Арбитражный суд Республики Карелия

ул. Красноармейская, 24 а, г. Петрозаводск, 185910, тел./факс: (814-2) 790-590 / 790-625, E-mail: info@karelia.arbitr.ru

официальный сайт в сети Интернет: http://karelia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №

 А26-10406/2020

г. Петрозаводск

13 июля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена  12 июля 2021 года.  

Полный текст решения изготовлен   13 июля 2021 года.

Судья Арбитражного суда Республики Карелия Погосян А.А.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в судебном заседании материалы дела по иску  Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия к обществу с ограниченной ответственностью «Соанлахти»

 о взыскании 214 983 руб. 00 коп. и освобождении лесного участка, 

при участии представителей:

истца, Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия ФИО2, действующей на основании доверенности от  09.12.2020 №217-д; 

ответчика, общества с ограниченной ответственностью «Соанлахти», - ФИО3, действующей на основании доверенности от  25.02.2021;

установил:

Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 185035, 

<

...>, далее – истец, Министерство) обратилось в Арбитражный суд Республики Карелия с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Соанлахти» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, место нахождения: 186870, Республика Карелия, 

<

...>, далее – ответчик, Общество, ООО «Соанлахти») о взыскании 214 983 руб. 00 коп. в возмещение вреда, причиненного лесному фонду  и об освобождении участка лесного фонда, расположенного в квартале 60 выделах 19.1, 19.2  Толвоярвского участкового лесничества от самовольных построек: 

- дом с закрытой (застекленной) террасой на фундаменте – деревянный сруб из профилированного бруса размером 6*6 м, терраса размером  4.8*6 м; 

- туалет – строение из профилированного бруса размером 1,8 *1,8 м; 

- хозяйственная постройка  - строение деревянное из профилированного бруса размером  4.7 * 2 м; 

- беседка-навес из металлопрофиля размером  2.2 * 2м; 

- вагон бытовой металлический с пристроенным крыльцом размером  6 * 2.4 м; 

- вольер для животных деревянный с металлической сеткой размером  6.1* 2 м.

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске и письменных объяснениях, дополнительно указал, что срок исковой давности истцом не пропущен, поскольку истец узнал, что надлежащим ответчиком по иску об обязании сноса самовольных построек является ООО «Соанлахти», из отзыва Общества  на исковое заявление по делу №А26-8312/2020, поступившее в ГКУ РК «Суоярвское центральное  лесничество» 10.11.2020, входящий №1028, в котором ответчик указывает, что  все объекты охотничьей инфраструктуры были созданы им в период с  27.01.2014 по 12.04.2019 на основании охотхозяйственного соглашения. Также представитель истца указал, что в соответствии с пунктом 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от  18.10.2012 №21 и пунктом 3 статьи 78 Федерального закона «Об охране окружающей среды» иски о компенсации вреда окружающей среде могут быть предъявлены в течение 20 лет. Относительно ссылки ответчика на пункт 8 дополнительного соглашения к договору о наличии прав третьих лиц представитель истца указал, что данное положение дополнительного соглашения никак не подтверждает то обстоятельство, что строительство спорных объектов осуществляло не Общество. 

Ответчик в отзыве на иск оспорил требования истца, указал, что спорные объекты были созданы до заключения договора аренды от  12.04.2020 №8-ох, что следует из акта патрулирования лесов от  01.10.2017 и акта осмотра от  01.10.2017; при  передаче участка в аренду арендодатель не извещал арендатора о наличии каких-либо объектов на спорном участке, о наличии недостатков арендуемого имущества, в частности, о наличии на нем каких-либо строений, что создало препятствия к получению   положительного заключения государственной экспертизы   и, соответственно, правомерному использованию  лесного участка по его целевому назначению; доказательств создания спорных объектов охотничьей инфраструктуры именно ответчиком истцом не представлено. 

В судебном заседании представитель Общества поддержал доводы, изложенные в отзыве на иск, заявил о пропуске истцом срока исковой давности, полагая, что о нарушении своего права  истец узнал при составлении акта патрулирования лесов от  01.10.2017 и акта осмотра  от  01.10.2017. Дополнительно представитель ответчика сослался на пункт 8 проекта дополнительного соглашения к договору аренды, в котором указывается на наличие прав третьих лиц на незаконно возведенные строения в кварталах 60,94 Толвоярвского участкового лесничества, полагая, что таким образом Министерство подтвердило, что  Общество не имеет отношения к спорным объектам. 

Исследовав письменные материалы дела, заслушав пояснения представителей истца и ответчика и оценив представленные доказательства, суд установил.  

Как следует из материалов дела, 12.04.2019 между Министерством (арендодатель) и Обществом (арендатор) был заключен договор аренды лесного участка для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства № 8-ох, в соответствии с пунктами 1.1-1.4 которого арендодатель обязался предоставить, а арендатор – принять во временное пользование лесной участок, находящийся в государственной собственности, площадью 50,3 га, с кадастровыми номерами 10:16:0070301:171, 10:16:0070301:172, 10:16:0070301:173, 10:16:0070301:174, 10:16:0070301:175, 10:16:0070301:176, расположенный на территории Суоярвского лесничества в кварталах (части кварталов) 34, 36, 60, 79, 94, 98 Толвоярвского участкового лесничества, для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства – для строительства охотничьих баз, егерских кордонов и использования для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства на основании охотхозяйственного соглашения от 14.02.2014 № 037 со сроком действия до 13.02.2063; границы лесного участка и его характеристика представлены в приложениях №№ 1 и 2 к договору аренды. 

Срок действия договора установлен с даты государственной регистрации права аренды лесного участка до конца срока действия охотхозяйственного соглашения – 13.02.2063 (пункт 6.1 договора); спорные вопросы, возникающие в ходе исполнения договора, или вопросы, не оговоренные в договоре, разрешаются путем переговоров; в случае, если согласие путем переговоров не достигнуто, указанные вопросы разрешаются в судебном порядке по месту нахождения арендодателя (пункт 7.1 договора).

Договор зарегистрирован в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 14.05.2019.

Участок передан арендатору  по акту приема-передачи от  12.04.2019.

Согласно пункту 3.3 договора арендатор имеет право приступить к использованию лесного участка после получения положительного заключения государственной экспертизы проекта освоения лесов и подачи лесной декларации. 

В соответствии с пунктом 3.4 договора арендатор был обязан:

в течение 6 месяцев со дня заключения договора разработать и представить арендодателю проект освоения лесов для проведения государственной экспертизы (подпункт «г»); 

осуществлять установленный договором вид использования лесов в соответствии с законодательством Российской Федерации, проектом освоения лесов и лесной декларацией (подпункт «е»).

В установленные сроки проект освоения лесов арендатором представлен не был. 

Впоследствии арендатором получены отрицательные заключения на представленные в Министерство проекты освоения лесов от  11.03.2020 № 51, от  28.09.2020 №199, от  11.12.2020 №376.

Согласно актам осмотра, составленным в ходе патрулирования лесов  от  01.10.2017, от  02.03.2020, от  10.08.2020, на арендованном лесном участке установлено  наличие объектов: дома с закрытой (застекленной) террасой, туалета, строения деревянного из профилированного бруса, беседки, вагона бытового металлического и вольера для животных деревянного с металлической сеткой; в акте от  10.08.2020 зафиксировано, что в период со 02.03.2020 (акт осмотра лесного участка от 02.03.2020) арендатором продолжены строительные работы по обустройству кордона, а именно: увеличена в размерах (на 16,8 кв. м) и застеклена терраса, под террасу установлен столбчатый фундамент (2 дополнительных столба). Также истцом установлено самовольное использование лесов на общей площади  0,006924 га, самовольное снятие, уничтожение или порча почвы на общей площади  54,6 кв.м.

В силу подпункта «а» пункта 6 Правил использования лесов для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства и Перечня случаев использования лесов для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства без предоставления лесных участков, утверждённых Приказом Минприроды России от 12.12.2017 N 661 (далее - Правила №661), лица, которым лесные участки предоставлены для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, имеют право приступить к использованию лесного участка после получения положительного заключения государственной или муниципальной экспертизы проекта освоения лесов и подачи лесной декларации.

Использование лесов для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства без предоставления лесных участков допускается, если осуществление указанных видов деятельности не влечет за собой проведение рубок лесных насаждений или создание объектов охотничьей инфраструктуры (чать  2 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации).

В соответствии с частью 4 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации на лесных участках, предоставленных для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, допускается создание объектов охотничьей инфраструктуры, являющихся временными постройками, в том числе ограждений.

Как указывает истец, кордон в соответствии со статьей 1 Градостроительного кодекса Российской Федерации относится к объектам капитального строительства, в том числе имеет дом с террасой и фундаментом, что подтверждено актами осмотра; негативным последствием от допущенного нарушения является использование лесного участка в защитных лесах категории водоохранных зон и, как следствие, причинение вреда лесам, а именно самовольное использование лесного участка, самовольное снятие, уничтожение или порча почв, так как строительство кордона продолжается и объект расширяется.

Полагая, что выявленное использование ответчиком лесного участка не соответствует условиям заключенного договора аренды и Лесного кодекса Российской Федерации, как в части факта использования участка без проекта освоения лесов, получившего положительное заключение государственной экспертизы, лесной декларации, так и в части возведения и использования самовольных построек, обратился в арбитражный суд с иском о сносе имеющихся    в квартале 60 выделах 19.1, 19.2  Толвоярвского участкового лесничества построек и взыскании 214 983 руб. 00 коп. ущерба, причинённого самовольным использованием лесов, самовольным размещением объектов капитального строительства и объектов, не являющихся объектами капитального строительства, снятием почв.   

На основании пункта 1 статьи 77 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" юридические и физические лица, причинившие вред окружающей среде в результате ее загрязнения, истощения, порчи, уничтожения, нерационального использования природных ресурсов, деградации и разрушения естественных экологических систем, природных комплексов и природных ландшафтов и иного нарушения законодательства в области охраны окружающей среды, обязаны возместить его в полном объеме в соответствии с законодательством.

Вред окружающей среде, причиненный юридическим лицом или индивидуальным предпринимателем, возмещается в соответствии с утвержденными в установленном порядке таксами и методиками исчисления размера вреда окружающей среде, а при их отсутствии исходя из фактических затрат на восстановление нарушенного состояния окружающей среды, с учетом понесенных убытков, в том числе упущенной выгоды (пункт 3 статьи 77 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды").

Главой 13 Лесного кодекса Российской Федерации установлены последствия нарушения лесного законодательства в виде возможности привлечения виновного лица к административной, уголовной ответственности (статья 99 Лесного кодекса Российской Федерации), а также взыскания вреда, причиненного лесам (статья 100 Лесного кодекса Российской Федерации). 

Статьей 100 Лесного кодекса Российской Федерации предусмотрена ответственность граждан и юридических лиц за причинение ущерба лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам: граждане и юридические лица обязаны возместить вред, причиненный лесному фонду и не входящим в лесной фонд лесам, в порядке, установленном законодательством Российской Федерации. 

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в частности, акты осмотра и патрулирования от  01.10.2017, от  02.03.2020, от  10.08.2020,  от  28.05.2021, постановление о прекращении административного дела от  01.10.2020 №723/20л по нереабилитирующим основаниям (истечение срока давности), принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств наличия у ответчика проекта освоения лесов, а равно доказательств осуществления деятельности по возведению построек,  снятию почв иными лицами в период использования ответчиком участка на основании охотхозяйственного соглашения от 14.02.2014 № 037, суд приходит к выводу о доказанности совокупности  обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение обязательства по возмещению вреда. 

Ссылка ответчика на статью 612 Гражданского кодекса Российской Федерации судом отклоняется 

Согласно пункту 1 статьи 612 Гражданского кодекса Российской Федерации арендодатель отвечает перед арендатором за недостатки сданного в аренду имущества, полностью или частично препятствующие пользованию им.

Однако пункт 2 статьи 612 Гражданского кодекса Российской Федерации ограничивает ответственность арендодателя тем, что недостатки должны быть обнаружены арендатором во время осмотра имущества или проверки его исправности при заключении договора или передаче имущества в аренду.

Таким образом, для осуществления арендатором прав, предусмотренных пунктом 1 статьи 612 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо доказать, что недостатки возникли до заключения договора аренды и были скрытыми.

Учитывая, что ответчик осуществлял использование участка на основании  охотхозяйственного соглашения с 2014 года, он должен был быть осведомлен о состоянии указанного участка, наличия, либо отсутствия на нем каких-либо построек, о чем мог заявить арендодателю при подписании договора. Оснований для утверждения о скрытом характере  этого обстоятельства не имеется.    

Довод ответчика об отсутствии в материалах дела доказательств возведения спорных построек Обществом,  а не иным лицом, судом также отклоняется. 

В соответствии с позицией ответчика, изложенной в отзыве на исковое заявление в рамках дела № А26-8312/2020, с момента заключения договора аренды от  12.04.2019 общество не производило рубку древесины на арендованном лесном участке. Деятельность в сфере охотничьего хозяйства осуществлялась на основании   ранее заключенного охотхозяйственного соглашения, действующего с  27.01.2014 по  26.01.2039. Охотхозяйственное соглашение было заключено в  2014 году на основании статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации в редакции от  28.12.2014. Пунктом 8.1.7 охотхозяйственного соглашения было предусмотрено право общества создавать на лесном участке объекты охотничьей инфраструктуры. Данные объекты были созданы ООО «Соанлахти» в период с  27.01.2014 по 12.04.2019.    

Согласно части 2 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации (в редакции, действующей до вступления в силу Федерального закона от 23.06.2016 N 206-ФЗ) лесные участки предоставляются юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства на основании охотхозяйственных соглашений, заключенных в соответствии с федеральным законом об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов, и договоров аренды лесных участков. На лесных участках, предоставленных для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, допускается создание объектов охотничьей инфраструктуры в соответствии с федеральным законом об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов (часть 3 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 53 Федерального закона от 24.07.2009 N 209-ФЗ (в редакции от 23.06.2016) "Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее – Закон №209-ФЗ) к охотничьей инфраструктуре относятся предназначенные для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства объекты, в том числе охотничьи базы, питомники диких животных, вольеры, другие временные постройки, сооружения, объекты благоустройства, перечень которых утверждается Правительством Российской Федерации.

Согласно Перечню объектов, относящихся к охотничьей инфраструктуре, утвержденному Распоряжение Правительства РФ от 11.07.2017 N 1469-р, в данный перечень включены вольер, питомник диких животных, ограждения для содержания и разведения охотничьих ресурсов в полувольных условиях и искусственно созданной среде обитания, егерский кордон, охотничья база.

Вместе с тем,  из буквального толкования части 2 статьи 36 Лесного кодекса Российской Федерации следует, что условием использования лесных участков для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства является совокупность двух оснований: наличие заключенного в установленном порядке охотхозяйственного соглашения и договора аренды лесных участков.

На необходимость заключения договора аренды в случае указанного вида лесопользования также указывает часть 3 статьи 72 Лесного кодекса Российской Федерации и пункт 7 части 4 статьи 27 Закона №209-ФЗ.

В период с   27.01.2014 по 12.04.2019 у общества отсутствовало право аренды спорного земельного участка, что  исключает правомерное возведение на нем спорных построек. 

Заявление Общества о том, что позиция, высказанная в деле №А26-8312/2020, является ошибочной и не должна приниматься во внимание, отклоняется судом, поскольку расценивается как злоупотребление процессуальными правами ввиду того, что данное утверждение появилось исключительно в связи с рассмотрением настоящего спора. 

Кроме того, из сравнения фотоматериалов, приложенных  к акту осмотра от  02.03.2020, и к акту осмотра от  10.08.2020, а также протокола об административном правонарушении от  07.09.2020 следует, что уже в период действия договора аренды Обществом продолжены строительные работы по обустройству кордона, а именно, увеличена в размерах и застеклена терраса.   

Рассмотрев заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд установил.    

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

При этом в пункте 1 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации  от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" обращено внимание на необходимость установления совокупности вышеуказанных обстоятельств.

Заявляя о пропуске срока исковой давности, ответчик указывает, что данный срок начал течь с момента составления Министерством акта патрулирования лесов от  01.10.2017 и акта осмотра от  01.10.2017 и на момент обращения истца в суд истек. 

Между тем, из акта патрулирования и акта осмотра от  01.10.2017 не следует, что Министерству было известно о субъекте выявленного нарушения. Упоминание об ООО «Соанлахти» в актах отсутствует, по результатам составления акта осмотра сделан вывод об обращении в ОМВД России по Суоярвскому району для установления виновного лица.  

Таким образом, вопреки позиции ответчика, 01.10.2017 истец не обладал информацией о субъекте нарушения, позволявшей обратиться в суд с соответствующим иском.   

Фактически о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите нарушенного права, истец узнал в результате  проведенного патрулирования  и осмотра  от  02.03.2020, что усматривается непосредственно из содержания актов  от 02.03.2020. Таким образом,  течение срока исковой давности началось  с 03.03.2020 и к моменту обращения истца в суд (02.12.2020) данный срок не был пропущен. 

Относительно требования о взыскании ущерба суд отмечает, что  в силу пункта 3 статьи 78 Федерального закона от 10.01.2002 N 7-ФЗ "Об охране окружающей среды" и соответствующего разъяснения, изложенного в пункте  42 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 18.10.2012 N 21 "О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования", иски о компенсации вреда окружающей среде могут быть предъявлены в течение двадцати лет. 

Учитывая изложенное, заявление ответчика о пропуске истцом срока исковой давности судом отклоняется.  

Расчет причиненного ущерба, произведенный истцом на основании постановления Правительства Российской Федерации от 29.12.2018 N 1730 "Об утверждении особенностей возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства", ответчиком не оспорен, судом проверен и признан обоснованным. 

Требование истца о взыскании ущерба в сумме 214 983 руб. 00 коп. подлежит удовлетворению в полном объеме.

Требование об освобождении лесного участка от возведенных на нем строений также направлено на восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и подлежит удовлетворению.   

С учетом статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации суд устанавливает месячный срок для устранения допущенных нарушений, полагая его разумным  и достаточным для освобождения участка от строений. 

Расходы по государственной пошлине в соответствии со статьей  110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 171, 174, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить. 

2. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Соанлахти» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Министерства природных ресурсов и экологии Республики Карелия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 214 983 руб. 00 коп. в возмещение ущерба.

3. Обязать  общество с ограниченной ответственностью «Соанлахти» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в течение 1 месяца со дня вступления решения в законную  силу  освободить участок лесного фонда, расположенного в квартале 60 выделах 19.1, 19.2  Толвоярвского участкового лесничества от самовольных построек: 

- дом с закрытой (застекленной) террасой на фундаменте – деревянный сруб из профилированного бруса размером 6*6 м, терраса размером  4.8*6 м; 

- туалет – строение из профилированного бруса размером 1,8 *1,8 м; 

- хозяйственная постройка  - строение деревянное из профилированного бруса размером  4.7 * 2 м; 

- беседка-навес из металлопрофиля размером  2.2 * 2 м; 

- вагон бытовой металлический с пристроенным крыльцом размером  6*2.4 м; 

- вольер для животных деревянный с металлической сеткой размером  6.1*2 м.

4. Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Соанлахти» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме  13 300 рублей. 

5. Решение может быть обжаловано:

- в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня изготовления полного текста решения в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд (191015, 

<

...>);

- в кассационном порядке в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу – в Арбитражный суд Северо-Западного округа (190000, 

<

...>) при условии, что данное решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций через Арбитражный суд Республики Карелия.

 

Судья

Погосян А.А.