﻿﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                              Дело № А27-7656/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 27 ноября 2019 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 03 декабря 2019 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего      Кадниковой О.В.,

судей                                     Бедериной М.Ю.,

                                              Куклевой Е.А. –

при ведении протокола помощником судьи Спиридоновым В.В. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств видеоконференц-связи кассационную жалобу акционерного общества «Чешский экспортный банк» (далее по тексту –  Банк) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 08.04.2019 (судья Димина В.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2019 (судьи Фролова Н.Н., Кудряшева Е.В., Усанина Н.А.) по делу № А27-7656/2016 о несостоятельности (банкротстве) о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Шахта «Заречная» (ИНН 4212005632, ОГРН 1024201298978, далее по тексту – Шахта «Заречная», должник), принятые в рамках обособленного спора по заявлению конкурсного управляющего шахтой Третьяка Григория Павловича о взыскании с контролирующих должника лиц – общества с ограниченной ответственностью «Угольная компания «Заречная» (далее по тексту – Угольная компания), Пивень Сергея Фёдоровича и Харитонова Виталия Геннадьевича солидарно в пользу Шахты «Заречная» 76 636 395 руб. в возмещение убытков, составляющих стоимость предмета залога по договору залога движимого имущества от 01.06.2009 с Банком.

Путём использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Кормилина Ю.Ю.) и Арбитражного суда Новосибирской области (судья Лузарева И.В.) в судебном заседании приняли участие:

в помещении Арбитражного суда Кемеровской области – представитель Харитонова Виталия Геннадьевича – Захаров Д.Н. по доверенности от 11.11.2019;

в помещении Арбитражного суда Новосибирской области: представитель акционерного общества «Чешский экспортный банк» – Гривнева И.Г. по доверенности от 20.12.2018, представитель Харитонова В.Г. – Земнухов Д.Ю. по доверенности от 11.11.2019, представитель Пивень С.Ф. – Семёнова Е.А. по доверенности от 30.10.2018.

Суд установил:

определением Арбитражный суд Кемеровской области от 08.04.2019, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2019, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должником отказано.

Банк обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение арбитражного суда от 08.04.2019 и постановление апелляционного суда от 05.08.2019, принять новый судебный акт об удовлетворении заявления конкурсного управляющего и взыскании с контролирующих должника лиц стоимости утраченного предмета залога в размере 76 636 395 руб. в возмещение убытков.

В обоснование жалобы её податель ссылается на неправильное применение судами нормы материального права – статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – Гражданский кодекс), без учёта разъяснений, данных в пунктах 2, 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее по тексту – Постановление Пленума № 62),

Кассатор считает, что имеются доказательства наличия всех элементов, необходимых для взыскания убытков с руководителей должника, а именно: наличие убытков в виде утраты части имущества, являющегося предметом залога Банка, – крепи в количестве 55 единиц и аппаратуры управления; незаконные действия контролирующих должника лиц в виде передачи в аренду открытому акционерному обществу «Шахтоуправление Анжерское» (далее по тексту – Шахтоуправление) по договору аренды от 06.10.2011 заложенного имущества; а также причинно-следственная связь между причинением убытков и действиями Угольной компании – исполнительного органа должника в лице её директора – Харитонова В.Г., исполнявшего должностные обязанности в период с 16.06.2008 по 10.10.2013, и бездействием последующего директора – Пивень С.Ф.

По мнению Банка, акт приёма-передачи от 01.07.2014 по договору аренды от 06.10.2011 № 01, якобы, подтверждающий возвращение арендатором арендованного имущества, является мнимой сделкой, поскольку фактически оно не было передано Шахте «Заречная», о чём свидетельствуют составленные позднее документы: письмо Шахтоуправления от 08.08.2014 в адрес Угольной компании, в котором арендатор предлагает арендодателю досрочно расторгнуть договор аренды и подписать акт приёма-передачи оборудования; акт приёма-передачи от 22.08.2016, по которому арендатор возвратил Шахте «Заречная» секции крепи (81 штука); инвентарные карточки Шахты «Заречная» и ответ Шахтоуправления от 16.07.2018, из которых следует, что после окончания договора аренды стороны фактически договорились о хранении части залога.

Как считает кассатор, его убытки состоят в прямой причинно-следственной связи с действиями Харитонова В.Г. и Угольной компании и бездействием Пивень С.Ф.; выразившимися в нарушении условий договора залога от 01.06.2009 (пункт 5.07) и положений пункта 2 статьи 346 Гражданского кодекса передачей имущества в аренду, а затем на хранение третьих лиц без согласия залогодержателя и без его уведомления о нахождении имущества у третьих лиц.

Харитонов В.Г., Пивень С.Ф. в отзывах на кассационную жалобу опровергают изложенные в ней доводы, просят оставить принятые судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Конкурсный управляющий Шахтой «Заречная» в своём отзыве указал на обоснованность доводов кассатора.

В заседании суда кассационной инстанции участники процесса поддержали каждый свои доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на неё.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене, а обособленный спор направлению на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции.

Как следует из материалов дела, между Банком (залогодержатель) и Шахтой «Заречная» (залогодатель) был заключён договор залога движимого имущества от 01.06.2009, по которому должник передал в залог Банку в качестве обеспечения исполнения кредитного договора следующее имущество: крепь MVPO 2008 (0,7/2,1) в количестве 136 штук, аппаратуру управления (САУК) в количестве 1 штуки, конвейер лавный CZK190/800-207 м (прямой мересып) с ЗИП в количестве 1 штуки, перегружатель 05/Р3 (64 м) с ЗИП (без дробилки DU 2) в количестве 1 штуки, маслостанцию НА 200/320 Р1 в количестве 2 штук, пускатель APK9U (9 контрактов) в количестве 1 штуки, дизелевоз BIZON 120 в количестве 6 штук.

В последующем между Шахтой «Заречная» (арендодатель) в лице генерального директора Угольной компании Харитонова В.Г. и Шахтоуправлением (арендатор) заключён договор аренды от 06.10.2011 № 01 (в редакции дополнительного соглашения от 20.04.2012 № 1), по условиям которого арендодатель передаёт, а арендатор принимает во временное владение и пользование (в аренду) горношахтное оборудование: крепь механизированная передвижная шахтная с гидравлическим приводом MVPO 2800 (0,72/2.1), заводские номера с 1 по 136 включительно, в количестве 136 штук, аппаратура управления (MARCO) – 1 штука, на срок – 3 года с момента передачи оборудования по акту приёма-передачи (пункт 1.5 договора).

В пункте 1.3 договора аренды (в редакции дополнительного соглашения № 1) определена стоимость арендованного оборудования – 14 848 072,92 Евро с учётом НДС 18 %.

Из пункта 1.6 договора аренды следует, что арендатор уведомлён о нахождении оборудования, передаваемого в аренду, в залоге у Банка на основании договора залога от 01.06.2009 сроком до 31.01.2015. 

Подписавшая от имени Шахты «Заречная» договор аренды от 06.10.2011 Угольная компания в лице её генерального директора Харитонова В.Г. осуществляло полномочия единоличного исполнительного органа должника в период с 10.10.2008 по 19.11.2017, а Харитонов В.Г. в период с 16.06.2008 по 10.10.2013 являлся её генеральным директором.

В период с 16.06.2014 по 17.11.2014 генеральным директором Угольной компании был Пивень С.Ф.

В письме от 08.08.2014 Шахтоуправление предложило Шахте «Заречная» расторгнуть с 01.07.2014 договор аренды от 06.10.2011.

В последующем Шахтоуправление прекратило свою деятельность в связи с ликвидацией, о чём в Единый государственный реестр юридических лиц реестр внесена запись от 06.11.2018 № 2184205644445.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что Харитонов В.Г., будучи генеральным директором Угольной компании – учредителя Шахты «Заречная» и её единоличного исполнительного органа, заключил договор аренды заложенного имущества без согласия залогового кредитора – Банка, а Пивень С.Ф. – не расторг договор аренды и не предпринял мер к возврату арендованного имущества, часть которого была утрачена, действовали недобросовестно и в результате их действий (бездействия) должнику и его кредиторам причинены убытки в виде уменьшения конкурсной массы, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции пришёл к выводу о недоказанности совокупности условий, необходимых для наступления ответственности Угольной компании, Харитонова В.Г. и Пивень С.Ф. в виде возмещения убытков.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Между тем суды не учли следующее.

Единоличный исполнительный орган должен действовать в интересах возглавляемого им юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор обязан возместить убытки, причиненные юридическому лицу допущенным нарушением (статья 53.1 Гражданского кодекса в ныне действующей редакции или пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса в ранее действовавшей редакции, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»).

В силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса лицо, обратившееся за возмещением убытков, обязано доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлёкших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должником привёл доводы о недобросовестности и неразумности поведения единоличного исполнительного органа должника – Угольной компании в лице её генерального директора Харитонова В.Г., передавшего заложенное имущество в аренду Шахтоуправлению без согласия залогового кредитора – Банка, а также бездействия Пивень С.Ф. – не расторгнувшего договор аренды и не предпринявшего мер по возвращению арендованного имущества, в результате которых часть заложенного имущества утрачена, что повлекло уменьшение конкурсной массы и, соответственно, убытки для должника и его кредиторов.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и предоставляет доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия), указать на причины возникновения убытков, представить соответствующие доказательства. В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтёт такое поведение директора недобросовестным (статья 1 Гражданского кодекса), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора (абзацы четвёртый и пятый пункта 1 Постановления Пленума № 62).

Однако при разрешении настоящего спора ни Харитонов В.Г., ни Пивень С.Ф. не привели объяснения, оправдывающие их действия (бездействие) с экономической точки зрения, не раскрыли обстоятельств передачи заложенного имущества в аренду без согласия залогового кредитора – Банка (не привели разумные мотивы такого поведения), не доказали принятие мер по возвращению арендованного имущества Шахте «Заречная».

Вместе с тем суд первой инстанции, поддержанный судом апелляционной инстанции, неправильно распределив бремя доказывания, возложил на конкурсного управляющего обязанность по доказыванию того, что имущество, находившееся в аренде у Шахтоуправления, не возвращалось Шахте «Заречная» и в настоящее время утрачено.

При этом суд первой инстанции сослался на определение арбитражного суда от 05.06.2017 по настоящему делу, которым требование Банка в размере 207 879 310 руб. 90 коп. включено в реестр требований кредиторов должника как обеспеченное залогом движимого имущества по договору залога от 01.06.2009, учитывая представленную Банком выписку от 05.05.2017 из реестра уведомлений о залоге движимого имущества, в которой информация о выбытии предмета залога отсутствовала.

В то же время суд указал на то, что в материалы дела не представлено доказательств расторжения договора аренды от 06.10.2011, а также получения должником от арендатора крепей. 

Однако именно на Харитонове В.Г. и Пивень С.Ф. лежит бремя доказывания расторжения договора аренды от 06.10.2011 и возвращения арендованного имущества Шахте «Заречная». 

Вывод суда первой инстанции о недоказанности Банком осуществления им надлежащего контроля за залоговым имуществом, предъявления к должнику требований об обращении взыскания на предмет залога, о замене предмета залога либо требований о возмещении убытков также сделан при неправильном распределении бремени доказывания по спору о возмещении убытков. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 8 Постановления Пленума № 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты, например, путём применения последствий недействительности сделки, истребования имущества из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлёкшая причинение убытков юридическому лицу. Однако в случае, если юридическое лицо уже получило возмещение своих имущественных потерь посредством иных мер защиты, в удовлетворении требования к директору должно быть отказано.

В материалах настоящего дела не имеется доказательств того, что должник получил возмещение от Шахтоуправления.

При этом Шахтоуправление давало письменные пояснения об утрате (гибели) арендованного им у Шахты «Заречная» имущества – крепей в количестве 55 единиц и аппаратуры управления в результате эндогенного пожара, произошедшего в сентябре 2014 года в лаве № 1 пласта Румянцевского.

Как разъяснено в абзаце втором пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», при установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается.

В рассматриваемом случае передача Угольной компанией в лице её генерального директора Харитонова В.Г. заложенного имущества, принадлежащего Шахте «Заречная», в аренду Шахтоуправления без согласия залогового кредитора – Банка является как нарушением условий договора залога от 01.06.2009 (пункт 5.07), так и положений пункта 2 статьи 346 Гражданского кодекса

Если бы имущество не было передано в аренду или своевременно было возвращено должнику, то имущество было бы включено в конкурсную массу и требования Банка могли быть погашены. 

Поэтому из приведённых выше разъяснений применительно к фабуле настоящего дела следует, что судам необходимо было признать наличие презумпции причинной связи между действиями Угольной компании и Харитонова В.Г., бездействием Пивень С.Ф. и убытками Шахты «Заречная» и её кредиторов, в связи с чем бремя опровержения такой презумпции должно было быть переложено на ответчиков.

К представленному ответчиками в материалы дела акту возврата имущества по договору аренды от 01.07.2014, согласно которому крепи в количестве 136 штук демонтированы с шахты, перевезены в город Анжеро-Судженск, на улицу Челинская, 18 для передачи, а затем перевезены в город Полысаево для осмотра и подписания акта приёма-передачи, судам следует отнестись критически, поскольку, как указывает Банк, названные действия с таким имуществом, как крепи в количестве 136 штук, невозможно осуществить за один день.

Кроме того, составленные позднее документы: письмо Шахтоуправления от 08.08.2014 в адрес Угольной компании, в котором арендатор предлагает арендодателю досрочно расторгнуть договор аренды и подписать акт приёма-передачи оборудования; акт приёма-передачи от 22.08.2016, по которому арендатор возвратил Шахте «Заречная» секции крепи (81 штука); инвентарные карточки Шахты «Заречная» и ответ Шахтоуправления от 16.07.2018 свидетельствуют о том, что после окончания договора аренды имущество оставалось у Шахтоуправления.

Согласно положениям частей 1 и 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

При этом надо иметь в виду, что бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым, исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учётом характера правоотношения и положения в нём соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав. Недопустимо возлагать на сторону обязанность доказывания определённых обстоятельств в ситуации невозможности получения ею доказательств по причине нахождения их у другой стороны спора, недобросовестно их не раскрывающей.

В связи с этим сторона процесса вправе представить в подтверждение своих требований или возражений определённые доказательства, которые могут быть признаны судом минимально достаточными для подтверждения обстоятельств, на которые ссылается такая сторона, при отсутствии их опровержения другой стороной спора (доказательства prima facie). При этом нежелание второй стороны представить доказательства, подтверждающие её возражения и опровергающие доводы первой стороны, представившей доказательства, должно быть квалифицировано исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно, со ссылкой на конкретные документы, указывает процессуальный оппонент (постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11, от 08.10.2013 № 12857/12, от 13.05.2014 № 1446/14, определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 09.10.2015 № 305-КГ15-5805).

На основании изложенного, с целью установления обстоятельств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения настоящего спора, в частности, обстоятельств возвращения арендованного имущества Шахте «Заречная» либо его утраты (гибели), наличия или отсутствия имущества в натуре в конкурсной массе, обособленный спор подлежит направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьёй 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 08.04.2019 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 05.08.2019 по делу № А27-7656/2016 отменить. Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

 

Председательствующий                                                           О.В. Кадникова

 

Судьи                                                                                        М.Ю. Бедерина

 

                                                                                           Е.А. Куклева