ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

01.12.2022

Дело № А40-230874/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена 24.11.2022

Полный текст постановления изготовлен 01.12.2022

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего - судьи Перуновой В.Л.,

судей: Михайловой Л.В., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, доверенность от 23.11,

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2022,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2022

по заявлению конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО1 по обязательствам должника

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Успех»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 08.11.2019 ООО «Успех» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2022,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2022, установлено наличие оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Успех». Производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Успех» о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

    Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В соответствии с абзацем вторым части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания опубликована на официальном Интернет-сайте  https://kad.arbitr.ru/.

В порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщен отзыв конкурсного управляющего должника на кассационную жалобу.

Представитель ФИО1 в судебном заседании суда округа поддержал кассационную жалобу по изложенным в ней доводам.

Иные лица, участвующие в деле, не явились в судебное заседание по рассмотрению кассационной жалобы, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежащим образом. 

Информация о процессе размещена на официальном сайте «Картотека арбитражных дел» в сети Интернет, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в судебном заседании в их отсутствие в порядке, установленном статьями 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по обособленному спору фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Судами установлено, что должник длительное время не исполнял обязательства перед кредиторами, в том числе, с 01.04.2016 прекращено обслуживание кредитов ООО КБ «Милбанк» (сумма основной задолженности 62 300 000 руб.), что подтверждено определением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2017 по делу №А40-46249/17. Основным активом должника являлось недвижимое имущество, в период с 2015 по 2020 год стоимость активов должника последовательно снижалась с 89 млн. руб. до 64 млн. руб.

08.09.2017 должник, являясь учредителем и участником ООО «Орион», передал ООО «Орион» право аренды основного актива - принадлежащего ему помещения площадью 947,3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>. Вместе с тем, руководителем должника не предпринимались никакие меры по взиманию арендной платы в обстоятельствах имущественного кризиса на стороне должника. Руководитель должника инициировал процедуру ликвидации организации в 2019 году, но от обращения в суд за введением процедуры банкротства уклонился.

В дополнительных пояснениях конкурсный управляющий указал, что начальная цена реализации права требования к ООО «Орион» по внесению арендной платы в сумме 5 145 925 руб. составляет 333 844 руб. 44 коп., в связи с чем довод о причинении вреда кредиторам действиями руководителя должника суды сочли документально подтвержденным.

Судом апелляционной инстанции также отмечено, что ответчиком допущено искажение документации должника – сформированы документы для обоснования искусственной задолженности перед аффилированным лицом ООО «Второй этаж» в общем размере 110 012 988,17 руб. 

Кроме того, суды первой и апелляционной инстанцией согласились с доводами конкурсного управляющего о том, что ответчиком не исполнена обязанность по своевременной подаче заявления о признании должника банкротом.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя заявленные требования, руководствовались положениями статей 2, 9, 32, 61.10, 61.11, 61.12 Закона о банкротстве и признали требования обоснованными.

Судебная коллегия кассационной инстанции приходит к выводу, что при принятии судебных актов судами не учтено следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом).

Судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что в условиях прекращения исполнения обязательств перед крупнейшим кредитором с 01.04.2016 при наличии у последнего прав залогодержателя в отношении основного актива должника, ФИО1 не позднее 17.08.2017 должно было быть подано заявление о несостоятельности, в связи с чем она подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, поскольку обращение взыскания на имущество должника исключило бы продолжение хозяйственной деятельности должника. 

В соответствии с правовой позицией высшей судебной инстанции, приведенной в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановления от 21.12.2017 № 53), обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в соответствии с которой, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

В настоящем случае суды ошибочно отождествили наличие кредиторской задолженности в определенный период времени и наступление объективного банкротства.

Суд округа отмечает, что судами не установлено наступление у общества объективного банкротства исходя из критериев, изложенных в определении Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 №305-ЭС20-11412, в том числе, данные бухгалтерского баланса должника с целью его  установления, судами не анализировались.

Невыполнение руководителем организации требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

По мнению суда округа, вывод судов о наличии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника является преждевременным.

Суды, как указано выше, не установили дату объективного банкротства должника, не установили размер обязательств должника, возникших после истечения срока на обращение в суд с соответствующим заявлением, что является необходимым условием как для определения наличия оснований для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за неподачу заявление о банкротстве должника, так и для определения размера такой ответственности.

В настоящем случае, не применив подлежащие применению нормы материального права, суды не установили фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, а именно объем обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, соответственно, до возбуждения дела о банкротстве.

При новом рассмотрении суду первой инстанции надлежит установить момент, когда у ответчика возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о признании общества банкротом с учетом даты наступления объективного банкротства должника, а также проверить, имелись ли у должника какие-либо обязательства перед кредиторами, возникшие после истечения месячного срока на подачу такого заявления и до возбуждения дела о банкротстве.

При этом суды необоснованно пришли к выводу о необходимости приостановления производства по спору в части привлечения к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве до окончания расчетов с кредиторами, так как в силу прямого указания пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона (абзац 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Пунктом 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что 08.09.2017 должник, являясь учредителем и участником ООО «Орион», передал ООО «Орион» право аренды основного актива - принадлежащего ему помещения площадью 947,3 кв.м., расположенного по адресу: 

<

...>. Вместе с тем, руководителем должника не предпринимались никакие меры по взиманию арендной платы в обстоятельствах имущественного кризиса на стороне должника. 

Конкурсным управляющим заявлено соответствующее исковое требование, решением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2020 по делу №А40-703З8120 с ООО «Орион» в пользу должника взыскана арендная плата в сумме 5 145 925 руб., однако ввиду ее неликвидности начальная цена продажи права требования составляет 333 844 руб. 44 коп. 

Судами нижестоящих инстанций было указано, что ответчиком не приведено каких-либо доводов, обосновывающих необходимость передачи имущества в аренду именно ООО «Орион», участником которого является должник, а не иной платежеспособной организации, за счет внесения арендной платы которой исполнялись бы обязательства перед кредиторами.

Квалифицирующим признаком сделки, при наличии которого к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность в контексте отношений «должник (его конкурсная масса) – кредиторы», то есть направленность сделок на причинение существенного вреда кредиторам путем безосновательного, не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) конкурсной массы. Такая противоправная направленность сделок должна иметь место на момент их совершения.

При этом, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Так, кассатором в обоснование своей позиции было указано, что из финансового анализа должника - ключевым активом должника являлось нежилое помещение (далее – помещение) общей площадью 947,3 кв.м, расположенное в здании по адресу: 127055, 

<

...>, обремененное залогом в пользу кредитора - ООО КБ «Милбанк». Финансовый анализ должника подтверждает, что размер денежного потока от использования (сдачи в аренду) помещения являлся недостаточным для исполнения договорных обязательств перед всеми кредиторами. В тоже время согласно решению Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2017 по делу № А40-46249/17 начальная продажная стоимость вышеуказанного помещения составляла 120 000 000 рублей. При этом кадастровая стоимость (на основании рыночной оценки) такого помещения составляла более 168 000 000 руб. Обязательства перед залоговым кредитором (ООО КБ «Милбанк») согласно упомянутому выше судебному акту арбитражного суда составляли 76 188 823,97 руб. (основной долг 62 300 000 руб., начисленные проценты 11 947 741,28 руб., неустойка 1 941 082,69 руб.), перед остальными кредиторами - не превышали 2 500 000 руб., что в сумме составляло: 78 688 823,97 руб., что существенно ниже той суммы, за которую ответчиком, как руководителем, обосновано предполагалось реализовать заложенное имущество, принадлежащее ООО «Успех».

При этом кассатор ссылается на то, что ответчик не мог самостоятельно реализовать помещение и провести расчеты в силу того, что помещение находилось в залоге. В этой ситуации разумные и добросовестные действия ответчика, соответствующие обычаям делового оборота и состоящие в защите имущественных интересов всех кредиторов, выразились в сохранении в надлежащем состоянии ключевого актива должника — помещения, за счет реализации которого согласно расчетам должны быть исполнены обязательства перед всеми кредиторами. С этой целью ответчиком с ООО «Орион» (далее – арендатор) в отношении помещения был заключен договор аренды от 08.09.2017 №17-1/0 (далее - договор аренды), который предусматривал оплату арендатором всех коммунальных расходов в отношении помещения (пункт 5.2.12 договора аренды), поддержание помещения в исправном техническом состоянии и проведение текущего ремонта (пункт 5.2.2 договора аренды), обеспечение охраны помещения (пункт 5.2.15 договора аренды).

Помещение в соответствии с договором аренды было передано в аренду по передаточному акту. Арендатор в полной мере выполнял свои обязательства по оплате коммунальных платежей и поддержании помещения в надлежащем состоянии, но не всегда своевременно выплачивал предусмотренную договором аренды арендную плату.

Кассатор обоснованно ссылается, что суды не дали никакой оценки тому обстоятельству, что арендатор периодически погашал свою задолженность перед должником - так, согласно данным бухгалтерского учета должника арендатором перечислено должнику в 2017 году 418 тыс. рублей, 2018 году 1 630 тыс. рублей, 2019 году – 661 тыс. рублей.

Вопреки выводам судов, кассатор указал, что обращение должника в суд по истребованию задолженности по договору аренды могло привести к полной остановке платежей со стороны ООО «Орион» и  невыполнению им условий по поддержанию помещения в надлежащим состоянии, что нанесло бы кредиторам больший ущерб в силу уменьшения стоимости помещения, а также на то, что расторгнуть договор аренды и сдать помещение в аренду иному лицу было невозможно без согласия залогового кредитора, которое получено не было. 

При этом, если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям.

Как разъяснено в пункте 20 Постановления №53 при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности.

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе, установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Таким образом, при новом рассмотрении судам нижестоящих инстанций необходимо установить, привело ли невзыскание задолженности с ООО «Орион» к наступлению признаков объективного банкротства должника либо не привело, установить подлежат ли взысканию с ответчика убытки ввиду непринятия мер по взысканию данной дебиторской задолженности, и в случае если подлежат - установить их размер, то есть верно определить вид ответственности с применением надлежащих норм права (о субсидиарной ответственности либо об убытках) на дату совершения вменяемых в вину ответчику действий.

В связи с изложенным, суд округа полагает, что суды неправильно применили нормы материального права, не в полной мере исследовали фактические обстоятельства по спору и доводы сторон, в связи с чем судебные акты подлежат отмене.

Согласно части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Статьей 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения должны быть указаны фактические и иные обстоятельства дела, установленные арбитражным судом, а также доказательства, на которых были основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, в том числе, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле, включая законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации принимаемые арбитражным судом определение и постановление должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, и поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении обособленного спора суду первой инстанции следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт, установив все фактические обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения спора. 

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2022, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.09.2022 по делу № А40-230874/2019 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий-судья                          В.Л. Перунова                     

 

Судьи:                                                                   Л.В. Михайлова 

 

                                                                                       Н.Н. Тарасов