности указанных документов либо заявленных в них сведений таможней суду не представлено.

Факт перемещения указанного в декларации товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается. Доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможня не представила.

Обществом был представлен достаточный комплект документов, подтверждающих структуру заявленной таможенной стоимости товара, характеристики ввозимого товара и условия поставки. Сведения, содержащиеся в данных документах и пояснениях декларанта, представленных таможенному органу пояснениях продавца и перевозчика, не давали таможне оснований для определения таможенной стоимости спорных товаров по 3 методу.

Проанализировав в совокупности и взаимосвязи в порядке статьи 71 АПК РФ представленные обществом таможенному органу документы, суд апелляционной инстанции находит их позволяющими сделать вывод о структуре таможенной стоимости, а также признает их подтверждающими заявленные обществом сведения, соответствие закону оспариваемого решения таможней не доказано.

Определяя таможенную стоимость иным, чем основной, методом, таможня должна иметь в наличии безусловные доказательства невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости товаров. Между тем таких доказательств не представлено.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 6 Постановления от 12.05.2016 № 18 «О некоторых вопросах применения судами таможенного законодательства», сохраняющим свою актуальность, при применении пункта 4 статьи 65 ТК ТС судам следует исходить из презумпции достоверности представленной декларантом информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Доводы таможенного органа о том, что  в декларации, а также в коммерческих товаросопроводительных документах не указан товарный знак, а в экспортной таможенной декларации КНР в описании товара указано «без торговой марки», в то время как задекларированные воздушные компрессоры моделей VBM-0,4-100, V-0,4/50, V-0,4/100 и  W-0,5/100 имеют маркировку «FORTE PRO LINE, AIR COMPRESSOPS» и «WERK AIR COMPRESSOPS», не могут быть признаны обоснованными, поскольку наличие или отсутствие сведений о товарном знаке и марке не влияет на порядок определения стоимости товара. Вопреки утверждения таможни  сведения о моделях поставленных компрессорах не различаются к коммерческих документах (инвойсе, спецификации) и соответствуют заявленным в декларации. 

Понятие «торговая марка» в маркетинге представляет собой совокупность определенных свойств, ассоциаций, образов, которые позволяют товару данной марки выделяться на рынке конкурентов. В этой связи наличие, либо отсутствие указания в декларации на товары торговой марки не относится к числу сведений о товаре, необходимых для исчисления и уплаты таможенных платежей, и не влияет на величину и структуру заявленной таможенной стоимости.

Более того, по информации, содержащейся в реестре объектов интеллектуальной собственности, на момент таможенного оформления спорных товаров товарный знак «FORTE PRO LINE, AIR COMPRESSOPS» и «WERK AIR COMPRESSOPS» не был зарегистрирован на территории РФ, что подтверждается сведениями, размещенными на информационном сайте Альта-Софт www.alta.ru.

В ходе дополнительной проверки таможенному органу были представлены письменные пояснения производителя от 16.02.2018 и от 26.03.2016, согласно которым за технические характеристики товара отвечает  лишь буквенно-цифровой код модели, указанный в коммерческих и товаросопроводительных документах, исходя из которого производится отгрузка товара со склада, наличие или отсутствие дополнительной маркировки во внимание не принимается.

Что касается ссылки таможенного органа на то, что в представленной экспортной декларации КНР не указаны модели компрессоров V-0,4/50, V-0,4/100 и  W-0,5/10м, что объясняется декларантом ограниченным полем соответствующей графы декларации, не вместившим описание товара в полном объеме, то данное обстоятельство само по себе не препятствует идентификации полного перечня декларируемых товаров с учетом указания в декларации номера инвойса, отраженного также в спецификации и упаковочном листе. 

Судом при вынесении  судебного акта, согласившегося с позицией таможенного органа, не учтено, что такие документы как прайс-лист и экспортная декларация не перечислены в приложении № 1 к Порядку декларирования таможенной стоимости товаров, утвержденного решением Комиссии Таможенного Союза от 20.09.2010 № 376,  и не являются обязательными к представлению, в связи с чем непредставление этих документов не может служить основанием для корректировки таможенной стоимости.

Выводы суда о том, что обществом  не подтверждена оплата поставленного товара, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Указание в заявлении на перевод валюты от 03.05.2018 № 13 ошибочно слова «prepayment (предоплата)» вместо «оплата», с учетом представленных сведений о валютных операциях от 03.05.218, в графе  6 которых указан код операции 11200, что согласно Инструкции Банка России от 16.08.2017 № 181-И соответствует операции «расчеты резидента при предоставлении нерезидентом отсрочки платежа за товары, ввезенные на территорию Российской Федерации», а также  с учетом указанных в заявлении на перевод валюты сведений о наименовании товара (компрессоры) и реквизитов контракта, суммы перевода в размере 25641 долларов США, соответствующей инвойсу,  позволяют прийти к выводу и установить, что имела место оплата именно за поставленный товар по спорной ДТ на условиях контракта с отсрочкой платежа (150 дней с даты коносамента).

Доводы заявителя о том, что указанное заявление от 03.05.2018 не являлось обязательным при декларировании документом, поскольку в силу условий контракта срок оплаты еще не наступил и истекал только 21.05.2018, а декларирование товара производилось 18.02.2018, не были приняты судом во внимание и не нашли надлежащей правовой оценки.

Таким образом, вывод таможенного органа, с которым согласился суд первой инстанции о том, что заявление на перевод валюты не является оплатой за поставленный товар, только на том основании, что в платежном документе ошибочно указано слово предоплата, нельзя признать обоснованным.

Ссылка суда на то обстоятельство, что пояснения по наличию ошибки в указанном  платежном документе декларантом таможенному органу не представлялись, а потому не могут быть приняты судом во внимание, не может быть признана обоснованной, поскольку такой вывод сделан без учета того, что в решении о проведении дополнительной проверки на данные обстоятельства таможней не указано и соответствующих пояснений по данному эпизоду у декларанта не запрашивалось.

Вслед за таможенным органом, суд первой инстанции, пришел к выводу о наличии противоречий в представленных таможенному органу документах в подтверждение стоимости  международной перевозки, что, по мнению суда, свидетельствует о недостоверности заявленной стоимости.

Такие выводы основаны на том, что декларантом не указана в ДТ стоимость вознаграждения экспедитора, а представленная заявителем в формализованном виде и полученная таможенным органом от экспедитора копия заявки № 3-СКИ содержит противоречия  в указании стоимости услуг (не указано «по курсу ЦБ+3%» в копии заявки). 

Между тем судом не учтено следующее.

Согласно статье 801 ГК РФ по договору транспортной экспедиции одна сторона (экспедитор) обязуется за вознаграждение и за счет другой стороны (клиента-грузоотправителя или грузополучателя) выполнить или организовать выполнение определенных договором экспедиции услуг, связанных с перевозкой груза. 

Исходя из условий договора транспортной экспедиции от 28.11.2017 № 36, заключенного обществом  с ООО «Конфиденция», вся сумма договора является расходами общества по доставке груза, включенными в таможенную стоимость, каких-либо дополнительных вознаграждений экспедитору договором не предусмотрено и не выплачивалось.

Ссылка в оспариваемом решении таможни на пункт 5.10 договора как на условие, предусматривающее выплату вознаграждения экспедитору, сделана таможенным органом без учета иных условий  договора, в которых стороны оговорили, что размер вознаграждения экспедитора за организацию конкретной перевозки определяется в заявке клиента или в приложениях к договору. Пунктами 5.2 и 5.5 договора предусмотрено, что основанием для оплаты стоимости услуг экспедитора и стоимости дополнительных услуг экспедитора является электронная копия счета, оплата услуг осуществляется согласно выставленным счетам по ставкам, согласованным в приложениях к договору или заявке клиента.

Имея в материалах дела заявку, счет за международную перевозку и платежное поручение о его оплате, акт сдачи-приемки оказанных услуг, суд не принял во внимание, что такого дополнительного вознаграждения не предусмотрено, осуществлялась только морская перевозка, стоимость которой четко определена первичными документами. 

Как следует из материалов дела, счет на оплату выставлен экспедитором на сумму услуг 66 379,38 руб., заявка № 3-СКИ на перевозку груза содержит условия оплаты морской фрахт на условиях FOB NINGBO – Новороссийск = 1150 USD/40НС до прибытия контейнеров в порт, 1 у.е = 1 долл.США по курсу ЦБ+3% на день оплаты счета, акт выполненных услуг от 06.02.2018 № 34 составлен на сумму 66 379,38 руб., платежное поручение от 05.02.2018 № 27 свидетельствует об оплате услуг экспедитору в сумме 66379,38 руб. При этом, дополнительное вознаграждение экспедитору за данную перевозку в названных документах сторонами не предусмотрено.

То обстоятельство, что в пункте 5.10 договора об осуществлении грузоперевозок предусмотрена выплата вознаграждения экспедитору, не свидетельствует о несении декларантом дополнительных затрат по транспортировке товара.

По смыслу положений пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС рассматриваемое условие договора подлежит оценке при наличии документального подтверждения того, что названные расходы были покупателем понесены до прибытия на таможенную территорию ЕАЭС.

Между тем, как следует из пояснений общества, представленных в ходе таможенного контроля, указанные затраты у него отсутствовали, а доказательств обратного таможенным органом не представлено.

Относительно расхождений в заявках стоимости перевозки заявитель пояснил, что в счете на оплату от 25.01.2018 № 037 указана сумма 66 379,38 руб.  по курсу 56,0408, которая рассчитана исходя из правил округления (56,04 х 1150 + 3% = 66379,38 руб.). Акт  выполненных услуг, счет на оплату, платежное поручение свидетельствуют, что платеж обществом произведен экспедитору с учетом 3% и последний принял платеж именно в этой суме, подтвердив данный факт по запросу таможенному органу.

При этом указанная стоимость перевозки груза определена сторонами за счет трансшипмента (контейнер переставляется с одного более крупного судна на другое меньшего размера), что не предполагает перегрузку и выгрузку товара в порту трансшипмента – Стамбул, соответственно не отражается в транспортных документах. Декларант давал пояснения по данному обстоятельству, указывая на то, что у линии Хапаг Ллойд нет прямого сервиса из Китая в Новороссийск, поэтому все грузы идут с дополнительным трансшипментом, что удешевляет стоимость перевозки и отличает ставки фрахта на судах большей грузоподъемности. 

Указанный довод заявителя суд оставил без внимания, сославшись на отсутствие документального подтверждения перевозчика. При этом суд не указал, какие документы должны были подтвердить данное обстоятельство в отсутствие у декларанта обязанности опровергать сомнения таможенного органа, при том, что первичные документы декларантом предоставлены, а таможенным органом какие-либо документы по данному обстоятельству у перевозчика не запрашивались.  

В этой связи вывод суда о недостоверности заявленной стоимости перевозки со ссылкой на информацию, размещенную различными экспедиторскими компаниями в сети Интернет, об иной более высокой стоимости  доставки однородных товаров в порт Новороссийск 40-футовым морcким контейнером от того же отправителя на условиях FOB, нельзя признать обоснованным.

В отношении отсутствия в представленной таможенному органу оборотно-сальдовой ведомости по счету 41 «товары» сведений о затратах на перевозку, таможенный орган, а за ним и суд, не учли, что общество применяет упрощенный способ ведения бухгалтерского учета, которым предусмотрена оценка приобретенных материально-производственных запасов по цене поставщика с отнесением иных затрат, непосредственно связанных с их приобретением, на расходы по обычным видам дееятельности в том периоде, в котором они были понесены (пункт 13.1 Положения бухгалтерского учета 5/01).

Факт оприходования ввезенного товара  подтвержден обществом приходным ордером № 3 от 18.02.2018 (по форме № М-4).

С учетом изложенного судебная коллегия не усматривает нарушений в порядке определения структуры заявленной таможенной стоимости по спорной декларации и, как следствие, приходит к выводу о соблюдении заявителем требования пункта 3 статьи 40 ТК ЕАЭС.

Наличие при оформлении документов отдельных недостатков, а также непредставление декларантом дополнительных документов по требованию таможни может являться основанием для корректировки таможенной стоимости в том случае, если противоречия в документах либо их неполнота не позволяют признать информацию о заявленной таможенной стоимости товаров достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной. 

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений настоящего Кодекса, в том числе в части недостоверности и (или) неполноты проверяемых сведений, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары.

С учетом изложенного коллегия приходит к выводу о том, что названные обстоятельства в совокупности с недоказанностью таможенным органом оснований для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости свидетельствуют о несоответствии  оспариваемого решения закону и о нарушении этим решением прав и законных интересов декларанта.

Оспариваемое решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При изложенных обстоятельствах решение таможни от 25.05.2018 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10011030/180218/0000102, является незаконным, в связи с чем заявленное обществом требование в соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ подлежало удовлетворению судом.

С учетом изложенного апелляционная жалоба подлежит удовлетворению, обжалуемое судебное решение подлежит отмене с принятием по делу нового судебного акта об удовлетворении заявленного требования

Руководствуясь статьями  266, 268, пунктом 2 статьи 269, пунктами 2, 3 части 1 статьи 270, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцать первый арбитражный апелляционный суд 

постановил:

решение Арбитражного суда города Севастополя от 24 октября 2018 года по делу №А84-2300/2018 отменить, принять новый судебный акт.

Заявление общества с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент» удовлетворить. 

Признать недействительным решение Севастопольской таможни от 25.05.2018 о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары.

Взыскать с Севастопольской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «СтройКубаньИнструмент»  4 500, 00  рублей (четыре тысячи пятьсот рублей 00 копеек) в возмещение расходов по уплате государственной пошлины за подачу в арбитражный суд заявления и  апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия в порядке, установленном статьей 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий      А.В. Привалова

Судьи      А.Ю. Карев

      В.А. Омельченко