Арбитражный суд Республики Тыва

Кочетова ул., д. 91, г. Кызыл, 667000, тел. (39422) 2-11-96 (факс) 

http://www.tyva.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А69-2455/2021

г. Кызыл

14 апреля 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 07 апреля 2022 года. Полный текст решения изготовлен 14 апреля 2022 года.

Судья Арбитражного суда Республики Тыва Хайдып Н.М., 

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи и составлении протокола в письменной форме секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Акционерного общества «Грузовое автомобильное акционерное общество № 2» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Тыва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)   

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2 (ОГРНИП 304170109900064, ИНН 

<

***>) и ФИО2 (ОГРНИП 312171911700037, ИНН 

<

***>),

о признании недействительным решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700,

при участии:

от заявителя: ФИО3 – генерального директора по приказу от 26.10.2020 № 130, ФИО4 – представителя по доверенности от 17.05.2021, диплом, 

от заинтересованного лица: представителя ФИО5 по доверенности от 10.01.2022, диплом, 

третьего лица Товарищтая ФИО6 - по паспорту,   

установил:

Акционерное обществе «Грузовое автомобильное акционерное общество № 2» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – заявитель, общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Тыва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) (далее – налоговый орган) о признании недействительным решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700.

Определением суда от 05.10.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены индивидуальный предприниматель ФИО2 и индивидуальный предприниматель ФИО2. 

Надлежаще уведомленное третье лицо – ФИО2 (расписка от 16.12.2021) в судебное заседание не явился. Определение, выполненное в форме электронного документа, размещено на официальном сайте Арбитражного суда Республики Тыва в сети "Интернет": http://www.tyva.arbitr.ru, а также в общедоступной автоматизированной системе "Картотека арбитражных дел" (http://kad.arbitr.ru). Заявлений/ходатайств к судебному заседанию от третьего лица не поступало. 

Дело слушается в отсутствие надлежаще уведомленного третьего лица в порядке ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель заявителя поддержал доводы, изложенные в заявлении и озвученные ранее, пояснил, что при детальном ознакомлении с представленными в суд материалами проверки выяснилось, что большое количество материалов налоговой проверки, которые предоставлялись по требованию налогового органа, фактически не были предоставлены суду. Расчеты произведены без учета замечаний и представленных документов общества. 

Второй представитель заявителя также указала, что налоговым органом указано об отсутствии подтверждающих документов, хотя по всем счетам первичные документы отражались, и налоговый орган в полном объеме располагал надлежащей информацией.

Представитель заинтересованного лица не согласилась с заявленным требованием по доводам, изложенным в отзыве на заявление, в пояснениях, также отметила, что все доводы общества были оценены налоговым органом и выводы сделаны в оспариваемом решении. 

Третье лицо поддержал ранее озвученные доводы, дополнил, что когда дробят бизнес, дробят тот, который является основным, то есть при дроблении не отказываются от основного бизнеса. Основной деятельностью общества была аренда нежилым недвижимым имуществом, а не торговля розничная, в том числе, нефтепродуктами на АЗС. Налоговый орган не доказал фактическое «дробление» бизнеса между обществом и индивидуальными предпринимателями.

Изучив материалы дела, арбитражный суд установил:

Согласно выписке из Единого государственного реестра от 30.08.2021  акционерное общество «Грузовое Автомобильное Акционерное Общество - 2» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 

<

***>.

Основным видом деятельности до 30.05.2019 являлась перевозка грузов специализированными автотранспортными средствами (ОКВЭД 49.41.1), с 30.05.2019 – аренда и управление собственным и арендованным нежилым недвижимым имуществом (ОКВЭД 68.20.2).

Как следует из материалов дела, на основании решения от 28.03.2019 № 1/1700 налоговым органом в отношении общества проведена повторная выездная налоговая проверка в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку. Повторная выездная налоговая проверка проведена в отношении упрощенной системы налогообложения, налога на прибыль организаций, налога на добавленную стоимость, налога на имущество организаций, транспортного налога, земельного налога, налога на доходы физических лиц (налоговый агент) за период с 01.01.2016 по 31.12.2016. 

По результатам проверки 20.12.2019 составлен акт выездной налоговой проверки № 06-30-01, дополнение к акту налоговой проверки от 12.10.2020 № 06-34-01/01. 

По итогам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки налоговым органом принято решение об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700 в связи с истечением срока давности привлечения к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, доначислен налог на добавленную стоимость в размере 3 759 168,88 руб., а также начислены пени по состоянию на 25.11.2020 в размере 1 382 658,02 руб.

Указанное решение общество обжаловало в вышестоящий налоговый орган.

Решением Межрегиональной инспекции Федеральной налоговой службы по Сибирскому Федеральному округу от 19.05.2021 № 08-11/0798 оспариваемое решение налогового органа об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700 оставлено без изменения.

Общество, признав, что решение налогового органа от 25.11.2020 № 3/1700 вынесено незаконно и необоснованно, обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, заслушав доводы лиц, участвующих в деле, оценив представленные доказательства, арбитражный суд находит заявленные требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно пункту 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим Кодексом.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьями 7, 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равенства сторон. В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

В силу пункта 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействий) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливают, нарушают ли оспариваемый акт, решений и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащим полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли или совершили действие (бездействие) (пункт 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными. 

Таким образом, для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными суд должен установить совокупность следующих условий: 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту; 

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Исходя из изложенного, в силу положений части 1 статьи 65, части 1 статьи 198, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на налоговый орган возлагается бремя доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону, а на общество - бремя доказывания нарушения прав и охраняемых законом интересов.

Проверив порядок проведения проверки и рассмотрения материалов выездной налоговой проверки, суд с учетом положений статей 89, 100, 101 Налогового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о соблюдении налоговым органом процедуры проведения проверки, рассмотрения материалов выездной налоговой проверки и принятия оспариваемого решения. 

При этом довод заявителя о незаконности проведения повторной выездной налоговой проверки суд признает несостоятельным в силу следующего.

Согласно подпункту 1 пункта 10 статьи 89 Налогового кодекса Российской Федерации повторная выездная налоговая проверка налогоплательщика может проводиться вышестоящим налоговым органом в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку. 

Конституционный Суд Российской Федерации, проверяя конституционность данного положения, в Постановлении от 17.03.2009 № 5-П пришел к выводам о том, что проверка нижестоящего налогового органа, которая позволяет определить, насколько эффективны, законны и обоснованны принимаемые им решения, устранить недостатки в его работе и улучшить механизм взимания налогов для наиболее полной реализации публичной функции налога, невозможна без обращения к ранее проведенным мероприятиям налогового контроля в отношении конкретного налогоплательщика, в том числе без анализа его налоговой и бухгалтерской отчетности и фактических обстоятельств осуществляемой им предпринимательской деятельности. Повторная выездная налоговая проверка в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего первоначальную выездную налоговую проверку (в силу того, что перечень возможных мероприятий, а также способ, методы и порядок их проведения аналогичны элементам выездной налоговой проверки, проводимой в общем порядке), является повторной выездной налоговой проверкой по отношению к деятельности самого налогоплательщика и соблюдению именно им законодательства о налогах и сборах. Осуществляя повторную выездную налоговую проверку с целью контроля деятельности нижестоящего налогового органа, вышестоящий налоговый орган фактически заново и в полном объеме проверяет деятельность налогоплательщика за тот налоговый период, который уже был предметом выездной налоговой проверки. В результате не исключается – на основе повторного изучения тех же документов, исследования тех же фактических обстоятельств – переоценка выводов, сделанных в ходе первоначальной выездной налоговой проверки, и, соответственно, принятие юрисдикционного акта, которым по-новому определяются конкретные права и обязанности налогоплательщика применительно к тому же налоговому периоду, в том числе могут быть выявлены недоимки по налогам и начислены соответствующие пени. 

Согласно пункту 81 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 57) и правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.07.2009 № 5172/09, при рассмотрении жалобы налогоплательщика вышестоящим налоговым органом не может быть принято решение о взыскании с налогоплательщика дополнительных налоговых платежей, пеней, штрафов, не взысканных оспариваемым решением налогового органа, поскольку иной подход создавал бы налогоплательщику препятствия для свободного волеизъявления в процессе реализации им права на обжалование вынесенного в отношении него решения. Принятие вышестоящим налоговым органом по результатам рассмотрения апелляционной жалобы налогоплательщика решения о дополнительном взыскании с него указанных сумм фактически означает осуществление контроля за деятельностью нижестоящего налогового органа вне процедуры, определенной пунктом 10 статьи 89 Кодекса. 

Таким образом, установив обстоятельства, согласно которым с налогоплательщика могут быть взысканы налоговые платежи, не перечисленные в резолютивной части оспариваемого решения налогового органа, вышестоящий налоговый орган не лишен возможности провести повторную выездную налоговую проверку (в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего первоначальную выездную налоговую проверку) согласно подпункту 1 пункта 10 статьи 89 Кодекса и принять с учетом ее результатов соответствующее решение. 

В рассматриваемом случае налоговым органом реализован механизм, предоставленный ему положениями пунктом 10 статьи 89 Налогового кодекса Российской Федерации, и какие-либо злоупотребления правом в действиях налогового органа отсутствуют.

Досудебный порядок обжалования решения налогового органа и срок для обращения с заявлением в арбитражный суд обществом соблюдены.

С учетом изложенного судом не выявлено оснований для признания обоснованным доводов общества в части нарушения налоговым органом порядка проведения проверки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщики обязаны своевременно и в полном размере уплачивать налоги, представлять налоговым органам необходимые для исчисления и уплаты налогов документы и сведения. 

В Налоговом кодексе Российской Федерации применение упрощенной системы налогообложения установлено главой 26.2 «Упрощенная система налогообложения», особенности использования которой как специального налогового режима предусмотрены положениями статьи 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации. Организации, перешедшие на уплату налога, взимаемого в связи с применением данной системы налогообложения, по общему правилу, освобождаются от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, налога на имущество организаций, указанные лица не признаются плательщиками налога на добавленную стоимость. 

Объектом налогообложения и налоговой базой при применении упрощённой системы налогообложения может быть один из двух показателей: 

-доходы (применяется ставка 6%); 

-доходы, уменьшенные на величину расходов (применяется ставка 15%). 

Право выбора объекта в общем случае принадлежит налогоплательщику (п. 2 ст. 346.14 НК РФ).

Согласно материалам дела общество в проверяемый период применяло упрощенную систему налогообложения, выбрав в качестве объекта налогообложения – доходы, уменьшенные на величину расходов (ставка 15%). 

Согласно уставу целью создания общества является извлечение прибыли при осуществлении следующих видов деятельности:

- перевозка грузов и транспортно-экспедиционное обслуживание предприятий, организаций и населения;

  - оптовая и розничная реализация: горюче-смазочных материалов, запасных частей, промышленных, строительных, хозяйственных товаров, моющих средств и отделочных материалов, продовольственных товаров, лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения, в том числе, наркотических, психотропных веществ, сильнодействующих веществ списка ПККН, препаратов списка А, медицинского этилового спирта, медицинской закиси азота, кислорода;

- общественное питание (бар, кафе, закусочная, бистро и т.д.);

- сервисное обслуживание автотранспортных средств;

- ремонт машин, оборудования;

- автомобильные стоянки;

- строительно-монтажные работы.

Основным видом деятельности являлась перевозка грузов специализированными автотранспортными средствами (код ОКВЭД 49.41.1). С 30.05.2019 основным видом деятельности определена аренда и управление собственным или арендованным нежилым недвижимым имуществом.

Участниками общества являлись Государственный комитет Российской Федерации по управлению государственным имуществом, физические лица – ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11

Руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества – генеральным директором, который подотчетен совету директоров общества и общему собранию акционеров.

С момента государственной регистрации по 26.07.2018 генеральным директором общества являлся ФИО7; в период с 27.07.2019 по 04.09.2019 генеральным директором являлась ФИО12 Чечена Кий-ооловна; с 05.11.2019 по настоящее время – ФИО3.

В состав директоров общества входят: 

ФИО7 (отец, генеральный директор),

ФИО13 (мать),

ФИО14 (дочь, заместитель генерального директора),

ФИО10 (начальник ремонтных мастерских),

ФИО11 (главный бухгалтер),

ФИО2 (зять, заместитель генерального директора).

Из членов совета директоров ФИО2 согласно свидетельству серии 17 № 00070754 от 08.04.2004 имеет статус индивидуального предпринимателя.

В ходе проведения повторной проверки, проведенной в порядке контроля за деятельностью налогового органа, проводившего проверку за период 2016 год, налоговый орган пришел к выводу, что обществом создана схема «дробления бизнеса» с привлечением взаимозависимых индивидуальных предпринимателей ФИО2 и ФИО2 с целью получения права на применение специального режима налогообложения в виде уплаты единого налога при УСН. Согласно выводам налогового органа создание схемы позволило ОАО «ГААО-2» минимизировать свои налоговые обязательства путем передачи деятельности по розничной реализации ГСМ лицам, не имеющим имущественной и финансовой самостоятельности, юридически и экономически подконтрольным обществу, являющимися взаимозависимыми, находясь в родственных (семейных) отношениях.

Оспаривая данный вывод налогового органа, общество указывало на то, что налоговый орган не доказал противозаконность действий (бездействия) общества. В проверяемый 2016 год период акционерное общество и индивидуальные предприниматели осуществляли разные самостоятельные виды деятельности, занимались розничной продажей моторного топлива через арендуемые АЗС акционерного общества. Налоговым органом в материалы проверки не представлены доказательства того, что контрагенты акционерного общества и ИП ФИО2, ИП ФИО2 воспринимали их как единое целое, что могло бы подтвердить вывод налогового органа об искусственном дроблении бизнеса. Индивидуальные предприниматели самостоятельно арендовали АЗС, заключали и исполняли текущие хозяйственные договоры с разными контрагентами, нанимали и увольняли сотрудников, выплачивали им заработную плату, платили налоги, самостоятельно управляли своими активами и ресурсами. Учитывая самостоятельность участников сделок, отсутствие формального характера взаимоотношений сторон сделок, недвижимое имущество (АЗС) после передачи в аренду акционерным обществом в своей деятельности не использовалось. Решение налогового органа о получении акционерным обществом необоснованной налоговой выгоды не соответствует положениям налогового законодательства и нарушает права акционерного общества. Основным доводом налогового органа являлась именно взаимозависимость акционерного общества и предпринимателей, тогда как сам по себе факт взаимозависимости не является основанием для консолидации их финансовых показателей, так как каждый осуществлял самостоятельную хозяйственную деятельность и нес свою часть налогового бремени, относящегося к этой деятельности. 

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53), представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы. Под налоговой выгодой согласно пункту 1 вышеназванного Постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. 

В силу пункта 3 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, в частности, в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами.

Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской деятельности или иной экономической деятельности (пункт 4 Постановления № 53). 

Согласно пункту 5 Постановления № 53 о необоснованности налоговой выгоды могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы налогового органа о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета. 

В соответствии с пунктом 6 Постановления № 53 следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной: создание организации незадолго до совершения хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика; осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование посредников при осуществлении хозяйственных операций. 

Однако эти обстоятельства в совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5 Постановления № 53, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. 

В соответствии с позицией, изложенной в пункте 9 Постановления № 53, установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности. 

Согласно пункту 10 Постановления № 53 налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. 

При оценке обоснованности налоговой выгоды судом могут учитываться такие обстоятельства, как: особенности корпоративной структуры (история создания взаимозависимых лиц, причины их реорганизации и др.), практика принятия управленческих решений внутри группы взаимозависимых лиц, использование общих трудовых и производственных ресурсов, особенности гражданско-правовых отношений внутри группы. 

Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении от 09.04.2013 № 15570/12 отметил, что само по себе учреждение налогоплательщиком нового хозяйствующего субъекта не говорит о формальном разделении бизнеса, целью которого является получение необоснованной налоговой выгоды. Так, если налогоплательщик и вновь учрежденное лицо осуществляют самостоятельные виды деятельности, которые не являются частью единого производственного процесса, направленного на достижение общего экономического результата, основания для признания налоговой выгоды необоснованной отсутствуют. 

Таким образом, основанием для признания налоговой выгоды необоснованной является создание (выделение) юридического лица исключительно для уменьшения налоговой нагрузки без цели ведения фактической предпринимательской деятельности; осуществление налогоплательщиком и вновь учрежденным юридическим лицом деятельности, фактически являющейся единым производственным процессом. 

При проведении проверки налоговым органом установлено, что экономическая деятельность общества и предпринимателей ФИО2 и ФИО2 является взаимосогласованной, направленной исключительно на получение налоговой экономии (минимизации налогообложения) с целью соблюдения предельного размера дохода, дающего право на применение упрощенной системы налогообложения (далее – УСН). 

Так, налоговым органом установлено, что дробление одного бизнеса происходит между тремя аффилированными лицами (общество, ФИО2 И., Товарищтай ФИО6), применяющими специальные системы налогообложения (УСН); прямая взаимозависимость (аффилированность) участников схемы дробления бизнеса (родственные отношения, участие в органах управления); предприниматели в близком родстве с руководителями общества, что оказывает влияние на условия или экономические результаты их деятельности; применение схемы дробления бизнеса оказало влияние на условия и экономические результаты деятельности заявителя, в том числе на налоговые обязательства, которые значительно уменьшились; участники схемы дробления бизнеса осуществляли один вид основной деятельности - розничная торговля моторным топливом, используют одно и то же имущество (транспортные средства, АЗС, ККТ), расчетные счета открыты в одном банке (Восточный банк Сбербанка РФ); заявитель имеет в собственности два АЗС и транспорт для перевозки опасных грузов ГСМ, подконтрольные индивидуальные предприниматели не имеют в собственности основных средств и транспортных средств, то есть отсутствие у подконтрольного лица собственных производственных мощностей, без которых не представляется возможным осуществление предпринимательской деятельности самостоятельно и независимо от внешних факторов; ФИО2 является одновременно работником общества, членом совета директоров и супругом его участника, осуществляет предпринимательскую деятельность по адресу организации, несет расходы, связанные с арендой нежилых помещений АЗС; использование участниками схемы одних и тех же вывесок, обозначений, наличие одного фирменного стиля - оформление АЗС в едином стиле АО «ГААО-2» в виде «G2»; основные расчетные счета предпринимателей и общества открыты в одних банках, расчеты с поставщиками производятся синхронно в один день; руководители общества имеют право распоряжаться деньгами на счетах предпринимателей; отсутствие у подконтрольных лиц, принадлежащих им основных и оборотных средств, которые арендуют нежилые помещения, относящиеся к собственности выгодоприобретателя, договоры аренды носят формальный характер; главный бухгалтер общества принимает участие в контроле бухгалтерского и налогового учету у предпринимателей, бухгалтер общества наделена всеми правами представительствовать в налоговом органе от имени предпринимателя; несение расходов обществом за предпринимателей, общество оплачивает услуги связи, «Интернет», коммунальные услуги в полном объеме за предпринимателей; IP-адреса используемых компьютеров совпадают; имели одних и тех же поставщиков, заказчиков, с основной компанией. Нефтепродукты приобретаются у одного предпринимателя ФИО15; отсутствие деловой цели в создании предпринимателей, занимающихся одним видом деятельности по адресам общества и использующих технику общества; не имели собственные трудовые ресурсы, так как работники, находясь на рабочем месте, формально передавались от общества к предпринимателям и от одного предпринимателя к другому предпринимателю, условия должностных обязанностей не менялись, работники предпринимателей фактически были работниками организации, использование проверяемым налогоплательщиком и подконтрольным ему лицом одних и тех же трудовых ресурсов; отсутствие собственных источников дохода или самостоятельного ведения финансовой деятельности с момента создания организаций и регистрации предпринимательской деятельности, то есть не имели возможности самостоятельно осуществлять свою деятельность без первоначального капитала; ФИО2 до 2011 года представлял в налоговый орган «нулевые» декларации, то есть необходимых средств для поднятия бизнеса не имел, а ФИО2 до регистрации в качестве предпринимателя не имел первоначального капитала в качестве самостоятельного бизнеса и до регистрации в качестве предпринимателя являлся студентом; создание участников схемы с целью соблюдения условия, необходимых для применения УСН, показатель деятельности группы аффилированных лиц - получаемый доход превышает предельное значение, ограничивающее право на применение специальной системы налогообложения; представление интересов по взаимоотношениям с государственными органами и иными контрагентами (не входящими в схему дробления бизнеса) осуществляется одними и теми же лицами; агентские договоры заявителя с предпринимателями являются частью схемы уклонения от налогов, с целью «дробления» бизнеса, позволяющей применять УСН. 

Суд признает данные выводы подтверждающимися материалами дела. 

Анализ финансово-хозяйственной деятельности общества с привлечением двух предпринимателей, применяющих УСН для оказания услуг по реализации товаров, начиная с августа 2011 года, с момента введения взаимозависимого лица ФИО2, являющегося одновременно заместителем генерального директора по правовым вопросам и членом Совета директоров общества, по май 2012 года, в котором введен ФИО2, подтверждает факт отсутствия конкретной разумной хозяйственной цели и направленности действий с целью исключительной налоговой экономии. 

Данное обстоятельство способствовало привлечению обществом второго предпринимателя для сохранения возможности применения и обществом и ФИО2 специального налогового режима в виде УСН. 

Материалами дела подтверждается, что у предпринимателей усматривается планомерность и целенаправленность действий общества по уходу от налогообложения по общей системе налогообложения и формальном выполнении условий для применения УСН и уплаты налогов в минимальном размере, налоговая нагрузка организации снизилась более чем в 3 раза. Так, налоговая нагрузка группы аффилированных лиц, участвующих в схеме «дробления» бизнеса, составила: в 2013 году - 1,5%, в 2014 году - 1,28%, 2015 году - 1,55%, 2016 году - 1,34%. До начала применения схемы налоговая нагрузка общества превышала 4%. 

Анализ начислений по налогу на прибыль организаций, налогу на добавленную стоимость и налогу на имущество показал, что общество, находясь на общей системе налогообложения, уплачивало налоги в 2009 году в сумме 5 550 794 руб., в 2010 году в сумме 4 945 921 руб. После применения обществом схемы «дробления бизнеса» путем распределения доходов между взаимозависимыми лицами с 2013 года в совокупности по трём участникам «схемы» налог в бюджет уплачивался в размере 1 724 485 руб., т.е. объем поступлений в бюджет Российской Федерации уменьшился более чем в три раза. 

Согласно пояснениям общества, им с учетом конъюнктуры рынка в 2011 году принято решение о прекращении хозяйственной деятельности по продаже нефтепродуктов на АЗС, а также фармацевтической деятельности на принадлежащих аптеках общества и торговой деятельности товарами потребления. Деятельность общества была переориентирована на извлечение прибыли от сдачи принадлежащего обществу имущества в аренду. Общество указывает, что переориентирование видов деятельности в 2011 году основано исключительно на экономической целесообразности.

Между тем, из материалов проверки следует, что фактически при заключении агентских договоров управление по приобретению (поставке) и перевозке нефтепродуктов осталось за обществом, то есть без фактического изменения организацией управлением бизнесом. Доход от реализации горюче-смазочного материала (далее – ГСМ) на АЗС являлся основным видом деятельности общества. Так, доля дохода в общей сумме полученных доходов составляла в 2007 году - 87,5%, 2008 году - 88,6%, 2009 году - 85,5%, 2010 году - 86,5%. Следовательно, пояснения, представленные обществом, не отображают сущность деловой цели произведенных действий. Осуществление в дальнейшем деятельности предпринимателей на АЗС, переданных по договору аренды, указывает на необъективность указанных пояснений. 

Передача в аренду автозаправочных станций, при которых сумма полученного дохода в 2011 году составляет 30 000 рублей в месяц, за 2011 год всего получено дохода - 203 390 рублей (30 000*5; 30 000*3 - НДС) и за 2012 год при арендной плате в 50 000 рублей (50000*12*2- НДС), сумма полученного дохода составила 1 016 949 рублей, что свидетельствует об экономической нецелесообразности. 

Согласно материалам проверки, в соответствии с выпиской кредитного учреждения о движении денежных средств по счетам ФИО2 в ОАО АБ «Народный банк Республики Тыва» платежи по возмещению расходов по содержанию АЗС (электроснабжение, теплоснабжение, водоснабжение, вывоз мусора и т.д.) в 2011 - 2012 годах в адрес общества не производились, аналогично и ФИО2. Возмещение расходов не осуществлялось и в период с 2013 года по 2017 год. Налогоплательщиком на требование налогового органа от 02.08.2019 расчет стоимости арендной платы не представлен, в пояснениях указано, что коммунальные расходы включены в арендную плату, за исключением случаев, когда в арендуемых помещениях установлены индивидуальные приборы учета электроэнергии и в соответствии с условиями договора аренды. 

С учетом изложенного следует признать, что действия по заключению договоров аренды были неэффективными, поскольку доход от передачи в аренду АЗС минимальный, большая часть из суммы арендной платы идет на возмещение расходов обществу по содержанию АЗС. Кроме того, не все суммы коммунальных расходов являются фиксированными, так как фактически уплачиваются в зависимости от потребления. Отсутствие факта предъявления расходов по содержанию АЗС со стороны заявителя также указывает на отсутствие деловой цели при заключении данной сделки, поскольку не имеет рентабельного финансового результата. 

Следовательно, учитывая отсутствие деловых целей создания общества и предпринимателей и период их создания - задолго до проводимой проверки, налоговым органом установлен факт того, что общество с целью сохранения права на применение специального режима налогообложения в виде УСН использовало взаимозависимых, подконтрольных одному обществу (выгодоприобретателю) лиц, и, тем самым, в результате своих действий уходило от налогообложения по общей системе налогообложения, получало необоснованную налоговую выгоду. 

Материалами дела подтверждается, что в период кризиса (2008-2015 года) общество не испытывало трудностей (низкая рентабельность, снижение прибыли, уменьшение оборотных средств и т.д.), находясь на общей системе налогообложения, общество самостоятельно могло осуществлять реализацию ГСМ. Кроме того, общество продолжала осуществлять деятельность по реализации нефтепродуктов, так как вся перевозка ГСМ продолжала осуществляться обществом по причине отсутствия у подконтрольных лиц ресурсов, необходимых для осуществления деятельности (основные средства, транспортные средства, трудовые ресурсы, и др.) 

Договоры аренды АЗС, агентские договоры и договоры на перевозку грузов между обществом и предпринимателями носят формальный характер, так как полный контроль деятельности по реализации нефтепродуктов, продолжался осуществляться обществом. 

Налоговым органом установлено, что в результате создания с взаимозависимыми лицами схемы уклонения от налогов обществом совершены преднамеренные действия, направленные на уменьшение налоговой базы с целью неполной уплаты налогов в бюджет путем создания искусственных условий для применения специального налогового режима в виде уплаты УСН. Проверкой установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды в отсутствие намерения осуществлять реальную экономическую деятельность. На протяжении анализируемого периода общество было финансово устойчиво. Самостоятельная деятельность предпринимателей была бы невозможна без использования основных средств общества, так как у взаимозависимых предпринимателей отсутствуют собственные производственные мощности, без которых не представляется возможным осуществление предпринимательской деятельности самостоятельно и независимо от внешних факторов. 

Так, согласно материалам проверки общество в собственности имеет АЗС-2 по адресу 

<

...>, и АЗС-3 по адресу 

<

...>;  транспортные средства, используемые для транспортировки нефтепродуктов от поставщика до АЗС; легковые служебные автомобили, используемые для перевозки персонала по нуждам организации. При этом предприниматели не имели в собственности ни основных средств, ни транспортных средств. Фактически экономическая деятельность предпринимателей осуществлялась исключительно за счет основных средств собственника, которым являлось общество. 

Реализация нефтепродуктов предпринимателями осуществлялась на АЗС, принадлежащих обществу. Обеспечение предпринимателей бесперебойным поступлением ГСМ производилось также обществом с использованием транспортных средств, принадлежащих ему на праве собственности. Передача АЗС произведена предпринимателям - арендаторам, у которых отсутствовали начальные ресурсы и денежные средства для закупки и реализации ГСМ. 

Из материалов следует, что ФИО2 до заключения договора аренды АЗС в налоговый орган представлял «нулевые» декларации, то есть необходимых средств не имел. 

ФИО2 ранее предпринимательскую деятельность не осуществлял, иные доходы не получал, установлено что в гражданско-правовых отношениях (трудовых) не состоял; до регистрации в качестве предпринимателя являлся студентом. 

Таким образом, подконтрольные предприниматели не имели возможности осуществлять реальную самостоятельную предпринимательскую деятельность. Указанные действия общества повлияли на условия и экономические результаты сделок и деятельности участников. 

При таких обстоятельствах налоговый орган правомерно пришел к выводу, что действия должностных лиц общества направлены на создание схемы «дробления бизнеса» для целенаправленного уклонения от уплаты налогов по общей системе налогообложения (налога на добавленную стоимость, налога на прибыль, налога на имущество) путем заключения договора аренды нежилого помещения, агентского договора и договора перевозки груза с взаимозависимыми и подконтрольными лицами. 

Материалами дела подтверждено, что о формальном разделении (дроблении) бизнеса с целью минимизации налоговых обязательств общества свидетельствуют следующие обстоятельства: прямая родственная (семейная) связь, формальное заключение договоров, общество несет расходы за предпринимателей по оплате коммунальных услуг, услуг связи и интернета, общество и предприниматели осуществляли один вид основной деятельности - розничная торговля моторным топливом, формальное перераспределение персонала без изменения их должностных обязанностей, использование одних и тех же вывесок, обозначений, наличие одного фирменного стиля, расчетные счета общества и предпринимателей, открытых в одних банках, наличие права у должностного лица общества контролировать расчетный счет предпринимателя, общее лицо, исполняющее функции ведения бухгалтерского и налогового учета, использование контрольно-кассовой техники, а также единого оператора связи для представления налоговой и бухгалтерской отчетности, основным поставщиком для общества и предпринимателей являлся - ФИО15, показатель деятельности данных лиц - получаемый доход превышает предельное значение, ограничивающее право на применение специальной системы налогообложения. 

На основании вышеизложенных обстоятельств суд приходит к выводу, что налогоплательщик действовал в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде уклонения от уплаты налогов по общей системе налогообложения. Совершение действий исключительно в целях обхода требований законодательства о налогах и сборах влечет применение к налогоплательщику тех положений законодательства, которые он стремился избежать. 

С учетом вышеизложенного, у налогового органа имелись все основания для доначисления спорных сумм. 

Задачами судопроизводства в арбитражных судах, в том числе, являются укрепление законности и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, а также формирование уважительного отношения к закону (статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В соответствии с положениями статьи 20, пункта 1 статьи 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации взаимозависимыми признаются лица, если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в настоящем пункте лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения. 

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии со статьей 105.1 Налогового кодекса Российской Федерации. 

Материалами дела установлено, что в действиях заявителя отсутствовала реальная потребность в создании дополнительных взаимозависимых лиц, осуществляющих аналогичный (один) вид деятельности, который по своей экономической сущности реализовывался обществом самостоятельно на протяжении многих лет и был рентабельным. 

С учетом изложенного следует признать, что собранные доказательства с достаточной и необходимой полнотой подтверждают выводы налогового органа о том, что действия заявителя, установленные в ходе выездной налоговой проверки, направлены на минимизацию налоговых обязательств и на получение необоснованной налоговой выгоды в виде разницы налоговых обязательств при применении общего и специального режимов налогообложения. 

В части доводов о безосновательном расчете доначислений по налогу на добавленную стоимость, налогу на прибыль, налогу на имущество, транспортному налогу суд признает их несостоятельными, поскольку материалами дела подтверждается, что данные доводы также ранее приводились обществом и налоговым органом были даны им опровержения, что подтверждается оспариваемым решением налогового органа.

Таким образом, на основании вышеизложенного, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в материалах дела доказательства, приходит к выводу, что оспариваемое решение налогового органа об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700 соответствуют нормам действующего законодательства, не нарушает прав и законных интересов общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем отказывает в удовлетворении заявленных требований.

Согласно части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

Определением суда от 06.09.2021 принята обеспечительная мера в виде приостановления действия оспариваемого решения налогового органа до вступления в законную силу судебного акта, которым закончится рассмотрение дела по существу.

В связи с отказом в удовлетворении заявленных требований указанная обеспечительная мера подлежит отмене после вступления в законную силу настоящего решения суда (часть 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь ст.ст. 96, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Республики Тыва 

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявления Акционерного общества «Грузовое автомобильное акционерное общество № 2» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)к Управлению Федеральной налоговой службы по Республике Тыва (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО2 (ОГРНИП 304170109900064, ИНН 

<

***>) и ФИО2 (ОГРНИП 312171911700037, ИНН 

<

***>), о признании недействительным решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700 отказать.

Отменить обеспечительную меру, принятую определением Арбитражного суда Республики Тыва от 06.09.2021, в виде приостановления действия решения Управления Федеральной налоговой службы по Республике Тыва об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 25.11.2020 № 3/1700 после вступления настоящего решения суда в законную силу.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня его принятия в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Республики Тыва. 

 

Судья                                                                                      Н.М. Хайдып