ВОСЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

644024, г. Омск, ул. 10 лет Октября, д.42, канцелярия (3812)37-26-06, факс:37-26-22, www.8aas.arbitr.ru, info@8aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А75-3677/2016

15 ноября 2024 года

город Омск

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 15 ноября 2024 года

Восьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Целых М.П.,

судей Сафронова М.М., Смольниковой М.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании посредством системы веб-конференции веб-конференции апелляционные жалобы (регистрационный номер  08АП-9281/2024) конкурсного управляющего  ФИО2, (регистрационный номер 08АП-9403/2024) общества с ограниченной ответственностью «Синтезпроект» на определение  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 17 июля 2024 года по делу № А75-3677/2016 (судья Первухина О.В.), вынесенное по результатам рассмотрения заявления общества с ограниченной ответственностью «Синтезпроект», конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно ФИО4, ФИО5, ФИО6 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Нижневартовский топливный центр «Юнитал» (ОГРН

<

***>, ИНН 

<

***>),

при участии в судебном заседании посредством системы веб-конференции:

от конкурсного управляющего ФИО2 – до перерыва - представителя ФИО7 (по доверенности от 05.03.2024, сроком действия один год); после перерыва – посредством системы веб-конференции не подключился;

ФИО3 – лично;

от ФИО6 - представителя ФИО8 (по доверенности от 26.09.2023, сроком действия на три года); представителя ФИО9 (по доверенности от 26.09.2023, сроком действия на три года),

установил:

публичное акционерное общество «Ханты-Мансийский банк Открытие» (далее – ПАО «Ханты-Мансийский банк Открытие», заявитель) обратилось 01.04.2016 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью Нижневартовский топливный центр «Юнитал» (далее - ООО НТЦ «Юнитал», должник) несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 04.04.2016 заявление принято, возбуждено производство по делу № А75-3677/2016, назначено судебное заседание по проверке обоснованности требований заявителя к должнику.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.05.2016 заявление Банка признано обоснованным, в отношении ООО НТЦ «Юнитал» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Сообщение о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 93 от 28.05.2016.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.10.2016 ООО НТЦ «Юнитал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Сообщение о признании должника несостоятельным (банкротом) и открытии в отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 215 от 19.11.2016.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2021 арбитражный управляющий ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО НТЦ «Юнитал».

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.04.2022 конкурсным управляющим ООО НТЦ «Юнитал» утвержден ФИО2 (далее - конкурсный управляющий ФИО2).

14.06.2021 в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Синтезпроект» (далее - ООО «Синтезпроект», кредитор) о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ООО НТЦ «Юнитал» солидарно бывшего генерального директора должника ФИО6 (далее – ФИО6, ответчик), бывшего главного инженера ООО НТЦ «Юнитал» ФИО4 (далее – ФИО4, ответчик), ФИО5 (далее – ФИО5, ответчик) и взыскании с них солидарно в пользу ООО НТЦ «Юнитал» денежных средств в сумме 76 908 594 руб. 49 коп.

Также кредитором было заявлено ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в отношении каждого из ответчиков.

06.10.2021 в арбитражный суд также поступило (отправлено почтой 20.09.2021) заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с них в пользу ООО НТЦ «Юнитал» денежных средств в сумме 76 908 594 руб. 49 коп.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 21.04.2022 указанные обособленные споры объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

К участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО10, финансовый управляющий ФИО10 ФИО11, ФИО3 (далее – третьи лица).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 17.06.2024 в удовлетворении заявлений конкурсного управляющего ФИО3 и ООО «Ситезпроект» о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО6, ФИО4 и ФИО5 отказано. Ранее принятые определения арбитражного суда от 04.12.2023 по настоящему делу обеспечительные меры в отношении ответчиков отменены.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ФИО2 и ООО «Ситезпроект» обратились с апелляционными жалобами.

Конкурсный управляющий в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

В обоснование жалобы указывает, что сама по себе аффилированность прежнего конкурсного управляющего и ООО «Ситезпроект» не образует презумпции непосредственной осведомленности последнего об обстоятельствах наличия оснований для подачи заявления о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности, а вывод суда первой инстанции о том, что недостаточность имущества должника для погашения требований кредиторов, установленная по результатам реализации имущества, не имеет правового значения в контексте наличия оснований для обращения в суд с таким заявлением не соответствует абзацу 6 пункта 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018). Таким образом, считает, что судом первой инстанции необоснованно отклонен довод кредитора о действительном моменте его осведомленности обо всех обстоятельствах, после которого надлежит исчислять срок исковой давности. Отмечает, что в качестве оснований для признания за ФИО5 статуса контролирующего должника лица приводились обстоятельства, которые возникли по истечению объективного трехлетнего срока (после 19.10.2019), а именно, приобретение ФИО5 в собственность объектов недвижимости в виде станции, станции технического обслуживания автомобилей и магазина с кафетерием по цепочке сделок, из которых следует вывод о наличии у него статуса выгодоприобретателя; считает, что ранее официальной даты перехода права собственности в отношении данного имущества на ФИО5 (30.10.2020) субъективный срок исковой давности по требованию о привлечении его к субсидиарной ответственности начаться не мог. Кроме того, по мнению апеллянта, судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доводам о злоупотреблении правом со стороны ответчиков, что, в свою очередь, является основанием для отказа в применении срока исковой давности; материалам дела подтверждается факт уклонения ФИО6 от предусмотренной законом обязанности по передаче первичной документации должника, совершения им сделок, направленных на отчуждение имущества должника по заниженной цене в условиях неплатёжеспособности последнего, подтверждается участие ФИО5 в схеме по выводу активов должника, согласованности его действий с ФИО6 и ФИО4, подтверждается совершение должником сделок в пользу ФИО4, которые впоследствии были признаны недействительными.

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2024 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 30.10.2024.

ООО «Ситезпроект» в своей апелляционной жалобе просит определение суда первой инстанции отменить и принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований в полном объеме.

В обоснование жалобы указывает, что судом первой инстанции неверно установлен срок исковой давности для обращения в суд с настоящим заявлением, поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства информирования кредитора об обстоятельствах, известных только конкурсному управляющему ФИО3, а также в условиях отсутствия официальной регистрации прав на приобретенное имущество за ФИО5 вплоть до 30.10.2020. Поскольку кредитору стали известны сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений только по результатам проведенного собрания кредитора от 10.06.2021, полагает, что срок исковой давности надлежит исчислять не ранее чем с даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы. В связи с указанным считает, что формально пропущенный трехлетний срок на обращение в суд с настоящим заявлением должен быть восстановлен по причинам, изложенным в ходатайстве кредитора с учетом уточнений. Относительно доводов о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО5, являющегося родным братом ФИО6, кредитор отмечает, что реальным бенефициаром цепочки сделок по выбытию активов (объектов АЗС-комплекса) от должника, результатам которых стала трансформация денежных средств должника в процессе прикрытой сделки дарения, является именно ФИО5

Определением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 02.09.2024 указанная апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению в судебном заседании на 30.10.2024.

28.10.2024 посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр» от ООО «Ситезпроект» поступило ходатайство о приостановлении производства по рассмотрению настоящих апелляционных жалоб до вступления в законную силу судебного акта в рамках дела № А75-1598-6/2020, вынесенного по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Городская лизинговая компания» (далее – ООО «Городская лизинговая компания») о признании недействительной единой прикрытой сделки: договора купли-продажи недвижимости от 10.02.2016, заключенного между ООО «Городская лизинговая компания» (ИНН 

<

***>) и обществом с ограниченной ответственностью «Доркомплект» (далее – ООО «Доркомплект» (ИНН 

<

***>)), договора купли-продажи недвижимости от 25.03.2016, заключенного между ООО «Доркомплект» и ФИО12 (далее – ФИО12), договора купли-продажи от 29.10.2020, по которому ФИО12, ФИО13, ФИО13 и ФИО14 продали объекты недвижимости ФИО5

Возражая против доводов, изложенных в апелляционных жалобах, ФИО6 представил письменный отзыв, в котором просит определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции представитель ФИО6 против удовлетворения ходатайства ООО «Ситезпроект» о приостановлении производства по апелляционным жалобам возражал.

ФИО3 полагал, что основания для приостановления производства по апелляционным жалобам имеются.

Представитель конкурсного управляющего ФИО2 оставил разрешение заявленного кредитором ходатайства на усмотрение суда.

Рассмотрев ходатайство ООО «Ситезпроект» о приостановлении производства по делу, апелляционный суд не усматривает оснований для его удовлетворения на основании следующего.

В силу пункта 1 части 1 статьи 143 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд обязан приостановить производство по делу в случае невозможности рассмотрения данного дела до разрешения другого дела, рассматриваемого Конституционным Судом Российской Федерации, конституционным (уставным) судом субъекта Российской Федерации, судом общей юрисдикции, арбитражным судом.

В соответствии с частью 1 статьи 145 АПК РФ производство по делу приостанавливается в случаях, предусмотренных пунктом 1 части 1 статьи 143 и частью 5 статьи 144 АПК РФ, до вступления в законную силу судебного акта соответствующего суда.

Данные нормы права направлены на устранение конкуренции между судебными актами. Объективной предпосылкой применения данных норм права является невозможность рассмотрения одного дела до принятия решения по другому делу. Такая предпосылка имеет место в случае, когда решение по другому делу будет иметь какие-либо процессуальные или материальные последствия для разбирательства по настоящему делу.

В рассматриваемом случае ходатайство о приостановлении производства по апелляционным жалобам мотивировано рассмотрением Арбитражным судом Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в рамках дела № А75-1598/2016 обособленного спора по оспариванию сделки, которая заявлена в рамках настоящего спора в качестве одного из оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО НТЦ «Юнитал».

Вместе с тем рассмотрение обособленного спора в рамках дела № А75-1598/2016 само по себе не свидетельствует о невозможности рассмотрения настоящих апелляционных жалоб до рассмотрения названного дела по существу и вступления итогового акта в законную силу, учитывая, что в настоящем случае проводится проверка обоснованности вывод суда первой инстанции, сделанных им на основе имеющихся в материалах дела доказательств.

В этой связи основания для приостановления производства по делу у апелляционного суда отсутствуют, ходатайство ООО «Ситезпроект» подлежит оставлению без удовлетворения.

По существу представитель конкурсного управляющего ФИО2 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм материального права. Просил его отменить, апелляционную жалобу - удовлетворить.

Представитель ФИО6 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционные жалобы, считает, что доводы, изложенные в апелляционных жалобах, являются несостоятельными. Просил оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В заседании суда апелляционной инстанции, открытом 30.10.2024, в соответствии со статьей 163 АПК РФ объявлен перерыв до 13.11.2024 с целью предоставления сторонами дополнительных пояснений относительно срока исковой давности, после окончания которого судебное заседание продолжено. Информация о перерыве в судебном заседании размещена в информационном ресурсе http://kad.arbitr.ru/.

06.11.2024 от конкурсного управляющего ФИО2 поступили письменные пояснения, в которых, помимо прочего указывает, что даже в условиях признания судом первой инстанции пропущенным процессуального срока на обращение в суд с заявлением о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, им необоснованно не рассмотрен вопрос о взыскании с ответчиков убытков, срок давности о взыскании которых исчисляется иначе и не ограничен объективным трехлетним сроком давности.

08.11.2024 от ООО «Ситезпроект» поступили пояснения относительно сроков давности для подачи заявления с указанием конкретных событий в отношении каждого из ответчиков, наличии или отсутствии ущерба и даты, с которых кредитора надлежит считать осведомлённым.

11.11.2024 ФИО6 также представлены пояснения по срокам исковой давности с возражениями на доводы подателей апелляционных жалоб.

В судебном заседании, продолженном после перерыва 11.11.2024, представитель ФИО6 поддержал ранее изложенную позицию, против удовлетворения апелляционных жалоб возражал.

ФИО3 поддержал доводы, изложенные в апелляционных жалобах. Считает определение суда первой инстанции незаконным и необоснованным, просил его отменить, апелляционные жалобы – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежащим образом извещенные о времени и месте заседания суда апелляционной инстанции, явку своего представителя в судебное заседание не обеспечили. В соответствии со статьями 123, 156, 266 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена судом апелляционной инстанции в отсутствие указанных лиц.

Изучив материалы дела, апелляционные жалобы, отзывы на них, заслушав представителей участвующих в деле лиц, проверив законность и обоснованность судебного акта в порядке статей 266, 270 АПК РФ, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены или изменения определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 17.07.2024 по настоящему делу.

Как следует из материалов дела, ООО НТЦ «Юнитал» зарегистрировано Администрацией муниципального образования г. Нижневартовска 14.01.2002; сведения о центре внесены в Единый государственный реестр юридических лиц 20.11.2002 за ОГРН 

<

***>.

Сведения о генеральном директоре должника, как о лице, имеющем право без доверенности действовать от имени юридического лица, ФИО6 также внесены в ЕГРЮЛ 20.11.2002.

Согласно доводам заявлений, ФИО6 является учредителем (участником) центра с размером доли 50 % в уставном капитале.

Соответственно, ФИО6 является контролирующим должника лицом по смыслу пункта 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве в действующей редакции.

ФИО4 занимал должность главного инженера в ООО НТЦ «Юнитал», который также являлся первым заместителем директора организации. Согласно позиции кредитора и конкурсного управляющего именно ФИО4 фактически осуществлял руководство компанией, способствовал выводу активов должника в преддверии объективного банкротства должника, поскольку в его обязанности входило управление всем комплексом технических служб общества. В дополнение к изложенному, установлено, что ФИО4 на период отпуска или временной нетрудоспособности исполнительного директора внутренним приказом назначался на должность временного исполняющего обязанности исполнительного директора ООО НТЦ «Юнитал», в связи с чем он также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности.

В отношении ФИО5, являющегося родным братом ФИО6, отмечено, что он является конечным бенефициаром цепочки сделок по отчуждению транспортных средств и комплекса АЗС в п. Излучинске и транспортного средства, в связи с чем подлежит признанию контролирующим должника лицом как конечный выгодоприобретатель.

В частности, в качестве оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника кредитор ссылается на непередачу ФИО6 конкурсному управляющему документов и товарно-материальных ценностей, истребованных определением суда от 13.10.2016 по делу № А75-3677/2016, совершение ФИО6 сделок по отчуждению транспортных средств, совершение ФИО6 платежей в пользу третьих лиц.

Так, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 13.10.2016 по делу № А75-3677/2016 удовлетворено ходатайство временного управляющего об обязании бывшего руководителя ООО НТЦ «Юнитал» ФИО6 передать временному управляющему имущество должника, в том числе имущественные права, а так же бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения.

Указанное определение суда от 13.10.2016 бывшим директором должника не исполнено.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 19.10.2016 ООО НТЦ «Юнитал» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3

Конкурсным управляющим ООО НТЦ «Юнитал» в ОСП по г. Нижневартовску направлен исполнительный лист серии ФС № 017538323 на принудительное исполнение вышеуказанного определения. Судебным приставом-исполнителем 22.03.2019 возбуждено исполнительное производство.

По мнению заявителя, непередача ФИО6 конкурсному управляющему ООО НТЦ «Юнитал» первичных бухгалтерских и иных документов, товарно-материальных ценностей, истребованных определением суда от 13.10.2016 по делу № А75-3677/2016, подтверждающих факты финансово-хозяйственной деятельности центра, не позволила конкурсному управляющему в полном объёме сформировать доказательную базу при рассмотрении обособленных споров по заявлению конкурсного управляющего о взыскании задолженности в виде неосновательного обогащения к ряду обществ (ООО «Профи групп», ООО «Югра», ООО «ЮграСпецРемонт», ООО «Нефтьинвест», ООО «Лотос»), что привело к отказу в удовлетворении заявлений.

По результатам проведения анализа финансово-хозяйственной деятельности должника конкурсный управляющий ООО НТЦ «Юнитал», полагая, что отельные сделки должника являются недействительными, как совершённые в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника и со злоупотреблением правом, обратился в арбитражный суд с заявлениями об оспаривании этих сделок.

В частности, определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.04.2018 по делу № А75-3677/2016 удовлетворено заявление конкурсного управляющего о признании недействительными договоров купли-продажи от 20.01.2015 по реализации транспортных средств, заключённых между ООО НТЦ «Юнитал» и ИП ФИО4 по заведомо заниженным ценам. Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2018 данное определение суда от 02.04.2018 изменено в части применения последствий недействительности сделок, на ФИО4 возложена обязанность возвратить в конкурсную массу должника две единицы техники и денежные средства в размере 8 660 239 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 12.12.2018 признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 10.12.2014, совершённый между ООО НТЦ «Юнитал» и ФИО15, в отношении транспортного средства ГАЗ 330232, (VIN) 

<

***>.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 13.12.2018 признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 27.01.2015 в отношении транспортного средства ГАЗ 322132, автобус, длиной не более 5м, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО16 возвратить в конкурсную массу ООО НТЦ «Юнитал» указанный автобус.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2018 признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 14.03.2014 в отношении МАЗ642208-020 грузовой тягач седельный, год изготовления – 2004, применены последствия недействительности сделки, с ФИО17 в конкурсную массу должника взыскана стоимость транспортного средства в размере 410 657 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 22.02.2019 признаны недействительными сделки купли-продажи от 21.03.2016 и 29.03.2016, заключенные между ООО НТЦ «Юнитал» и ООО «Юнитал» (ИНН 

<

***>) в отношении Ленд Ровер Рендж Ровер с идентификационным номером 

<

***>.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.10.2018 заявление конкурсного управляющего о признании недействительными договоров купли-продажи от 09.02.2015 по реализации транспортных средств, заключённых между ООО НТЦ «Юнитал» и ИП ФИО4 по заведомо заниженным ценам удовлетворено; применены последствия недействительности сделок: на ФИО4 возложена обязанность передать для включения в конкурсную массу ООО НТЦ «Юнитал» прицеп-здание мобильное, идентификационный номер (VIN) 

<

***> и машину подметально-уборочную ПУУ-1, идентификационный номер (VIN) 0911(80837048).

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 15.02.2019 признана недействительной сделка от 23.10.2015 № 0192/ОС/15 купли-продажи транспортного средства автоцистерна 6613-07, идентификационный номер (VIN) 

<

***>, заключенная между ООО НТЦ «Юнитал» и ФИО4 Применены последствия недействительности сделки, на ФИО4 возложена обязанность возвратить ООО НТЦ «Юнитал» данное транспортное средство.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2019 признана недействительной сделка по отчуждению ООО НТЦ «Юнитал» в собственность ФИО18 объекта – нежилое здание, общая площадь 318,3 кв. м, расположенное по адресу 

<

...>, прикрытая договором купли-продажи от 11.11.2015 № 00200/ОКС/15 (между ООО «НТЦ «Юнитал» и ООО «Кристалл») и договором купли-продажи от 04.12.2015 № 24/15 (между ООО «Кристалл» и ФИО18). В порядке приминения последствий недействительности сделки суд обязал ФИО18 вернуть ООО НТЦ «Юнитал» нежилое здание.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 16.10.2019 признана недействительной сделка по отчуждению недвижимого имущества – административно-бытовой корпус, кадастровый номер; 86:11:0000000:1700, заключённая между центром и ООО «Кристалл («Агро-Строй»), в последующем заключённая сделка между ООО «Кристалл» и ФИО18 Применены последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу центра недвижимого имущества. Из данного определения следует, что исходя из выводов, содержащихся в заключении эксперта по данному обособленному спору, рыночная стоимость реализованного имущества по состоянию на момент продажи составляла 20 379 573 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.08.2019 удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО НТЦ «Юнитал» к ООО «НГ» о признании недействительными (мнимыми) сделок и применении последствий недействительности сделок по перечислениям денежных средств со счетов ООО НТЦ «Юнитал» в пользу ООО «Кристалл» (правопредшественник ООО «НГ») в размере 38 423 246 руб. 16 коп.

Постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2018 признан недействительным договор от 11.03.2015 по уступке права требования ООО «Городская Лизинговая Компания» (лизингодатель) по договору финансовой аренды (лизинга) от 27.07.2010 № 01-2010-АН в пользу ООО «Юнитал Эстейт» в отношении имущества стационарная автозаправочная станция, кадастровый номер 86:04:0000018:1453; станция технического обслуживания автомобилей, кадастровый номер 86:04:0000018:1198; стационарная автозаправочная станция, 1,1 км в Северном направлении от центра пгт. Излучинск; магазин с кафетерием, кадастровый номер 86:04:0000018:1122). В качестве применения последствий недействительности сделки с ООО «Юнитал Эстейт» в пользу ООО НТЦ «Юнитал» взыскано 12 774 911 руб. 05 коп.

Отсутствие оплаты по договору уступки права (требования) и передачи обязательств (перевод долга) от 11.03.2015 повлекло негативные последствия исключительно для ООО НТЦ «Юнитал», из правообладания последнего выбыли дорогостоящие активы, при условии, что лизинговые платежи за указанное имущество оплачены почти в полном объёме. Таким образом, ООО НТЦ «Юнитал», уплатив значительную часть лизинговых платежей в пользу ООО «Городская Лизинговая Компания», не получило никакого встречного исполнения от ООО «Юнитал Эстейт», лишившись права получить в собственность оплаченное почти в полном объёме (около 90 %) имущество.

По мнению кредитора, ФИО6, являясь одновременно руководителем и учредителем ООО НТЦ «Юнитал» и ООО «Юнитал Эстейт», совершая указанную сделку (подписывая договор уступки прав (требований) и перевода долга по договору финансовой аренды (лизинга) № 01-2010-АН, заключённый между ООО НТЦ «Юнитал» (должник), ООО «Юнитал Эстейт» (новый должник) и ООО «Городская лизинговая Компания» от 11.03.2015), действовал умышленно, с целью выведения из имущественной массы центра ликвидного имущества, не обременённого залоговыми обязательствами.

Также в период процедур конкурсным управляющим был оспорен ряд сделок и взыскано неосновательное обогащение в судах общей юрисдикции.

Так, решением Арбитражного суда г.Москвы от 07.06.2019 по делу № А41-326550/2019 с ООО «ТМ-Строй» в пользу ООО НТЦ «Юнитал» взыскано 380 000 руб. неосновательного обогащения, 52 606 руб. 57 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 01.07.2019 по делу № А60-18434/2019 с ООО «Еврогенстрой» в пользу ООО НТЦ «Юнитал» взыскано 6 440 400 руб. неосновательного обогащения, 901 303 руб. 10 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Арбитражного суда Томской области от 18.10.2019 по делу № А67-8569/2019 с ООО «Трансснаб ТМ» в пользу ООО НТЦ «Юнитал» взыскано 5 940 000 руб. неосновательного обогащения, 1 269 828 руб. 28 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

Решением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 03.12.2019 по делу № А75-15781/2019 с ООО «Профи групп» в пользу ООО НТЦ «Юнитал» взыскано 7 571 470 руб. 42 коп. неосновательного обогащения, 1 319 406 руб. 43 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами.

В отношении ФИО4 заявлено такое основание как совершением им сделок/действий (проставление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 31.07.2018, определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 18.10.2018, 15.02.2019, 22.02.2019 по делу № А75-3677/2016), не соответствующих существовавшим на момент их совершения рыночным условиям и обычаям делового оборота, способствовавших возникновению кризисной ситуации, её развитию и переходу в стадию объективного банкротства должника. В результате совершения вышеуказанных сделок с участием ФИО4, должнику был причинен ущерб на сумму 21 088 974 руб., что свидетельствует о причинении имущественного вреда кредиторам должника.

В отношении ФИО5 также указанно на ряд сделок, в результате которых данный ответчик являлся конечным выгодоприобретателем – определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 02.04.2018 по делу № А75-3677/2016. Впоследствии обязательства ФИО4 в рамках возбужденного в отношении него дела о банкротстве в результате взыскания с него денежных сумм в рамках дела № А75-3677/2016 систематически погашались ФИО5 (дело № А75-19802/2018).

Также заявители указали, что в процессе рассмотрения настоящего спора было установлено, что имущество в виде сети объектов АЗС, которые являлись предметом сделки, признанной недействительной постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2018 по делу № А75-3677/2016, с 30.10.2020 было зарегистрировано за ФИО5, что свидетельствует о наличии у него статуса выгодоприобретателя, и, как следствие, контролирующего должника лица.

По состоянию на 12.06.2021 совокупный размер требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов ООО НТЦ «Юнитал», составляет 76 908 594 руб. 49 коп.

Полагая, что допущенные бывшим руководителем должника ФИО6, а также ФИО4 и ФИО5 нарушения, совершенные ими действия, повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов, ООО «Синтезпроект» и конкурсный управляющий обратились в арбитражный суд с заявлением о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Отказывая в удовлетворении заявлений, суд первой инстанции пришёл к выводу о пропуске заявителями срока давности для подачи заявления о привлечении ФИО6, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по заявленным ими основаниям.

Повторно рассмотрев материалы обособленного спора в пределах доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого определения.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ и статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В пункте 3 статьи 4 от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) определено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьёй 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу правовой позиции, приведённой в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», положения обновлённого законодательства о субсидиарной ответственности контролирующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу обновленного закона.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3), учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчику действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 30.05.2023 № 1288-О, положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ устанавливали, что, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам; пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, в частности, при установлении причинения вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 данного Федерального закона; контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несёт субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует; такое лицо также признаётся невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника. Аналогичные положения закреплены в пунктах 2 и 10 статьи 61.11 того же Федерального закона в действующей редакции

Как отмечал Конституционный Суд Российской Федерации, при реализации субсидиарной ответственности контролирующих общество лиц не отменяется действие общих оснований гражданско-правовой ответственности – для привлечения к ответственности необходимо наличие всех элементов состава гражданского правонарушения: противоправного поведения, вреда, причинной связи между ними и вины правонарушителя (Постановления от 21.05.2021 № 20-П, от 07.02.2023 № 6-П).

При этом, по смыслу нашедших отражение в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П правовых позиций, закреплённые оспариваемыми нормами презумпции в отношении таких оснований субсидиарной ответственности, как противоправное поведение и причинная связь между ним и причинённым кредитору вредом, перераспределяют бремя доказывания только при установлении указанных в них специальных обстоятельств, относящихся к сфере хозяйственной деятельности должника, вне которой, как правило, находится лицо, обращающееся с заявлением о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности. Посредством возложения в силу закона на участников соответствующих отношений дополнительных обязанностей, наделения корреспондирующими правами, предоставления процессуальных преимуществ в виде презумпций и посредством процессуальной деятельности суда по распределению бремени доказывания с целью соблюдения принципа добросовестности в его взаимосвязи с принципом справедливости обеспечивается в числе прочего баланс прав лиц, участвующих в деле о банкротстве, учитывая объективное неравенство их процессуальных возможностей по доказыванию оснований для привлечения контролирующих должника лиц к ответственности

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 4 указанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии.

В рассматриваемом случае с учетом вышеуказанных положений Закона о банкротстве ФИО6 является лицом, контролирующим должника; данное лицо, в числе прочего в силу статуса руководителя общества на момент совершения вменяемого в качестве противоправного поведения, несёт ответственность за организацию, состояние и достоверность бухгалтерского учёта в обществе, а также за надлежащее и своевременное погашение подконтрольным им обществом своих обязательств в процессе осуществления хозяйственной деятельности. При этом обозначенные управляющим в качестве оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности обстоятельства обусловливают применение положений статьи 10 Закона о банкротстве. При разрешении настоящего спора заявлено о пропуске управляющим срока исковой давности.

При этом доказательств, подтверждающих, что ФИО5 являлся конечным выгодоприобретателем от деятельности ООО НТЦ «Юнитал» и оказывал фактическое влияние на работу ООО НТЦ «Юнитал», давал указания по ведению хозяйственной деятельности, суду не представлено.

Позиции подателем жалобы сводятся к доводам о том, что ФИО5 официально став собственником комплекса объектов АЗС 30.10.2020, изначально являлся выгодоприобретателем от реализации данного имущества через цепочку сделок.

Так, постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 14.11.2018 был признан недействительным договор от 11.03.2015 по уступке права требования ООО «Городская Лизинговая Компания» (лизингодатель) по договору финансовой аренды (лизинга) от 27.07.2010 № 01-2010-АН в пользу ООО «Юнитал Эстейт» в отношении имущества стационарная автозаправочная станция, кадастровый номер 86:04:0000018:1453; станция технического обслуживания автомобилей, кадастровый номер 86:04:0000018:1198; стационарная автозаправочная станция, 1,1 км в Северном направлении от центра пгт. Излучинск; магазин с кафетерием, кадастровый номер 86:04:0000018:1122). В качестве применения последствий недействительности сделки с ООО «Юнитал Эстейт» в пользу ООО НТЦ «Юнитал» взыскано 12 774 911 руб. 05 коп.

Впоследствии заявителями было установлено, что 10.02.2016 ООО «Городская Лизинговая Компания» (продавец) и ООО «Доркомлект» (ИНН 

<

***>) (покупатель) заключили договор купли-продажи недвижимости в отношении указанных выше объектов недвижимости, стоимость которого была определена в 2 601 978 руб. 75 коп.

25.03.2016 между ООО «Доркомплект» (продавец) и ФИО12 (покупатель) был заключен договор купли-продажи недвижимости в отношении указанных выше объектов недвижимости по цене 2 800 000 руб.

Далее, через 4,5 года после этого 30.10.2020 право собственности на указанные выше объекты недвижимости перешли от правопреемников (родственники в порядке принятия наследства) ФИО12 (умер) к ФИО5, который по настоящее время является собственником объектов недвижимости.

Вместе с тем, промежуточные сделки по переходу указанного имущества от ООО «Городская Лизинговая Компания» (продавец) к ООО «Доркомлект», а от данного общества к ФИО12 недействительными не признаны, доказательств недобросовестности данных лиц, равно как и цели совершения ими сделок в интересах ФИО5, а также изначальной направленности ФИО5 на получение (сохранение) данного имущества не представлены.

Кроме того, несмотря на то, что ФИО5 является аффилированным к должнику лицом, он также осуществляет самостоятельную коммерческую деятельность, у него может быть собственный предпринимательский интерес в приобретении спорного имущества.

В связи с указанным, у коллегии судей отсутствуют основания отнесения ФИО19 к контролирующему должника лицу.

Доводы о наличии оснований для признания ФИО4, являющегося главным инженером должника, статуса контролировавшего лица, апелляционная коллегия судей также полагает ошибочными.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Вместе с тем существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств.

В рамках данной категории дел судам надлежит устанавливать степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Между тем, в настоящем случае заявителями не представлено надлежащих доказательств того, что ФИО4, ранее являвшийся главным инженером ООО НТЦ «Юнитал», назначаемый на период отпуска директора исполняющим обязанности исполнительного директора общества, может быть отнесен к контролирующим должника лицам по смыслу действующего законодательства. Из материалов дела не следует, что ФИО4, даже на период отпуска или временной нетрудоспособности ФИО6, принимал участия в распределении прибыли должника и в его хозяйственной деятельности, контролировал такую деятельность, принимал решения об одобрении каких-либо сделок должника, принимал какие-либо иные значимые решения, которые в итоге оказали существенное влияние на деятельность должника. Из материалов дела также не следует обстоятельств навязывания данным ответчиком должнику невыгодных управленческих решений, блокирование принятия явно выгодных решений, не доказано совершение и иных действий, выходящих за пределы его полномочий как работника должника.

Само по себе совершением сделок должника с участием ФИО4 также не влечет автоматического наделения его статусом контролировавшего должника лица в отсутствии иных значимых обстоятельств.

Более того, как было указано заявителями, что также не опровергается ответчиками, после оспаривания сделок должника, заключенных с ФИО4, конкурный управляющий ООО НТЦ «Юнитал» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом) и включении в реестре требований кредиторов данного должника задолженности в размере 8 698 781 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10.01.2019 по делу № А75-19802/2018 заявление ООО НТЦ «Юнитал» было принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.03.2019 по делу № А75-19802/2018 требования ООО НТЦ «Юнитал» признаны обоснованными, в отношении ИП ФИО4 введена процедура реструктуризация долгов гражданина.

В процессе процедуры реструктуризации долгов гражданина сторонами было заключено мировое соглашение, которое впоследствии было расторгнуто в судебном порядке ввиду нарушения ИП ФИО4 сроков погашения задолженности. При этом важным обстоятельством, которое установил суд при рассмотрении спора о расторжении мирового соглашения, является тот факт, что погашения задолженности ФИО4 осуществлялось ФИО5, что следовало из реквизитов платежных поручений.

Обстоятельства того, что после изъятия спорных транспортных средств у должника и передачи их ответчику, должник лишился возможности осуществлять приносящую ему доход деятельность, в любом случае не могут быть вменены в вину ФИО4, который на момент совершения сделки не являлся контролирующим должника лицом, то есть не мог повлиять на исход данного события в целях определения наличия его вины в доведении общества до банкротства по указанному основанию.

С учетом изложенного, у апелляционной коллегии судей отсутствуют основания считать ФИО4 контролировавшим должника лицом, действия которого могли привести к объективному банкротству, учитывая также что общая сумма взысканных с него в порядке применения последствий недействительности сделок составила чуть более 8 млн.руб., что в значительной степени не могло повлиять на возможность должника осуществлять свою хозяйственную деятельность с учетом её масштабов.

При этом из материалов арбитражного дела А75-19802/2018, размещённых в системе «Картотека арбитражных дел», следует, что задолженности ФИО4 перед ООО НТЦ «Юнитал» в размере 8 277 165 руб. долга, 383 074 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами погашена полностью.

Однако важным обстоятельством является то, что при разрешении настоящего спора ответчиками было заявлено о пропуске кредитором и управляющим срока исковой давности.

В обоснование своей позиции ФИО6 ссылался на то, что ООО «Синтезпроект» является аффилированным по отношению к конкурсному управляющему ФИО3 лицом соответственно узнало обо всех обстоятельствах вменяемых ответчикам в те же периоды, что и конкурсный управляющий ФИО3, которому ранее определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 06.10.2023, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 26.01.2024 и постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 09.04.2024 по настоящему делу, в удовлетворении требований о привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности было отказано в связи с пропуском конкурсным управляющим объективного и субъективного сроков исковой давности для подачи заявления. Кроме того указал на то, что указанными лицами пропущен пресекательный трехлетний срок исковой давности, на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, с даты введения в отношения должника процедуры конкурсного производства.

ФИО5 и ФИО4 также было заявлено о пропуске кредитором и конкурсным управляющим срока исковой давности (ходатайства поступили в арбитражный суд 28.05.2024). Ответчиками указано на то, что обстоятельства, вменяемые им, имели место в период с 2016 по 29.07.2017, то есть на эти действия распространяется годичный срок исковой давности, предусмотренный статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, который к моменту подачи иска истек.

В указанной части коллегия судей руководствуется тем, что в период с 2009 года по 2017 год в нормы права, касающиеся порядка определения начала течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и порядка его исчисления, вносились неоднократные изменения, при этом законодатель при разработке данной правовой конструкции исходил из того, что целью установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности является как обеспечение эффективности реализации публичных функций, так и сохранение необходимой стабильности соответствующих правовых отношений, а в основе установления сроков исковой давности и сроков давности привлечения к ответственности лежит положение о том, что никто не может быть поставлен под угрозу возможного обременения на неопределенный (слишком длительный) срок.

Основным вопросом при исчислении давности в спорной части является выбор между нормой о продолжительности субъективного срока исковой давности, действовавшей в период совершения ответчиками ряда неправомерных действий, приведших к возникновению неисполненных обязательств перед кредиторами (абзац 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве) и нормой, введенной Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, действующей с 30.07.2017 (пункт 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве).

Законом № 134-ФЗ, вступившим в силу с 30.06.2013, в статью 10 Закона о банкротстве введён пункт 5, содержащий норму о том, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 данной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом (абзац четвёртый пункта 5). Если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному пунктом 4 настоящей статьи, невозможно определить размер ответственности, суд после установления всех иных имеющих значение фактов приостанавливает рассмотрение этого заявления до окончания расчётов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредитор.

Впоследствии пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве изложен в новой редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которая вступила в силу с 28.06.2017, установлено, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трёх лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом

Законом № 266-ФЗ введена глава III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве» в Закон о банкротстве, в силу пункта 5 статьи 61.14 которого заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным названной главой, может быть подано в течение трёх лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трёх лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

В связи с названными изменениями законодательства, соответствующая правоприменительная практика в вышеназванный период также неоднократно изменялась, при этом начало течения срока исковой давности по заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности определялось моментом, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, в дальнейшем - не ранее даты завершения реализации имущества должника и окончательного формирования конкурсной массы, а затем вновь - с момента, когда конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии обстоятельств для привлечения к субсидиарной ответственности, из чего следует, что в правоприменительной практике длительное время существовала правовая неопределенность по порядку определения начала исчисления сроков исковой давности по спорам о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Кроме того, прежний годичный субъективный срок исковой давности по искам о привлечении к субсидиарной ответственности был заменен трехгодичным сроком исковой давности.

Заявление о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности предъявлены в суд после вступления в силу Закона № 266-ФЗ. Принимая во внимание, что правонарушения, которые вменяются ответчикам по настоящему спору предусматривали возможность привлечения к субсидиарной ответственности как в редакции Закона о банкротстве и внесения соответствующих изменений Законами № 134-ФЗ и № 266-ФЗ, при решении вопроса о продолжительности срока исковой давности, а также порядка его исчисления необходимо учитывать истек ли срок исковой давности к моменту прекращения действия предыдущей редакции Закона о банкротстве (и Гражданского кодекса Российской Федерации). Схожая правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3).

В любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть ранее введения процедуры конкурсного производства.

Позиция ответчиков заключается в том, что применяемая норма о давности должна определяться по правонарушителю (причинителю вреда) либо дате банкротства должника, а не по истцу (потерпевшему от причинения вреда).

Между тем такое толкование противоречит сложившейся судебной практике и толкованию, данному Конституционным Судом Российской Федерации.

Так, сложившаяся судебная практика исходит из того, что давность определяется по потерпевшему, а не по нарушителю (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 15.08.2024 №305-ЭС24-8216 по делу №А41- 62370/2021, определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 18.06.2024 №305-ЭС23-30276 по делу №А40-151913/2022).

В настоящем случае это означает, что выбор нормы определяется не по моменту совершения отдельных правонарушений ответчиками, а по моменту, когда истец узнал или должен был узнать о наличии совокупности оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Данное толкование подтверждается пунктом 5.1. Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 20.07.2011 №20-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 4 статьи 93.4 Бюджетного кодекса Российской Федерации, части 6 статьи 5 Федерального закона «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части регулирования бюджетного процесса и приведении в соответствие с бюджетным законодательством Российской Федерации отдельных законодательных актов Российской Федерации» и статьи 116 Федерального закона «О федеральном бюджете на 2007 год» в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации».

Как указывает Конституционный Суд РФ, учитывая конституционный принцип недопустимости придания обратной силы закону, ухудшающему положение лица, распространение на прошлое время нового правового регулирования в части, изменяющей сроки исковой давности, возможно лишь постольку, поскольку оно не противоречит правомерным ожиданиям этого лица, обусловленным правовым регулированием, действовавшим на момент возникновения соответствующих правоотношений.

При этом, исходя из презумпции добросовестности сторон имущественных отношений (статья 10 ГК Российской Федерации), не предполагается, что конституционная защита может распространяться на ожидания, связанные со стремлением одной стороны правоотношения нарушить права и законные интересы другой стороны, а значит, не предполагается, что увеличение срока исковой давности применительно к договорам, которые были заключены в других условиях, может ухудшить положение обязанной стороны в таком договоре на том основании, что при его заключении она не могла предвидеть подобные последствия. Иное означало бы, что сторона - в противоречие с действительным смыслом и предназначением исковой давности - заведомо исходила из того, что по истечении указанного в законе срока она не будет исполнять свои обязательства по договору.

Во всяком случае, приданием обратной силы норме о сроке исковой давности не может считаться регулирование, распространяющееся на отношения, в которых срок исковой давности еще не истек.

Поскольку институт исковой давности не регулирует содержание правоотношений, которые могут стать предметом судебного спора, и поскольку истечение срока исковой давности находится вне контроля должника, а потому является для него лишь следствием поведения другой стороны, активные действия которой могут привести к перерыву течения срока исковой давности независимо от поведения должника, его правовое положение не изменяется до тех пор, пока не истечет срок исковой давности, установленный законом. Следовательно, увеличение срока исковой давности применительно к тем отношениям, по которым установленный ранее действовавшим законодательством срок исковой давности еще не истек, не может расцениваться как ухудшение правового положения лица и ограничение его прав, уже существующих в конкретных правоотношениях, недопустимое с точки зрения Конституции Российской Федерации (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 апреля 2010 года № 9-П).

То есть Конституционный Суд исходит из того, что давность регулирует поведение потерпевшего (истца), а не нарушителя (ответчика), а значит, определяется по истцу, а не по ответчику.

Указанное обстоятельство относится к понятию субъективного сока исковой давности.

При этом права ответчиков в полной мере защищаются двумя объективными сроками исковой давности.

Так, согласно пункту 2 статьи 196 ГК РФ срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года № 35-ФЗ «О противодействии терроризму».

Кроме того, согласно пункту 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве иск о привлечении к субсидиарной ответственности может быть подан не позднее трех лет со дня прекращения производства по делу о банкротстве и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

Причем указанные предельные объективные сроки восстановлению не подлежат (абзац 3 пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», далее – Постановление № 53).

В данном случае правонарушение ответчиков (которое состояло в том, что выведенное из имущественной сферы должника имущество и средства не были в последующем восполнены) следует считать оконченным в момент прекращения деятельности должника и изъятия у него всех активов, поскольку только в этот момент должник окончательно лишился возможности в будущем погасить свои обязательства.

В данном случае должник оказался брошенным бизнесом в 2016 году.

Поскольку процедура конкурсного производства в отношении должника введена решением арбитражного суда от 19.10.2016, предельный объективный срок на подачу заявления о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности по ранее действующим нормами Закона № 134-ФЗ истек 19.10.2019.

Как разъяснено в пункте 58 Постановления № 53, годичный срок исковой давности является специальным сроком исковой давности (пункт 1 статьи 197 ГК РФ), начало течения которого обусловлено субъективным фактором (моментом осведомленности заинтересованных лиц). Данный срок ограничен объективным обстоятельством: он в любом случае не может превышать трех лет со дня признания должника банкротом и не подлежит восстановлению (абзац 3 пункта 62 Постановления № 53).

С рассматриваемым заявлением конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд 20.09.2021 (направлено почтовым отправлением), то есть спустя 3,5 лет после признания должника банкротом.

Факт совершения подозрительных сделок должника с ФИО4 управляющий установил при получении соответствующих ответов от регистрирующих органов в конце 2016 года. Первое заявление об оспаривании сделок поступило в суд 14.06.2017, то есть к этому моменту конкурсный управляющий уже, проанализировав финансовое состояние должника, выбывшие активы, размер требований кредиторов, установил факт совершения данных сделок и факт нарушения ими норм гражданского законодательства и Закона о банкротстве. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы управляющего, отсутствуют основания полагать результаты инициированных судебных споров обусловливающими обращение в суд с настоящими требованиями, поскольку управляющий вправе и обязан своевременно предпринимать действенные меры к восполнению конкурсной массы, использовать все доступные способы защиты нарушенных прав.

С учетом того, что после открытия в отношении должника процедуры конкурсного производства многочисленные заявления об оспаривании сделок были поданы в суд управляющим в 2017 году, была проведена опись имущества должника, по результатам которой была установлена недостаточность активов должника для погашения требований кредиторов, изучена и проанализирована бухгалтерская отчетность и документация должника, полученная информация о структуре взаимоотношений внутри общества, оспоренные сделки, в том числе с аффилированными лицами, не носили сложноструктурный характер, конкурсный управляющий в период с конца 2017 года или в начале 2018 года, очевидно, мог и должен был обратиться в суд с соответствующим заявлением.

Относительно заявленных в отношении ФИО5, как выгодоприобретателя, управляющий ссылается на то, что факт вывода одного из приобретенных ФИО4 транспортного средства в пользу ФИО5 был установлен судом при рассмотрении обособленного спора об оспаривании сделки (определение суда первой инстанции от 02.04.2018, измененное судом апелляционной инстанции постановлением от 31.07.2018), а обстоятельства того, что реальным владельцем комплекса объектов АЗС в результате цепочки сделок в действительности являлся ФИО5 были установлены только с момента получения сведений об официальной регистрации смене собственности данного имущества, то есть с 2020 года.

Однако из указанных обстоятельств, следует, что в момент оспаривания сделок с ФИО4 конкурсный управляющий уже имел представления об участии ФИО5 в мероприятиях по получению имущества, ранее принадлежащего должнику. Факт аффилированности ФИО5 и ФИО6 у управляющего сомнений не вызывала.

Относительно ФИО5, как лица пользующегося комплексом АЗС управляющему было известно из кассового чека от 20.11.2018, выданного одному из покупателей на АЗС, где в шапке чека были указаны ФИО директора.

При добросовестном отношении к своим обязанностям, действуя разумно, в интересах всех кредиторов, как конкурсный управляющий, своевременно предпринять меры по оспариванию сделок, истребованию сведений о реальном пользовании спорным имуществом, основании данного использования, мог сформулировать к нему требования, в том числе и без судебного акта об оспаривании сделок, приведших к переходу права собственности на спорное имущество в 2020 году.

А значит, при наличии сведений о том, что ФИО5 приходится родным братом ФИО6, при том, что ранее данный комплекс АЗС находился в пользовании должника на условиях лизинга, управляющий не был ограничен в возможности подачи заявления о привлечении ФИО5 совместно с ФИО6 по мотивам вывода имущества из конкурсной массы должника в установленные законом сроки через « техническое лицо».

Таким образом, приведённые выше обстоятельства в своей совокупности обусловливают наличие у управляющего объективной возможности предъявления требований к субсидиарным ответчикам ФИО4 и ФИО5 и ФИО6 в обозначенные временные периоды.

А, следовательно, судом первой инстанции был обоснованно применен трехлетний субъективный срок исковой давности, предусмотренный пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ).

С настоящим заявлением конкурсный управляющий ООО НТЦ «Юнитал» обратился с пропуском срока исковой давности, в том числе объективного (конкурсное производство введено 19.10.2016); вывод суда первой инстанции о пропуске срока исковой давности по требованиям является верным, сделанным при правильном применении положений ГК РФ и Закона о банкротстве.

Относительно осведомленности ООО «Синтезпроект», как кредитора должника, о наличии оснований для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц, суд первой инстанции обоснованно принял во внимание общность интересов ранее действовавшего конкурсного управляющего ФИО3 и ООО «Синтезпроект», что установлено вступившим в законную силу судебными актами (в рамках дел № А75-4066/2016 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юнитал Эстейт», № А75-14750/2019 о несостоятельности (банкротстве) ООО «Юнитал», № А75-17548/2020 о несостоятельности (банкротстве) ФИО6, № А75-19802/2018 о несостоятельности (банкротстве) ФИО4).

В частности, в рамках вышеуказанных дел о банкротстве было установлено, что группа арбитражных управляющих (ФИО3, ФИО20, ФИО21, ФИО22, ФИО23), а также индивидуальный предприниматель ФИО24 объединены общими интересами и действуют совместно и согласованно через привлеченное аффилированное юридическое лицо - общество с ограниченной ответственностью «Юридическая компания «Юрсервис» (далее - общество «ЮК «Юрсервис»), инициируют процедуры банкротства и представляют одни кандидатуры арбитражных управляющих, деятельность которых централизуется и контролируется обществом «ЮК «Юрсервис».

В рамках указанных дел судами установлено, что согласно сведениям ЕГРЮЛ ФИО3 является единственным учредителем ООО «АПК «Возрождение» (ИНН 

<

***>), руководителем данного юридического лица является ООО «Синтезпроект» (ИНН 

<

***>).

ООО «АПК «Возрождение» зарегистрировано по адресу: 394036, г. Воронеж, ул. Ф. Энгельса, д.52, оф. 401В.

Согласно сведениям ЕГРЮЛ единственным учредителем и директором ООО «Синтезпроект» является ФИО24

ООО «Синтезпроект» зарегистрировано по адресу осуществления деятельности: 394036, 

<

...>.

Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ в отношении ООО «Агат-Опт» (ИНН 

<

***>), директором данного юридического лица является ФИО3

Учредителями ООО «Агат-Опт» являются ФИО3 и ФИО24

ООО «Агат-Опт» зарегистрировано по следующему адресу: 394036, 

<

...>.

Кроме того, ФИО24 является учредителем и участником ООО «ЮК «Юрсервис» (ИНН 

<

***>). Данная организация согласно отчету конкурсного управляющего ФИО3 оказывает ему юридические услуги по данной процедуре на основании договора № 1 от 22.06.2018.

Оба общества были зарегистрированы по одному и тому же адресу: 394036, 

<

...>, литер Н, офис 401 Б.

Также в рамках дела № А75-3677/2016 по рассмотрению жалобы кредитора ФИО25 на действия конкурсного управляющего ФИО3 постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 29.09.2021 ФИО3 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника ООО НТЦ «Юнитал» в силу следующего. Судом установлено, что определением Арбитражного суда ХантыМансийского автономного округа – Югры по делу № А75-3677/2016 от 10.02.2021, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.05.2021, действия конкурсного управляющего ООО НТЦ «Юнитал» ФИО3 по заключению, в том числе договора цессии от 12.03.2020 №002/ц с ООО «Синтезпроект» признаны не соответствующими требованиям закона. Договор цессии от 12.03.2020 № 002/ц заключенный между должником и ООО «Синтезпроект» признан недействительным, в связи с чем суд пришел к выводу, что установление судом факта реализации дебиторской задолженности ФИО3 по заниженной цене аффилированному лицу ООО «Синтезпроект» ставит под сомнение дальнейшую реализацию данной дебиторской задолженности ФИО3 в строгом соответствии с Законом.

Кроме факта аффилированности, также, установлен факт совместной деятельности ФИО3 и ООО «Синтезпроект» в рамках одних и тех же дел о банкротстве.

Срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, исчисляется с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или обычный независимый кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств:

1) о лице, имеющем статус контролирующего;

2) его неправомерных действиях (бездействии), причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность;

3) о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами (без выяснения точного размера такой недостаточности).

Учитывая не оспоренный сторонами факт общности интересов ООО «Синтезпроект» и бывшего конкурсного управляющего ФИО3, которому ранее по аналогичным основаниям было отказано в привлечении ФИО6 к субсидиарной ответственности по мотиву пропуска срока исковой давности, оснований полагать, что момент осведомленности ООО «Синтезпроект» на подачу соответствующего заявления надлежит исчислять именно с даты реализации всего имущества должника, по итогам которой была установлена его недостаточность для погашения требований кредиторов, у суда апелляционной инстанции также не имеется.

Сведений о не передаче в 2016 года и в последующие годы бывшим руководителем должника ФИО6 утвержденному конкурсному управляющему всей документации общества, сведений об оспоренных сделках, их результаты в виде примененных последствий, а также совокупный размер реестра требований кредиторов, очевидно, были известны ООО «Синтезпроект» ранее, поскольку последний принял решение о вступлении в дело о банкротстве ООО НТЦ «Юнитал» спустя три года с даты открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства, банкротство которого с самой первой процедуры курировалось арбитражным управляющим ФИО3

Повторное проведение управляющим в 2021 году проверки признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ООО НТЦ «Юнитал», по результатам которой были сделаны новые выводы, касающиеся неплатёжеспособности общества и виновных лиц не может быть принято в качестве объективного обстоятельства для продления срока давности для подачи в суд заявления о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности, учитывая, что положенные в его основу сведения были установлены ранее, на протяжении всего периода процедуры банкротства, начиная с 2016 года, о чем было известно не только конкурному управляющему, но и всем кредиторам, учитывая открытость и доступность для них такой информации ввиду публичного характера процедуры банкротства.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

Отклоняя доводы апеллянтов со ссылкой на необходимость отказа в применении срока исковой давности, коллегия суда исходит из недоказанности злонамеренного поведения бывшего руководителя и иных ответчиков, в том числе в части препятствования проведению процедуры банкротства ООО НТЦ «Юнитал» и невозможности установления бенефициаров.

Учитывая, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске, а заявителями не представлено уважительных причин пропуска такого срока, выводы суда первой инстанции о наличии оснований для отказа в удовлетворении заявления не могут быть признаны необоснованными.

При этом, с учетом особенностей настоящего дела (аффилированности кредитора с предыдущим конкурсным управляющим) суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения ходатайства о восстановлении срока.

Относительно заявленных конкурсным управляющим в письменных пояснениях от 06.11.2024, представленных суду апелляционной инстанции доводов о наличии оснований для взыскания с ответчиком убытков, коллегия судей приходит к следующим выводам.

Довод конкурсного управляющего о том, что суд первой инстанции не переквалифицировал требование о привлечении к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков с целью обхода норм о сроке исковой давности о привлечении к субсидиарной ответственности, исследовался судом апелляционной инстанции.

Ни конкурсным управляющим, ни ООО «Синтезпроект» не было заявлено требование о взыскании убытков с ответчиков убытков на протяжении всего периода рассмотрения настоящего обособленного спора (на протяжении двух лет), заявители настаивали на привлечении к субсидиарной ответственности исходя из масштаба деятельности должника и негативных последствий от вмененных действий.

 С учетом представленных в материалы дела доказательств как аффилированности истцов, осведомленности обоих о ходе процедуры несостоятельности (банкротстве) должника, об особенностях ведения бизнеса ответчикам, суд апелляционной инстанции считает, что доводы о переквалификации требований в убытки заявлен исключительно с целью обхода норм о сроке исковой давности (статья 10 ГК РФ).

Более того, довод управляющего о том, что для требования о взыскании убытков с контролирующих должника лиц в процедуре банкротства не установлен срок исковой давности, противоречит закону.

Так, в соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Возможность взыскания убытков с контролирующих должника лиц в рамках дела о банкротстве по заявлению кредитора предусмотрена статьей 61.20 Закона о банкротстве, которая входит в главу III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве», наряду со статьями о субсидиарной ответственности 61.11 - 61.13.

Таким образом, трехлетний срок исковой давности также распространяется и на требование о взыскании убытков.

Соответственно, срок давности для обращения с требованием о взыскании с ответчиков убытков заявителями также пропущен.

В любом случае апелляционная коллегия полагает необходимым указать, что в силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве фактически точно также направлено на возмещение вреда, причиненного контролирующим лицом кредитору, из чего следует, что генеральным правовым основанием данного иска выступают в том числе положения статьи 1064 ГК РФ. Соответствующий подход нашел свое подтверждение в пунктах 2, 6, 15, 22 Постановления № 53).

Как разъяснено в пункте 20 Постановления № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Вместе с тем, судом апелляционной инстанции не установлено обстоятельств, свидетельствующих о возможности взыскания с ответчиков убытков по вышеприведенным основаниям.

В частности, основания, заявленные для взыскания убытков с ФИО6, аналогичны тем, что заявлены кредитором в качестве субсидиарной ответственности. Требований о взыскании с него суммы убытков кредитором в суде первой инстанции не заявлялось и не обосновывалось.

В институте субсидиарной ответственности остается неизменной генеральная идея о том, что конечная цель предъявления соответствующего требования заключается в необходимости возместить вред, причиненный кредиторам. Именно поэтому в числе прочего Пленум ВС РФ исходит из взаимозаменяемого и взаимодополняемого характера рядового требования о возмещении убытков и требования о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности (пункт 20 Постановления № 53). Разница заключается лишь в том, довело ли контролирующее лицо должника до банкротства либо нет, от чего зависит подлежащая взысканию сумма, так как размер ответственности сам по себе правовую природу требований никак не характеризует.

Если одни и те же действия выступают основаниями для взыскания убытков и привлечения к субсидиарной ответственности, размер требований носит зачетный характер, то есть убытки взыскиваются в части, не покрытой размером субсидиарной ответственности.

Таким образом, требования о привлечении к субсидиарной ответственности всегда поглощают собой требования о взыскании убытков.

В настоящем случае значительность совершенных им сделок в масштабах деятельности должника, которая, которая не входила бы в круг обстоятельств для привлечения данного лица к субсидиарной ответственности, ни управляющим, ни кредитором не доказана. Поскольку в данном случае субсидиарная ответственность поглощает собой материальную ответственность, в связи с чем, оснований для выделения из субсидиарной ответственности отдельно материально-правовой ответственности в виде убытков не требуется.

Доводы о наличии оснований для взыскания с ответчиков убытков заявлены конкурсным управляющим исключительно на стадии апелляционного обжалования, что, по мнению коллегии судей, свидетельствует о направленности данного лица обойти нормы о сроках исковой давности о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности.

Более того, наличие незначительного убытка, о чем указано в анализе финансового состояния должника, по итогам 2015 года (в масштабе имеющихся у него активов), не свидетельствовало о том, что ситуация стала крайне критичной, финансовые результаты деятельности должника за 2015 год не свидетельствовали о невозможности продолжения производственной деятельности.

Иного подателями жалоб не доказано.

Убытки, причиненные действиями ФИО4, связаны с фактом совершения им сделок по выводу активов должника в виде транспортных средств.

Как было указано ранее по тексту данного постановления, определениями Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа от 02.04.2018 (изменен в части постановлением суда апелляционной инстанции от 31.07.2018), от 18.10.2018, от 15.02.2019 по делу № А75-3677/2016 данные сделки были признаны недействительными, применены последствий недействительности сделок в виде возложения обязанности по возврату данных средств в конкурсную массу и возложения обязанности возместить их стоимость.

После оспаривания сделок должника, заключенных с ФИО4, конкурный управляющий ООО НТЦ «Юнитал» обратился в арбитражный суд с заявлением о признании ИП ФИО4 несостоятельным (банкротом) и включении в реестре требований кредиторов данного должника задолженности в размере 8 698 781 руб.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 10.01.2019 по делу № А75-19802/2018 заявление ООО НТЦ «Юнитал» было принято к производству.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 14.03.2019 по делу № А75-19802/2018 требования ООО НТЦ «Юнитал» признаны обоснованными, в отношении ИП ФИО4 введена процедура реструктуризация долгов гражданина.

В процессе процедуры реструктуризации долгов гражданина сторонами было заключено мировое соглашение, которое впоследствии было расторгнуто в судебном порядке ввиду нарушения ИП ФИО4 сроков погашения задолженности.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 19.06.2023 по делу №А75-19802/2018 производство по делу о банкротстве ИП ФИО4 прекращено ввиду погашения всех обязательств должника, включенных в реестр требований кредиторов.

Таким образом, вред, причиненный в результате действий ФИО4 впоследствии, был нивелирован в полном объеме, конкурсная масса была пополнена в объеме, аналогичном ранее незаконно выведенному объему имущества должника, значительность совершенных им сделок в масштабах деятельности должника, которая, очевидно, не могла привести к объективному банкротству.

Убыточность сделок, формально связанных с ФИО5, равно как и размер убытков, подлежащих возмещению данным лицом в конкурную массу ООО НТЦ «Юнитал», конкурсным управляющим не доказан.

Стоимость транспортного средства, которое впоследствии было продано ФИО4 в пользу ФИО5 возмещена в рамках дела о банкротстве ФИО4

Убыточность сделки, равно как и сама цепочка сделок, по которым комплекс объектов сети АЗС перешли в собственность ФИО5, в настоящее время не доказана. В частности, промежуточная сделка по реализации данного имущества от ООО «Доркомплект» к ФИО26 в судебном порядке не опорочена, добросовестность действия ФИО26 в рамках данной сделки не оспорена. Учитывая, что ООО НТЦ «Юнитал» изначально ненадлежащим образом исполнялись обязательства по оплате лизинговых платежей, оснований полагать, что данное имущество в любом случае принадлежало должнику, не имеется. В отсутствии сведений о праве собственности должника на данное имущество, его реальной рыночной стоимости, отсутствия доказанных в судебном порядке порок промежуточных сделок и добросовестности промежуточных предпринимателей данного имущества, факт причинения ФИО5 вреда имущественной сфере ООО НТЦ «Юнитал» по указанному доводу, а также размер такого вреда, не может быть признан доказанным судом апелляционной инстанции.

При данных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что, отказав в удовлетворении требований, суд первой инстанции принял законный и обоснованный судебный акт.

Доводы, приведенные в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции отклоняет, они аналогичны приведенным арбитражному суду первой инстанции, этим доводам дана надлежащая правовая оценка с учетом представленных и оцененных в совокупности доказательств по делу, не согласиться с которой коллегия судей оснований не усматривает.

Несогласие подателей жалоб с произведенной судом оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального и процессуального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалуемого судебного акта.

Убедительных доводов, основанных на доказательственной базе и позволяющих отменить обжалуемый судебный акт, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно статье 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах оснований для отмены определения Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 17.06.2024 по настоящему делу не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение  Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры от 17 июля 2024 года по делу № А75-3677/2016 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Синтезпроект» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.

Председательствующий

М.П. Целых

Судьи

М.М. Сафронов

М.В. Смольникова