№ 09АП-62232/2023

Дело № А40-36052/23

г. Москва

27 октября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 октября 2023 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 27 октября 2023 года 

Девятый арбитражный апелляционный  суд в составе:

председательствующего судьи Головкиной О.Г.,

судей Левченко Н.И., Мезриной Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы                                 ООО "Газпромбанк Автолизинг" и ООО "ДС Групп" на решение Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2023 г. по делу № А40- 36052/23 по иску ООО "Газпромбанк Автолизинг" к  ООО "ДС Групп" о взыскании 1 761 932 руб. 75 коп. 

при участии в судебном заседании: от истца ФИО2 (по доверенности от 19.05.2023 г.), от ответчика ФИО3 (по доверенности от 20.03.2023 г.), ФИО4 (по решению № 1-07-2020 от 03.07.2020 г.) 

 

У С Т А Н О В И Л:

Общество с ограниченной ответственностью "ГАЗПРОМБАНК АВТОЛИЗИНГ" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью "ДС ГРУПП", с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, задолженности по договору лизинга № ДЛ-100860-22 от 15.08.2022 г. в размере                         1 761 932 руб. 75 коп., а также пеней, начисленных на сумму задолженности за период с 28.11.2022 г. по дату принятия решения суда первой инстанции в размере 7 928 руб. 70 коп. за каждый день просрочки.

Обращение с иском последовало в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору лизинга № ДЛ-100860-22 от 15.08.2022 г. 

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 31.07.2023  г. исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 271 350 руб. 67 коп., в остальной части иска отказано. 

Не согласившись с решением суда первой инстанции, истец обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении исковых требований в заявленном им размере. 

Также не согласившись с решением суда первой инстанции, ответчик обратился в Девятый арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просил решение суда отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении иска. 

Стороны возражали против удовлетворения жалоб друг друга, указав на отсутствие к тому правовых оснований. 

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, с учетом положений ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционным судом усматриваются правовые основания для изменения решения суда первой инстанции и удовлетворении исковых требований в заявленном истцом размере. 

При этом апелляционный суд исходит из следующего.  

Как усматривается из материалов дела, между Обществом с ограниченной ответственностью «Газпромбанк Автолизинг» (истец, лизингодатель) и Обществом с ограниченной ответственностью «ДС Групп» (ответчик, лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды № ДЛ-100860-22 от 15.08.2022 г., согласно условиям которого лизингодатель по договору купли-продажи № ДКП-100860-22/1 от                 15.08.2022 г. (договор купли-продажи) приобрел в собственность и передал лизингополучателю в лизинг в комплектации согласно спецификации к договору купли-продажи и договору лизинга следующее имущество (предмет лизинга): LAND CRUISER PRADO престиж 2.8d АКП 177 л.с. 

Предмет лизинга принят лизингополучателем, что подтверждается представленным в материалы дела соответствующим актом приёма-передачи. 

Таким образом, как указывает истец, лизингодатель надлежащим образом исполнил свои обязательства в соответствии с условиями договора лизинга. 

В соответствии с п. 2 ст. 13 Федерального закона от 29.10.1998 г. № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» лизингодатель вправе потребовать досрочного расторжения договора лизинга и возврата в разумный срок лизингополучателем имущества в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации и договором лизинга. 

Согласно п. 4.1 спорного договора лизинга договор состоит из самого договора лизинга, приложений, дополнительных соглашений к нему и общих условий лизинга, которые являются неотъемлемой частью договоров лизинга. 

В соответствии с п. 3.3.1 общих условий лизинга лизингополучатель обязан выплачивать лизинговые платежи в размерах и сроки, установленные графиком платежей к договорам лизинга. 

Вместе с тем, между лизингодателем и лизингополучателем 07.11.2022 г. подписано соглашение о расторжении договора лизинга № ДЛ-100860-22 от 15.08.2022. 

В силу правовой позиции, изложенной в п. 3.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 г. № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (далее - постановление № 17) расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой. 

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 04.08.2015 г. № 310-ЭС15-4563 разъяснения постановления Пленума ВАС РФ № 17 не являются императивными, в связи с чем, отличие условий соглашения от содержания данных разъяснений само по себе не может служить основанием для неприменения достигнутых сторонами договоренностей (ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

При этом, стороны предусмотрели в п. 6.10 Общих условий лизинга последствия расторжения договора лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по договору лизинга (расчета сальдо встречных обязательств). 

Как указывает истец, сальдо встречных обязательств сторон по договору лизинга, рассчитанное по правилам, предусмотренным п. 6.10 общих условий лизинга, сложилось в пользу истца и составляет 1 761 932 руб.75 коп. 

При этом согласно условиям договора лизинга к отношениям сторон применяются "Общие условия лизинга", разработанные лизинговой компанией и размещенные в открытом доступе на ее сайте в сети "Интернет". 

Согласно п. 3.3.4 Общих условий лизинга Лизингополучатель обязан в случае возникновения просроченной задолженности уплатить Лизингодателю пени в размере 0, 45 % от просроченной суммы платежа, включая задолженность по сальдо за каждый день просрочки, начисляемую с третьего дня просрочки исполнения обязательства. При этом, в случае, если на дату возникновения задолженности у Лизингополучателя уже имеется иная просроченная и непогашенная задолженность, то указанная неустойка начисляется, начиная с первого дня просрочки. 

Как указывает истец, предмет лизинга реализован 27.11.2022 г., в связи с чем, со следующего дня – 28.11.2022 г. подлежит начислению неустойка в размере 0, 45 % от суммы задолженности должника. 

Соответственно, согласно расчету истца неустойка за каждый день просрочки составляет 7 928 руб. 70 коп., исходя из следующего расчета: 1 761 932 руб. 75 коп. х               0, 45 %. 

Таким образом, как указывает истец, Лизингополучатель обязан уплатить Лизингодателю пени, начисленные на сумму сальдо по спорному договору лизингу в размере 1 761 932 руб. 75 коп. за период с 28.11.2022 г. по дату фактического исполнения обязательства в размере 7 928 руб. 70 коп. за каждый день просрочки.  

Удовлетворяя исковые требования частично, суд первой инстанции исходил из того, что при заключении договора лизинга лизингополучатель находился в положении, затрудняющем согласование иного содержания отдельных условий договора, так как "Общие условия лизинга", разработанные лизинговой компанией и размещенные в открытом доступе на ее сайте в сети "Интернет", носили типовой характер. 

Общими условиями лизинга, в частности, предусмотрено, что в случае расторжения договора лизингополучатель выплачивает сальдо лизинговой компании, рассчитанное по формуле, указанной в п. 6.10 "Общих условий лизинга". 

Как указал суд первой инстанции, Общие условия лизинга не подлежат применению, как нарушающие пределы свободы договора и ущемляющие права лизингополучателя. 

В ходе исполнения договора лизинга Лизингополучатель исполнял свои обязательства по договору, в том числе оплачивая лизинговые платежи в полном объёме. 

Ввиду неблагоприятной финансовой ситуации, с целью избежания штрафных санкций со стороны лизинговой компании руководителем компании в рамках действующих правил истца направлены письма в адрес последнего вначале с просьбой о расторжении договора лизинга (исх .№ 4 от 10.10.2022 г.), затем реструктуризации на шесть месяцев с постановкой ТС на стоянку лизинговой компании (исх. № 5 от 26.02.2022 г.). 

Вместе с тем, истец отказал в реструктуризации, между сторонами достигнуто соглашение о досрочном расторжении договора лизинга и 07.11.2022 г. и подписано, ТС было возвращено лизингодателю. 

Договор лизинга расторгнут по инициативе Лизингополучателя в связи с изменившейся экономической, политической и финансовой ситуацией. При этом, лизингополучателем просрочек в уплате лизинговых платежей допущено не было. 

В последующем, 28.11.2022 г. лизингодатель по договору лизинга передал спорное ТС другому лицу по цене 4 165 000 руб. 

Между сторонами 20.01.2022 г. подписан акт сверки взаимных расчетов в отношении трех ТС, где исковые требования лизингодателя по настоящему иску не указаны. 

Также 08.02.2023 г. сторонами подписан акт сверки взаимных расчетов по                    ТС Toyota LAND CRUISER PRADO Престиж 2.8d АКП 177 л.с, где исковые требования лизингодателя по настоящему иску также не указаны. 

При этом о возврате задолженности лизингодатель не направлял, хотя вся информация для расчета сальдо по договору лизинга появилась у истца 28.11.2022 г. 

В соответствии с положениями ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 28 "Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга)", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г. разъяснено, что условия договора лизинга, ставящие лизингодателя в заведомо лучшее положение, чем он находился бы при надлежащем исполнении договора лизинга, и навязанные лизингополучателю при заключении договора, с учетом конкретных обстоятельств дела могут быть признаны ничтожными на основании ст. ст. 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Исходя из п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в отношениях участников оборота, в том числе при вступлении в договорные отношения, не допускается заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). 

Согласно положениям ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна. 

Согласно разъяснениям, данным в п. 7 постановления Пленума № 25, если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, то в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной. 

В соответствии с разъяснениями, данными в  п. 3.1 постановления Пленума ВАС РФ № 17, расторжение договора выкупного лизинга, не должно влечь за собой получение лизингодателем таких благ, которые поставили бы его в лучшее имущественное положение, чем то, в котором он находился бы при выполнении лизингополучателем договора в соответствии с его условиями (п.п. 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условие договора, предусматривающее изначально такой расчет сальдо встречных предоставлений, пени, позволяет лизингодателю не только реализовать полностью свой имущественный интерес в заключении договора, но и заведомо получить то, что ему не причиталось бы при его надлежащем исполнении. При заключении договора лизинга лизингополучатель находился в положении, затрудняющем согласование иного содержания отдельных условий договора, так как Общие условия лизинга, разработанные лизинговой компанией и размещенные в открытом доступе на ее сайте в сети "Интернет", носили типовой характер. 

Наличие в договоре условия, существенным образом нарушающего баланс интересов сторон, в ситуации, когда лизингополучатель был лишен возможности повлиять на его содержание, свидетельствует о том, что при заключении договора равенство участников гражданского оборота являлось только формальным и лизингодатель, предложивший проект договора, нарушил установленные законом                 (п. 3 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) требования разумности и добросовестности поведения. 

При этом, взыскание с лизингополучателя платы за финансирование, причитавшейся за весь предполагавшийся срок действия договора лизинга, означало бы, что лизингополучатель продолжает оплачивать пользование финансированием, которое им уже возвращено, а лизинговая компания - получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы. 

Условие договора лизинга, определяющее права и обязанности сторон договора таким образом, что лизингополучатель обязан выплатить все лизинговые платежи, а предмет лизинга остается в собственности лизингодателя, который может осуществить его продажу, выручив денежные средства от реализации имущества, противоречит существу законодательного регулирования лизинга и нарушает баланс интересов сторон. 

Такого рода условие договора создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (п.п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании. 

Таким образом, как указал суд первой инстанции, с учетом п. 1 ст. 168 и п. 1              ст. 422 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора, устанавливающие обязанность по внесению всей суммы лизинговых платежей, несмотря на досрочный возврат финансирования, вне зависимости о используемых формулировок, являются недействительными (ничтожными). 

Данная правовая позиция также выражена в Обзоре судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 г. (п. 26). 

Поскольку заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом) не допускается, недействительными (ничтожными) являются спорные условия договора, в связи с чем, подлежат применения иная формула расчета сальдо. 

Взыскание с лизингополучателя платы за финансирование, причитавшейся за весь предполагавшийся срок действия договора лизинга, означало бы, что лизингополучатель продолжает оплачивать пользование финансированием, которое им уже возвращено, а лизинговая компания - получает возможность извлечь двойную выгоду от предоставления в пользование разным лицам одной и той же денежной суммы. 

Таким образом, условие договора лизинга, определяющее права и обязанности сторон договора таким образом, что лизингополучатель обязан выплатить все лизинговые платежи, а предмет лизинга остается в собственности лизингодателя, который может осуществить его продажу, выручив денежные средства от реализации имущества, противоречит существу законодательного регулирования лизинга и нарушает баланс интересов сторон. 

Такого рода условие договора создает неправильные стимулы поведения участников экономического оборота (п.п. 3, 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку делает именно расторжение договора способом получения прибыли лизинговой компании. 

Таким образом, на основании п. 1 ст. 168 и п. 1 ст. 422 Гражданского кодекса условия договора, устанавливающие обязанность по внесению всей суммы лизинговых платежей, несмотря на досрочный возврат финансирования, вне зависимости о используемых формулировок, являются недействительными (ничтожными). 

В данном споре ни в соглашении от 7.11.2022 г., ни в акте приема-передачи не согласованы последствия расторжения договора лизинга, поскольку в них не установлена стоимость имущества, не определена завершающая обязанность сторон по итогам сальдирования встречных предоставлений тем или иным способом. 

Исходя из содержания данных документов, их составлением опосредован возврат предмет лизинга во владение лизингодателя, акт приема-передачи составлен не в целях определения имущественных последствий расторжения договора. Текст соглашения свидетельствует лишь об отсутствии разногласий при изъятии предмета лизинга, но не позволяет утверждать, как полагает суд первой инстанции, об определении прав и обязанностей сторон при последующем распоряжении изъятым имуществом. 

При этом, Лизингополучатель не отказывался от права на получение сальдо встречных предоставлений на стадии возврата предмета лизинга, пользовался спорным ТС всего 82 дня (с 17 августа по 7 ноября 2022 г.), меньше трех месяцев. При этом, ответчик внес авансовый платеж в размере 690 000 руб., исправно платил лизинговые платежи по договору в размере 246 572 руб. 14 коп. 

Исковые требования, предъявленные к истцу в иске, в случае их удовлетворения судом, будут являться неосновательным обогащением лизингодателя. Несмотря на то, что заключено соглашение о досрочном расторжении сделки, лизингодатель уже заработал на данном договоре, как следует из сальдо, рассчитанного ответчиком по методике постановления № 17. 

Согласно листу осмотра ТС от 16.08.2022 г. пробег спорного ТС на момент заключения договора купли продажи между истцом и продавцом составлял 79 535 км., ТС эксплуатировалось ответчиком мало и бережно. 

В соответствии с расчетом встречных обязательств на основании постановления № 17 сальдо в пользу лизингополучателя  согласно приведенного в обжалуемом решении расчету составляет 271 350 руб. 67 коп., которые расценены судом как убытки истца, с учетом положений ст.ст. 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

При этом, суд первой инстанции указал на то, что он не связан правовой квалификацией правоотношений, предложенной лицами, участвующими в деле, а изменение правовой квалификации требования (например, со взыскания убытков на взыскание неосновательного обогащения) или правового обоснования требования (например, взыскания на основании норм о поставке на взыскание на основании норм об обязательствах вследствие причинения вреда) не является изменением предмета или основания иска, за исключением случаев, когда истец при изменении правовой квалификации изменяет также требование (предмет иска) и ссылается на иные фактические обстоятельства (основание иска). 

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для отказа в предъявленном иске в части взыскания суммы убытков в размере 271 350 руб. 67 коп., в удовлетворении требования о взыскании пеней, начисленных на сумму убытков отказал. 

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами суда первой инстанции в части отсутствия правовых оснований для исчисления сальдо по Общим условиям лизинга и полагает, что расчет сальдо, произведенный истцом, соответствует как условиям договора лизинга и приложений к нему, а также требованиям действующего законодательства Российской Федерации. 

При этом апелляционный суд исходит из того, что суд первой инстанции ошибочно посчитал, что п. 6.10 Общих условий лизинга не подлежит применению, а размер сальдо не может превышать сумму, рассчитанную в соответствии с постановлением № 17. 

Вышеуказанные условия, по мнению апелляционного суда, не противоречат императивным нормам и, соответственно, должны быть использованы при расчете сальдо. 

Согласно п. 1.5 спорных договоров лизинга стороны согласовали, что к их отношениям применяются Общие условия, утвержденные соответствующим приказом Лизингодателя. 

Более того, в соответствии с абз. 9 п. 6.10 Общих условий стороны согласовали, что к их взаимоотношениям не подлежит применению порядок расчета взаимных представлений, предусмотренных постановлением № 17. 

Проверив расчет сальдо, произведенный истцом, апелляционным судом усматривается, что указанный расчет соответствует Общим условиям и подлежит принятию к расчету сальдо. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 31 постановления № 17 расторжение договора выкупного лизинга по причине допущенной лизингополучателем просрочки в оплате не должно приводить к освобождению лизингополучателя от обязанности по возврату финансирования, полученного от лизингодателя, внесения платы за финансирование и возмещения причиненного лизингодателю убытков (ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также иных предусмотренных законом или договором санкций. 

Расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные представления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.  

При расчете сальдо встречных обязательств определяется сумма, которую лизингополучатель должен был выплатить лизингодателю, исходя из фактического срока пользования финансированием.   

Формула, примененная истцом при расчете сальдо и указанная в Общих условиях нормативно и документально подтверждена истцом, финансовый результат по спорному договору лизинга составляет 1 761 932 руб. 75 коп., исходя из следующего расчета: 

Показатели для расчета сальдо

 

Сумма оплаты досрочного выкупа (п. 1.1.24 ОУ)

5 799 146,68 руб. 

Задолженность по договору лизинга на дату расторжения (п. 1.1.26 ОУ)

123 286 руб. 07 коп. 

Сумма прекращения договора (СПД) (п. 1.1.26 ОУ)

5 922 432,75 руб. 

Расходы, связанные с реализацией предмета лизинга - хранение

4 500 руб. 

Убытки (У)

4 500 руб. 

Сумма прекращения договора (СПД) + убытки (У)

5 926 932,75 руб. 

Стоимость возвращенного предмета лизинга (Ц)

4 165 000 руб. 

Сальдо (СПД+У-Ц) (п.6.10 ОУ)

1 761 932,75 руб. 

Также апелляционный суд полагает, что суд первой инстанции неверно квалифицировал сумму сальдо в качестве убытков со ссылкой на положения ст.ст. 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации, в связи с чем, отказал во взыскании неустойки, поскольку в п. 3.3.4 Общих условий стороны согласовали начисление неустойки в случае просрочки оплаты суммы сальдо со стороны любой из сторон договора. 

Таким образом, апелляционный суд полагает, что требование о взыскании с ответчика неустойки, с учетом принятых судом уточнений в порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, по день принятия решения суда (дату вынесения резолютивной части) является правомерным. 

Расчет неустойки судом апелляционной инстанции проверен и признан правильным. 

С учетом наличия правовых оснований для изменения решения суда первой инстанции, апелляционный суд полагает, что пени подлежат начислению по дату вынесения резолютивной части постановления апелляционного суда. 

При этом доводы жалобы ответчика подлежат отклонению, как основанные на неверном толковании норм материального права, а также противоречат фактическим обстоятельствам и представленным в материалы дела доказательствам. 

Учитывая изложенное, у суда апелляционной инстанции имеются правовые основания для изменения решения суда первой инстанции, предусмотренные п. 3 ч. 1 ст. 270 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации и удовлетворения исковых требований. 

Расходы по госпошлине подлежат распределению в соответствии со ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.   

Руководствуясь статьями 176, 266-268, пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционный суд  

 

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда города Москвы от 31.07.2023 г. по делу № А40- 36052/23 изменить. 

Исковые требования удовлетворить. 

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «ДС Групп» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «Газпромбанк Автолизинг» 1 761 932 (один миллион семьсот шестьдесят одна тысяча девятьсот тридцать два) руб. 75 коп. неосновательного обогащения, пеней, начисленных на сумму сальдо в размере 1 761 932 (один миллион семьсот шестьдесят одна тысяча девятьсот тридцать два) руб. 75 коп., начиная с 28.11.2022 г. по 02.10.2023 г. в размере 7 928 (семь тысяч девятьсот двадцать восемь) руб. 70 коп. за каждый день просрочки, а также 30 619 (тридцать тысяч шестьсот девятнадцать) руб. госпошлины по иску и 3 000 (три тысячи) руб. госпошлины по апелляционной жалобе. 

Апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «ДС Групп» оставить без удовлетворения. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа.  

 

Председательствующий судья:                                                      О.Г. Головкина 

 

Судьи:                                                                                               Е.А. Мезрина 

 

                                                                                                           Н.И. Левченко