Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

http://5aas.arbitr.ru/

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело

№ А24-3662/2022

г. Владивосток

10 июля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 10 июля 2023 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Е.Н. Шалагановой,

судей Д.А. Глебова, С.М. Синицыной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

общества с ограниченной ответственностью «ЛидерПроект»,

апелляционное производство № 05АП-3269/2023

на решение от 27.04.2023

судьи О.А. Душенкиной

по делу № А24-3662/2022 Арбитражного суда Камчатского края

по иску общества с ограниченной ответственностью «ЛидерПроект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

к ФИО2 (ИНН 

<

***>), ФИО3 (ИНН 

<

***>)

о взыскании 1 800 385,01 рублей,

при участии от общества с ограниченной ответственностью «ЛидерПроект»: представитель ФИО4 по доверенности от 24.05.2023 (в режиме веб-конференции), 

 

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЛидерПроект» (далее – ООО «ЛидерПроект») обратилось в арбитражный суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о взыскании солидарно в порядке субсидиарной ответственности 1 800 385,01 рублей убытков.

Решением Арбитражного суда Камчатского края от 27.04.2023 в иске отказано.

Не согласившись с вынесенным решением, ООО «ЛидерПроект» обратилось в апелляционный суд с жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований. В обоснование своей позиции апеллянт указывает, что ответчиками не предпринимались действия по надлежащему исполнению обязательств перед истцом, а также меры для предотвращения исключения контролируемого ими общества с ограниченной ответственностью «КамСтройКлюч» (далее – ООО «КамСтройКлюч», общество) из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ). Податель жалобы отмечает, что обязательства перед ним общество приняло при отсутствии недвижимого имущества и транспортных средств, с 2016 года прекратило сдавать бухгалтерскую отчетность, с 30.03.2016 - ведение операций по единственному банковскому счету. Настаивает на том, что обстоятельством, послужившим основанием для возникновения взысканных по делам № А24-2466/2018, А24-2465/2018 убытков, послужили неразумные действия ответчиков. Полагает неверным распределение судом первой инстанции бремени доказывания.

В заседании апелляционного суда представитель апеллянта поддержала доводы апелляционной жалобы в полном объеме.

Неявка в судебное заседание представителей ответчиков с учетом их надлежащего извещения о времени и месте проведения заседания не препятствовала коллегии в рассмотрении жалобы по существу в отсутствие подателя жалобы применительно к статье 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266-271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм процессуального и материального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующих обстоятельств. 

Из материалов дела апелляционным судом установлено, что решением Арбитражного суда Камчатского края от 03.07.2018 по делу № А24-2466/2018 с ООО «КамСтройКлюч» как покупателя в пользу ООО «ЛидерПроект» как поставщика взыскано 1 455 685,01 рублей, в том числе 1 428 401 рублей долга по договору поставки от 30.03.2016 № 2016-01/01 и 27 284,01 рублей расходов по оплате государственной пошлины, всего – 1 455 685, 01 рублей.

Решением Арбитражного суда Камчатского края по делу № А24-2465/2018, принятым в виде резолютивной части 02.07.2018, с ООО «КамСтройКлюч» как заказчика в пользу ООО «ЛидерПроект» как поставщика взыскано 335 000 рублей долга по договору на оказание услуг от 30.03.2016 № 01/2016/01 и 9 700 рублей расходов по оплате государственной пошлины, всего - 344 700 рублей.

Истцу выданы исполнительные листы серии ФС № 020271138 по делу № А24-2466/2018 и серии ФС № 020270625 по делу № А24-2465/2018, на основании которых судебным приставом-исполнителем 10.07.2019 в отношении ООО «КамСтройКлюч» возбуждены исполнительные производства № 37010/19/41017-ИП и № 37009/19/41017-ИП соответственно.

Постановлениями судебного пристава от 30.04.2020 исполнительные производства № 37010/19/41017-ИП, 37009/19/41017-ИП окончены в связи с невозможностью установления местонахождение должника, его имущества либо получения сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств и иных ценностей, находящихся на счетах, во вкладах или на хранении в банках или иных кредитных организациях.

31.12.2020 ООО «КамСтройКлюч» исключено из ЕГРЮЛ в связи с наличием в реестре сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Согласно позиции ООО «ЛидерПроект» именно недобросовестные действия учредителя и одновременно генерального директора ООО «КамСтройКлюч» ФИО2, а также второго учредителя названного общества ФИО3, осведомленных о наличии у общества неисполненных обязательств перед истцом и не предпринявших действий по исполнению этих обязательств, а также по предотвращению исключения общества из ЕГРЮЛ, повлекли причинение ООО «ЛидерПроект» убытков в размере сумм, взысканных в его пользу с ООО «КамСтройКлюч» решениями суда по делам                    № А24-2466/2018, А24-2465/2018.

Изложенное послужило основанием для обращения ООО «ЛидерПроект» в арбитражный суд с настоящим иском.

Исследовав и оценив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 271 АПК РФ правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения судебного акта в силу следующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) одним из способов защиты нарушенного права является возмещение убытков. При этом в соответствии с пунктом 1 статьи 1 ГК РФ необходимым условием применения способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права.

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с пунктом 3 статьи 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) в случае несостоятельности (банкротства) общества по вине его участников или по вине других лиц, которые имеют право давать обязательные для общества указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на указанных участников или других лиц в случае недостаточности имущества общества может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно пункту 3.1 названной статьи исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном Федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные ГК РФ для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в пунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

В указанной норме законодатель предусмотрел правовой механизм, компенсирующий негативные последствия прекращения правоспособности общества с ограниченной ответственностью без предваряющих его ликвидационных процедур, выражающийся в возможности кредиторов привлечь контролировавших общество лиц к субсидиарной ответственности, если их недобросовестными или неразумными действиями было обусловлено неисполнение обязательств общества.

Предусмотренная данной нормой ответственность является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановлении их имущественного положения.

При этом долг, возникший из субсидиарной ответственности, подчинен тому же правовому режиму, что и иные долги, связанные с возмещением вреда имуществу участников оборота (статья 1064 ГК РФ; пункт 22 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020)).

По смыслу пункта 3.1 статьи 3 Закона об ООО, рассматриваемого в системной взаимосвязи с положениями пункта 3 статьи 53, статей 53.1, 401, 1064 ГК РФ, образовавшиеся в связи с исключением из ЕГРЮЛ общества с ограниченной ответственностью убытки его кредиторов, недобросовестность и (или) неразумность действий (бездействия) контролирующих общество лиц при осуществлении принадлежащих им прав и исполнении обязанностей в отношении юридического лица, причинная связь между указанными обстоятельствами, а также вина таких лиц образуют необходимую совокупность условий для привлечения их к ответственности.

Как следует из правовой позиции, сформированной в Определении Верховного Суда Российской Федерации № 306-ЭС19-18285 от 30.01.2020 по делу № А65-27181/18, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов, и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению, равно как и неисполнение обязательств не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с названной нормой.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами. Бремя доказывания недобросовестности либо неразумности действий лиц, входящих в состав органов юридического лица, к которым относятся его участники, возлагается на лицо, требующее привлечения данных лиц к ответственности.

Исходя из изложенного, довод подателя жалобы о неверном распределении судом первой инстанции бремени юридически значимых обстоятельств по настоящему делу подлежит отклонению.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Юридически именно с обществом происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Так как любое общество, принимая на себя права и обязанности, исполняя их, действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц - руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) - предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

При рассмотрении вопроса об ответственности руководителей должника необходимо иметь в виду, что физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной, так и для деликтной ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, на основании статей 15, 1064 ГК РФ необходимо наличие у потерпевшего лица убытков, противоправность действий причинителя вреда и причинно-следственной связи между данными фактами.

При этом само по себе наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не влечет субсидиарной ответственности участника (руководителя) общества, поскольку презюмируется, что ситуация невозможности исполнения должником принятых на себя обязательств обусловлена в первую очередь причинами экономического характера, а не наличием умысла со стороны руководителя должника, действия которого признаются не выходящими за пределы обычного разумного делового риска даже при наличии негативных последствий принятия им управленческих решений, поскольку возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

К недобросовестному поведению с учетом всех обстоятельства дела может быть отнесено избрание участником (учредителем) таких моделей ведения хозяйственной деятельности и (или) способов распоряжения имуществом юридического лица, которые приводят к уменьшению его активов и не учитывают собственные интересы юридического лица, связанные с сохранением способности исправно исполнять обязательства.

Вывод о неразумности поведения участников (учредителей) юридического лица может следовать, в частности, из возникновения ситуации, при которой лицо продолжает принимать на себя обязательства, несмотря на утрату возможности осуществлять их исполнение (недостаточность имущества), о чем контролирующему лицу было или должно быть стать известным при проявлении должной осмотрительности.

Суд оценивает существенность влияния действия (бездействия) контролирующего лица на поведение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и невозможностью погашения требований кредиторов.

Указанные правовые выводы были сделаны Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 03.11.2022 № 305- ЭС22-11632 по делу № А40-73945/2021.

Вместе с тем из материалов настоящего дела нельзя сделать безусловный вывод о том, что неисполнение ООО «КамСтройКлюч» денежных обязательств по заключенным с ООО «ЛидерПроект» договору поставки от 30.03.2016 № 2016-01/01, договору на оказание услуг от 30.03.2016 № 2016-01/01 вызвано неразумными (недобросовестными) действиями ответчиков, а отмеченное апеллянтом отсутствие у общества недвижимого имущества и транспортных средств при недоказанности того, что такое отсутствие вызвано действиями ответчиков (в частности, по выводу активов общества, по отчуждению имущества в пользу фирм-«однодневок», заведомо неспособных рассчитаться за него и пр.), в пользу такого вывода не свидетельствует.

Несовершение обществом действий по сдаче бухгалтерской отчетности после 2016 года, отсутствие движение по счету, являясь в силу пункта 1 статьи 21.1 Федерального  закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (далее - Закон № 129-ФЗ) признаками недействующего юридического лица, не могут в рассматриваемом случае трактоваться в пользу позиции истца, поскольку, во-первых, названные признаки являются формальными и сами по себе не указывают на прекращение деятельности юридического лица. Кроме того, обстоятельства, в связи с которыми общество стало обладать признаками недействующего юридического лица, возникли после (а не до) вступления в договорные отношения с ООО ЛидерПроект», что исключает вывод о принятии последним обязательств при отсутствии намерения и возможности их исполнения.

Таким образом, на основании анализа всей совокупности имеющихся в материалах дела доказательств апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований полагать, что неисполнение обязательств перед истцом явилось прямым следствием недоборсовестных действий ответчиков.

Таким образом, апелляционная коллегия поддерживает вывод суда первой инстанции о недоказанности наличия состава правонарушения в действиях (бездействии) ответчиков, и как следствие, об отсутствии оснований для их привлечения к субсидиарной ответственности по долгам ООО «КамСтройКлюч» перед истцом.

Кроме того, пунктами 3 и 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ установлены гарантии, направленные на защиту прав кредиторов предстоящим исключением. Из совокупности приведенных норм следует, что кредиторы исключаемых из ЕГРЮЛ недействующих юридических лиц, при отсутствии со стороны регистрирующего органа нарушений пунктов 1 и 2 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, реализуют право на защиту своих прав и законных интересов в сфере экономической деятельности путем подачи в регистрирующий орган заявлений в порядке, установленном пунктом 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ, либо путем обжалования исключения юридического лица из ЕГРЮЛ в сроки, установленные пунктом 8 статьи 22 Закона об ООО.

Учитывая открытость информации и отсутствие обязанности регистрирующего органа информировать заинтересованных лиц иным способом (соответствующие сведения размещаются в органах печати, а также в сети Интернет на сайте Федеральной налоговой службы России (Приказ Федеральной налоговой службы от 16 июня 2006 года № САЭ-3-09/355@)) о ликвидации юридического лица, заинтересованные лица вправе самостоятельно отслеживать информацию об обществе и принимаемых налоговой инспекцией решениях о предстоящем исключении общества из ЕГРЮЛ.

Разумный и осмотрительный участник гражданского оборота не лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Таким образом, истец как лицо, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением ООО «КамСтройКлюч» из ЕГРЮЛ, проявив достаточную степень заботливости и осмотрительности, имел возможность выполнить требования пункта 4 статьи 21.1 Закона № 129-ФЗ и направить в регистрирующий орган соответствующее заявление, свидетельствующее о несогласии с исключением общества из ЕГРЮЛ.

Вместе с тем доказательств совершения истцом таких действий, равно как и сведений об обжаловании истцом исключения ООО «КамСтройКлюч» из ЕГРЮЛ в порядке пункта 8 статьи 22 Закона № 129-ФЗ, в материалах дела не имеется.

Доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку выводов суда первой инстанции, поскольку, не опровергая выводов суда, они сводятся исключительно к несогласию с оценкой установленных обстоятельств по делу, что не может рассматриваться в качестве основания для отмены судебного акта.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают нарушений судом норм права, в связи с чем не имеется оснований для отмены судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 АПК РФ, Пятый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Камчатского края от 27.04.2023  по делу №А24-3662/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Камчатского края в течение двух месяцев.

 

Председательствующий

 

Е.Н. Шалаганова

Судьи

Д.А. Глебов

 

С.М. Синицына