АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-7271/24 

Екатеринбург

06 февраля 2025 г.

Дело № А07-21198/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 февраля 2025 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Артемьевой Н. А., Плетневой В. В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО2 – ФИО3 (далее – управляющий) на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.06.2024 по делу № А07-21198/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие:

представитель ФИО2 (далее также – должник) – ФИО4 (паспорт, доверенность от 06.06.2024 № 02 АА 6059110);

представитель управляющего – ФИО5 (паспорт, доверенность от 09.01.2025).

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 28.06.2022 индивидуальный предприниматель ФИО2 признан банкротом, введена процедура реализации имущества гражданина; исполняющим обязанности финансового управляющего имуществом должника утвержден ФИО6.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 31.08.2022 финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО3

В арбитражный суд 17.05.2023 управляющим подано заявление о признании недействительной сделки – договора купли-продажи автомобиля УАЗ-396255, 2013 г.в., WIN XTT396255E0401888 от 26.12.2018 и применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика – ФИО7 (далее также – ответчик) стоимости автомобиля в размере 239 000 руб. (с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ).

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.06.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2024 определение суда первой инстанции от 21.06.2024 оставлено без изменения. 

Не согласившись с вынесенными судебными актами, финансовый управляющий имуществом должника ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 21.06.2024 и постановление апелляционного суда от 24.09.2024 отменить и направить дело на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе и дополнении к ней заявитель указывает на то, что суды, делая вывод о пропуске срока исковой давности, обязаны установить дату истечения срока, обосновав выводы ссылкой на исследованные материалы дела; обращает внимание, что должник не передал финансовому управляющему документацию, при этом он просит суд применить срок исковой давности, что подтверждает недобросовестное поведение должника; по мнению управляющего, соответствующее заявление, сделанное ФИО2 (третьим лицом), не является основанием для применения срока исковой давности. Заявитель жалобы также отмечает, что в распоряжении у финансового управляющего не имеется доказательств оплаты ответчиком по данному договору за автомобиль, в связи с чем управляющий предполагает, что сделка могла быть совершена безвозмездно; должник в материалы дела доказательства получения и расходования данной суммы, полученной от ответчика, не предоставил; из представленной налоговым органом справки о доходах ответчика у ФИО7 не имелось дохода, позволяющего приобрести спорную машину; обращает внимание на различие в доводах должника и ответчика относительно стоимости автомашины и расходов на ее ремонт. 

Должник представил отзыв на кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела на основании статьи 279 АПК РФ.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационной жалобы.

Согласно общедоступной информации, размещенной в Картотеке арбитражных дел, в рамках данного дела о банкротстве были поданы, в том числе, следующие заявления об оспаривании сделок:

– к ФИО8 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 24.04.2019 автомобиля ГАЗ-32213, 2013 г.в., VIN 

<

***>, о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 12.11.2018 автомобиля ГАЗ 330232, 2015 г.в., WIN: X96330232F2632207 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.01.2025 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 26.02.2025);

– к ФИО9 о признании недействительной сделки – договор купли-продажи от 02.06.2019 – автомобиля ГАЗ 330232, 2011г.в., WIN: X96330232B0726180 и к ФИО10 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 14.03.2019 автомобиля ГАЗ 330232, 2011г.в., WIN: Х96330232В0726180 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 16.01.2025 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 26.02.2025);

– к ФИО11 о признании недействительной сделки – договор купли-продажи 16.05.2019 экскаватора HITACHI EX200-5Z 1999г.в. заводской номер машины 14Т-80058 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.12.2024 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 05.02.2025);

– к ФИО12 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 18.07.2018 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 17.12.2024 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 05.02.2025);

– к ФИО13 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 05.12.2018 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.12.2024 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 28.01.2025);

– к ФИО14 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 08.02.2019 помещения, площадью 261,8 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...> рядом с домом 54/2, кадастровый номер: 02:55:010618:2013, 02:55:010618:2012, а также земельный участок с кадастровым номером 02:55:010618:323 общей площадью 340 кв.м. (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.12.2024 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 30.01.2025);

– к ФИО15 о признании недействительной сделки – договора купли-продажи от 13.12.2018 автомобиля ИСУДЗУ CYZ51K, 2008г.в., WIN: JALCYZ51K87000556 и о признании недействительной сделки – договора купли-продажи 25.04.2019 экскаватора HITACHI ZX200-5G 2013г.в. заводской номер машины HCMDCD90E00302079 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.11.2024 судебное заседание по рассмотрению указанного заявления отложено на 22.01.2025);

– к ФИО16 о признании недействительной сделки – соглашения об отступном от 02.03.2019 (определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.06.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.09.2024, в удовлетворении заявления отказано).

Как установлено судами и следует из материалов настоящего обособленного спора, 26.12.2018 между должником ФИО2 (продавец) и ответчиком ФИО7 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля УАЗ-396255, 2013 г.в., WIN XTT396255E0401888, по цене 90 000 руб.

Управляющий, полагая, что сделка совершена по заниженной стоимости менее чем за три года до принятия заявления о признании должника банкротом, на момент заключения оспариваемой сделки должник обладал признаками неплатежеспособности, обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на положения статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее также – Закон о банкротстве), статьи 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее  также – ГК РФ).

В суде первой инстанции должник и ответчик возражали против заявленных требований управляющего, заявили о пропуске управляющим срока исковой давности на обращение в суд с настоящим заявлением.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в полном объеме, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. 

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, предусмотренным Законом о банкротстве (статья 61.1 Закона о банкротстве).

Так, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

Сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве).

В силу указанной нормы цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо совершена при наличии одного из иных указанных в данном пункте условий.

Предполагается также, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Таким образом, законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделок, совершенных должником в преддверии банкротства. Такие сделки оспоримы и могут быть признаны судом недействительными в соответствии с приведенными выше нормами, в которых определены критерии подозрительности сделок, указаны признаки их недействительности, подлежащие установлению, а также установлены ретроспективные периоды глубины проверки сделок.

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» к сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена; в частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2  статьи 168 ГК РФ; при наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ).

ГК РФ исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) наличие специальных оснований оспаривания сделок по правилам статей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как недействительную по статьям 10 и 168 ГК РФ.

Однако в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11).

Из материалов дела следует, что заявление о признании должника банкротом принято к производству суда 07.10.2020, а спорная сделка совершена 26.12.2018 – в течение трехлетнего периода подозрительности, определенного в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В ходе рассмотрения обособленного спора судами установлено, что во исполнение условий договора покупатель произвел оплату по оспариваемому договору в полном объеме, что подтверждается актом приема-передачи (приложение № 1 к договору от 26.12.2018.

При этом ответчик в ходе рассмотрения обособленного спора давал пояснения о том, что о продаже автомобиля узнал из объявления на avito.

Как отмечено судами, из содержания договора купли-продажи автомобиля от 26.12.2018 не следует, что стороны оговорили состояние автомобиля, указав его как «новое», с учетом имевшей место эксплуатации автомобиля, с допущением признаков проведенных на нем ремонтных работ и скрытых дефектов.

Судами исследована представленная должником в материалы дела дефектная ведомость восстановительных работ № 2806 (пробег 320 000 км, объемная коррозия кузова и дисков колес), согласно которой стоимость ремонтных работ и запасных частей составляла 243 700 руб., в связи с чем, ввиду больших затрат на восстановление была рекомендована реализация транспорта. Указанная дефектная ведомость в ходе рассмотрения дела финансовым управляющим не оспорена, не опровергнута.

В процессе рассмотрения обособленного спора судами проанализировано представленное финансовым управляющим ФИО3 заключение эксперта ФИО17, согласно которому рыночная стоимость спорного автомобиля по состоянию на 26.12.2018 составляла 239 000 руб.

Исходя из того, что  выводы эксперта сделаны  без учета технического состояния  автомобиля, пробега, износа на момент его продажи и других индивидуальных характеристик, поскольку само транспортное средство не осматривалось, что не может достоверно и доподлинно свидетельствовать о рыночной стоимости транспортного средства; принимая во внимание, что экспертом указано на проведение расчетов с допущением, что состояние объектов оценки идентично состоянию объектов аналогов, то есть в удовлетворительном состоянии, «на ходу», не требующее существенных вложений, цена объектов оценки определялась как среднеарифметическое цены объектов-аналогов, о проведении судебной экспертизы определения рыночной стоимости транспортного средства на дату заключения договора купли-продажи не заявлено, суды отклонили доводы финансового управляющего ФИО3 о том, что рыночная стоимость транспортного средства составляет 239 000 руб.

Помимо заключения эксперта ФИО17, в материалах дела также имеется справка о стоимости указанного автомобиля, составленная обществом с ограниченной ответственностью «Центр юридической помощи «Благо», согласно которой рыночная стоимость спорного автомобиля по состоянию на 26.12.2018 составляла 163 000 руб., что соотносится с ценой, указанной в представленном ответчиком экземпляре договора (150 000 руб.).

Судами также отмечено, что спорное транспортное средство находилось в залоге у публичного акционерного общества «АК Барс Банк» (далее также – Банк) и его отчуждение происходило с согласия Банка, что подтверждается письмом Банка от 15.03.2019.

Принимая во внимание приведенные ответчиком обстоятельства приобретения транспортного средства, учитывая, что финансовым управляющим презумпция добросовестного осуществления своих прав ФИО7 (чья аффилированность либо связанность с должником доказана и установлена не была) не опровергнута, поскольку должник в результате совершенной сделки получил встречное равноценное возмещение, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств того, что спорная сделка совершена на нерыночных условиях, равно как и того, что при установленных судами обстоятельствах ее совершения (отсутствие аффилированности сторон, оплата транспортного средства со стороны ответчика, совершение действий по действительной передаче последнему транспортного средства) сделка являлась мнимой либо преследовала исключительно цель причинения вреда кредиторам должника.

Судами верно отмечено, что отчуждение ответчиком полученного спорного имущества в дальнейшем по более высокой цене, не свидетельствует о недействительности договора купли-продажи. Данное обстоятельство может быть обусловлено техническим улучшением транспортного средства в результате предпродажной подготовки.

Судами также заключено, что приведенные финансовым управляющим в обоснование необходимости признания сделки недействительной по правилам статей 10, 168 ГК РФ доводы не свидетельствуют о том, что в условиях конкуренции норм обстоятельства совершения оспариваемой сделки выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При таких обстоятельствах суды не усмотрели оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по заявленным основаниям.

Помимо этого, суды первой и апелляционной инстанций правомерно применили срок исковой давности. 

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу статьи 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. 

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (статья 181 ГК РФ). 

Из разъяснений, изложенных в абзаце втором пункта 32 постановления Пленума № 63 разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п. 

Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность, узнать о нарушении права (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2015 № 309-ЭС15- 1959). 

Определением суда от 11.05.2021 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6, который впоследствии, решением суда от 28.06.2022 также был утвержден исполняющим обязанности финансового управляющего и в процедуре реализации имущества должника, в которой исполнял соответствующие обязанности до 25.08.2022.

Определением суда от 31.08.2022 (резолютивная часть от 25.08.2022) финансовым управляющим утверждена ФИО3

Судами установлено наличие в материалах дела ответа МВД по Республике Башкортостан финансовому управляющему ФИО6 от 24.01.2022 № 27/215217908791 на запрос от 11.01.2022, которым предоставлены сведения согласно учетным данным, по состоянию на 21.01.2022 о зарегистрированных, снятых с регистрационного учета за ФИО2, транспортных средствах. Данный ответ содержит информацию, в том числе, в отношении спорного транспортного средства, а именно: о снятии с учета 16.01.2019 автомобиля УАЗ-396255, 2013 г.в., WIN XTT396255E0401888 в связи с продажей (передачей другому лицу).

В этой связи суды пришли к выводу, что финансовому управляющему ФИО6 о совершении должником оспариваемой сделки стало известно из ответа, предоставленного МВД по Республике Башкортостан от 24.01.2022, вместе с тем, финансовый управляющий с 21.01.2022 не запросил в органах ГИБДД документы – основания указанной сделки, в случае отсутствия ответа – не обратился в суд с ходатайством об истребовании документов.

Действуя разумно и, проявляя необходимую в связи с исполнением обязанностей финансового управляющего осмотрительность, управляющий должен оперативно запрашивать у уполномоченных органов всю необходимую для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Истребование документов от должника и третьих лиц, дальнейший анализ спорной сделки на предмет ее подозрительности, получение дополнительных доказательств, подтверждений и сведений является непосредственной обязанностью финансового управляющего и не влияет на момент начала течения срока исковой давности. 

Как верно установлено судами, о содержании договора финансовый управляющий мог и должен был узнать не позднее марта 2022 года.

При этом письмом от 26.08.2022 № 2608 ФИО6 направил документы по процедуре должника действующему финансовому управляющему ФИО3

Заявление о признании сделки недействительной поступило в суд лишь 17.05.2023.

Учитывая, что финансовый управляющий ФИО3 является правопреемником предыдущего финансового управляющего, смена арбитражного управляющего не свидетельствует о начале течения срока исковой давности, поскольку доказательств аффилированности ФИО6 по отношению к должнику не представлено, с учетом разумного срока на получение информации об имуществе должника, в том числе из регистрирующих органов, суды пришли к выводу, что годичный срок исковой давности для оспаривания сделки по специальным основаниям Закона о банкротстве финансовым управляющим пропущен.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы финансового управляющего имуществом должника ФИО3, изучения материалов дела суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами рассматриваемого спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для его правильного разрешения, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы законодательства о банкротстве, регулирующие институт оспаривания сделок, применены правильно, выводы судов о применении норм права соответствуют установленным ими обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильных судебных актов, не допущено.

Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2020 № 305-ЭС19-18631(1,2), равноценная и возмездная сделка не может причинить должнику или иным его кредиторам вред исходя из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Наличие у должника на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности не создает диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, а представляет собой элемент опровержимой презумпции наличия у сделки цели причинения вреда; в то же время в настоящем обособленном споре, с учетом его конкретных фактических обстоятельств, установления реальности отношений по продаже должником по эквивалентной цене транспортного средства, с получением равноценной оплаты, суды не установили оснований для вывода о вредоносности сделки.

Кроме того, суды пришли к выводу о том, что финансовым управляющим пропущен срок исковой давности для оспаривания сделки, который был исчислен с момента, когда управляющий (его правопредшественник) объективно мог получить информацию как о самой сделке, так и о ее содержании, при условии добросовестного осуществления им обязанностей, в том числе по истребованию документации о сделках и по их анализу.

Арбитражный суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в обжалуемом судебном акте либо были отвергнуты судами, разрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими (часть 2 статьи 287 АПК РФ). 

В кассационной жалобе заявителем не указано на иные обстоятельства, которые бы опровергали приведенные судами аргументы в пользу принятого решения и могли бы породить сомнения в правильности занятой судами позиции по данному вопросу, ввиду чего основания для иных выводов у суда округа также отсутствуют.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

В связи с тем, что заявителю при подаче кассационной жалобы предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, с него подлежат взысканию в доход федерального бюджета 20 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы на основании статей 333.21, 333.41 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 21.06.2024 по делу № А07-21198/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.09.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего имуществом ФИО2 – ФИО3 – без удовлетворения.

Взыскать со ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение кассационной жалобы в сумме 20 000 руб.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова 

Судьи                                                                                    Н.А. Артемьева 

                                                                                              В.В. Плетнева