ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А54-6014/2017

г. Тула

24 января 2023 года

20АП-5368/2022, 20АП-5370/2022,

20АП-5369/2022, 20АП-5585/2022

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 января 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 января 2023 года.

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Мосиной Е.В.,  судей Волошиной Н.А., Тучковой О.Г.,  

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании посредством видеоконференц-связи в Арбитражном суде Рязанской области:

от УФНС России по Рязанской области - ФИО2 (удостоверение, диплом, доверенность от 17.05.22),

от ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 22.06.2021),

от ФИО5 – ФИО6 (удостоверение, доверенность от 16.11.2020),

от ФИО7 – ФИО6 (удостоверение, доверенность от 11.10.2022),

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3, ФИО5, ФИО7, Управления ФНС России по Рязанской области 

на определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.06.2022 по делу                       № А54-6014/2017, 

принятое по заявлению Федеральной налоговой службы России о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО8, ФИО3, ФИО5, ФИО7, 

в деле о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Альтернатива» (далее – ООО «Альтернатива») в лице генерального директора ФИО8 обратилось в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом) в связи с наличием непогашенной задолженности в сумме 124 284 161 руб. 59 коп.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 07.09.2017 заявление принято к производству и возбуждено производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтернатива».

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 06.12.2017 (резолютивная часть определения объявлена 05.12.2017) в отношении ООО «Альтернатива» введена процедура банкротства – наблюдение. Временным управляющим должника утвержден ФИО9.

Сообщение о введении в отношении ООО «Альтернатива» процедуры наблюдения опубликовано в газете «Коммерсантъ» 23.12.2017.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 10.05.2018 ООО «Альтернатива» признано несостоятельным (банкротом). В отношении должника открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

Сообщение о признании должника банкротом и открытии процедуры банкротства – конкурсное производство опубликовано в газете «Коммерсантъ» 19.05.2018.

20.11.2019 конкурсный управляющий ООО «Альтернатива» ФИО9 обратился в Арбитражный суд Рязанской области с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника руководителя ООО «Альтернатива» – ФИО8, взыскании с нее в пользу ООО «Альтернатива» суммы 42 451 697 руб. 95 коп. – совокупного размера кредиторов, включенных в реестр, а также заявленных после закрытия реестра и требований по текущим платежам.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 27.11.2019 заявление принято к производству и назначено к рассмотрению в предварительном судебном заседании.

В судебном заседании 25.08.2020 по ходатайству представителя конкурсного управляющего к материалам дела приобщен отзыв, содержащий уточнение заявленных требований, в которых конкурсный управляющий просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО8 и взыскать с нее сумму совокупного размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований по текущим платежам - 41 766 333 руб. 73 коп.

Уточнение заявленных требований принято судом к производству в порядке статьи 49 АПК РФ.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 24.06.2021 к участию в рассмотрении обособленного спора в качестве соответчиков привлечены бывшие руководители ООО «Альтернатива» ФИО3, ФИО5, ФИО7.

06.10.2021 в материалы дела от конкурсного управляющего должника, в порядке статьи 49 АПК РФ, поступило уточнение заявления о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих лиц должника, в котором управляющий просит:

1. Привлечь к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника ООО «Альтернатива» руководителей юридического лица:

- ФИО8;

- ФИО3;

- ФИО5;

- ФИО7.

2. Взыскать с ФИО8, ФИО3, ФИО5, ФИО7 в пользу ООО «Альтернатива» денежные средства в размере совокупного размера требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований по текущим платежам – 114 309 786 руб. 24 коп.

Уточнение заявленных требований принято судом к производству.

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 07.10.2021 заявление конкурсного управляющего ООО «Альтернатива» ФИО9 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника руководителя ООО «Альтернатива» – ФИО8 при участии в качестве соответчиков – ФИО3, ФИО5, ФИО7 назначено к судебному разбирательству.

Определением суда от 20.01.2022 ФИО9 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Альтернатива» в связи со смертью управляющего. Конкурсным кредиторам предложено провести собрание кредиторов должника и представить в суд протокол собрания кредиторов о выборе саморегулируемой организации, из числа членов которой может быть утвержден конкурсный управляющий ООО «Альтернатива».

04.03.2022 в материалы дела от уполномоченного органа поступило ходатайство о признании его созаявителем в деле № А54-6014/2017 по заявлению конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника контролирующих лиц.

Учитывая положения части 6 статьи 225.15 АПК РФ,  определением суда от 17.03.2022 в рамках обособленного спора о привлечении ФИО8, ФИО3, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альтернатива» в сумме 114 309 786 руб. 24 коп. произведена замена заявителя - конкурсного управляющего должника ФИО9 на уполномоченный орган - Управление ФНС России по Рязанской области и прекращено производство по настоящему обособленному спору в отношении конкурсного управляющего должника ФИО9

Определением Арбитражного суда Рязанской области от 27.06.2022 заявление Федерального налоговой службы России о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альтернатива» ФИО8, ФИО3, ФИО5, ФИО7 удовлетворено частично.

С ФИО7 в конкурсную массу ООО «Альтернатива» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в сумме 72 543 452 руб. 51 коп.

С ФИО8 в конкурсную массу ООО «Альтернатива» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежные средства в сумме 5 851 000 руб.

В остальной части заявление Федерального налоговой службы России о привлечении к субсидиарной ответственности оставлено без удовлетворения.

Не согласившись с определением Арбитражного суда Рязанской области от 27.06.2022, ФИО3, ФИО5, ФИО7, Управление ФНС России по Рязанской области обратились в Двадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.

ФИО3 в апелляционной жалобе просит изменить мотивировочную часть определения суда от 27.06.2022, исключив из него текст следующего содержания: «Общая сумма необоснованно выведенных денежных средств в адрес указанного контрагента составила 129 983 407 руб. Вышеуказанный факт преюдициально установлен в решении Арбитражного суда Рязанской области от 18.09.2020 по делу № А54-5245/2017 и в соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит повторному доказыванию.» и разрешить вопрос по существу, применив сроки исковой давности, учитывая, что уполномоченный орган после вступления в силу решения от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 безусловно знал о совершенных должником сделках. При этом конкурсный управляющий должен был узнать о вступившем в силу решении налогового органа не позднее 04.05.2018, следовательно, годичный срок привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности истек 05.05.2019.  

ФИО5 в апелляционной жалобе просит определение суда отменить и разрешить вопрос по существу, применив сроки исковой давности. Указывает на то, что статья 61.11 Закона о банкротстве введена в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ и не действовала в период исполнения ФИО5 обязанностей единоличного исполнительного органа (с 27.02.2014 по 28.09.2014), следовательно, не может быть применена к возникшим правоотношениям. Полагает, что конкурсный управляющий должен был узнать о вступившем в силу решении налогового органа не позднее 04.05.2018, следовательно, годичный срок привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности истек 05.05.2019. Ходатайство ФНС России о вступлении в дело о банкротстве подано 25.09.2017, то есть после вступления в силу решения от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200, следовательно, уполномоченный орган знал о совершенных должником сделках. Ссылается на то, что согласно бухгалтерскому балансу ООО «Альтернатива» за 2014, 2015 годы размер кредиторской задолженности должника не превышал стоимости активов, поэтому вина ФИО5 в признании должника банкротом отсутствует. 

ФИО7 в апелляционной жалобе просит определение суда отменить и разрешить вопрос по существу, применив сроки исковой давности. Указывает на то, что статья 61.11 Закона о банкротстве введена в действие Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ и не действовала в период исполнения ФИО7 обязанностей единоличного исполнительного органа (с 29.09.2014 по 26.12.2016), следовательно, не может быть применена к возникшим правоотношениям. Полагает, что конкурсный управляющий должен был узнать о вступившем в силу решении налогового органа не позднее 04.05.2018, следовательно, годичный срок привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности истек 05.05.2019. Ходатайство ФНС России о вступлении в дело о банкротстве подано 25.09.2017, то есть после вступления в силу решения от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200, следовательно, уполномоченный орган знал о совершенных должником сделках. Ссылается на то, что согласно бухгалтерскому балансу ООО «Альтернатива» за 2014, 2015, 2016 годы размер кредиторской задолженности должника не превышал стоимости активов, поэтому вина ФИО7 в признании должника банкротом отсутствует. Отмечает, что по вине ФИО7 организации доначислены налоги только в сумме 24 925 681 руб., что значительно меньше, чем взысканная судом в порядке субсидиарной ответственности сумма 72 543 452,51 руб. Кроме того, ссылается на несогласие с выводом суда о том, что решение Арбитражного суда Рязанской области от 18.09.2020 по делу № А54-5245/2017, которым установлено, что общая сумма необоснованно выведенных денежных средств в адрес указанного контрагента составила 129 983 407 руб., имеет преюдициальное значение для настоящего дела в отношении ФИО7, так как он не принимал участия в данном процессе. 

Уполномоченный орган в апелляционной жалобе просит определение суда отменить в части, принять новый судебный акт о привлечении солидарно ФИО3, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должник в общей сумме 114 309 786,24 руб. По мнению заявителя жалобы, при оценке степени влияния на должника ФИО3 и ФИО5, суд не полностью установил имеющие значение для дела обстоятельства и не учел выводы Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в определении от 16.05.2018 № 308-ЭС17-21222 и пункте 30 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 14.11.2018. Указывает на то, что статус контролирующих должника лиц ФИО3 и ФИО5 презюмируется, так как ответчики являлись руководителями ООО «Альтернатива» за три года, предшествующие возникновению признаков банкротства. Ссылается на то, что по результатам выездной налоговой проверки налоговой инстанцией вынесено решение от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 о привлечении к ответственности ООО «Альтернатива» за совершение налогового правонарушения с доначислением налогов, пени и штрафов в общей сумме 73 157 188 руб., проверяемый проверкой период с 01.01.2012 по 31.12.2014. В ходе налоговой проверки установлено, что действия руководителя ООО «Альтернатива» ФИО3 и последующих руководителей ФИО5 и ФИО7 были направлены на применение схемы по уклонению от уплаты налогов путем заключения фиктивных договоров с недобросовестным контрагентом ООО «СтройГарант», путем использования фиктивного документооборота, с целью избежать уплаты законно установленных налогов. Отмечает, что размер требования ФНС России третьей очереди по основному долгу, возникшие вследствие правонарушения (49 393 694 руб.), превышает 50 % от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основному долгу (85 534 149,84 руб.), что является доказательством презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.   Кроме того, заявитель жалобы выражает несогласие с выводом суда относительно размера субсидиарной ответственности, считает, что такой размер составляет общую сумму неудовлетворенных требований кредиторов должника, а именно: 114 309 786 руб. 24 коп.  

05.12.2022 от ФИО5 поступила уточненная апелляционная жалоба, в которой он просит изменить определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.06.2022 в части, а именно: 

- установить начало течения сроков исковой давности для Федеральной налоговой службы России с даты вступления решения налогового органа в силу 05.07.2017;

- установить начало течения сроков исковой давности для арбитражного управляющего на момент представления отчета 04.05.2018;

- установить, что размер основного долга необходимо исчислять для каждого руководителя, относительно периода его руководства должником;

- установить отсутствие вины ФИО5 в банкротстве должника, в соответствии с пунктом 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

Представитель ФИО3 в судебном заседании доводы своей апелляционной жалобы поддержал в полном объеме.

Представитель ФИО5 и ФИО7 доводы апелляционных жалоб поддержал, просил судебный акт отменить. 

Представитель УФНС России по Рязанской области настаивал на доводах своей апелляционной жалобы, возражал против доводов апелляционных жалоб ФИО3, ФИО5 и ФИО7 в соответствии с ранее представленным отзывом. 

Поскольку в порядке апелляционного производства обжалована только часть определения суда (за исключением взыскания с ФИО8 в конкурсную массу ООО «Альтернатива» в порядке субсидиарной ответственности взысканы денежных средств в сумме 5 851 000 руб.), а лицами, участвующим в деле, не заявлено соответствующих возражений, апелляционный суд проверяет законность и обоснованность судебного акта в обжалуемой части на основании части 5 статьи 268 АПК РФ с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», и в порядке статей 266 и 268 АПК РФ в пределах доводов апелляционных жалоб.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с Законом № 266-ФЗ Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 4 Закона № 266-ФЗ названный Закон вступает в силу со дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых данной статьей установлен иной срок вступления их в силу.

Пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ установлено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ, которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 ГК РФ) положения Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона №266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Из материалов дела следует, что производство по делу о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Альтернатива» было возбуждено судом 07.09.2017.

Руководителями ООО «Альтернатива» являлись:

- с 01.01.2012 по 26.02.2014 ФИО3;

- с 27.02.2014 по 28.09.2014 ФИО5;

- с 29.09.2014 по 26.12.2016 ФИО7;

- с 27.12.2016 до даты введения конкурсного производства - 10.05.2018 ФИО8.

Кроме того, ФИО3 являлся единственным участником должника в период с 29.12.2009 по 10.09.2014, ФИО7 – единственным участником должника с 10.09.2014 по настоящее время. 

Наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФНС России связывает с совершением налогового правонарушения в период с 2012 по 2014 г.г., за которое ООО «Альтернатива» привлечено к налоговой ответственности, в связи с этим к данным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Арбитражный суд вправе уменьшить размер ответственности контролирующего должника лица, если будет установлено, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине контролирующего должника лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет контролирующего должника лица, привлеченного к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В абзаце тридцать втором статьи 2 Закона о банкротстве установлено, что контролирующее должника лицо - лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем два года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью).

Законом № 266-ФЗ были введены презумпции (предусмотренные пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), которые предназначены для облегчения доказывания основания привлечения к субсидиарной ответственности, то есть для прямого вывода о том, что именно действия (бездействие) контролирующего должника лица повлекли невозможность полного погашения требований кредиторов.

Таким образом, новая редакция Закона о банкротстве не устанавливает новых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, а содержит положения, раскрывающие порядок доказывания.

Подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презюмируется, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств:

- должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий/ бездействий);

- доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога/сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения.

Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Пунктом 3 статьи 56 ГК РФ предусмотрено, что в случае, если несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана учредителями (участниками), собственником имущества юридического лица или другими лицами, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия, на таких лиц в случае недостаточности имущества юридического лица может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая пункта 3 статьи 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями. К числу лиц, на которые может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам признанного несостоятельным (банкротом) юридического лица, относится, в частности, лицо, имеющее в собственности или доверительном управлении контрольный пакет акций акционерного общества, собственник имущества унитарного предприятия, давший обязательные для него указания, и т.п.

Требования к указанным в настоящем пункте лицам, несущим субсидиарную ответственность, могут быть предъявлены конкурсным управляющим. В случае их удовлетворения судом взысканные суммы зачисляются в состав имущества должника, за счет которого удовлетворяются требования кредиторов.

Таким образом, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия.

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, такое лицо подлежит признанию контролирующим должника.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 Обзора судебной практики №2 (2016), утвержденного постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2016 (раздел, связанный с практикой применения положений законодательства о банкротстве), при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, контролирующее лицо несет бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий и их совершения без цели причинения вреда кредиторам подконтрольной организации.

Субсидиарная ответственность руководителя должника (и/или его участника) наступает только тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, не способным удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

В пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №53 от 21.12.2017 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством. Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства.

Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

В пункте 26 Постановления № 53 даны разъяснения о том, что в соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в частности, предполагается, что действия (бездействие) контролирующего лица стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности следующей совокупности обстоятельств: должник привлечен к налоговой ответственности за неуплату или неполную уплату сумм налога (сбора, страховых взносов) в результате занижения налоговой базы (базы для исчисления страховых взносов), иного неправильного исчисления налога (сбора, страховых взносов) или других неправомерных действий (бездействия); доначисленные по результатам мероприятий налогового контроля суммы налога (сбора, страховых взносов) составили более 50 процентов совокупного размера основной задолженности перед реестровыми кредиторами третьей очереди удовлетворения. Данная презумпция применяется при привлечении к субсидиарной ответственности как руководителя должника (фактического и номинального), так и иных лиц, признанных контролирующими на момент совершения налогового правонарушения (пункт 5 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В пункте 19 Постановления № 53 разъяснено, что при доказанности обстоятельств, составляющих основания опровержимых презумпций доведения до банкротства, закрепленные в пункте 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, предполагается, что именно действия (бездействие) контролирующего лица явились необходимой причиной объективного банкротства.

Подпунктом 5 пункта 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» установлено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, то его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

Директор не может быть признан действовавшим в интересах юридического лица, если он действовал в интересах одного или нескольких его участников, но в ущерб юридическому лицу.

Исходя из принципов, закрепленных в статье 10, пункте 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункте 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 №14 «Об обществах с ограниченной ответственностью», лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Пунктом 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» установлено, что именно директор организует ведение и хранение бухгалтерских, других финансово-хозяйственных и иных документов общества.

Вместе с тем, презумпция, установленная подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, является материально-правовой, что предопределяется природой отношений, возникающих в рамках привлечения к субсидиарной ответственности, имеющих в своей основе доказывание наличия гражданско-правового деликта. Закрепление в законе презумпций, которые, пока не доказано обратное, предполагают наличие в действиях контролирующего лица таких элементов состава как противоправность и вина, в каждом случае является реакцией законодателя на выявленные практикой типичные способы причинения вреда кредиторам.

В то же время отсутствие указанной презумпции на момент совершения вменяемых действий, не должна исключать возможность доказывания наличия оснований для привлечения к субсидиарной ответственности на общих основаниях.

Указанные факторы, свидетельствующие о создании контролирующими лицами ситуации, при которой должник не может исполнить свои публично-правовые обязанности по уплате налогов в пользу уполномоченного органа могут проявляться при выстраивании такой модели ведения бизнеса, при которой юридическое лицо предпринимает действия по уклонению от уплаты налогов либо уменьшению суммы налогов, подлежащих уплате в бюджет, погашает задолженность перед контрагентами в рамках построенных на началах эквивалентности и взаимности гражданско-правовых отношений, и, в то же время, намеренно не осуществляет уплату налогов, наращивая задолженность перед бюджетом, совершая действия по выводу имущества, денежных средств, заключая мнимые сделки и пр.

В соответствии с пунктом 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, на которые ссылается уполномоченный орган, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

Как следует из материалов обособленного спора, Межрайонной ИФНС России № 6 по Рязанской области на основании решения от 24.12.2015 № 10.12-12/317 проведена выездная налоговая проверка ООО «Альтернатива» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (перечисления, удержания) всех налогов и сборов за период с 01.01.2012 по 31.12.2014. По результатам проверки был составлен акт от 19.12.2016 № 2.9-01-12/11510.

В ходе рассмотрения материалов проверки и возражений налогоплательщика 01.02.2017 налоговым органом были приняты решение № 2.9-01-12/1514 о проведении дополнительных мероприятий налогового контроля и решение № 2.9-01-12/83 о продлении срока рассмотрения материалов налоговой проверки.

По результатам выездной налоговой проверки налоговым органом вынесено решение от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 о привлечении к ответственности ООО «Альтернатива» за совершение налогового правонарушения с доначислением в сумме       73 157 188 руб., в том числе налоги - 49 818 265 руб. (23 397 013 руб. - НДС, 25 996 681 руб. - налог на прибыль, 424 571 руб. - НДФЛ), пени - 14 502 214 руб. и штрафы -                 8 836 709 руб. Проверяемый налоговой проверкой период - с 01.01.2012 по 31.12.2014.

Частично не согласившись с принятым решением инспекции от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, налогоплательщик обратился в УФНС России по Рязанской области с апелляционной жалобой.

Решением УФНС России по Рязанской области № 2.15-12/10097 от 05.07.2017 апелляционная жалоба ООО «Альтернатива» на решение Межрайонной ИФНС России №6 по Рязанской области от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решение инспекции от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на прибыль в размере 25 996 681 руб., штрафа в размере 5 199 337 руб., пени по налогу на прибыль в размере 7 289 099 руб., доначисления налога на добавленную стоимость в размере 23 397 013 руб., штрафа в размере 3 544 458 руб., пени по налогу на добавленную стоимость в размере 7 116 864 руб., не соответствуют требованиям законодательства о налогах и сборах, нарушает его права и законные интересы, общество обратилось в арбитражный суд с соответствующим заявлением.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 18.09.2020 по делу № А54-5245/2017 в удовлетворении заявления ООО «Альтернатива» о признании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения недействительным отказано.

Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.05.2021 решением Арбитражного суда Рязанской области от 18.09.2020 оставлено без изменений.

В ходе рассмотрения заявления ООО «Альтернатива» о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения установлены следующие обстоятельства. 

В ходе проверки налоговым органом установлено, что в проверяемом периоде ООО «Альтернатива» были заключены договоры подряда на выполнение работ по ремонту дорожных покрытий, устройству и проведению асфальтобетонных покрытий, устройству автостоянки, благоустройству многоквартирных жилых домов и иных объектов со следующими заказчиками: МП «Водоканал г. Рязани» (стоимость работ составила 3 499 295 руб., в том числе НДС 533 791 руб.), ОАО «Рязаньзернопродукт» (стоимость работ составила 52 805 227 руб., в том числе НДС 8 055 035 руб.), ООО «Агропром-строй» (стоимость работ составила 3 441 639 руб., в том числе НДС 524 996 руб.), ЗАО «Стройка» (стоимость работ составила 14 879 428 руб., в том числе НДС 2 269 743 руб.), ОАО «Рязаньавтодор» (стоимость работ составила 812 509 руб., в том числе НДС 123 942 руб.), ООО «Триумф» (стоимость работ составила 1 259 177 руб., в том числе НДС 192 078 руб.), ООО «Инжстрой» (стоимость работ составила 1 363 450 руб., в том числе НДС 207 984 руб.), ЗАО «Оргкровля» (стоимость работ составила 161 823 руб., в том числе НДС 24 685 руб.), ООО «Строитель» (стоимость работ составила 19 822 816 руб., в том числе НДС 3 023 819 руб.), ЗАО Институт «Рязаньпроект» (стоимость работ составила 1 022 231 руб., в том числе НДС 155 934 руб.), ООО «СКЗ «Красное знамя» (стоимость работ составила 25 849 557 руб., в том числе НДС 3 943 153 руб.).

В целях выполнения соответствующих работ для вышеперечисленных заказчиков Обществом на основании договоров субподряда от 03.03.2013 № 03/03-13, от 28.06.2013 № 28/06-13, от 01.07.2013 № 01/07-13, от 03.07.2013 № 03/07-13, от 17.07.2013 № 17/07-13, от 30.07.2013 № 30/07-13, от 08.08.2013 № 08/08-13, от 01.12.2014 № 01/12-14 было привлечено ООО «СтройГарант», которое также доставляло в адрес ООО «Альтернатива» материалы (песок речной, щебень, асфальт) в соответствии с договорами поставки от 22.07.2013 № 22/07-13 и от 04.08.2013 № 04/08-13.

Затраты, связанные с оплатой материалов и их доставкой, а также оплатой выполненных ООО «СтройГарант» субподрядных работ, в общем размере 129 983 407 руб. были включены обществом в состав расходов, уменьшающих доходы в целях исчисления налога на прибыль за 2013 и 2014 годы, а соответствующие суммы НДС в размере 23 397 013 руб. - в состав вычетов по данному налогу за 3, 4 кварталы 2013 года и 3, 4 кварталы 2014 года.

В результате проведенных мероприятий налогового контроля инспекцией установлено, что ООО «СтройГарант» по адресу регистрации (

<

...>) отсутствует (письмо ИФНС России № 24 по г. Москве от 29.09.2016 № 22-09/62890@) и 25.07.2016 прекратило деятельность в связи с исключением из ЕГРЮЛ на основании п. 2 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

По данным налогового органа директор ООО «СтройГарант» ФИО10 является   массовым   руководителем   и   учредителем,   данная   организация не представляет бухгалтерскую и налоговую отчетность, у нее отсутствуют работники и лица, привлеченные по договорам гражданско-правового характера.

Согласно информации, представленной регистрирующими органами, у ООО «СтройГарант» отсутствуют зарегистрированные права на транспортные средства и объекты недвижимого имущества, в том числе в отношении здания либо помещения, расположенного по адресу: 

<

...>.

При анализе банковской выписки с расчетного счета ООО «СтройГарант», открытого в АО «ГЛОБЭКСБАНК», установлено отсутствие дебетовых и кредитовых оборотов по движению денежных средств на счете, что позволяет сделать вывод о невозможности ведения данной организацией полноценной финансово-хозяйственной деятельности и ставит под сомнение реальность ее осуществления в целом.

Налоговым органом было также установлено применение ООО «Альтернатива» и ООО «СтройГарант» особых форм расчетов за поставленные товароматериальные ценности и выполненные работы, которые осуществлялись посредством передачи налогоплательщиком своему контрагенту векселей общей номинальной стоимостью                 74 000 000 руб., в том числе НДС - 11 288 135,59 руб., со сроком погашения - по предъявлении, но не ранее 30.12.2015 (акты приема-передачи векселей от 01.10.2013 и от 27.12.2013), а также посредством заключения трехсторонних соглашений о взаимозачете на общую сумму 76 082 392 руб. (соглашения от 29.07.2014, от 31.07.2014, от 29.08.2014, от 30.09.2014, от 10.10.2014, от 19.11.2014 и от 31.12.2014), в соответствии с которыми ООО «СтройГарант» засчитывает задолженность должника за выполненные работы или поставленные материалы, ООО «Альтернатива» засчитывает задолженность по подотчетным суммам, выданным сотрудникам должника ФИО3 и ФИО5, тогда как данные сотрудники засчитывают задолженность ООО «СтройГарант» по предоставленным ранее договорам займов.

Согласно документам бухгалтерского учета, представленным налогоплательщиком, ООО «Альтернатива» в 2014 году на основании расходных кассовых ордеров выдавало из кассы предприятия подотчет руководителю общества ФИО3 и сотруднику данной организации ФИО5 денежные средства в общей сумме 33 088 485 руб.

В проверяемом периоде ФИО3 и ФИО5 осуществлялась оплата в счет погашения задолженности контрагентам-поставщикам за поставленные товароматериальные ценности (выполненные работы, оказанные услуги) собственными наличными денежными средствами: ФИО3 - в сумме 73 862 627 руб., в том числе в адрес ООО «СтройГарант» в размере 58 198 293 руб., ФИО5 - в сумме 31 575 299 руб., в том числе в адрес ООО «СтройГарант» в размере 17 884 102 руб.

Одновременно по данным бухгалтерского учета проводились займы денежных средств, между ФИО3 (либо ФИО5) и обществом на общую сумму         25 521 000 руб.

Впоследствии ООО «Альтернатива» перечисляло денежные средства на личные счета ФИО5 в счет погашения займа в сумме 11 542 000 руб., тогда как ФИО5 передавал личные денежные средства в виде беспроцентных займов ООО «СтройГарант» на общую сумму 18 800 000 руб. со сроком возврата - до 31.12.2014 (договоры займа от 09.04.2014, от 24.06.2014, от 10.07.2014, от 01.10.2014 и от 24.11.2014).

ФИО3 также предоставлял личные денежные средства в виде беспроцентных займов ООО «СтройГарант» на общую сумму 58 900 000 руб. со сроком возврата - до 31.12.2014 (договоры займа от 03.06.2014, от 05.08.2014 и от 28.11.2014).

Согласно справкам по форме 2-НДФЛ за 2011 - 2013 годы, представленным организациями - налоговыми агентами (ООО «Альтернатива», ООО «Омега-Плюс», ООО «Строитель», ООО «Омега», ООО «Эвис»), совокупный доход ФИО5 за указанный период составил 582 253 руб., ФИО3 – 882 277 руб.

В связи с изложенным, налоговым органом был сделан вывод об отсутствии у ФИО5 и ФИО3 финансовых источников для предоставления ООО «СтройГарант» беспроцентных займов в общей сумме 77 800 000 руб.

Отсутствие реальной оплаты за поставленный товар и выполненные работы свидетельствуют о том, что у ООО «Альтернатива» отсутствуют реальные затраты по уплате данному поставщику (субподрядчику) денежных средств за приобретение товаров работ, услуг), а также об организации ООО «Альтернатива» формального документооборота с целью создания видимости движения денежных средств и ТМЦ (работ, услуг) между участниками сделок.

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что действия руководителей ООО «Альтернатива» ФИО3, ФИО5, ФИО7 были направлены на применение схемы по уклонению от уплаты налогов путем заключения фиктивных договоров с недобросовестным контрагентом ООО «СтройГарант», путем использования фиктивного документооборота, с целью избежать уплаты законно установленных налогов. Результатом этого стало получение юридическим лицом необоснованной налоговой выгоды, доначисление налоговых обязательств и привлечение к налоговой ответственности по результатам контрольных мероприятий.

На странице 17 Решения Арбитражного суда Рязанской области по делу № А54- 5245/2017 суд согласился выводом налогового органа о не подтверждении ООО «Альтернатива» представленными документами расходов, связанных с оплатой субподрядных работ и товаров, а также о недоказанности факта реальных взаимоотношений ООО «Альтернатива» с его субподрядчиком, создание видимости расчетов при помощи использования схемы с применением векселей и взаимозачетов, свидетельствующей об отсутствии направленности на осуществление реальных денежных расчетов, осуществление деятельности, фактически направленной только на обналичивание денежных средств.

Судом также установлено, что виды работ, указанные в договорах подряда, заключенных между налогоплательщиком и обществом ООО «СтройГарант», фактически данным контрагентом не выполнялись, обстоятельства свидетельствуют о получении должником необоснованной налоговой выгоды путем формального оформления сделок с ООО «СтройГарант», а также о непроявлении ООО «Альтернатива» должной степени осмотрительности и осторожности (страница 18 Решения суда по делу № А54-5245/2017от 18.09.2020).

Общая сумма необоснованно выведенных денежных средств в адрес указанного контрагента составила 129 983 407 руб.

Вышеуказанный факт преюдициально установлен в решении Арбитражного суда Рязанской области от 18.09.2020) по делу №А54-5245/2017 и в соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит повторному доказыванию.

Сделки по заключению договоров субподряда с ООО «СтройГарант» (от 03.03.2013 № 03/03-13, от 28.06.2013 № 28/06-13, от 01.07.2013 № 01/07-13, от 03.07.2013 № 03/07-13, от 17.07.2013 № 17/07-13, от 30.07.2013 № 30/07-13, от 08.2013 № 08/08-13, от 01.12.2014 № 01/12-14) с оплатой в сумме 129 983 407 руб.,  относятся к взаимосвязанным, т.к. преследовали единую хозяйственную цель.

Балансовая стоимость активов должника в данном случае определяется на 31.12.2012 и составляет - 50 328 тыс. руб., как дата, предшествующая заключению первой из сделок (первый договор был заключен 03.03.2013).

Вывод имущества (денежных средств) в размере 129 983 тыс. руб. для должника являлось крупной сделкой, т.к. составляло 258,27 % (129 983/50 328*100%) от балансовой стоимости активов общества, в связи с чем материалами дела доказан факт причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

По результатам проверки налоговым органом был сделан вывод об отсутствии у ООО «Альтернатива» понесенных расходов по выполнению строительных работ с привлечением субподрядной организации ООО «СтройГарант», а также факта закупки от ООО «СтройГарант» материалов, с целью увеличения затрат, минимизации налогов и получения необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, в нарушение пункта 1 статьи 252 НК РФ ООО «Альтернатива» неправомерно включило в 2013-2014 г.г. в состав расходов, связанных с производством и реализацией, не подтвержденные расходы по оказанию услуг субподряда и на закупку товарно-материальных ценностей от ООО «СтройГарант» в размере 129 983 407 руб.

Противоправность действий контролирующих должника лиц подтверждена решением о привлечении к ответственности  за совершение налогового правонарушения налоговой  проверки  от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200, решением налогового органа, которым установлены факты совершения ООО «Альтернатива» налоговых правонарушений.

Размер требований третьей очереди по основному долгу, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к ответственности за налоговые правонарушения (49 393 694 руб.), превышает 50 % от общего размера требований кредиторов третьей очереди по основному долгу        (85 534 149,84 руб.), что является доказательством презумпции, предусмотренной подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Таким образом, имеются основания, предусмотренные подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, для привлечения ФИО3, ФИО5 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления в части привлечения ФИО3, ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альтернатива», сослался на то, что указанные лица не являются субъектами субсидиарной ответственности, поскольку являлись руководителями ООО «Альтернатива» с 01.01.2012 по 26.02.2014 и с 27.06.2014 по 28.09.2014, соответственно, то есть в течение более чем двух лет до принятия заявления о признании должника банкротом, следовательно, по данному основанию подлежит привлечению к ответственности только ФИО7 

Вместе с тем, указанный вывод суда первой инстанции является ошибочным в силу следующего.

В период исполнения ответчиками полномочий руководителя общества в абзаце втором пункта 3 статьи 56 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункте 4 статьи 10 Закона о банкротстве содержалась норма о субсидиарной ответственности контролирующих организацию - должника лиц, в ситуации когда их действия стали необходимой причиной банкротства (в настоящее время аналогичное правило закреплено в пункте 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно прежнему регулированию (абзац тридцать четвертый статьи 2 Закона о банкротстве) проверкой, в ходе которой выявлялся круг контролирующих организацию - должника лиц, которые могли быть привлечены к ответственности, охватывались только два года деятельности, непосредственно предшествовавшие дню возбуждения производства по делу о банкротстве подконтрольной организации.

Названный двухлетний срок направлен на исключение чрезмерной неопределенности в вопросе о правовом положении контролирующего лица в условиях, когда момент инициирования кредитором дела о банкротстве организации - должника зависящий, как правило, от воли самого кредитора значительно отдален по времени от момента, в который привлекаемое к ответственности лицо перестало осуществлять контроль.

Вместе с тем, контролирующее лицо в рамках законодательно установленных процедур имеет возможность отсрочить возбуждение судом производства по делу о несостоятельности подконтрольного общества, создав для кредитора временные препятствия в реализации права на получение удовлетворения через процедуры банкротства. Такое поведение контролирующего лица не должно приводить к получению им преимуществ за счет кредитора. Иной подход вступает в противоречие с конституционным запретом осуществления прав и свобод человека и гражданина вопреки правам и свободам других лиц (часть 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда РФ от 16.05.2018 № 308-ЭС17-21222 по делу № А32-9992/2014, контролирующее лицо, своими активными действиями воспрепятствовавшее своевременному возбуждению производства по делу о несостоятельности и тем самым изменившее начало течения подозрительного периода в свою пользу, не может рассматриваться в качестве субъекта, имеющего правомерные ожидания оградиться от применения мер субсидиарной ответственности по мотиву позднего возбуждения производства по указанному делу.

Согласно пунктам 6 и 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016, задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

К тому же задолженность по обязательным платежам доначислена налоговым органом ввиду выявления схемы оптимизации налогообложения, о незаконности которой должностные лица должны были знать.

Данные выводы, также нашли свое отражение и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 по делу № А50-4524/2013, от 10.12.2020 № 305-ЭС20-11412 по делу № А40-170315/2015.

Согласно результатам выездной налоговой проверки ООО «Альтернатива» имело незадекларированные обязательства по уплате обязательных платежей по налогу на прибыль и НДС:

- за 2013 год в сумме - 24 892 584 руб.;

- за 2014 год в сумме - 25 501 110 руб.

По данным бухгалтерского баланса:

- за 2013 год стоимость активов общества равна - 103 032 руб., обязательства общества - 24 992 100 руб. (кредиторская задолженность 98 361 руб. (код строки — 1520) + краткосрочные заемные средства - 0 руб. (код строки — 1510)+ долгосрочные займы -     1 155 руб. (код строки — 1410) + 0 руб. прочие обязательства (код строки 1450) + незадекларированные налоги 24 892 584 руб.):

103 032 руб. (актив) - 24 892 584 руб. (обязательства) = -24 889 068 руб. (стоимость активов за 2013 год превышала стоимости обязательств), что говорит о превышении обязательств над стоимостью активов, и свидетельствует о наступлении объективного банкротства в 2013 году, так как общество было не способно в полном объеме удовлетворить требования по обязательным платежам.

Таким образом, ФИО3 и ФИО5 являлись руководителями ООО «Альтернатива» в трехгодичный период до возникновения объективного банкротства, в связи с чем согласно пункту 3 Постановления № 53 являются контролирующими должника лицами.

Как следует из информационного сервиса «Картотека арбитражных дел», дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Альтернатива» было возбуждено определением суда от 07.09.2017 по заявлению самого должника, в котором он указал на наличие по состоянию на 30.06.2017 задолженности перед следующими кредиторами: АО «Россельхозбанк»  в размере 27 316 103,77 руб. по кредитному договору от 30.09.2014, ООО «Астра» в размере 6 209 000 руб. по договору от 14.07.2016, ФНС России по налоговым платежам в размере 90 759 057,82 руб.    

Принимая во внимание, что задолженность по налоговым платежам возникла в период с 2012 по 2014 г.г., суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что причиной объективного банкротства ООО «Альтернатива» явилось то обстоятельство, что должник не смог погасить задолженность перед налоговым органом, образовавшуюся в связи с привлечением его к ответственности за совершение налогового правонарушения и доначисления ему налоговых обязательств в размере 73 157 188 руб.

Как указано выше, задолженность по обязательным платежам доначислена налоговым органом ввиду выявления схемы по уклонению от уплаты налогов путем заключения фиктивных договоров с недобросовестным контрагентом ООО «СтройГарант», путем использования фиктивного документооборота, с целью избежать уплаты законно установленных налогов. Результатом этого стало получение юридическим лицом необоснованной налоговой выгоды, доначисление налоговых обязательств и привлечение к налоговой ответственности по результатам контрольных мероприятий.

Более того, уполномоченным органом была выявлена схема с применением векселей и взаимозачетов, свидетельствующая об отсутствии направленности на осуществление реальных денежных расчетов, осуществление деятельности, фактически направленной только на обналичивание денежных средств, о незаконности которой контролирующие должника лица - ФИО3, ФИО5, ФИО7 знали. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что действия ФИО3, ФИО5, ФИО7 явились причиной объективного банкротства должника, поэтому они подлежат привлечению к субсидиарной ответственности.

При определении размера субсидиарной ответственности ФИО7 суд первой инстанции руководствовался установленным размером налоговой ответственности и соответствующих санкций, определённых в ходе налоговой проверки (решение о привлечении к налоговой ответственности от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200), а именно:           72 543 452,51 руб., из них: 49 393 694 руб. - основной долг, 14 405 963,51 руб. - пени, 8 743 795 руб. - штраф. Данные требования уполномоченного органа, были включены в реестр требований кредиторов ООО «Альтернатива» определением суда от 26.07.2021, в связи с чем суд привлек к субсидиарной ответственности ФИО7 в размере требований 72 543 452,51 руб.

Вместе с тем, судом первой инстанции не учтено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона банкротстве).

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Согласно абзацу третьему пункта 19 Постановления № 53, если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В пункте 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено дискреционное полномочие суда уменьшить либо полностью освободить от субсидиарной ответственности лицо, привлекаемое к субсидиарной ответственности, в случае, если это лицо докажет, что оно при исполнении функций органов управления или учредителя (участника) юридического лица фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность юридического лица (осуществляло функции органа управления номинально), и если благодаря предоставленным этим лицом сведениям установлено фактически контролировавшее должника лицо, в том числе отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2 и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица.

Следовательно, размер ответственности контролирующего должника лица может быть уменьшен лишь в случае представления таким лицом достоверных доказательств наличия иных, имевших место помимо его действий (бездействия) обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника, а также в случае, если такое лицо фактически не оказывало определяющего влияния на деятельность организации должника.

Вместе с тем, лицами, привлекаемыми к субсидиарной ответственности, в материалы дела вышеуказанных доказательств не представлено.

По общему правилу, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение организации до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой. Если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (абзацы первый и второй пункта 22 Постановления № 53).

С учетом изложенного, при определении размера субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5 и ФИО7 необходимо руководствоваться тем, что общая сумма неудовлетворенных требований кредиторов составляет 114 309 786 руб. 24 коп., из них: требования кредиторов, включенные в реестр требований кредиторов должника - 113 995 906 руб. 35 коп., требования кредиторов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов - 228 244 руб. 12 коп., требования кредиторов по текущим платежам, оставшиеся не погашенными по причине недостаточности имущества должника - 85 635 руб. 77 коп., следовательно, с ответчиков солидарно в пользу ООО «Альтернатива» подлежат взысканию солидарно денежные средства в размере 114 309 786 руб. 24 коп.

Доводы ФИО3, ФИО5 и ФИО7 о том, что мотивировочную часть определения суда от 27.06.2022 следует изменить, исключив из него текст следующего содержания: «Общая сумма необоснованно выведенных денежных средств в адрес указанного контрагента составила 129 983 407 руб. Вышеуказанный факт преюдициально установлен в решении Арбитражного суда Рязанской области от 18.09.2020 по делу №А54-5245/2017 и в соответствии со статьей 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подлежит повторному доказыванию.», отклоняются судебной коллегией в силу следующего. 

Из системного толкования статьи 69 АПК РФ следует, что преюдиция распространяется на содержащуюся в судебном акте, вступившем в законную силу, констатацию тех или иных обстоятельств, которые входили в предмет доказывания по ранее рассмотренному делу.

Таким образом, в рамках настоящего обособленного спора суд первой инстанции правомерно руководствовался выводами суда, изложенными в вышеуказанном решении, принятом по результатам обжалования решения инспекции от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Доводы о необходимости применения сроков исковой давности, учитывая, что уполномоченный орган после вступления в силу решения от 29.03.2017 № 2.9-01-12/02200 безусловно знал о совершенных должником сделках, а конкурсный управляющий должен был узнать о вступившем в силу решении налогового органа не позднее 04.05.2018, следовательно, годичный срок привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности истек 05.05.2019, ошибочны и подлежат отклонению судом апелляционной инстанции.   

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Ввиду того, что положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ не предусматривали специального срока для обращения в суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, суды правомерно применяли общий срок исковой давности, установленный статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 6 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона № 73-ФЗ, заявление о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящим Федеральным законом, рассматривается арбитражным судом в деле о банкротстве должника. Указанное заявление может быть подано в ходе конкурсного производства арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

В связи с этим с 30.06.2013 (даты вступления Федерального закона от 28.06.2013 №134-ФЗ) заявление о привлечении к субсидиарной ответственности можно было подавать после введения процедуры конкурсного производства, не дожидаясь расчетов с кредиторами.

Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» соответствующий абзац пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве изложен в новой редакции, согласно которой заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Кроме того, в соответствии с пунктом 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ, рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу данного Закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами при рассмотрении соответствующих заявлений, поданных с 01.07.2017, независимо, от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

В соответствии с пунктом 5 статьи 61.14 Закона о банкротстве (в редакции от 29.07.2017) заявление о привлечении к ответственности по основаниям, предусмотренным настоящей главой, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) и не позднее десяти лет со дня, когда имели место действия и (или) бездействие, являющиеся основанием для привлечения к ответственности.

 Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему, начинает течь с момента, когда действующий в интересах всех кредиторов арбитражный управляющий или кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности - о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами.

При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, применительно к настоящему делу - не ранее введения процедуры конкурсного производства (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 № 302-ЭС14-1472 (4,5,7).

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении ВС РФ от 06.08.2018 №308-ЭС17-6757 (2,3).

По смыслу действовавшей в спорный период редакции статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также последующих редакций данной статьи и статьи 10 Закона о банкротстве исковая давность по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности в любом случае не могла начать течь ранее момента возникновения у истца права на иск и объективной возможности для его реализации.

В силу положений пункта 5 статьи 129, пункта 12 статьи 142 Закона о банкротстве правом обратиться с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности наделен именно конкурсный управляющий.

Решением Арбитражного суда Рязанской области от 10.05.2018 должник признан банкротом и в отношении него введена процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9.

Таким образом, если принимать за начало исчисления срока исковой давности дату открытия в отношении должника конкурсного производства и утверждения конкурсного управляющего,  трехлетний срок исковой давности конкурсным управляющим ФИО9, обратившимся с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО8 - 20.11.2019, а ФИО3, ФИО5, ФИО7 – 19.10.2020, не пропущен.

Доводы о том, что по вине ФИО7 организации доначислены налоги только в сумме 24 925 681 руб., что значительно меньше, чем взысканная судом в порядке субсидиарной ответственности сумма 72 543 452,51 руб., отклоняются судом, учитывая, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (пункт 11 статьи 61.11 Закона банкротстве).

При этом если несколько контролирующих должника лиц действовали независимо друг от друга и действий каждого из них было достаточно для наступления объективного банкротства должника, названные лица также несут субсидиарную ответственность солидарно (абзац второй пункта 22 постановления Пленума № 53).

С учетом изложенного, в удовлетворении апелляционных жалоб ФИО3, ФИО5, ФИО7 следует отказать. 

Пунктом 1 части 1 статьи 270 АПК РФ установлено, что одним из оснований для отмены решения арбитражного суда первой инстанции является неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В силу пункта 3 части 4 статьи 272 АПК РФ арбитражный суд по результатам рассмотрения жалобы на определение арбитражного суда первой инстанции вправе отменить определение полностью или в части и разрешить вопрос по существу.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.06.2022 подлежит отмене в обжалуемой уполномоченным органом части с принятием нового судебного акта о привлечении контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Альтернатива», с указанных лиц в пользу ООО «Альтернатива» подлежат взысканию солидарно денежные средства в размере 114 309 786 руб. 24 коп.

Нарушений процессуальных норм, влекущих безусловную отмену судебного акта (часть 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлено.

При обжаловании определений, не предусмотренных подпунктом 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины не предусмотрена, в связи с чем государственная пошлина в размере 3 000 руб.  за подачу каждой апелляционной жалобы (чеки-ордера от 06.07.2022, операции 7, 8, 9), излишне уплаченная заявителями при подаче апелляционных жалоб, подлежит возврату ФИО3, ФИО5, ФИО7 из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 110, 266, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Рязанской области от 27.06.2022 по делу                       № А54-6014/2017 отменить в части. 

Привлечь контролирующих должника лиц ФИО3, ФИО5, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива». 

Взыскать солидарно с ФИО3, ФИО5, ФИО7 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Альтернатива» денежные средства в размере 114 309 786 руб. 24 коп. 

В удовлетворении апелляционных жалоб ФИО3, ФИО5, ФИО7 отказать. 

Возвратить ФИО3 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. 

Возвратить ФИО5 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. 

Возвратить ФИО7 из федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 руб. 

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме.                                  В соответствии с пунктом 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через суд первой инстанции.

Председательствующий

 

Е.В. Мосина

Судьи

Н.А. Волошина

О.Г. Тучкова