АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А27-25860/2020

 

Резолютивная часть постановления объявлена  15 февраля 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  17 февраля 2022 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Хлебникова А.В.,

судей                                                    Крюковой Л.А.,

                                                             ФИО1

при ведении протокола судебного заседания с использованием средств видеоконференц-связи помощником судьи Новосельцевой Н.С., рассмотрел кассационную жалобу акционерного общества «Стройсервис» на решение от 27.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской области (судья ФИО2) и постановление от 23.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Сухотина В.М., Марченко Н.В., ФИО3) по делу № А27-25860/2020 по иску акционерного общества «Стройсервис» (650055, Кемеровская область – Кузбасс, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Пикалевский глиноземный завод» (187602, Ленинградская область, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании денежных средств.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, - открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (107174, 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>).

Путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Кемеровской области (судья Ерохин Я.Н.) в судебном заседании принял участие представитель акционерного общества «Стройсервис» - ФИО4 по доверенности от 02.08.2021.

Суд установил:

акционерное общество «Стройсервис» (далее – общество «Стройсервис») обратилось в Арбитражный суд Кемеровской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Пикалевский глиноземный завод» (далее – завод) о взыскании 424 200 руб. штрафа за нарушение срока оборота цистерн по договору поставки от 29.05.2017 № 32-К/Д2017 (далее – договор). 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено открытое акционерное общество «Российские железные дороги» (далее – общество «РЖД»). 

Решением от 27.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской области (в редакции определения от 27.08.2021 об исправлении опечатки), оставленным без изменения постановлением от 23.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены частично; с завода в пользу общества «Стройсервис» взыскано 204 300 руб. штрафа за сверхнормативный простой вагонов, а также 5 531 руб. расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении остальной части иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество «Стройсервис» обратилось с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление в части отказа в иске отменить, принять новый судебный акт, которым заявленное требование удовлетворить в полном объеме.

В кассационной жалобе приведены следующие доводы: судами неверно определено начало течения срока исковой давности в отношении отдельных требований истца; истец узнал о нарушении своего права из претензий компаний-операторов, начиная с 14.11.2017, поэтому срок исковой давности, предусмотренный пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), истцом не пропущен; размер неустойки обусловлен размером предъявленных истцу контрагентами убытков; конкретный размер неустойки в твердой денежной сумме условиями заключенного с ответчиком договора не предусмотрен; до получения уведомлений от собственников вагонов у истца отсутствовала фактическая возможность определить размер неустойки и существовала правовая неопределенность относительного того, предъявит ли контрагент истцу к оплате суммы причитающейся ему неустойки, что исключало возможность обращения истца за судебной защитой; само по себе истечение срока исполнения обязанности по возврату вагонов не давало истцу права требования оплаты неустойки; суды необоснованно применили при исчислении времени нахождения вагонов на станции выгрузки неполные сутки.

Завод в письменном отзыве возражал против удовлетворения кассационной жалобы, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения, провести судебное заседание в отсутствие своего представителя.

Учитывая надлежащее извещение ответчика и третьего лица о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) рассматривается в отсутствие их представителей.

В судебном заседании представитель общества «Стройсервис» поддержал доводы кассационной жалобы.

Проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых по делу судебных актов в пределах доводов, изложенных кассационной жалобе, суд округа приходит к следующему.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между обществом «Стройсервис» (поставщик) и заводом (покупатель) (ранее – общество с ограниченной ответственностью «БаззлЦемент-Пикалево») заключен договор, в соответствии с которым поставщик обязался передать в собственность покупателю, а покупатель – принять и оплатить товар (груз) (пункт 1.1 договора). 

Согласно пункту 2.1 договора доставка товара осуществляется железнодорожным транспортом. 

Пунктом 7.2.3 договора установлено, что при согласовании сторонами условия о том, что поставщик оказывает покупателю услуги по организации (транспортировке) передаваемого в собственность покупателя по настоящему договору товара до грузополучателя в собственных (арендованных) вагонах компаний-операторов, покупатель обязуется обеспечить соблюдение нормативного времени нахождения вагонов на станции выгрузки не более 2 суток (48 часов). Под станцией выгрузки понимается станция назначения. 

В соответствии с пунктом 7.2.4 поставщик вправе предъявить покупателю неустойку за задержку собственных (арендованных) вагонов компаний-операторов под выгрузкой более 2 суток (48 часов) с момента прибытия вагонов на станцию выгрузки. Время нахождения вагонов на станции выгрузки определяется, начиная с момента фактического прибытия на станцию выгрузки до момента отправления вагонов со станции выгрузки. Время нахождения вагонов на станции выгрузки рассчитывается по данным, указанным в электронном комплекте документов в системе «ЭТРАН» общества «РЖД»/главного вычислительного центра общества «РЖД» (данные не заверяются). Размер убытков (неустойки) устанавливается (определяется) в размере предъявленных поставщику убытков в виде оплаты убытков (неустойки) компании оператору (собственнику, арендатору вагона). Оплата убытков (неустойки) осуществляется покупателем на основании претензии поставщика с приложением подтверждающих документов. 

В период с 29.06.2017 по 26.03.2019 истцом в адрес ответчика осуществлена поставка кокса доменного железнодорожным транспортом. 

При принятии продукции на станции назначения покупатель несвоевременно произвел возврат порожних цистерн на станцию приписки. 

В связи с несвоевременной разгрузкой вагонов на станции назначения со стороны собственников (арендаторов) вагонов в адрес общества «Стройсервис» предъявлены претензии с требованием об оплате штрафа за сверхнормативный простой. 

На основании данных требований общество «Стройсервис» направило ответчику претензии от 30.01.2020 № 650302, от 03.08.2018 № 707257, от 15.11.2018 № 743375, от 09.10.2018 № 730230, от 18.03.2019 № 789561, от 04.04.2019 № 797389, от 22.05.2019 № 815569, от 24.09.2019 № 872281, от 29.01.2020 № 929714, от 31.01.2020 № 930595, от 31.01.2020 № 930695, от 31.01.2020 № 931276, от 04.02.2020 № 932734, от 31.10.2019 № 889210об оплате начисленного штрафа. 

Поскольку завод в добровольном порядке штраф не оплатил, истец обратился в суд с настоящим иском.

Рассматривая спор, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 195, 196, 199, 200, 309, 310, 329, 330, 401, 406.1, 506, 510 ГК РФ, разъяснениями, изложенными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее – Постановление № 43), пунктах 71, 73, 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), условиями договора и исходили из: доказанности нарушения ответчиком нормативного срока оборота вагонов, предъявления истцуего контрагентами претензий, связанных с указанными нарушениями, квалифицировав заявленное истцом требование в качестве взыскания неустойки, пришли к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика такой неустойки, размер которой определяется предъявленными истцу претензиями контрагентов.

Вместе с тем, исходя из заявления истцом требования о взыскании договорной неустойки, а не убытков, установив пропуск истцом срока исковой давности, исчислив его в порядке, определенном пунктом 2 статьи 200 ГК РФ, то есть с момента окончания срока исполнения обязанности по возврату цистерн, не усмотрев оснований для снижения штрафа в порядке статьи 333 ГК РФ, удовлетворили иск частично.

Судебные акты оспорены только истцом и исключительно в части отказа в удовлетворении иска, что и составляет пределы рассмотрения настоящего спора в кассационном порядке (часть 1 статьи 286 АПК РФ, пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338).

Суд округа полагает, что в рассматриваемом случае имеются основания для отмены состоявшихся по делу судебных актов в обжалуемой части.

Как разъяснено в пункте 63 Постановления № 7, соглашение о неустойке должно быть заключено в письменной форме по правилам, установленным пунктами 2, 3 статьи 434 ГК РФ, независимо от формы основного обязательства (статья 331 ГК РФ).

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» указано, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 ГК РФ, другими положениями ГК РФ, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

В рассматриваемом случае пунктом 7.2.4 договора предусмотрено право поставщика предъявить покупателю убытки (неустойку) за повреждение собственных (арендованных) вагонов компаний-операторов во время выгрузки товара. 

Размер убытков (неустойки) устанавливается (определяется) в размере предъявленных поставщику убытков в виде оплаты убытков (неустойки) компании-оператору (собственнику, арендатору вагонов). Оплата убытков (неустойки) осуществляется покупателем на основании претензии поставщика с приложением подтверждающих документов. 

При этом условиями договора, в частности пунктами 7.2.3, 7.2.4, конкретный размер либо механизм начисления неустойки по факту совершения правонарушения не предусмотрен. Более того, прямо указано, что размер имущественных притязаний поставщика определяется размером предъявленных поставщику убытков в виде оплаты убытков (неустойки) компании-оператору (собственнику, арендатору вагона).

Следовательно, до предъявления истцу соответствующих претензий его контрагентами определить размер материально-правовых требований к ответчику фактически не представляется возможным, так как данное условие поставлено в зависимость от совершения третьими лицами определенных действий (статья 327.1 ГК РФ).

Таким образом, исходя из содержания данных условий договора можно сделать вывод о согласовании сторонами условия о размере имущественных притязаний поставщика в случае допущенного покупателем нарушения, размер которого будет ограничен размером соответствующих претензий названных контрагентов истца.

В этой связи выводы судов двух инстанций об исчислении срока исковой давности с учетом положений пункта 2 статьи 200 ГК РФ с момента окончания срока исполнения обязанности по возврату цистерн является неправомерным, поскольку в этот момент покупатель не мог знать о предстоящем размере возмещения.

Принимая во внимание, что пунктом 7.2.4 договора предусмотрено, по сути, право на взыскание убытков (а не неустойки) в размере предъявленных истцу убытков в виде оплаты убытков компании-оператору, то в данном конкретном случае существо правового интереса истца, заявившего рассматриваемое требование, направлено именно на восстановление своей имущественной сферы в виде возмещения убытков.

Из указанного следует, размер имущественных требований истца при взыскании убытков с связи с допущенным ответчиком правонарушением ограничен суммой предъявленных истцу его контрагентами имущественных претензий за эти правонарушения, однако ответчик при этом вправе оспаривать как сам факт правонарушения, так и отдельные его элементы (что им и делалось в процессе судебного разбирательства, исходя из содержания его возражений), что может повлечь вывод о взыскании убытков в меньшем размере. Безусловной обязанности по возмещению (компенсации) любых претензионных требований контрагентов истца, лишающих ответчика права на заявление возражений об отсутствии противоправности в своих действиях, договорные условия не содержат (статья 406.1 ГК РФ).

Взаимосвязанные положения статей 15, 393 ГК РФ позволяют лицу, право которого нарушено в связи с ненадлежащим исполнением обязательства, требовать возмещения причиненных, то есть состоявшихся (зафиксированных) убытков в виде расходов, которые потерпевший произвел или с необходимостью должен будет произвести для восстановления нарушенного права.

Следовательно, убытки считаются причиненными, а право на их возмещение возникшим в момент непосредственного умаления имущественной сферы потерпевшего либо наступления обстоятельств, с неизбежностью влекущих в определенной перспективе аналогичные последствия.

Такими обстоятельствами в данном случае являются претензии компаний-операторов от 14.11.2017 № 180, от 28.02.2018 № 172/3, от 31.03.2018 № 280/2, от 08.08.2018 № 6484-И/НТС, от 03.07.2018 № 3850-И/НТС, от 25.06.2018 № 585, от 31.01.2019 № 148/12, от 19.02.2019 № 285, от 31.03.2019 № 620/13, от 12.07.2019 № 1357, от 08.11.2018 № 1309, от 17.09.2018 № 991, от 28.08.2018 № 5145-И/НТС, от 23.11.2018 № 1396, из содержания которых (как юридически значимых извещений применительно к правилам статьи 165.1 ГК РФ) обществу «Стройсервис» стало известно о том, что его контрагенты воспользовались своим правом на востребование штрафа в определенном размере. До момента получения таких уведомлений у общества «Стройсервис» существовала правовая неопределенность относительно того, предъявят ли контрагенты к оплате суммы причитающегося им штрафа, в том числе относительно его размера, предопределенного их усмотрением, хотя и в рамках договорных условий, что не позволяло сделать вывод о наступивших убытках и, соответственно, исключало возможность обращения за судебной защитой.

Общие правила исчисления срока исковой давности предусмотрены положениями статей 196, 200 ГК РФ.

Субъективный (зависящий от личностных, поведенческих и иных особенностей лица, чье право нарушено) характер этого срока обеспечивает заинтересованному лицу реальную возможность доступа к правосудию и позволяет суду в каждом конкретном случае определить момент начала течения исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.04.2011 № 558-О-О, от 21.12.2011 № 1819-О-О, от 24.12.2012 № 2232-О и др.).

Как разъяснено в абзаце втором пункта 1 Постановления № 43, если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 3 Постановления № 43 течение исковой давности по требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Исходя из того, что истец возникновение убытков связывает с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств, срок исковой давности по данному требованию составляет три года и подлежит исчислению на общих основаниях с момента, когда общество«Стройсервис» узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 196 и пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Таким образом, для исчисления срока исковой давности по заявленному требованию имеет существенное значение момент, когда общество «Стройсервис» узнало или должно было узнать о соответствующем нарушении.

Поскольку вышеуказанные претензии компаний-операторов, после которых истцу стало известно о том, что его контрагенты воспользовались своим правом на востребование штрафа в определенном размере, предъявлены в течение разумного срока после нарушения срока оборота вагонов, и обстоятельства дела не свидетельствуют о реализации истцом возможности произвольно по своему выбору определять начало исчисления срока исковой давности, то довод истца об исчислении указанного срока с момента предъявления таких претензий в данном конкретном случае является обоснованным. Данный подход не противоречит правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2021 по делу № 305-ЭС21-12669.

Принимая во внимание, что претензия контрагента истца от 14.11.2017 № 180 получена последним 14.11.2017, окончание срока исковой давности приходится на выходной день (14.11.2020), учитывая предусмотренный пунктом 7.3 договора двадцатидневный срок рассмотрения претензии, который подлежит исчислению с 16.11.2020 (первый рабочий день), и момент обращения истца в суд с настоящим иском (04.12.2020), срок исковой давности (до 07.12.2020) обществом «Стройсервис» не пропущен, поэтому отказ в иске по соответствующему основанию является неправомерным.

В отношении доводов кассационной жалобы о необоснованном применении судами при исчислении времени нахождения вагонов на станции выгрузки неполных суток, суд округа отмечает следующее.

По пункту 7.2.4 договора поставщик вправе предъявить покупателю неустойку за задержку собственных (арендованных) вагонов компаний-операторов под выгрузкой более 2 (двух) суток (48 часов) с момента прибытия вагонов на станцию выгрузки. 

Пунктом 7.2.3 договора предусмотрено, что под станцией выгрузки понимается станция назначения.

Время нахождения вагонов на станции выгрузки определяется, начиная с момента фактического прибытия вагонов на станцию выгрузки до момента отправления вагонов со станции выгрузки. Соответственно, убытки рассчитываются исходя из количества суток, начиная с даты прибытия вагона на станцию назначения до даты отправления вагона со станции, исключая время нормативного простоя. Сведения о датах и времени поступления вагонов под разгрузку, окончания грузовой операции и передачи вагонов перевозчику не учитываются.

В претензиях контрагентов истца расчет суммы штрафа основан на размере ставки за сутки с округлением до полных суток.

Каких-либо специальных требований к составу убытков в части порядка расчета (полные/неполные сутки) стороны в условия договора не включили.

Таким образом, в рассматриваемом случае при определении периода сверхнормативного простоя вагонов неполные сутки округляются в сторону увеличения и рассматриваются как полные, что соответствует смыслу договорных отношений сторон, а также сложившейся правоприменительной практике при рассмотрении аналогичных дел.

Поскольку судами не выяснялись обстоятельства допущенных ответчиком правонарушений, вменяемых истцом, а выводы в части отказа в иске сделаны без их исследования и оценки, а также с нарушением норм материального права, таковые являются преждевременными.

Допущенные судами нарушения норм материального и процессуального права, правил оценки доказательств, предусмотренных статьей 71 АПК РФ, повлекли неполное исследование всех значимых для дела обстоятельств, которые, исходя предмета и оснований иска, входят в предмет доказывания (статьи 6, 8, 9, 168, 170 АПК РФ), и не могут быть устранены судом кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки доказательств, расчета части требований, не исследованных судом с учетом вывода о пропуске срока исковой давности.

Такими полномочиями суд кассационной инстанции в силу требований статьи 287 АПК РФ не наделен, в связи с чем решение и постановление судов первой и апелляционной инстанций согласно пункту 3 части 1 статьи 287, части 1 статьи 288 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду следует учесть изложенное в настоящем постановлении в соответствии с частью 2.1 статьи 289 АПК РФ, правильно распределить бремя доказывания, включить в предмет исследования вопросы, связанные с установлением обстоятельств допущенных ответчиком правонарушений, в частности, оценить все доводы и возражения, связанные с установлением состава правонарушения, влекущего обязанность по возмещению убытков в размере, ограниченном условиями договора, проверить расчет исковых требований в указанной части, по результатам рассмотрения дела принять судебный акт с соблюдением норм права, распределить судебные расходы, в том числе по кассационной жалобе.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьей 289 АПК РФ, 

постановил:

решение от 27.08.2021 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 23.11.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-25860/2020 отменить в части отказа в иске и распределения судебных расходов. 

В отмененной части дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                     А.В. Хлебников

 

Судьи                                                                  Л.А. Крюкова

 

                                                                            ФИО1